Жанр: Боевик
Жмурки с маньяком
... только меня, сука, понял?
И едва воздержался от повторного удара.
Солнце стояло в зените, по небу плыли ослепительно-белые облака. Звероферма,
словно наверстывая упущенное, стремительно окуналась в повседневную рутину.
Скрипнули двери ангаров, тем же звуком отдались колеса тележки, первая партия
животных поступила в лабораторию. Мрачный Мирза Батыев выволок из ангара
черный мешок. Двое рабочих катили следующую тележку, в ней - два голых
человека. Они неподвижны, только глаза живут на их изможденных лицах, они
ощупывают каждый кусочек неба, впитывают в себя ослепительные лучи полуденного
солнца. И - сохраняют абсолютное молчание.
Завтра вы узнаете, что такое настоящий страх.
Человек в клеенчатом фартуке посмотрел на показания микровольтметра,
равнодушно осмотрел очередную партию животных, на которых надели ошейники и
пристегнули цепями к металлическому столу, и вышел из ангара. Закрывая дверь, он
увидел Мирзу. Таджик вытащил из печи раскаленные клещи и не спеша направлялся к
своей жертве.
Специалист по собакам.
Наготове стоял еще один человек, в его руках отполированные прутки из
нержавеющей стали.
Алберт Ли закрыл дверь, и в тот же миг до него донесся нечеловеческий крик.
Он был ужасен и неимоверно долог. Он, на высокой звенящей ноте, обвинял,
казалось, небеса, просил быстрее пресечь его страдания~
Не переодеваясь, экстрасенс прошел в контору. Его встретил измученный,
безвольный взгляд Губенко. Вениамин провел ночь без сна, лицо изможденное, сосуды
на глазах полопались.
- Ну, что там? - спросил Белуха, поднимаясь с кресла.
- Приступили к работе, - ответил Ли.
От этих слов Губенко побледнел еще больше. Впервые он почувствовал, что у него
есть сердце, оно надсадно защемило. Вениамин мог найти моральную поддержку в
Хейфеце, но Карл мирно спал в соседнем домике.
Белуха брезгливо осмотрел компаньона. Потом, словно прочитал его мысли,
возвратился к утреннему разговору с Карлом. Помощник не выполнил его задания.
Карл и пальцем не тронул Ирину Голубеву. В течение пяти минут он и Мирза Батыев
пообщались с женой журналиста с глазу на глаз. И Хейфец коротко доложил Белухе:
- Она ничего не расскажет.
- Что это значит? - грозно спросил шеф безопасности.
- А то, - дерзко ответил Карл, - что нам не нужны лишние трупы.
Белуха был вне себя от гнева.
- Ну-ну, продолжай, - едва сдерживаясь, произнес он.
Хейфец уселся напротив шефа и спокойно продолжил:
- Я знаю, тем двоим, что сейчас сидят в ангаре, не жить. Но, следуя твоей логике,
нам придется убрать и знакомого Вениамина, через которого он толкал глюкозу, -
Барышников, если мне не изменяет память. У того есть подруги, знакомые,
родственники. У тех тоже есть близкие им люди. Давай команду, Андрей. Но, пожалуй,
начнем с жены журналиста. Потом прикончим ее мать, соседей, сослуживцев,
однополчан ее отца~ К следующему году мы сможем вплотную приступить и к самому
Барышникову. Если нам и суждено сгореть, то дров под нами и так достаточно, от нас
не останется и пепла.
Белуха промолчал. Наверное, подумал он, Карл прав. И хорошо, что он
самостоятельно распорядился судьбой Ирины Голубевой. Дальше Белуха пошел по
стопам своего младшего товарища.
С прежним отвращением глядя на Губенко, он как бы невзначай проронил:
- Только бы Мирза не перестарался.
Вениамин медленно поднял голову. На его лицо набежала гримаса. Он ждал, что
скажет Белуха дальше.
- Ты сказал, чтобы Мирза только напугал их?
Алберт Ли ответил утвердительно и присел на стул.
- Однако мне придется проконтролировать его. - Белуха от порога окликнул
Губенко: - Веня, а ты не хочешь попрощаться со своими компаньонами? - Он
хрипло рассмеялся и вышел за порог.
