Жанр: Научная фантастика
Шаг к звездам
...жание или опасный
компромисс, можете называть как угодно. Мы далеко не боги, а стремительная поступь
прогресса, опережающая духовное развитие целых наций, может расколоть человечество
сильнее, чем все известные истории конфликты...
- Это философия, капитан, - возразил Уилсберг. - А нам предстоит действовать.
Первые котлованы для фундамента нового города были размечены еще до событий
одиннадцатого сентября. Подумай над этим, а я в свою очередь буду анализировать
сегодняшний разговор.
- Я остаюсь на базе?
- Да. Можешь считать себя мобилизованным, в полном соответствии с действующей
конституцией, - жестко подтвердил генерал. - Никто из нас не в состоянии остановить ход
начатых здесь работ, - смягчив тон, пояснил Альберт, - поэтому твоей первой задачей станет
тестирование систем строительных кибермеханизмов, которые должны заменить рабочих уже в
этом году. А я пока свяжусь с отделом перспективных исследований НАСА. Они, насколько я
знаю, несколько лет назад занимались аналогичной проблемой.
- Аналогичной чему? - машинально уточнил Герберт, пытаясь примирить свой
рассудок с перспективой, которую скупо обрисовал для него Уилсберг.
- Ты сам сказал, что адекватную нашим задачам машину можно создать на базе точной
копии биологических нейросетей, - спокойно ответил генерал. - Вот я и собираюсь узнать,
существуют ли какие-то наработки в данной области.
Герберт внутренне похолодел.
За годы напряженных исследований он так и не смог определить, где расположена черта,
за которую ни в коем случае не стоит переступать. Генерал Уилсберг, похоже, таким вопросом
не задавался...
Россия. 2003 год
Антон никогда не думал, что его жизнь может совершить такой немыслимый поворот.
Судьба, явившаяся в образе Сереги Давыдова, внезапно даровала ему шанс преодолеть не
только физические увечья, но и начать иную жизнь, где нищета, окружавшие его грязные,
примитивные помыслы, людское равнодушие и доводящая до глухого отчаяния внутренняя
боль остались кошмарными призраками прошлого, назидательными воспоминаниями, которые
постепенно тускнели, отдалялись под напором новых впечатлений.
Антон задался целью и достиг ее. Его самообразование шло долгим, трудным путем проб
и ошибок, но неудачи не обескураживали Извалова. Он вновь и вновь повторял пройденные
этапы, стремясь постичь саму суть процессов программирования, и такой подход в конечном
итоге полностью оправдал приложенные усилия.
Стремясь к пониманию, он приобрел неоценимый опыт: его познания в области
программирования уже нельзя было назвать поверхностной эрудицией, и наступил тот миг,
когда он почувствовал, что ему неинтересно пользоваться чужими разработками: Антон хотел
самостоятельно творить, но, прежде чем реализовать эту внутреннюю потребность, ему
пришлось пройти еще один, не менее трудный этап.
Жизнь опять вторглась в его планы со своими реалиями. Он ощущал себя так, будто
очнулся от долгого сна и теперь смотрел на изменившийся мир широко открытыми глазами.
За полтора года, которые он провел среди строгих законов алгебры чисел, прогресс успел
шагнуть далеко вперед. Компьютеры, составляющие основу домашней сети, стремительно
устаревали, связь с Всемирной Паутиной оборвалась больше месяца назад, а виной всему было
отсутствие денег.
Произведя ревизию остатков наличности, он понял, что необходимо найти хотя бы
временный заработок, а значит, поездка в Санкт-Петербург была неизбежна.
Извалову нелегко далось это решение: город, в котором без следа исчез Сергей, вызывал в
нем чувство внутреннего неприятия, однако искать подходящую вакансию в ином месте было
бы наивным заблуждением с его стороны.
Оставалось одно: собрать свои эмоции в кулак и ехать.
...Город сильно изменился с той поры, когда он был тут в последний раз, но сейчас
Антону некогда было любоваться обновленным обликом Северной Пальмиры. Он приехал
искать работу и поступил самым простым, но заранее обдуманным способом: прямо на вокзале
купил газету и, сев на скамейку, принялся изучать страницы, посвященные рекламе и частным
объявлениям.
Вакансий, связанных с непосредственным знанием компьютера, оказалось неожиданно
много, но большая часть объявлений уже не могла устроить Извалова: должность секретаря или
сетевого администратора ему явно не подходила, он перешагнул эту ступень и не хотел отката в
прошлое, к тому же он не собирался покидать свой дом и переезжать в большой город.
