Жанр: Классика
Полное собрание сочинений с критикой
...ень неучтиво), говорит, что характеры моей поэмы писаны мрачными
красками этого нежного, чувствительного Корреджио и смелою кистию Орловского,
который кисти в руки не берет, а (22) рисует только почтовые тройки да
киргизских лошадей? Согласен со мнением неизвестного эпиграммиста - критика его
для меня ужасно как тяжка. Допрощик (23) умнее, а тот, кто взял на себя труд
отвечать ему (благодарность и самолюбие в сторону), умнее всех их. В газетах
читал я, что Руслан, напечатанный для приятного препровожденья скучного времени,
продается с превосходною картинкою - кого мне за нее благодарить? Друзья мои!
надеюсь увидеть вас перед своей смертию. Покаместь у меня еще поэма готова или
почти готова. Прощайте - нюхайте гишпанского табаку и чихайте громче, еще
громче.
Пушкин.
Каменка 4 декабря
1820
Где Жуковской, уехал ли он с ее в."ысочеством"? Обнимаю с братским
лобзанием Дельвига и Кюхельбекера. Об них нет ни слуха ни духа - журнала его не
видал; писем также.
Мой адрес: В Кишенев - Его пр."евосходительству" Ивану Никитичу Инзову.
ПЕРЕПИСКА 1821
19. В. Л. Давыдову (?).
Первая половина марта 1821 г. Кишинев (?).
(Черновое) (24)
Уведомляю тебя о происшедствиях, которые будут иметь следствия, важные не
только для нашего края, но и для всей Европы.
Греция восстала и провозгласила свою свободу. Теодор Владимиреско,
служивший некогда в войске покойного князя Ипсиланти, в начале февраля ныняшнего
года - вышел из Бухареста с малым чис"лом" вооруженных арнаутов и объявил, что
греки не в силах более выносить притеснений и грабительств туре"цких"
начальников, что они решились освободить роди"ну" от ига незаконного, что
"нам"ерены платить только подати, "н"аложенные правительством. Сия прокламация
"встр"евожила всю "Молд"авию. К."нязь" Суццо и "русской" консул н"апрас"но"?"
хотели удержать р"аспростра"нения"?" бунт"а" - пандуры и арнауты от"овсю"ду
бежали к смелому Владимиреско - и в несколько дней он уже начальствовал 7000
войска.
21 февр"аля" генерал князь Александр Ипсиланти - с двумя из своих братьев и
с кня."зем" Георг."ием" Кан"такузеном" прибыл в Яссы из Кишенева, где оставил он
мать, сестер и двух братий. Он был встречен 3 стами арнаутов, кн."язем" Су."ццо"
и р."усским" к"онсулом" и тотчас принял начальство города. Там издал он
прокламации, которые быстро разлилися повсюду - в них сказано - что Феникс
Греции воспрянет из своего пепла, что час гибели для Турции настал и проч., и
что Великая Держава одобряет подвиг великодушный! Греки стали стекаться толпами
под его трое знамен, из которых одно трехцветно, на другом развевается крест,
обвитый лаврами, с текстом сим знаменем победиши, на третьем изображен
возрождающийся Феникс. - Я видел письмо одного инсургента - с жаром описывает он
обряд освящения знамен и меча князя Ипсиланти - восторг духовенства и народа - и
прекрасные минуты Надежды и Свободы...
В Яссах все спокойно. Семеро турков были приведены к Ипсиланти - и тотчас
казнены - странная новость со стороны европейского генерала. "В Г"алацах турки в
числе 100 человек были перер"езаны"; "двен"адцать греков также убиты. "И"звестие
о возмущ"ении" "пора"зило Константинополь. Ожидают уж"асов," "?" "но" "?" еще их
нет. Трое бежавши"х" греков "на"ходятся со вчерашнего дня в здешнем карантине.
Они уничтожили многие ложные слухи - старец Али принял христианскую веру и
окрещен именем Константина - двухтысячный отряд его, который шел на соединение с
сулиотами - уничтожен турецким войском.
Восторг умов дошел до высочайшей степени, все мысли устремлены к одному
предмету - к независимости древнего Отечества. В Одессах я уже не застал
любопытного зрелища: в лавках, на улицах, в трактирах везде собирались толпы
греков, все продавали за ничто свое имущество, покупали сабли, ружьи, пистолеты,
все говорили об Леониде, об Фемистокле, все шли в войско счастливца Ипсиланти.