Развеев не верил в чудеса, но вот с него снимают ошейник, бросают к ногам
одежду. Чей-то повелительный голос приказывает ему одеваться. Он механически
выполняет указания. Ложкин - нет. Леня стоит на коленях, короткая цепь натянулась,
ошейник врезался в горло. Ложкин мертв. Наркоман умер от разрыва сердца, когда
Мирза поднес его лицу раскаленные клещи. И таджик оправдывается перед властным
человеком.
Развеева даже не предупредили, чтобы он молчал. К чему? Он все понял, до конца
дней своих будет просыпаться в холодном поту и вспоминать этот кошмар. Длинные
спутанные волосы упали на лицо, мешают смотреть. Его руки трясутся на баранке
"жигуленка", и Развеев, свернув на обочину, долго приходит в себя.
Никогда не придет~
Спустя час, забывая вовремя переключать передачи, он ехал в город. Домой.
Глава двадцать первая
Слегка поддерживая Ирину за локоть, следователь Эдуард Зимин провел ее
длинным коридором и спустился на несколько ступенек в просторное прохладное
помещение морга. Одну его стену занимали ровные ряды белых дверок, похожих на
дверки микроволновых печей. Морг строили финны.
В середине зала с кафельным полом стояли два человека - один в белом халате,
другой в сером костюме и галстуке. Тот, что был в костюме, держал в руке кожаный
кейс. Он подошел к Ирине и представился:
- Владислав Корабельников, врач. Я очень сожалею, примите мои
соболезнования.
Не сводя глаз с холодильных камер, Ирина кивнула. На ней был клетчатый
костюм.
Врач коснулся ее руки.
- Если вы готовы, мы можем начать процедуру опознания. Что делать~ Но я
вынужден просить вас, успокоиться. Еще раз простите. Я буду рядом.
Ирина еле слышно сказала "да".
Мужчина в белом халате подошел к одной из камер.
Ирина закрыла глаза, она не видела, что там делает сейчас этот человек. Рядом
прозвучал голос Корабельникова:
- Я здесь, успокойтесь.
К ним подошел следователь.
- Ирина Владимировна, вам принести воды?
Она открыла глаза.
- Нет.
Он лежал на узкой выдвижной полке, накрытый белой тканью. В том месте, где
должно было быть лицо, расплылось бледно розовое пятно.
Снова голос врача:
- Я хочу вас подготовить, Ирина Владимировна. Лицо вашего мужа сильно
пострадало. Будьте мужественны. - Он сделал знак человеку в халате, и тот убрал с
лица простыню.
Боже~
Ирина качнулась. Ее поддержали руки следователя. Он обнял ее за плечи и сделал
шаг вперед. Они вплотную приблизились к телу. Ирина не могла оторвать взгляда от
обезображенного лица. На месте глаз, носа и нижней части лба зияла страшная,
чернеющая пустота. Корабельников поднес к носу женщины ватку с нашатырным
спиртом, Ирина резко дернула головой.
- Будьте мужественны.
Она едва слышно сказала:
- Что~ что я должна сделать?
Зимин с готовностью ответил:
- Вы должны удостоверить, что это ваш муж, Павел Семенович Мельник, и
расписаться в протоколе. Это он?
- Да. Это мой муж, Павел Мельник.
- Вы можете назвать какие-нибудь приметы на теле, шрамы, родинки,
татуировки? Так как его лицо сильно пострадало~
- Хорошо, - перебила его Ирина. Она подняла руку, касаясь своей шеи на уровне
четвертого позвонка. - У него в том месте шрам от глубокого пореза.
Зимин посмотрел на человека в белом халате. Тот утвердительно кивнул головой.
- Большое спасибо, Ирина Владимировна. Но~ вы должны взглянуть на тело
целиком. Увы, таковы правила процедуры.
Человек в халате откинул простыню.
Ирина перевела взгляд на руки покойного. Они вытянулись вдоль тела и казались
очень длинными. Он лежал к ней левой стороной. Его кисть напомнила ей виденный в
журнале снимок со слепка кисти Николо Паганини. Но тот слепок был белым, а его
кисть выделялась на фоне меловой подстилки восковой желтизной.
