Жанр: Триллер
Синдром
...заинтересованные академики и влиятельные люди в Штатах и за
границей.
- Невероятно. Подскажите, как туда обращаются?
- В фонд не обращаются. Все происходит так: тебя кто-то рекомендует. Кто именно
- для тебя остается загадкой, хотя обычно это преподаватель или бывший
однокурсник. Пару раз приглашают на ленч и расспрашивают - чем бы ты хотел
заняться при наличии времени и средств. Если ты не полный дурак, то через
некоторое время делаешь заявку на исследование. Они дают кое-какие рекомендации,
как лучше его провести, - и проходишь массу тестов.
- Какою рода?
- Наподобие того, что делали вы. Многофазовый профиль личности, тест МайерсаБриггса
- мероприятие на целый день. Это я прекрасно помню.
Шоу состроил гримасу.
- Да? И зачем это им надо?
- Я задал тот же вопрос. Мне ответили, что таким образом отбираются кандидаты,
способные работать самостоятельно, - контроль в институте минимальный. Однако я
думаю, руководство подбирает людей, которым комфортно работать за границей. На
этот пункт они обращают особое внимание.
- На что?
- На работу за границей.
- Хорошо, а в какой области знаний вы специализировались? - поинтересовался
психиатр. - Что вы выбрали?
Макбрайд улыбнулся несколько смущенно.
- Моя работа называлась "Анимистическая терапия в странах "третьего мира"".
Шоу приподнял брови:
- Интересно.
- Я ставил перед собой цель изучить психологические и терапевтические
составляющие примитивных религий. Исследование охватывало широкий круг тем -
начиная с индейских парилен и заканчивая погружением в гипноз, воздействием
затмений на функции организма и использованием галлюциногенных грибов в
различных культурах.
- И этим вы занимались?
- Да. В этом полушарии я... - Голос рассказчика затих.
- Что?
К горлу подступила тошнота, будто крошечная птичка стала выписывать фигуры
высшего пилотажа у Макбрайда в желудке.
- Простите, я отвлекся.
На лбу Шоу прорезались глубокие морщины.
- Итак, чем вы занимались?
- Я много ездил по Южной Америке, по Карибам. Чего только не изучал... Даже
написал доклад "Марафоны на сверхдлинные расстояния как способ самобичевания и
медитации". Две из моих статей напечатали в "Таймс".
- Чему они были посвящены? - поинтересовался Шоу.
- Одна - духовным аспектам видеоигр, достаточно смелая работа. Другая называлась
"Общинные традиции употребления алкоголя для облегчения сезонных эмоциональных
расстройств".
- И на что походило исследование последнего вопроса?
Льюис засмеялся:
- В феврале меня забросили на Юкон, и там я напился с эскимосами.
- А потом что?
- Плевал на погоду.
Шоу засмеялся.
- Вы упомянули про Карибы.
- Да. Какое-то время я пробыл на Гаити. Изучал использование голосовых модуляций
и ритмических ключей для постгипнотических внушений.
- Звучит очаровательно.
- Так и было, - сказал Макбрайд и отстучал пальцами ритм на поверхности стола:
"Та-та-та, тук, тук" - пять ударов. - Вот такие короткие послания заправляют
большими делами.
- Согласен. Впрочем, в этом нет ничего удивительного: аудиопамять тяготеет к
последовательности, и потому мозг всегда стремится завершить начатый звукоряд.
Итак, где вы еще побывали?
- Дальше я собирался поехать на Ямайку.
Психиатр ждал от рассказчика продолжения, и, когда его не последовало, сам
нарушил молчание:
- Да-да?
Внезапно Макбрайд лишился дара речи. Комок подступил к горлу - всплыли
воспоминания о перелете из Порт-о-Пренса в Сан-Франциско, куда он возвращался с
пленками, фотографиями и записями. Ему нравилось писать дома, и, что еще важнее,
появлялась возможность пообщаться с Джуди и Джошем. Они снова становились
семьей. Хотя бы на несколько дней в месяц.
О беременности Джуди стало известно после того, как Макбрайду присудили
стипендию, и оба сошлись на том, что упускать представившийся случай глупо.
