Жанр: Научная фантастика
Шаг к звездам
... раньше, то ничего
доброго это не принесет. Постепенно Антон начал впадать в полузабытье. Он не ломал себе
голову над вопросом, чем вызвано это оцепенение, постэффектом введенного ему препарата,
который глушил сознание много суток кряду, или слабостью его собственной психики,
вырванной из привычной среды обитания, погруженной в безысходность и мрак за тысячи
километров от дома...
Антон просто сидел, мучительно переживая свое состояние, пока им не овладел
тревожный, полный навязчивых кошмаров сон...
Ему снился Грозный.
Город, улицы которого были полны смерти, где не выдерживал ни разум, ни тело, тем
более, что на девятнадцатилетнего Антона этот кошмар обрушился внезапно - их воинскую
часть попросту подняли по тревоге и передислоцировали сюда, не объясняя причин
происходящего, не подготовив, толком не проинструктировав...
О чем говорить?.. Память навек сохранила руины домов, злобные частые вспышки огня в
глубокой непроглядной ночи, внезапно выплывающие из сумрака подробности нестихающето
боя, на которые не то что смотреть воочию - помыслить о чем-то подобном было жутко.
Тогда он пережил моментальный слом психики, но рассудок девятнадцатилетнего
солдата, год назад призванного в армию, еще не закоснел в жизненных стереотипах, оказался
достаточно пластичен, чтобы, цепенея от ужаса, принять предложенную данность...
Он хорошо помнил свое состояние: мыслей фактически не было, они исчезли, в голове
гулко бился пульс крови, глаза судорожно ловили отсветы идущего повсюду боя, пальцы
машинально сжимали автомат, слух обострился до такой степени, что сквозь глухие
прерывистые удары собственного сердца воспринимал еще целое сонмище страшных по своему
значению звуков...
Узкий провал расселины в стене здания, огрызки кирпича, вывороченного взрывом из
кладки, чье-то сиплое дыхание рядом, истеричный шепот радиста, тщетно пытающегося
связаться с командованием части, сзади - полыхающие платформы, на которых догорала
техника батальона, треск очередей, тонущий в шрапнельном разбросе самопроизвольно
рвущихся боеприпасов, и, как довершение моментальной картины, оглушающий взрыв, столб
яростного пламени, барабанящие по земле обломки и толчок в спину, сопровождаемый
хриплым выкриком командира взвода:
- Вперед! Перебежками! К зданию!..
К какому, лейтенант не уточнил, - Антон не видел, что происходит за спиной, но тело
уже рефлекторно вняло приказу, болезненно сжимаясь перед предстоящим рывком, а
последние слова взводного вдруг потонули в отвратительном булькающем звуке...
Над головой, срубая куски штукатурки со стен полуразрушенной жилой постройки, с
изматывающим визгом полоснули осколки, но Извалов уже бежал, оставив позади этот
фрагмент адской, неподвластной разумному осмыслению реальности, - он слышал приказ и
исполнял его, не понимая, что взводного уже нет, а он несется фактически в никуда, навстречу
бессистемному очаговому бою и собственной гибели...
Впереди лежал короткий отрезок улицы, посреди которой сейчас полыхнет взрыв, и
осколки перебьют Антону обе ноги, оставив его один на один со своей болью, - сознание,
погасшее в момент ранения, вернется позже, когда его уже сочтут мертвым, подразделение
уйдет дальше, а от неизбежной смерти его спасет Серега Давыдов, такой же
дезориентированный, заблудившийся в кромешном аду, потерявший не только своих
товарищей, но и всякую надежду.
Вдвоем они заползут в полуподвальное помещение, где будут отбиваться от периодически
появляющихся с разных сторон боевиков, пока на исходе вторых суток их не обнаружат бойцы
только что прибывшего в район вокзала подразделения...
...В мучительный сон Извалова, полный кошмарных картин прошлого, вкрался какой-то
диссонанс... Он остро почувствовал несоответствие с реальными событиями, возникшее в тот
момент, когда его память запечатлела роковой взрыв...
Он не побежал вперед. Новые инстинкты, воспитанные уже виртуальной реальностью,
вторглись в рассудок. Зная наперед, что должно произойти, они заставили Извалова
остановиться, отпрянуть за иззубренный выступ стены, и все вдруг пошло иначе, словно
существовала сила, способная менять линии судьбы, переиначивая их в соответствии с
приобретенным позднее опытом...
