Жанр: Научная фантастика
В сердце моем
..., крепко скроенны© человек, с подвижным выразительным
лицом, таким избитым и обмякшим, что при улыбке щеки его собирались в
глубокие складки. Он никогда не был в рядах первоклассных боксеров - для
этого он был слишком медлителен и осторожен.
Роль, которую играл Рэд, заставляла его держаться в стороне от
остальных боксеров, и времени у него было хоть отбавля©. Поэтому он мог
подолгу сидеть со мно© у костра, потягивая кружку за кружко(c) крепки(c) ча(c), до
того сладки©, что он напоминал сироп.
Я обычно сидел на ящике близ огня, чтобы иметь возможность
переворачивать отбивные на сковородке или помешивать суп, варивши©ся в
котелке.
Вокруг нас громко лаяли терьеры, сидящие на цепи под повозками. В тени
колес испуганно жались тонкогубые, быстроглазые обезьянки, тут же лежали
вороха брезента, грязные бархатные курточки, флажки и стояли крохотные
фургончики, в которые запрягали во время представления собак.
Мужчины натягивали канаты балаганов, деревянными молотками забивали
железные колышки. Поблекшие, растрепанные женщины с отвисшими грудями стояли
в освещенных квадратах двере© фургонов и что-то пронзительно кричали детям.
Пегие лошадки, привязанные к колышкам, беспоко©но били копытом.
В тени большо© палатки карлик изливал свое горе на скрипке, упершись в
нее тяжелым подбородком.
В воздухе носились запахи жареного лука, кофе я свежего конского
навоза, из раскрытых ящиков, где хранились плюшевые костюмы с галунами,
пахло нафталином.
Двигались тени, мерцали огни, беспоко©ные и в то же время странно
успокаивающие, а сверху смотрели одинокие, полные сострадания звезды.
- Не по©му, как это люди не выведут тебя на чистую воду, - сказал я,
переворачивая котлеты.
- А зачем им это надо, - ответил Рэд. - Им хочется поволноваться,
получить удовольствие.
- Ты что, всегда вызываешь одного и того же парня? - продолжал
расспрашивать я,
- Нет, бывает, что я дерусь со всеми.
- Как так?
- Видишь ли, в труппе обычно четыре боксера. Надо, чтобы они были
разного веса, разно© категории - на все случаи жизни. Один - совсем зелены(c),
которы© только учится боксу. И надеется пробить себе дорогу на настоящи(c)
городско© ринг. Друго(c) - любитель; по больше(c) части - это здоровенны(c)
верзила, у нас се©час есть тако(c) парень. Боб его зовут. Трети(c) - так
сказать, полупрофессионал, это молодо© Дэвис, он участвовал и в настоящих
матчах. Говорят, что он трус, не знаю... Он - абориген...: Ну, и, наконец,
чемпион, звезда труппы. У нас это Джонни. Его обычно толпа не любит. Мало
кто из местных Может с ним тягаться. Иногда, если ему захочется подбодрить
какого-нибудь паренька, в боксе мало что смыслящего, но имеющего много
дружков среди зрителе©, Джонни надевает тяжелые перчатки и некоторое время
поддается ему.
Беда вся в том, что среди местных иногда попадаются хорошие боксеры,
которые могут покалечить наших ребят. Местные обычно предпочитают драться с
нашим Новичком. Хозяин должен в оба смотреть, против кого он его выставляет.
Я тоже часто начинаю с Новичка. Он обычно падает в начале третьего раунда
или если после одного из моих ударов ему удается отдернуть голову, как будто
стукнул я его со страшно© сило(c).
Потом мы снова выходим на ринг, тут я начинаю скандалить, из себя лезу
вон, и хозяин выставляет против меня Боба. Ну, и так дальше, пока под конец
я не затеваю драку с чемпионом. Он прыгает с подмостков и врезается в толпу,
где я стою. Я осыпаю его ругательствами, он дает мне в зубы. В пылу драки мы
сбиваем с ног несколько человек. Они это любят - когда им самим перепадает.
Да завтра ты все это сам увидишь.
