Жанр: Классика
Полное собрание сочинений с критикой
...то моя рукопись, что письмо мое к к."нягине" В."ере"
Ф."едоровне"? Будет ли картинка у Онегина? что делают Полярные господа? что
Кюхля? Прощай, душа моя, будь здоров и не напейся пьян, как тот - после своего
потопа. NB. Я очень рад этому потопу, потому что зол. У вас будет голод, слышишь
ли? Торопи Дельвига, присылай мне чухонку Баратынского, не то прокляну тебя.
Скажи сестре, что я получил письмо к ней от милой кузины гр."афини"
Ив"е"л."ичевой" и распечатал, полагая, что оно столько же ответ мне, как и ей -
об
ъявление о потопе, о Колосовой, ум, любезность и все тут. Поцалуй ее за меня, т.
е. сестру Ольгу - а гр."афине" Екат."ерине" дружеское рукожатие. Скажи Сабурову,
чтоб он не дурачился, усовести его. Пиши же ко мне.
"Приписка после вскрытия письма:"
Ах, милый, богатая мысль! распечатал нарочно. Верно есть бочки per fas et
n"efas" (38) продающиеся в П."етер" Б."урге" - купи, что можно будет,
подешевле и получше. Этот потоп - оказия.
Адрес: Льву Сергеевичу Пушкину
в собственные лапки.
Я расковырял. (39)
118. В. А. Жуковскому.
29 ноября 1824 г. Михайловское.
Мне жаль, милый, почтенный друг, что наделал эту всю тревогу; но что мне
было делать? я сослан за строчку глупого письма, что было бы, если правительство
узнало [бы] обвинение отца? это пахнет палачем и каторгою. Отец говорил после:
Экой дурак, в чем оправдывается! (40) да он бы еще осмелился меня бить! да я
бы связать его велел! - зачем же обвинять было сына в злодействе несбыточном?
да как он осмелился, говоря с отцом, непристойно размахивать руками? это дело
десятое. Да он убил отца словами! - каламбур и только. Воля твоя, тут и поэзия
не поможет.
Что ж, милый? будет ли что-нибудь для моей маленькой гречанке? она в жалком
состоянии, а будущее для нее и того жалчее. Дочь героя, Жуковский! Они (41)
родня поэтам по поэзии. Но полу-милорд Воронцов, даже не полу-герой. Мне жаль,
что он бессмертен твоими стихами, а делать нечего. Получил я вчера письмо от
Вяземского, уморительно смешное. Как мог он на Руси сохранить свою веселость?
Ты увидишь Карамзиных - тебя да их люблю страстно. Скажи им от меня что
хочешь.
29 Нояб.
Адрес:
Его высокоблагородию
милостивому государю
Василью Андреевичу
Жуковскому
В С.Петербург.
В Аничковском дворце.
119. П. А. Вяземскому.
29 ноября 1824 г. Михайловское.
Ольдекоп, мать его в рифму; надоел! плюнем на него и квит. Предложение твое
касательно моих элегий не сбыточно и вот почему: в 1820 г. переписал я свое
вранье и намерен был издать его по подписке; напечатал билеты и роздал около
сорока. Я проиграл потом рукопись мою Никите Всеволожскому (разумеется, с
известным условием). Между тем принужден был бежать из Мекки в Медину, мой Коран
пошел по рукам - и доныне правоверные ожидают его. Теперь поручил я брату
отыскать и перекупить мою рукопись, и тогда приступим к изданию элегий, посланий
и смеси. Должно будет объявить в газетах, что так как розданные билеты могли
затеряться по причине долговремянной остановки издания, то довольно будет, для
получения экземпляра, одного имени с адресом, ибо (солжем на всякой страх) имена
всех г.г. подписавшихся находятся у Издателя. Если понесу убыток и потеряю
несколько экземпляров, пенять не на кого, сам виноват (это остается между
нами). (42) Брат увез Онегина в П."етер" Б."ург" и там его напечатает. Не
сердись, милый; чувствую, что в тебе теряю вернейшего попечителя, но в нынешние
обстоятельства, всякой другой мой издатель невольно привлечет на себя внимание и
неудовольствия. Дивлюсь, как письмо Тани очутилось у тебя. NB. истолкуй это мне.