...Вжавшись в спасительный простенок, он не удержался, осторожно выглянув в узкий
разрез улицы, и на миг ему показалось, что ослепительный взрыв, полыхнувший в полусотне
метров от него, высветил из мрака не только стены близлежащих домов, но и до боли знакомую
фигуру молодой женщины, которая, будто призрак, шла сквозь изменившуюся реальность, не
обращая внимания на полыхающий вокруг ад...
Бет...
Антон очнулся, ощущая, как по всему телу струится липкий холодный пот.
Он так и не понял, что выкрикнул ее имя, заставив темную пещеру отозваться глухим
рокочущим эхом.
Несколько секунд он широко открытыми глазами смотрел в кромешный мрак, пока
сознание выпутывалось из тенет кошмарного сна, но даже в этом оцепенелом состоянии
Извалов понял, что проснулся совершенно иным, словно во время кошмарного забытья что-то
переключилось в голове, перемешав болезненные воспоминания с невостребованным опытом
фантомных скитаний по различным виртуальным мирам, а затем сцементировав эту
прихотливую, ирреальную смесь привычной надежной логикой, здравомыслием, которое он
воспитывал в себе на протяжении многих лет.
Если оценивать переродившееся самосознание Антона, то стоило признать - смесь
избирательно востребованных волевых и душевных качеств вышла опасной...
Теперь звук капели уже не мог нарушить ход его мыслей, в душе возникла осмысленная
ненависть к людям, которые по собственной прихоти вторгаются в чужую жизнь по праву
звериной силы... Дело оставалось за малым - реализовать новорожденный синтез в
конкретных действиях, придумать, как выбраться отсюда, и показать Алиму, что никто не давал
ему права ломать судьбы людей в угоду своим далеко не чистым интересам и помыслам.
Бет...
Это имя звучало в голове, как пароль, как ключ, он запоздало подумал, что нельзя было
забывать о ней, ведь его виртуальная подруга, возможно, является единственным шансом дать
весточку о себе, изменить ход событий, которые так нагло сформировал Алим.
"Мобильный коммуникатор... Он где-то тут, в пещере..." - подумал Антон, вспомнив,
как его похититель с презрением отбросил в сторону неработающий прибор. Откуда ему было
знать, что виной тому не аккумуляторы и не удаленность от традиционного оператора связи, а
простое устройство доступа, которое установил Извалов, "зашив" в схему мобильника
элементарный сканер, знакомый только с отпечатком указательного пальца своего хозяина...
...Пока он размышлял над своим положением, густой мрак, царящий в пещере, начал
понемногу рассеиваться, превращаясь в сумрак. Антон не сразу обратил внимание на
изменение освещенности - сидя в углу своей клетки, он был полностью погружен в иные
проблемы, но, вспомнив об устройстве связи, поднял голову и внезапно понял, что может
различить прутья решетки, фрагмент пола и смутно сереющие в нескольких метрах от его
узилища невысокие стенки минерального озерка...
"Странно..." - подумал он, машинально задирая голову, чтобы осмотреть свод пещеры.
Слабый призрачный свет исходил именно оттуда, и поначалу Антон не смог распознать, что на
самом деле является его источником, потом зрение свыклось с полумраком, и он догадался, что
широкая, закопченная по краям трещина, в которую уходил дым костерка, связана с
поверхностью земли.
"Значит, наверху наступил рассвет", - логично рассудил он, радуясь внезапному
открытию. Сама трещина, змеящаяся по своду пещеры на высоте пятнадцати метров, не могла
стать путем к спасению, но скудный источник рассеянного света приободрил Извалова, отвлек
от навязчивых мрачных мыслей, вернув толику спокойствия и решимости.
Присев на корточки, он вновь принялся изучать изъеденные коррозией прутья своей
клетки.
Прошло немало времени, прежде чем Антон вторично убедился в их прочности -
стальной квадратный пруток двухсантиметровой толщины мог удержать взаперти кого угодно,
а покрывающий прутья налет шелушащейся ржавчины легко соскабливался, обнажая тусклый
металл.
В пещере еще немного просветлело. Измучившись в тщетных попытках обнаружить
слабое место в надежно сваренной конструкции, Антон обессилено опустился на холодный пол.
Казалось, что способа вырваться отсюда попросту не существует...
