Жанр: Научная фантастика
Рапсодия гнева 3. Разбудить бога
...о,
заметил водитель избыточную энергонасыщенность моего "жигуленка"? Вряд ли. Такие
машины, как у меня, никто всерьез не принимает. И даже если какой-то маневр выходит за
рамки привычного, ему стараются найти объяснение во внешних причинах, например в
нерасторопности других участников движения. Мне, кстати, это было на руку - не хотелось
сразу открывать все карты и демонстрировать весь спектр технических улучшений, стоивших
шестьдесят тысяч. Поэтому я активно нажимал на газ только для того, чтобы успевать
встроиться в образовавшуюся прореху. Со стороны это могло выглядеть либо как везение, либо
как незаурядное водительское мастерство.
Маневрируя в потоке таким образом, я без особого труда оторвался от слежки, затем, уже
вне зоны видимости преследователей, свернул во двор, и только потом поддал как следует,
стараясь, чтобы колеса не прихватывали заснеженную обочину. Минута такой гонки давала
полную гарантию отрыва от слежки, поэтому, миновав пару кварталов, я не стал больше
рисковать и сбавил скорость. Меня мучило любопытство: какая новая сила пришла в движение?
Кому еще, кроме Хранителей, бандитов и ментов, понадобилось за мной следить? Или это не
новая сила, а какая-то из этих трех старых? Насчет Хранителей я не располагал достаточной
информацией, но ментам или бандитам канареечная "бэшка" вряд ли могла прийтись по вкусу.
Так что, скорее всего, сила была именно новой.
Так, в задумчивости, я добрался до клиники. Дробовик пришлось сдать охранникам, так
что из оружия остались только очки на носу. Хотя оружием их назвать трудно, они были скорее
индивидуальным средством защиты. Но хоть что-то... Я поднялся на лифте и постучался в
кабинет Анечки.
- Да! - ответила она из-за двери. - Заходите.
- Привет, - улыбнулся я, перешагивая через порог.
- Один? - удивилась она.
- Катька все же укатила на гастроли. - Я немного смутился и пожал плечами.
Чего смутился? Трудно сказать.
- Ну и правильно, - кивнула Анечка. - А то петь разучится. Заходи, заходи,
раздевайся.
Сняв пальто и повесив его на вешалку в углу, я решил сразу перейти к делу.
- Что у меня за инфекция?
- По большому счету, ерунда, - ответила Анечка. - На начальной стадии лечится
одной таблеткой. Меня другое интересует: откуда в наших суровых российских краях взялся
этот экзотический грибок?
- Что? - напрягся я.
- Грибок. Микроскопический. В крови.
- У меня в крови?
- Ну да... - ответила Анечка, не понимая, что со мной происходит.
А я испугался. Банально. Как пугается школьник, когда его останавливают трое дюжих
старшеклассников, чтобы отобрать мелочь, выданную родителями на завтрак. Я вспомнил, как
страшно и противоестественно шевелилась грибница, растущая из тела поверженного мною
противника. И в отличие от Анечки, я прекрасно знал, каким образом инфекция попала мне в
кровь.
"Вот почему брат Алисы в меня не стрелял! - поду мал я. - Они не собирались меня
убивать. Они для другого напали! Им надо было заразить меня этой гадостью. Зачем? Да
понятно ведь! Хранителей стало мало, и они решили меня взять в свои редеющие ряды. Ну и
трепло же Алиса! Пыталась прикрыть истинный смысл нападения ненавистью к Нанимателю. А
на самом деле... Вот тебе и билет в сферу взаимодействия первым классом!"
Честно говоря, такой путь меня мало устраивал. Терпеть не могу инфекций. Стоило мне
представить, что у меня в теле вырастет нечто живое и чужеродное, как тут же по спине
ринулись ледяные мурашки. О том, что грибница может дать какие-то бонусы, я и думать не
собирался. На фиг! Но вот интересно, почему Хранители решили заразить именно меня?
Наверное, им нужен был человек, побывавший в сфере взаимодействия. Или победивший
Кирилла, Или то и другое вместе. Но надо же какова Алиса! Договор мы с ней заключили...