Жизнь, имения греков в его распоряжении. С начала имел он два миллиона. Один
Паули дал 600 т"ысяч" пиаст"ров" с тем, чтоб ему их возвратить по
восстановлении Греции. 10,000 греков записались в войско.
Ипсиланти идет на соединение с Владимиреско. Он называется
Главнокомандующим северных греч."еских" войск - и уполномоченным Тайного
Правительства. Должно знать, что уже тридцать лет составилось и распространилось
тайное общ"ество", коего целию было освобож"дение" Греции, ч"лены общест"ва "?"
разделены на три "степе"ни... Низ"шую" "?" "ст"епень составляла военная "кас"та
"?" - втору"ю граж"дане, чле"ны втор"ой "?" степени имели право каждый
пр"ииск"ать себе товарищей - но не воино"в", которых избирала только 3 высшая
степень. Ты видишь простой ход и главную мысль сего общества, которого
основатели еще неизвестны... Отдельная вера, отдельный язык, независимость
книгопечатания, с одной стороны просвещение, с другой глубокое невежество - все
покровительствовало вольнолюбивым патриотам - все купцы, все духовенство до
последнего монаха считалось в обществе - которое ныне торжествует и коего
чис"ло" дост"игает" "?"
Вот тебе подробный отчет последних происшедствий нашего края.
Странная картина! Два великие народа, давно падших в презрительное
ничтожество, в одно вре"мя" восстают из праха - и, возобновленные, являются на
политическом поприще мира. Первый шаг Ал"ександра" Ипсиланти прекрасен и
блистателен. Он счастливо начал - отныне и мертвый или победи"тель"
п"рин"адлежит истории - 28 лет, оторванная рука, цель великодушная! - завидная
"у"часть. "Кин"жал изменника опаснее дл"я него" сабли "турк"ов; КонстантинПаш"а"
не совестней будет Клодовика "или Владимира "?", влияние молодого
мстителя Греции "долж"но его встревожить. Признаюсь я [бы] "сове"товал "?"
к."нязю" Ипсиланти предупредить престарелого злодея: нравы той страны, где он
теперь действует, оправдают политическое убийство.
Важный вопрос: что станет делать Россия; займем ли мы Молдавию и Валахию
под видом миролюбивых посредников; перейдем ли мы за Дунай союзниками греков и
врагами их врагов? Во всяком случае буду уведомлять -
20. А. А. Дельвигу.
23 марта 1821 г. Кишинев.
Друг Дельвиг, мой парнасской брат,
Твоей я прозой был утешен;
Но признаюсь, барон, я грешен:
Стихам я больше был бы рад....
Ты знаешь, я в минувши годы,
У берегов Кастальских вод,
Любил марать поэмы, оды. -
Ревнивый зрел меня народ
На кукольном театре моды;
Поклонник правды и свободы,
Бывало, что ни напишу,
Все для иных не Русью пахнет;
О чем цензуру ни прошу,
Ото всего Тимковский ахнет.
Теперь я право чуть дышу,
От воздержанья Муза чахнет,
И редко, редко с ней грешу;
К Молве болтливой я хладею
И из учтивости одной
Доныне волочусь за нею,
Как муж ленивый за женой.
Наскуча Муз бесплодной службой,
Другой богиней, тихой Дружбой
Я славы заменил кумир.
Но все люблю, мои поэты,
Фантазии волшебный мир,
И чуждым пламенем согретый,
Внимаю звуки ваших лир.
Так точно, позабыв сегодня
Проказы, игры прежних дней,
Глядит с лежанки ваша сводня
На шашни молодых "------"...