Чтобы как-то защититься от холода, он пододвинул к себе кучу прелого тряпья,
оставшуюся, по всей видимости, от прежнего узника. Ткань в отличие от металла клетки сильно
пострадала от влаги и времени - она расползалась под пальцами от малейшего прикосновения,
но Извалов без труда узнал в бренных останках выцветший под палящими лучами афганского
солнца комплект полевой офицерской формы советского образца. Никаких знаков различия он
не обнаружил, но, пододвигая к себе сомнительную подстилку, его пальцы наткнулись на
что-то острое, холодное...
Высвободив находку, он понял, что перед ним два фрагмента затупленной и разорванной
проволочной ножовки, какие обычно входят в комплект экипировки десантных
спецподразделений. Сталистая проволока с острыми засечками и двумя кольцеобразными
ручками на концах являлась прочным универсальным инструментом, пригодным для валки
небольших деревьев, отпиливания веток, а в случае рукопашной схватки вполне могла
послужить грозным оружием в опытных руках...
Впрочем, сейчас состояние инструмента, найденного среди истлевшей формы, говорило о
его полной непригодности к дальнейшему использованию. Порванная на две неравные части
стальная проволока была "лысой": все острые засечки, исполнявшие роль зубьев, давно
стерлись, и Антон задался вполне уместным вопросом: что пытался перепилить пленный
офицер?
Конечно, один из прутьев клетки...
Встав на колени, он вновь принялся осматривать свое узилище, пока не обнаружил
глубокий надрез, расположенный у основания углового прута.
Ржавчина успела покрыть металл своей бахромой, и визуально обнаружить место пропила
оказалось нелегкой задачей. По всей видимости, прошло много лет с той поры, когда
неизвестный Антону офицер пытался вырваться на свободу.
Воспользовавшись обрывком упругой проволоки, он очистил пропил от ржавчины и
понял, что это круговой надрез: гибкая ножовка охватывала препятствие полукольцом и
фактически перепилила прут, оставив лишь тонкую центральную перемычку диаметром всего в
несколько миллиметров. Оглянувшись на остатки истлевшей формы, Антон с горечью подумал,
что узнику не хватило самой малости... Вероятно, он был истощен физически, и не вовремя
порвавшееся проволочное полотно поставило крест на проделанной работе - у изможденного
заключением человека не хватило сил, чтобы ударом ноги перебить истончившуюся преграду и
отогнуть прут... Хотя предполагать можно было все что угодно - немые свидетельства
многолетней давности не могли поведать об истинной судьбе попавшего в плен к моджахедам
русского офицера...
Антон не стал искушать судьбу. Полная неопределенность грозила в любую минуту
обернуться внезапным возвращением Алима или его людей, и потому Извалов решил
действовать немедля. Сев на пол, он уперся спиной в стену клетки и ударил подошвой ботинка
чуть выше найденного пропила.
От первой попытки прут вздрогнул, но устоял, зато в ноге, там, где протез соединялся с
живой плотью, вспыхнула позабытая уже боль.
Стиснув зубы, он повторил попытку, на этот раз вложив в удар все свои силы. Боль
режущей вспышкой пронзила ногу до коленного сустава, и в первый момент Извалов не понял,
принадлежит ли резкий металлический хруст поддавшейся преграде или это его протез не
выдержал удара?..
От боли потемнело в глазах, и ему пришлось некоторое время просидеть неподвижно,
пока искрящийся мрак вновь не трансформировался в мягкие сумерки. Боль в ноге слегка
притупилась, став терпимой, но Антон не рискнул вставать... ползком поменяв позу, он
взглянул на прут и увидел, что тот сошел со своего места, сместившись на несколько
миллиметров.
Перемычка была сломана, и он руками довершил начатое, отогнув нижнюю часть прута
сантиметров на сорок. Отдышавшись, Извалов боком выполз в образовавшийся зазор и встал,
опираясь рукой о шероховатый край покрытого отложениями солей высокого бортика,
ограничивающего выемку с источником минеральной воды.
Царящий в пещере полумрак по-прежнему скрадывал детали окружающего. Антон
находился в полном неведении того, что представляет собой эта пещера, но теперь он был
свободен...
Не обращая внимания на боль в ноге, он, прихрамывая, обошел водоем в поисках своего
мобильного коммуникатора, но, не зная планировки пещеры, неожиданно зашел в тупик,
образованный своеобразным углублением в стене. Это походило на небольшой грот,
отделенный от основной полости острыми, явно обвалившимися со свода угловатыми
обломками горной породы.