Отвечаю на твою критику: Нелюдим не есть мизантроп, т. е. ненавидящий людей, а
убегающий от людей. Онегин нелюдим для деревенских соседей; Таня полагает
причиной тому то, что в глуши, в деревне все ему скучно, и что блеск один
может привлечь его... если впроччем смысл и не совсем точен, то тем более истины
в письме; письмо женщины, к тому же 17 летней, к тому же влюбленной! Что ж, душа
моя, твоя проза о Байроне? я жду, не дождусь. Смерть моей тетки frйtillon не
внушила ли какого-нибудь перевода В."асилию" Л-"ьвови"чу? нет ли хоть эпитафии?
Пиши мне: Ее высокор."одию" Парасковье Александровне Осиповой, в Опочку, в
село Троегорское, для дост. А. С. и все тут, да найди для конверта ручку почетче
твоей. Прощай, добрый слышатель; отвечай же мне на мое полу-слово. Княгине Вере
я писал; получила ли она письмо мое? Не кланяюсь, а поклоняюсь ей.
29 ноябр.
Знаешь ли ты мою Телегу жизни?
Хоть тяжело подчас в ней бремя,
Телега на ходу легка;
Ямщик лихой, седое время,
Везет, не слезит с облучка.
С утра садимся мы в телегу;
Мы рады голову сломать
И, презирая страх и негу,
Кричим: валяй, "----- ----"!
Но в полдень нет уж той отваги.
Порастрясло нас; нам страшней
И косогоры, и овраги;
Кричим: полегче, дуралей!
Катит по прежнему телега;
Под вечер мы привыкли к ней
И дремля едем до ночлега -
А время гонит лошадей.
1823.
Можно напечатать, пропустив русской титул.....
Адрес:
Его сиятельству
князю Петру Андреевичу
Вяземскому.
В Москве
в Чернышевском переулке в собств. доме.
120. Л. С. Пушкину и О. С. Пушкиной.
4 декабря 1824 г. Михайловское.
"Л С. Пушкину:"
Не стыдно ли Кюхле напечатать ошибочно моего демона! моего демона! после
этого он и Верую напечатает ошибочно. Не давать ему за то ни Моря, ни капли
стихов от меня.
NB. г. Издатель Онегина
Стихи для вас одна забава,
Немножко стоит вам присесть.
Понимаете? да нельзя ли еще под Разговором поставить число 1823 год.?
Стих: Вся жизнь одна ли, две ли ночи надобно бы выкинуть, да жаль - хорош. Жаль
еще, что Поэт не побранил потомства в присутствии своего Книгопр."одавца". Mes
arriиre-neveux me devraient cet ombrage. С журналистами делай, что угодно, дарю
тебе мои мелочи на пряники; продавай или дари, что упомнишь, а переписывать мочи
нет. Мих."айло" привез мне все благополучно, а библии нет. Библия для
христианина то же, что история для народа. Этой фразой (наоборот) начиналось
прежде предисловие Ист."ории" Кар."амзина". При мне он ее и переменил. -
Закрытие феатра и запрещение балов - мера благоразумная. Благопристойность того
требовала. Конечно народ не участвует в увеселениях высшего класса, но во время
общественного бедствия не должно дразнить его обидной роскошью. Лавошники, видя
освещение бель-этажа, могли бы разбить зеркальные окна, и был бы убыток. Ты
видишь, что я беспристрастен. Желал бы я похвалить и проччие меры правительства,
да газеты говорят об одном розданном миллионе. Велико дело миллион, но соль, но
хлеб, но овес, но вино? об этом зимою не грех бы подумать хоть в одиночку, хоть
комитетом. Этот потоп с ума мне нейдет, он вовсе не так забавен, как с первого
взгляда кажется. Если тебе вздумается помочь какому-нибудь несчастному, помогай
из Онегинских денег. Но прошу, без всякого шума, ни словесного, ни письменного.
Ни чуть незабавно стоять в Инвалиде на ряду с идилическим коллежским ассесором
Панаевым. Пришли же мне Эду Баратынскую. Ах он чухонец! да если она милее моей
Черкешенки, так я повешусь у двух сосен и с ним никогда знаться не буду.
4 дек.
