Жанр: Триллер
Синдром
... ассоциации. Мы же говорим скорее об
ощущениях, чем о чем-либо другом. Но в общем, да, это все, что я вспомнил.
Девушка посерьезнела и с профессиональной строгостью спросила:
- Тебе не кажется странным, что вы с Никки оба страдали затяжной амнезией и вас
одновременно посещали "липовые" воспоминания?
Джефф выглядел так, точно хотел ответить, но не решался. Наконец он проговорил:
- Мы с тобой смотрим на подобные вещи по-разному.
- Но ты же сам слышал на пленке, что творишь с пациентами.
- Слышал, только...
- Что - только?
Врач вздохнул:
- Думаешь, у меня провалы в памяти?
- Я очень надеюсь, что у тебя провалы в памяти.
Дюран нахмурился:
- Зачем ты так?
- Затем, что это меньшее из двух зол.
Вечерело, и Эйдриен уселась за компьютер. Через час замигал индикатор зарядки
батареи, и ноутбук пришлось выключить.
- А ты выписки с кредитки не смотрела? - подкинул свежую идейку Дюран. - Ведь
если в октябре Нико уезжала из города, то...
Ухватившись за эту мысль, Эйдриен позвонила в банк - успела перед самым
закрытием - и запросила копии вычетов со счета за последние полгода. Клерк не
продемонстрировал особой готовности сотрудничать, но в конечном итоге его
начальник согласился переслать документы электронной почтой по "адресу
регистрации" клиента.
Дюран принял в разговоре пассивное участие, выступая скорее наблюдателем, чем
действующим лицом. Его немало впечатлило то, как твердо эта хрупкая
представительница противоположного пола отказалась принять отрицательный ответ.
- Я смотрю, от тебя так запросто не отделаешься, - сказал он, когда девушка
повесила трубку.
- Сам же говорил, я умею быть стервой. - Эйдриен улыбнулась и добавила: - Пошли
прогуляемся?
После недавней грозы улицы и газоны усыпали прутья, оторванные от деревьев ветки
и листва. На темных от влаги стволах белели светлые пятна свежей древесины -
там, откуда ветром вырвало ветви. Где-то вдалеке выли сирены, а в воздухе висел
запах свежевымытого леса, возникающий в городе только после сильного дождя.
Путники разулись и пошли босиком вдоль кромки воды по усыпанному всяким мусором
песку. Грохочущий прибой вынес на берег какие-то обломки и древесный топляк,
мотки веревки и лески. Повсюду валялись скелеты крабов, крупные куски пенопласта
и рыба.
После прогулки Эйдриен все же отправилась пробежаться, а Дюран остался дома -
когда была возможность, он не догадался обзавестись спортивной обувью. Теперь
доктор в полном одиночестве сидел на кухне и пытался справиться с одолевавшим
его чувством утраты. Джефф все никак не мог забыть того момента, когда, свернув
за угол в полной уверенности, что перед ним предстанет милый сердцу домик его
детства, он увидел совсем чужую и незнакомую лачугу. Словами не описать, что ему
пришлось тогда пережить. Ощущение было сродни тому, как если бы он поднялся на
лестничную площадку, венчавшую очередной пролет ступеней, и вдруг обнаружил, что
под ним нет лестницы. Дюран словно оказался в невесомости и стремительно падал
куда-то в бесконечность. Единственное, чему можно по-настоящему доверять, - это
тому, что происходило здесь и сейчас. Джеффри перестал воспринимать мир в
прошлом и будущем, веря только находящемуся перед глазами в данную минуту. Даже
воспоминание о том, как они с Эйдриен играли в шахматы, показалось зыбким и
ненадежным. В свое время "Пляжный рай" тоже представлялся ему во всех мельчайших
деталях, а в результате оказался фикцией. Таким же вымыслом, как и сам "Джеффри
Дюран". Может, и Эйдриен в один прекрасный момент окажется иллюзией. А также
Нико и де Гроот, квартира в Башнях... Все вокруг - лишь игра его собственного
воображения. Или - жестокая каверза Всевышнего.
Может быть...
