Жанр: Электронное издание
Valand100
...о действенный - привязать противника к
плацдарму, усыпить бдительность и идти дальше. Куда? В Рим, куда же еще?
...По Тибру плывут трупы, на Форуме глашатай орет, список врагов народа читает,
диктатор Серторий издает первые эдикты, недобитых марианцев в свое войско
кличет. Время есть - Лукуллы далеко, а Помпей в Испании увяз. Намертво! Испанцы,
союзники Сертория, как раз в наступление перешли, на море пираты, а по суше не
пройти - Спартак только что переправой через Родан овладел. Вот вам и переворот,
о котором Серторию из Рима писали!
Так неужели Спартак все затеял ради беглого римского генерала? Неужели
великолепный парень - просто агент Сертория, вульгарный наемник? Где же борьба
за свободу, за равенство и братство? Неужто роман Джованьоли Вещего просто
красивый вымысел? Наемник Сертория - как скучно, как пресно, как серо!..
Не будем спешить. Я ведь уже намекнул, что Серторий и Спартак - временные
союзники. Временные! На этом этапе их цели совпадают - пока. Ведь план Сертория
выполнен не до конца. Рим взят, армия Помпея отрезана, но есть еще войско
Красса, шесть свежих легионов да в придачу два консульских. Это много, у
Сертория столько не будет. Повернет сейчас претор Красс на Рим, призовет к
спасению Отечества! Ведь он сулланец, от злодеев-марианцев пострадал, Серторий
ему - враг смертный...
Может, и призовет, а может, и нет. Во-первых, ему в хвост тут же спартаковцы
вцепятся. А во-вторых... А во-вторых, не пора ли нам познакомиться с Марком
Лицинием Крассом поближе?
40. КРАСС, СЕРТОРИЙ И СПАРТАК, или ИСТИННАЯ ЦЕЛЬ
Многое мы уже о Марке Лицинии Крассе знаем. Но не все. Например, как он
выглядел? Тоже любопытно, внешность весьма показательна. С детства помню, каким
представил Красса великий артист Марис Лиепа в балете "Спартак". Чистый эсэсовец
вышел, прямо группенфюрер, лишь черной формы не хватает. Лицо нордическое,
характер нордический, взгляд только что насквозь не прожигает. И красив, хоть
сразу на медаль. В общем, олицетворение Рима, достойный противник великого
Спартака.
Характер у Красса и вправду имелся. И характер, и воля, и бешеный нрав.
"Бодливый бык" - помните? Но вот остальное...
Все, что осталось от Красса, - это небольшой барельеф, профилек, так сказать.
Историки даже сомневаются: Марк Лициний на нем или кто-то из предков. Но в любом
случае на профильке - Красс. Даже если Красс-отец или дед, все равно некое
сходство должно быть.
Смотрим. Смотрим - и удивляемся. Ничего нордического, ничего героического. Щеки
пухлые, двойной подбородок. Не толстяк, но явно с лишним весом. Рот маленький,
губы брезгливо поджаты, особая примета - нос, даже не нос - клюв, как у орла. Но
больше ничего орлиного не замечается. Глаза словно спрятались под дугами
надбровными, а сами брови тонкие, будто выщипанные. И уши большие с приметными
мочками. Общее впечатление - самолюбивый, изнеженный аристократ с признаками
явного вырождения. Такому на пирах возлежать, гастрономией увлекаться, а не
войско в поход вести.
Как видим, внешность (ежели на барельефе действительно "наш" Красс) весьма
обманчива. Марк Лициний на пирах бывал редко, образ жизни вел умеренный, золотой
и серебряной посудой не пользовался из принципа. Более того, считал себя
философом, с философами общался и любил рассуждать о вечном.
Но это рассуждать. А вот когда приходило время действовать...
Красс - сулланец, но сулланец, если так можно выразиться, поневоле. Его отец и
брат слишком рьяно Суллу поддерживали, за что и поплатились. Марк Ли-циний
бежал, скрывался, а затем перебрался к Сулле и начал, нет, не мстить - делать
карьеру. Воевал он неплохо, но никогда не любил рисковать, особенно жизнью.
Ценил он ее, жизнь свою единственную! Сулла, человек наблюдательный, это сразу
заметил.
Плутарх:
"Красс, которому поручено было отправиться в землю марсов для набора войска,
просил дать ему охрану, так как дорога проходила вблизи неприятеля. Сулла же,
разгневавшись на него, резко ответил: "Я даю тебе в провожатые твоего отца,
брата, друзей, родных - за них, незаконно и без вины казненных, я мщу убийцам!"
