Жанр: Электронное издание
5_282
...аправлении был бы очень важен.
Он проложил бы путь к сравнительно легкому овладению
бесконечными запасами внутриатомной энергии - что явится,
почти несомненно, основой будущей техники '.
Заметим, что и до сих пор самые грандиозные победы человечеств
а над природой - начиная с зажигания большого
огня от маленькой искры - достигались применением принцип
а лавинообразно развертывающихся кризисов.
7. Универсальность понятия кризисов
Мы с самого начала установили, что понятие "кризисов" относительно,
и его применение зависит от того, в каких пределах
ведется исследование организационной формы. Факт "кризис
а" признается тогда, когда в результате наблюдаемого процесс
а оказывается не та тектологическая форма, какая была
до него. Так, если в строении организма задача нашего изучения
ограничивается только теми основными чертами, которые
остаются неизменными от его детства до старости, то вся жизнь
его, все развитие в этом промежутке рассматриваются как
один непрерывный процесс, а кризисы принимаются только на
обеих его границах - в начале и в конце; если в исследова'
Изложенная здесь теория шаровой молнии была сформулирована в краткой
заметке в "Журнале Русского физико-химического общества" (1911, ь 8).
ние введена какая-либо черта строения, возникающая или исчез
ающая между этими пределами, то ее возникновение или
исчезновение выступает как особый жизненный кризис.
Проведем эту точку зрения последовательно до конца.
Допустим, что у нас имеется вода при 3 шС и что эта ее темпер
атура поддерживается с достаточной точностью в течение некоторого
времени. Тогда перед нами консервативно-определенный
комплекс; его сохранение обусловлено равенством приток
а и потерь тепловой энергии. Но вот положение меняется,
этого равенства больше нет: вода начинает нагреваться, полн
ая дезингрессия тепловых активностей, текущих в двух напр
авлениях, нарушена, сделалась неполной. Формально, мы
знаем, это означает кризис; и действительно, наш комплекс
из "неподвижного" превратился в изменяющийся, его статика
сменилась динамикой.
Остановим теперь процесс изменения температуры реально
или даже мысленно (т. е. просто фиксируя известную его
фазу); пред нами опять "сохраняющаяся форма", например
вода при 4 шС,- и она иная, чем была прежде. Неправильно
было бы при этом считать, что она иная только "количественно".
Изменения, правда, можно выразить числами: выше
температура, немного изменились пространственные измерения,
также величина теплоемкости, величина поверхностного
натяжения и пр. Но когда все эти коэффициенты меняются
неодинаково, и даже в разных направлениях, то ясно, что в
целом перед нами структурное преобразование. В самом деле,
научно оно и понимается как бесчисленные перемены взаимного
положения молекул, размаха и скорости их колебаний и
пр.; для воды принимается даже изменение их состава, поскольку
вода теперь рассматривается как раствор льда в разных
пропорциях при разных температурах. Между прочим, на
воде при 4 шС глубокий характер преобразования формы ярко
иллюстрируется тем, что объем воды именно тут достигает
своего минимума. Но кризисом все равно явится и переход от
3 к 5 "С или к 3,5, к 3,1 шС и т. п.: структура комплекса в
каждом случае все-таки иная', он тектологически не тот, что
был при 3 шС.
Таким образом, всякое изменение, когда познавательный
интерес сосредоточен именно на нем, на различии формы в
его начале и конце, должно рассматриваться как особый кризис.
Всякая "непрерывность" может быть разбита анализом
в бесконечную цепь кризисов.
Например, биолог обычно вводит в свои соображения процесс
питания как непрерывный в организме. Но для физиологахимик
а это совершенно иначе: моментами кризисов являются
хотя бы все превращения белковой молекулы пищи - ее переход
в растворенное состояние, ее реакции с переваривающими
соками, ее распадение на аминокислоты, образование
из их молекул новых белковых соединений, соответствующих
структуре организма, их вхождение в состав той или иной клетки,
их новые распадения в ходе дезассимиляции... Равным
образом колебательные процессы всякого рода, материальные
и электромагнитные, могут мыслиться как непрерывности; но
в анализе волн каждая из бесчисленных фаз, на которые можно
разбить ход волны, может быть тектологически взята как
особая форма, так как отличается от предшествующей и последующей
соотношениями скорости, ускорения и пр.,- сложный
ряд количественных различий, в своей комбинации образующих
"качественное".
