Жанр: Электронное издание
Valand100
...тношение куда более серьезные люди. Современники называли имена
все тех же Красса и Цезаря, да и не только их. Доказать не удалось, но ведь
именно Цезарь пытался защитить Катилину перед всем Сенатом!
Не убеждает? Тогда пример второй. Луций Корнелий Сулла, тот самый непримиримый
аристократ и враг Мария. Этот не Катилина, такой принципами не поступится!
...87 год до Р.Х. Сулла сокрушил Мария, захватил Рим и повел войско на восток -
Митридата бить. Напомню: Митридат Евпатор только что вырезал сто тысяч римских
граждан. Куда там Спартаку! Сулла Митридата разбил, за Эгейское море отбросил,
но... Но как раз в это время Марий вернул себе Рим. Сулла и все его сотоварищи
были объявлены вне закона, против них направили целую армии. Так что в тот
момент гордый аристократ Сулла юридически ничем не отличался от Сертория и даже
(вот смех-то!) от Спартака. Все они вне закона, все они не считаются даже
"врагами". У римлян было четко: если "враг", то с ним и мир заключить можно, но
если не "враг", а мятежник или разбойник, то у таких даже капитуляцию не
принимали. На крест - и весь разговор.
И что же Сулла? А Сулла плюет на римскую гордость и спешит помириться с
недобитым Митридатом. Плутон с ними, с тысячами невинноубиенных сограждан! У
Митридата остается его царство, а Сулла спешит в Италию - разбираться с
марианцами. С точки зрения туповатого Катона, это измена, с точки зрения Суллы -
реальная политика. Союз с Митридатом-жи-водером? Отчего бы и нет, ежели для
дела?
Между прочим, Сулла и Митридат этому союзу оказались верны. Через несколько лет
войска понтийского царя серьезно потрепали римлян в Азии, причем без всякого
объявления войны. Римский наместник уже собрал войско, но тут его Сулла за
локоток и взял. Мол, дело житейское, всякое между союзниками бывает.
А вот и третий пример. Квинт Серторий, неоднократно уже помянутый. Сначала он
воевал с сулланцами в Африке, призывая на помощь всех противников Рима. Потом
перебрался в Испанию и там проделал то же самое: бросил против римских
правительственных войск толпы иберийских дикарей. Реальная политика, что
поделаешь?
Никто из римских вождей Спартаку, конечно же, не сочувствовал да и сочувствовать
не мог. Но зачем сочувствовать, когда можно ИСПОЛЬЗОВАТЬ? Гладиаторский претор
Спартак рассуждал абсолютно сходно. Иное дело, каждая из сторон думала
использовать контрагента в своих собственных интересах, но иначе в политике и не
бывает.
Это теория. А практика? А факты?
Пожалуйста, факты. В Риме, как мы знаем, существовала власть исполнительная
(консулы) и власть законодательная (Сенат). Реальной властью был Сенат, в эти
годы - оплот самых махровых аристократов-сул-ланцев, тех, что стеной встали на
пути демократических реформ. Но если Сенат - власть, то ему отвечать за все, в
том числе и за Спартака. Каждая победа спартаковцев неизбежно РАСШАТЫВАЛА власть
этих мракобесов, они теряли остатки авторитета, шли на уступки, их враги же
смелели и давили дальше. Через год новые консулы Красс и Помпеи начали демонтаж
сул-ланского законодательства, а там подоспели времена Первого Триумвирата, и
господству Сената пришел конец.
Итак, демократы-марианцы ОБЪЕКТИВНО были заинтересованы в успехах Спартака. В
определенных пределах, конечно. Никто из них не хотел гибели Рима и всеконечного
опустошения Италии. А в остальном... Реальная политика! То-то трибун Макр так
старается, чуть ли не каждый день речами народ смущает!
Уже в августе (по римскому календарю в ноябре) 72 года до Р.Х. очумевший от
ужаса и потерявший всякий авторитет Сенат будет вынужден отстранить лояльных ему
консулов и назначить командующим Красса. Тот тоже сулланец, однако, как мы
увидим, весьма своеобразный. Но о Крассе чуть позже, пока же о Спартаке. На что
мог рассчитывать гладиаторский вождь? А точнее, на кого? С кем из римской
верхушки он мог вступить в переговоры?