Договорились только, что при любой возможности Лью будет наведываться домой.
Так дальше и жили. За несколько месяцев до рождения сына Джуди приезжала
проведать Льюиса то на недельку, то на пару дней. Если находила время - она
работала графическим дизайнером и делала успешную карьеру. Ее поездки
прекратились, когда на свет появился Джош, потому что... Ну, во-первых, они не
могли себе этого позволить, даже если и выпадал случай. А во-вторых, там, куда
уезжал Макбрайд, ребенку явно было не место.
- Лью! - Доктор Шоу склонился к пациенту, и на лбу его прорезались морщинки
беспокойства.
Макбрайд услышал рев вертолета за окном, на улице взвыла сирена. Ее вой
приближался, заполняя окрестности, а сквозь щелки жалюзи лился солнечный свет,
беспощадно полосуя кроваво-красный восточный ковер.
"Не место ребенку".
- Лью?
Ему показалось, что рисунок света и тени поднялся с пола и прорезался сквозь
мозг. Рев сирен превратился в безутешный плач младенца.
Ребенка.
Льюис слышал голос Шоу, но тот доносился очень слабо, приглушенно, будто
издалека или сквозь многослойную толщу изоляции.
- Лью? Что происходит? С вами все в порядке?
Макбрайд не отвечал. Он стоял в комнате цвета охры - детской, превращенной в
скотобойню. Льюис сжимал в руках биту с надписью "Луисвиллский снайпер", которую
Джуди держала в подставке для зонтов в прихожей. Бита прошла сквозь кость и
погрузилась в хлюпающую мякоть мозга - сначала сына, а потом и жены. Кровь
брызгала в стороны, рассеиваясь во влажном воздухе. Он скользил в ней,
спотыкался и размахивался снова и снова.
Пока тела Джошуа и Джуди не превратились в мягкую бесформенную массу.
Глава 31
Найти информацию о Кальвине Крейне оказалось несложно. Не труднее, чем доехать
на такси до Нью-Йоркской публичной библиотеки. Пройдя мимо величественных
каменных львов, охранявших вход в хранилище знаний, Эйдриен поднялась по
ступеням на третий этаж. В читальном зале, на стеллаже справочной литературы,
она нашла захватанный том энциклопедии "Кто есть кто", взяла в руки бордовую
книгу и отнесла ее к круглому столу из красного дерева. Усевшись возле пожилого
человека с нимбом торчащих в стороны непослушных волос, быстро обнаружила статью
"Крейн" и принялась за чтение:
"Крейн, Кальвин Флетчер.
Филантроп, глава фонда. Род. 23 июля 1917 в г. Патчог, шт. Нью-Йорк. Окончил:
Йельский университет 1938. Гарвард, юридич. фак. 1941. Должности: поверенный,
Донован, Лейжер (Нью-Йорк) 1942, 1945. Управление стратегических служб[38]
(УСС), Лондон, Базель, майор 1942-45. Центральная Разведывательная Группа
(Вашингтон, округ Колумбия) 1946-47. Офицер международной службы, Гос.
департамент (Цюрих) 1947-49. Секретарь-казначей, Институт глобальных
исследований (ИГИ), 1949-63. Президент и казначей, ИГИ 1964-89. Почетный
Директор, ИГИ 1989. Кавалер ордена "Почетного легиона", 1989. Член Совета по
международным отношениям Бильдербергерского клуба. Клубы: Йель. "Сенчури",
"Атенеум". Проживает: Лонгбоут-Ки, Флорида".
Эйдриен облокотилась на спинку кресла и побарабанила кончиками пальцев по
раскрытой странице. Пожилой человек справа покосился на нее и вернулся к чтению
книги "Секреты великих пирамид".
Статья в "Кто есть кто" требовала определенного домысливания. Гарвард и Йель
предполагают деньги. Управление стратегических служб - значит, связан со
шпионажем. Служил за границей, в том числе и в Швейцарии. И наконец - работа в
фонде на протяжении сорока лет. Членство в престижных клубах и почетные звания.