Она долго смотрела на эту руку, и вдруг слезы хлынули из ее глаз. Зимин поднес к
ее губам стакан воды. Зубы дробно стучали о край, вода лилась с подбородка на
костюм.
- Вы ничего не хотите добавить к ранее сказанному?
Она отчаянно замотала головой.
- Спасибо, Ирина Владимировна. Поднимемся наверх, там вы распишитесь, и я
отвезу вас домой.
Она коснулась холодной руки покойника и прошептала:
- Прости меня~
Отказавшись от помощи следователя, который все время норовил обнять ее за
плечи, она первой пошла к выходу.
Часть вторая
Детективное агентство А. Хлопкова
- Одну секунду!
Светлана Турчина, подняв вверх руку, бежала через холл к лифту. В нем уже
находилось два человека. Грузная дама околопенсионного возраста готовилась нажать
кнопку. Увидев девушку, она отошла вглубь кабины.
- Спасибо. - Светлана вдавила красную клавишу, забыв нажать еще одну,
определяющую нужный этаж. Послав благодарный взгляд на женщину, она перевела
дух. Девушка снова опаздывала на работу. Проклятая машина в который раз заглохла
по пути в контору.
Вторым пассажиром оказался мужчина. Что-то около сорока.
Он стоял в углу кабины лифта: худой, сутулый, длинноволосый. Светлане
показалось, что за низко склоненной головой он прячет глаза, делая вид, что
рассматривает свои ботинки. Выставленные вперед плечи как бы выражают удивление.
Она изящным движением поправила красивую прическу; тот, ради которого она
приняла двухчасовые муки в парикмахерской, вчера вечером на свидание не явился.
Этот факт сообщил соответствующее настроение и сегодняшнему утру. Теперь ей были
одинаково противны - тощие, толстые, в меру упитанные и~ вот как этот.
Девушка еще раз подняла голову на незнакомца. Но заинтересованного взгляда с
его стороны, каким обычно ее одаривали незнакомые мужчины, не встретила. Он с
тупым упорством смотрел в пол. В нежелании незнакомца бросить хотя бы короткий
взор на нее Светлана ощутила некое пренебрежение к себе, и ей во что бы то ни стало
понадобилось узнать цвет его глаз.
Наверняка водянисто-голубого, решила она. Или совсем прозрачные.
Перед ней неожиданно возник ненавистный образ Дениса Кузьмина, который так
предательски поступил с ней вчера вечером. У того глаза так и брызгали морской
синевой.
Она невесело усмехнулась своим мыслям и сосредоточила внимание на обуви
незнакомца. У него были тяжелые тупоносые ботинки с изрядно поцарапанными
мысками.
С его мокрого плаща на пол натекла небольшая лужица. С утра зарядил мелкий и
противный дождь.
На лице девушки промелькнула догадка:
"Он, наверное, стесняется. Ему неловко оттого, что он стоит в воде. Люди разные,
мало ли что могут подумать".
Она не сдержалась и хихикнула.
Стоявшая по правую руку пожилая дама подозрительно посмотрела на нее. Лифт
остановился на шестом этаже, и женщина, оставляя попутчиков наедине, вышла из
кабины. На приборной панели теперь светилась только одна кнопка последнего, 19-го
этажа.
"Ага, - почему-то удовлетворенно подумала Светлана, - значит, нам выходить
вместе".
Почти бесшумно закрылись двери, движение лифта возобновилось.
Мужчина не шелохнулся. Все та же поза: выдвинутые вперед плечи, низко
опущенная голова, руки за спиной.
Поначалу Светлана не обратила внимание на его руки. Но теперь~ Ей вдруг стало
не по себе. Теперь облик незнакомца выражал не робость, в нем проявилась какая-то
настороженность. Может быть, ожидание.
Ожидание чего?
Светлана беспокойно переступила с ноги на ногу. Может, он насильник, маньяк,
подкарауливающий свои жертвы в лифтах?