Джованьоли, как вы помните, считал, что с Каталиной, с тем, который мечтал Рим
поджечь, а консулов убить. Трудно сказать, были ли между ними какие-то контакты,
дело это тайное. Но:
1. В эти годы Катилина все еще пытался прийти к власти легальным путем, через
выборы. Контакты со Спартаком, стань они известны, похоронили бы такую надежду
навсегда.
2. Катилина - сошка мелкая, политический маргинал. За спиной этого авантюриста
стояли куда более умные и хитрые люди, сам же он не представлял собой ничего
серьезного. Зачем такой деятель Спартаку?
Аппиан считал иначе. По его данным, Спартак, не размениваясь на всяких там
Каталин, попытался договориться не с кем-нибудь, а с новым римским командующим
Марком Крассом.
Аппиан:
"Красс, опасаясь, что слава победы может достаться Помпею, старался всячески
ускорить дело и стал нападать на Спартака. Последний, также желая предупредить
прибытие Помпея, предложил Крассу вступить в переговоры".
Это случится позже, зимой, но кто сказал, что эта попытка первая? Просто зимой
об этих переговорах стало известно, и Красс поспешил от них откреститься. Да и
возможности для взаимного торга к этому времени стали совсем другие.
О зимних переговорах речь еще впереди. Пока же о тех политиках, с кем Спартаку
имело смысл контактировать. Красс станет командующим позже, пока же он личность
известная, но не слишком влиятельная. А более серьезные люди?
С аристократами-сулланцами Спартаку было разговаривать не о чем. Вот марианцы
иное дело. Проблема в том, что из-за многолетних репрессий Суллы все его
наиболее опасные враги оказались либо в могиле, либо в изгнании. Из марианцев в
самом Риме остались только самые бесцветные и слабые. Это не вожди, с ними не
договоришься. Правда, росло новое поколение, то, чьи отцы и старшие родственники
убиты сулланцами. Красс и Цезарь - не исключение, таких было много. Но они пока
еще не сила, их час не настал.
Так кто же остается? А остается тот, кто все эти годы считался истинным вождем
марианцев, - Квинт Серторий.
Серторий в Испании, Серторий вне закона, против него воюет Гней Помпеи. В Риме
Сертория принято поносить на всех углах и на тех же углах проклинать. Он
изменник, предатель, друг всех римских врагов и союзник проклятого Митридата.
...Суллу, тоже союзника проклятого Митридата, в свое время поносили ничуть не
меньше, что не помешало ему вернуться в Рим и сильно убавить его
народонаселение. Крикуны лишились не только языка, но и головы...
А теперь снова вспомним Плутарха:
"...Перперна, завладев перепиской Сертория, показывал письма к нему некоторых
весьма влиятельных римлян, которые желали, ВОЗБУДИВ ВОЛНЕНИЯ В ГОСУДАРСТВЕ,
изменить тогдашнюю форму правления и приглашали Сертория в Италию. Из опасения,
как бы эти письма не послужили причиной еще более ужасных войн, чем только что
окончившиеся, Помпеи велел убить Перперну, а письма сжег, даже не прочитав их".
Прежде я эту цитату лишь частично приводил, теперь же полностью. И что же мы
видим? А видим то, что Квинт Серторий, несмотря на все проклятия и сенатские
указы, оставался вождем марианцев. Ему пишут "весьма влиятельные римляне".
"Весьма влиятельные" - это не рядовые сенаторы, это кто-то повыше.
Плутарх уточняет:
"...Письма бывших консулов и других наиболее влиятельных в Риме лиц, которые
призывали Сертория в Италию, утверждали, что там многие готовы подняться против
существующих порядков и совершить переворот".
Итак, не просто "весьма влиятельные", но даже "наиболее влиятельные". Вспомним,
что марианцем был консул Геллий, марианцем был Цезарь. Но это те, о ком мы
знаем, имелись и другие. "Бывшие консулы" могли теперь управлять провинциями,
занимать самые почетные кресла в Сенате. Недаром Помпеи ужаснулся и велел письма
сжечь.