Под старость - отставка и пенсия во Флориде.
Скоропостижная кончина от рук сумасшедшей Николь...
Нужно поискать еще. Эйдриен поднялась с кресла, подошла к столу справок и
поинтересовалась, где находится зал периодики. Он оказался в соседней комнате
прямо по коридору. С помощью библиотекаря девушка отобрала катушки микрофильмов
с подборками "Нью-Йорк таймс", "Майами дейли ньюс" и "Сарасота стар трибюн".
Каждая из подборок охватывала один и тот же период октября - дни, когда был убит
выдающийся старожил Лонгбоут-Ки.
Усевшись за аппарат для чтения микрофильмов, Эйдриен принялась кадр за кадром
просматривать статьи, пока не получила некоторого представления об интересующем
ее человеке. Хотя какое отношение к нему имела сестра, так и осталось неясно.
Сведения из УСС оказались особенно интересны. Из прочитанного Эйдриен узнала,
что организацию создали по образцу британской разведки в самом начале Второй
мировой войны. Как и его европейский собрат, Управление формировалось из элиты
страны. Руководство старалось привлечь максимально возможное число выпускников
лучших университетов и сотрудников самых престижных фирм на Уолл-стрит. Как
писала "Таймс", УСС являлось одновременно главным предшественником ЦРУ и
трансатлантической сетью проверенных, готовых поручиться друг за друга
выпускников престижных школ.
Будто бы в довершение к уже сказанному в статье "Стар трибюн" размещался целый
фоторяд, окрещенный "визуальной данью почтения". Фотографии представляли Крейна
в разные годы жизни.
В молодости он выглядел чудесно, почти как кинозвезда: разлетистые брови,
мужественный подбородок, копна густых темных волос, спадающих на лоб в манере
Кеннеди. Вот Крейн обменивается рукопожатиями с Франклином Рузвельтом, позирует
с Алланом Даллесом на склонах Альп у живописной деревушки, чокается высокими
бокалами с де Голлем, сопровождает Одри Хепберн к парадному входу отеля
"Эспланада" в Загребе. Сорок лет в Швейцарии, плюс-минус день. Юрист, шпион,
А затем Флорида, где этот выдающийся человек поддерживал уйму добрых начинаний -
симфонический оркестр Сарасоты, общество охраны культуры исконных обитателей
Флорида-Кис и экологическую группу "Отчизна", спасающую местную флору от
давления агрессивных видов-пришельцев. До того как Крейн превратился в
прикованного к креслу инвалида, эти благородные цели да игра в гольф занимали
главное место в его жизни.
"Все это интересно, - рассуждала Эйдриен, - но никоим образом не объясняет
одного - зачем сестра села на поезд, доехала до Флориды и застрелила выдающегося
старика". Возникла занятная мысль, что Никки сочла Крейна причастным к якобы
совершенному над ней насилию. Однако эта теория годилась лишь с большой
натяжкой. Если верить помещенной в энциклопедии статье, в годы, когда Никки была
ребенком, Крейн жил в Швейцарии.
Вернувшись в отель, Эйдриен обнаружила, что на телефоне возле кровати мигает
огонек. Прослушав сообщение от Шоу, который просил срочно перезвонить, она
набрала домашний номер врача.
- У нас серьезный прорыв, - сказал Шоу.
- Фантастика! - Эйдриен откашлялась. - Ну, выкладывайте, кто он?
- Что ж, он очень больной человек.
- Док...
- Нашего друга зовут Льюис Макбрайд. Это хорошая новость. А вот и плохая: он
насмерть забил жену и сына бейсбольной битой.
- Что?!
- Думаю, вы меня слышали. Хотя правда это или очередная фантазия - так просто не
скажешь.
Эйдриен прислонилась затылком к стене.
- Где это случилось? - спросила она.
- В Сан-Франциско, - ответил Шоу и посвятил ее в историю жизни Макбрайда - от
Бетеля до Стэнфорда, включая смерть родителей. - Выдающийся молодой человек -
спору нет, - добавил доктор. - Дипломы с отличием, докторская степень по
психологии, престижные премии. Его ждало большое будущее, пока...