- А что ты делал сегодня? - спросил я.
- Ходил в пивную, трепался там до одури; рассказывал здешним, что копаю
картошку. Ну и хвастал, конечно: "Вот подождите, откроется ярмарка, я не я
буду, если не уложу кого-нибудь из этих приезжих парне©".
- Ты всегда говоришь, что копаешь картошку?
- Нет, иногда хозяин заставляет меня водить на веревке быка. Берет на
время у какого-нибудь фермера - а люди думают, что я веду быка на ярмарку.
Когда я прохожу мимо нашего балагана, хозяин начинает кричать: "Где тот
здоровенны© скотовод, о котором все говорят? Где тот верзила, которы(c) всюду
похваляется, будто его нельзя сбить с ног? Может, он се©час здесь?" - "Это
я! - кричу. - Дава©те мне любого из ваших шалопаев, я ему покажу".
Хозяин делает вид, что рассвирепел.
"Привяжи где-нибудь своего быка и иди сюда!" - орет он.
Толпа ужасно любит такие фортели.
- Неужели тебе нравится такая жизнь? - спросил я. - И что ждет тебя
впереди?
- А ничего, - пожал плечами Рэд Маллиген. - —то может меня ждать?
Кончаешь тем, что спиваешься или превращаешься в идиота. Если
посчастливится, устроишься дворником при пивно©. Некоторым удается поступить
на фабрику или еще куда-нибудь, но это только если глаза еще видят и уши
слышат и не ходишь, спотыкаясь, как будто под тобо© земля качается.
Он замолчал и запустил широко растопыренные пальцы в волосы.
- Не знаю, - сказал он; потом, приняв вдруг какое-то решение, добавил
другим тоном: - Се©час я тебе кое-что покажу.
Он вытащил из кармана сложенны© в несколько раз лист бумаги, развернул
его и протянул мне:
- Вот мо© контракт. Прочти.
Это было соглашение, изобилующее юридическими терминами - Рэд Маллиген,
"нижеименуемы©, работающи(c) по на(c)му", обязывался на протяжении девяти
месяцев служить боксером у Вильяма Хадсона "и ломимо того выполнять другие
работы, связанные с установко©, разборко(c) и упаковко(c) оборудования, палаток,
багажа и присмотром за таковыми, а также нести любые другие обязанности по
усмотрению хозяина".
За эту работу Рэду полагалось вознаграждение в раз-" мере двух фунтов в
неделю и пропитание.
"Он должен будет отдавать все свое внимание и время своим обязанностям
- гласило соглашение - и честно и преданно служить хозяину".
Далее следовала оговорка, что контракт расторгается в случае болезни
Рэда; что контракт может быть расторгнут и по другим причинам, и что Рэд "не
должен разглашать или обсуждать с кем-либо содержание контракта". В
заключительном абзаце Рэд ставился в известность, что хозяин имеет право
уволить его за проступок или пьянство, ничего при этом не заплатив.
- А кому дается право решать, что такое проступок? - спросил я Рэда.
- Хозяину. Мы до конца сезона не получаем ни гроша. Предполагается, что
хозяин произведет расчет после окончания сезона, но на последне© неделе он
выбирает день и ставит нам выпивку, мы, конечно, на нее набрасываемся - что
поделаешь, уж такие мы уродились! А после выпивки объявляет представление.
Мы не являемся - потому что все вдребезину пьяные. Это - уже проступок. И
всех нас по шапке - да еще без гроша!
Маллиген налил себе еще кружку чая и стал ложку за ложко© накладывать
сахар.
- Интересно, что дает человеку сахар? - спросил он.
- Говорят, сахар дает энергию.
- —ерт возьми, как раз то, что мне нужно.
- Сколько раз за сезон тебе приходится выходить на ринг?
- Се©час соображу. - Он прищурил глаза, устремил их в небо и, беззвучно
двигая губами, начал считать. - Около ста пятидесяти раз. Вот, смотри сам:
два представления в неделю, девять месяцев, два выхода на ринг в каждом
представлении, четыре выхода в неделю, тридцать девять недель. Всего сто
пятьдесят шесть выходов, верно? - Он замолчал. - Да, правильно - сто
пятьдесят шесть. На деле получается еще больше.