В конечном итоге после скрупулезного анализа он выделил для себя несколько адресов и
направился по ним.
В двух случаях ему не повезло, удачу принес лишь третий посещенный им офис.
Небольшая фирма располагалась в отделанном под "евростандарт" полуподвальном
помещении с узкими зарешеченными окошками, расположенными на уровне тротуарного
покрытия улицы.
"Организации требуются опытные программисты".
Он положил газету с отчеркнутым объявлением на стол перед молодым человеком,
очевидно, совмещавшим в одном лице роль охранника, секретаря и менеджера. Тот не
удивился, даже не удостоил критическим взглядом облик Антона, лишь хмыкнул и произнес,
наклонившись к выдвинутому ящику стола:
- Мы не принимаем на работу без тестирования. Вот. - Он положил на стол перед
Изваловым два безликих компакт-диска. - На одном программа и задание к ее доработке.
Готовый продукт перепишешь на болванку. - Он постучал пальцем по коробке второго
компакта. - Срок - два дня, не учитывая сегодняшний. Справишься - получишь новое
задание и оплату наличными. Нет - извини. У нас такие правила.
- Меня устраивает, - ответил Антон, который втайне желал найти работу именно такого
сорта. - Если все пойдет нормально, можно будет использовать глобальную сеть для
получения заданий и взаиморасчетов?
- Ты сделай сначала... Как будет дальше, решать уже не мне. Пойдешь выше.
- Хорошо. - Антон забрал диски. - Я вернусь через два дня.
Так в жизни Извалова начался новый этап. На фирму, расположенную в полуподвальном
помещении, он проработал всего полгода. Платили там хорошо, деньги, полученные за
периодическое выполнение работ, позволили Антону восстановить связь с глобальной сетью и
модернизировать свои компьютеры, но сам способ заработка ему пришелся не по душе.
"Ломать" лицензионные программы, русифицировать взломанные версии, а затем
приспосабливать их для нужд конкретных предприятий было не очень сложно, но у Извалова к
этому моменту уже выработался некий внутренний кодекс чести: он понимал, как сложно
написать и отладить по-настоящему хороший, качественный программный продукт, и уважение
к чужому труду подспудно мешало работать, ведь он, по сути, занимался пиратством, отнимая
часть прибыли у законных разработчиков и производителей.
Исходя из этих соображений, он, получив доступ в Интернет, постоянно вел поиск
приемлемой вакансии, и, как только ему подвернулся легальный заработок, Антон порвал с
прежними работодателями.
Новая жизнь открывала широкие перспективы: первое время он работал самозабвенно,
теряя счет времени, его опыт ширился, охватывая неведомые доселе области прикладного
программирования, и это в свою очередь подталкивало его к дальнейшему развитию.
Иногда, вспоминая прошлое, он невольно задумывался над происходящим, понимая, что
за краткий отрезок времени незаметно шагнул из прошлого в будущее. Он мог объять весь мир,
не выходя из своего рабочего кабинета, его мысль блуждала по всемирной сети, в то время как
физическое тело оставалось в лесной глуши российской глубинки...
Был период, когда Антону казалось, что сеть в конечном итоге поглотит его разум, но он
нашел в себе силы очнуться от этого наваждения и помимо работы стал уделять внимание
своему физическому состоянию. Поначалу даже временный насильственный уход от
виртуальной реальности проходил болезненно: неодолимо тянуло назад, к тускло освещенному
монитору, но он пересилил эти фантомные зависимости, заставляя себя бывать на свежем
воздухе, вовремя питаться, выходить в лес, и постепенно его жизнь начала обретать гармонию.
Если бы не мысли о Сергее, то Антон мог бы назвать себя счастливым, состоявшимся
человеком.
Душа по-прежнему не хотела верить, что Давыдова больше нет, и эти тщетные надежды,
исподволь отравляющие рассудок, заставляли его все больше замыкаться в себе, не желать
другого общества, кроме глухой тишины леса да фантомного мира электронных сетей.
Глава 6
Соединенные Штаты Америки.
"Орлиное Гнездо". Январь 2003 года...
Массивная бронированная дверь тихо захлопнулась, издав чавкающий звук герметичного
уплотнителя.
Мистер и миссис Тейлор одновременно вздрогнули, будто этот звук отсек внешний мир
со всеми его проявлениями, оставив глубоко несчастную супружескую пару наедине со своей
пятилетней дочерью, находящейся под опекой сложного аппарата поддержания жизни...
