Жанр: Боевик
Активная мишень
...те оружие.
Подавая пример, он опустил руку в карман и сдвинул предохранитель на своем
ПМ
. Одновременно с ним Рамзан расстегнул спортивную сумку и, вынув оттуда
короткоствольный
Калашников
, пристроил автомат на коленях. Но применять
оружие не пришлось. Милиционер даже не вышел из своей машины, когда Хамид
проезжал мимо него. Ахмед проследил за ним в боковое зеркало заднего вида. Тот
так и остался сидеть в машине, когда, свернув с ведущей к мотелю подъездной
дороги,
КамАЗ
влился в движущийся по Малоярославскому шоссе автомобильный
поток.
Начальнику управления
В
Центра спецопераций ФСБ РФ генерал-майору Углову
По мнению большинства членов Совета Безопасности, в сложившейся ситуации
только немедленное проведение полномасштабной поисковой операции в окрестностях
Обнинской АЭС силами армии, ФСБ и МВД позволит за оставшееся в нашем
распоряжении время выявить и уничтожить нацеленные на атомную станцию орудия
террористов, ликвидировав тем самым источник террористической опасности. О
своих соображениях по дальнейшему ходу розыска информируйте меня
незамедлительно.
Директор Федеральной службы безопасности РФ генерал-полковник Постников.
Начальнику управления
В
Центра спецопераций ФСБ РФ генерал-майору Углову
Ставлю вас в известность, что до разрешения кризисной ситуации, вызванной
террористической атакой на Обнинскую АЭС, все дальнейшие заседания Совета
Безопасности пройдут под председательством Президента Российской Федерации. На
экстренной личной встрече с руководителями Министерства обороны, МЧС, МВД и ФСБ
Президент выразил крайнюю обеспокоенность ситуацией на Обнинской АЭС, которая,
по его словам,
приобрела критический характер
, и потребовал незамедлительного
принятия дополнительных мер по обеспечению безопасности ядерного реактора
атомной станции, указав на очевидную неспособность силовых структур
противостоять атаке международных террористов.
Приказываю: любыми способами до истечения срока объявленного террористами
ультиматума обезвредить оставшихся боевиков и их главаря — международного
террориста Ахмеда аль-Рубеи. Для чего примите самые активные меры к их розыску
и задержанию, а при невозможности — ликвидации террористической группы и
захвату находящегося в руках террористов высокоточного оружия.
Начальник департамента
Т
ФСБ РФ генерал-лейтенантМостоцкий.
Начальнику управления
В
Центра спецопераций ФСБ РФ генерал-майору Углову
Свои соображения по способам ликвидации террористической угрозы немедленно
направьте в адрес Совета Безопасности РФ.
Директор Федеральной службы безопасности РФ генерал-полковник Постников.
Директору Федеральной службы безопасности РФ генерал-полковнику Постникову
Проведение в окрестностях Обнинской АЭС широкомасштабной поисковой
операции силами армии, МВД и ФСБ, на чем настаивают большинство членов Совета
Безопасности, в нынешней ситуации, когда террористы фактически загнаны в угол,
тем более недопустимо, так как это наверняка приведет к катастрофическим
последствиям. Вести конспиративный розыск скрывающихся на местности
диверсионно-террористических групп и отдельных боевиков способны только
специально подготовленные для решения таких задач подразделения, каким,
безусловно, является отряд
Вымпел
. Результативность конспиративного розыска
подтверждают осуществленный захват находившейся в руках террористов установки
высокоточного оружия и ликвидация ее орудийного расчета. Однако отсутствие
достоверных сведений о количестве оставшихся у террористов управляемых
реактивных снарядов и установок для их запуска существенно затрудняет розыск.
Пользуясь случаем, прошу вас обратить внимание членов Совета Безопасности
и прежде всего Министра обороны на необходимость скорейшего выяснения данного
вопроса.
Начальник управления
В
Центра спецопераций ФСБ РФ
генерал-майор Углов.
42. КАПИТАН ОВЧИННИКОВ
Обнинская АЭС, 16 августа, 09.15
Сверчку очень хотелось заговорить со мной. Но, видя мое состояние, Сверчок
и Ворон тактично молчали, за что я был им благодарен. Так мы и ехали, думая
каждый о своем, а вернее, об одном и том же.