Совсем недавно все газеты города кричали о сексуальном маньяке, действующем
исключительно в лифтах. Слава богу, его поймали. Но мало ли сумасшедших.
Подобно компьютеру, девушка стала анализировать ситуацию.
"Тот придурок промышлял в лифтах жилых домов, а этот рыскает по
административным зданиям. Мой - поумнее: этажей побольше и, соответственно,
времени. Как и у того, которого поймали, наверняка есть нож. И руки должны быть в
перчатках. Сейчас набросится~"
Света Турчина была решительной девушкой. Она вжалась спиной в пластик
кабины и рванула с плеча сумочку. В ней находился постоянный спутник Светланы -
миниатюрная электрошоковая дубинка. Несмотря на маленькие размеры, дубинка
имела внушительную "убойную" силу.
От торопливого и поэтому неловкого движения сумка упала на пол. Спина девушки
моментально взмокла. В настоящий момент у нее появился дополнительный вариант в
действиях - она могла стоять неподвижно, как монумент, или же нагнуться за сумкой.
Нагнуться?!!
"Ну уж нет! А ну давай, попробуй, извращенец проклятый! Только попробуй
потянуться к кнопке - выдеру глаза!"
Он продолжал стоять неподвижно. Только при звуке упавшей сумки слегка повел
головой.
Девятый этаж~
Оба не изменили положений. Его спокойствие и неподвижность пугали.
Одиннадцатый~
Напряжение возросло. Руки Светланы, казалось, сковало столбняком. Еще немного
- и мышцы лопнут от натуги. Она глядела на мокрые волосы попутчика, жидкими
прядями падающие на лоб, а в глазах опять стоял проклятый Денис Кузьмин. Это он
вчера заставил то краснеть, то бледнеть одиноко сидевшую за столиком в ресторане
Светлану. Многие мужчины с интересом поглядывали в ее сторону, но дальше
откровенно раздевающих взглядов дело не зашло. Даже бесцеремонные в этом вопросе
кавказцы, вечные гости города, не решились подойти к ее столику.
Возбужденно подрагивая крыльями носа, она зло отвечала на их орлиные взгляды,
интерес кавказцев быстро сменился немым сочувствием. К тому же у них ничего бы не
вышло - девушка умела отшивать особо докучливых, пуская в ход отборную брань.
Еще немного - и проницательный официант, который с наглой ухмылкой приносил
ей сначала горячительные, а потом прохладительные напитки, стопроцентно нарвался
бы на неприятности.
Вчера она битых два часа прождала Дениса. Причем последний час для того, чтобы
на весь ресторан сообщить своему другу о том, что она о нем думает. Конечно,
нехорошо выставлять свои отношения с кем бы то ни было перед людьми, но Денис
того заслужил. И стыдно было бы ему, а не ей. Хорошо, что он вообще не появился. Но
теперь с ним покончено раз и навсегда. Пусть только попробует заявиться к ней или
хотя бы позвонить!~
Четырнадцатый~
"Если ты не бросишься, я сама нападу на тебя!"
Мало того что она опаздывает на работу, да тут еще и эта нелепая ситуация. В этот
раз шеф наверняка уволит ее. Только на прошлой неделе он дважды делал "последнее
предупреждение". Ее шеф - нотариус Владимир Першиков - человек терпеливый, с
понятием, но предел его терпения все же должен существовать.
В свои двадцать пять лет Светлана с десяток раз меняла место работы, причем в
половине случаев ее настоятельно просили об этом. Как рок над ней висело умение
опаздывать на работу. Взять хотя бы последние два дня - она выходила из дома, имея
час в запасе. И что?~
Шестнадцатый~
"Ну, чего ты тянешь! Я жду!"
Внутри Светланы все кипело и было готово выплеснуться через край. Место страха
заняло справедливое негодование, и на семнадцатом этаже роли, похоже, поменялись.
Она - разъяренная, с раскрасневшимся лицом и побелевшими пальцами. Он -
испуганный, зажавшийся в углу. Да еще лужа под ногами.
Девятнадцатый. Последний этаж~
Лифт остановился. Мужчина медленно высвободил руки из-за спины. Девушка
увидела в них что-то длинное и, как ей показалось, острое. Ее решительность
мгновенно испарилась, и она зажмурилась.
