Жанр: Боевик
Мужская работа
...ы
заправил в кожаные водонепроницаемые ботинки с высоким берцем и резиновой
подошвой желтовато-коричневого цвета, надетые на шерстяные носки, потом
экипировался в жилет, состоящий из двух грудных планшетов, одного спинного и
плечевых ремней. На спинном планшете - блок сумок и подсумков для
дополнительного снаряжения. На грудных планшетах крепились подсумки для
магазинов и ручных гранат. В карманах, расположенных на магазинных подсумках,
размещались фонарик, сигнальный патрон-ракета, сигнальные мины, называемые
"свистульками", холодное оружие.
Что касается холодного оружия, его Гюрза имел при себе на порядок больше, чем
кто-либо из команды. За каждым плечом у Сергея по два двадцатисантиметровых
метательных ножа с расширенными в передней части лезвиями и волнообразной
заточкой. Такой нож наносит тяжелые ранения даже при скользящем ударе.
Кроме метательных ножей у Гюрзы был обязательный нож выживания:
альпийский крюк, оружие, инструмент для резки тросов и канатов - все в одном
лице.
Экипировавшись, Курт-Аджиев энергично подвигал плечами, сделал несколько
наклонов вперед-назад, в стороны, присел-встал. Вроде бы ничего не гремит (порой
разведчик выдает себя собственным шумом), стенки и простенки подсумков сделаны
из особого негорючего пластика, смягчающего удары и не дающего магазинам и
гранатам биться друг о друга.
Марат и Виктор Джумаевы находились в дозоре, обозревая местность в бинокли.
Нафтизин и Гюрза сменили братьев, которые снарядились последними.
Али-Баба оглянулся на "шишигу", словно прощался с машиной. Плут издал звук,
имитирующий ворчанье пустынной кошки, которые водились по всей территории
Аравийского полуострова, и шепнул на ухо подоспевшему товарищу:
- Ты бы еще поцеловался с ней.
Юсуп промолчал. Технику он любил и жалел.
Почти стемнело. Тем не менее серые силуэты диверсантов, увязавших в песке;
издали заметить было невозможно - эту местную особенность группа Хайдарова
взяла на вооружение, приписав себе в актив минимум час. Однако спецназовцы
использовали боевой порядок передвижения в тылу противника: "тыловой дозор,
оружие "елочкой", головной дозор". Впереди шел "следопыт" Моджахед. Замыкал
колонну лучший стрелок подразделения Сергей Курт-Аджиев. Глаза каждого
диверсанта оберегали от пыли и мелкого песка пылезащитные очки, формой
напоминающие горнолыжные.
Справа по ходу движения периодически слышался шум моторов - это патрульные
машины бороздили закрытую дорогу. Расстояние до нее около семисот метров - шум
двигателей ровный и хорошо прослушивается; триста-пятьсот метров в сторону, и
движение автомобиля по шоссе не услышишь.
В эту ночь бойцы вели лишь разведывательные действия. Финальная часть
операции должна начаться завтра. Днем выспаться и отдохнуть, а вечером, имея более
или менее четкие представления об объекте, приступить к выполнению задания.
Важно своими глазами увидеть, как поставлена работа караула, какими маршрутами
передвигаются охранники, где есть незаметные посты - обнаружить их под силу
лишь опытному разведчику или снайперу. Что, собственно, подтвердилось этой
ночью. Гюрза обнаружил четыре скрытые точки: две на мечети (камуфлированные
под выемку в стене, а на самом деле являющиеся оптическими масками под кирпич) и
две у левого крыла центрального здания - комбинированная вертикальная маска под
кусок забора. За последними двумя точками - снайперы, все видящие через
маскировку. А в мечети расположились наблюдатели, вооруженные, однако,
снайперскими винтовками.
Али-Баба в сопровождении Плута и Моджахеда совершил пятикилометровый рейд
в северном направлении, изучая один из основных вариантов отхода на "шишиге".