В углублении гнездился плотный мрак, и Антон присел, вытянув руки, чтобы не
споткнуться о случайное препятствие.
Пальцы наткнулись на что-то угловатое, поначалу он подумал, что это такие же куски
камня, как отгораживающие углубление глыбы, но, проведя рукой по поверхности, Извалов
понял, что это крышка какого-то ящика. Сместившись, он на ощупь обнаружил еще несколько
длинных деревянных контейнеров, запертых обычными откидными защелками. Судя по
наклонному расположению, ящики были свалены один на другой и лежали тут очень давно -
ладонь то и дело натыкалась на мелкие камушки, двигаясь по шероховатому слою песчаной
пыли.
На ощупь определив верхний контейнер, Антон открыл замки, которые протяжно
скрипнули в тишине пещеры, и, преодолевая сопротивление заржавевших петель, с усилием
откинул крышку.
Осторожно опустив руку, он тут же наткнулся ладонью на что-то холодное, и в
следующий миг понял, что явственно осязает выпуклую ребристую "рубашку" ручной гранаты.
Скользнув пальцами по поверхности неожиданной находки, Антон обнаружил резьбовое
отверстие в том месте, где должен был располагаться взрыватель.
Память прошлого уже не отпускала, будто боль в ноге, ребристая поверхность "эфки" и
давящий, полный осознанной тревоги мрак вернули его сознание к ощущениям той ночи, когда
он, обессилевший от потери крови, лежал на скате воронки у руин какого-то полуразрушенного
здания на улице Грозного...
"Вот только Серега уже не вынырнет из мрака..." - с горечью подумалось ему.
Обострившиеся чувства не отпускали, дежа вю на какой-то миг полностью полонило
разум, и Антон скользнул рукой дальше, в следующий отсек длинного контейнера, где были
аккуратно сложены взрыватели.
Взяв один из них, он ввинтил его в резьбовое отверстие, и, сжимая в руке снаряженную
гранату, выбрался назад на простор пещеры.
Ему нужен был свет, иначе Извалов рисковал блуждать в сумерках неопределенное
количество времени. Пещера на поверку оказалась гораздо обширнее, чем показалось
несколько дней назад в тусклом сиянии маленького костерка, но, к своему недоумению, Антон
так и не смог обнаружить ничего похожего на общий источник искусственного света, хотя,
двигаясь вдоль стен, он то и дело натыкался на остатки электрической проводки, которая
привела его к покореженному распределительному щиту со следами давнего пожара на
спекшихся в единый бесформенный ком переключателях.
Все обнаруженные им признаки, включая истлевшую полевую форму, обгоревшую
проводку и запыленные, сваленные как попало ящики с военным снаряжением, наводили на
мысль о давних событиях, связанных с пребыванием в Афганистане "ограниченного
контингента" советских войск либо последующим вторжением сил антитеррористической
коалиции, которые свергли режим "Аль-Каиды" после трагических событий 11 сентября 2001
года.
Это уже успело стать историей, сеть террористических организаций, опутавшая многие
страны в конце прошлого столетия, была разгромлена еще в начале двадцать первого века, но
сейчас, на ощупь передвигаясь по огромной пещере, Антон не мог не задать себе мысленный
вопрос: его похищение является делом рук одной из местных банд, по-прежнему
промышляющих торговлей наркотиками и мелким "джихадом", или это проявление той самой
"уничтоженной" сети международных организаций, стремящихся под прикрытием
национальных и религиозных лозунгов установить свой мировой порядок?
Вспомнив глобальность сформулированной Алимом задачи, Извалов почувствовал себя
крайне неуютно.
Продемонстрированный человекоподобный робот являлся натуральной, действующей
моделью, выкрасть или приобрести которую не по силам психу-одиночке, да и
транспортировку бессознательного человека, захваченного в центральной части России, через
границы сопредельных государств могла осуществить лишь хорошо организованная группа,
имеющая перевалочные базы, надежную "крышу" и прочные связи в силовых структурах тех
стран, по территории которых происходило перемещение.
Если мысленно сопоставить два факта, то вывод напрашивался неутешительный. Алим,
которого элементарная логика располагала в центре воображаемой паутины, мог свободно
оперировать профессиональными группами исполнителей на территории разных стран, то есть
здесь четко просматривалась сеть преступных организаций.
Оставалось присовокупить размах амбиций Месхера, его знание нескольких языков, и
становилось ясно, что судьба свела Антона не со случайной группой промышляющих разбоем
афганских боевиков...