- Как здорово! - появилась в дверях разрумянившаяся после пробежки и очень
веселая Эйдриен. Она так и светилась радостью и энергией. На глазах у зависшего
в невесомости собственных сомнений мужчины эта вполне реальная женщина налила
из-под крана стакан воды и, прикрыв веки, с нескрываемым удовольствием выпила ее
медленными долгими глотками. Дюран буквально смаковал ее взглядом, задерживаясь
на краткий миг то тут, то там, и переходил к следующему "блюду", точно на
банкете.
Стакан опустел, воплощенная греза поставила его на стойку и обратила на
созерцателя вопросительный взгляд:
- Продай секрет за сто монет: о чем замечтался?
Джеффри открыл рот, собираясь ответить, но вовремя передумал.
- Ни за что на свете, - только и сказал он.
Эйдриен едва успела выйти из душа, как раздался звонок.
- Да-да, верно, - сказала она. - Конечно... Именно. Погас три-четыре часа назад. -
Отвечая на недоуменный взгляд Дюрана, она прикрыла трубку рукой и шепнула: -
Триш. Агент по недвижимости. - Затем снова заговорила в трубку: - Конечно... Нет.
Да, легко. У меня в сумочке фонарик. - Взъерошила полотенцем волосы и
засмеялась. - Да, я как раз и есть одна из них. Мое прозвище Скаут. - Эйдриен
склонилась над столиком и что-то нацарапала на клочке бумаги. - Хорошо, если
возникнут сложности, мы перезвоним. - И положила трубку.
- Что ей понадобилось? - поинтересовался Дюран.
- В подвале стоит насос, который прокачивает канализацию, - проговорила она. -
Когда гаснет электричество, насос не работает - и подвал затопляется. Из-за
этого возникают проблемы с отоплением. Там что-то вроде аварийного генератора,
который должен включаться в таких случаях, но автоматика часто не срабатывает.
Так что Триш предложила нам спуститься вниз и нажать на генераторе какую-то
кнопку. - Эйдриен исчезла в спальне и вернулась с крошечным пластмассовым
фонариком, который всегда носила в сумочке. Вместе с Дюраном они отправились в
подвал.
Помещение, куда они попали, назвать подвалом можно было лишь с большой натяжкой.
Оно больше походило на погреб с земляным, присыпанным гравием полом. Вход
находился снаружи, и, открыв две металлические двери, спутники увидели ведущие
вниз цементные ступеньки. Эйдриен с фонариком смело шагнула вперед, и из темноты
очень скоро раздался ее голос.
- Жутковато, надо заметить, - пробормотала девушка. Тусклый оранжевый луч ее
фонаря нехотя прорезал темноту.
- А вон и насос, - оживился Джеффри, указывая рукой в сторону какого-то хитрого
приспособления возле южной стены. Эйдриен подошла к аппарату, протянула руку и
щелкнула выключателем. Помпа застучала и с ревом принялась за дело.
В девять с небольшим дали свет. Эйдриен с Дюраном сидели за столом при свечах и
ели нехитрый ужин: пиццу с пивом - как вдруг дом залило яркое сияние, точно
рядом щелкнул вспышкой невидимый фотограф. От неожиданности оба оцепенели,
телевизор зарычал и ожил, воспроизведя взрыв ненатурального хохота.
Дюран засмеялся, но тут же умолк, взглянув на лицо Эйдриен. Она смотрела прямо
перед собой остановившимся взглядом, а глаза ее наполнились слезами.
- Что с тобой? - спросил Джефф.
Девушка покачала головой и уставилась в стену, пряча слезы.
- Что случилось?
Наконец Эйдриен вымолвила:
- Когда я искала Никки в ее квартире, света не было: из-за короткого замыкания
вышибло пробки. Рамон починил распределитель, и... Я увидела ее так неожиданно. В
ванной. - По щекам покатились слезы, и она отвернулась.
- Прости, - проговорил Дюран.
Ужин закончился, он отправился мыть посуду, а Эйдриен вернулась к компьютеру.
