Жанр: Электронное издание
5_282
...Пусть часовщик сделал несколько
часов, очень точных, и одновременно пустил их в ход; завод же
их действует неопределенно долгое время или они заводятся
по мере надобности, но только не проверяются. По закону расхождения
они будут не одинаково отклоняться от истинного
времени: одни будут спешить, другие отставать, и притом в разной
мере. Чтобы они составляли одно целое как организм, стрелки
их, предположим, связаны нитями. Ясно, что при этих условиях
они неизбежно остановят друг друга рано или поздно '.
Нетрудно представить, каким образом несоответствие темпа
жизненных функций, взаимно необходимых, может и должно
шаг за шагом дезорганизовать всю систему. Например, почки
служат для выделения определенных ядов, образующихся при
жизнедеятельности разных тканей тела как продукты их непрерывного
частичного распада - дезассимиляции. Достаточно,
чтобы деятельность почек отставала от этого процесса,
и организм хронически отравляется.
Несоответствие относительных сопротивлений различных
элементов тела дезорганизует его еще более непосредственным
путем. Элементы менее устойчивые просто вытесняются более
устойчивыми: первые отмирают сравнительно быстрее, и если
размножаются, то сравнительно медленнее, чем вторые. Так, в
нашем организме к старости клетки наиболее специализиров
анные - нервные, железистые и т. п.- вытесняются клетками
соединительной ткани, наименее специализированными и
наиболее стойкими при вредных воздействиях.
По-видимому, происходит даже прогрессивное истребление
клеток высшего типа как называемыми "фагоцитами", т. е.
"поедающими клетками" - белыми кровяными шариками и
некоторыми другими, обладающими той же способностью, элемент
ами. Процесс подбора совершенствует все клетки в их специ
альной функции. В ряду поколений фагоцитов тоже выжив
ают и преимущественно размножаются те из них, которые
наиболее приспособлены к своей роли, т. е. которые легче побежд
ают бактерии и всякие другие живые клетки в своей повседневной
борьбе. Таким же образом клетки, например, печени
и почек лучше приспособляются к условиям своей деятельности:
переносят большее количество ядов, которые выделяют
из крови, и проч. Но это отнюдь не означает, что увеличиваЭт
а аналогия с одновременно заведенными часами служила старым философ
ам для пояснения "предустановленной гармонии" между элементами
мира - монадами, или между телом и душой. Так как гармонии этой не существует,
то сравнение особенно пригодно для того, чтобы пояснить развитие дисг
армоний.
ется их сопротивление возросшей боевой силе фагоцитов.
А между тем фагоциты вовсе не рассуждают о том, на кого они
нападают - на чужих или на своих, и пожирают без различия
те элементы, которые неспособны оказать им достаточного сопротивления
'. Уже это одно должно, в конце концов, неизбежно
вести к упадку организма.
Еще нагляднее выступают противоречивые тенденции в соци
альной жизни - при развитии общественного разделения
труда. Оно в огромной степени повышало производительные
силы человечества; но также оно вело и к тому, что первонач
ально целостные общины распадались на индивидуальные
хозяйства, связанные лишь рыночным обменом. А в рыночном
обмене самое сотрудничество отдельных хозяйств имеет форму
борьбы между покупателями и продавцами за цену, между прод
авцами за сбыт, между покупателями за возможность купить
товар. Борьба же означает активности, направленные противоположно
и в той или иной мере друг друга уничтожающие, т. е.
наличность дезингрессий; хотя она результатом своим может
иметь и прогресс, но сама по себе она - явление дезорганизационное.
Это относится и к рыночной борьбе. Наблюдая процесс
торга, особенно в примитивных, азиатских его формах,
нельзя не видеть, что он сводится к ряду взаимно уничтожающихся
усилий, которые в совокупности иногда дают немалую
растрату сил, особенно когда заканчиваются разрывом переговоров,
следовательно, полной дезингрессией затраченных
активностей. Еще гораздо значительнее те дезингрессий, которые
заключаются в усилиях конкурентов подорвать друг друга,
и те, которые возникают затем из общего несоответствия между
спросом и предложением со стороны разных отраслей и т. д.