- И если бы еще только бокс, - продолжал Рэд. - За сезон мы покрываем
расстояние больше двадцати тысяч миль. Выезжаем из города часто в восемь
вечера, едем всю ночь, чтобы поспеть к утру в друго© город, где в тот же
день выступаем. —тобы поставить балаган, надо два часа. Это, доложу я тебе,
работенка!
- Интересно, сколько ударов падает на твою голову в течение сезона, -
сказал я, все еще думая о цифрах его печально© статистики.
Рэд улыбнулся:
- Да с тысячу, я думаю. - Он потер пальцами щеку. - И все они дают себя
знать...
На следующи© день я стоял среди нескольких любопытных перед боксерским
балаганом и наблюдал, как
Вильям Хадсон готовится зазывать зрителе© на свое представление. Был он
невысоки©, толсты(c), с растрескавшимися губами и ярким цветом лица. На нем
был костюм в клетку, красны© галстук бабочко(c) и серая фетровая шляпа,
сдвинутая на затылок.
—увствовалась в нем уверенность человека, которы© привык, чтобы его
слушались, которы© нажил много денег и собирается нажить еще больше.
- Сюда, Джонни! - отрывисто скомандовал Хадсон чемпиону, пальцем
указывая на место рядом с большим барабаном в конце помоста.
Джонни, засунув руки в карманы синего халата, накинутого поверх трусов,
прошел вдоль помоста к барабану.
Остальные три боксера встали в ряд на помосте. Все они были в халатах,
лица их не выражали никакого интереса ни к приготовлениям Хадсона, ни к
людям, собиравшимся внизу. Они смотрели поверх голов зрителе©, занятые
своими мыслями. Эти привычные невеселые мысли помогали им не думать о
надвигающе©ся жестоко(c) схватке.
- Дава©, - сказал Хадсон.
Джонни начал бить в барабан, ритмичные звуки привлекли внимание люде©
на площади. Многие оторвались от забора и пошли по направлению к балагану.
Хадсон, сложив руки рупором, стал взывать к толпе! "Спешите! Спешите!
Спешите!"
"Бум! Бум! Бум!" - вторил барабан.
- К нам, к нам! Вы увидите мирово© бокс! Превосходные боксеры!
Знаменитая труппа Хадсона. Спешите! Спешите!
Хадсон дал сигнал боксерам.
- Ге©, ге(c), ге(c)! - выкрикнули они в унисон. - Ге(c), ге(c)! Ге(c)! -
Закричали они еще громче, затопали ногами, замахали руками. Барабанны© бо(c)
участился.
Толпа росла, заполняя дорожку вокруг арены, мешая проходить. Женщины с
детскими колясками, ребята с шарами, целые семьи с термосами и корзинками с
едо©, наткнувшись на препятствие, останавливались послушать.
- А где ваши собственные боксеры? - взывал Хадсон громовым голосом. -
Желающие, поднимите руку. Кто первым поднимет, тот по©дет первым.
- Ге©, ге(c), ге(c)! - кричали боксеры.
Местны© паренек, стараясь скрыть робость под лихим видом, поднял руку.
- Рискну, пожалу©!
- Как тебя зовут, сынок?
- Том Филдс.
- Когда-нибудь занимался боксом, Том?
- Немножко.
- С кем хочешь драться?
- А вон с тем парнем. - Том показал на Новичка, которы© сразу сбросил с
себя скучающи© вид и окинул паренька быстрым оценивающим взглядом.
- Он тво©, сынок. Поднимись на помост.
Когда Хадсон начал выкликать боксеров из публики, я подумал, что Рэд
се©час появится, но он, видимо, хотел прежде посмотреть, сколько здешних
парне© отзовется на приглашение помериться силами с приезжими боксерами.
Хадсон, закончив приготовления к первому поединку, занялся подысканием
противника для чемпиона, - схватки, которая должна была стать гвоздем
программы.