Податливый песок, гребни дюн, похожие на подтаявшие снежные террасы, и лишь
небольшие участки плотного грунта заставляли водителя морщить лоб. Трудно, но
проехать на полноприводном грузовике можно.
43
В оптику "винтореза" Гюрза видел силуэт наблюдателя за камуфлированной
выемкой мечети. Вчерашние наблюдения через тепловизионную камеру показали, что
смениться он должен ровно в двенадцать ночи. Чувствительный прибор, способный
улавливать малейшую разницу температур и проникать за средства камуфляжа и
маскировки, словно сбрасывал со снайпера его маскировку, были отчетливо видны его
незначительные движения. Он удобно устроился на высоком стуле, под опорой
винтовки - небольшой валик. Прямо перед ним - массивная тепловизионная камера
"НТ-10", разработанная специально в военных целях. Отличная штука,
обнаруживающая практически любую цель даже в полной темноте, если только
существует небольшая разница температур между целью и окружающим ее фоном.
Место для наблюдения им выбрано удачно: объектив камеры не подсвечивался
светом прожекторов. И сектор его обзора достаточно велик, он не позволял
диверсантам проникнуть на территорию резиденции в самом удобном месте: в
недосягаемости света прожекторов, считай, расположенном на северо-западе, где
сходились две высокие стены, с битым стеклом по гребню и кольцами колючей
проволоки. Хитрук готов был взобраться на гребень и приготовить лаз в "колючке", а
пока ждал, когда Гюрза, нашедший удобное место для выстрела, снимет наблюдателя.
Сергей, не уступая ему, также выбрал подходящее место. Он стоял на колене,
защищенном высокопрочным щитом от различных травм, просунув массивный ствол
"винтореза" в щель в заборе. На ширину ладони она позволяла спокойно вести
наблюдение и сделать прицельный выстрел, оставляя тепловизионную камеру
противника не у дел.
Наконец наблюдатель покинул свое место, прихватив винтовку, его пост занял
другой стрелок. В это небольшое помещение - скорее всего полтора на полтора
метра - дверь открывалась снаружи и могла вести только на лестницу, ибо
расположение точки находилось между двумя просветами: так располагаются
относительно окон квартир подъездные окна, как бы в шахматном порядке.
Курт-Аджиев дал наблюдателю десять минут. Вчера в это же время, например,
сменщик вернулся, забыв что-то в этой каморке. Скорее всего - сигареты; он время
от времени покуривал в помещении мечети, что тоже демаскировало его. Висеть ему
на одном из столбов, подумал Сергей. Он приподнял руку: "Внимание!" И снова
обхватил удобную рукоятку "винтореза", к которой примыкал приклад.
Расстояние до наблюдателя - порядка двухсот метров, Сергей, уже давно
усвоивший правила внешней баллистики, знал, что на таком расстоянии, целясь из
"винтореза" под цель, он получит превышение траектории над линией прицеливания
около двадцати сантиметров. Плюс техническое рассеивание. Ветра нет, и, кроме
дальности, другие корректировки Сергею не понадобились.
Странно смотреть на человека, который полагает, что его никто не видит. Он
спокоен, раскован, как и этот наблюдатель-снайпер - кстати сказать, не очень
хороший, дал же обнаружить себя; а то, что он, возможно, стреляет без промаха, -
уже совершенно несущественно.
Гюрза потянул спусковой крючок, и "винторез" дружески торкнулся в плечо,
словно поприветствовал хозяина или по-братски дал шлепка. Мощная пуля, не
знающая преград, отбросила голову снайпера, и он мгновенно повалился на бок.
Таджик поднял винтовку и развернулся к товарищам лицом.
"Плут, вперед!" - знаком показал Хайдар. Все это время он стоял позади своего
снайпера, наблюдая за целью в бинокль, и в любое мгновение был готов
подкорректировать действия товарища. Конечно, "винторез" - это не "SM" или "AW"
Купера, снайперское оружие, которым пользуются снайперы из "Альфы" и "Вымпела",
однако на дистанциях двести-триста метров ВВС вполне годился для снайперской
работы.
