Жанр: Научная фантастика
Чужое наследие
...тые отблески с экрана. - Нет.
- Тогда в чем дело?
- Но меры бы принял. Не дал бы этому Щукину так развернуться. Вот скажите, чему он
сейчас их учит?
- Пока только "ставит на ноги", - Вальтер бросил взгляд на изображение. - Наверное,
это какая-то китайская гимнастика.
- Вот видите, вы даже толком не знаете, что это за упражнения. А узнай мы всё заранее,
можно было бы согласовать программу обучения. Для собственного спокойствия. А то научит
их этот Щукин тому, что только ему надо, и попадем мы под раздачу следом за ОВК.
- Мы же союзники, - не слишком уверенно парировал бургомистр.
- Ну да. Как в старые времена Россия с Америкой. Когда находился третий враг -
считались друзьями, а не было третьего - иначе, как "империями зла" друг друга и не
величали.
- Обучение - полбеды, - вмешался представитель Юнкера. - Вы хотя бы примерно
представляете, кто эти люди и откуда они тут взялись? И что это было за состояние, из
которого их вывел Щукин?
- Консервация, - хмыкнул Толстов.
- Очень смешно, - фыркнул союзник.
- Энергетический сон, - повторил Вальтер недавний комментарий Щукина. -
Теоретически бесконечно долгий и отлично сохраняющий тело человека. Правда, без души.
- О душе Щукин не упоминал, - вставил Толстов.
- Но это же очевидно.
- Только для вас. Я вообще не религиозен. С чистыми мозгами "золотые", это очевидно,
а насчет души - увольте.
- Сейчас не время для теологических дискуссий, - снова вмешался представитель
Юнкера. - Вы уходите от главной темы: кто эти люди? Очередные метаморфы? Жертвы
чьего-то эксперимента по массовому клонированию? Резерв какой-то древней армии?
- Ход ваших мыслей верен, - неожиданно заявил в эфире Щукин.
Колонисты вздрогнули и разом обернулись к экрану.
- Какой из них? - откашлявшись, спросил представитель Юнкера.
- Двух последних, - Андрей Петрович широким жестом обвел пространство перед
собой. "Золотые" его взмах не повторили, поскольку теперь у них появился новый инструктор
- чинидский стратег Сурхан объяснял принципы деления армии на подразделения. Люди
слушали его внимательно и по командам спустившихся вниз темников организованно
перестраивались в новые колонны и шеренги.
- Это армия?
- Нет, это резерв. Те, кто спрятал этих людей на Грации, давно исчезли, но оставили
генетический резерв. Они надеялись, что когда-нибудь придет время, и их раса возродится. А
для возрождения и устойчивого развития вида требуется, чтобы популяция насчитывала не
менее двух тысяч особей. Это единый закон для всех белковых существ, на любых планетах. И
чем больше особей в наличии, тем лучше. Вот почему здесь так много этих... копий, снятых с
древнейших людей.
- Чтобы наверняка, - вставил Толстов. - А почему они раньше не ожили?
- Не было толчка, стимула, - охотно ответил Щукин. - Теперь стимул появился. У нас
с вами. И я помог им проснуться.
Он расплылся в довольной улыбке. Колонистам стало не по себе. Копии древнейших
предков человека. Это вам не черепки из раскопок городищ и не монетки из курганов. Вальтер
переглянулся с Толстовым. Представитель Медеи, в отличие от бургомистра, не боялся
показаться надоедливым.
- Но всё-таки, кто были эти исчезнувшие древние и откуда вы узнали о пещере?
- Кто были эти древние, я не в курсе, - Щукин развел руками.
Вальтеру показалось, что Щукин врет, но бургомистр промолчал.
- А о пещере вы, конечно, узнали совершенно случайно?
- А о пещере я узнал из отчетов научных экспедиций университета Грации.
- Не знал, что вы посещаете такие учреждения, - усмехнулся Толстов. - И что еще вам
сказали ученые?
- Что эта пещера не единственная, - Щукин перевел взгляд на Ергелана, по-прежнему
негромко беседующего с Татьяной. - Пещеры спящих предков расположены еще как минимум
на семи планетах. В том числе на Земле и Мосите. Но земной генетический банк нам пока
недоступен, а вот пещеры Моситы...