Сучка рыжая! Она и усыпить меня хотела, скорее всего, для той же цели. Не была уверена, что
брат справился с задачей. И ведь даже не спросила, зараза, успел ли он меня ранить.
"Ух и побеседую я с ней! - со злостью подумал я. - Может, даже с помощью Эдика".
- Ты можешь меня избавить от этой заразы? - спросил я Анечку.
- Говорю же, проще простого. Хватит одной таблетки. Таблетка, правда, не очень
дешевая...
- Когда это меня цена волновала? - пробурчал я.
- Ладно, не волнуйся ты так. Говорю же, ничего страшного.
Мне захотелось выяснить подробности.
- А что за грибок, известно? - спросил я.
- Да, - кивнула Анечка. - Это в принципе Sporothrix - диморфные грибки,
передающиеся человеку в основном при уколах шипами или попадании в тело заноз. Они
вызывают поражение кожи и подкожной клетчатки с вовлечением лимфатических сосудов и
узлов. Терапия состоит в пероральном назначении йодида калия и внутривенном введении
амфотерицина. Но в твоем конкретном случае мы выявили довольно значительную мутацию
этого грибка. Я тут выяснила, твой редкий мутант в природе встречается в экскрементах
некоторых птиц, обитающих в Индии. Вспышки инфекции крайне редкие, поскольку этот
грибок активизируется только в случае резкого понижения иммунитета. Если ты крепко выпил
перед ранением, то грибок, оказавшийся на лезвии ножа, которым тебя ударили, мог не
встретить активной защиты организма. Как бы там ни было, он начал бурно развиваться. И
сейчас нам его надо подавить.
- Валяй, - кивнул я как можно спокойнее. Но внутренне меня трясло.
Анечка дала мне пилюлю, а затем сделала внутривенный укол.
- Лекарство принимай три раза в день. А на укол жду тебя завтра в это же время. Кстати,
эта твоя инфекция не заразная.
- И то хорошо.
- Да. Вы вроде с Катькой говорили о тантре и групповом сексе?
- И что? - насторожился я.
- Я сегодня вечером собираюсь в одну очень приличную компанию, где приветствуются
подобные развлечения. Не в смысле тантры, а в смысле группового секса. Не хочешь составить
мне компанию? А то там косо смотрят на тех, кто приходит без пары.
- Нет, извини, - помотал я головой. - Работы до фига.
- Жаль, - вздохнула Анечка. - С тобой было бы интересно потрахаться.
- Почему?
- Ну так сложно сказать. Меня заводит, что ты был на войне. Это в нас, в женщинах,
наверное, со времен мамонтов осталось - хочется трахнуть воина и охотника, потому что от
него веет какой-то таинственной энергией, которой нет у других.
- Я бы рад, но не могу, - развел я руками. - Может, в следующий раз. Ты звякни, если
что.
- Значит, ты со мной не против?
- Да нет. Ты вроде симпатичная, - соврал я.
На самом деле "соврал" - не совсем точное слово. Анечка на самом деле была
симпатичной, даже красивой по всем журнальным стандартам. Но мне такие не нравились.
Хотя странно - Алиса тоже попадала под этот стандарт, но меня она возбуждала, а вот Анечка
нет. Наверное, дело все же действительно в какой-то энергии, которую ученые еще не совсем
открыли, как выразилась Катька.
- Ладно, тогда позвоню, - улыбнулась она.
Я поспешил покинуть кабинет и, не дожидаясь лифта, чуть ли не кубарем скатился по
лестнице. Во дворе осмотрелся, выискивая взглядом желтый "BMW" за забором клиники. Но
его там не было. Вероятно, я нормально оторвался от хвоста. А еще говорят, что у нас в стране
отвратительная автомобильная промышленность! "Жигульку" не смогли догнать на
германском чуде техники.