Жалею, Дельвиг, что до меня дошло только одно из твоих писем, именно то,
которое мне доставлено любезным Гнедичем, вместе с девственной Людмилою. - Ты не
довольно говоришь о себе и об друзьях наших - о путешествиях Кюх...."ельбекера"
слышал я уж в Киеве. Желаю ему в Париже дух целомудрия, в канцелярии Нарышкина
дух смиренномудрия и терпения, об духе любви я не беспокоюсь, в этом нуждаться
не будет, о празднословии молчу - дальный друг не может быть излишне болтлив. В
твоем отсутствии сердце напоминало о тебе, об твоей Музе - журналы. Ты все тот
же - талант прекрасный и ленивый. Долго ли тебе шалить, долго ли тебе
разменивать свой гений на серебренные четвертаки. Напиши поэму славную, только
не четыре
части дня и не четыре времени "года", напиши своего Монаха. Поэзия мрачная,
богатырская, сильная, байроническая - твой истинный удел - умертви в себе
ветхого человека - не убивай вдохновенного поэта. Что до меня, моя радость,
скажу тебе, что кончил я новую поэму - Кавказский Пленник, которую надеюсь скоро
вам прислать. Ты ею не совсем будешь доволен и будешь прав; еще скажу тебе, что
у меня в голове бродят еще поэмы, но что теперь ничего не пишу. Я перевариваю
воспоминания и надеюсь набрать вскоре новые; чем нам и жить, душа моя, под
старость нашей молодости - как не воспоминаниями? -
Недавно приехал в Кишенев и скоро оставляю благословенную Бессарабию - есть
страны благословеннее. Праздный мир не самое лучшее состояние жизни. Даже и
Скарментадо кажется не прав - самого лучшего состояния нет на свете, но
разнообразие спасительно для души. -
Друг мой, есть у меня до тебя просьба - узнай, напиши мне, что делается с
братом - ты его любишь, потому что меня любишь, он человек умный во всем смысле
слова - и в нем прекрасная душа. Боюсь за его молодость, боюсь воспитания,
которое дано будет ему обстоятельствами его жизни и им самим - другого
воспитания нет для существа, одаренного душою. Люби его, я знаю, что будут
стараться изгладить меня из его сердца, - в этом найдут выгоду. - Но я чувствую,
что мы будем друзьями я братьями не только по африканской нашей крови.
Прощай.
А. Пушкин.
1821 г. марта
Кишенев. -
21. H. И. Гнедичу.
24 марта 1821 г. Кишинев.
В стране, где Юлией венчанный
И хитрым Августом изгнанный (25)
Овидий мрачны дни влачил;
Где элегическую лиру
Глухому своему кумиру
Он малодушно посвятил;
Далече северной столицы
Забыл я вечный ваш туман,
И вольный глас моей цевницы
Тревожит сонных молдаван.
Все тот же я - как был и прежде;
С поклоном не хожу к невежде,
С Орловым спорю, мало пью,
Октавию - в слепой надежде -
Молебнов лести не пою.
И Дружбе легкие посланья
Пишу без строгого старанья.
Ты, коему судьба дала
И смелый ум и дух высокой
И важным песням обрекла,
Отраде жизни одинокой;
О ты, который воскресил
Ахилла призрак величавый,
Гомера Музу нам явил
И смелую певицу славы
От звонких уз освободил -
Твой глас достиг уединенья,
Где я сокрылся от гоненья
Ханжи и гордого глупца,
И вновь он оживил певца,
Как сладкий голос вдохновенья.
Избранник Феба! твой привет,
Твои хвалы мне драгоценны;
Для Муз и дружбы жив поэт.
Его враги ему презренны -
Он Музу битвой площадной
Не унижает пред народом;
И поучительной лозой
Зоила хлещет - мимоходом.
Вдохновительное письмо ваше, почтенный Николай Иванович - нашло меня в
пустынях Молдавии; оно обрадовало и тронуло меня до глубины сердца. Благодарю за
воспоминание, за дружбы, за хвалу, за упреки, за формат этого письма - все
показ"ыв"ает участие, которое принимает живая душа ваша во всем, что касается до
меня. Платье сшитое, по заказу вашему, на Руслана и Людмилу прекрасно; и вот уже
четыре дни как печатные стихи, виньета и переплет детски утешают меня.
Чувствительно благодарю почтенного
&_0031_050_055_0
эти черты сладкое для меня доказательство его любезной благосклонности. - Не
скоро увижу я вас; здешние обстоятельства пахнут долгой, долгою разлукой! молю
Феба и казанскую богоматерь, чтоб возвратился я к вам с молодостью,
воспоминаньями и еще новой (26) поэмой; - та, которую недавно кончил, окрещена
Кавказским пленником. Вы ожидали многого, как видно из письма вашего - найдете
малое, очень малое. С вершин заоблачных бесснежного Бешту видел я только в
отдаленьи ледяные главы Казбека и Эльбруса. Сцена моей поэмы должна бы
находиться на берегах шумного Терека, на границах Грузии, в глухих ущелиях
Кавказа - я поставил моего героя в однообразных равнинах, где сам прожил [я] два
месяца - где возвышаются в дальном расстоянии друг от друга 4 горы, отрасль
последняя Кавказа; - во всей поэме не более 700 стихов - в скором времени пришлю
вам ее - дабы сотворили вы с нею, что только будет угодно.