Но сражался Красс неплохо, грамотно и даже выручил самого Суллу в бою под Римом.
А еще именно на этой войне ярко проявились две доминанты его характера -
АЛЧНОСТЬ и ЗАВИСТЬ. Начал Красс с обычных грабежей, проводимых под видом сбора
средств для армии. После победы Суллы скупал имущество казненных, а потом
разошелся вовсю - земельные спекуляции, перепродажа участков, строительные
аферы. В методах совершенно не стеснялся и в результате лет за десять-пятнадцать
из человека почти что бедного стал первым богачом Рима. Размер состояния - более
семи тысяч талантов.
Характерный эпизод. В 73 году до Р.Х., то есть как раз в то время, когда
спартаковцы лупили его друга Вариния, Красс угодил под суд. За что, вы думали?
За попытку соблазнить жрицу богини Весты. Напомню - весталки обязаны были
соблюдать девственность, блюсти себя, а тут весь Рим любуется, как Марк Лициний
обхаживает одну такую молоденькую и симпатичную. Скандал!
Красса судили, но на суде он легко отвертелся. Выяснилось, что приставал этот
миллионщик к красавице-жрице не ради того, о чем все подумали, а чтобы... купить у
нее земельный участок по сходной цене. Отсюда все охи и вздохи. Судьи плюнули и
Красса оправдали.
Теперь ясно, почему Марка Лициния добрые римляне не любили? Кто же такого
полюбит?
А еще Красс завидовал. Но если деньги он любил вообще, то завидовал он лишь
одному человеку, причем завидовал с молодых лет до самой своей страшной смерти.
Звали этого человека Гней Помпеи Магн, он же Великий. Началось все на той же
войне с марианца-ми. Помпеи выиграл несколько сражений, его отличил Сулла, ему,
двадцатилетнему, позволили отпраздновать триумф. Именно тогда молодого Помпея
прозвали Маг-ном. Великий в двадцать лет, шутка ли? Красс тоже старался изо всех
сил, но... И триумфа не дали, и Маг-ном не окрестили. И началось! Зависть - не
белая, не черная даже, а всех цветов сразу. И была эта зависть во много раз
страшнее алчности. Кажется, и деньги Крассу требовались только для одного -
чтобы ПРЕВЗОЙТИ ПОМПЕЯ.
В этом было что-то клиническое. Сам Помпеи, человек добродушный, искренне не
понимал, много раз пытался объясниться, помириться с Крассом. Объяснялись,
мирились - но ничего не помогало. Красс словно шел по Помпеевым стопам: Помпеи
избирается на должность - и Красс избирается, тот на войну - и этот туда же,
Помпею триумф - и Красс триумфа желает, Помпеи консулом становится - и Красс
того же хочет.
Подчеркну еще раз: это была не ненависть, а именно зависть. Никогда Красс не
пытался Помпея убить или, скажем, отдать под суд. Он хотел именно его догнать и
ПРЕВЗОЙТИ. Цезарь тоже этого хотел, но им двигало здоровое честолюбие. Гай Юлий
мечтал превзойти не только Помпея, но и ВСЕХ, Красс же думал только о нем, о
Великом.
...Добряк Помпеи САМ помог Крассу консулом стать. Как мы уже знаем, не помогло
ничуть, еще хуже стало. Плохо идти за кем-то, плохо считать себя вечно вторым!
Сейчас, в 72 году до Р.Х., Марку Крассу сорок три. Жизнь сложилась, он богат, он
известен. Его не любят, но поддерживают, ведь у акулы всегда полно рыб-прилипал.
Но... Помпеи считается великим полководцем, Помпея посылают с одной войны на
другую, он всюду побеждает. А Красс... Красс уже не хочет быть Ротшильдом, он
желает стать Наполеоном, Спасителем Отечества. Пусть Помпеи утрется! И тут -
Спартак. Консулы разбиты, Рим в опасности, сенаторы валерьянку амфорами пьют.
Вот он, ШАНС Марка Красса! Война со Спартаком опасна, можно потерять все - но
можно и выиграть. А уж тогда...
Что интересно, об этих Крассовых комплексах все знали. Знал Серторий, знал,
уверен, и Спартак. Знали - и выводы делали. А выводы простые, проще некуда. За
так, ради какой-то там славы, Красс рисковать не станет. И ради денег не станет,
у него их полно. Но вот если на горизонте появится Помпеи!..