Услышав знакомое название, Ергелан переключил внимание на Щукина и колонистов.
- На Мосите нет гор, - возразил он. - А значит, нет и пещер.
- Верно, только что такое горы, Великий Тиран? - Щукин вежливо наклонил голову. -
Это всего лишь будущий песок горячих пустынь. Генетический банк предков на Мосите скрыт
под песками пустыни Каралл.
- Значит, наша армия может стать вдвое больше? - заинтересовался Ергелан.
- Да, но сначала этот тайник надо найти, а пустыня Каралл занимает половину главного
континента Моситы. На поиски может уйти много времени.
- Пока армия Грации не обучена, время у нас есть, - глаза у Ергелана загорелись. - Ты
найдешь второй тайник?
- Я попытаюсь, но не обещаю. А потому советую вам, Великий Тиран, строить планы,
исходя из того, что мы уже имеем. Армия Грации плюс флоты Тирании и Колоний - это уже
достаточная сила, чтобы справиться с потрепанными войсками ОВК и мизерной армией
Технократии.
- Я учту твой совет, - сухо ответил Ергелан. - Пока план остается прежним. Мы
лишим Преображенского власти еще до конца вашего универсального года. Но ты, Андрей,
должен отправиться на Моситу и найти там второй тайник. Справившись с ОВК имеющимися
силами, мы должны будем удержать и развить успех, а на это потребуется вдвое больше солдат.
- Мы сможем взять их из пещер на Земле, - возразил Щукин.
- Возьмем, - согласился Тиран. - И на Земле, и на всех других планетах. Ты нам в
этом поможешь. Но сначала на Мосите. Так будет надежнее.
- Хорошо. Я вылечу на Моситу в ближайшее время. Только дам инструкции Сурхану и
его офицерам. Если они будут строго следовать моим рекомендациям, армия сможет выступить
в поход через стандартный месяц.
- Они всё исполнят, - Ергелан снисходительно улыбнулся. - Я прослежу...
...Трошкин утер испарину. Дело принимало не лучший оборот. Да какой там "не
лучший"?! Хуже некуда, какой оборот. Следовало срочно связаться с Великим Князем. Прямо
из логова противника это делать слишком рискованно, а значит, надо выбраться с Грации и
доставить ценную информацию в штаб лично. Только не как в прошлый раз. Теперь Бородач не
в том положении, чтобы хитрить и обманывать, но возвращаться на Европу Трошкин всё равно
не хотел. Хватит уже на грабли наступать. Опальный князь обещал снабдить ценной
информацией и отпустить. Но ценнее информации, забитой теперь в боевой комп майора,
просто не существовало. И доверия всем клятвенным заверениям Бородача тоже больше нет.
Знаем. Плавали. Значит, Василия Борисовича следовало "бортануть" и лететь прямо на Землю.
Придется, конечно, подраться с европейцами - с группой сопровождения и пилотами рейдера,
доставившего разведчиков на Грацию, но это детали.
- Понял, командир, - выслушав соображения Трошкина, сказал Бабин. - Уходим на
бреющем. В смысле "бреем" европейцев, захватываем их рейдер и ходу на Землю наконец-то.
Только вопрос - с девчонкой что делать?
- Если решили идти ва-банк, нам она не пригодится.
- А если не осилим европейцев?
- Тогда тем более.
- А как же информация? Ее же край как надо Великому Князю доставить. Может, не
стоит рисковать?
- Бабин, ты ли это? - удивился Трошкин. - Ты же никогда от драки не отлынивал!
- Я и сейчас не прочь размяться, но... господин майор, ответственность... Вы только
подумайте, на холодную, без эмоций, что теперь от нас зависит.
Вообще-то прислушиваться к мнению ефрейтора было необязательно, но Трошкин всегда
был мудрым командиром, а Бабин никогда не советовал глупостей.
- Что от нас зависит? - Майор помолчал. - Пожалуй, всё.