- Моя Элиза... - Миссис Тейлор, не выдержав, сделала шаг вперед и тут же
разрыдалась, увидев, что под прозрачным колпаком лежит не ее дочь, а нечто ужасное: сотни
гибких проводов и тонких трубочек тянулись к фрагменту живой плоти; глубоко вонзаясь под
кожу, они оплетали грудную клетку и плечи ребенка, обрамляя бледное неподвижное лицо
Элизабет, будто неестественный парик с длинными жесткими локонами.
Отец девочки шагнул к жене, желая ее утешить, но его остановил негромкий голос
человека, присутствие которого осталось незамеченным из-за обилия расставленной вокруг
аппаратуры:
- Мистер Тейлор, нам нужно поговорить.
- Кто здесь? - Дункан нервно обернулся и встретился взглядом с незнакомцем, который
стоял чуть поодаль от камеры поддержания жизни.
- Генерал Уилсберг, к вашим услугам, сэр. - Он слегка склонил голову и добавил: -
Горе родителей безутешно. Я понимаю это, но слезами ему не поможешь.
Мистер Тейлор нахмурился.
- Я удивлен, господин генерал. Почему наша дочь оказалась тут, на военной базе? Что
вы пытаетесь сделать?
- Мы пытаемся помочь ей выжить и вновь стать полноценным человеком, - ответил
Альберт, жестом указывая на стоящие особняком кресла. - Пусть вас не пугает обстановка
подземных уровней: все передовые исследования, представляющие национальные интересы
страны, должны охраняться от посягательств извне.
- При чем тут наша дочь?! - нервно переспросил Дункан.
- Сэр, постарайтесь успокоить жену и давайте сядем, чтобы я мог спокойно ответить на
ваши вопросы.
Дункан несколько секунд колебался, но потом все же внял настойчивой просьбе. Подойдя
к камере поддержания жизни, он взглянул на Элизу, внутренне содрогнувшись от
непереносимой душевной боли, и машинально обнял безутешно рыдающую Катрин за плечи.
- Пойдем, дорогая. С нами хочет поговорить генерал Уилсберг.
Они сели в глубокие кресла, расположенные чуть в стороне от сложного комплекса
медицинской аппаратуры.
Уилсберг с искренним участием посмотрел на супружескую пару и произнес:
- Вас извещали о том, что правительство взяло на себя заботу о поддержании жизни
Элизабет после того, как ведущие гражданские клиники расписались в своем бессилии?
- Да, - кивнул отец Элизы. - Но это было почти полгода назад, - напомнил он,
напряженно глядя на Альберта. Во взгляде сорокалетнего мужчины ясно читались душевная
боль и внутреннее неприятие ситуации в целом.
- Задержка с вашим приездом была вызвана угрозой, исходящей от террористических
групп. Мы были вынуждены перевезти всю необходимую аппаратуру под защиту военной
базы, - ответил генерал, спокойно выдержав направленный на него взгляд. - Пока
осуществлялись все подготовительные действия, мы предпочли не рисковать, вселяя в вас
надежду. Теперь же мы можем поговорить по существу.
- Да, мы готовы, господин генерал... - сделав над собой усилие, откликнулся Дункан.
- Зовите меня просто Альберт. Это не фамильярность - так нам будет легче найти
общий язык...
Миссис Тейлор подняла на генерала покрасневшие от слез глаза и с усилием кивнула.
- Мы слушаем вас... - сдавленным голосом произнесла она.
- Вы мужественные люди, и потому я стану говорить прямо, не уходя в сторону от
существа вопроса, с тем чтобы пощадить родительские чувства. - Уилсберг посмотрел на чету
Тейлор и продолжил: - Почти год назад в результате автокатастрофы вы потеряли дочь. Тот
факт, что спасателям удалось вовремя извлечь ее тело из исковерканной машины, а медикам
подключить организм девочки к аппаратам искусственного поддержания жизни, не является
случайным стечением обстоятельств - мы контролировали аварийные ситуации на всех
основных трассах страны и были готовы к немедленным действиям. Собственно, вы выжили по
тем же причинам, - дополнил он свой комментарий существенной оговоркой.
Ответом полковнику послужила гробовая тишина, нарушаемая лишь тонким
попискиванием индикационных сигналов сложного реанимационного комплекса. Впрочем,
Альберт не ждал каких-то немедленных реакций на свое заявление и потому продолжил:
- Вы должны понять: здесь расположен не отдельный нейрохирургический центр,
работающий под прикрытием Министерства обороны. На самом деле сюда призваны лучшие
специалисты, представляющие разные области человеческих знаний, собраны уникальные
комплексы аппаратуры, и все это в текущий момент преследует лишь одну цель - дать вашей
дочери новую жизнь.