Обменяв у охранников алюминиевый номерок обратно на свой мушкетон, я закинул его
на заднее сиденье и направил машину в сторону дома, озираясь, как летчик во время
воздушного боя. Сердце сжималось в недобром предчувствии. После выходки с моим
заражением у меня теперь не осталось ни малейшего доверия к Алисе. И к ее словам,
соответственно. Сколько она мне выдала правды, сколько соврала? Одному Спящему Богу
известно. А я еще, как осел, отдал ей тело, приобретенное за кругленькую сумму в долларовом
эквиваленте...
Неожиданно раздался телефонный звонок. Я взял телефон и с удивлением услышал голос
Адика.
- Саша, извини, что тебя беспокою, - сказал он. - Но у меня тут вещичка одна
завалялась в тире.
- Какая еще вещичка? - не понял я.
- Пистолет. Видимо, обронил твой невидимый киллер, когда Катенька в него попала. Что
мне делать с трофеем?
- Погоди-ка, - у меня возникло дурное предчувствие. - А что за пистолет?
- "Беретта", - ответил Адик.
"Не бывает таких совпадений, - подумал я. - Хотя в принципе "беретту" киллеры
частенько используют".
Однако я был уже почти уверен, что Адик нашел не какой-то там пистолет, а именно
"беретту" Кирилла, Оброненную Алисой, разумеется. А раз так, то получается, что моя рыжая
знакомая в момент нападения на меня находилась в кабинете вместе с братом. Странно, однако.
Значит, она видела, что он меня полоснул кинжалом! Зачем же тогда повторно напала в тире,
ведь я уже был заражен? А потом дома? Идиотизм, честное слово. Или цель повторных
нападений состояла уже в другом? По всей видимости, именно Алиса и вырвала из моих рук
пистолет. Ох, странно...
Я ощутил, что более или менее стройная картина произошедших событий, которую я
выстроил с таким трудом, расползается как мокрая марля. Концы снова перестали сходиться с
концами, и это раздражало меня немыслимо.
- Слушай, Адик, - сказал я в трубку. - Глянь внимательно на левую накладку рукояти.
Ничего там необычного не видишь?
- Вижу. Она была треснута, потом ее склеили.
- Хорошо. Тогда я тебе этот пистолет дарю. Можешь делать с ним что хочешь. Пока.
Я швырнул трубку на сиденье и зло шарахнул кулаком в руль. Треснутая накладка была
на пистолете Кирилла, это я помнил прекрасно. А раз так, то доверять после всего Алисе -
дураком надо быть. А быть им не хотелось, Честно говоря, во мне даже жадность проснулась,
что бывало редко, - мне до слез стало жаль денег, выплаченных Эдику за доставку покойника.
- Натянуть бы ей глаз на жопу... - в сердцах сказал я. - Лиса хитрющая...
Однако сколько бы я ни бесился, это вряд ли принесло бы хоть какую-то пользу, так что я
взял себя в руки, На самом деле я был почти уверен, что больше никогда не увижу Алису. А
Кирилла? Это зависело от многих вещей. Способов попасть в сферу взаимодействия не так уж
много, а мне вообще был доступен только один - дождаться Катьку и провернуть сработавший
год назад фокус с особыми аккордами. А это нисколько дней коту под хвост. Может, даже
неделя.
Хуже того, я вдруг заподозрил, что на самом деле Алиса с Кириллом заодно. Что нет
никаких Хранителей, а если и есть, то цели у них могут быть совершенно иные, мне
неизвестные. Диктофонную запись Кирилл мог нарочно сделать именно так, чтобы
максимально ввести меня в заблуждение. А затем, уже с помощью Алисы, как-то использовать
меня в своих целях. С него станется. Вот уж, что называется, и из могилы, гад, меня достает! Я
вдруг снова, как год назад, ощутил себя пешкой, которую Кирилл поставил в ряд других
шахматных фигур. Оставалась одна надежда, что, как и в прошлый раз, я смогу пройти в ферзи.
Хотя в какие уж там ферзи я прошел? В полную задницу я влез, вот что. Как последний шпак.
Вернувшись домой, я загнал машину в гараж, разделся и с ружьем на плече направился в
библиотеку. Так и подмывало шарахнуть из обоих стволов в какую-нибудь вазу или в предмет
обстановки. Останавливало меня только то, что Катька, осмотрев разрушения, молча повертит у
виска пальцем. И мне будет стыдно.