До нашей встречи парни ровным счетом ничего не знали ни об обнаруженном
мною миномете, ни о предшествовавшей этому схватке с охранявшими миномет
террористами, ни о последнем звонке Рубеи в дежурную часть МЧС. Я не стал
сообщать им об этом по рации, когда сумел наконец связаться с ними, и рассказал
обо всем, только приехав на поляну, где они обнаружили автокран. Сверчок
выглядел очень гордым, ведь это он отыскал в лесополосе автокран. Но в том
состоянии, в каком я находился после нового ультиматума Рубеи, я даже не
подобрал нужных слов, чтобы похвалить его. Буркнул что-то невразумительное. Мне
было чертовски жаль задушенного парня, на свою беду попавшегося вместе с
автокраном террористам. Но я сказал себе, что, если мы не уничтожим банду
Рубеи, погибнут еще сотни, а то и тысячи людей, поэтому нужно работать споро и
не давать волю эмоциям. Я приказал парням доложить, что они обнаружили при
осмотре машины, затем осмотрел вместе с ними на поляне следы колес — вполне
качественные, эксперты потом смогут с легкостью сравнить их с отпечатками на
лугу, где террористы прятали миномет, — и уже после этого связался по рации с
генералом Угловым. Углов обещал направить к нам оперативно-следственную
бригаду, а нам приказал, сразу после ее прибытия, возвращаться обратно на
станцию. Бригада прибыла уже через пятнадцать минут, чего я, честно говоря,
никак не ожидал. Поначалу я даже растерялся, когда увидел, как по лесной дороге
пробираются два милицейских автомобиля. Углов ничего не сказал мне о том, что
следователи будут милицейскими, и я терялся в догадках, не зная, как мне
поступить. Все разъяснилось, когда из первой машины вместе с ментами выбрались
два мужика в гражданке и один из них предъявил мне удостоверение старшего
следователя калужского УФСБ. От него-то мы и узнали, что опера и следаки из
местной конторы вместе с ментами участвуют в контрольно-проверочных
мероприятиях, осуществляемых чуть ли не по всей области. Я собрался доложить
конторскому следаку о наших находках, но тот предпочел послушать Сверчка,
обнаружившего автокран. Сверчок изложил все следователю толково и быстро.
Следак, правда, собирался еще что-то спросить, но я популярно объяснил ему, что
позже мы с ним обязательно встретимся и даже вместе выпьем, но сейчас нам надо
спешить. Нас действительно ждал генерал.
Я гнал вовсю, не щадя движок и машину, да простит меня хозяин
Нивы
. Так
что где-то через десять минут мы уже подъезжали к атомной станции. На въезде
вместе со штатными охранниками дежурили двое наших бойцов. Узнав меня,.они
сразу открыли ворота и подняли шлагбаум, так что мы проскочили КПП без долгой и
утомительной идентификации.
Ниву
я поставил на автостоянку, откуда мы ее и забирали, и, прихватив с
собой Сверчка и Ворона на тот случай, если у Углова появятся к ним вопросы,
бросился разыскивать генерала. Оказывается, за то время, что мы отсутствовали
на атомной станции, Углов полностью оккупировал кабинет главного инженера,
переселив хозяина к кому-то из его заместителей. Дверь из приемной в кабинет
оказалась открыта. И я увидел у генерала двух наших командиров
оперативно-боевых групп. Углов как раз ставил им задачу. Чтобы не мешать ему,
мы с парнями остановились в приемной. Но Углов уже увидел нас и, поспешно
отправив обоих офицеров, скомандовал мне:
— Овчинников, зайди.
Я вошел и, не зная, закрыть ли за собой входную дверь, замялся на пороге.
Но генерал нетерпеливо махнул мне рукой, я прошел в глубь кабинета, и дверь так
и осталась открытой.
— Садись, — Углов указал мне на стул за приставным столом. Но, так как он
сам был на ногах, я тоже остался стоять.
Половину стола занимала добротная крупномасштабная карта Калужской области
— наши привезли. Здесь же лежали цветные карандаши и гелиевые авторучки. Углов
взял со стола одну из них и, взглянув на меня, быстро спросил:
— Так, где вы обнаружили автокран?