"О. С. Пушкиной:"
Милая Оля, благодарю за письмо, ты очень мила, и я тебя очень люблю, хоть
этому ты и не веришь. Si ce que vous dites concernant le testament d' А."нна"
Л."ьвовна" est vrai, c'est trиs joli de sa part. Au vrai j'ai toujours aiмй ma
pauvre tante, et je suis fвсhй que Chalikof ait pissй sur son tombeau. Няня
исполнила твою комисию, ездила в Св."ятые" горы и отправила панихиду или что
было нужно. Она цалует тебя, я также. Твои троегорские приятельницы несносные
дуры, кроме матери. Я у них редко. Сижу дома да жду зимы.
"Л. С. Пушкину:"
Лев! сожги письмо мое.
Кланяйся В."асилию" В."асильевичу" Э."нгельгардту" и Гнедичу, и Плетневу, и
Онегину, и Сленину. Присылай мне Старину: это приятная новость. Торопи
Дельвига; надеюсь, что не претерпел он убытку. Что Козлов слепой? ты читал ему
Он."егина"? (43)
Адрес:
Ее сиятельству
милостивой государыне
Катерине Марковне
графине Ивеличевой
в С. Петербург
у Калинкина мосту в собственном доме. Пр."ошу" дост."авить" братцу Льву Серг.
121. А. Г. Родзянке.
8 декабря 1824 г. Михайловское.
Милый Родзянко, твой поклон меня обрадовал; не решишься ли ты, так как ты
обо мне вспомнил, написать мне несколько строчек? Они бы утешили мое
одиночество.
Объясни мне, милый, что такое А. П. Керн, которая написала много нежностей
обо мне своей кузине? Говорят, она премиленькая вещь - но славны Дубны за
горами. На всякой случай, зная твою влюбчивость и необыкновенные таланты во
всех отношениях, полагаю дело твое сделанным или полу-сделанным. (44)
Поздравляю тебя, мой милый: напиши на это все элегию или хоть эпиграмму.
Полно врать. Поговорим о поэзии, т. е. о твоей. Что твоя романтическая
поэма Чуп? Злодей! не мешай мне в моем ремесле - пиши сатиры, хоть на меня; не
перебивай мне мою романтическую лавочку. К стати: Баратынский написал поэму (не
прогневайся [Чу"хонку"] про Чухонку), и эта чухонка говорят чудо как мила. - А
я про Цыганку; каков? подавай же нам скорей свою Чупку - ай да Парнасе! ай
да героини! ай да честная компания! Воображаю, Аполлон, смотря на них, закричит:
зачем ведете мне не ту? А какую ж тебе надобно, проклятый Феб? гречанку?
италианку? чем их хуже чухонка или цыганка. "-----" одна - "---"! (45) т. е.
оживи лучом вдохновения и славы.
Если А."нна" П."етровна" так же мила, как сказывают, то верно она моего
мнения: справься с нею об этом. Поклон Порфирию и всем моим старым приятелям.
Прости, украинской мудрец,
Наместник Феба и Приапа!
Твоя соломенная шляпа
Покойней, (46) чем иной венец;
Твой Рим - деревня; ты мой Папа,
Благослови ж меня, певец!
8 дек.
Адрес: Поэту Родзянке.
122. Д. М. Шварцу.
Около 9 декабря 1824 г. Михайловское.
(Черновое)
Буря кажется успокоилась, осмеливаюсь выглянуть из моего гнезда и подать
вам голос, милый Дм."итрий" Мак."симович." Вот уже 4 месяца, как нахожусь я в
глухой деревни - скучно, да нечего делать; здесь нет ни моря, ни неба полудня,
ни италианской оперы. Но за то нет - ни саранчи, ни милордов Уоронцовых.
Уединение мое совершенно - праздность торжественна. Соседей около меня мало, я
знаком только с одним семейством, и то вижу его довольно редко - целый день
верьхом - вечером слушаю сказки моей няни, оригинала няни Татьяны; вы кажется
раз ее видели, она единственная моя подруга - и с нею только мне нескучно. Об
Одессе ни слуху, ни духу. Сердце вести просит - долго не смел затеять переписку
с оставленными товарищами - долго крепился, но не утерпел. Ради бога! слово
живое об Одессе - скажите мне, что у вас делается - скажите во-первых
выздоровела "ли" маленькая гр."афиня" Гурьева, я сердечно желаю всего счастья,
почт. и благ.
123. Л. С. Пушкину.
Около (не позднее) 20 декабря 1824 г. Михайловское.