Глава 11
IN VITRO
Этот день доконал меня так, что я уснул прямо за компьютером. Откинулся в кресле и
вырубился, как вырубался, бывало, возвращаясь с боевого задания. Только сядешь, начнешь
разуваться, а просыпаешься лишь через пару-тройку часов, причем в одном ботинке,
облокотившись спиной о спинку кровати. Так и теперь - в глазах еще рябили строчки текста,
которые я читал с монитора, но сон уже овладел мною полностью, спеленав как младенца.
Глубокий черный сон, похожий на внутренности компьютера. Откуда такое сравнение? Да черт
его знает. Наверное, потому, что компьютер был последним объектом реальности, который
остался в памяти на момент погружения в сон. Скорее всего.
Вообще сон - странная штука. Сколько уж его исследовали и так, и эдак, а толку чуть.
Ни Фрейд, ни Юнг, ни современные эскулапы ни черта о снах не выяснили, по большому счету.
Что за образы рождаются в мозгу, когда он проваливается в черную бездну измененного
состояния? Воспоминания? Мечты? Просто бред? А может, нечто реальное? Личный опыт
говорил в пользу последнего. Иначе как объяснить свойства сферы взаимодействия, в которую
я не раз попадал во сне? Хотя "попадал" - не совсем точное определение. Попасть туда не такто
просто. Как говорит Алиса, для этого надо приложить энергию. И не малую. А потому меня
туда чаще затаскивал Кирилл с помощью своего оборудования. Но пару раз я попал туда по
собственной воле. Один из них благодаря Катьке.
Сначала я думал, что повторяющийся сон о странном мире, в котором постоянно хлещет с
небес ливень, - просто сон. Ну странноватый, конечно, в первую очередь поражающий своей
реалистичностью и повторяемостью. Но все же сон и есть сон. И еще там всё время шел бой.
Как только я оказывался в таких снах, почти сразу надо было стрелять, уворачиваться от
выстрелов и терять друзей. В этом как раз ничего удивительного не было. В то время когда мне
начали сниться такие сны, я только вернулся с войны. Казалось, она просто не отпускает меня.
Потеряв власть надо мной в реальности, она просочилась в сны и продолжала терзать,
заставлять хоть по ночам жить ее варварскими законами.
Но потом все оказалось сложнее. И страшнее. Оказалось, что сфера сна, в которую я
попадаю, подвластна одному человеку - Нанимателю. Кириллу. Странно вышло. Сначала он
нанял меня в реальности сценаристом на студию, что было уже само по себе удивительно,
учитывая мое полное отсутствие всякого опыта в этих делах, а в следующую ночь, уже во сне,
нанял снайпером в отряд спящих воинов. Сны, в которых мне потом пришлось воевать,
оказались настолько реалистичными, что любое ранение, полученное по ту сторону реальности,
затем повторялось наяву. Смерть повторялась тоже, так что мне с огромным трудом удалось ее
избежать. Однако была и обратная сторона - любая победа в мире вечного ливня обращалась
после пробуждения в удачу. Оказалось, что в этом весь смысл, ведь победа отряда, которым
Кирилл командовал из штаба, являлась отчасти и его победой. Так что он, ничем не рискуя,
получал заработанную нами удачу. А взамен платил деньги. Неплохие, кстати. Но удача все
равно стоила больше, иначе он бы никогда не сколотил четыре миллиарда долларов.
Я до сих пор не знал, каким образом сам Кирилл попадал в те странные сны, в ту
загадочную область, которую принято было называть сферой взаимодействия, Откуда он брал
на это энергию, не известно, а вот бойцов он туда затягивал с помощью оборудования, которое
мне в конце концов удалось взорвать. Мало того, с помощью этого оборудования он мог
вовлекать в военные действия не только спящих, но и погибших солдат. Последним не надо
было платить, что Кирилла вполне устраивало. А теперь он сам превратился в энергетическую
оболочку. Удалось ли ему попасть именно в сферу взаимодействия? Возможно. Но даже если
эта возможность ограничивается одним процентом, я просто обязан был попасть туда и
завершить начатое. Добить Кирилла. Вот только не хотелось бы попадать в эту таинственную
область сна при помощи гриба, растущего в теле. Это, знаете ли, уже за гранью.