- Это возможно? - тихо спросила Катрин. - У Элизы больше нет рук и ног, она... -
Женщина не выдержала собственных слов и разрыдалась.
- Практически мы не располагаем успешными прецедентами подобных операций, но
повторю: у нас есть обоснованная теория, адекватная аппаратура, квалифицированные
специалисты и здравый энтузиазм, - пояснил Альберт. - Смысл задуманного нами
эксперимента заключается в том, чтобы переместить сознание Элизабет в тело ее клона.
Теоретически это возможно, но сам процесс будет растянут во времени и разделен на несколько
промежуточных фаз. Общий успех зависит от множества не изученных пока факторов... но
когда-то все случается впервые. - Эти слова заставили Дункана и Катрин вздрогнуть.
- Чего вы хотите от нас? - спросила миссис Тейлор. - Письменного разрешения? Я не
подпишу ни одной бумаги, пока не буду в точности знать, что именно вы собираетесь сделать с
Элизабет. - Ее голос оставался тихим, но в нем сквозила несгибаемая воля женщины, которой
уже довелось пережить все самое худшее, что может случиться с матерью, потерявшей своего
единственного ребенка.
- Для того чтобы предпринять попытку возродить вашу дочь, нам на данной стадии
необходимо не просто ваше согласие, но и активное содействие, - ответил ей Уилсберг. - Я
считаю, что без участия родителей личность ребенка не сможет пройти успешной
трансплантации в новое тело.
Отец девочки, до этого момента смотревший в пол, поднял голову.
- У каждого эксперимента есть конечная цель, - поборов раздирающие его чувства,
произнес он. - Спасение нашей дочери не является вашей главной задачей, ведь так?
Генерал сокрушенно покачал головой.
- Вы рассуждаете неверно. На данном этапе именно спасение Элизабет является
архиважным...
- Не нужно уходить от ответа. - Голос Дункана, несмотря на удивительное
самообладание, все же дрогнул. - Вы запросто рассуждаете о клонировании человека, в то
время как наше законодательство запрещает подобные эксперименты, говорите о
трансплантации личности, что для меня звучит, мягко говоря, неправдоподобно. При этом ваш
уверенный тон вселяет жестокую надежду...
- Да, вы правы. - Уилсберг машинально сцепил руки в замок. - Ряд технологий еще не
апробирован, это касается прежде всего схемы трансплантации личности. Специалисты НАСА
разработали уникальный прибор - нейротомограф. С его помощью мы можем сканировать
мозг, снимая показания с каждой клетки нервных тканей. На основе полученной записи мы
сохраним копию сознания вашей дочери, разместив данные в искусственно созданной
нейроструктуре.
Альберт выдержал небольшую паузу, а затем продолжил:
- Сейчас сознание вашей дочери погашено состоянием комы. Так организм отреагировал
на смертельную травму. Прежде чем начать сканирование, мы должны вывести ее из кокона
психологической защиты. Специалисты лаборатории создали уникальный комплекс
оборудования, который сформирует виртуальную реальность, связанную с рассудком Элизабет
через имплантированный ей нейросетевой чип. Разум вашей дочери очнется в комфортной
обстановке, она не будет ощущать, что утратила руки и ноги. Но девочка не должна оставаться
одна - для успешной реанимации разума ей необходимо ваше присутствие.
- Каким образом мы сможем общаться с Элизой? - сдавленно спросил Дункан.
- Вам предстоит научиться жить в виртуальной среде, - ответил Альберт. - Не могу
сказать, что это легко и комфортно, но иначе мы рискуем потерять Элизабет навсегда...
На некоторое время в лаборатории опять повисла гнетущая тишина. Родители несчастной,
ничего не подозревающей девочки были глубоко потрясены: с одной стороны на них давило
жалкое, фактически безвыходное состояние собственного ребенка, а с другой - подступал
инстинктивный ужас: ведь над их дочерью собирались поставить эксперимент, технологии
которого выходили за рамки осознанного понимания... Уверенный тон Уилсберга не мог
полностью убедить двух раздавленных личным горем людей в том, что этическая и
технологическая сторона скупо обрисованных им процессов может быть реализована на уровне
здравого смысла...