...Но все-таки перед тем, как в огонь кинуть, он со всем этим компроматом, уверен,
ознакомился. Ну кто бы на его месте удержался! Другое дело, в Риме Помпей с
каменным лицом поспешил заявить, что ДАЖЕ НЕ ЧИТАЛ эту гадость. Корреспонденты
Сертория из числа "влиятельных" все поняли и, конечно, оценили...
"Весьма влиятельные" и "наиболее влиятельные" не просто пишут врагу народа
Серторию. Они зовут его в Италию, и, конечно, не просто зовут, но что-то
конкретно советуют и предлагают. Что именно? Как уцелевшие марианцы могли помочь
своему вождю?
Серторию помогали. В его армии сражались эми-гранты-марианцы, у него была
превосходная агентура, из бежавшей к нему знати он смог даже создать свой Сенат.
А в самом Вечном городе кто-то "влиятельный" умело саботировал войну в Испании.
Плутарх:
"Помпеи уже истратил большую часть своего имущества на эту войну и стал просить
денег у Сената. Он заявил, что, в случае отказа, явится с войском в Италию
требовать денег".
Оценили? Лояльный сулланец Гней Помпеи, друг Сената, единственный полководец,
способный сражаться с Серторием на равных, не получает денег и вынужден воевать
на СВОИ СРЕДСТВА! Уму непостижимо! Неудивительно, что Помпеи так озлился, что
был уже готов повернуть войска на Рим.
А вот и результат.
Плутарх:
"В конце концов Серторий вытеснил римских полководцев из подвластной ему
Испании: он перерезал пути подвоза продовольствия, опустошил страну и
господствовал на море, и из-за недостатка съестных припасов они вынуждены были
отступить в другие провинции".
Как говаривал в подобных случаях Павел Николаевич Милюков, что это - глупость
или измена? Как по мне, измена в чистом виде. Но Помпеи не сдавался, атаковал
снова и снова, умело ссорил Сертория с его союзниками-испанцами. В войне
наступил пат - Серторий держал удар, но победить сограждан-римлян не мог. И тут
появился СПАРТАК.
О том, что Серторий мог здорово помочь Спартаку еще у Везувия (или даже
спровоцировать восстание в Капуе), говорить уже приходилось. Но помогал он
гладиаторам не просто так.
Война в Италии, война против ненавистных сулланцев ("возбудив волнения в
государстве" - вот оно!) - это очень хорошо, но все же мало для полной победы. А
вот ежели согласовать некий совместный план...
Спартак для Сертория последний шанс. Серторий для Спартака - могучий союзник. У
них общий враг - те, кто сейчас правит Римом. Между собой разобраться можно
будет и позже, когда трупы врагов унесет желтый Тибр.
Верили ли они друг другу? Не больше, чем всякие вынужденные союзники. Была ли у
них единая цель? Нет, но на этом этапе их интересы совпадали. Могли Спартак и
Серторий договориться? Уверен - да!
А теперь вновь нырнем в бурное море Фантастики.
39. ПУТЯМИ ГЕРАКЛА, или ПЛАН СЕРТОРИЯ
Для начала перенесемся в Испанию, куда-нибудь на берег реки Эбро, по-древнему -
Ибра. Никогда не были в Испании? И я не был, но это ничего. Мы тут долго не
задержимся, поэтому просто представим: небо голубое, скалы красно-желтые, по
берегам - пепельные оливы, о которых Гарсия Лорка писал. Полная романтика,
только Дон Кихота не хватает. Впрочем, Рыцарь печального образа нам сейчас
помочь не сможет, у него военный опыт своеобразный, нам бы сюда настоящего
стратега. Впрочем, и такой есть. Знакомьтесь: Квинт Серторий.
Хороших портретов мятежного марианского генерала у нас нет, но кое-что о нем
сказать можно. Крепкий, плечистый мужчина с неистребимой военной выправкой,
возраст - чуть больше полувека, лицо загорелое, на плечах - красный консульский
плащ. Чем-то похож на Спартака, только старше.