Брат-1, прижавшись к стене, подставил руки, и Хитрук, как ящерица, совершенно
бесшумно взобрался на стену. Расчистив место от битого стекла, он прорезал в
колючем ограждении лаз и помогал товарищам взобраться, подавая руку. Последним
на территорию резиденции Саддама попал Загороднев.
К юго-западному углу центрального здания подгруппа из четырех человек
подошла с западной стороны. У широких дверей резиденции, выходящих строго на юг,
охрана не выставлялась. Всего же, по наблюдениям разведчиков, караульную Службу
несли от четырнадцати до шестнадцати человек, включая и патрульных, разъезжавших
на английских машинах. Наверняка в самом бункере и лаборатории тоже были
солдаты. Их количество было оптимально сбалансировано для визита международных
инспекторов, разумно предположил Хайдар. Если те заявятся на объект, на глаза им
попадутся максимум десять охранников: мощная охрана наталкивает на определенные
мысли. А головы военных наблюдателей забиты лишь одним.
Другая четверка подошла к мечети и тоже с запада. Фактически южная сторона
(фасад) резиденции являлась продолжением северной линии мечети, хотя строения
отстояли друг от друга на шестьдесят метров. Наверное, в этом расположении крылся
какой-то, может быть, религиозный смысл.
Гюрза, Моджахед, Нафтизин и Брат-1 продвигались вдоль портала, скрываясь за
колоннами, быстро и уверенно: прошел один до следующей колонны - остановился;
подал знак - подтянулись остальные. Гюрза первым вышел к охранникам. Сдвигаясь
от колонны в сторону и вперед, выстрелил в одного и тут же, поведя стволом, во
второго. Сделал отмашку в сторону двери мечети: "Можно идти". Когда Моджахед и
Нафтизин заняли места у двери, Брат-1 распахнул створку, и Гюрза ступил внутрь.
Высокий, худой, гибкий, он походил на ниндзя. Маскировочные полосы
натовского грима желто-зелеными змеями выползали из-под шлема, на котором в
откинутом положении крепились очки ночного видения и скрывались за воротником
футболки. Поводя стволом "винтореза", Гюрза смещался к лестнице, чтобы временно
взять под контроль достаточно освещенный огромный зал. В противоположную
сторону двинулся Моджахед. Нафтизин и Брат-1 подступили к лестнице. Загороднев
остался на месте Гюрзы, и Курт-Аджиев с Маратом начали подниматься по
ступенькам, круто уходящим вверх.
Как и предполагал Сергей, вход в скрытую комнату находился между этажами -
скрытая снаружи, изнутри она не маскировалась. Брат-1 распахнул ее, и Гюрза,
готовый к выстрелу, спустил курок "винтореза". Наблюдатель ткнулся головой в
тепловизионную камеру. Сергей столкнул его на пол, сдвинул в сторону камеру и
через маскировку отыскал глазами вначале одну позицию снайпера, скрытого за
комбинированной маской возле левого крыла центрального здания, потом вторую.
Лучшего места для прицельного выстрела придумать было невозможно. Сдвинув
камуфляж в сторону, Гюрза поймал в оптику голову снайпера. Выстрел. Стреляная
гильза, ударившись в камеру наблюдения, прокатилась по полу. Пара секунд, и в
прицеле появился зеленоватый абрис головы второго. Палец плавно потянул
спусковой крючок. Толчок в плечо, и Гюрза, зафиксировав попадание, шагнул назад.
Марат Джумаев аккуратно закрыл дверь, и оба диверсанта спустились вниз. "Уходим",
- подал знак Джумаев, отметив время: в мечети они находились ровно пятьдесят
секунд.
Миновав портал, другая четверка бойцов во главе с командиром группы вышла к
приземистому зданию караульной службы, возле которого стояли "Главеры". Гюрза
убрал шестерых, значит, посчитал капитан, охранников в караулке максимум десять
человек. Сегодня братья Джумаевы открывали двери. Младший - Виктор - потянул
дверь на себя, давая дорогу товарищам. Впереди Хайдара шел Плут, вооруженный
"валом", за командиром двигался Али-Баба. Брат-2 сместился к углу здания, взяв под
контроль восточную сторону, окна которой были не так хорошо подсвечены, как с
запада.