Снова вспомним роковой для Красса 55 год до Р.Х. Марку Лицинию шестьдесят лет,
он добился если не всего, то очень и очень многого: триумвир, многократный
консул, один из трех владык Рима. У него взрослый сын - блестящий офицер с
великолепным будущим, любимец Цезаря. И деньги при нем, целая куча, улицы
устилать можно. А главное - теперь Красс ровня Помпею, они коллеги по
триумвирату, соратники и даже друзья. Чего еще человеку от жизни надо?
Надо! Надо превзойти друга Помпея! Тот дошел до Сирии, он, Красс, завоюет Парфию
и даже Индию. И тогда все поймут, все!.. Уверен, именно это, а не только
прозаическое желание получить под командование верное войско (тоже дело нужное!)
толкало Красса на его последнюю войну. Хотя и он знал, и все знали, что идти в
поход опасно, ибо Те, перед кем Красс провинился, не пощадят - ни его, ни
остальных.
Красс ушел на войну. Красс погиб. Красс не стал Помпеем.
А теперь представим, что диктатор Серторий, захватив осенью 72 года до Р.Х. Рим,
предлагает претору Марку Крассу полную амнистию, сохранность всех богатств,
обещает сделать консулом на ближайших выборах - и назначает главнокомандующим в
войне ПРОТИВ ПОМПЕЯ. Как поступит Марк Лициний? Станет защищать уже
несуществующую власть, рискуя всем, включая собственную жизнь? Не знаю, чужая
душа потемки. Но то, что такой вариант Серторий учитывал, очевидно. Более того,
он мог предложить подобное им обоим - и Крассу, и Помпею. Но Помпеи - душа
честная и даже в чем-то наивная, а вот Красс наивностью никогда не грешил.
Итак, получилось. Претор Марк Красс переходит на сторону Сертория, Помпею же
предъявляют ультиматум. Тот тоже не спешит резать сограждан, думает. В конце
концов Серторий-диктатор будет получше, чем эти жадные маразматики на Капитолии...
А как же Спартак? Неужели Серторий решится признать гладиаторское войско СВОИМ?
Что в Риме скажут? Патриот-марианец снюхался с презренным рабом? Не скажут.
Серторий умен, ему незачем афишировать союз со Спартаком. Тот уже ушел из
Италии, опасности нет, и если гладиаторы растворятся где-то в галльских лесах,
никто и внимания не обратит.
Самому Спартаку, конечно, обещали куда больше. Может быть, даже родную Фракию в
наследственное владение, почему бы и нет? Фракия пока еще не римская провинция,
значит, Серторий чужое отдает, не свое. Марк Антоний Клеопатре не только
восточные царства дарил, но и римские владения, и ничего, терпели квириты.
Недолго, правда.
И вот итог - Серторий правит Римом, Красс готовится добить Помпея, тот думает,
не капитулировать ли ему, а со Спартаком мир. План Сертория выполнен.
Все? Нет, не все. Серторий свое сказал. Сказал - и сделал. Теперь слово
Спартаку. Ведь цели у каждого из них свои. До этого момента они были союзниками,
теперь же...
Теперь же Спартаку остается ждать, подобно мудрой обезьяне из китайской притчи.
Не в бездействии, конечно. Из Галлии он пока не уходит, договаривается с
местными вождями, учит новобранцев. Римлян до поры до времени не трогает - и они
его не трогают, не до Спартака им сейчас. Почему? Да потому, что еще ничего не
кончилось. Ничего!
Серторий использовал свой последний шанс и овладел Римом. Но Рим - не вся
Римская республика. На побережье Испании все еще держится Помпеи, а на Востоке
готовятся к войне братья Лукуллы. История повторяется уже в который раз. Марк и
Луций Лукуллы, искренние сторонники Сената, никогда не примирятся с Серторием.
Их наверняка объявят вне закона, начнут собирать войско. Теперь Лукуллы в том же
положении, в каком были Сулла и сам Серторий. Что им остается? Поступать точно
так же, как их предшественники!
...Луций Лициний Лукулл договаривается с Митридатом на тех же условиях, что и
когда-то Сулла. Понтийский царь получает обратно свое царство, платит
контрибуцию и даже посылает вспомогательные войска. А в это время Марк Лукулл,
кое-как закончив фракийскую войну, собирает в Македонии, Греции и Эпире армию,
зовет на помощь египтян... Война! Новая гражданская война, причем такая, какой еще
не бывало. Враги Рима никуда не исчезли, они не разбиты, а тут еще лучшие
римские полководцы начинают междоусобную резню. А ведь Италия и Испания уже
разорены, Галлия бурлит, пираты на море свирепеют с каждым днем...