Что видит он отсюда, с берегов Ибра? О чем думает?
Это мы знаем - мятежный генерал думает о Риме. О проклятом Риме, о любимом Риме.
Туда его зовут, ему обещают помощь, но... Но только в том случае, если Серторий
появится в Италии САМ, сам войдет в Коллинские ворота, сам шагнет на ступени
храма Юпитера Капитолийского. Возможно ли такое? В принципе, возможно. Но
трудно, очень трудно.
До самой Италии добраться не проблема. На море - пираты, союзники Сертория,
римских кораблей там почти что и нет. Всегда можно собрать эскадры, загрузить
солдат-испанцев и римских эмигрантов из числа наиболее решительных. Однако на
кораблях да еще за один раз много войска не перевезешь, а второго раза может и
не быть - навстречу высадившимся в Италии марианцам выступит римская армия. У
Сената хватает шпионов, о подготовке к десанту узнают. Сторонники же Сертория в
Риме, все эти "весьма влиятельные" и "наиболее влиятельные", сами не выступят,
испугаются. Стоит правительственным войскам запереться в Риме, стоит Сенату
кликнуть клич по Италии...
Значит, первое, что требуется, - отвлечь силы сул-ланцев подальше от столицы.
Отвлечь - и нейтрализовать. Разбить их можно будет позже, когда Рим будет взят.
У кого Капитолий, у того и власть. Попав в Вечный город, Серторий мгновенно
превратится из мятежника во владыку. Попасть бы туда!.. Пару лет назад такое
казалось почти невозможным. Теперь легче - в Италии воюет Спартак. То, что и
требовалось, о чем друзья из Рима писали: "Возбудив волнения в государстве,
изменить тогдашнюю форму правления..." Консульские армии разбиты, власть отцовсенаторов
колеблется. Сейчас бы ударить!
Нет, рано! Против Спартака формируется новое римское войско, отборное, из самых
лучших солдат и офицеров. Пока эта армия в Италии, высаживаться нельзя. Узнав,
что корабли Сертория вышли в Средиземное море, сенатский полководец, кем бы он
ни был, успеет сообразить и повернуть обратно, чтобы прикрыть столицу.
Итак, требуется увести римскую армию подальше от Вечного города, а в идеале -
вообще из Италии. Но как? Только одним путем - создать такую УГРОЗУ Римской
республике, чтобы отцы-сенаторы на какой-то миг забыли о Риме.
...Хмурится Серторий, сжимает крепкие пальцы в кулак. Угрозу! Да!... Создать, но
где? На Востоке? Митридат - союзник, но он далеко, в горах Понта. В самом начале
Третьей Митридатовой войны была надежда, что понтийский царь сам попытается
высадиться в Италии или по крайней мере реально ОБОЗНАЧИТ такую угрозу. Именно
это и требовалось, но Луций Лукулл сумел разбить понтийский флот. На Фракию
надежды нет, Марк Лукулл добивает там последних. Пираты - просто разбойники, в
открытый бой их не поведешь.
Остается Спартак. Его войско сейчас в Цизальпинской Галлии, римляне уверены, что
восставшие вот-вот разойдутся по домам. Что бы ни случилось дальше, самая
страшная опасность для Рима миновала. Спартаковцы способны поджечь Республику с
нескольких концов, но у римлян крепкие нервы, такие пожары тушить они умеют. А
если Спартак повернет обратно в Италию, двинется прямо на Рим? Тоже не
получится. Ужас перед гладиаторами заставит сплотиться всех - и сулланцев, и
марианцев.
...Кулак разжимается, ладонь скользит по лицу. Думай, Квинт Серторий, думай! Твоя
удача, твоя Фортуна совсем рядом, близко... Так что же делать? Для начала в
очередной раз внимательно изучить карту, но уже не Италии, а всего Западного
Средиземноморья. Этим мы и займемся - вместе с Серторием.