Одним из самых ярких тектологических парадоксов является
то положение, что и равновесие есть частный случай
кризисов. В каждом данном случае оно представляет определенный
кризис движения и знаменует смену тектологической
формы этого движения. Например, брошенное прямо вверх
тело, долетев до высшей точки своей траектории, остается там
один момент в равновесии: момент кризиса, образующего
переход от движения вверх с прогрессивным замедлением к
движению вниз с ускорением; на бесконечно малый промежуток
достигается, чтобы немедленно и нарушиться, полная дезингрессия
активностей первоначального толчка вверх с активностями
тяготения. Так и равновесие двух чашек весов, если
брать его в строгом и точном смысле, всегда лишь переходный
момент между двумя противоположными их колебаниями, хотя
бы незаметными по своей малой величине. А равновесие
весов в обыкновенном, техническом смысле есть момент, которым
завершается процесс взвешивания. И таковы же все иные
равновесия, которые улавливаются теорией или воспроизводятся
на практике.
Мы видим, что понятие кризиса для тектологии универс
ально. Это просто особая точка зрения, применимая ко всему,
что происходит в опыте: происходят только изменения, а всякое
изменение можно рассматривать с точки зрения различия
формы между начальным и конечным его пунктом.
Для нас, разумеется, не важно, что это противоречит
обыденному понятию о кризисах. Но нет ли противоречия также
с общей научной концепцией, по которой кризис есть результ
ат нарушения или образования полных дезингрессий?
Такого противоречия нет.
В самом деле, если происходит изменение тектологической
формы комплекса, то сущность его заключается в том, что
либо новые активности вступают в комплекс, либо часть прежних
устраняется из него, либо они перегруппировываются
по-иному; вообще говоря, бывает и то, и другое, и третье одновременно,
лишь в разной мере. Первое означает нарушение
старых внешних границ комплекса, второе - образование новых;
а третье - перемещение его внутренних границ между
входящими в него группировками, его частями, т. е. опять-таки
разрывы и новообразования границ между ними. Все это как
раз соответствует научному пониманию кризисов.
Из универсальности понятия вытекает еще одно важное
следствие: вывод о кризисах разных "степеней" или "порядков".
Пусть, например, мы имеем гремучую смесь кислорода
и водорода при невысокой температуре; их медленно идущее
соединение в воду есть кризис определенного типа, именно
"среднего". Под действием, положим, искры ход кризиса радик
ально меняется, принимает форму "взрыва", лавинообразную.
Прежний кризис продолжается, но по-новому; и мы имеем полное
основание сказать, что в его течении произошел кризис, это
уже "кризис кризиса". Затем, когда взрыв доводит температуру
смеси до высоты, при которой частицы воды начинают обр
атно разлагаться, ход процесса становится "замирающим".
Такие перемены являются "кризисами второго порядка".
В ходе каждой революции можно уловить подобные "переломы",
где меняется темп, направление, соотношение образующих
ее организационных и дезорганизационных процессов,-
тоже вторичные кризисы.
Очевидно, что ход кризисов второго порядка может в свою
очередь заключать в себе кризисы третьего порядка и т. д. Поясним
это на простом примере аналитически. Очень часто
если не весь кризис, то отдельные его стороны удается измерять
количественно; тогда их можно в системе координат изобр
ажать кривыми линиями. Те пункты, где кривая резко меняет
свое направление, например поворачивая под углом,-
или свои свойства, выражаемые уравнением, и будут соответ"твон
ать вторичным кризисам.
Итак, пусть мы имеем тело, которое движется из А в В
(начала с возрастающим ускорением, потом с ускорением
убывающим, потом с замедлением, переходящим, наконец,
и остановку. Весь этот процесс может рассматриваться как кри.як
положения в пространстве, изменяющий пространственные
i"i ношения тела к его среде,-кризис первого порядка; его
можно выразить той самой линией, по которой тело движется.