Кланяюсь всем знакомым, которые еще меня не забыли - обнимаю друзей. С
нетерпеньем ожидаю 9 тома Русской Истории. Что делает Н."иколай" М."ихайлович"?
здоровы ли он, жена и дети. Это почтенное семейство ужасно недостает моему
сердцу. - Дельвигу пишу в вашем письме. Vale.
Пушкин.
Кишенев.
1821 марта 24.
22. А. И. Тургеневу.
7 мая 1821 г. Кишинев.
Не правда ли, что вы меня не забыли, хотя я ничего не писал и давно не
получал об вас никакого известия? Мочи нет, почтенный Александр Иванович, как
мне хочется недели две побывать в этом пакостном Петербурге: без Карамзиных, без
вас двух, да еще без некоторых избранных, соскучишься и не в Кишеневе, а вдали
камина к."нягини" Голицыной замерзнешь и под небом Италии. В руце твои предаюся,
отче! Вы, который сближены с жителями Каменного острова, не можете ли вы меня
вытребовать на несколько дней (однакож не более) с моего острова Пафмоса? Я
привезу вам за то сочинение во вкусе Апокалипсиса и посвящу вам, христолюбивому
пастырю поэтического нашего стада; но сперва дайте знать минутным друзьям моей
минутной младости, чтоб они прислали мне денег, чем они чрезвычайно обяжут
искателя новых впечатлений. В нашей Бессарабии в впечатлениях недостатку нет.
Здесь такая каша, что хуже овсяного киселя. Орлов женился; вы спросите каким
образом? Не понимаю. Разве он ошибся плешью и "-------- ----" головою. Голова
его тверда; душа прекрасная; но чорт ли в них? Он женился; наденет халат и
скажет:
Beatus qui procul....
Верьте, что, где б я ни был, душа моя, какова ни есть, принадлежит вам и
тем, которых умел я любить.
Пушкин.
Кишенев
7 мая 1821.
Если получу я позволение возвратиться, то не говорите ничего никому, и я
упаду, как снег на голову.
Адрес:
Его превосходительству
Александру Ивановичу
Тургеневу.
в С. Петербурге. -
23. Дегильи.
6 июня 1821 г. Кишинев.
Avis а M-r Deguilly, ex-officier franзаis.
Il ne suffit pas d'кtre un J. F.; il faut encore l'кtre franchement.
A la veille d'un foutu duel au sabre, on n'йсrit pas sous les yeux de sa
femme des jйrймiades et son testament. On ne fabrique pas des contes а dormir
debout avec les autoritйs de la ville, afin d'emрксher une йgratignure. On ne
compromet pas deux fois son second. (29)
Tout ce qui est arrivй, je l'ai prйvu, je suis fвсhй de n'avoir pas pariй.
Maintenant tout est fini, mais prenez garde а vous.
Agrйеz l'assurance des sentiments que vous мйritez.
Pouchkine.
6 juin, 1821.
Notez encore que maintenant en cas de besoin je saurai faire agir mes
droits de gentilhomme russe, puisque vous n'entendez rien au droit des armes.
24. Л. С. Пушкину и О. С. Пушкиной.
27 июля 1821 г. Кишинев.
Брату.
Здраствуй, Лев, не благодарю тебя за письмо твое, потому что ты мне
дельного ничего не говоришь - я называю дельным все, что касается до тебя. Пиши
ко мне, покаместь я еще в Кишеневе. Я тебе буду отвечать со всевозможной
болтливостью, и пиши мне по-русски, потому что, слава богу, с моими
конституционными друзьями я скоро позабуду русскую азбуку. Если ты в родню, так
ты литератор (сделай милость не поэт): пиши же мне об новостях нашей
словесности; что такое Сотворение мира Милонова? что делает Катенин? Он ли
задавал вопросы Воейкову в С."ыне" О."течества" прошлого года? Кто на ны? Черная
Шаль тебе нравится - ты прав, но ее чорт знает как напечатали. Кто ее так
напечатал? пахнет Глинкой. Если ты его увидишь, обними его братски, скажи ему,
что он славная душа - и что я люблю его, как должно. Вот еще важнее: постарайся
свидиться с Всеволожским - и возьми у него на мой счет число экземпляров моих
сочинений (буде они напечатаны), розданное моими друзьями - экземпляров 30.