Итак... Римские владения в Западном Средиземноморье - это Италия, острова, часть
Испании, Нарбон-ская Галлия и побережье Северной Африки. Более половины своих
испанских владений римляне потеряли, сейчас там войска мятежников. Потеря всей
Испании для Рима не смертельна, но очень чувствительна. Ведь Серторий воевал и в
Северной Африке, у него там много друзей-марианцев. Стоит овладеть
средиземноморским побережьем, занять портовые города - и высаживай десант хоть
на Сицилии, хоть на руинах Карфагена. Поэтому и послал Сенат в Испанию Помпея.
Победить Сертория он не может, но и к морю его не пускает.
Разбить бы Помпея! Не получается, даже саботаж в самом Риме не помогает.
Перевербовать? И это не выйдет, Помпеи - сулланец, на нем кровь десятков видных
сторонников Мария, такое не простят. Значит, он будет сражаться до конца, даже
ненавидя Сенат.
Попытаться захватить Сицилию? Там хлеб, столь нужный Риму, кроме того, этот
остров - мост и в Италию, и в Африку. Да, это будет очень неприятно для
Республики, но тоже не смертельно. Кроме того, Сицилия готова к обороне, ее
наместник Веррес - человек решительный и жесткий. Что же остается? Остается
Галлия. Та самая - Нарбонская, где правит Марк Фонтей.
Вот тут-то меня читатель и остановит. Мы ведь уже захватывали Нарбонскую Галлию!
Захватывали, наместника Фонтея осаждали. И ничего, не рухнул Рим. Зачем же снова
пытаться? Верно, захватывали и осаждали - но не захватили до конца. Я ведь
недаром намекал, что римляне сумеют кое-где удержаться. И недаром! Если вся
Галлия, как вы помните, состоит из трех частей, то Галлия Нарбонская - из двух.
Двух, причем очень разных.
...Лет двадцать назад в далекой Америке, в маленькой стране Сальвадор, шла
гражданская война. Повстанцы-революционеры сражались против жестокой и кровавой
диктатуры. Сражались, победы одерживали, почти всю страну захватили - но так и
не победили окончательно. Со стороны все это странно выглядело: девять десятых
территории правительство потеряло - и не сдается. Да как такое может быть?,
Такое быть могло - и было. Мудрые люди с экрана телевизора объясняли это диво
просто. Весь Сальвадор делится на две неравные части. Девять десятых - это
джунгли с индейцами. Индейцев можно напоить, их вождей подкупить, джунгли взять
под контроль - и сидеть там хоть сто лет без всякого шанса на победу. Для
правительства важны не джунгли, важна та самая одна десятая страны. Ее так и
называли "полезный Сальвадор". Именно там - города и порты, именно там -
промышленность и вся макроструктура. И населения побольше, чем во всех джунглях.
Кто владеет "полезным Сальвадором" - тот и хозяин страны, поэтому и держалась
диктатура столько лет.
В Нарбонской Галлии - та же картина. Почти вся провинция... Не джунгли, конечно,
это же Прованс, благодатнейшие места. Джунглей нет, зато есть горы, покрытые
густым лесом. В те времена хороших дорог там не было, да и плохих тоже. И
городов очень мало. Вместо индейцев - галлы, несколько очень беспокойных племен.
Их-то взбунтовать легко, особенно если подоспеют спартаковцы. Но римляне и не
собирались оборонять весь этот обширный край. Их интересовала "полезная Галлия".
"Полезная Галлия" - что это такое? Прежде всего средиземноморское побережье с
Массилией (Узнали? Да-да, будущий Марсель). Массилия - город очень богатый, но
главное - это самый важный римский порт на всем Западном Средиземноморье. Галлы
там не живут, живут римляне и потомки греческих колонистов, многие из которых
тоже римские граждане. Массилия превосходно укреплена, даже Цезарю придется
осаждать ее не один месяц. Этот порт - главный оплот Рима в этих местах, можно
сказать, твердыня. Но Массилия - это не все. Сейчас в благодатном Провансе дорог
много, а в те времена их было всего две. Одну мы уже знаем - Эмилия Скавра, что
вдоль итальянского побережья идет через Геную на запад. Но это в Италии, а в
Галлии она сворачивает на север и подходит к реке Родан (нынешняя Рона) возле
тех мест, где много позже будет основан знаменитый город Тараскон, тот самый,
воспетый Альфонсом Доде, родина хвастуна Тартарена. Но к будущему Тараскону с
северо-востока подходит еще одна дорога, почти параллельная южной. Возле Родана,
там, где переправа, они соединяются в одну, которая ведет вдоль побережья прямо
в Испанию.