Она нанесла точки старта и финиша на сайте с картой Нью-Йорка и тут же получила
несколько способов, как добраться до офиса доктора Шоу. Затем Эйдриен принялась
просматривать окрестные отели, ворчливо отмечая их дороговизну. При упоминании о
деньгах Джефф, находившийся неподалеку, нахмурился. Эта проблема явно беспокоила
Эйдриен, а пока она платила больше своей доли. Когда они в панике покидали
квартиру, ему и в голову не пришло подумать о чековой книжке. Кредитной карточки
у него вообще не оказалось, что Эйдриен сочла чушью.
- Ты бредишь. У всех есть карточки для банкомата.
- Пойми, в подвале Башен - в торговом центре - есть еще и банк, - объяснил
Дюран. - И когда мне требовалась наличность, я просто спускался туда и снимал
деньги.
Эйдриен набирала что-то на клавиатуре и щелкала мышкой, а Джефф незаметно
удалился в гостиную. Он некоторое время боролся с искушением включить телевизор,
зная, что его спутница этого не одобрила бы, но сдался. Психотерапевт настолько
устал от угнездившейся в душе неопределенности, что хотелось просто отключиться
от действительности и не думать. А в этом телевизор был лучшим помощником.
- Отдавать такие деньги за ночлег! Я себе этого позволить не могу, -
пожаловалась Эйдриен, когда Джеффри проходил мимо. - Ладно, покопаюсь еще.
Может, найду какие-нибудь варианты. Надеюсь, нам вообще не придется там
останавливаться.
- Тебе виднее, - лениво проговорил Дюран и, повалившись на диван, подхватил
пульт. Поблуждав по каналам, он остановил свой выбор на какой-то комедии,
откинулся на подушки и ушел в себя.
Глава 25
Они выехали под прикрытием темноты, как воры. Дюран внимательно следил за
дорогой. Эйдриен вела машину с постоянной скоростью - спидометр примерз к
отметке 65 миль в час. Путешествие все время оставалось благостно-однообразным.
Спутники большую часть времени молчали, и со стороны никто бы не определил - кто
эта молодая пара и куда она направляется. Машина следовала на север, играя в
догонялки с лучами своих фар, Эйдриен невероятно беспокоило вынужденное
отсутствие на работе, а Дюран сидел рядом и с беззаботным видом смотрел во тьму
за окнами. Когда он закрывал глаза, то воображал, будто едет куда-нибудь на
побережье с подругой - отдыхать. И даже когда их обогнал рассвет и восходящее
марево открыло взгляду унылый пейзаж пригородного Нью-Джерси, жизнерадостность
его не покинула.
Через некоторое время "додж" мчался по туннелю Линкольна, и очень скоро они
выехали на Средний Манхэттен, откуда свернули к северу и взяли направление на
Верхний Уэст-Сайд. Прибыв по продиктованному доктором Шоу адресу,
путешественники еще минут пятнадцать кружили по соседству - Эйдриен выискивала
свободное местечко, чтобы припарковаться. Наконец одна из машин у тротуара
отъехала, и девушка втиснула "додж" на освободившийся пятачок.
- Терпеть не могу платить за парковку, - объяснила она.
- Не сомневаюсь, - ответил Дюран. - Мы теперь и не можем потратиться на стоянку,
учитывая, как долго ты тут кружила.
Офис Шоу располагался на двадцать третьем этаже небоскреба из дымчатого стекла,
который в середине семидесятых мог претендовать на роль шедевра современности.
Теперь же здание выглядело мрачным и заброшенным. Казалось, что будущее обошло
его стороной.
В кабинете доктора было уютно и чисто, на стенах несколько кривовато висели
картины, дипломы и всякие памятные вещицы. На всех горизонтальных поверхностях,
кроме пола, стояли кипы книг и бумаг, а сам пол устилал изысканный восточный
ковер. Эйдриен таких раньше не видела.
Шоу оказался приятным в общении мужчиной с отеческим взглядом и мягкой улыбкой,
которая словно несла на себе печать понимания и сочувствия. Карие глаза доктора
поблескивали, а буйно разросшиеся брови только подчеркивали мягкость черт лица.