Двери открылись.
Потом, как взрыв гранаты, его мягкий баритон:
- Скажите, это девятнадцатый этаж?
Она подняла голову.
"Господи!~"
Он был~ слепой.
Девушка поняла это сразу, едва взглянув в то, что так искусно заменяло ему глаза.
В них было все: глубокая синева, отчетливый зрачок, даже тонкие красные прожилки.
Не было только жизни.
Она с трудом перевела взгляд на его руки. В них оказалась тонкая белая трость,
какими обычно пользуются слепые.
Устремив мертвый взгляд куда-то поверх головы попутчицы, он ждал от нее
ответа.
- Да, - прошептали ее губы.
И она не узнала свой голос.
- Спасибо.
Выставив вперед левую руку, он шагнул к двери.
"Дура! Дура безмозглая!~"
В сумку летели выпавшие ключи, помада, зеркальце в ажурном обрамлении, пачка
презервативов, чертова "палица"~
Выскочив следом, Светлана едва не сбила слепого с ног. В нерешительности он
поворачивал голову то вправо, то влево.
Девушка взяла его за мокрый рукав плаща.
- Простите меня ради бога!
- Что вы!~ Это вы меня простите. Встал на дороге.
- Я могу вам помочь?
Она постаралась, чтобы ее голос прозвучал без жалости, сочувствия. Инвалиды -
она так считала - не любят, когда их жалеют.
- Если не трудно, - согласился слепой. - Я первый раз здесь. Мне нужна
контора Александра Хлопкова.
- Вам решительно повезло, - сообщила Светлана.
И тут же прикусила язык, послав в свой адрес зверское выражение лица. Было
очевидно, что утро - впрочем, как и вечер накануне - было не из лучших в ее жизни.
Мысли, а теперь вот и язык, взяли неверное направление.
- Я хотела сказать, - поправилась девушка, - что работаю рядом с конторой
Александра Хлопкова. Пойдемте, я провожу вас.
Она решительно, но мягко потянула своего спутника к двери с табличкой:
ЧАСТНОЕ СЫСКНОЕ БЮРО А.ХЛОПКОВА.
Толкнув дверь бюро, она улыбнулась молоденькой секретарше А.Хлопкова Елене
Козиной:
- Привет, Лен.
- Привет. - Козина долгим оценивающим взглядом посмотрела на спутника
Светланы.
- К вам посетитель. - Турчина приставила к глазам два пальца, кивнула в
сторону незнакомца и помахала открытой ладонью возле лица.
Козина кивнула: поняла.
- Проходите, пожалуйста, - предложила она посетителю. - Могу я узнать ваше
имя?
- Илья, - ответил мужчина. - Мельник.
- Очень хорошо, сейчас я доложу о вас Александру Петровичу.
Она встала, бросила в ящик стола детективный роман и поспешно прошла в
кабинет патрона.
Мельник повернулся к Светлане.
- Еще раз спасибо. - Он чуть помешкал. - А я даже не знаю, как вас зовут.
- Света.
Девушка пожала его руку выше локтя и вышла из приемной сыскного бюро.
- Поздравляю вас, Светлана Геннадьевна! - Владимир Владимирович Першиков,
частный нотариус, презрительно сморщился: - Вы опять опоздали.
Светлана приложила руки к груди и послала на начальника самый жалобный
взгляд, на который только была способна.
- Простите, Владимир Владимирович, моя машина~
- Бросьте, - отмахнулся нотариус. - Я уже давно все знаю о вашей машине.
Вплоть до последнего болта. Придумайте что-нибудь поновее или смените машину.
Все, идите работать.
- Спасибо, Владимир Владимирович.
Девушка нарочито медленно развернулась, показала язык патрону, которого тот, к
счастью, не видел, и направилась к двери. За глаза Першикова называли Познером, так
как тележурналист Познер тоже Владимир Владимирович. Только у Першикова
лысина была гораздо круче.
Нотариус опустился в офисное кресло и снял трубку давно трезвонившего
телефона.
- Ну что у вас там, - недовольно пробурчал он, - недержание, что ли~ Алло?