- Каким образом вы сможете внедрить сознание Элизы в мозг клона? - наконец спросил
Дункан.
- В этом вопросе заключен весь смысл эксперимента. С момента своего рождения клон
Элизабет будет спать. Его разум останется чист, в то время как тело будет расти. Когда
физическое развитие клона достигнет пятилетнего возраста, мы осуществим обратный процесс
передачи данных. Если говорить утрированно, новому разуму в определенный момент начнет
сниться сон, который на самом деле явится медленной, дозированной трансляцией записи. То
есть, когда мы разбудим клона, на свет появится Элизабет, ваша дочь.
- В это трудно поверить, - произнес Дункан.
- Простите, я понимаю: все сказанное мной сложно осмыслить в течение краткого
собеседования, но сейчас важны не технические детали процессов - их обоснование я смогу
разъяснить позже, - в данный момент мне необходимо получить ваше принципиальное
согласие, чтобы мы могли действовать дальше, не упуская драгоценного времени. В данном
состоянии наша дочь проживет не более двух месяцев. Потом начнутся необратимые процессы:
мозг, заблокированный состоянием комы, начнет терять информацию личности.
Дункан и Катрин, не сговариваясь, посмотрели на изувеченное тело дочери, смутно
различимое сквозь колпак реанимационной камеры. Они искренне любили Элизабет, и мог ли
кто-то из них ответить "нет" в ответ на предложение полковника?
- Кто будет вынашивать клон Элизы? - отвернувшись, спросила Катрин.
- Естественно, - вы, миссис Тейлор, - без колебаний ответил Уилсберг. - И пусть вас
не смущает действующее законодательство: в каждом правиле есть место для исключения.
- В таком случае, я согласна. - Миссис Тейлор посмотрела на мужа, и тот кивнул,
понимая, что отрицательный ответ в данной ситуации попросту невозможен.
Надежда всегда умирает последней.
В течение последующих двух недель в лабораториях и жилых отсеках подземного уровня
"С" произошли значительные перемены.
Во-первых, к медицинскому оборудованию, окружающему полупрозрачный колпак
реанимационной камеры, добавилось десять серо-стальных прямоугольных столбов, под
оболочкой которых скрывались сотни соединенных в локальную сеть компьютерных блоков. С
момента их включения помимо проводов, капельниц и дыхательных трубок систем
жизнеобеспечения сквозь специальные отверстия внутрь реанимационной камеры протянулись
оптоволоконные кабели интерфейсов.
Окажись в этом изолированном помещении неподготовленный человек, внешний вид
изувеченной девочки наверняка внушил бы ему ужас: наголо обритую голову Элизабет теперь
покрывали имплантированные в черепную кость компьютерные разъемы, толстые жгуты
сплетенных между собой кабелей, закрепленные на специальных подвесках, едва не касались
бледной кожи ее исхудавшего лица с заострившимися чертами. Веки Элизабет были плотно
смежены и зафиксированы в таком положении. Казалось, что под колпаком камеры лежит
нечто противоестественное, несовместимое с привычной моралью и негласным кодексом чести
медицинских работников.
Однако внешний вид девочки, которая по всем канонам должна была скончаться более
года назад, никак не отражал ее внутреннего состояния...
...За толстыми стенами биолаборатории, в смежных отсеках, отведенных для проживания
супружеской чете Тейлор, также произошли серьезные перемены.
В соседней со спальным помещением комнате техники установили два компьютерных
терминала, перед которыми возвышались громоздкие кресла весьма солидных размеров.
Утром, задолго до завтрака, к Дункану и Катрин зашел генерал Уилсберг.
- Сегодня я бы не рекомендовал вам есть, - поздоровавшись, предупредил он, как бы
извиняя этим свой ранний визит. - Накануне вечером техники доложили мне о полной
готовности комплекса виртуальной реальности. Думаю, что нет смысла откладывать
знакомство с фантомным миром. Как вы смотрите на небольшую прогулку?
- Мы, естественно, не против, но почему вы не сообщили нам об этом накануне? -
задал встречный вопрос Дункан.
- Вы и так достаточно нервничаете, я это знаю, а бессонная ночь перед вхождением в
виртуальную среду - скверный стимул для адаптации.
- Хорошо, тогда не будем терять времени, - напряженно произнесла Катрин. -
Ответьте, генерал, мы сегодня увидим Элизу?