На основе рыночной борьбы из того же разделения функций
возникает и борьба классов с ее огромными, растущими
дезингрессиями, и борьба социальных групп, единиц менее
крупных, соответствующих специализации внутри классов...
Так дезингрессий растут и накопляются, уменьшая живую силу
развития. Но до последнего времени она все же их далеко перевешив
ала. В этом росте противоречий легко уловить те же два
основных момента. Расхождение темпа обособленных функций
обнаруживается в том, что отдельные отрасли производства,
доставляющие одна для другой орудия и материалы, расширяются
непропорционально: одни отстают, другие перегоняют,
Они, собственно, "выбирают" свои объекты, т. я. на одни нападают, на
другие нет, на основе так называемого "хемотропизма" - химического притяжения
и отталкивания: например, одни из бактерий химически их привлек
ают, другие, напротив, вызывают реакции удаления. Но так как фагоциты
нормально должны уничтожать поврежденные, разрушенные или даже ставшие
просто ненужными клетки самого организма, то их хемотропизм и не может
вообще спасать от них его ткани.
так что целому ряду их не хватает то сбыта, то необходимых
средств для их работы. А затем и производство в целом обгоняет
рост потребления в целом, и получаются общие кризисы
"перепроизводства" с огромным разрушением производительных
сил, с широко развертывающимися процессами дезорганиз
ации.
Расхождение величины относительных сопротивлений приводит
к тому, что из числа частей целого - хозяйств и предприятий
- более слабые разрушаются в борьбе, в конкуренции
с более сильными; при этом некоторая доля дезорганизованных
экономических активностей, т. е. рабочих сил и средств
производства, поглощается, усваивается побеждающими,-
это называют "концентрацией" хозяйств или предприятий, а
остальное бесплодно гибнет, вымирая, распадаясь, разными
путями рассеиваясь в природе.
Развитие обоих моментов расхождения все более углубляло
и взаимную обособленность обширнейших частей системы, и их
практические дезингрессий. На известной ступени они неизбежно
должны были перевесить силу дополнительных связей между
частями и привести к разрыву этих связей, к общему крушению
организационной формы целого. Результатом должно
явиться или преобразование структуры, или простой распад.
Такое положение и выразилось для системы новейшего, фин
ансового капитализма в гигантском кризисе мировой войны
и вышедших из нее революций.
Проследить противоречия системного расхождения всего
легче для нас именно на обществе, как такой области опыта,
которая всего ближе к наблюдателю, всего доступнее для него.
Здесь можно заметить дезорганизационную сторону процесса
даже тогда, когда она еще ничтожна по сравнению с положительно-орг
анизационной; например, уже с самого начала разделение
труда не могло не уменьшать, хотя бы в слабой степени,
взаимного понимания между людьми, на котором основыв
ается точная координация действий. Гораздо труднее констатиров
ать такую же двойственность соотношений, например,
в отдельном организме. Однако, несомненно, что и там еще на
первых ступенях разделений функций, задолго до начала упадк
а, выступают наряду с обменом активностей также зародыши
борьбы и конкуренции. Они вполне ясно проявляются в различных
нарушениях и болезнях, связанных с самим ростом
организма. Так, конкуренция тканей из-за питания обнаружив
ается исхуданием тела в периоды быстрого развития скелета
или нервной системы, а также нередко - полового созревания.
О прямой борьбе говорят упомянутые нами факты "фагоцитоз
а" и т.п. В патологии, учении о болезнях, картины подобных
противоречий гораздо более ярки и встречаются на каждом
шагу. Но современная наука принимает, что патология от физиологии,
ненормальные процессы жизни от нормальных отлич
аются не по существу, а лишь относительно: нарушаются пропорции
различных элементов и функций, но не создается ничего
существенно нового; некоторые из постоянных тенденций
преувеличиваются, другие ослабляются, расстраивается их
равновесие, и только. Следовательно, в той борьбе между клетк
ами или тканями организма, которая наблюдается при болезнях,
можно с полным основанием видеть ненормальное усиление
некоторых моментов или сторон их обычной, физиологической
борьбы.