Вульф здесь, я ему ничего еще не говорил, но жду тебя - приезжай хоть с
П."расковьей" А."лександровной", хоть с Дельвигом; переговориться нужно
непременно.
С Рокотовым я писал к тебе - получи это письмо непременно. Тут я по
глупости лет прислал тебе святочную песенку. Ветреный юноша Р."окотов" может
письмо затерять - а ничуть не забавно мне попасть в крепость pour des chansons.
Христом и богом прошу скорее вытащить Онегина из-под цензуры - слава, "--
" ее "----" - деньги нужны. Долго не торгуйся за стихи - режь, рви, кромсай хоть
все 54 строфы его. Денег, ради бога, денег! -
У меня с Тригорскими завязалось дело презабавное - некогда тебе
рассказывать, а уморительно смешно. Благодарю тебя за книги, да пришли же мне
всевозможные календари, кроме Придворного и Академического. К стати - начало
речи старика Шишкова меня тронуло, да конец подгадил все. Что ныне цензура?
Напиши мне нечто
О / Карамзине, ой, ых.
Жуковском
Тургеневе А.
Северине
Рылееве и Бестужеве
И вообще о толках публики. Насели ли на Воронцова? Царь, говорят, бесится -
за что бы кажется, да люди таковы! - Пришли мне бумаги почтовой и простой, если
вина, так и сыру, не забудь и (говоря по Делилевски) витую сталь, пронзающую
засмоленую [пробку] главу бутылки - т. е. штопер. Мне дьявольски не нравятся
п"етербургск"ие толки о моем побеге. Зачем мне бежать? здесь так хорошо! Когда
ты будешь у меня, то станем трактовать о банкире, о переписке, о месте
пребывания Чедаева. Вот пункты, о которых можешь уже осведомиться.
Кто думает ко мне заехать? Избави меня
От усыпителя глупца,
От пробудителя нахала! -
впроччем, всех милости просим. С посланным посылай, что задумаешь - addio.
Получил ли ты письмо мое о Потопе, где я говорю тебе voilа une belle
occasion pour nos dames de faire bidet? NB. NB. Хотел послать тебе стихов, да
лень.
124. Л. С. Пушкину.
20-23 декабря 1824 г. Михайловское.
Брат! здраствуй - писал тебе на днях; с тебя довольно. Поздравляю тебя с
рожеством господа нашего и прошу поторопить Дельвига. Пришли мне Цветов да Эду
да поезжай к Энгельгартову обеду. Кланяйся господину Жуковскому. Заезжай к
Пущину и Малиновскому. Поцалуй Матюшкина, люби в почитай Александра Пушкина.
Да пришли мне кольцо, мой Лайон. (47)
125. Л. С. Пушкину.
Ноябрь - декабрь 1824 г. Михайловское.
Бумаги, перьев
облаток, чернил
чернильницу
de voyage
Чамодан
Библии 2
Шекспир
Вина [bordeau] Soterne Champagne
Сыр
ли"мбургский"
Курильницу
Lampe de voyage
Allumettes
Табак
Гл."иняную" труб"ку с" черешневым чубуком"
[Chemises]
formes "?" (48)
bague
Мйdaillon simpile
montre
Примечания
(1) в подлиннике: мого
(2) в подлиннике, видимо, описка: Паризаны
(3) переделано из лучшие
(4) (похабный) вписано
(5) сперва было начато: О п"оэме"
(6) 3000 исправлено из 1000.
(7) и переделано из я
(8) вместо прав сперва было начато: не
(9) приписка - сбоку страницы
(10) в подлиннике: vaillent
(11) ты вписано
(12) прорвано
(13) в подлиннике: В Чернышевской переулке
(14) в подлиннике: литтературы, затем одно т зачеркнуто.
(15) вот вписано
(16) ей дней подчеркнуто двумя чертами.