Ход его характеризуется скоростью; она есть, говоря матема'гич^ски,
первая производная пространства по времени. Если мы
ее изобразим кривой, то на ней обнаружится пункт поворота,
где она перестает возрастать, чтобы затем перейти к уменьшении);
там ускорение становится равно нулю; а это, конечно,
кризис, но уже второго порядка; математически "вторая производн
ая", т, е. ускорение, там переходит через нулевую точку.
Если изобразить кривой это ускорение, то и на ней будут точки
поворота: в первой ее части, где перестает возрастать положительное
ускорение, чтобы перейти затем к прогрессивному
уменьшению, во второй - где подобным же образом перестает
возрастать отрицательное (т. е. "замедление"). В обоих случаях
через нуль проходит "ускорение ускорения", или третья производн
ая: кризис третьего порядка. Очевидно, что, усложняя пример,
легко представить и кризисы четвертого порядка и т. д.
Кризисы движения, кризисы скоростей, ускорений, ускорений
ускорения и т.д.- математика обнаруживает, что этот ряд
может идеально продолжаться без конца, как и цепь производных.
Но практически редко приходится вести исследование
дальше кризисов второго порядка. Отчасти это, впрочем, зависит,
вероятно, и от того, что кризисы высших порядков
не улавливаются обычными способами восприятия, а открыв
аются научным вычислением или сопоставлением.
Теоретическая схема кризисов не исчерпывается и этим.
Поставим вопрос, что представляет тектологическая граница
между двумя смежными, но отдельными комплексами, например
телами. Это область равновесия противоположно
направленных активностей, входящих в организационную
связь того и другого комплекса. Через такое равновесие, через
полную дезингрессию, совершается переход от одной организационной
формы к другой в пространстве, подобно тому как он
совершается через кризис во времени. Параллелизм, существующий
между свойствами времени и пространства - двух
всеобщих мировых дегрессий,- замечен давно. В теоретической
физике он породил идею о том, что время есть "четвертое
измерение пространства",- надо бы говорить "опыта",-
и эта идея с успехом разрабатывалась уже математически.
С тем же самым параллелизмом мы встречались и в тектологии;
так, соотношение форм "четочных" и "слитных" выраж
алось одной и той же закономерностью, брали мы "четочность"
и "слитность" в пространстве или во времени. После
всего этого естественной является мысль рассматривать тектологические
границы как пространственные кризисы форм,-
очевидно, кризисы типа D.
С той же точки зрения пространственным кризисом типа
С следует считать ингрессивную связку между системно-объединенными
комплексами. Действительно, область связки есть
область смешения двух организационных форм, конъюгации
активностей той и другой, того, что вообще составляет основу
кризисов типа С.
Пусть мы налили в стеклянный сосуд воду, и таким
образом получили пространственный переход "вода - стекло".
Возьмем его со стороны химизма обоих тел. Что представляет
тогда их граница? Между ними происходит, как известно,
непрерывный, но незаметный для наших обычных способов
наблюдения обмен не только электронов, но целых ионов
и отдельных молекул: вода хотя в чрезвычайно слабой степени,
но растворяет стекло, и их составные части вступают
во всевозможные реакции. Химической "границей" является
та идеальная, и притом переменная, хотя и в "бесконечно
малом" масштабе, поверхность, где, например, проникновение
в стекло ионов водорода в среднем уравновешивается вытеснением
раньше проникших металлическими ионами стекла.
Очевидно, что эта граница проходит внутри целой пограничной
области, образующей реальную связку обоих комплексов.
В ее пределах электрохимические активности, элементы того и
другого, так сказать, смешиваются между собой, причем по
одну сторону идеальной границы преобладают активности одного
типа, по другую - другого. И сама граница представляет
по существу результат этого смешения. Следовательно,
здесь кризис D также является производным от кризиса С.