- Пока что?
- Он сорвался. В некотором роде пережил психический срыв. И убил жену вместе с
сыном. Клянется, что наркотиками никогда не баловался, хотя лично меня все
случившееся наводит на мысль об "ангельской пыли".
- Убил жену? - Эйдриен не могла поверить своим ушам.
- Да. И сына-младенца. Трех месяцев от роду.
Некоторое время оба молчали. Наконец девушка спросила:
- Его тогда арестовали, или что?
- Вот именно - или что! - воскликнул психиатр. - С того места все становится
крайне расплывчато. Наш друг предельно подробно описывает убийство - и только.
Следующее воспоминание - он живет в Вашингтоне и его зовут доктор Джеффри Дюран.
- И где он сейчас?
- В изоляции. Я отправил его в палату "А-4", в сектор с усиленной охраной.
Эйдриен была потрясена.
- Вы думаете, он попытается бежать?
- Нет. Я думаю, он попытается себя убить. По правде говоря, у меня в этом нет и
тени сомнения.
- Тогда... - Эйдриен не находила слов. Да и мыслей в голову тоже никаких не
приходило, поэтому она поинтересовалась: - А насчет того предмета что-нибудь
выяснилось?
- Вы об имплантате?
- Да.
- На мой взгляд, имплантат имеет некоторое отношение к заболеванию Льюиса, но
ничего определенного пока сказать не могу. Я с ног сбился, пытаясь хоть чтонибудь
выяснить, - пожаловался Шоу. - Трижды звонил в лабораторию, и по-прежнему
ничего.
- Значит...
- Я разберусь, - пообещал Шоу. - И все же должен признаться, что если мистер
Макбрайд в самом деле убийца, этим объясняется многое: расстройство психики с
последовавшей за ним истерической амнезией и даже сублимация подлинной личности
в альтернативную.
- Если?
- Прошу прощения? - переспросил психиатр.
- Вы сказали, если он - убийца.
- Да, именно.
Эйдриен промолчала, взяла ручку и поинтересовалась:
- Когда, по вашим подсчетам, все это происходило?
- Пять лет назад в Сан-Франциско.
- Я проверю, - заверила девушка. - А если выяснится, что это правда?
- Не думаю, что у нас с вами будет какой-то выбор - придется сообщить в полицию.
Эйдриен понимала, что доктор прав. Однако она не исключала, что тут есть в чем
усомниться. На данном этапе звонок в полицию казался преждевременным - еще
позавчера этот якобы убийца выглядел совершенно другим человеком.
- В голове не укладывается, - проговорила она.
- У меня тоже, - ответил Шоу. - Действительно не верится. Но одно я знаю
наверняка.
- Что?
- Он сам в это верит.
Утро следующего дня Рей Шоу провел за рулем своего "мерседеса", пытаясь приехать
на работу. Машина застряла в пробке на мосту Джорджа Вашингтона, погрузившись в
какофонию гудков. Шоу раздраженно достал из портфеля сотовый телефон, набрал
номер, который знал как свой собственный, и приложил трубку к правому уху.
Дело в том, что Шоу не относился к тем людям, которые часто просят об
одолжениях. И в тех редких случаях, когда его вынуждали это делать, Шоу
рассчитывал, что в услуге ему не откажут. А в особенности в такой ситуации, как
теперь, когда помощь требовалась от человека, с которым он вот уже многие годы
дважды в неделю играл в сквош.
Чарли Догран был, во-первых, его лучшим другом и, во-вторых, ведущим
исследователем-физиком в лаборатории проектирования и прикладных материалов
Колумбийского университета. Шоу отправил имплантат на анализ в первые же часы
после изъятия его из мозга Лью Макбрайда, за три часа до операции проиграв
Дограну несколько партий в спортклубе "Манхэттен".
То, что Догран еще не выслал результатов, не слишком удивляло. Физику вечно не
хватало времени, так как он с ловкостью жонглера ухитрялся совмещать
преподавательскую деятельность с руководством отделом, состоявшим в запутанных,
но прибыльных отношениях с рядом частных фирм и правительственных агентств.