- Павел Мельник!!
Нотариус вздрогнул. Его машинистка стояла у двери и ошалелыми глазами
смотрела прямо на него. Першикову стала не по себе.
- Павел Мельник, - уже шепотом сообщила она. - Илья - его брат.
Нотариус прикрыл трубку ладонью и смерил девушку тяжелым взглядом.
- Послушайте, Светлана, вы еще не приступили к работе, а у меня сложилось
впечатление, что вы переутомились. Вам нужно отдохнуть. - Он сделал ей знак
остаться и вновь обратился к абоненту: - Алло?~
Пока шеф разговаривал по телефону, девушка вспоминала события месячной
давности. Тот день, 29 апреля 1995 года, буквально потряс весь Климов. Да что там
Климов! Известный чуть ли не на всю Россию журналист, ведущий в вечерних
новостях раздел криминальной хроники, Павел Мельник был зверски убит у себя дома.
Два выстрела из пистолета, практически, разнесли голову репортера. Потом во всех
газетах и по ТВ передавали страшные подробности трагедии, потрясшей
многочисленных поклонников журналиста.
Светлана помнила, как с содроганием смотрела по телевизору репортаж Николая
Волкова с места происшествия. Николай Волков долгое время работал с Мельником и
был, как утверждал сам Волков, его лучшим другом. Он, экстренно возглавивший
отдел криминальной хроники, и сообщил те жуткие подробности убийства журналиста.
Преступники не оставили после себя никаких следов, не было свидетелей, выстрелов
тоже никто не слышал. По этому поводу силовые структуры города высказали
следующие суждения: пистолет был с глушителем, а убийство явно заказное.
Начальник УВД Виктор Березин и подключившиеся к следствию сотрудники
прокуратуры, честно глядя в объективы телекамер, заверили: преступники и заказчик
убийства будут найдены в кратчайшие сроки.
Прошел месяц, и Светлана не думала, что информация о поимке убийцы Павла
Мельника обошла ее стороной. Да и разговоров было бы~
И вот сейчас она встретила брата Павла Мельника Илью. В том, что они братья, не
было никаких сомнений. Во-первых, они здорово похожи. Правда, в отличие от
респектабельного и ухоженного Павла, который тянул на десять из десяти, Илья от
силы получил бы пять баллов. Во-вторых, его имя коротко упоминалось в ходе
следствия, которое было событием номер один на протяжении целой недели. Но, как
водится, о покойном журналисте стали потихоньку забывать.
Однако Светлана не могла вспомнить, а скорее всего пропустила мимо ушей, что
при упоминании имени брата покойного говорилось о том, что он слепой. Сейчас ей
казалось, что она держала за руку покойника. И разговаривала с ним. Богатое
воображение тут же нарисовало перед ее глазами мрачноватую картину: мертвый
журналист стоит в приемной и, вперив в дверь кровавые пустые глазницы, зовет ее:
"Светлана!~ Светлана!~"
Крупные мурашки пробежали по телу девушки, и она испуганно посмотрела на
шефа.
Нотариус уже давно закончил телефонный разговор и уже не говорил, а просто
орал:
- Светлана!! Вы что - оглохли?!
Она сглотнула и не ответила.
- Ну вот что, дорогая моя, я вижу, вы ничего всерьез не принимаете. Сейчас я
скажу вам два слова, - Першиков нацелился на свою машинистку двумя пальцами. -
Только два слова: вы~
Светлана вскочила со стула и остановила нотариуса протестующим жестом руки.
- Не надо, Владимир Владимирович, я не глухая, я все хорошо слышу, я пойду
работать.
"Познер" проводил ее глазами и посмотрел на часы: было всего половина десятого,
а он уже устал.
- Да говорю тебе, похож как две капли воды.
Светлана, перегнувшись через стол, делилась последними новостями с Ольгой
Сурковой, исполняющей в конторе обязанности помощника нотариуса. Она заводила
дела, консультировала клиентов, проверяла документы, многочисленные справки и
прочее.