В караулке горел только дежурный свет. Вниз шли три ступеньки. Справа стояли
аккуратно заправленные койки, слева ряд одинаковых дверей. Плут остановился возле
первой, теперь впереди шел Хайдар. В конце помещения он видел спящих охранников,
укрытых одеялами. Четыре человека. Обстановка позволила командиру обернуться и
показать рукой: "Смотрите в комнатах". Двигаясь совершенно бесшумно, Алексей
миновал двух спящих, скосил глаза на Али-Бабу: "Давай". Они разом открыли огонь из
"валов". Мощные пули вспарывали и верблюжьи одеяла, и тела спящих караульных.
Десять - посчитал командир. Осталось шестеро. Или меньше,
подкорректировался Хайдар, различив металлические щелчки выстрелов. Это Плут
набрел скорее всего на начальника караула, который отдыхал в своем кабинете.
"Пошли", - кивнул капитан Юсупу Каримову. Появившийся из комнаты Плут
тихо сказал Хайдару:
- Зайди, тут интересные вещи.
Комната была заставлена аппаратурой слежения: пульты, порядка десяти
мониторов. Такого сюрприза Алексей не ожидал. Сейчас он, не входя в центральное
здание резиденции, мог видеть и первый этаж, снимаемый двумя камерами, и второй.
А вот это, похоже, третий. Или наоборот?
Он столкнул со стула мертвого оператора и присел напротив монитора. Слегка
мерцающий экран показывал серую стену, дверцы лифтов, пустующие стол и стул.
Бункер? Так, а это что? Это портал. А вот и первый живой объект, попавший в поле
зрения видеокамеры. Вооруженный "Калашниковым" караульный сидит за столом,
также видны перила. Так, стоп! Это второй этаж, широкая роскошная лестница ведет
еще выше.
"Понял?" - глазами спросил Хитрук.
Алексей поднял большой палец. Однако тихо заметил:
- На мониторах видны только посты. - Он разумно полагал, что более
прогрессивная аппаратура слежения есть в самой резиденции - возможно, на первом
этаже в правом крыле здания, где располагалось большинство служебных помещений
и комнаты для обслуживающего персонала резиденции: повара, электрики, рабочие.
Трудно допустить, что буквально рядом с койками для отдыха находится одинединственный
пульт. Вести наблюдение за роскошью залов и комнат из пропахшего
ногами помещения?.. Хотя черт их разберет.
Хайдар не ошибался. Сейчас за пультом более прогрессивной аппаратуры
находился командир спецподразделения "Алькор" Аднан Аль-Хадиси. Как паук, он
выжидал наиболее подходящего момента для атаки группы диверсантов. Он мог
переключиться на одну из тридцати шести видеокамер касанием одной-двух клавиш.
Из любой затруднительной ситуации майора мог вывести Осман Саад, который вот
уже третьи сутки ненавидел "демократию": взвод спецназа, обосновавшийся в его
офисе, поражал своим долготерпением.
На выходе Хайдар еще раз обернулся. Он насчитал сорок кроватей. Минимум
сорок караульных. Тем не менее их оказалось в три раза меньше. Хайдар фактически
закрыл этот вопрос, однако сейчас, когда он увидел пустующие койки, тот снова
обеспокоил душу. Вероятно, остальные в бункере - там есть кого и что охранять.
Наверное, он мог бы увидеть караульных, если бы подольше посидел за монитором, но
времени не было. Другого объяснения у Алексея Хайдарова не находилось.
Оба звена диверсантов встретились и рассредоточились за колоннами портала
резиденции. Роли были распределены, тем не менее командир группы еще раз показал
каждому его место. Они и так все проделали с приличной скоростью и
соответствующими результатами, однако внутри огромного дворца придется побегать.