(17) 4-ой переправлено из 5-ой
(18) человеческим вписано
(19) сперва было: законнорожденный потомок их школьной славы
(20) четыре последние слова густо замараны другими чернилами
(21) тут же переделано из ту же
(22) когда увидел переделано из увидев
(23) она переделано из я
(24) Мнение Писарева вписано
(25) верхний край письма оторван
(26) в Кишеневе вписано
(27) переделано из по высочайшему
(28) переделано из мнительную
(29) фраза вписана
(30) поклонился вписано
(31) в подлиннике: в котором
(32) переделано из un
(33) сперва было: замешательство без приезда твоего брата в
(34) переделано из въ
(35) кусок вырван
(36) тем вписано
(37) пустель"гу" вписано
(38) повреждено при вскрытии и новой заклейке
(39) у прорванного места, близ печати
(40) в чем оправдывается! вписано
(41) переделано из он
(42) слова в скобках вписаны
(43) последний абзац приписан сверху и сбоку первой страницы
(44) переделано из сделанное или полу-сделанное
(45) три последние слова позднее зачеркнуты
(46) переделано из Спокойней
(47) приписка на обороте, поперек страницы
(48) в подлиннике заключено в рамку вместе с зачеркнутым словом Chiemises и
помечено сбоку крестиком.
ПЕРЕПИСКА 1825
126. К. Ф. Рылеев - Пушкину.
5-7 января 1825 г. Петербург.
Рылеев обнимает Пушкина и поздравляет с Цыганами. Они совершенно оправдали
наше мнение о твоем таланте. Ты идешь шагами великана и радуешь истинно русские
сердца. Я пишу к тебе: ты, потому что холодное вы не ложится под перо;
надеюсь, что имею на это право и по душе и по мыслям. Пущин познакомит нас
короче. Прощай, будь здоров и не ленись: ты около Пскова: там задушены последние
вспышки русской свободы; настоящий край вдохновения - и неужели Пушкин оставит
эту землю без поэмы.
127. П. А. Плетнев - Пушкину.
22 января 1825 г. Петербург.
22 генваря, 1825.
С. п. бург.
Как быть, милый Пушкин! Твое письмо пришло поздо. Первый лист Онегина весь
уже отпечатан, числом 2400 экзем. Следственно поправок сделать нельзя. Не
оставить ли их до второго издания? В этом скоро будет настоять нужда. Ты верно
уже получил мое письмо с деньгами 500 р. По этому суди, что работа у нас не
дремлет, когда дело идет о твоих стихах. Все жаждут. Онегин твой будет карманным
зеркалом петербургской молодежи. Какая прелесть! Латынь мила до уморы. Ножки
восхитительны. Ночь на Неве с ума нейдет у меня. Если ты в этой главе без
всякого почти действия так летишь и влечешь, то я не умею вообразить, что выйдет
после. Но Разговор с книгопродавцем верх ума, вкуса и вдохновения. Я уж не
говорю о стихах: меня убивает твоя логика. Ни один немецкий профессор не удержит
в пудовой диссертации столько порядка, не поместит столько мыслей и не докажет
так ясно своего предложения. Между тем какая свобода в ходе! Увидим, раскусят ли
это наши классики? Они до слез уморительны. Прочитай во 2-м • Сына Отечества
брань на мое Письмо о русских поэтах. Бранятся за Баратынского, как будто он в
своей раме не совершенство, какого только можно желать. Бранятся за Жуковского,
как будто не с него начался у нас чистый поэтический язык. Бранятся за
Державина, как будто нельзя быть высочайшим поэтом, не попадая в золотый век. А
Гомер-то? Но сделай милость, держи при Критике и мое письмо. Они меня криво
толкуют. Они хотят уверить, что я поместил тебя в число плаксивых элегиков,
когда я упомянул, что игривость твоя не мешает тебе в то же время быть
исполненным самою трогательною чувствительностию. Они думают сделать тебе честь,
сказавши, что у тебя один поэтический ум, а нежных и глубоких движений сердца ты
не разумеешь. Они разочли, что великому поэту смешно быть чувствительным. Им
кажется, что Шаликов чувствителен. Вот судьи наши! Радуйтесь, чернь рукоплещет.
Но полно о глупостях.
Козлова завтра увижу и прочитаю твое письмо. Он твоим словом больше
дорожит, нежели всеми громкими похвалами. Его Байрон (мне давно казалось) по
частям лучше, нежели в целости. Историю никак не уломаешь в лирическую пиесу.
Рылеев это прежде него доказал своими Думами. Какие мерзости с Дельвигом делают
эти молодцы за Северные Цветы. У них на Парнассе толкучий рынок. Все для денег.