- Нет, - покачал головой Уилсберг. - Вам потребуется время, чтобы адаптировать
свой разум к виртуальной среде. Все не так просто, как кажется. Это не компьютерные забавы
за настольным монитором. Виртуальный костюм - очень некомфортный, но весьма
эффективный в плане передачи ощущений комплекс оборудования. Ваши модели к тому же
снабжены системой жизнеобеспечения и медицинского мониторинга, так что, - генерал указал
на двери, ведущие в смежную комнату, - попрошу, знакомьтесь...
Они вошли в соседнее помещение, где накануне допоздна возились техники, и их глазам
предстали два подвешенных на специальных растяжках костюма виртуальной реальности.
Взгляд поначалу терялся во множестве технических деталей, не сосредоточиваясь на
размерах и форме.
- Что это? - спросила Катрин, рассматривая систему гибких шлангов, выходящих из
похожей на скафандр экипировки в районе поясницы.
- Система удаления физиологических отходов, - спокойно пояснил Альберт, указывая
на катетеры. - Вам придется проводить в костюмах по пять-шесть часов, а быть может, и
больше, если того потребует внезапная необходимость.
- Вы думаете, что я смогу... гадить под себя? - Катрин недоуменно посмотрела на
генерала и тут же поправила свою мысль: - Я, конечно, могу побороть брезгливость ради
дочери, но как это будет выглядеть там? Я же не профессиональная актриса, поймите.
- Понимаю, - кивнул Уилсберг. - Именно поэтому до первой встречи с дочерью вам
необходимо свыкнуться с новыми ощущениями, научиться контролировать себя, свои мысли и
реакции. Все решается достаточно просто. Мы оборудовали фантомный мир Элизабет всеми
мыслимыми удобствами, и вам не составит труда извиниться перед дочерью и зайти в туалет,
верно?
- Я... Я не подумала об этом.
- Ничего страшного, Катрин. Раздевайтесь, сейчас вас подготовят к первому сеансу.
Если хотите, я выйду, но избежать присутствия врачей и техников не удастся.
- Нет, Альберт, вы можете остаться, - вмешался в их диалог Дункан. - Мы ведь не
обещали, что будет легко, правильно?
Процедура подготовки заняла около двадцати минут.
Костюмы виртуальной реальности действительно напоминали скафандры как по своему
объему, так и по строению облегающих тело оболочек. Системы насильственного питания,
удаления отходов, дыхания, терморегуляции - все это составляло необходимый минимум для
многочасовых экскурсов в фантомный мир.
Однако большая часть аппаратуры, пластично вмонтированная в первую, плотно
облегающую тело оболочку, служила не для поддержания жизнедеятельности, а исключительно
для симуляции ощущений. Для того чтобы не вызвать у Элизабет чувства натянутости,
ненатуральности, они должны были чувствовать все, что ощущает она.
Конечно, при тестовом знакомстве с экипировкой родителей Элизы не покидал
иррациональный стыд перед множеством незнакомых людей, они испытывали мучительную,
унизительную неловкость от подключения катетеров, капельниц, датчиков, но страх, стыд и
замешательство - все осталось позади и было сторицей вознаграждено теми ощущениями,
которые они испытали при первом входе в пространство виртуального мира Элизабет.
...Поначалу переход показался им головокружительным падением в бездну, но это
тошнотворное ощущение длилось лишь несколько минут: придя в себя, Дункан и Катрин
поняли, что стоят на асфальтированной дорожке подле высокого кирпичного забора, за
которым возвышалось здание, являющееся точной копией одной из больниц их родного города.
Не без содрогания и замешательства они делали свои первые неуклюжие шаги по
асфальтированной дорожке. Разум поначалу отказывался адекватно воспринимать
окружающее, чувство тошноты периодически возобновлялось - это вестибулярный аппарат
пытался протестовать против фантомных ощущений движения, ведь физические тела Дункана и
Катрин на самом деле не двигались, - они застыли в сидячем положении, скованные
непривычной тяжестью виртуальных костюмов.
Однако шаг за шагом становилось все легче, к тому же кроме чувства явного дискомфорта
появились новые, неожиданные для них ощущения. Кто бы мог подумать, что внутренний,
плотно облегающий тело слой виртуального костюма сможет так точно передавать знакомые,
но вновь узнаваемые ощущения - например, легкое дуновение ветерка, шероховатую фактуру
кирпичной кладки, случайное прикосновение ветви декоративного кустарника, отделяющего
тротуар от проезжей части...
Первый сеанс длился всего лишь пятнадцать минут, но, когда техники отключили
аппаратуру, прерывая кон
...Закладка в соц.сетях