- Почему же ты сразу его не узнала? - Невозмутимая Ольга строила из себя
реалистку и всем давала понять, что не верит ни во что бездоказательное и тем более
сверхъестественное. Хотя, сидя по вечерам у телевизора, запоем смотрела по
кабельному телевидению фантастику и фильмы ужасов. А потом с известковым цветом
лица бегала по квартире, включала везде свет и тряслась от страха под одеялом.
- Я ж тебе говорю, что он похож, когда всмотришься. А когда так - ну, в его
одежде, в которой я его видела, то совсем не похож. Вот если б он одевался как его
брат, - девушка невольно скосила глаза на телевизор, стоящий у окна, - клетчатые
пиджачки, яркие галстучки из фирменных магазинов, набриолиненные волосы, тогда
- сразу! А этот и причесаться как следует не может. Хотя к чему это слепому?~
Светлана вздохнула.
- Не скажи, - Ольга вытащила из сумочки печенье и аппетитно захрустела им. -
Что, по-твоему, слепые не люди? Или они не хотят выглядеть прилично?~ Между
прочим, у инвалидов чувство собственного достоинства на порядок выше.
- Интересно, - протянула Светлана. - Зачем Илье понадобился частный
детектив?
- А ты потом спроси у этой макаки, - Ольга кивнула на дверь, имея в виду
секретаршу А.Хлопкова Елену Козину.
- Ты до сих пор не разговариваешь с ней? - поинтересовалась Светлана, пряча
насмешливый взгляд.
- Я?! - помощница нотариуса поперхнулась печеньем. - Это после того, как она
при всех послала меня туда откуда рождаются?~ Ну, знаешь!~
- Я не берусь судить, кто из вас больше виноват, - начала Светлана. Но Ольга
резко перебила ее:
- Не берешься, Светочка, и не суди. А я ей сделала только замечание - тихо,
чтобы никто не слышал.
Турчина вновь опустила глаза к клавиатуре машинки. Ольга, кроме уже известных
странностей, выставляла себя дамой строгих нравственных устоев, стараясь прослыть
на 19-м этаже прагматичной, консервативной девушкой. Борис Шахматов из фирмы
"ДЕПП и ДЖУН" давно положил на нее глаз, но, наверное, был таким же
пуританином, как и Ольга, вел тихую осаду.
Одним словом, Ольга взяла за привычку открыто говорить все, что думает.
Однажды она объявила Козиной, что та неприлично крутит задом (при этом не
объяснив, как можно им крутить прилично), что такая походка не для учреждений, вот
на улице~ Елена Козина, девушка простая, без прибабахов, насмешливо осмотрела
оппонентшу и послала ее куда поглубже. С той поры обе питали друг к другу жгучую
ненависть.
Светлана решила поинтересоваться у Козиной насчет визита в их бюро Ильи
Мельника и решительно взялась за работу.
Александр Хлопков поздоровался с клиентом и торопливо вышел из-за стола,
сделав ненужный в данной ситуации приглашающий жест в сторону кресла для
посетителей. Отослав Елену взмахом руки, детектив предложил гостю "располагаться,
как дома".
Когда посетитель уселся в кресло, Хлопков вернулся за рабочий стол. Его острые
глазки шарили по невзрачной фигуре нового, как ему хотелось думать, клиента.
Последнее время дела в бюро шли на редкость отвратительно, было мало работы. Да и
вообще, положа руку на сердце, А.Хлопков, как многие привыкли его называть, мог
честно признаться, что, кроме "грязных" дел - слежка за неверными супругами и
работа по подготовке материала в виде уличающих в измене супругов фотографий,
магнитофонных записей и т.д., - последние год-два его фирма больше ничем не
занималась. Имея более серьезные проблемы, климовцы считали за благо обратиться
либо непосредственно в правоохранительные органы, либо в крупные, имеющие вес и
отличную рекламу детективные агентства. И А.Хлопков, отвечая на вопросы какогонибудь
докучливого клиента о штате сыскного бюро, распинался как мог, представляя
своего единственного детектива Валентина Авдеева. А потом вдогонку навсегда
потерянному клиенту мысленно посылал тысячи проклятий.
Сейчас денег на сч
...Закладка в соц.сетях