- Вот именно, господин майор, - согласился ефрейтор. - Всё. А если вы опасаетесь,
что Бородач снова не даст нам связаться со штабом и предупредить Великого Князя, я вам
возразить осмелюсь. В глубокой жопе Василий Борисович оказался. Думаю, не до интриг ему.
Гордости своей на кукан попался князь, и выхода у него нет. Либо к нам примкнуть, либо в
одиночку против Коалиции сражаться. Так я думаю.
В общем-то, Трошкин и сам думал примерно так же. Мысль о захвате рейдера и старте
прямиком на Землю была явно поспешной и отчасти панической. Дожил майор... эмоциями
управлять разучился. Начал на их основе выводы строить. Да-а... в отпуск пора. Впрочем, если
б не Щукин распроклятый, именно в отпуске сейчас и вялился бы...
- Согласен, - уверенно произнес майор. - Как там получится со связью, пока вопрос,
тут я твоего оптимизма не разделяю. Но подняться на борт, не вызыная у европейцев
преждевременных подозрений, мы можем только с девчонкой. Отходим к точке сбора.
Костыль, на связь! Что у тебя?
- Наблюдаю, господин майор. Всё тихо.
- Бери подопечных за седалища и бегом в зону выездки. Уходим.
- Есть! - Костылев хмыкнул. - За такие... формы, отчего не взять?
- Да не увлекайся там, - строго добавил Трошкин. - А то, слышу, слюна закапала? На
Земле будешь романы с девками крутить. Тут чиниды кругом рыщут.
- Буду смотреть исключительно по сторонам!
- Так я тебе и поверил. Вылет через час. Опоздавших не ждем...
...Вылет, как и обещал Трошкин, состоялся ровно через час. К назначенному времени
успели все. А вот дальше... Фортуна повернулась к разведчикам спиной. И очередной раз.
Майор не припоминал, чтобы ему хоть когда-то в жизни одновременно настолько везло и
не везло, да еще трижды в течение одной недели. Едва рейдер вышел на орбиту, его засекли
дрейфующие там крейсеры. Европейский пилот оказался мастером своего дела, но уйти из-под
массированного огня без повреждений не удалось даже ему. Точное попадание залпового
импульса начисто снесло носовой контур активации гипер-драйва. Экипаж и десант уцелели
просто чудом. Выстрели вражеский крейсер миллионной долей секунды позже, и корабль
разведчиков лишился бы не носа, а рубки и пассажирского отсека. То есть фактически
разломился бы пополам. Но всё обошлось, и рейдер даже улизнул от преследования. Только вот
беда, без серьезного ремонта в "сухом" доке он не мог самостоятельно прыгнуть в
гиперпространство. Когда пилоты оценили повреждения и вынесли вердикт, Трошкин только и,
сделал, что грязно выругался.
- ...Мать... Сколько можно?! То на планеты пикируем, то в плен попадаем, а теперь еще
и это! Далеко до ближайшего стационарного портала?
- Ближайший на орбите Грации. Но там чиниды, - глубокомысленно изрек первый
пилот. - А до свободного две недели ходу.
- Просто рок какой-то, - проворчал рядовой Костылев. - Видать, хламида такая -
всюду опаздывать.
- Планида, - исправил Бабин.
- Две недели! - Трошкин взялся за голову и взъерошил волосы. - Конец фильма!
Пилот, ну а хотя бы связь у нас осталась? Можешь вызвать на подмогу другой рейдер?
- Не получится, - пилот помотал головой. - Его светлость Василий Борисович на этот
счет ясные указания дал - полное молчание во всех диапазонах: и радио, и гипер. Чтобы
Европу не подставить. Так что не могу.
- А без башки остаться?! - вскипел Костылев, вынимая из правой кобуры лазерник.
На него тотчас уставились зрачки дюжины винтовок европейского десанта. Аргумент
весомый настолько, что придержит крышку любого "вскипевшего котелка". Костылев отлично
понимал, что огневой и численный перевес на стороне подданных Бородача? Пятнадцать
бойцов разведгруппы плюс трое пилотов против троих "преображенцев". Шесть к одному -
расклад не в пользу спецназа Каллисто. Хотя, если начистоту... Всё-таки в группе прикрытия
обычная десантура, а не спецназ. Но нет. Нельзя. Будь на стороне спецназа хотя бы фактор
внезапности. Но его уже не было, один залп - и конец. Ефрейтор Бабин схватил рядового за
запястье, и Костылев нехотя спрятал оружие в кобуру.