Откроем учебник, дорогой читатель. Было такое? Конечно, было, только тридцатьюсорока
годами позже, когда война между Цезарем и Помпеем, а потом между Октавием
и Антонием подтолкнула Рим буквально к краю могилы. Если от схватки Суллы и
Мария страдала только Италия, если борьба с Серторием опустошала Испанию, то
теперь беда грозит всему государству. Горят города, римляне убивают римлян, а
парфяне уже идут через римскую Азию к Эгейскому морю... Дом, расколовшийся надвое,
не устоит. Римский дом теперь не просто охвачен огнем, у него треснул фундамент,
его жильцы превратились в буйнопомешанных...
Понимал ли Серторий, что грозит Риму? Трудно сказать. Если бы понимал до конца,
то давно бы нашел способ прекратить братоубийственную войну. А может, и понимал,
но ненависть и жажда власти оказались сильнее. К тому же он наверняка надеялся,
что все как-то утрясется. Ведь удалось же Сулле!
Уверен, на этот раз бы не утряслось. Сражения развернулись бы от Испании до
Греции, счет убитых шел на десятки тысяч, в боях гибли лучшие офицеры и
генералы, нищала бы и разорялась страна. И вот в некий час "икс", когда римские
тигры в последнем пароксизме ненависти вцепились друг другу - враг врагу! - в
глотки, мудрая обезьяна, сидящая за Альпами, отдала бы приказ. Свежая
спартаковская армия вступила бы на землю опустошенной Италии, а ей навстречу, из
Бруттия и Калабрии, двинулись бы отряды Ганника...
Гаю Октавию, победившему в гражданской войне, повезло - Спартак уже лежал в
неведомой могиле. Иначе бы гореть Риму - и волку выть на Капитолии!
Значит, это и есть Главная Цель Спартака? Не освобождение рабов, не свободная
Италия, не Государство Солнца - а ГИБЕЛЬ РИМА? Не роспуск невольников по домам и
не бессмысленная лобовая атака Вечного города, а стратегическая шахматная
многоходовка с десятками фигур, которых по очереди подставляют под бой? Вариний,
Лентул, Геллий, Красс, Серторий, Помпей, Лукуллы - лишь пешки, слоны и ладьи на
страшной кровавой доске?
Могло ли такое случиться? Если Спартак и Серторий действительно договорились о
союзе, то могло - и наверняка бы случилось. Римский дом и без этого едва стоял,
достаточно было найти нужную точку и врезать по ней тараном - без жалости, без
сомнений. А потом - поливать маслом руины.
Вот почему мне кажется, что Спартак был все-таки римлянином. Так ненавидеть
можно только свою родину - свою БЫВШУЮ родину. Так ненавидят предавшую тебя
мать.
Но ведь ничего этого не случилось, правда? Да, не случилось. Помешать Спартаку
могла лишь Судьба - или Те, Кто властен даже над Судьбой. И Они сказали Свое
слово.
...Жарким июльским днем все того же 72 года до Р.Х., когда Спартак возле Мутины
спешно формировал новую армию из добровольцев-галлов, а Марк Красс готовился
идти на войну, Ойкумена вздрогнула от нежданной вести - в далекой Испании УБИТ
СЕРТО-РИЙ. Предатель Перперна вонзил кинжал в грудь мятежного генерала...
Квинт Серторий, несостоявшийся диктатор Рима, ПРОЖИЛ. Римское государство
лишилось одного из самых страшных своих врагов.
Спартак был жив. Война продолжалась.
Часть V.
ЗИМА НАДЕЖД, или БРУИДГВИЙ
41. НУМА-МОИСЕЙ, или БОГИ РИМА
Ну вот, дорогой читатель, настал час и о богах поговорить. Самое время! Поминал
я их, небожителей римских, неоднократно, пора и объясниться. Вот только
подступиться к ним не так-то легко, да и опаска есть - мы-то с вами в римских
богов не очень верим, а вот римляне верили. Во времена Спартака во всем Риме
только один атеист и проживал. Звали вольнодумца Тит Лукреций Кар, тот, который
поэму "О природе вещей" накропал. Сей Тит не то чтобы вообще в богов не верил,
но относился к ним явно без должного пиетета. И чем закончил? Ясное дело,
повесился. Опасно богохульствовать! Посему будем считать себя агностиками и
спорить об их существовании не станем. Это вроде тигра в чаще - то ли есть он
там, за ближайшим кустом клыки скалит, то ли нет, а поберечься не мешает. Посему
будем пробираться сквозь римскую чащу со всей осторожностью и с должным
уважением. А вдруг Они нас слышат, а вдруг обидятся? Я бы, вообще, не главу
очередную - целую поэму о римских богах написал бы. Что-нибудь этакое:
Нуму пою боговидца, того, кто во град семихолмный
Божьи законы принес и обычаям верным квиритов,
Вышнего слова не знавших, учил, дабы боги родные
Их не оставили. Мудрый! Все знал он - и храмов строенье,
И звуки тайных молитв, и кружение птиц бессловесных,
Воли небесной посланцев. Возжег он священное пламя,
Чтобы не гасло оно, охраняя величие Рима...