Насколько целесообразно для науки применение понятия
кризисов к пространственным границам и связям, это должно,
конечно, выясниться на практике такого применения. Но пока
заметим, что математика, единственная уже разработанная
часть тектологии, вся проникнута параллелизмом времени с
линейными измерениями, и в ней кризисов временных с простр
анственными, вообще говоря, нельзя даже различить. Та же
тенденция выступает в естественных науках повсюду, где они
пользуются математическими методами описания и исследов
ания, и в особенности - графическими приемами; при изучении,
например, всевозможных кризисов вещества график с
ее постоянной "осью времен" играет огромную роль. Весь
мир волн,- а он охватывает самые различные ступени бытия
и бесконечное разнообразие форм,- дает в пространстве тождественные
копии временных переходов, и во времени -
пространственных.
Для пространственных кризисов даже нет надобности изменять
принятое нами самое общее определение понятия:
"кризис есть изменение формы, рассматриваемое с точки зрения
различия между его начальным и конечным пунктом"; переходы
во времени и пространстве одинаково сюда подходят.
Лента кинематографа с величайшей наглядностью технически
демонстрирует это совпадение схемы: закрепленные в простр
анственной цепи образы совершающихся изменений.
Тектология, конечно, не должна ограничиваться признанием
этого совпадения. Пользуясь им, как пользуется матем
атика, она должна еще учитывать основное различие простр
анства и времени: эмпирическую обратимость переходов в
пространстве, необратимость во времени. Это различие матем
атика игнорирует, потому что у нее нет способов его исследов
ать и оформить, нет даже способов отличить фиктивное
движение обратно во времени от реального движения обратно
в пространстве. Причина та, что математика имеет исходным
пунктом условия организационного безразличия, тогда как необр
атимость характеризует именно процессы положительно
организационные и дезорганизационные. Вопрос о ней относится
именно к тектологии как организационной динамике.
На теории системных кризисов еще раз ярко иллюстрируется
характер и тенденция тектологического исследования:
оно исходит из какого-нибудь широкого обобщения, подсказыв
аемого живым опытом; таково в данном случае обыденное
понятие кризисов. Обобщение это научно оформляется; и когда
оно приобретает вид точной схемы, то оказывается уже не
просто широким, а универсальным. В основе его обнаружив
ается особая точка зрения, которая может затем неограниченно
применяться в самых различных областях организационного
опыта, освещая путь к решению самых различных прак
'гических и теоретических задач. Это - сокращенное повторение
истории развития самих организационных методов человечеств
а.
Глава IX. ОРГАНИЗАЦИОННАЯ
ДИАЛЕКТИКА
1. Тектологический акт
Тектология, подобно всякой частной науке, и своим исходным,
и своим конечным пунктом имеет живую практику человечеств
а. Организационная деятельность, взятая как опыт, есть
материал тектологии; взятая как задача - ее цель, ее жизненный
смысл. Элементом организационной деятельности является
иргани.рационный акт, образование новой тектологической формы,
переход от одной такой формы к другой. При анализе
этот акт оказывается в свою очередь весьма сложным процессом.
Организационный акт может протекать стихийно или планомерно.
Иллюстрацией нам послужит именно такой, который
может выполняться обоими путями: образование новой соци
альной группировки, политической или идейной. Начнем
со случая стихийного, самопроизвольного хода процесса.
Первый момент его характеризуется неопределенностью. То,
что здесь можно объективно констатировать, сводится просто
к некоторому сближению и общению ряда лиц: люди собир
аются, беседуют, сообща развлекаются, помогают друг другу
в мелочах, и прочее, - все это без какого-либо ясного плана
или системы. Каждый акт общения соответствует частичному
кризису C; в общем же они составляют неопределе нноконъюг
ационную фазу исследуемого процесса.
Тут создаются новые группировки и происходит, конечно,
подбор элементов в них; но общей тенденции, характеризующей
развитие возможной системы, еще не намечается. Связи могут
получаться различные, как по своему типу, так и по степени
устойчивости: там поверхностно-приятельский кружок, здесь
тесная дружба двух-трех лиц; а то и дрязга, распад начавшегося
стихийного объединения и т. п. Дело может, разумеется,
на этой фазе и остановиться или закончиться тектологическим
регрессом, приблизительным возвращением к прежнему.