Скажи ему, что я люблю его, что он забыл меня, что я помню вечера его,
любезность его, V. С. Р. его, L. D. (27) его, Овошникову его, Лампу его - и все
елико друга моего. Поцелуй, если увидишь, Юрьева и Мансурова - пожелай здравия
калмыку - и напиши мне обо всем.
Пришли мне Тавриду - Боброва. Vale.
Твой брат А.
27 июля.
Сестре.
Etes-vous de retour de votre voyage? avez-vous visitй de nouveau les
souterrains, les chвteaux, les cascades de Narva? cela vous a-t-il amusй? aimezvous
toujours vos promenades solitaires? quels sont vos chiens favoris? avezvous
oubliй la mort tragique d'Omphale et de Bizarre? qu'est-ce qui vous amuse?
que lisez-vous? avez-vous revu la voisine Annette Vouif? montez-vous а cheval?
quand revenez-vous а Pйtersbourg? que font les Korf? кtes-vous mariйе, кtes-vous
prкte а l'кtre? doutez-vous de mon amitiй? bonjour, ma bonne amie.
25. С. И. Тургеневу.
21 августа 1821 г. Кишинев.
Поздравляю вас, почтенный Сергей Иванович, с благополучным прибытием из
Турции чуждой в Турцию родную. С радостию приехал бы я в Одессу побеседовать с
вами и подышать чистым европейским воздухом, но я сам в карантине, и смотритель
Инзов не выпускает меня, как зараженного какою-то либеральною чумою. Скоро ли
увидите вы северный Стамбул? обнимите там за меня милого нашего муфти Александра
Ивановича и мятежного драгомана брата его; его преосвященству писал я письмо, на
которое ответа еще не имею. Дело шло об моем изгнании - но если есть надежда на
войну, ради Христа, оставьте меня в Бессарабии. Пред вами я виноват, полученное
от вас письмо я через два дни перечитываю - но до сих пор не отвечал - надеюсь
на великодушное прощение и на скорое свидание.
Кланяюсь Чу, если Чу меня помнит - а Долгорукой меня забыл.
Пушкин.
21 авг.
Адрес: Сергею Ивановичу Тургеневу
26. H. И. Гречу.
21 сентября 1821 г. Кишинев.
Извините, любезный наш Аристарх, если опять беспокою вас письмами и
просьбами; сделайте одолжение - доставьте письмо, здесь прилагаемое, брату
моему; молодой человек меня забыл и не прислал мне даже своего адреса.
Вчера видел я в С."ыне" О."течества" мое послание к Ч-у; уж эта мне
цензура! Жаль мне, что слово вольнолюбивый ей не нравится: оно так хорошо
выражает нынешнее libйral, оно прямо русское, и верно почтенный А. С. Шишков
даст ему право гражданства в своем словаре, вместе с шаротыком и с топталищем.
Там напечатано глупца философа; зачем глупца? стихи относятся к Американцу
Толстому, который вовсе не глупец; но лишняя брань не беда. А скромное письмо
мое на счет моего же письма - видно не лезет сквозь цензуру? Плохо.
Дельвигу и Гнедичу пробовал я было писать - да они и в ус не дуют. Что б
это значило: если просто забвение - то я им не пеняю: забвенье - естественный
удел всякого отсутствующего; я бы и сам их забыл, если бы жил с эпикурейцами, в
эпикурейском кабинете, и умел читать Гомера; но если они на меня сердятся или
разочли, что письмы их мне не нужны - так плохо.
Хотел было я прислать вам отрывок из моего Кавказского Пленника, да лень
переписывать; хотите ли вы у меня купить весь кусок поэмы? длиною в 800 стихов;
стих шириною - 4 стопы; разрезано на 2 песни. Дешево отдам, чтоб товар не
залежался. Vale.