Я склонился над картой и, сориентировавшись по ней, указал генералу
примерное место. Углов сейчас же нарисовал там условное обозначение грузового
автомобиля. Приглядевшись, я обнаружил на карте и другие отметки. На лугу, за
подходящей к АЭС лесополосой, было нанесено обозначение одиночного орудия. Еще
один грузовой автомобиль, только перечеркнутый, был изображен возле строящегося
поселка, примерно в пяти километрах от Малоярославца, и наконец антенна — у
развилки шоссе.
— К сожалению, мы до сих пор не знаем, каким количеством реактивных мин и
минометов располагают террористы, — начал Углов, пока я разглядывал карту. —
Поэтому единственно возможный способ обезопасить реактор я вижу в том, чтобы
взять корректировщика террористов, наводящего снаряды на цель. Твое мнение, где
он может находиться?
Я озадаченно потер лоб. Если бы корректировщика легко было вычислить, мы
бы уже давно взяли его.
— Думаю, где-то на предельной дальности от АЭС, обеспечивающей надежную
подсветку крыши энергоблока лазерным лучом. Без конкретной привязки к местности
определить точнее не берусь, — выдал я умными словами очевидное.
Понятно, что корректировщик постарается расположиться как можно дальше от
реактора, чтобы максимально защитить себя в момент его взрыва. Но Углов с
откровенным сомнением посмотрел на меня и неожиданно спросил:
— А ты задумывался, почему террористы установили дальнобойный миномет
всего в трех километрах от АЭС?
А ведь действительно! Только почему-то эта мысль не приходила мне в
голову. Выручив меня, Углов сам ответил на свой вопрос:
— Конечно, близкое расположение орудия от цели обеспечивает практически
отвесное пикирование снаряда на конечном участке траектории. В результате чего
детонационная волна распространяется вертикально вниз, приводя к максимальным
разрушениям. Но главная причина выбора террористами данной огневой позиции,
—Углов постучал авторучкой по нанесенному на карту условному обозначению
орудия, —думаю, кроется не в этом.
Заинтригованный словами командира, я поднял на него вопросительный
взгляд. Но вместо ответа Углов сам обратился ко мне с вопросом:
— Ты утверждаешь, что ни до, ни во время схватки с тобой охранявшие
миномет террористы ни с кем на связь не выходили?
— Конечно, Владимир Сергеевич, — я даже удивился подобному вопросу. — Я бы
это непременно заметил.
— Тогда как Рубеи узнал, что его боевики убиты, а миномет захвачен?! — тут
же спросил генерал, и на этот вопрос я не нашелся что ответить. Углов снова
выручил меня. — Ему об этом кто-то сообщил. Полагаю, Рубеи не выставлял
специального наблюдателя, чтобы тот следил за охраняющими миномет боевиками.
Вывод: наблюдать твою схватку с минометным расчетом и затем сообщить об этом
Рубеи мог только корректировщик! Поэтому и огневая позиция выбиралась с учетом
наблюдательной позиции корректировщика. Его, Антон, необходимо найти. И сделать
это нужно как можно скорее. Я уже направил на поиски корректировщика три" наши
группы, но, думаю, у тебя больше шансов. Ты был на местности: видел огневую
позицию, осматривал подходы к ней и сможешь быстрее разобраться, где засел
корректировщик. Знаю, вы работали всю ночь. Но даже минуты на отдых дать не
могу. Потом будем отдыхать, когда возьмем террористов. А сейчас надо работать.
— Есть, товарищ генерал! — как можно бодрее ответил я.
Слова командира об усталости и отдыхе в какой-то мере даже обидели меня.
Углов это сразу понял и закончил разговор уже в своем обычном приказном тоне:
— Действуйте! У вас два с половиной часа на то, чтобы обнаружить и взять
корректировщика!
Сверчок и Ворон из приемной наверняка слышали наш разговор, во всяком
случае, полученный приказ. Поэтому я не стал тратить время на пересказ боевой
задачи, лишь, проходя через приемную, на ходу скомандовал им: — За мной.
Начальнику управления
В
Центра спецопераций ФСБ РФ генерал-майору Углову
Обнаруженная у уничтоженных террористов рация является приемно-передающей
портативной радиостанцией фирмы
Моторола
. Радиостанции данного типа
обеспечивают устойчивую надежную радиосвязь на расстоянии до двадцати
километров на открытой местности и до пяти километров в условиях города. Связь
осуществляется на фиксированной, автоматически подстраиваемой частоте. Время
непрерывной работы радиостанции без подзарядки элементов питания составляет
соответственно: в режиме приема — 48 часов, в режиме передачи — 3 часа.