Удобную иллюстрацию системных противоречий развития
представляют сложные технические комплексы - машины,
научные инструменты. Их совершенствование большей частью
имеет вид прогрессивной дифференциации частей, вроде развития
организмов. Орудие усложняется для того, чтобы с большей
интенсивностью и точностью выполнять свое назначение, и в
то же время оно становится "нежнее", т. е. доступнее дезорганизующим
влияниям. Какая-нибудь песчинка или даже,
может быть, пылинка, резкое колебание температуры, влажности,
электрического напряжения нередко способны повести
к порче, к негодности такого инструмента: при огромном числе
взаимно дополняющихся частей их относительные сопротивления
таким случайным, иногда почти неучитываемым воздействиям
должны оказываться весьма неодинаковыми, а судьб
а целого определяется наименьшим сопротивлением; между
тем подобные воздействия отнюдь не просто "случайны", они,
в общем, необходимый момент среды, и случайно только выступление
того или иного из них в то или иное время. Затем,
конечно, с увеличением числа частей возрастает сумма их "трений",
т. е. внутренних дезингрессий в их движениях. Следовательно,
и здесь дифференциация бывает организационно-выгодной
только до известного предела, за которым ее противоречия
получают перевес. Тогда машина отвергается из-за чрезмерной
тонкости и сложности, как было со многими изобретавшимися
механизмами для производства и для военного дела,
со многими научно-измерительными, самопишущими и саморегулирующимися
инструментами '.
' Из этого, конечно, отнюдь не следует делать вывод об ограниченности
развития научно-машинной техники вообще. Из затруднений чрезмерной дифференци
ации отдельных орудий она до сих пор успешно находила выход. Нередко
ей удается "упростить" орудие, т. е, ту же сумму функций совместить
в меньшем числе частей. В других случаях дело меняется изменением размеров
орудия: при больших размерах уменьшаются отрицательные результаты сложности
приспособления, уменьшается его "нежность" по отношению к случай-
ным разрушительным влияниям, так как более крупные части тем самым "грубее"
и прочнее; понижается относительная величина внутренних трений, потому
что поверхности соприкосновения растут медленнее объема. Затем возможно
изменение всего типа орудия, иное распределение всех функций его
и т. д.
Примером противоречий системного расхождения в неорганической
природе можно взять ту же группу: атмосфера -
гидросфера - литосфера. Гидросфера "разъедает" литосферу,
извлекая из нее растворимые вещества и разрушая ее кристаллические
породы. У атмосферы же она понемногу отнимает
путем растворения кислород, передавая его затем окисляющимся
веществам твердой коры, где он и остается. Твердая кора
в свою очередь отнимает воду у гидросферы для кристаллизации
некоторых своих пород, кислород у воздуха для окисления
других и даже некоторое количество азота в виде аммиачных
и селитренных солей, образующихся при содействии определенных
микробов биосферы; углекислота известников, меловых
пород, доломитов была также некогда извлечена из атмосферы.
Но и воздух вместе с водой непрерывно действует разрушительным
образом на литосферу путем "выветривания", размельч
ающего твердые породы. Так, рядом со взаимно дополнительными
связями частей земной оболочки выступают, хотя
и более слабые в нашу геологическую эпоху, взаимно дезорганиз
ационные соотношения, зависящие от различия состава и
состояния этих частей.
Нынешние теории строения материи, как мы видели, дают
основания считать атомы высокодифференцированными систем
ами - "полярного" строения, с положительным электрическим
ядром и движущимися в зависимости от него отрицательными
электронами. Но вместе с тем эти теории представляют
атомы в процессе разрушения, идущего только разным темпом,
от неизмеримо для нас медленного до неизмеримо быстрого;
разрушение это предполагает, конечно, как причину системные
противоречия. Если теперь материя разрушается, то когданибудь
она должна была складываться, организоваться, прогрессивно
развиваться. Это развитие, в таком случае, должно
было идти путем системного расхождения элементов, образующих
атомы, расхождения, которое и привело к их полной
полярности. Если так, то вполне естественна мысль, что идущее
разрушение атомов есть результат противоречий их край-
ней системной дифференциации, выработанной мириадами
веков.