Поэтому психиатр не слишком поразился тому факту, что Дограна пришлось
подталкивать. Что действительно встревожило Шоу - уже несколько дней приятель не
отвечал на его звонки.
С Чарли они дружили с давних пор, и когда психиатр попросил об одолжении, он
рассчитывал, что ему действительно помогут. Поэтому Шоу позвонил Дограну в
очередной раз. Только теперь на домашний номер, в семь утра.
- Угадай, кто?
Догран хмыкнул.
- Чарли, это...
- Я узнал.
- Ну и?... - масленым голосом поинтересовался Шоу.
- Что "ну и"?
- Я звоню насчет того объекта, который отправил тебе несколько дней назад.
Догран ограничился молчанием.
- Алло? - напомнил о себе Шоу.
- Я здесь, - ответил тот.
- Хорошо, а то я подумал...
- Рей, я не могу об этом говорить.
Психиатр решил, что ослышался.
- Что ты не можешь?
- Слушай, мне пора идти. Я очень спешу, поговорим позже. - И с этими словами
старинный приятель дал отбой, предоставив партнеру по сквошу брызгать слюной в
трубку телефона.
Эйдриен знала имена трех китов, на которых зиждется удача: терпение, стойкость и
сила духа. И еще она располагала информацией, где найти компьютер, с которого
можно подключиться к "Нексису". Сев к открытому терминалу в одном из залов
библиотеки, она отправилась на сайт-архив и ввела пароль своей адвокатской
конторы. На экране появилась соответствующая страница, и Эйдриен щелкнула по
кнопке "поиск", а затем "новости". Наконец, ввела фамилию "Макбрайд" в графу
поиска и добавила "Сан-Франциско", "1996" и - для Перестраховки - "1995" и
"1997".
Прошло тридцать секунд, и на экране материализовался перечень документов за
указанные периоды. Ни больше ни меньше - двести четыре статьи, в которых
упоминалась фамилия Макбрайд и одновременно - город Сан-Франциско. Преобладали
обычные ссылки, не имевшие никакого отношения к искомому предмету: сводки из
отделов по работе с общественностью различных компаний, в которых сообщалось о
назначениях на должность директоров под фамилией Макбрайд - Ричард Макбрайд, Нед
Макбрайд, Дэлано Макбрайд... С полдюжины статей о футбольных защитниках, в числе
которых оказался и принимающий на краю поля Антуан Макбрайд. Подборки о
терзаемом старческими недугами судье - известном гурмане и составителе
критических статей о кухне прибрежных ресторанов, - который, как и прочие, носил
фамилию Макбрайд. И многое, многое другое.
Однако ни в одной из выходивших в течение последних десяти лет американских
газет не говорилось об убийстве, совершенном человеком по имени Лью Макбрайд в
Сан-Франциско. Эйдриен расширила критерии поиска, заменив Сан-Франциско
Калифорнией. В результате "Нексис" выдал еще с полдюжины сайтов. В городе Фресно
некто по имени Макбрайд застрелил из дробовика консультанта в универмаге. Другой
однофамилец Льюиса обвинялся в наезде со смертельным исходом, совершенном в
нетрезвом состоянии, в результате которого погибли два человека. Родственники
погибших намеревались засадить Макбрайда за решетку, но виновным нарушителя не
признали. И тому подобное.
Эйдриен уже подумывала вернуться в "Мейфлауэр", позвонить Шоу и сказать ему, что
последняя личность Макбрайда - такая же фикция, как и предыдущая. Но чтобы
подстраховаться от неожиданного удара, девушка решила просмотреть первый список
еще раз.
Мысль оказалась очень неплохой. Функция быстрого просмотра выделяла жирным
шрифтом интересующие ее слова, и работа пошла еще быстрее. Не приходилось
перечитывать все от первого до последнего слова - Эйдриен просто скользила
глазами по страницам и отбрасывала ненужное.
Она просматривала статьи за девяностые годы, пока ее взгляд не остановился на
сообщении, опубликованном журналом "Сан-Франциско икземинер" от шестнадцатого
июля 1996 года:
"Авиакатастрофа уносит жизнь нашего земляка Кеп-Гаитиен (агентство Рейтер).