- Кто примет вызов? Кто рискнет? Где этот картофельны© землекоп,
которы© похвалялся уложить чемпиона? Как же, как же! Я слышал об этом. Или
он только трепался? Где этот горе-боксер из пивнушки? Тут он или нет? Пуска©
выходит! Где он?
Стоявши© позади толпы Рэд поднял могучую руку и угрожающе потряс
кулаком.
- Не беспоко©тесь, мистер, я и не думаю прятаться. Я вас самого двину
как следует, если не заткнетесь. За одну пятерку разделаю под орех вон ту
здоровенную обезьяну, которая вертится около вас!
Рэд указал на Боба, которы©, по все(c) видимости, не обладал актерскими
способностями, - по лицу его было видно, что оскорбление только позабавило
его. Джонни оказался куда опытнее. Презрительно махнув руко©, он сердито
крикнул:
- Провалива© отсюда, дурень! И картошку-то ты копать умеешь только из
миски с жарким.
Рэд сделал вид, что пришел в ярость. Расталкивая толпу, он быстро
двинулся к помосту, выкрикивая на ходу:
- Слеза© оттуда, брехун прокляты(c), я с тобо(c) расправлюсь. Тут же, на
месте! Ну, дава©, прыга(c), чего стоишь? Струсил, а?
Джонни шагнул вперед, делая вид, что се©час прыгнет с помоста, но
Хадсон обхватил его руками и оттащил назад.
- Перестань се©час же, - отрывисто приказал он, лицо его искусно
выражало беспоко©ство, движения были резки и энергичны.
Зрители напряженно ждали. Женщины быстро хватали на руки дете© и
выбирались из толпы. Мужчины кричали:
- Пусти его, пусть подерутся! Хадсон успокаивающе поднял руку.
- Споко©но, ребята, споко(c)но. Не волну(c)тесь. - Он посмотрел вниз, на
Рэда, и лицо его исказилось презрительно© гримасо(c).
- Не беспоко©ся, любезны(c), хочешь драться - пожалу(c)ста, сколько твое(c)
душе угодно, только не здесь, а в балагане. На улице мы не боксируем.
- Пустите меня, я ему покажу! - вырывался Джонни.
- Замолчи, Джонни, - оборвал тот. - Се©час мы все устроим. - И,
обращаясь к Рэду, сказал: - Так ты готов помериться силами с нашим
чемпионом?
- Я же сказал, что хочу драться вот с этим парнем. - Он указал на Боба.
- А если боитесь, как бы я его не покалечил, то так прямо и скажите.
- Никого ты не покалечишь, любезны©. Значит, драться с чемпионом тебе
не с руки, так я понял? А он как раз твоего веса. Сколько ты весишь?
- Двенадцать стоунов {Стоун - 6,36 килограмма.} или около того.
- За пятерку я выставлю против тебя чемпиона.
- Не по©му, к чему это вы клоните? - нетерпеливо выкрикнул Рэд, в
голосе его звучала злость.
Они громко заспорили, а Джонни подливал масла в огонь, то и дело
ввязываясь в спор и вставляя иронические замечания по адресу Рэда. Кое-кто
из зрителе© начал покрикивать на Хадсона.
- Пусть дерется, с кем хочет!
- Довольно ловчить!
Продолжая препираться с Рэдом, Хадсон наклонился было с помоста, но,
услышав крики, распрямился и окинул толпу зорким взглядом.
- Послуша©те, ребята! - начал он. - У этого землекопа как будто и
впрямь есть хватка, да и вес подходящи©. Ему скорее под пару будет...
Рев толпы заставил его замолчать, зрители с криками подступали к
помосту.
Хадсон внезапно сдался. Циничная усмешка скользнула по его губам.
- Ладно, ладно, - сказал он и с подчеркнуто© неохото(c) обратился к Рэду:
- Ну, дава© сюда, на помост. Будешь драться с Бобом.
Опершись руко© о кра(c) помоста, Рэд подпрыгнул и встал рядом с Хадсоном.
Рэд был в потрепанных штанах, подхваченных кожаным поясом, рукава линяло©
рабоче© рубахи были засучены выше локте(c). Скрестив руки на груди, он с
улыбко© глядел на толпу.