Врач пожал гостям руки и жестом радушного хозяина предложил устраиваться на
диване.
- Кофе?
Гости согласились выпить по чашечке, и Шоу без долгих предисловий перешел к
делу.
- Меня в высшей степени заинтриговала ваша история, Эйдриен, - начал он. -
Пожалуй, не слукавлю, если скажу, что коллекционирую необычные случаи потери
памяти. Начните с того, что вы успели поведать мне по телефону. Предлагаю вам
рассказать, - продолжил Шоу, сосредоточив взгляд карих глаз на гостье, - о том,
как этот молодой человек впервые попал в поле вашего зрения. А затем, - сказал
он, кивнув Дюрану, - мы перейдем к вам.
Специалист от нейропсихиатрии закинул ногу на ногу, откинулся в кресле и заложил
руки за голову, словно впереди был целый день.
В двенадцать сделали перерыв. Шоу, потянувшись всем телом в кресле, дал понять,
что встреча подошла к концу.
- В высшей степени любопытный случай, - сказал он, - но даже психиатрам нужен
перерыв на обед. Предлагаю поступить следующим образом: сейчас у меня ленч с
дочерью, а после, на полвторого, у меня назначена встреча. Если не поленитесь
вернуться сюда в три, проведем предварительное собеседование и начнем работать.
- Я не совсем понимаю, что такое предварительное собеседование, - проговорила
Эйдриен.
- Как вам сказать... - Шоу повел рукой в воздухе.
- Мне заведут "личную карту больного", - объяснил Дюран. - Туда заносится общая
информация: оперировался ли я, не страдаю ли приступами головокружения, есть ли
аллергия на лекарственные средства и тому подобное.
- И еще проведем небольшое тестирование, - добавил Шоу. - Ничего особенного -
рутинные процедуры: КТ, МРТ.
- Расшифруйте, пожалуйста, - попросила девушка.
Шоу пожал плечами:
- Названия скажут вам не больше, чем сами аббревиатуры. Одним словом, это
параметры, по которым мы определяем психопатологический статус пациента,
устанавливаем наличие дефектов психики и снижения умственной деятельности. На
основе полученной информации можно будет нарисовать кривые тематического
восприятия.
Эйдриен кивнула, а Джеффри нахмурился. На что он согласился, приехав сюда? Уж не
уготована ли ему участь подопытной свинки?
Шоу ободряюще подмигнул:
- Уверен, мистер Дюран знает обо всем этом не меньше моего, верно?
Тот пожал плечами:
- Я знаю, что представляют собой эти процедуры, но в своей практике использовал
их с осторожностью.
- Ну, в этом я с вами вынужден не согласиться: тестирование незаменимо, -
проговорил Шоу. - И если позволит время, сделаем сканирование с радиоактивным
изотопом. - Заметив опасливый взгляд предполагаемого пациента, врач поспешил его
заверить: - Лишь для того, чтобы получить общее представление о состоянии дел.
- Я понял, - проговорил Джеффри, - но речь идет о моей памяти, а не рассудке. С
рассудком у меня все в порядке.
Шоу неторопливо покачал головой, словно сказанное Дюраном не имело никакого
значения.
- Видите ли, - проговорил он, - если то, что вы мне рассказали, правда, мы
столкнулись с функциональным расстройством. А тесты - это просто инструмент
диагноста. Перво-наперво необходимо выяснить характер вашей амнезии:
органическая, адаптивная, не явилась ли она результатом травмы или чего-то
другого, понимаете? - Шоу хлопнул в ладоши, акцентируя внимание на своей мысли.
- Вы не могли бы пояснить? - попросила Эйдриен.
Врач развернул ладони кверху и продолжил:
- На данном этапе невозможно сказать ничего определенного. Амнезия может
возникнуть по целому ряду причин - начиная от удара по голове и заканчивая
эпилепсией. Ее могло вызвать сильное потрясение и даже злокачественная опухоль
мозга. Я не исключаю, что здесь имеет место и какая-то форма истерии.
- Истерии?
Шоу прикрыл глаза.
- В принципе этот термин уже вышел из обихода. Я имею в виду адаптивную амнезию.