Прихотливо сплетаются человеческие судьбы. Антон успел подумать об этом, ломая прут
решетки, подпиленный безвестным пленником много лет назад, и вот в сумраке пещеры на
стене, где внезапно обнаружилась бетонная рубашка обработанного человеческими руками
выхода, рядом с массивной, запертой в данный момент металлической дверью он увидел
броскую, лаконичную надпись: "ДМБ-84".
Рядом красовалось несколько длинных, непонятных высказываний, исполненных
арабской вязью, но Извалов лишь мельком взглянул на них, затем попытался открыть дверь,
однако та не поддалась.
"Значит, "дембель-84""? - подумал он, опускаясь на холодный пол пещеры подле
запертых дверей.
Несколько деталей порой могут положить начало длинной цепочке логических
рассуждений, но Антону не пришлось прилагать особых усилий, чтобы понять: он находится в
горной части Афганистана, и данная пещера не единственная, - скорее всего, здесь
расположена целая система бункеров, выстроенная в период пребывания советских войск.
Глядя на змеистую трещину в своде пещеры, сквозь которую пробивался тусклый дневной
свет, Извалов подумал: "Возможно, тут скрывался кто-то из лидеров "Аль-Каиды", и не
находится ли он сейчас в одном из укрытий, которые в свое время подвергались жестоким
бомбардировкам со стороны американских ВВС?"
Впрочем, был ли смысл разбираться в истории данного места?
Единственный вывод, который следовало сделать сейчас, заключался в том, что за
запертыми металлическими дверями располагается не выход на поверхность, а система
внутрискальных коммуникаций. В этом случае путь к свободе существенно удлинялся,
осложняясь множеством непредвиденных препятствий.
"О какой свободе я рассуждаю, если даже эту дверь не смогу открыть без помощи
гранат?" - подумал он, решительно вставая на ноги. Боль в правой голени притупилась,
стала терпимой, и Антон, чуть прихрамывая, принялся скрупулезно обшаривать неровный пол
пещеры в поисках своего мобильного коммуникатора.
Только связь с внешним миром могла помочь ему выкарабкаться отсюда.
Он потратил несколько часов, ползая на коленях, пока его содранные пальцы не
наткнулись среди усеивающих дно пещеры каменных обломков на драгоценный прибор,
небрежно отброшенный Алимом в сторону.
Коснувшись сенсора активации, Извалов с облегчением увидел зеленую искру индикатора
питания. Мобильник работал, об этом ясно свидетельствовали подсветившаяся сенсорная
панель и крохотный откидной экран, на котором возникли строки контекстного меню.
Непонятно, по какой причине Алим так небрежно обошелся с ультрасовременным
прибором связи. Он ведь наверняка знал, что телефонный звонок с трансляцией сигнала через
спутник - это всего лишь одна из заурядных функций компактного устройства. Набор
микропроцессоров, встроенные модули памяти, цифровая микрокамера, диктофон и
возможность передачи данных через спутниковые элементы сети Интернет превращали
коммуникатор в мощный электронный центр связи, не уступающий по части своих
характеристик настольному компьютеру среднего класса.
...Пока Антон занимался исследованием пещеры и поиском своего коммуникатора,
"наверху" начало стремительно темнеть, сумрак пещеры опять трансформировался в
непроглядный мрак, и лишь активированная панель прибора излучала свет, выхватывая из тьмы
осунувшееся лицо Антона. Присев на каменный обломок, он на минуту задумался, решая
немаловажный вопрос: куда и кому он должен позвонить?
Вследствие замкнутого образа жизни у него не было друзей, со своими работодателями
связываться в данной ситуации бесполезно: даже если информация, полученная от Бет,
соответствует действительности, вряд ли Военно-Космические силы России станут проводить
боевую операцию на территории Афганистана. Что остается в таком случае? Звонок службам
спасения? Или попытаться передать информацию о своем бедственном положении по каналам
Федеральной службы безопасности?
Мысленно перебрав варианты, Антон решил сделать три звонка, благо с поиском нужных
номеров проблем не возникало.