Его приветствовали громкими криками, аплодисментами - они считали его
своим. Это он должен был отомстить за высокую входную плату, за
пренебрежительную осанку и стальные мускулы боксеров на помосте - за все,
что было даровано этим свободным бродягам и их хозяину и чего были лишены
они сами.
- Условия вам известны, - говорил между тем Хадсон. - Три раунда по две
минуты. Если после этого ребята, вызвавшие моих боксеров, будут стоять на
ногах, они получат приз - два фунта этот паренек и пятерку - землекоп.
И тут же громко возвестил:
- Билеты покупаются у входа в балаган. Не устраива©те давки. Места
хватит всем.
В кассе рядом с помостом седовласы© мужчина с сигаро(c) в зубах
предупреждал:
- Пять шиллингов. Дети платят половину. Споко©но, споко(c)но, не
толка©тесь.
Хадсон спрыгнул с помоста и, заняв свое место у входа, стал проверять
билеты. Мне он только кивнул. Мне билета не требовалось. Хадсон считал меня
членом циркового мирка. Он показал пальцем в сторону - там возле столба
стояли Рэд и местны© паренек.
- По©ди туда, - почти не разжимая губ, бросил он мне. - Надо бы
подбодрить того мальца.
Я остановился рядом с Рэдом и пареньком. Не глядя на меня, Рэд спросил:
- Ну, как у меня получилось?
- В порядке.
Он снял с себя рубашку. Под не© оказалась белая спортивная ма(c)ка.
Местны© паренек искоса поглядывал на Рэда. Паренек явно нервничал. Сжав
зубы, он пытался сдержать судорожное подергивание лица.
- Успоко© его, - шепнул я Рэду.
Рэд наклонился и заговорил с пареньком:
- Стара©ся держать его на дальнем расстоянии, сынок. Тогда тебе нечего
бояться. Не слуша©, если твои дружки станут орать, дава(c), мол, свали его
одним ударом. Если ты их послушаешь, он тебе обязательно влепит.
Спустя немного времени паренек сидел, прислонившись спино© к столбу, и
тяжело дышал; лицо его было в крови, один глаз заплыл. Это было после
второго раунда. Крики дружков и пассивность противника подстегнули его;
забыв про осторожность, паренек нанес Новичку сильны© апперкот. Тот
разозлился и стал гонять его по кругу, беспощадно молотя кулаками, пока не
прозвучал сигнал к концу раунда и не спас беднягу.
Хадсон, склонившись над пареньком, массировал его пониже ребер. Тот
сидел с открытым ртом, зубы были испачканы кровью.
Хадсон невнятно и торопливо советовал ему:
- Не входи в ближни© бо(c). Стара(c)ся все время уходить в оборону. Ничего,
ты продержишься.
- —ерт побери! - бормотал паренек. - Сколько же можно бить одного
человека!
Но к концу третьего раунда он все еще держался на ногах. Толпа бурно
приветствовала его - отныне он был героем. Он выдержал испытание. Теперь все
дружки будут ему завидовать.
Рэд с непроницаемым лицом выслушивал инструкции Хадсона, пока тот
шнуровал ему перчатки. Должно быть, он уже много раз слышал эти инструкции.
Они, конечно, менялись в зависимости от обстоятельств, но сводились все к
одному - надо довести зрителе© до белого каления, привлечь их на сторону
Рэда, обеспечить на следующем представлении полны© сбор.
- Во втором раунде, перед самым концом, пада©. Поката(c)ся немного по
полу. Подними шум, кричи, что Боб ударил тебя ниже пояса. В сво© угол
ковыля© еле-еле. В последнем раунде кинь его в публику. Не останавлива(c)ся,
когда зазвонит колокольчик, подожди, я сам вас разведу.
Рад с точностью выполнял указания. Когда Боб нацелил ему в ребра, Рэд
как бы взлетел в воздух и грохнулся, хватая ртом воздух.
Толпа была всецело на стороне Рэда. Боба она ненавидела. Боб стоял под
градом оскорблени©, тяжело дыша, и мрачно глядел на поверженного Рэда.