В древности, еще до Рима, обе эти дороги называли Путями Геракла. Именно по
одной из них великий герой шел на запад, за яблоками Гесперид. А может, и по
двум - туда по северной, обратно по южной. Обе дороги - наиважнейшие, на них
завязаны все римские коммуникации. Стоит их оседлать, стоит перерезать... Где
именно? Да там же, у Родана, возле переправы, у, перекрестка-тривиума.
Вот он, стратегический узел, ключ к римским владениям на всем Западе, вот что
римляне будут оборонять до последней капли крови! И недаром. В свое время консул
Сципион проморгал эту позицию, дал пройти Ганнибалу - и все, карфагенское войско
в Италии, римские матроны могут шить траурные туники...
Кровавый опыт Ганнибаловой войны не прошел дарим - "полезная Галлия" прекрасно
укреплена. Массилию тоже с ходу не взять, да и осаждать долго, а с Путями
Геракла римлянам просто повезло. В те времена местность от моря почти до самой
переправы - сплошные болота, а чуть севернее - горы. Достаточно построить
надежные крепости по берегам Родана, разместить там надежные гарнизоны...
Все это уже сделано. Именно здесь - крепость наместника Фонтея. Галлы вместе с
друзьями-спартаковцами легко займут почти всю провинцию, но Массилию и
перекресток у Родана римляне не отдадут. Галлы - вояки отчаянные, однако
крепости осаждать не умеют. И спартаковцы этим не отличались. В Риме могут
особенно не волноваться. Какое-то время Фонтей будет удерживать "полезную
Галлию", и этого хватит, чтобы собрать войско и двинуть его на врага. А то, что
к Фонтею придет подмога, очевидно, слишком важен для Рима этот галльский "ключ".
Итак, болевая точка найдена. Стоит нажать... Но ведь мы уже пытались? Галлы из
спартаковской армии должны были прорваться к своим братьям в Галлии Нарбонской,
поднять там бунт, перерезать римлян! Верно, но здесь есть важный нюанс.
Галльских толпищ Рим не очень боится, армия Фонтея маленькая, но отборная, сам
же наместник - опытный полководец. Сколько галлов из спартаковского войска
смогут выйти к Родану? Много? Думаю, не очень. Вспомним!
Аппиан:
"Спартак... со 120 000 пехоты поспешно двинулся на Рим".
Цифру эту мы смело уменьшаем если не вдвое, то раза в полтора. Девяносто тысяч
тоже много, но ведь из них большинство - новобранцы из Цизальпинской Галлии.
Спартак привел на север сорок тысяч (если римлянам верить), на самом деле у него
было куда меньше. А сколько в спартаковской армии галлов с берегов Родана?
Несколько тысяч в лучшем случае.
Итак, в Нарбонскую Галлию сможет прорваться, скажем, один спартаковский легион и
примкнувшая к нему толпа новобранцев. Многие из них, уверен, тут же по родным
деревням разбегутся или поспешат на север, в Галлию Косматую, к родичам. Ведь
сказано же самим Спартаком: по домам, мол, ребята! А без вождя вольница быстро
выплеснется из берегов. Выплеснется, разольется... Оставшихся хватит, чтобы начать
резню в провинции, но захватить "полезную Галлию" с налета да с наскока они не
смогут.
Буйных галлов римляне не боятся, они боятся Спартака. Именно Спартак, а не
беглые рабы и всякая чернь с полей - враг, именно со Спартаком идет война. А
если к Родану, Путем Геракла, направится не один галльский отряд, а вся
гладиаторская армия? Если туда пойдет сам СПАРТАК?
Прежде чем пуститься по реке Фантастики дальше, заглянем-ка ненадолго в Рим.