Набирая первое сочетание цифр, он рассчитывал на реальный отклик, но везде: и в
посольстве России, и в международной службе спасения, и на открытой линии ФСБ - были
установлены компьютеры, автоматически фиксирующие звонки, обрабатывающие полученную
информацию, сортирующие ее по категориям и степени достоверности. Подобная схема давно
являлась общепринятой практикой: узкоспециализированные компьютеры подменили людей во
многих сферах, но Антону от этого не становилось легче. Он трижды продублировал
информацию о собственном похищении, сопроводив ее номером коммуникатора, чтобы его
могли запеленговать со спутника в момент вызова, но никто реально не поговорил с ним, не
обнадежил - в ответ на свои запросы он услышал лишь тональные сигналы, подтверждающие
прием информационного пакета, да одинаковый, лишенный интонаций голос, который трижды
повторил:
- Ждите, информация пройдет проверку, и с вами немедленно свяжутся наши
сотрудники.
"Проклятие..."
Извалов с досадой прикрыл откидную панель коммуникатора. Следовало поберечь ресурс
элементов питания.
"Вот она, оборотная сторона тотальной компьютеризации", - с досадой подумал он.
Конечно, его звонки не останутся без внимания, но, пока идет проверка, Алим со своей бандой
сто раз может вернуться в пещеру, и тогда уже никто не поможет Антону выкарабкаться
отсюда...
Был бы у него настоящий друг, близкий человек, - и все пошло бы иначе...
Антон ни на миг не забывал о Бет, но проблема заключалась в том, что он не знал ни ее
настоящего имени, ни номера телефона или места жительства - они встречались
исключительно в виртуалке, где не принято обмениваться информацией подобного рода.
После отключения коммуникатора мрак пещеры вновь подступил со всех сторон,
угнетающе действуя на растревоженный рассудок. Сидеть в темноте и ждать, может быть,
несколько суток, пока тебе позвонят, было невыносимо и неприемлемо.
Он ни на секунду не забывал о похитителях, которые могли вернуться сюда в любой
момент. В его положении нужно было действовать, а не сидеть сложа руки в надежде на чудо...
Сознание Антона вновь, в который уже раз за прошедшие часы, возвращалось к
неустойчивому, давно позабытому состоянию, когда кажется, что ты стоишь на краю бездны, а
почва под твоими ногами медленно осыпается, грозя вот-вот увлечь за собой потерявшее
равновесие тело...
Он машинально откинул панель мобильника, взглянул на индикатор заряда
аккумуляторов и коснулся сенсора, отвечающего за инициализацию контакта со Всемирной
Паутиной.
Коммуникатор преданно ответил трепетным огоньком автоматического набора номера, и
спустя несколько мгновений на миниатюрном мониторе открылось окно доступа.
Он ввел виртуальный адрес, пароль, и, к его удивлению, прибор без проблем соединился с
домашней компьютерной сетью Антона.
"Значит, эти подонки не тронули терминалы... Очень непредусмотрительно с их
стороны..."
Соединившись с домашней системой, он первым делом проверил поступившие в его
отсутствие сообщения, обнаружив, что их всего два. Одно пришло в ответ на его условия,
адресованные накануне похищения заказчикам виртуального Полигона. Текст письма был
краток: Извалова уведомляли, что работа принята, деньги на его счет перечислены, а за ним
закреплена выделенная виртуальная линия, посредством которой он и еще один пользователь
могут посещать пространство сформированного мира без каких либо ограничений.
Второе сообщение состояло всего из одной строки:
"Антон, куда ты пропал? Жду тебя каждый день у нашей скалы. Бет".
Прочитав короткую записку, Извалов почувствовал, как волна внутреннего тепла
надеждой обдала душу...
"Бет... Она тревожилась о нем, ждала..."
Пальцы сами машинально набрали необходимое сочетание цифр, и изображение на
миниатюрном дисплее моргнуло, видоизменяясь коренным образом.
Он увидел фрагмент знакомого склона, далекие очертания гор, лазурное небо и редкие
разводы перистых облаков, из-за которых проглядывал слепящий диск полуденного солнца.
"Рано..." - с досадой понял он. Они с Бет обычно встречались на закате, а сейчас едва ли
минул полдень, значит, она появится в виртуальном пространстве Полигона часов через шесть.
Справившись с внезапным порывом чувств, Антон вновь вошел в контакт со своей
домашней сетью и оставил Бет короткое сообщение:
"Обязательно дождись меня. Сегодня буду непременно. Ты мне очень нужна.
Антон".
Он свернул панель коммуникатора, но в окружающей тьме перед глазами еще несколько
секунд плавал фантомный огонек светодиода - не то призрак, тающий на сетчатке глаза, не то
искра надежды, проблеск порывистого человеческого чувства
...Закладка в соц.сетях