Пушкин.
21 сентября
1821.
Кишенев.
27. Неизвестному.
1821 г. Кишинев (?).
(Черновое)
Votre lettre est arrivйе fort а propos, j'en avais besoin...
Примечания
(1) его величеству зачеркнуто и рукой Н. Ф. Кошанского надписано: г"ос."ударю"
им"ператору"
(2) Исправлено самим Пушкиным из
&_0032_063_021_0
(3) мое вписано
(4) В Яжелбицах мы нашли почталиона хромаго, и Вяземский мне эту задал
эпиграмму.
(5) переделано из желающий
(6) листок с частью письма, обращенной к В. Л. Пушкину, оторван
(7) переделано из высокопреосвященству
(8) фраза не закончена
(9) переделано из все
(10) переделано из славу
(11) переделано из въ
(12) последние шесть слов в подлиннике подчеркнуты двумя чертами
(13) переделано из окончить
(14) В нем вписано
(15) т. е. окончательный вписано
(16) описка
(17) переделано из которых
(18) не вписано
(19) переделано из пред
(20) милым вписано
(21) В подлиннике: Кюхеб...
(22) переделано из и
(23) переделано из допросчик
(24) подлинник в нескольких местах прожжен
(25) изгнанный вместо зачеркнутого венчанный
(26) новой вписано
(27) марки вин
(28) замечание Вяземского: Ибо признайся сам: в ошибке моей есть погрешность
против истинны, но не против здравого смысла; барельефы так сказать дополнение
сюжета, подробности, рассказ, ему соответствующий. И, не трогая чести г-на
Эсхила, в моем сравнении более поэзии и благородства.
(29) замечание Пушкина: Ni un gйnйral qui daigne recevoir un pied-plat dans sa
maison.
ПЕРЕПИСКА 1822
28. П. А. Вяземскому.
2 января 1822 г. Кишинев.
Попандонуло (1) привезет тебе мои стихи, Липранди берется доставить тебе
мою прозу - ты, думаю, видел его в Варшаве. Он мне добрый приятель и (верная
порука за честь и ум) не любим нашим правительством и в свою очередь не любит
его. В долгой разлуке нашей одни (2) дурацкие журналы изредка сближали нас друг
с другом. Благодарю тебя за все твои сатирические, пророческие и вдохновенные
творенья, они прелестны - благодарю за все вообще - бранюсь с тобою за одно
послание к Каченовскому; как мог ты сойти в арену вместе с этим хилым кулачным
бойцом - ты сбил его с ног, но он облил бесславный твой венок кровью, желчью и
сивухой... Как с ним связываться - довольно было с него легкого хлыста, а не
сатирической твоей палицы. Ежели я его задел в послании к Че"даеву" - то это не
из ненависти к нему, но чтобы поставить с ним на одном ряду Американца Толстого,
которого презирать мудренее. Жуковской меня бесит - что ему понравилось в этом
Муре? чопорном подражателе безобразному восточному воображению? Вся Лалла-рук
не стоит десяти строчек Тристрама Шанди; пора ему иметь собственное воображенье
и крепостные вымыслы. Но каков Баратынской? Признайся, что он превзойдет и Парни
и Батюшкова - если впредь зашагает, как шагал до сих пор - ведь 23 года -
счастливцу! Оставим все ему эротическое поприще и кинемся каждый в свою сторону,
а то спасенья нет. Кавказский мой пленник кончен - хочу напечатать, да лени
много, а денег мало - и меркантильный успех моей прелестницы Людмилы отбивает у
меня охоту к изданиям - желаю счастия дяде - я не пишу к нему; потому что
опасаюсь журнальных почестей - скоро ли выйдут его творенья? все они вместе не
стоят Буянова; а что-то с ним будет в потомстве? Крайне опасаюсь, чтобы
двоюродный брат мой не [со"чтен" "?"] почелся моим сыном - а долго ли до греха.
Пиши мне, с кем ты хочешь и как хочешь - стихами или прозой - ей богу буду
отвечать.
Пушкин.
2 январь
1822.
Пишу тебе у Рейна - все тот же он, не изменился, хоть и женился. Начал он
тебе было диктовать письмо в своем роде - но заблагорассудил изорвать его. Он
тебе кланяется и занят ужасно сургучом.