О себе прошу тебя. Если ты доброжелательствуешь мне: говори прямее. Шутка
конечно мила; но дело нужнее. После твоих побранок мне легче исправляться. О
стихах я уж не спрашиваю. Но что проза? Главное: есть ли слог? Без него, по
моему мнению, нет и прозы. Истина мыслей рано или поздо приходит, а слога не
возьмешь ни из грамматики, ни в книгах не начитаешь. Тебе со стороны легче
видеть все ясно. Толков ты не слышишь. Одно осталось тебе: диктаторствуй над
литературными плебеянами, да и только!
Я жду от тебя ответа нетерпеливо. Пиши обо всем, что ты думаешь начать или
с новыми, или с прежними изданиями. Если хочешь денег, то распоряжайся скорее.
Когда выйдет Онегин, я надеюсь скопить для будущих изданий значительную сумму,
не отнимая у твоих прихотей необходимого.
128. К. Ф. Рылееву.
25 января 1825 г. Михайловское.
Благодарю тебя за ты и за письмо. Пущин привезет тебе отрывок из моих
Цыганов. Желаю, чтоб они тебе понравились. Жду Пол."ярной" Звез."ды" с
нетерпеньем, знаешь для чего? для Войнаровского. Эта поэма нужна была для нашей
словесности. Бест."ужев" пишет мне много об Онегине - скажи ему, что он не прав:
ужели хочет он изгнать все легкое и веселое из области поэзии? куда же денутся
сатиры и комедии? следственно должно будет уничтожить и Orlando furioso, и
Гудибраса, и Pucelle, и Вер-Вера, и Ренике-фукс, и лучшую часть Душеньки, и
сказки Лафонтена, и басни Крылова etc. etc. etc. etc. etc... Это немного
строго. Картины светской жизни также входят в область поэзии, но довольно об
Онегине.
Согласен с Бестужевым во мнении о критической [его] статье Плетнева - но не
совсем соглашаюсь [в] с строгим приговором о Жук"овском". Зачем кусать нам груди
кормилицы нашей? потому что зубки прорезались? Что ни говори, Ж"уковский" имел
решительное влияние на дух нашей словесности; к тому же переводный слог его
останется всегда образцовым. Ох! уж эта мне республика словесности. За что
казнит, за что венчает? Что касается до Батюшкова, уважим в нем несчастия и не
созревшие надежды. Прощай, поэт.
25 генв.
129. П. А. Вяземскому.
25 января 1825 г. Михайловское.
Что ты замолк? получил ли ты от меня письмо, где говорил я тебе об
Ольдекопе, о собрании моих элегий, о Татьяне, etc. В Цветах встретил я тебя и
чуть не задохся со смеху, прочитав твою Черту местности. Это маленькая прелесть.
Чист."осердечный" Ответ растянут: рифмы слезы, розы завели тебя. Краткость
одно из достоинств сказки эпиграмматической. Сквозь кашель и сквозь слезы
очень забавно, но вся мужнина речь до за гробом ревность мучит растянута и
натянута. Еще мучительней вдвойне едва ли не плеоназм. Вот тебе критика
длиннее твоей пиэсы - да ты один можешь ввести и усовершенствовать этот род
стихотворения. Руссо в нем образец, и его похабные эпиграммы стократ выше од и
гимнов. - Прочел я в Инвалиде объявление о Телеграфе. Что там моего? Море или
Телега? Что мой Кюхля, за которого я стражду, но все люблю? говорят, его
обстоятельства не хороши - чем нехороши? Жду к себе на днях брата и Дельвига -
покаместь я один одинешенек; живу недорослем, валяюсь на лежанке и слушаю старые
сказки да песни. Стихи не лезут. Я кажется писал тебе, что мои Цыгане ни куда не
годятся: не верь - я соврал - ты будешь ими очень доволен. Онегин печатается;
брат и Плетнев смотрят за изданием; не ожидал я, чтоб он протерся сквозь цензуру
- честь и слава Шишкову! Знаешь ты мое Второе послание цензору? там между
проччим
Обдумав наконец намеренья благие,
Министра честного наш добрый царь избрал.
Шишков уже наук правленье восприял.
Сей старец дорог нам: он блещет средь народа
Священной памятью Двенадцатого года,
Один в толпе вельмож он русских Муз любил,
Их незамеченных созвал, соединил,
От хлада наших дней спасал он лавр единый
Осиротевшего венца Екатерины etc.