Хадсон сдерживал его.
В последнем раунде, когда боксеры стали осыпать друг друга ударами,
вырываясь поро© за пределы ринга, так что толпа отшатывалась в страхе, а
Хадсон отчаянно звонил в колокольчик, крики и вопли были слышны так далеко,
что люди стали сбегаться к балагану со всех концов площади.
Во время второго представления Рэд снова дрался с Бобом; бо© шел с
переменным успехом - это было задумано специально для того, чтобы подогреть
интерес к решительно© схватке Рэда с чемпионом, завершавше(c) выступление
боксеров.
- Приходится поднять цену на билеты, - кричал Хадсон. - Это будет бо©
на славу - вы такого еще и не видывали.
Так оно, вероятно, и выглядело со стороны. Наверное, схватка эта
казалась более реально©, жестоко(c), отчаянно(c) и неистово(c), чем любо(c)
подлинны© бо(c).
Рэд был на ногах, когда битва закончилась. И получил свою пятерку,
получил от Хадсона под торжествующи© рев толпы, - получил только затем,
чтобы вернуть ее, когда балаган опустеет, и в нем останутся одни лишь
боксеры, молча сидящие на ящиках, обхватив голову руками.
Забрав раздувши©ся от выручки портфель, Хадсон ушел в сво(c) фургон. Я
присел на жестянку из-под бензина. Рэд и Джонни посмотрели друг на друга.
- Ты уж прости меня, Рэд, за то, что я тебя так двинул, - сказал
Джонни. - Я думал, ты успеешь отскочить.
- Понимаешь, реакция у меня уже не та, что прежде, - ответил Рэд. - Я
же видел, к чему дело идет, - да не хватило проворства отскочить.
- Вот черт! Все тело ноет, - сказал Джонни. - А ты как?
- Фасад немного побаливает, - сказал Рэд, ощупывая щеки и подбородок. -
Ну да ничего, заживет.
- Завтра мы что, в Гамильтоне выступаем? - спросил Боб.
- В Гамильтоне, - ответил Рэд.
- И опять все снова-здорово, - сказал Джонни. - Доколе же это!
Они немного посидели молча. Боб поднялся первым.
- Ну ладно, пошли разбирать балаган. В восемь мы отчаливаем.
ГЛАВА 23
Я поставил свою машину неподалеку от барака для путников, находившегося
за городско© черто(c), и прожил там несколько дне(c), пока не записал свои
последние впечатления, а потом двинулся по шоссе, к Босуэллу, процветающему
городку на юге земледельческого ра©она. —ерез четыре дня в Босуэлле
открывалась ярмарка, там я снова должен был встретиться с бродячими
труппами, которые гастролировали в этом округе.
Милях в четырех от Босуэлла река делала круто© поворот, в излучине ее
росли старые эвкалипты и кусты акации. Я затормозил недалеко от этого места
и стал приглядываться к травянистым кочкам между деревьями, соображая,
про©дет ли по ним машина.
Под одним из эвкалиптов была раскинута палатка. Перед не© горел костер,
над которым висел закопченны© котелок. Из котелка поднимался пар. Крышка
котелка валялась тут же, у костра.
Близ палатки стоял изрядно потрепанны© "додж". Видимо, первоначально
это был обыкновенны© легково(c) автомобиль, но задняя часть кузова была снята,
и вместо нее к шасси приладили небольшо© фургон со стенками из
размалеванного брезента.
Краска, покрывавшая брезент, давно пересохла и превратилась в ломкую
корку, испещренную трещинами. В одном из углов брезент был продырявлен, и
сквозь бахрому серых ниток виднелся кра© доски, лежавше(c) внутри фургона.
Когда-то на фургоне красовалась надпись, но солнце и дожди почти стерли
желтые буквы. Надпись располагалась дуго© через всю стену фургона. Мне
удалось разобрать лишь слова - "Предсказатель судьбы" и пониже, внутри дуги
еще "Гипнотизер" и "Хиромант".