Сейчас там ноябрь 682 года от основания города, по-нашему же - август 72 года до
Р.Х. Жарко, пыльно, в Курциевом пруду вода гнилой зеленью подернулась, возле
лавок, тех, что на Форуме, худые, облезлые собаки тень ищут... Что нового в
столице? Послушаем.
Флор:
"Наконец-то римляне всеми силами государства поднимаются против этого
гладиатора..."
Тит Ливии:
"Эта война была поручена претору Марку Крассу".
Плутарх:
"...Раздраженный Сенат приказал консулам прекратить военные действия и выбрал
главнокомандующим Красса".
Орозий:
"...Государство испытывало почти не меньший страх, чем когда Ганнибал стоял
угрожающе у ворот Рима, Сенат отправил Красса с легионами консулов с новым
пополнением солдат".
Аппиан:
"Третий уже год длилась эта страшная для римлян война, над которой вначале
смеялись и которую сперва презирали.чкак войну с гладиаторами. Когда в Риме были
назначены выборы других преторов, страх удерживал всех, и никто не выставлял
своей кандидатуры, пока Лициний Красс, выдающийся среди римлян своим
происхождением и богатством, не согласился принять на себя звание претора и
командующего войсками. С шестью легионами он двинулся против Спартака. Прибыв на
место, Красс присоединил к своей армии и два консульских легиона".
Дружный хор! И все в один голос - консулы отстранены от командования,
государство в страхе, да таком, что никто не стал свою кандидатуру в преторы
предлагать. Виданное ли дело, в прежние годы от желающих отбоя не было, а тут...
Но,вот нашелся смельчак, наш старый знакомец Марк Лициний Красс. Его и выбрали -
на безальтернативной основе. И не просто выбрали. В Риме мобилизация, набраны
шесть новых легионов. Силища!
Что Красс в "нашей" истории с этой силищей будет воротить, мы еще узнаем. Но
представим себе, что в самый разгар мобилизации претор Марк Красс узнает
потрясающую новость - Спартак УШЕЛ ИЗ ИТАЛИИ.
Сенсация!
Первая мысль: ну и пусть катится в свою Фракию под мечи Марка Лукулла! Вторая: а
если он ушел НЕ ТУДА? А лазутчики уже спешат к претору, уже докладывают, друг
друга перебивая. Ушел Спартак, но войско не распустил, напротив, новобранцами
пополнил. И ведет он все это толпище Путем Геракла прямо в Нарбонскую Галлию, к
реке Родан.
Все остальное Красс сумеет просчитать не хуже нас с вами, даже, уверен, быстрее.
И на смену облегчению, на смену радости - новая тревога. К Родану, в Нарбонскую
Галлию? Не иначе с Серторием-предателем сговорился, Помпею в тыл ударить решил.
Поймет это не только Красс. И в Сенате поймут, и на Форуме. И грянет город Рим
тысячами голосов да на одном дыхании: "Догнать! Перехватить! Разбить! Ату
Спартака!!!"
Страх исчез. Нечего бояться, враг не у Пренестийских ворот. На смену страху -
азарт охотничий. Лови, претор Красс, презренного гладиатора! Сказано - сделано.
И вот уже спешат легионы Красса на север, прорываются, сметая ополчение
Цизальпинской Галлии, на дорогу Эмилия Скавра, и вот уже Альпы впереди, под
солдатскими калигами - пыль древнего Пути Геракла...
...В декабрские иды, по-нашему - 15 сентября, войско Красса перейдет Атректианские
Альпы. И в тот же день десант Сертория, высадившись в Остии, после короткого боя
ЗАХВАТИТ РИМ.
Как вам замысел, дорогой читатель? Слишком смело, говорите? Чистая фантастика,
говорите? Фантастика, да не совсем. Серторий так и поступал. Вначале воевал с
сулланцами на Сицилии. Там его прижали, почти что разбили, а он темной ночью
вырвался и высадился в Африке. Все повторилось - его обкладывают среди
нумидийских оазисов, сулланцы готовы победу праздновать, а Серторий уже в
Испании. И все по новой. Прием простой, н
...Поділитися у соцмережах