Зная конкретную задачу, диверсанты не получили должной помощи в плане
информационного обеспечения и в этом чем-то походили на бойцов "мусульманского"
батальона, созданного на базе бригады спецназа Туркестанского военного округа,
дислоцировавшейся в городе Чирчике. "Мусульмане" принимали участие в штурме
дворца Хафизуллы Амина. К его захвату готовились бойцы "Грома" и "Зенита", а
"мусульмане" получили установку: наверх, только наверх по этажам.
Братья Джумаевы, как лакеи, отворили двери. Первыми в резиденцию вошли
Гюрза, Моджахед и Нафтизин. Не останавливаясь, они устремились вверх по
мраморной лестнице и свернули с нее на втором этаже. Плут, Али-Баба и Брат-1
поднялись на третий. Хайдар и Брат-2 остановились у лифтов. Их наружные панели и
двери были облицованы листами матовой нержавеющей стали. На широком выступе
наверху лифта исходила нежно-голубым светом люминесцентная лампа. Сами двери
массивные, двойные. Вот уж где скажешь: "Замуровали, демоны!" - находясь в
просторной кабине, которая всеми четырьмя стенами показывала расплывчатые
очертания пассажиров. Чудно смотрелись на матовых поверхностях стали смутные,
глядящие словно изнутри стен, отражения спецназовцев: кевларовая каска фирмы
"Shuberth" и очки ночного видения на ней, краешек радиостанции с закрытым
сигналом связи у плеча, ортопедические щиты, защищающие колена и локти. Самыми
яркими деталями в кабине лифта были хромированные поручни, панели, кнопки с
подсветкой и небольшая продолговатая дверка, за которой скрывался аварийный
телефон; первая проба показала, что он не работает.
Собственно, назначение лифтов понятно - три этажа, однако они не вписывались
в убранство резиденции, не гармонировали с отделкой, насыщенной преимущественно
зелеными тонами.
Виктор Джумаев нажал на кнопку третьего этажа. Когда пустая кабина
остановилась наверху, он отжал двери, застопорил их ножом и склонился над шахтой,
уходившей вниз всего на метр. Включив фонарик, он спрыгнул вниз и обследовал
каждый сантиметр.
- Ну что, Брат? - спросил Хайдар.
- Дно чистое, будто только что подметенное, - с небольшой задержкой ответил
Виктор. - Просматриваются зазоры - вот смотри, - он снова подсветил фонариком.
- Плита либо опускается, либо сдвигается в сторону. Только каким образом? Я
думаю, управление идет с панели в кабине. Сейчас я опущу ее и посмотрю, что у нее
внутри. Наверное, обычное сочетание клавиш. Нажимаешь три-четыре кнопки, и лифт
опускается под землю минимум на пятнадцать метров. Мельче делать бункер нет
смысла. Можно проверить наверху - по длине троса "а барабане.
Хайдар кивнул и вызвал по рации "хитрого хохла" Стаса Хитрука:
- Плут, найди подъемник и посчитай по виткам, сколько метров в тросе.
Хотя можно было и не отдавать этого распоряжения. Все необходимое здесь,
наверху, они уже нашли. Тем не менее служебное крыло резиденции, окна которого
были предохранены коваными ажурными решетками, было необходимо очистить,
благо на это мероприятие хватало того времени, которое уйдет у Джумаева на работу
с лифтами. Возможно, во время зачистки будет обнаружена аппаратура слежения -
пусть даже с оператором за пультом, от которого теперь уже ничего не зависело.
Операция "901-й объект" набирала обороты и вплотную подошла к завершающей фазе.
Максимум через полчаса группа капитана Хайдарова должна покинуть
подготовленный к взрыву объект.
Виктор закрыл двери и нажал на кнопку вызова.
На панели приборов было пять клавиш: три - определяющие этаж, одна -
аварийного вызова и экстренной остановки.