Рабочая частота захваченной радиостанции передана мною старшим всех
радиоразведывательных постов, и все посты ориентированы на перехват и
пеленгацию сигналов однотипных радиостанций.
Начальник спецкоманды управления
Р
подполковник Лепницкий.
Начальнику управления
В
Центра спецопераций ФСБ РФ генерал-майору Углову
Ставлю вас в известность, что проведенная по настоянию военной прокуратуры
Юго-Западного военного округа экспертиза выявила факты явной подделки расходных
документов, по которым производился отпуск оружия и боеприпасов со склада
арттехвооружения 75-й механизированной дивизии. Организованная вслед за этим
инвентарная проверка подтвердила отсутствие на оружейных складах 75-й
механизированной дивизии большого количества оружия и боеприпасов, вывезенных
по поддельным документам бывшим начальником склада полковником Быстицким и его
подчиненными: капитаном Черемных, прапорщиками Житковым и Зудовым, убитыми
боевиками диверсионно-террористической группы Ахмеда аль-Рубеи при попытке
сбыть им похищенные боеприпасы и оружие. Среди похищенного два тяжелых 240-мм
миномета, три управляемые реактивные мины
Смельчак
с кумулятивными боевыми
частями и лазерный целеуказа гель -дальномер, используемый для их наведения на
цель. Таким образом, установлен факт наличия у диверсионно-террористической
группы Ахмеда аль-Рубеи еще одного тяжелого миномета и одного реактивного
управляемого выстрела к нему.
На розыск и скорейшую ликвидацию террористической группы:
наводчика-корректировщика и минометного расчета с непременным захватом орудия
направьте все имеющиеся в вашем распоряжении силы и средства. Немедленно
сообщите, какая еще помощь людьми или техникой может быть вам оказана.
Начальник департамента
Т
ФСБ РФ генерал-лейтенантМостоцкий.
43. ГДЕ ОН?
Санитарная зона Обнинской АЭС, 16 августа, 09.30
На торной дороге, ведущей к выявленной огневой позиции террористов,
оказалось выставлено оцепление. За сотню метров до луга, когда впереди среди
зажавших дорогу деревьев уже показался просвет, путь
Ниве
преградили двое
солдат-автоматчиков и старший лейтенант в армейской полевой форме.
— Проезд закрыт! Поворачивайте назад! — объявил он, выставив перед собой
раскрытую ладонь.
Но Овчинников уже выпрыгнул из машины и сунул под нос старшему лейтенанту
свое служебное удостоверение.
— Подразделение
Вымпел
, отряд антитеррора! — для большей убедительности
представился он и решительно потребовал: — Пропустите.
Армейский офицер явно растерялся:
— Я должен доложить командиру.
— Так поторопитесь. Дорога каждая секунда, — приказал ему Овчинников.
— Семенихин, доложи, — приказал старший лейтенант одному из своих бойцов.
Тот развернулся и неспешно зашагал по дороге в сторону луга. Овчинникова
вывела из себя такая медлительность, и он что есть силы крикнул вслед
размеренно шагающему бойцу:
— Бегом!
Солдат испуганно сорвался с места и со всех ног бросился выполнять
приказание. Через полминуты он вновь появился на дороге уже в сопровождении
офицера. Тот издали махнул рукой старшему лейтенанту и громко крикнул:
— Тишко, пропусти!
Овчинников сейчас же прыгнул за руль,
Нива
сорвалась с места и,
промчавшись мимо шарахнувшихся в стороны армейцев, вылетела на луг.
Вместо угрожающе нацеленного в небо миномета Овчинников увидел на лугу два
армейских автомобиля: грузовой
Урал
и стоящий возле него автокран такого же,
как и грузовик, защитного цвета. Возле машин суетилось около десятка солдат,
которыми командовали сразу четверо офицеров. Со стороны за их работой наблюдали
взрыво-техники
Вымпела
во главе с майором Терентьевым. Увидев подъехавших на
машине коллег, старший взрывотехников сразу подошел к ним.
— Решил показать своим миномет? — обратился он к Овчинникову, когда тот с
полевым биноклем в руках выбрался из машины. — Поторопись. Армейцы его сейчас
погрузят.