Амнезию, которая явилась результатом не физиологических, а психологических
причин. - Шоу сложил ладони пирамидкой и устремил взгляд на кончики пальцев. - К
сожалению, четких границ между этими состояниями провести невозможно, но,
выражаясь популярно, истерическая амнезия поддается лечению без оперативного
вмешательства. Современные психиатры все чаще относят истерию к диссоциативным
заболеваниям психики. - Врач взглянул на часы и рывком поднялся с места. - Как
бы там ни было, многое прояснится после тестов.
Они обменялись рукопожатиями, и Шоу препроводил посетителей к двери.
- Итак, увидимся в три.
Дюран с Эйдриен заскочили проведать машину (штрафа за неоплату не обнаружилось),
"подкормили" счетчик и нашли гастроном в паре кварталов от офиса Шоу. Там они
съели сандвичи с бастурмой и гарниром из малосольных огурцов, попивая из банок
газированную воду. Джеффри буквально места себе не находил от беспокойства. В
голове у него беспрестанно звучали слова Шоу: "снижение умственной
деятельности", "дисфункция", "истерия".
- Что случилось? - поинтересовалась Эйдриен, накалывая на вилку тонкий ломтик
соленого огурца.
Джефф покачал головой:
- Если он попытается упрятать меня, я выхожу из игры.
- Упрятать?
- Да, в больницу для душевнобольных.
До встречи с Шоу оставалось больше часа, и они решили наведаться в офис
"Взаимного страхования граждан".
- Если ты сам попросишь, тебе, наверное, выдадут копии пленок, - предположила
Эйдриен. - Насколько я понимаю, ты их клиент, а значит, они заинтересованы в
сотрудничестве.
Одна остановка на подземке и пять кварталов пешком - и вот девушка вместе со
своим спутником оказались у цели, хотя здесь мало что напоминало страховую
компанию.
По известному Дюрану адресу располагалось отделение службы доставки "Бокс энд
мейл", где продавали пузырчатую оберточную пленку и картонные коробки. Также
данный пункт отделения связи выполнял функции рядового почтового отделения,
сдавая в аренду ящики тем, для кого получать корреспонденцию на дом было
проблематично.
Офис "Взаимного страхования граждан" в номере 1119 представлял собой ячейку
размером 4 на 6 дюймов, а дверца из прессованного металла скрывала ее
содержимое.
Незадачливые сыщики заняли очередь, пока впереди какая-то женщина отправляла
бандероль для сына, учащегося в Корнелле. Наконец, поравнявшись со стойкой
клерка, Эйдриен поинтересовалась, как можно связаться с компанией "Взаимное
страхование граждан".
Клерк, подвижный увалень с длинными светлыми волосами, ответил:
- Только одним способом, мэм. Отправьте им письмо.
- Но ведь вы заключали с ними какой-то договор или оформляли контракт. Там
должны быть указаны их координаты.
Служащий покачал головой и сосредоточился на лежащей перед ним бандероли. С
профессиональной сноровкой он прикрепил отрез липкой ленты ко шву.
- Вы не могли бы мне просто дать телефонный номер? - продолжала Эйдриен. - Это
важно. Мне очень надо побеседовать с этими людьми.
- Леди, как вы думаете, зачем у нас вообще арендуют эти ящики? - Клерк широким
жестом обвел ряды ячеек для писем. И хотя вопрос звучал риторически, Эйдриен
все-таки сочла нужным ответить:
- Чтобы получать почту.
Парень бросил быстрый взгляд на назойливую посетительницу, а затем, ловко
перевернув сверток, осмотрел его с нижней стороны и отправил в белую
пластмассовую коробку с адресом почтовой службы.
- Эти ящики арендуют для того, чтобы получать почту тайно. Тайно, понимаете? -
повторил он. - Если хотите узнать телефон одной из этих контор, звоните по
номеру 411.
- Я пробовала, только их номер не значится в списках, - пожаловалась Эйдриен.
Клерк за прилавком сочувственно ухмыльнулся:
- Ну вот, видите. Именно об этом я вам и говорил: кто хочет разговаривать, тот к
нам не обращается.