Облицовка панели крепилась на пластмассовых клипсах, сама же панель сидела на
хромированных болтах. Джумаев вынул из подсумка спинной панели "бошевскую"
электроотвертку со сменными насадками, выбрал нужную и открутил болты.
Хайдар страховал товарища, вслушиваясь в приглушенный шум, раздававшийся
сверху. Прозвучало несколько гортанных выкриков, затем все стихло. Выстрелов из
"валов" он, конечно, различить не мог. Сколько осталось караульных - два, три?
- Всем, - бросил он в рацию, понимая, что некстати зацикливается на цифрах.
- Доложите.
Первым отозвался Гюрза, стремительно проходивший анфилады комнат; обычная
штурмовая тактика - бросок гранаты, автоматная очередь, следующая комната -
здесь не проходила.
- Пока чисто. У меня один.
- Добро. Начинай зачистку служебных помещений.
На третьем этаже тоже было все чисто. Али-Баба и Марат Джумаев положили
троих. "Альпинист" Плут нашел выход на крышу, чтобы вывести из строя антенны -
пару параболических и одну в виде конуса, похожую на радар и ощетинившуюся
короткими - порядка двадцати сантиметров - антеннами. Возможно, сотовая связь.
Хайдар не торопил Виктора, исполняющего в группе обязанности радиста, - он
мастер по связи и охранной сигнализации, комбинацию из четыре-хпяти цифр угадает
буквально по проводам, пучок которых он держал в одной руке, а другой поддерживал
тяжелую панель.
- Тут все просто, - наконец отозвался Джумаев. - Реле времени. Запускается
кнопкой экстренной остановки и кнопкой первого этажа - это, скорее всего, вниз. А
кнопка третьего - наверх. Секунд десять-пятнадцать надо удерживать кнопки.
Думаю, раньше все было гораздо проще.
- Почему?
- Пайка свежая, - пояснил Виктор.
- Пайка свежая? - переспросил Хайдар, нахмурившись.
- Ага. Недавно перепаивали. Даже панель могла иметь не три основные клавиши,
а, скажем, шесть или семь. В зависимости от того, сколько подземных этажей и
соединяются ли они шахтой. Здесь все приготовлено к инспекции. Ребят поджидают с
минуты на минуту.
"Здесь все приготовлено... Ребят поджидают..."
Хайдар покачал головой, в очередной раз быстро анализируя ситуацию. Он не брал
в расчет тот факт, что они легко подобрались к резиденции и спокойно в течение
почти суток вели наблюдение: работа у них такая - подбираться незамеченными.
Они бы скрытно приблизились и при слежении радиолокационной станцией
наблюдения за наземными объектами, способной различить автомобиль на удалении
до тридцати километров и человека на удалении до пятнадцать километров. Выявили
четыре скрытых пункта наблюдения - для профессионала это также не составляет
труда. Уничтожили наблюдателей и стрелков - еще нормальней. Убрали и
бодрствующих часовых, и спящих - для новичков работа. Беспрепятственно вошли в
резиденцию, без труда разгадали комбинацию клавиш лифта-"переправы"...
Хайдар шел по направлению, оставленному его иракским коллегой майором АльХадиси.
Он уже переступил через знак "Осторожно! Впереди опасность" и вплотную
подошел к суровому предостережению: "Стой! Дальше идти нельзя".
- Что? - спросил Джумаев.
- Как-то все легко у нас получается.
- Я бы не сказал, что мне было просто, когда нас тормознул военный патруль.
- Да, ты прав, - покивал капитан: тогда им пришлось пережить несколько
неприятных минут. Схема, которая не давала сбоев во время учебных рейдов, подвела
именно в тот момент, когда группа выехала на боевое задание. Случайность? Может
быть. Наверняка случайность. Вчерашняя.
- Брат, когда перепаивали провода, сможешь определить? Не вчера?
- Не думаю. Может, неделю назад. Может - три-четыре дня.
Хайдар осмотрел широкий коридор в оба конца: пустота. Пустыня. "Хранитель
пустыни" безмолвствовал; но если бы его стены могли говорить...