Так по всем ступеням организующегося бытия проходит
своеобразная двойственность системного расхождения: развитие
ко все большей устойчивости форм через дополнительные
связи и к их последующему разложению - через накопляющиеся
противоречия.
Чем значительнее начальное различие комплексов системы,
тем быстрее должно идти их дальнейшее расхождение, а следов
ательно, и развитие противоречий, дезингрессий между
ними, тяготеющее к разрыву их связи. Поэтому известная степень
разнородности частей заранее предопределяет неустойчивость
системы. Здесь - основа того эмпирического обобщения,
которое мы установили по поводу цепных связей вообще, о постоянно
наблюдаемой относительной однородности их звеньев:
без такой однородности система слишком неустойчива, слишком
быстро подвергается распаду вследствие развития противоречий
и, значит, устраняется подбором из поля нашего опыта.
4. Разрешение системных противоречий
(контрдифференциация)
а) Образование связки
Из системных противоречий вытекает организационная задач
а, тем более настоятельная, чем сильнее их развитие, задача
их разрешения или устранения. Жизнь ее решает или отрицательным
путем - разрушается сама система, например умир
ает организм, или положительным путем - преобразованием
системы, освобождающим ее от противоречий. Первый случай
будет рассматриваться в учении о системных кризисах, ко второму
мы перейдем теперь.
Это решение в основе своей очень просто. Если дезорганизующие
противоречия возникают из расхождения частей системы,
то ослабить или устранить их может то, что уменьшает
или уничтожает это расхождение, т. е., очевидно, конъюгационные
процессы между теми же частями. Так и бывает в действительности.
Исследуем ближе пути и методы такого решения.
Первичным моментом всякой конъюгации является образов
ание новой "связки", которое само сводится к слиянию некоторой
суммы элементов объединяющихся комплексов. Это слияние
основано на полном соответствии связочных элементов той
и другой стороны. Однако механизм, которым создается "связк
а", далеко не всегда представляет простое совмещение элементов,
уже вполне соответствующих одни другим. Во многих
случаях само соответствие, сама возможность совпадения является
в большей или меньшей степени результатом некоторого
взаимодействия между объединяемыми комплексами. Так, два
человека, вступающих в практическую связь на основе какой-
нибудь общей цели, могут вначале далеко не вполне одинаково
представлять эту цель, а особенно план ведущих к ней дей-
ствий; но путем общения, словесного и трудового, взаимно
влияя друг на друга, они шаг за шагом приходят ко все большей
солидарности в понимании как задач, так и средств. Аналогично
этому два психических образа, сближенные в сознании
по сходству, обыкновенно сами при этом изменяются в
сторону усиления сходства, бессознательно дополняемые один
элементами другого и обратно. Без таких изменений не протек
ает ни одно восприятие, ассоциируемое с хранящимися в памяти
представлениями; иногда же процесс дополнения заходит
так далеко, что порождает "иллюзии" восприятия или памяти:
в первом случае наличное восприятие дополняется всеми
недостающими в нем элементами старого представления,
например, костюм, висящий на стене, - элементами человеческой
фигуры, так что два образа окончательно смешиваются;
во втором случае, напротив, какое-нибудь сходное с данным
восприятием воспоминание приобретает столько его элементов,
что отождествляется с ним, и человеку кажется, что он "уже
видел" или вообще уже раньше пережил то, что в действительности
он видит или переживает еще только в первый раз.
Сюда же относится постоянно наблюдаемое в трудовой жизни
приспособление руки к орудию, орудия к руке. Ладонная
поверхность руки, охватывающей рукоятку орудия, по мере
сжатия пальцев изменяет свою форму до тех пор, пока придет
к наибольшему совпадению с поверхностью рукоятки; но и эта
последняя испытывает соответственную деформацию, очень
слабую и незаметную, когда вещество рукоятки по твердости
далеко превосходит ткани руки, весьма ощутительную, когда
обе твердости достаточно близки по величине, например рукоятк
а резиновая или обмотанная бумагой, обшитая кожей и т. п.
При долгом употреблении орудия, особенно одним и тем же
работником, приспособляющая деформация становится заметной,
несмотря даже на значительную твердость вещества; поверхность,
например, деревянной или металлической ручки
стирается и сглаживается так, что она больше "подходит" к
руке работника.