Поэтому мне нужен был другой способ, но я не знал, существует ли он. Алиса, говоря о
билете в сферу взаимодействия, имела в виду, скорее всего, развитие грибковой инфекции у
меня в крови. Но в любом случае, если представится возможность увидеть Алису снова, я
намеревался вытянуть из нее всю информацию. После случившегося я считал себя вправе на
любую жесткость в отношении ее.
С этими мыслями я и уснул. Но, странное дело, образ компьютерных внутренностей меня
не оставил. До ушей продолжало доноситься завывание охлаждающих вентиляторов,
потрескивание жестких дисковых накопителей, еле уловимый свист монитора. Постепенно
зрение привыкало к полной тьме, и я начал различать цветные провода, по которым, как по
трубам, бежали зеленые, тускло светящиеся нолики и единички, затем проявились огромные
микросхемы с потертыми надписями "Made in Taiwan", помигивающий процессор, усердно
сдвигающий разряды на каждом такте, и пластиковые лопасти кулеров, вращающиеся с
огромной скоростью.
Двигаться в этом бредовом пространстве я мог, как оказалось, без всяких помех. Меня то
обдувало горячими потоками воздуха, то пронизывало волнами электрических и магнитных
полей. Уже через минуту бесцельных шатаний внутри сервера я заскучал - пейзаж был на
редкость унылый и однообразный. Однако мне в душу закралось подозрение, что дело не
обошлось без шуток Северного Оленя. Вероятно, он снова собирался сообщить мне нечто
важное, а в таких случаях он всегда выбирал место для встречи по одной ему понятной логике.
Так и вышло - вскоре я спиной ощутил чужое присутствие. Однако обернувшись, я
увидел не совсем то, что ожидал. Не хотелось показывать удивления, но челюсть у меня все
равно отвисла от неожиданности. Да, передо мной стоял Олень. Но в несколько оцифрованном
виде. Причем слово "оцифрованный" в данном случае следует понимать буквально - Олень
целиком состоял из сплетения светящихся и переливающихся ноликов с единичками. Циферки
отливали всеми оттенками зеленого, мерцая волнами и затейливыми узорами.
- Привет, - сказал я.
- Здравствуй, - Олень помотал головой. - Ты склонен к поспешным решениям.
- Ты имеешь в виду поход в клинику и противогрибковый укол? - с неприязнью
догадался я.
- Да. Теперь без помощи Алисы тебе не попасть в сферу взаимодействия.
- А с ее помощью получится?
- Да. Но у нее свои цели. Мне бы не хотелось, чтобы вы действовали совместно. Однако
теперь уже не будет иначе. Гриб в твоей крови умирает. Я чувствую.
- Рад это слышать, - искренне произнес я. - Кстати, это случайно не ты подкинул
Хранителям идею заразить меня?
- Я, - просто ответил Олень.
- Сволочь, - хмуро ответил я. На злость уже не хватало ни сил, ни желания.
- Это было бы хорошо. У тебя появились бы очень важные способности, без которых
трудно будет справиться с пробуждением Спящего Бога.
- Послушай! - все же психанул я. - Кажется, ты уже слышал, что я не собираюсь
будить Спящего Бога.
- Да, я слышал, - негромко ответил Олень.
Из-за не очень подробной оцифровки я не мог видеть выражение его глаз. И очень
порадовался этому, поскольку тон мифического существа не предвещал ничего хорошего. Еще
у меня мелькнула мысль, что в данном состоянии Оленя следует называть не Северным, а
Серверным, поскольку встретились мы внутри сервера. Идея показалась мне забавной.