- Али-Баба, Плуг, - вызвал товарищей капитан, - занимайте места на выходе.
Остальные ко мне. Будем входить в бункер.
Первым подошел Марат, спинные подсумки которого были набиты детонаторами,
саперными проводами. Джумаев-старший владел всеми видами взрывания - огневым,
электрическим и прочими. Он подрывал скальные породы, ледяные заторы,
конструкции из кирпича, бетона и железобетона, железные дороги и подвижные
составы.
- Справляешься? - спросил он брата.
Виктор молча подмигнул ему.
Хайдар заранее определил состав подгруппы, которая должна войти в бункер, -
даже с учетом потерь личного состава. Однако все прошло гладко (Алексей снова
поморщился), и он решил разделить команду поровну. Четыре человека останутся
наверху, остальные спустятся вниз. Разумеется, к последним относился Джумаевстарший
- он займется минированием ВВ, а младший останется, чтобы устранить
возможные неполадки в электросетях, если лифт вдруг застрянет в этой преисподней.
Гюрза...
Лучшего стрелка придется оставить наверху. Кто знает, вдруг сюда нагрянет
взвод-другой солдат?
Итак, командир группы диверсантов капитан Хайдаров, Марат Джумаев, Стас
Хитрук и Загороднев. Али-Бабу капитан решил оставить: ему еще машину вести. А
если, не дай бог, внизу что-то случится, кому-либо другому трудно будет выводить
"шишигу" из песков.
- Связи не будет, - предупредил Хайдар товарищей; в бетонированный бункер,
скелет которого состоял из многих тонн арматуры, конечно, ни по сотовому, ни по
рации не дозвонишься. - Молчим, значит, с нами все в порядке. Молчим в течение
получаса - уходите. Также возможна неисправность лифта. Это легко проверить -
просто вызвать его. Вниз не спускаться. Там лаборатория по производству химоружия.
Срикошетит пуля в какую-нибудь спецканистру, - натужно улыбнулся Хайдар, - ни
один противогаз не поможет. Брат-2, остаешься за старшего.
Капитан жестом призвал товарищей к молчанию. Идея, которая только что пришла
ему в голову, могла осенить его еще в караульном помещении. Аппаратура слежения.
Один из мониторов показывает часть бункера. Можно подать любой знак в камеру. А
на экране увидеть все действия, происходящие на этом участке.
- Али-Баба, ты был в караулке. Ступай туда и садись за пульт.
Словно камень упал с души Хайдара, и капитан обнадеживающе улыбнулся
Юсупу.
Лестница в преисподнюю. Лестница в небо
Джумаев ошибся: лифт уходил в скрытую шахту на семь метров. Больше половины
из них приходилось на бетонные перекрытия. Пол шахты, замаскированный под
бетон, уходил в полость, которую невозможно было заметить; скрывался бесшумно,
словно приводом ему служили руки, а не довольно мощный мотор с редуктором. Вся
процедура занимала сорок секунд. Ровно столько времени потребовалось четверке
бойцов, чтобы спуститься в секретный бункер.
То, что предстало перед их взором, нельзя было назвать бункером, скорее -
современным офисом.
Обширная площадка, больше похожая на холл, заканчивалась с одной стороны
глухой стеной с лампами дневного освещения, с другой - широкая лестница вела
вниз и в сторону от здания. Сколько там лестничных пролетов, два, три, больше? В
десятке метров от лифта стояли стол и пара стульев, на равноудаленном расстоянии от
стен, по верху которых шли расшивки кабелей, скрытых под гофрированной
водонепроницаемой оболочкой, высились массивные железобетонные колонны.
Этот холл стандартно назывался минус первым этажом, или пунктом, круто
обозначенным на стене как "Р-1". Соседний лифт вел в тот самый бункер на случай
ядерной атаки, оборудованный жилыми и рабочими помещениями, телефонной
связью, запасами продовольствия и запасным выходом в мечеть. Эта же часть
подземных помещений, где распол
...Закладка в соц.сетях