Но пусть организационный процесс идет дальше. Образов
авшиеся группировки развиваются, притом в некоторой взаимной
связи; а если так, то их неизбежное расхождение направляется,
как мы знаем, в сторону дополнительных соотношений,
ибо регулирующий механизм подбора поддерживает
такого рода изменения как увеличивающие структурную устой-
чивость группировок. Выступает второй момент - фаза системных
дифференциаций. Дополнительные соотношения могут
создаваться по разным направлениям, множественные и сложные;
но каждое из них, если его познавательно выделить,
легко выражается в виде определенной тенденции, "поляризующей"
систему в две стороны.
Так, наша иллюстрация может дать нам обособление, с
одной стороны, группы лиц, склонных к общественной деятельности,
с другой - нс склонных к ней; те и другие могут
совсем разойтись или остаться во взаимной связи, образуя,
положим, открытый клуб, где частью занимаются обсуждением
политических вопросов, частью развлечениями. И здесь
и там возможна дальнейшая дифференциация; например, среди
интересующихся политикой выделяется кружок определенного
направления, к которому прочие либо не устанавливают своего
отношения, оставаясь объектом агитации, либо устанавлив
ают отрицательное; причем опять-таки либо получается разрыв
связи, либо она сохраняется. Пока она есть, перегруппировк
а возможна по каждому данному поводу, например в
виде голосования поставленного вопроса: дифференциация на
большинство и меньшинство, за и против. Она в свою очередь
ведет часто к ослаблению связи, иногда и к разрыву ее; при
сохранении же связи делается исходным пунктом какоголибо
разделения функций; например, стоящие за стачечную
агитацию идут заниматься ею, а высказавшиеся против усиленно
развивают другие стороны работы - пропаганду и проч.
В организации развлечений группировки и расхождения будут
иные, но аналогичным образом ведущие к дополнительным
связям или же к разрывам: общая схема та же.
Сама по себе фаза системных дифференциаций не заверш
ает организационного процесса, хотя он, конечно, иногда на
ней и прекращается путем, например, распада всей системы.
Настоящее завершение достигается через устранение тех противоречий,
которые присущи, как мы знаем, системному расхождению
вообще. Пусть в результате ряда политических
обсуждений и выступлений участников данного клуба выяснилось,
что при их переменных группировках у значительного
большинства главные задачи, основные тенденции остаются
общими; а расхождения каждый раз касаются лишь частностей
в практических способах; и расхождения эти самим участник
ам кажутся настолько маловажными, что они ради общих
целей готовы подчиняться большинству, лишь бы сохранять
связь. Тогда из этих политически солидарных элементов конституируется
партийная организация с единою программой,
с общепризнаваемыми основами тактики, с общим уставом, т. е.
сплоченная некоторой суммой политических принципов. Чем
шире и глубже этот конъюгационный базис, тем меньше дезорг
анизующая роль частичных расхождений, тем больше они
сводятся к дополнительным связям, укрепляющим целое. Это -
фаза системной консолидации.
Каким же именно путем консолидация достигается? Мы
видели: путем обсуждения совместных действий, т. е. путем
общения жизненной конъюгации, проходящей через возник
ающие системные расхождения, путем, следовательно, контрдифференци
ации. В ее процессе механизм подбора усиливает
и закрепляет устойчивые, повторяющиеся соотношения, ослабляет
и разрушает неустойчивые, случайные; элементы и группировки,
стоящие в противоречии со связью целого, отрываются,
выделяются из него; целое "консолидируется".
В первой фазе организационный акт намечается кризисами
C. Во второй он развертывается на основе кризисов D, за которыми
во всяком системном расхождении могут следовать, переплет
аясь с их рядом, производные кризисы C. В третьей он
завершается целостным оформлением системы на основе кризисов
C с производными D.
Те же три фазы при исследовании обнаруживаются во
всяком организационном процессе природы, во всяком организ
ационном акте человека.
Развитие живого существа представляет массу таких трехф
азных последовательностей, сплетающихся между собой и как
бы налагающихся одна на другую во времени. Первая из них
есть само зарождение организма, где первичная фаза выступает
обычно в виде простой биологической "конъюгации" двух клеток,
их частичного или полного смешения; оно порождает
процессы второй фазы - расхождения, частью и разрывы связей;
В результате у одноклеточных система консолидируется
в две вновь отдельных клетки, готовые к дальнейшему размножению,
у высших - в одну эмбриональную клетку, также
способную к последующим делениям, необходимым для развития.