В работе зубчатых колес их зубцы, какой бы формы они ни
были, через некоторое время приходят, путем стирания, именно
к той форме, которая дает наиболее совершенное скольжение
поверхностей и которую легко заранее определить путем вычисления.
В природе примеров взаимоприспособления соединяющихся
комплексов можно было бы указать бесчисленное множество.
В области жизни это относится к любой паре связанных между
собою клеток в организме, к любой паре особей, вступающих
в семейное или стадное общение. Но и в неорганическом мире
это не менее обычно. Типичная иллюстрация - уравнивание
электрических потенциалов соприкасающихся проводящих
тел, уравнивание температур, также скоростей столкнувшихся
неупругих тел и др. Деформации горных пород, спаиваемых
давлением выше лежащих пластов, деформации пузырьков
пены, приходящих в соприкосновение, могут служить еще более
наглядными примерами.
Каков же тот механизм, который во всех подобных случаях
приводит соединяемые части разных комплексов к взаимному
соответствию или совпадению? Анализ показывает, что это уже
знакомый нам механизм подбора на всех его ступенях, от элемент
арно-космического до социального.
Согласно первой схеме подбора, "консервативной", из числа
возникающих изменений комплекса удерживаются те, которые
приближают его сопротивления к равновесию с изменяющими
активностями среды. Два связываемых комплекса являются
друг для друга составными частями среды, взаимно оказывающими
воздействия и сопротивления. Тенденция к равновесию
тех и других и определяет организационное "приспособление"
обоих комплексов. В области связки происходит подбор элементов,
которым оно достигается.
Устойчивое равновесие может получаться очень быстро, как
при электрических процессах, или очень медленно, как при
явлениях теплопроводности; это безразлично для текТологической
характеристики фактов, которая сводится к методу подбор
а наиболее устойчивых элементов и комбинаций.
Во многих соединениях комплексов более сложных, особенно
биологических, психических, социальных, выступает на первый
план "прогрессивная" схема подбора: согласно ей выделяются
группировки, возрастающие за счет своей среды, группировки
со специфическими активностями, превосходящими сопротивления
этой среды.
Так, пусть в данном сознании сближаются два родственных
психических комплекса, например, образы двух похожих друг
на друга животных. Оба они изменяющим образом влияют один
на другой, и первоначальным полем этих изменений является
область связки, те части обоих комплексов, которыми они соприк
асаются и объединяются. Из происходящих здесь разнообр
азных изменений упрочиваются те, которые повышают специфическую
активность системы, получающейся из двух комплексов.
Этим путем может достигаться усиление и расширение
элементов связки: с той и с другой стороны некоторые элементы,
не входившие в ее состав, теснее скрепляясь с нею, в свою
очередь становятся общими; и когда в поле сознания один из
двух образов выступает отдельно от другого, то он оказывается
уже "дополнен" элементами, которые раньше ему не принадлеж
али, но стали нераздельны с ним потому, что с ним нераздельн
а вся данная "связка". Благодаря такому стихийному
дополнению каждый образ усложняется, часто во много раз увеличив
ая свое содержание. Так, от многих встречаемых нами
людей мы получаем только зрительные и слуховые или даже
одни зрительные впечатления; но остающееся у нас представление
о каждом из этих людей включает и элементы осязательные,
и обыкновенно много элементов зрительных, которых в
ощущении не было, и проч.
Затем, дальнейший подбор может из каждого комплекса
устранить ряд элементов, несовместимых с новыми, дополняющими;
элементов, стоящих с ними в жизненном противоречии.
Часто процессы дополнения и устранения идут вполне параллельно.
Со мной лично не раз случалось, что лицо со светлыми
волосами представлялось мне в воспоминаниях темноволосым
благодаря случайному физическому сходству в других отношениях
с другим лицом - брюнетом, или наоборот. Подобная
переработка ассоциированных образов памяти, усиление
сходств и сглаживание различий - вещь настолько обычная,
что она, конечно, знакома каждому, кто умеет наблюдать свою
психику '.