- И все же тебе придется, - с еще большим напором заявил Серверный Олень. -
Потому что этот сон затянулся. И чем дальше, тем больше он превращается в кошмар. Ты
хочешь, чтобы по улицам полились реки крови? Уже сейчас мало кто остановится перед
убийством за деньги. Даже за небольшие деньги. Даже за совсем маленькие деньги.
- Замолчи, - прервал я его.
- Нет, ты послушай. Целые континенты умирают от голода, дети пухнут и заканчивают
жизнь в страшных страданиях. И все только потому, что какому-то миллионеру нужно
заправлять машину, потребляющую тридцать литров бензина на сто километров пробега. Ктото
питается паштетом из язычков жаворонков, а кто-то вынужден собственных дочерей
выводить на панель и подробно объяснять, как следует привлекать клиентов и что делать после
этого...
- Заткнись! Это не повод для уничтожения мира!
- Да? - Серверный Олень поднял на меня морду, составленную из цифр. - А какой же
тебе тогда нужен повод? Чего ты хочешь? Хотя да, я понимаю... У тебя ведь у самого теперь
две машины, которые потребляют по тридцать литров бензина. Максимка смотрит самые новые
фильмы на самом лучшем оборудовании. Ему не придется подставлять свою пухленькую попку
какому-нибудь толстосуму-педофилу, чтобы не умереть с голоду. Но другие...
Я шарахнул Серверного Оленя кулаком в морду, но удар поразил лишь пустоту. Цифры
затрепетали, замерцали, но больше не произошло ничего.
- Черт тебя побери! - выкрикнул я. - Должен быть другой способ!
- Да, конечно, - ответил Олень. - Когда кто-то умирает от рака, никому не приходит в
голову убить больного, чтобы избавить его от лишних страданий. А вдруг найдется другой
способ... А вдруг случится чудо...
- Иногда случается! - окончательно вспылил я. - Лучше бы подсказал, как можно
изменить сон Спящего Бога. Ты ведь знаешь, чтоб тебя! Не бывает безвыходных положений.
Просто ты устал, я вижу. Ты... Ты похож на тех людей, которые сами несут бревна для
собственного костра! Несут, чтобы не дергаться, не терпеть побоев, не унижаться перед
неизбежной смертью. Но я знал одного человека...
- Он умер, - сказал Олень. - После того как ты выписался из госпиталя, он прожил
ровно четыре дня.
- И что с того? Он прожил жизнь.
- Если бы ты знал, насколько его жизнь была ужасна, ты бы вряд ли привел этот пример.
Я не знал, что на это ответить. С одной стороны, меня обуревала злость, но, с другой -
черной беспросветной мглой накатывало понимание правоты Оленя. Мне хотелось возразить
ему, но не было аргументов. От бессилия хотелось выть, и я бы завыл, но в этот момент мне в
голову пришла светлая мысль.
- Он спас жизнь сестре! - выкрикнул я. - Ее бы сожгли, а так она убежала в лес и
прожила счастливую жизнь. И детей родила. Да, сам Степан не оставил в этом мире следа, но
то, что он не пожелал идти на костер, спасло десятки людей от смерти!
Я ждал, что ответит Серверный Олень, но он молчал почти минуту. Я за это время
перегорел, успокоился.
- Должен быть способ, - сказал я наконец.
- Да, он есть, - ответил Серверный Олень. - Но я о нем ничего не знаю. Не так давно
один человек пытался выяснить это, как и ты. Но он умер. Погиб.
- Кто это?
- Кирилл, - ответил Олень.
У меня снова заныло сердце. Не столько даже от предчувствия большой беды, сколько от
злого рока, заставляющего меня след в след повторять путь моего злейшего врага. Ну что за
напасть?
- Он успел выяснить?
- Не знаю. Может быть, да. А может, и нет, поскольку в мире пока ничего в лучшую
сторону не меняется.
- А в худшую? Неужели ты думаешь, что Кирилл будет менять мир в лучшую сторону?
- Да, ты прав. Но в худшую сторону мир меняется постоянно. Так что я не могу ответить
на твой вопрос. Зато я могу показать тебе кое-что. Может быть, для тебя это будет важно. Ты
знаешь, что обозначают слова "in vitro"?