- Остыньте все! - вставая между европейцами и своими, грозно крикнул Трошкин. -
Не до разборок сейчас!
- Ваш боец начал, - спокойно ответил старший европейской группы.
- Вернемся домой, я его накажу, - майор встретился с европейским лейтенантом
взглядом. - Конфликт исчерпан до начала огневой фазы. Согласны, лейтенант?
- Согласен, - офицер усмехнулся и дал своим людям команду "Отбой тревоги".
Европейцы расслабились, но оружие далеко не убрали. Это в свою очередь вызвало
усмешку у майора. Но почти сразу он снова стал серьезным и вернулся к прерванной беседе с
пилотом.
- Слушай, - он взглянул на нашивку с фамилией, - Куценко, что если мы пойдем на
такой финт: я дам тебе секретные коды и частоты флота Каллисто...
- Господин майор... - ефрейтор Бабин неодобрительно покашлял.
- А ты введешь их в свой комп, - продолжил Трошкин, не обращая внимания на
Бабина. - И на нашей частоте соединишь меня со штабом армии ОВК. Как тебе идея?
- Перенастроить маячки и опознавательные метки на ваши частоты, чтобы выглядеть
кораблем с Каллисто? - уточнил пилот.
- Ну да. Ведь ты до сих пор ничем себя не выдал, так? А внешне твой рейдер отличается
от наших только эмблемой, но кто ее рассмотрел?
- Никто. Мы вообще перед походом все опознавательные знаки закрасили, - пилот
задумался и в поисках поддержки взглянул на лейтенанта-разведчика. Что скажете? Вообще-то
обмен неплохой.
- У меня нет инструкций. Я знаю, что мы должны были обеспечить, если потребуется,
прикрытие разведке... землян и вернуться. И привезти с собой Александру Ермакову. Ни о
раненых ученых, ни насчет сеансов связи с Землей у меня инструкций нет:
- И у меня нет, - пилот развел руками. - Извини, майор...
- Да вы подумайте чугунками своими! Почему князь Василий именно нас послал на
Грацию? Да чтобы мы на Землю об увиденном и доложили! Что тут неясного?
- Это догадки, - уперся лейтенант. - Приказа не было.
- Куценко, ну ты-то не пехота, соображать должен!
- А что я? Прав лейтенант. А вдруг у князя свои мысли на этот счет?
- Единственная деревянная деталь в космическом корабле - пилот, - негромко
пробурчал Костылев. - Объяснять бесполезно, господин майор. Они же враги. Нелюди... хуже
чинидов и этих... метаморфов.
- Сам ты нелюдь, - обиделся пилот. - Всё мы понимаем. Но мы же военные. Будь у
нас приказ - говорите хоть со всей Галактикой.
- Слушай, но ведь всё будет выглядеть, как разговор с борта корабля, принадлежащего
Каллисто! - снова насел Трошкин.
- Да не в этом дело, как ты не поймешь?! - пилот поморщился. - Нет у нас приказа
информацию вашим сливать! Нету! И точка!
- Мальчики, не ссорьтесь, - в отсек протиснулась Шура. - Две недели не срок, майор.
Щукин не успеет обучить армию так быстро.
- Я думаю иначе, - Трошкин под ее взглядом немного подтаял и, казалось,
успокоился. - Вы многого не слышали, сударыня. "Золотые люди" прогрессируют с
фантастической скоростью. За две недели они могут превратиться в грозных бойцов. А как
только это произойдет, Коалиция немедленно начнет наступление. И мы снова опоздаем...
- Снова? - удивилась Шура.
- Да, у меня уже была возможность предупредить Великого Князя, но произошло
примерно то же, что происходит сейчас: из-за недальновидности князя Василия Борисовича всё
едва не пошло прахом.
- Так вы всё же успели?
- Успел, - Трошкин вдруг шагнул вперед, а затем ей за спину.