По пути в офис доктора Шоу спутники заглянули проведать "додж" и подкинули в
счетчик монет. Когда же Дюран отправился на тестирование, Эйдриен представился
шанс расслабиться в приемной или... "Я, пожалуй, пробегусь, - решила она. - До
парка всего пара кварталов". Девушка забрала из машины костюм для пробежек,
переоделась в женской уборной на этаже, где располагался кабинет Шоу, а затем
спустилась на первый этаж, предоставив своего компаньона и психиатра друг другу.
Эйдриен задумала пробежаться по Центральному парку, так как дистанция по
окружности составляла около шести миль - в самый раз. Да и вообще, приятно
бежать мимо небоскребов под пологом листвы. Эйдриен бегала около часа, пару раз
поворачивала обратно, неожиданно оказавшись совсем у другого выхода, и
возвращалась той же дорогой сквозь весь парк. "Вот дурочка, а если бы ты лодыжку
вывихнула, тогда что? - думала про себя девушка. - С собой ни цента, даже по
телефону не позвонить. Надо лучше запоминать дорогу".
Секретарь в приемной Шоу - огненно-рыжая девица с синим лаком на ногтях и
выкрашенными хной волосами - в шесть отправилась домой. Поэтому Эйдриен подошла
к ее столу и позвонила, чтобы заказать номер в одном из отелей, телефоны которых
она накануне вечером нашла в Интернете. Затем переоделась в обычную одежду и
уселась в одном из кресел с "Ньюсуик" в руках. К половине восьмого она уже
расправилась с "Нью-Йорк", "Пипл" и половиной "Нью-Йоркера", и ее стало
одолевать смутное беспокойство. Дважды Эйдриен нетерпеливо вставала с дивана и
подходила к кабинету психиатра, пытаясь разобрать, что происходит за стеной.
Однако ее попытки не увенчались успехом - из-за массивной, толстой двери
доносилось лишь тихое неразборчивое бормотание.
Врач с пациентом вышли из приемной без четверти девять, и Эйдриен вздрогнула от
неожиданности - так резко прозвучали их голоса в тишине холла. Ей не терпелось
узнать все поскорее, и она торопливо поднялась им навстречу - ни дать ни взять
родственница, ожидающая в холле больницы. Шоу улыбнулся девушке, и от нее не
ускользнуло, что доктор чрезвычайно взволнован. Дюран же, в свою очередь,
выглядел измотанным и бледным, а его подбородок покрывала едва заметная синева
щетины.
- Крайне неприятно, - продолжал начатую еще в кабинете фразу Шоу, - но не
смертельно.
Повернувшись к Эйдриен, он извинился за то, что ей пришлось так долго ждать.
- Я буквально огорошен, - проговорил психиатр. - Мне впервые довелось
столкнуться с подобным случаем! Невероятно занимательно, и, как я уже сказал
Джеффу, утром я бы хотел провести кое-какие тесты - ничего серьезного.
Эйдриен нахмурилась:
- Послушайте, доктор, у вас ведь наверняка успело сложиться какое-то
представление. Вы ведь не один час беседовали...
Шоу вздохнул, сплел пальцы в замок и потянулся, затем закрыл глаза и повращал
головой. Опустил руки и подвигал плечами. Наконец после своей короткой разминки
предложил:
- Давайте присядем.
Они сели.
- Мы имеем дело с очень странным случаем, - начал Шоу. - Сначала меня
заинтересовала длительность состояния, которое я принял за реакцию "бегства",
повлекшую за собой потерю памяти, но...
- Вы переменили мнение, - предположила Эйдриен.
Собеседник кивнул.
- И что вы теперь думаете?
- Что я думаю? Я не знаю, что думать - теряюсь в догадках. Скажу вам со всей
откровенностью - никогда прежде не встречал ничего подобного. Разум Джеффри
устроен самым невероятным образом. Наш друг почти ничего не знает о своем
прошлом, а та информация, которая хранится в его мозгу, выглядит так, словно он
ее заучил - просто прочел свою биографию и вызубрил детали.
Эйдриен взглянула на Дюрана.