- Что-то вроде "в лабораторных условиях", - припомнил я.
- Дословно по-латыни эти слова означают "в стекле". Имеется в виду в колбе, в
пробирке.
- И что?
- Некоторые глобальные процессы тоже можно исследовать in vitro. В лабораторных, как
ты говоришь, условиях. Даже сон Спящего Бога.
Честно говоря, я оторопел. Мало того, что это заявление показалось мне бредовым, ведь
для лабораторного исследования Бога нужен сам Бог. Или хотя бы какая-то его часть. Но
оторопь меня взяла больше от картинки, какую нарисовало воображение - спящий Будда,
опутанный проводами, с нацеленными на него микроскопами и ультразвуковыми локаторами.
- Что ты хочешь этим сказать? - севшим голосом спросил я.
- Ничего. Я просто покажу тебе место.
- Сейчас?
- Нет. Оно находится в реальности. Отсюда туда не попасть.
- Как же тогда?
- Я буду на связи.
- В реальности? - снова поразился я.
- Да, конечно. С помощью компьютера. Я ведь в данном случае Серверный Олень, так
почему бы нам не воспользоваться сетевыми технологиями?
- Не понимаю...
- Все просто. Ты пользовался системой ICQ?
- Аськой, что ли?
- Да. Мой номер 346594428. Запомни.
Тут же Олень исчез, оставив мерцать во тьме только эти цифры - 346594428. Они все
еще горели перед мысленным взором, когда я проснулся.
Отряхнув остатки сна, я убрал с монитора заставку с рыбками, запустил программу ICQ и
быстро создал новый контакт с номером 346594428. Тут же сервер ответил, выдав псевдоним
владельца данного номера. Псевдоним был написан по-русски латинскими буквами -
Serveuniy Olen. Статус пользователя был on-line, то есть в данный момент он находился на
связи.
Смахнув пот со лба, я неуверенно ввел с клавиатуры:
"Привет!".
"Привет, - ответил Серверный Олень. - Тебе надо ехать".
"Куда?"
"Я не знаю. Я не могу так ориентироваться в твоей реальности, как ориентируюсь в
сферах сна. Я не знаю названия места. Я его вижу. Тебе надо ехать и оставаться на связи".
- Зараза! - ругнулся я вслух.
Мой телефон, стоимостью в три тысячи долларов, не имел возможности выходить в сеть
как клиент ICQ. Надо было срочно покупать машинку попроще, долларов за семьсот, чтобы
оставаться на связи с Оленем. Быстро одевшись, я прихватил ружье, прыгнул в "жигульку" и
погнал в ближайший магазин мобильной техники. Там я подобрал первый попавшийся
коммуникатор с возможностью выхода в Интернет, запустил ICQ и снова набрал номер Оленя.
"На связи", - сообщил я, с трудом привыкая к непривычной клавиатуре.
"Вижу. Садись в машину и двигайся по дороге".
"В какую сторону?"
"Не знаю. Просто двигайся, мне надо совместить твое изображение с изображением
места", - ответил Олень.
Мне оставалось только выполнять его указания, другого выхода не было. Усевшись в
машину, я запустил двигатель и не спеша покатил по Щелковскому шоссе в сторону центра.
Коммуникатор пискнул, я глянул на экран и увидел одну лишь строчку:
"В другую сторону", - сообщал Серверный Олень.
Пришлось разворачиваться. На Щелковском шоссе это не так просто, не на каждом
перекрестке такой маневр разрешен, так что я вынужден был пересечь две сплошных, а потом
встраиваться в общий поток. На меня зло засигналили, а один бодрый молодой человек на
"девятке" повертел у виска пальцем. Вот интересно, какова была бы их реакция, если бы я так
проехал не на "копейке", а на "Майбахе"? Удивительно все-таки, какими уродами часто
бывают люди. Злость принято срывать на тех, кто не может ответить.
Не знаю, что меня заставило это сделать, но я развел руками, - мол, извини, спешу, так
чтобы водитель "девятки"
...Закладка в соц.сетях