Спасательная операция по поиску самолета, потерпевшего крушение в гористом
районе к западу от города, прекращена. Двадцатишестилетний житель Сан-Франциско
Льюис Макбрайд объявлен пропавшим без вести.
Мистер Макбрайд был единственным пассажиром чартерного рейса "сессны", пропавшей
во вторник вечером во время грозы. По информации диспетчерских служб аэропорта
Порт-о-Пренса, сигналов бедствия с борта самолета не поступало. Предполагается,
что "сессна" разбилась в ненаселенном горном районе джунглей. Операция по поиску
исчезнувшего самолета не увенчалась успехом и прекращена из-за затянувшейся
непогоды. Льюис Макбрайд, выпускник Стэнфорда, доктор психологии, в течение
последних двух лет путешествовал, занимаясь исследованиями по поручению научного
фонда. Профессор университета Иан Хартвиг выразил соболезнования научному миру в
связи с потерей замечательного молодого ученого. Живых родственников у покойного
не осталось".
Эйдриен облокотилась на спинку кресла и задумалась. А действительно ли "ее
Макбрайд" - тот человек, о котором идет речь в статье, или очередная,
позаимствованная им личность? Что, если в нем, точно в матрешке, спрятано еще
несколько персонажей, а настоящий скрыт за семью печатями? К тому же в газетах
ни слова не говорилось о Макбрайде, забившем семью до смерти. Судя по статье об
авиакатастрофе, покойный ничего противозаконного не совершал. Если бы
преступление действительно имело место, "Икземинер" непременно упомянул бы о
нем. Да и стэнфордский профессор не назвал бы убийцу "замечательным молодым
ученым".
В "Нексисе" размещались только файлы в текстовом формате, без фотографий. Однако
в статье присутствовала ссылка на графический объект, и, значит, в газете
имеется фотография. Надо поискать статейку на микрофильме и посмотреть, кто
изображен на снимке Макбрайда.
Прибыв к себе в контору, Чарли Догран застал в приемной Рея Шоу. При виде
старинного приятеля Догран уткнулся глазами в пол, кивком поздоровался с
секретаршей и твердым шагом направился в кабинет, надеясь скрыться от
нежеланного посетителя.
Шоу, не отставая ни на шаг, вошел следом и прикрыл за собой дверь.
- Чарли...
- Я ничего не хочу слышать! - отрезал тот и возвел кверху руку, словно собираясь
извергнуть проклятие. - Тема закрыта.
- О чем ты?
- Пойми, нам нельзя говорить о таких вещах. Иными словами, ты не получишь отчет
о микроскопическом предмете, который послал мне. И больше не настаивай, иначе от
нашей прекрасной дружбы ничего не останется.
С этими словами физик рухнул в кресло за письменным столом, развернулся и
устремил взгляд в потолок.
Шоу беспомощно развел руки:
- Не понимаю.
- Он засекречен, - сказал Догран.
- Кто засекречен?
- Прибор. Это нейрозвуковой протез, изготовленный из биокерамики.
- И поэтому он не распознается иммунной системой...
- Точно.
Теперь присел Рей Шоу. Облокотившись на подлокотник кожаного кресла, он
обдумывал услышанное.
- Почему ты не сообщил, насколько все это серьезно? - упрекнул Догран.
- Я понятия не имел.
- Я показывал чертову стекляшку всем подряд! И Фред - ты его знаешь, - он только
мельком взглянул и говорит: "Мы такими игрушками на занятиях баловались". На что
я спросил: "В каменном веке?" Он засмеялся: "Ага, при помощи приборов
инфракрасного излучения". Тогда я задал вопрос напрямую: "Что это за предмет?" И
Фред ответил: "Чарли, ты держишь в руках нейрозвуковой протез. А теперь мне
придется тебя убить". И невесело посмотрел на меня. Очень невесело!
- Ты шутишь?