Так Арзамасец говорит ныне о деде Шишкове, tempora altri! вот почему я не
решился по твоему совету к нему прибегнуть в деле своем с Ольдекопом. В
подлостях нужно некоторое благородство. Я же подличал благонамеренно - имея в
виду пользу [нашу] (1) нашей словесности и усмиренье кичливого Красовского.
Прощай, кланяйся княгине - и детей поцалуй. Не правда ли, что письмо мое
напоминает le faire [Василья Львовича]? (2) Вот тебе и стишки в его же духе
Приятелям
Враги мои, покаместь, я ни слова,
И кажется, мой быстрый гнев угас;
Но из виду не выпускаю вас
И выберу, когда-нибудь, любого;
Не избежит пронзительных когтей,
Как налечу нежданый, беспощадный:
Так в облаках кружится ястреб жадный
И сторожит (3) индеек и гусей.
Напечатай где-нибудь.
25 генв.
Как ты находишь статью, что написал наш Плетнев? экая ералаш! Ты спишь,
Брут! Да скажи мне, кто у вас из Москвы так горячо вступился за немцев против
Бестужева (которого я не читал). Хочешь еще эпиграмму?
Наш друг Фита, Кутейкин в эполетах,
Бормочит нам растянутый псалом:
Поэт Фита, не становись Фертом!
Дьячок Фита, ты Ижица в поэтах!
Не выдавай меня, милый; не показывай этого никому: Фита бо друг сердца
моего, муж благ, незлобив, удаляйся от всякия скверны.
130. П. А. Вяземскому.
28 января 1825 г. Тригорское.
Пущин привезет тебе 600 рублей. Отдай их кн."ягине" В."ере" Ф."едоровне" и
с моей благодарностию. Савелов большой подлец. Посылаю при сем к нему дружеское
письмо. Перешли его (в конверте) в Одессу по оказии, а то по почте он скажет:
не получил. Охотно извиняю и понимаю его
Но умный человек не может быть не плутом!
A propos. Читал я Чацкого - много ума и смешного в стихах, но во всей
комедии ни плана, ни мысли главной, ни истины. Чацкий совсем не умный человек -
но Грибоедов очень умен. Пришлите же мне Ваш Телеграф. Напечатан ли там Хвостов?
что за прелесть его послание! достойно лучших его времен. А то он было сделался
посредственным, как В."асилий" Л."ьвович", Ив."анчин"-Пис"арев" - и проч. Каков
Филимонов в своем Инвалидном объявлении. Милый, теперь одни глупости могут еще
развлечь и рассмешить меня. Слава же Филимонову!
Пишу тебе в гостях [за] с разбитой рукой - упал на льду не с лошади, а с
лошадью: большая разница для моего наезднического честолюбия.
28 генв.
131. А. А. Бестужеву.
Конец января 1825 г. Михайловское.
Рылеев доставит тебе моих Цыганов. Пожури моего брата за то, что он не
сдержал своего слова - я не хотел, чтоб эта поэма известна была прежде времени -
теперь нечего делать -
принужден ее напечатать, [прежде] пока не растаскают ее по клочкам.
Слушал Чацкого, но только один раз, и не с тем вниманием, коего он достоин.
(4) Вот что мельком успел я заметить:
Драмматического писателя должно судить по законам, им самим над собою
признанным. Следст. не осуждаю ни плана, ни завязки, ни приличий комедии
Грибоедова. Цель его - характеры и резкая картина нравов. В этом отношении
Фамусов и Скалозуб превосходны. Софья начертана не ясно: не то "-----", не то
московская кузина. Молчалин не довольно резко подл; не нужно ли было сделать из
него и труса? старая пружина, но штатской трус в большом свете между Чацким и
Скалозубом мог быть очень забавен. Les propos de bal, сплетни, рассказ
Репетилова о клобе, Загорецкий, всеми отъявленный и везде принятый - вот черты
истинно комического гения. - Теперь вопрос. В комедии Горе от ума кто умное
действ."ующее" лицо? ответ: Грибоедов. А знаешь ли, что такое Чацкий? Пылкий [и]
благородный (молодой человек] и добрый (5) малой, проведший несколько времени с
очень умным человеком (имянно с Грибоедовым) и напитавшийся его мыслями,
остротами и сатирическими замечаниями. Все, что говорит он - очень умно. Но кому
говорит он все это? Фамусову? Скалозубу? На бале московским бабушкам? Молчал
...Поділитися у соцмережах