По той же основной схеме происходит взаимоприспособление
более сложных комплексов - человеческих особей, когда
они вступают в цепную связь, положим - в виде простой коопер
ации. Подбор совершается в сфере их общения, укрепляет и
умножает совпадающие элементы их активности, сглаживает
или устраняет элементы взаимоисключающие. Благодаря большему
масштабу явлений все это здесь наблюдается легче: и пополнение
обоих комплексов новыми соединительными комбин
ациями, и ослабление группировок несовместимых с той и
другой стороны обнаруживается более наглядно; люди "сближ
аются", "знакомятся между собою", "столковываются",
-.устраняют разногласия", "разъясняют недоразумения", "примиряют
противоречия" и т. д. Однако сам механизм подбора
и тут остается скрытым для поверхностного взгляда. Между
тем всякое воздействие человека на человека направлено к усилению
одних элементов чужой психики, ослаблению других;
и будет ли оно сознательно-планомерным, как, например, в пед
агогической деятельности, или полусознательным, как в обыденном
общении людей, но объективно оно всегда является фактором
подбора.
Как далеко идут изменения объединяющихся цепной связью
комплексов? Факты не дают указания на какие бы то ни было
границы. В нашем опыте имеются самые разнообразные случ
аи, от совершенно незначительных, едва для нас уловимых
вариаций, до глубокого, радикального преобразования. Биология
описывает огромный цикл явлений, где это преобразование
отличается такой жизненной важностью, что само соединение
двух комплексов играет подчиненную роль по отношению
к нему - роль средства, которым оно достигается и которое
отбрасывается по осуществлении цели. Там оно и было впервые
обозначено именем конъюгационных процессов. Очень ти'
Не знаю, надо ли пояснять, что эта "ассимиляция" психических образов
путем взаимного подбора - отнюдь не только источник ошибок и неточностей,
но еще более - метод величайшей полезности для развития жизни. Например,
все наиболее общие и точные законы, выработанные науками, возник
али на основе такого уподобления различных комплексов опыта, уподобления,
идущего гораздо дальше их непосредственного сходства.
2 А. А. Богданов, кн. 3 33
личный и в то же время предельный случай этого рода предст
авляют "копуляции" одноклеточных организмов - полное
слияние двух живых клеток. Здесь область связки, расширяясь,
захватывает целиком оба комплекса.
Отметим, далее, что иногда конъюгация может быть только
односторонней: при двух однородных комплексах только часть
одного из них присоединяется к другому и сливается с ним, порожд
ая нормальные эффекты конъюгации, т. е. изменяя его
и сама соответственно изменяясь; другой же комплекс по отношению
к первому такой роли не играет. Для этого необходимо,
чтобы конъюгирующая часть первого комплекса была от него
отделена при самой ли конъюгации или еще раньше. Человек
технически осуществляет это одностороннее применение метод
а в садоводстве, в хирургии: "прививка" черенков культурного
растения дикому; прививка кожи, роговицы и других тканей
от здорового индивидуума больному, переливание крови
или в серотерапии - вливание кровяных сывороток. Это -
комбинация двух методов, конъюгационного с дезорганизационным
(отделением части от целого).
Колоссальное распространение конъюгационных процессов
заставляет нас поставить еще один общий вопрос. Так как они
охватывают вообще все те случаи, когда происходит частичное
или полное смешение элементов, принадлежащих различным
комплексам, то не следует ли всякую связку понимать как
результат некоторых конъюгационных сочетаний, всякую ингрессию
генетически сводить к ним?
С первого взгляда, ответ должен быть все-таки отрицательный.
Возьмем, например, систему, образованную рукой и орудием,
которое она охватывает, или двумя зубчатыми колесами,
зацепляющимися одно за другое. По-видимому, если здесь
и есть общие поверхности, обусловливающие цепную связь, то
не может быть и речи о конъюгационном взаимодействии, о
хотя бы частичном смешении соединяющихся комплексов, особенно
если они так разнородны, как в первом из этих случаев.
Однако возьмем даже этот случай, как в своем роде крайний,
и, присмотревшись ближе, мы найдем иное.
Даже если бы общая поверхность руки с орудием была чисто
геометрической, то и тогда нельзя было бы ска
...Закладка в соц.сетях