Случившееся в следующие несколько секунд почти не отложилось в памяти у Шурочки.
Она запомнила лишь выкрик "Девчонку не зацепите!", удивленный взгляд медленно
оседающего на палубу европейского лейтенанта и дымок, курящийся над маленькой дырочкой
в центре его лба. А еще вокруг сверкали сполохи выстрелов. Их голубоватые молнии мелькали
настолько близко, что Шуре казалось, будто она объята холодным пламенем. Выстрелы были,
конечно, горячими, но ни одна вспышка не задела даже одежду девушки. И еще кричали и
падали солдаты. Некоторые из них тоже стреляли, но всё куда-то не туда и попадали только в
стены, то есть, в эти... переборки. А вот майор и двое его бойцов стреляли сразу с двух
перекрещенных рук, во все стороны и ни разу не попали в стену. Только в европейских солдат.
От страха Шура не могла пошевелиться. Под конец сражения она догадалась
зажмуриться, но так стало еще страшнее, и она вновь открыла глаза. В отсеке всё стихло.
Больше не шипели, рассекая плоть, лучи, не падали с глухим стуком безжизненные тела и не
кричали умирающие. В свете потолочных ламп слоился удушливый дым. Его сизые облака
медленно вытягивались в сторону вентиляционных решеток. От сильного запаха паленых
волос, пластика, ткани и запекшейся крови Шурочку затошнило. Она почувствовала, что к ее
ноге привалилось что-то тяжелое и мягкое. Шура обмерла. Посмотреть вниз просто не хватало
смелости. А что, если там по щиколотку крови? И внутренности повсюду, как было у Барта...
- ...Костыль, Бабин, рапорт!
- Всё в порядке, господин майор! Целы. Противник уничтожен. Гражданских жертв нет.
Один пленный.
- Вот и отлично. Ну что пялишься, Куценко? Не видел никогда огневого боя в
ограниченном пространстве? Чему вас там, на Европе, учат? Связь с Землей мне, быстро!
- Да-да... конечно... господин майор...
...Хочешь не хочешь, вниз посмотреть пришлось.
Девушка опустила взгляд. Рвотный позыв подкатил к горлу, но стошнило Шуру не сразу.
Наверное, из-за открывшейся перед взором ужасной картины на какое-то время отказали все
рефлексы, даже рвотный. Солдаты лежали повсюду. К ее ноге доверчиво прижался щекой один
из пилотов. Он будто бы спал, безмятежно и сладко. Вот только вместо левого глаза у него
дымился запекшийся кусок чего-то желтовато-красного, а волосы на затылке почернели от
крови и копоти... Шуру наконец-то вывернуло наизнанку. Она беспомощно всплеснула руками,
пытаясь сохранить равновесие, но не удержалась и рухнула на четвереньки. Левая рука попала
в лужу крови, а правая уперлась в обожженное лицо еще одного пилота - импульс прошел
вскользь, вспоров кожу. Из запекшейся раны торчала желтоватая скуловая кость. Шура
наконец-то обрела способность двигаться и, поднявшись на дрожащие ноги, бросилась прочь из
отсека. У двери ее снова прополоскало, и она так и не завопила. Хотя орать хотелось благим
матом. Влетев в кубрик, она заперла дверь и забилась в самый дальний угол - в изголовье
своей койки. Только тогда от горла откатился ком, и она разрыдалась.
Почему люди такие жестокие? Почему нельзя убеждать друг друга иначе?! Чем они, в
таком случае, лучше монстра и садиста Щукина?! Они, такие благородные и романтические...
из свиты самого Великого Князя... Что случилось с миром? Почему справедливость
утверждается таким неправедным способом? Где лучшие качества человечества: любовь,
сострадание, доброта? Может, те "золотые" люди на этот случай и припасены неизвестными
провидцами? Чтобы заменить собой нынешних людей, когда они окончательно озвереют.
Может, так всем и надо?
Шура рыдала громко и очень горько. От ее всхлипываний даже очнулся Краузе. Он
воспринимал окружающую действительность не слишком отчетливо, поскольку автомедик
впрыснул ему в кровь целый коктейль из антибиотиков и обезболивающих средств, но
Шурочку рассмотреть он сумел.