- Черта с два! Он смерил меня взглядом и заявил: "Серьезно. У тебя этого образца
быть не должно. Прибор разрабатывался в рамках правительственного эксперимента
особой секретности".
Шоу помрачнел.
- Это не эксперимент, - проговорил психиатр.
- О чем ты?
- Я извлек имплантат из пациента.
Догран несколько раз моргнул и, с трудом обретя дар речи, спросил:
- Теперь ты шутишь?
- Нет.
Физик глубоко вдохнул.
- Следующее, что тебе не помешает узнать: у меня были посетители. - Он помедлил,
чтобы придать словам большую значимость.
- Кто? - удивился Шоу.
- Кто? А как ты думаешь? Курилыцик[39] и его злобный брат-близнец - еще один
Курильщик.
Шоу хихикнул.
- Серьезно, - настаивал Догран. - Будто только что с центральной киностудии
приехали: черные костюмы и полное отсутствие чувства юмора.
- На кого они работают?
- Сказали, что они из Пентагона, - ответил Догран. - Только вот на их
удостоверениях стоял код "301".
- И это означает?...
Собеседник пожал плечами:
- Агентство национальной безопасности, наверное.
Психиатр нахмурился:
- А что они сказали о цели визита?
- Интересовались, как я получил в свое распоряжение прибор.
- И ты сказал? - спросил Шоу, не в силах скрыть досаду.
- Конечно, сказал! А что мне оставалось делать, Рей? Я перепугался до смерти.
- Значит...
После некоторых колебаний Догран проговорил:
- Думаю, тебе тоже стоит подготовиться к визиту "людей в черном".
Эйдриен просидела в приемной почти двадцать минут, когда дверь в кабинет Шоу
распахнулась и оттуда вышли два мрачного вида человека в темных длинных плащах.
Они направились в коридор и скрылись из виду, не проронив ни слова. Психиатр в
нерешительности остановился в дверях - и его лицо выражало крайнюю степень
беспокойства.
Бросив "Нью-Йоркер" на столик у дивана, посетительница встала и откашлялась.
Шоу рассеянно обернулся к ней, и на миг показалось, что врач ее не узнал. Но тут
психиатр внезапно пришел в себя и воскликнул:
- Эйдриен! Боже мой, входите.
Она проследовала за ним в кабинет и села в кресло у письменного стола.
- Что-то случилось? - поинтересовалась гостья.
Шоу казался взволнованным и смущенным одновременно.
- Мне запретили упоминать об их посещении, - сказал он.
- О чьем посещении?
- Тех людей, которые отсюда только что вышли.
- А... - протянула Эйдриен, не совсем понимая, о чем идет речь.
Психиатр нахмурился и заглянул ей в глаза:
- Вы ведь не все мне рассказали, так? О нашем друге.
Собеседница поерзала в кресле и призналась:
- Не все.
- Потому что теперь... Ну, теперь возникли проблемы.
Ей стало крайне неприятно при мысли о том, что она втянула этого доброго и
отзывчивого человека в неразбериху собственных проблем, а заодно и проблем
Дюрана. То есть Макбрайда, конечно.
- Я подумала, что чем меньше вы знаете...
- Меня попросили отдать личную карту Лью, и я отказал.
- Кто попросил?
- Те, кого вы встретили в приемной.
Эйдриен задумалась.
- А кто они?
Психиатр покачал головой:
- Сказали, что из правительственного агентства.
- Какого именно?
- Не знаю.
Собеседница скорчила мину и рассудила:
- Что ж, если им нужна карта больного, пусть запросят ее в официальном порядке.
Доктор Шоу покачал головой и скорбно улыбнулся:
- У этих людей, похоже, другие методы. Они очень настаивали.
- Мм-м...
Психиатр постарался выкинуть недавних посетителей из головы и перевел разговор
на другую тему:
- Вы собирались проверить статьи по Макбрайду. Что-нибудь нашли?
Эйдриен тоже оказалась рада сменить тему беседы.
- Совершенно верно! - воскликнула она. - Начнем с того, что он действительно тот
человек, кем себя и считает. Только одна маленькая загвоздочка - его считают
умер
...Поділитися у соцмережах