Только сейчас Овчинников заметил, что солдаты обступили лежащий на земле
миномет, уже переведенный ими из боевого в походное положение, и пытаются
подцепить его тросом, спущенным со стрелы автокрана. Судя по недовольным
возгласам офицеров, это им никак не удавалось. Рядом с минометом лежала
извлеченная из казенника реактивная мина, уложенная в длинный решетчатый
контейнер.
— Нет, мы за корректировщиком террористов, — ответил Овчинников.
Терентьев мгновенно изменился в лице:
— Где он?!
— Где-то здесь, — уверенно произнес Овчинников.
Терентьев поспешно и, как показалось капитану, испуганно оглянулся:
— Здесь?!
— Во всяком случае, он наблюдал мою схватку с охранявшими орудие боевиками
и затем сообщил об этом главарю, — уточнил Овчинников и, обернувшись к
застывшим у машины Воронину и Сверкунову, приказал: — Обойдите луг вдоль опушки
и осмотрите окрестности на глубину до трех километров. Искать естественные
возвышенности местности, отдельные здания и прочие высотные сооружения,
пригодные для наблюдения. Во время осмотра находиться под прикрытием деревьев,
бинокли на виду не держать и, главное, не допускать бликов оптики. Не
исключено, что корректировщик все еще следит за лугом.
Сверкунов с Ворониным без лишних слов отошли за деревья и разошлись в
противоположные стороны. Терентьев тоже собирался вернуться к своим
взрывотехникам, но Овчинников придержал его за локоть:
— Постой. Поможешь мне.
Он подвел майора к военным, которым никак не удавалось зацепить миномет
автокраном, и, встав перед ним, поднес к глазам бинокль. Терентьев оценил такую
уловку и одобрительно кивнул головой. Грузившие миномет солдаты и офицеры,
напротив, недоуменно уставились на капитана, но уже через секунду вновь
занялись минометом. Их реакции Овчинников уже не увидел, так как, припав к
окулярам бинокля, напряжено вглядывался в даль.
Впереди через какие-нибудь двести метров начинался лес, тянущийся почти до
самой атомной станции. Овчинников видел перед собой сплошную стену деревьев, не
имеющую ни одного просвета, за которой на расстоянии двух — двух с половиной
километров виднелись вершины опор высоковольтной ЛЭП. Правее лесополоса
подступала еще ближе. От места недавней схватки с боевиками до опушки было
всего метров тридцать. И густо разросшиеся деревья закрывали обзор до самого
неба. Зато слева на северо-запад лес расступался. И открытое пространство,
изредка перемежаемое кустарниковой и молодой кленовой порослью, тянулось до
самого горизонта. Из-за пологого холма вдали линия горизонта казалась ближе.
Этот холм представлялся Овчинникову достаточно удобным местом для наблюдения.
На нем он и сосредоточил свое внимание. До вершины холма было не менее трех
километров. Но в мощный бинокль и на таком расстоянии можно рассмотреть
человека. Однако сколько Овчинников ни вглядывался в холм, ни людей, ни машин
там не заметил. Это ровным счетом ничего не значило. Не менее озабоченный
скрытностью, чем ведущие его розыск спецназовцы, корректировщик террористов и
должен был тщательно маскироваться. Куда больше Овчинникова беспокоило другое.
Наблюдаемый холм был совсем невысок, и капитан отнюдь не был уверен, что с его
вершины можно разглядеть крышу энергоблока атомной станции. А для лазерной
подсветки цели требовалась прямая видимость. Выяснить этот вопрос можно было
только на месте. И Овчинников прикидывал в уме, как быстрее и удобнее подъехать
к холму, когда сзади к нему подошел Сверкунов.
Лейтенант негромко кашлянул и тронул Овчинникова за плечо.
— Товарищ капитан.
Овчинников отнял от глаз бинокль и обернулся:
— Чего?
— Вот, точно, как вы сказали, естественная возвышенность местности.
Сверкунов указал взглядом на далекий холм к юго-западу от луга, весьма
похожий на тот, который только что разглядывал Овчинников, но круче и выше.
Овчинников поднял к глазам бинокль, чтобы лучше рассмотреть его, но почти сразу
опустил:
— Расстояние до возвышенности?
— Три с половиной — четыре километра, — бодро ответил Сверкунов.