- Шура, вы плачете? Что случилось?
- Они... всех убили... - плечи Шуры тряслись от безудержных рыданий. - Они не
давали... им связаться с Землей... чтобы рассказать о новой армии Щукина...
- Кто не давал? Европейцы?
- Да...
- И земляне их убили?
- Да...
- Всех? - Краузе даже приподнялся на локте. - Втроем?!
- Всех, кроме одного пилота, - Шура подняла на Альфреда красные глаза. - Я на всю
жизнь запомню этот запах... Зачем, Альфред?! Зачем так делать? Мы же не звери, мы можем
говорить! Неужели нельзя договориться?!
- Понимаешь, деточка... - Краузе пожевал губами и, тяжело вздохнув, снова упал на
койку. - Я не знаю. Спроси у майора.
- Я боюсь... - призналась Шурочка. - Я теперь уже не уверена, что Щукин был
худшим из зол.
- Зря ты так, - тихо проговорил Краузе. - Щукин тебя пытал... и меня, а майор и его
солдаты нас спасли.
- А после убили всех остальных!
- Это был честный бой.
- Ну и что?! Они же стреляли в своих, в людей!
- А Щукин издевался не над людьми? - удивился Альфред.
- Над людьми, но для него мы... не свои, вот в чем разница, - Шура почти перестала
всхлипывать, и в ее голосе появились холодные нотки. - Вот почему его жестокость не
вызывает у меня такого отвращения, как жестокость этих спецназовцев. Простите, Альфред, я,
наверное, несу полную чушь... Я очень устала... Простите...
Она улеглась на живот и уткнулась в подушку. Еще некоторое время она протяжно
вздыхала, но это происходило уже во сне.
- Нет, Шура, - запоздало пробормотал Краузе, - это не чушь. Вы правы. Но и майор
прав. Земля должна узнать, что готовится на Грации. И это оправдывает любые жертвы, любую
жестокость. Потому что это вопрос выживания... нашего озверевшего человечества...
Глава 8
Декабрь 2324 г., ОВК
Космопорт Домодедово-3 в последнее время не испытывал особых трудностей с приемом
и отправкой кораблей. Малые грузовые судна и челноки с гигантских сухогрузов садились в
основном на космодромах под Тверью, а число пассажирских рейсов после Катастрофы
уменьшилось втрое. Когда же начался колониальный бунт, космопорт и вовсе опустел. Десяток
курьеров, две-три делегации деловых людей, военные и снабженцы - вот и все пассажиры.
Великокняжеской охране даже не пришлось напрягаться. Обеспечить безопасность в огромном,
хорошо освещенном и угнетающе пустом помещении было, как ни странно, легче, чем в
каком-нибудь уютном особнячке. Для очистки совести, старший офицер службы безопасности
всё-таки проверил посты в третий раз и бодро доложил:
- Всё готово, господин лейтенант. Можете выезжать.
- А на маршруте? - спросил Горохов.
- Сопровождение на месте. Спутник задействован. Ваш кортеж пойдет по маршруту
номер четыре.
- Годится. Ждите.
Горохов выключил связь и направился в княжеские покои. Ему не очень-то хотелось
лететь на этот Ганимед, но кто его спрашивал? Преображенский решил лично проверить ход
подготовки к временному переносу столицы ОВК на спутник Юпитера, и что думает по зтому
поводу адъютант, его не интересовало. Ну и ладно. И вообще, так даже лучше. Давно пора
куда-нибудь смыться. Не князю, адъютанту. Горохову изрядно надоели ежедневные семейные
сцены. Катерина чем дальше, тем больше давила на психику. То ей одно не нравится, то
другое... То еда пресная, то "давай поженимся". А говоришь - нет, она в рев. Сплошные
истерики и капризы. Сил уже нет. На службе набегаешься, как Савраска, домой приползешь, а
тут тебе уже готова очередная баталия. С битьем тарелок и руганью. Утомила Катя своими
претензиями, хуже не бывает. Никакого отдыха. На таком фоне полет куда подальше - просто
краткосрочный отпуск. Лейтенант приободрился. А что Ганимед? Вполне приличное местечко.