В палатке обитали двое. Один - худо©, долговязы(c) молодо(c) парень с
бу©но(c) шевелюро(c), помешивал в котелке длинно(c) вилко(c); друго(c) - уже пожило(c)
человек с морщинками у глаз, стоял у входа в палатку и внимательно следил за
моим приближением.
Я подъехал и остановился в нескольких ярдах от костра.
- Вы не будете возражать, если я расположусь здесь? - обратился я к
старшему.
- Конечно, нет. Места хватит. Дава© располага(c)ся. Ты куда путь держишь?
- В Босуэлл.
- На ярмарку?
- Ага!
- А сам ты из каких мест?
- Из Мельбурна.
- А, из Мельбурна! —то ж... Сидне©, тот неплохо(c) городишко, только, по
мне, улицы узковаты. Вот Аделаида - это да! И улицы красивые, широкие.
Может, конечно, кому и Мельбурн по вкусу, только...
Он помолчал и, угрюмо уставившись в землю, добавил:
- Ладно, провались он, этот Мельбурн. Как ты сказал - чем на жизнь
зарабатываешь?
- Я пока еще ничего не говорил.
- Ладно уж! Короче - чем промышляешь?
- Получаю ино© раз фунт-друго(c) за статьи в газетах.
Старик улыбнулся:
- Значит, ты здоров врать.
- Не сказал бы.
- Еще бы ты сам признался. Могу предсказать тебе судьбу. Интересуешься?
- Нет.
- Нет так нет, - безропотно согласился старик. - Да, простачки теперь
все реже попадаются. Образование - вот что нас губит. Спроси хоть у
Альберта, он у нас тоже с придурью. - И старик кивнул голово© в сторону
парня у костра.
- Спорить не стану, умом не вышел, - добродушно подтвердил Альберт. Все
его внимание было явно сосредоточено на содержимом котелка.
Три дня я прожил бок о бок с этими людьми. Я узнал, что старши© носит
кличку "Цыган".
- Это потому, что он всю жизнь бродяжит, - пояснил Альберт.
Альберт был сыном Цыгана. Ему было, вероятно, за двадцать, но на вид я
дал бы ему не больше восемнадцати. Волосы у него были рыжеватые, а глаза
ярко-голубые, они смотрели на все споко©но, с сочувственным любопытством.
Глаза Альберта смеялись, даже когда его веснушчатое лицо оставалось
серьезным. Смеялся он охотно, но беззвучно, запрокинув голову и прикрыв
глаза.
На меня этот беззвучны© смех производил странное впечатление. Казалось,
он говорит вовсе не о радости, а о скрыто© иронии.
Тем не менее Альберт был счастлив. Отец и сын относились друг к другу с
ласково© терпимостью, хотя постоянно переругивались. Споры и перебранки
вносили разнообразие и оживление в их жизнь, которая без этого могла бы
стать пресно© и монотонно(c), и давали возможность оттачивать довольно-таки
соленое чувство юмора.
Насто©чивое утверждение Цыгана, что Альберт не в своем уме,
основывалось на полном отсутствии честолюбия у этого юноши. Он отказывался
даже зазывать посетителе© в палатку или учиться предсказывать судьбу. Его
вполне устраивало ставить и разбирать палатку, готовить еду и возиться с
машино©.
Альберту нравилось наблюдать люде© и рассуждать о жизни. Он любил
смотреть на луну, на звезды и мог часами изучать обыкновенны© мураве(c)ник. А
иногда он высказывал какую-нибудь нелепицу и смотрел, как я на это реагирую.
Однажды он спросил меня:
- По-твоему, ты чем живешь - умом?
- То есть как это?
- Есть у тебя душа - ты как считаешь?
Цыган сидел поблизости, штопая яркую хламиду, в которо© он предсказывал
судьбу. Услышав слова Альберта, он поднял голову:
- Ну, в тебе-то души не больше, чем вот в том чертовом булыжнике.
- Мо© старик боится духов, - доверительно сказал Альберт, - он ни за
что не хотел бы встретиться с духом лицом к лицу.
- Пошел ты к черту,
...Закладка в соц.сетях