— А расстояние от возвышенности до АЭС? — тут же задал следующий вопрос
Овчинников.
— Шесть с половиной — семь.
— А это предельная дальность подсветки цели лазерным лучом, — назидательно
произнес Овчинников. — На предельной дальности четкого целеуказания добиться
трудно. Луч рассеивается, и пятно получается слишком размытым. К тому же высота
холма явно недостаточна, чтобы оттуда можно было разглядеть крышу энергоблока.
Вам следует быть внимательнее, лейтенант, чтобы избегать подобных ошибок в
будущем, — закончил Овчинников, намеренно перейдя на
вы
.
Сверкунов надулся, не столько из-за замечания, сколько из-за
демонстративно официального обращения, и, глядя через плечо командира,
произнес:
— Тогда остаются только опоры ЛЭП. Других высотных сооружений в округе я
что-то не вижу.
Овчинников в ответ отрицательно покачал головой и продолжил прежним
поучительным тоном.
— Вырабатываемая АЭС энергия передается по линии с напряжением до миллиона
вольт. К проводам под таким напряжением приближаться смертельно опасно.
Поэтому...
Внезапно вспомнив дымящуюся воронку на месте разрушенной трансформаторной
подстанции, борющихся с огнем пожарных и змеящиеся по двору АЭС спутанные
провода, Овчинников оборвал начатую фразу. Он вспомнил и то, как собирался
крикнуть пожарным:
Берегись!
—а затем ругал себя за несообразительность. Нет
никаких высоковольтных проводов! И нет ЛЭП! Потому что после взрыва
трансформаторной подстанции в линию не поступает электрическая энергия. И то,
что он видит за лесом, — это всего лишь решетчатые металлические башни, между
которыми натянуты металлические канаты. Те самые высотные конструкции, идеально
подходящие для наблюдения за АЭС и корректировки управляемых реактивных
снарядов! Овчинникову сразу стал понятен и выбор цели для демонстративного
удара. Не административный корпус и не прочие постройки на территории АЭС.
Только трансформаторная подстанция, чтобы обесточить ЛЭП и тем самым
обезопасить расположившегося на одной из ее опор корректировщика!
К полной неожиданности Сверкунова, Овчинников внезапно шагнул к нему и,
крепко обняв за плечи, пробормотал:
— Молодец! Ты даже не представляешь, Сверчок, какой ты молодец!
Сверкунов изумленно захлопал глазами. Ему и раньше доводилось заслужить
одобрение командира. Но никогда прежде Овчинников не обнимал его. И уж тем
более Сверкунов не слышал, чтобы его голос вот так дрожал от радостного
волнения. К тому же ничего особенного, по мнению самого Сверкунова, он не
сказал. И чем вызвана подобная благодарность командира, было совершенно
непонятно. Однако выяснить это так и не удалось, потому что Овчинников уже
повернулся к Воронину и зычно крикнул:
— Ворон! К машине! Выезжаем!
44. НАЙТИ! (ОВЧИННИКОВ)
Санитарная зона Обнинской АЭС, 16 августа, 09.40
По дороге к ЛЭП я объяснил Сверчку и Ворону нашу задачу: скрытно
подобраться к линии электропередачи и осмотреть все опоры, начиная с ближней к
АЭС. Сразу встал вопрос, как это сделать незаметно для корректировщика. Ведь
он, по логике вещей, должен был самым тщательным образом контролировать все
подходы к своей наблюдательной позиции.
Ведущую от шоссе к атомной станции просеку, по которой проходила линия
электропередачи, я проскочил на машине не останавливаясь. На
Ниве
, наверное,
можно было проехать по ней почти до самой станции, существенно выиграв во
времени. Но из-за риска обнаружить себя перед корректировщиком я отказался от
этой идеи. Хуже всего было то, что, кроме этой просеки, других дорог или хотя
бы тропинок, ведущих к АЭС, в окружающей станцию лесополосе не было.
Подобраться к ЛЭП со стороны атомной станции я тоже не решился. Опушку леса от
забора АЭС отделяли пятьсот метров совершенно ровного поля, на котором любой
человек был как на ладони. Пришлось бросить машину прямо на обочине шоссе и
пробираться к ЛЭП через лес.
Я на своем опыте знал, как порой бывают густы подмосковные места.
Как-никак пробежал по Подмосковь
...Поділитися у соцмережах