До родного дома рукой подать. Правда, завернуть на Каллисто вряд ли удастся, но всё равно
хорошо. Даже на Юпитер взглянуть, и то, как дома побывал.
В дверь кабинета он постучал уже совсем бодро.
Князь не ответил. Лейтенант заглянул в покои. Преображенский стоял перед объемным
экраном секретной связи и внимательно слушал доклад майора Трошкина, бывшего временного
коменданта Данаи. Горохов узнал офицера сразу, хотя качеством изображение не отличалось.
Судя по характерному контуру вертикальных помех, передача велась при помощи европейской
аппаратуры. Опять что-нибудь у противника отбил? Наверное, какой-нибудь бункер на Европе
захватил. Вот дает, разведка!
- ...А репортаж из пещеры и кадры совещания я отправил видеофайлом, - закончил
Трошкин.
- Видел уже, - Преображенский стал мрачнее тучи. - А сам, значит, дрейфуешь?
- Почти. На обычной тяге плетемся. Хорошо, антенны уцелели. Не скучно будет. Ведь
придется дней десять ковылять до ближайшего портала.
- Не придется. Жди буксир. К утру будете дома. А кто пассажиры, говоришь?
- Ученый один, археолог. Альфред Краузе... - Горохов насторожился.
- ...И девушка из его экспедиции. Повариха. Александра Ермакова. Зачем-то она сильно
Бородачу понадобилась. Иначе он на Грацию ни за что бы не сунулся.
Горохов почувствовал, как предательски трепыхнулось сердце, а затем внутри стало
томительно жарко. новость оказалась приятной, но вместе с тем невыносимо мучительной.
Шура летела на Землю! И наверняка ее пригласят для беседы, как минимум, на Лубянку, и
прямо в Кремль. Шанс увидеться с ней кружил голову. В данную секунду Горохов хотел этого
больше всего на свете. Но вероятная встреча Шурочки с Катей представлялась чем-то вроде
локального катаклизма. Желать этого - чистый мазохизм. Так что только Ганимед, только он,
родимый, и желательно навсегда. Нереально, конечно. Пока столица на Земле, увернуться от
встречи с Шурой не удастся, но помечтать не вредно. А еще полезнее - не просто помечтать, а
выработать план действий. Предупрежден, значит вооружен.
- Думаешь, в ней дело? - усомнился князь. - На другие причины Бородач не намекал?
- Напрямую - нет, но обещал отпустить нас сразу по возвращении. При условии, что с
Ермаковой вернемся.
- Постой, - Преображенский взглянул на Горохова. - Это же твоя... пассия, так?
- Э-э... ну-у... да, - адъютант смущенно кивнул. - Дочка начальника охраны Седьмого
литейного.
- Вот именно, - Сергей Павлович щелкнул пальцами. - Теперь всё ясно. Это "РУСТ"
нам помог. Сначала они оружие в кредит отгрузили, втайне от Коалиции, теперь наводку
разведчикам дали и Бородача к правому делу привинтили. Молодец Ермаков, хитрый гусь.
- Видимо, так, - согласился Трошкин. - Правда, князь Василий Борисович не сильно
этому варианту обрадовался, насколько я понимаю. Во всяком случае, десантников своих не
предупредил, что мы теперь созники.
- Это я вижу, - князь снова нахмурился. - Тут ты перестарался, майор. Нельзя их было
просто повязать?
- Восемнадцать к трем, ваша светлость, - Трошкин виновато взглянул на князя и развел
руками. - Они бы нас массой задавили.
- Ладно, этот момент пока опустим, - по тону Преображенского стало понятно, что он
обязательно вернется к этому вопросу. Во всяком случае, это стало понятно Горохову.
Впрочем, Трошкину, судя по выражению его лица, тоже.
- Я решил, что информация слишком важна...
- Всё верно, - князь остановил майора скупым жестом. - Думаю, прокуратура учтет
жизненную важность и своевременность твоего рапорта. Конечно, для текущей оперативной
обстановки было бы выгоднее, чтобы ты вернулся к Василию и узнал, чего он добиваетс
...Закладка в соц.сетях