В дальнейшем первичный момент представлен процессами
"усвоения" внешних активностей в форме материалов питания
и энергии внешних раздражений: это ведь все разного рода
кризисы C, становящиеся исходными пунктами дальнейших
изменений, соответствующих второму моменту. Тут, начиная
с первого деления зародыша, идут ряды системных дифференци
аций, все более обширных и сложных, порождающих этап
за этапом многообразные функции с их органами. Вместе
с тем выступают неизбежные спутники этой фазы - противоречия,
нарушения внутреннего равновесия, страдания, болезни
развития, его "кризисы", иногда очень острые и бурные, способные
приводить даже к гибели организма. А поскольку он справляется
с ними, поскольку взаимодействие различных функций
и органов гармонизирует их в жизненном единстве целого,
постольку мы имеем каждый раз третью фазу - консолидацию
системы в тех или иных отношениях.
Так, в известном периоде жизни на основе роста активностей
организма, его "сил" и "опыта" дифференцируются
его половые функции, порождая обычно весьма значительные
противоречия - болезненный и опасный кризис "зрелости".
Но мало-помалу новая группа функций и порождаемые ими
специфические переживания сливаются с общей системой
жизнедеятельности и опыта - окрашивают ее своими элемент
ами и в то же время проникаются ее элементами, подчиняясь
общему ходу ее процессов. Сексуально-организационн
ая задача тогда разрешена. организм консолидировался как
зрелый для размножения.
Противоречия, порождаемые типическим ходом развития
организма, часто достигают такой степени, которая обознач
ается уже словом "болезнь". На этом понятии нам надо
остановиться, чтобы сделать дальнейший вывод.
С точки зрения современной науки "болезнь" вообще, и
взятая в целом, есть борьба организма против разрушительных
влияний, против дезорганизующих воздействий. Она, следов
ательно, есть процесс организационный. Поэтому и во всякой
болезни oпределенно выступают те же три фазы. Первично
конъюгационная здесь - вступление в организм вредных для
него активностей, например микробов или яда. Системные дифференци
ации с их производными противоречиями образуют то,
что называют собственно "развитием болезни". Наконец, фазу
системной консолидации представляет выздоровление, устраняющее
эти противоречия.
Но настоящее выздоровление - не единственный возможный
исход. Болезнь может завершиться также ослаблением
организма, его упадком, даже гибелью. В одних случаях конец
болезни знаменует поднятие организма на тектологически
высшую ступень: он оказывается "закаленным" в некоторых
отношениях, "иммунизированным" против некоторых болезнетворных
причин. В других случаях, несмотря на принципиально
однородный с первыми ход болезни и выздоровления, в результ
ате обнаруживается "подорванное здоровье", пониженная
сопротивляемость патогенным условиям. В третьих системная
дифференциация заканчивается, ее противоречия ликвидируются
распадом системы в тектологически низшие формы.
И такие же типы исхода возможны в обычных "кризисах
развития", причем лишь исход в упадок или крушение там
бывает сравнительно реже. Но то же самое применимо и к нашему
первому примеру, процессу организации какого-либо
человеческого сообщества: там дело также может свестись
в конечном результате к ослаблению или даже разрушению
раньше существовавших социальных связей.
Что из этого следует? То, что ход дезорганизационного
процесса в схеме таков же, как и организационного.
Другими словами, в схему не приходится обязательно вносить
идею тектологического прогресса. Как системные дифференциации,
так и последующая консолидация могут быть моментами
тектологического регресса. Например, в инфекционной болезни
выработка соответственных "антитоксинов", противоядий организм
а, есть весьма типичная система дифференциации; но она
в иных случаях может идти за счет нарушения основных
равновесий живого целого. Смерть и затем разложение тела
явятся тогда весьма естественным продолжением такой дифференци
ации; а завершится весь процесс тем, что на месте
нарушенн
...Закладка в соц.сетях