- Я - увлекательный случай, - хрипло проговорил он приправленным хорошей долей
сарказма тоном. - Рей назовет заболевание в мою честь: "Синдром Дюрана". Звучит,
а?
Шоу улыбнулся:
- Когда я прошу Джеффри рассказать о случае из его детства - любом, какой придет
на ум, - он излагает каждую конкретную историю всякий раз одинаково, с одними и
теми же подробностями, в одной и той же последовательности.
- А что в этом удивительного?
- Он пересказывает их, как анекдоты. В историях Джеффа отсутствует элемент
непосредственности, того, что возникло бы, вспомни он их только что. Впрочем,
подобное случается не так уж и редко. Согласитесь, каждый из нас до некоторой
степени склонен видоизменять свои воспоминания так, чтобы они соответствовали
определенной идее. Мы частенько выставляем себя в более выгодном свете, чем есть
на самом деле, описываем своих родителей более любящими... Да что угодно! Но у
Джеффри воспоминания не просто выбелены и очищены, они отлиты в мраморе. -
Заметив, что собеседница нахмурилась, Шоу пояснил свои слова на примере: - Я
попросил мистера Дюрана вспомнить определенные события из прошлого - то, что
обычно никто не приукрашивает.
- Например? - поинтересовалась Эйдриен.
- Ну, скажем, - доктор покрутил рукой, - когда у вас выпал первый зуб. - Он
заполнил паузу подбадривающим кивком. - Попробуйте вспомнить, как ваши семейные
отнеслись к этому событию?
Щеки Эйдриен залились румянцем.
- Я не знаю...
- Неправда, вы не можете не знать. Просто подумайте. Когда у вас выпал первый
молочный зуб, это восприняли как нечто обыденное? Или как некое особенное
событие? - Психиатр сложил вместе ладони и поднес их к лицу, коснувшись губ
кончиками пальцев.
Собеседница задумалась.
- Хм, - начала она несколько нервозно, - начнем с того, что моя семья -
конструкция довольно шаткая. В детстве я много путешествовала из одной семьи в
другую.
- Мы говорим не об этом, - возразил Шоу, горя нетерпением получить ответ. - Где
бы вы ни были, с кем бы ни жили, у вас выпал первый зуб. Вот наша отправная
точка. Что произошло дальше?
Эйдриен зажмурилась и старательно принялась изображать, будто вспоминает - без
всякой на то причины, потому что эпизод оставался для нее незабываемым. Немного
поразмыслив, она поведала:
- Я жила с бабушкой, и та устроила из моего зуба настоящий праздник, хотя такое
было совсем не в ее духе.
- Очень интересно, продолжайте.
- У нее хранилась небольшая керамическая шкатулка - специальная, в форме зубика.
Джефф рассмеялся, а Эйдриен смущенно продолжила:
- Правда! Сверху шкатулки крепилась откидная крышечка на петлях, и на ней
нарисована фея молочных зубов. Мне эта коробочка казалась какой-то чудесной,
волшебной... - Рассказчица замялась. - Теперь, если задуматься... хм... звучит даже
диковато. - Она нервно хихикнула.
- Да-да, а дальше?
- Значит, зуб помещали в шкатулку, шкатулку - под подушку, а просыпаясь утром, я
находила внутри скрученную долларовую бумажку - маленький комочек взамен зуба.
Бабушка и не догадывалась о моей меркантильности - получив такой подарок, я
решила вырвать все остальные зубы.
- Видите, - сказал Шоу, обратив к Эйдриен открытую ладонь. - Вы ничего не
забыли. Так и должно быть, потому что потеря первого зуба - событие из ряда вон
выходящее. Большинство людей помнят о нем всю жизнь. А вот Джеффри - нет. Он не
имеет ни малейшего представления о том, как у него выпал первый зуб.
Психиатр взглянул на Дюрана. Тот пожал плечами.
- Как бы там ни было - и Джефф уже в курсе - у меня есть целый каталог подобных
малозначимых событий, которые когда-либо происходили с каждым из нас: обед в
начальной школе, пох
...Поділитися у соцмережах