Прибавление.
Орлов велел тебе сказать, что он делает палки сургучные, а палки в дивизии
своей уничтожил.
29. Л. С. Пушкину.
24 января 1822 г. Кишинев.
Сперва хочу с тобою побраниться; как тебе не стыдно, мой милый, писать
полу-русское, полу-французское письмо, ты не московская кузина - во-вторых
письма твои слишком коротки - ты или не хочешь или не можешь мне говорить
открыто обо всем - жалею; болтливость братской дружбы была бы мне большим
утешением. Представь себе, что до моей пустыне не доходит ни один дружний голос
- что друзья мои как нарочно решились оправдать элегическую мою мизантропию - и
это состояние несносно. Письмо, где говорил я тебе о Тавриде, не дошло до тебя -
это меня бесит - я давал тебе несколько препоручений самых важных в отношении ко
мне - чорт с ними; постараюсь сам быть у вас на несколько дней - тогда дела
пойдут иначе. Ты говоришь, что Гнедич на меня сердит, он прав - я бы должен был
к нему прибегнуть с моей новой поэмой - но у меня шла голова кругом - от него не
получал я давно никакого известия; Гречу должно было писать - и при сей верной
оказии предложил я ему Пленника... К тому же ни Гнедич со мной, ни я с Гнедичем
не будем торговаться и слишком наблюдать каждый свою выгоду, а с Гречем я стал
бы бессовестно торговаться, как со всяким брадатым ценителем книжного ума.
Спроси у Дельвига, здоров ли он, все ли, слава богу, пьет и кушает - каково (3)
нашел мои стихи к нему и пр. О проччих дошли до меня темные известия. Посылаю
тебе мои стихи, напечатай их в Сыне (без подписи и без ошибок). Если хочешь, вот
тебе еще эпиграмма, которую ради Христа не распускай, в ней каждый стих -
правда.
Иной имел мою Аглаю
За свой мундир и черный ус.
Другой за деньги; понимаю.
Другой за то, что был француз.
Клеон - умом ее стращая;
Дамис - за то, что нежно пел:
Скажи теперь, моя Аглая,
За что твой муж тебя имел?
Хочешь еще? на Каченовского -
Клеветник без дарованья,
Палок ищет он чутьем
А дневного пропитанья
Ежемесячным враньем -
покушай, пожалуйста. Прощай, Фока, обнимаю тебя,
твой друг Демьян.
24 генв.
1822.
30. В. Ф. Раевскому.
1821 г. - начало февраля 1822 г. Кишинев.
Пришли мне, Раевской, Histoire de Criмйе, книга не моя, и у меня ее
требуют. Vale et mihi faveas.
Пушкин.
Адрес: Г.ну майору
Раевскому.
31. H. И. Гнедичу.
29 апреля 1822 г. Кишинев.
29 апреля. 1822. Кишенев.
Parve (nec invideo) sine me,
liber, ibis in urbern,
Heu mihil quo domino non licet ire tuo.
Не из притворной скромности прибавлю: Vade, sed incultus, qualem decet
exulis esse! недостатки этой повести, поэмы или чего вам угодно, так явны, что
я долго не мог решиться ее напечатать. Поэту возвышенному, просвещенному
ценителю поэтов, вам предаю моего Кавказского пленника; в награду за присылку
прелестной вашей Идилии (о которой мы поговорим на досуге) завещаю вам скучные
заботы издания; но дружба ваша меня избаловала. Назовите это стихотворение
сказкой, повестию, поэмой или вовсе никак не называйте, издайте его в двух
песнях или только в одной, с предисловием или без; отдаю вам его в полное
распоряжение. Vale.
Пушкин.
Адрес: Николаю Ивановичу Гнедичу.
32. П. А. Катенину.
20-е числа апреля - май 1822 г. Кишинев.
(Черновое) (4)
азе виден поэт. Я не.
чести быть поэтом, но эта похвала показалась бы мне не очень
лестною
Я прочел конеч"но" твое письмо к Гречу с большим удовольствием, и во-первых
потому что ты даешь мне знать о себе только через журналы, [во 2) что]
33. Лев Герасимовскнй - Пушкину.
2 июня 1822 г. С. Вассиены.
2-го июня 822. С. Вассиены.
Соловкин издерживае
...Поділитися у соцмережах