Поэму, однако, писать не стану. Прежде всего непонятно, кто такой, к примеру,
Нума, отчего он боговидец? Да и сами римляне, как уже приходилось упоминать, о
своих богах вслух говорить не любили и стихов не писали. В результате же мы
знаем о небесных заступниках Вечного города не больше мудрого грека Плутарха, а
если и больше, то совсем ненамного.
Тут грамотный читатель меня поправит. То есть как поэм не писали? А тот же
Вергилий, что "Энеиду" сочинил, а Овидиевы "Метаморфозы"? Там же все о богах и о
богах. Верно, о богах, только не о своих, а о ГРЕЧЕСКИХ. И предание об Энее
греческое, и все мифы, которые Овидий поминает, тоже. Не свои! О своих римляне
предпочитали помалкивать. Это первое.
А вот и второе. В любой религии есть как бы два слоя. Внешний - для большинства:
обряды, обычаи, служба в храмах, все то, что можно увидеть со стороны, так
сказать, религия для старушек-богомолок. Но есть слой внутренний, сокровенный,
доступный немногим посвященным. Эти посвященные ведают не только о форме, но и о
содержании, о смысле всего, что происходит в храмах и вне храмов. А вот и
пример. Есть иудаизм, которому детишек в соответствующих школах учат, а есть
"Каббала". Сравните, кто разумеет, много ли сходства?
И есть еще третье. Мы на религии древние, и на греческую, и на римскую, через
две призмы смотрим. Первая призма - христианская. Для христиан античные боги -
только идолы, камень да бронза, кумиры в дыму жертвенном, кои свергать и рушить
надлежит. Вторая же призма - атеистическая. Для атеистов нынешнего разлива все
плохо - и христианство, и древние боги. Но христианство близко, рядом, с ним
борьба идет непримиримая, Юпитер же и Зевс - дело прошлое, давно забытое.
Поэтому и родилась сказка о "светлых богах" Греции и Рима, погубленных
злокозненными христианскими фанатиками. Столкнулись бы господа атеисты с этими
"светлыми" хотя бы разок!
...Про "светлых богов" не я придумал, это Гете учудил. Умнейший вроде бы человек...
В результате мы воспринимаем римских богов чисто эстетически - обломки чудных
статуй, мраморные колонны храмов, резьба алтарей. Прекрасное детство
человечества, не иначе. Не боги - игрушки. Вот и пишут неглупые люди о том, что
римская религия - это лишь обряды, в душе же великий Рим был холоден и пуст, и
вообще, не было там никакой духовности. То ли дело мы, у нас духовности - хоть
цистернами вози!
А мы в эти сказки верить не станем. Поглядим на римских богов свежим взглядом.
Понять до конца не поймем, но кое-что...
Начнем с того, что римская религия мало чем отличалась от иудаизма, мною
помянутого. Не верите? А зря! Римляне, как и иудеи, заключили с богами ДОГОВОР.
Само слово "религия" (римское слово!) означает "связь", "привязка", даже "путы"
- те самые, что лишнее движение делать не дают. Принцип такой же, что и в
Договоре Синайском: Ты мне, я Тебе. Тот, Кто мирами всеми правит, обещает
способствовать народу Своему, взамен же народ обязуется что-то делать, а от коечего,
напротив, воздерживаться. За нарушение договора - санкции. Помните? "Ибо Я
- Бог ревнивый..."
То, что в Риме богов было много, а на Синае - один, картину меняет мало.
Христиане, к примеру, тоже монотеисты, но если со стороны взглянуть, что увидеть
можно? Тут вам и Святые, и Богородица, и Ангелы - Божьи посланцы. Всем храмы
ставят, всем молитвы полагаются. Даже Господь - Он-то, конечно, един, но един в
трех Лицах. То-то мусульмане, души простые, христиан "троебожниками" величают.
У римлян все очень похоже. Богов тьма, но вот договаривались с одним - с
Юпитером, Деусом Патером, Отцом богов. Поклонялись всем, но главный - Он,
остальные лишь "сыны божьи", что Его волю выполняют. Точно как в Библии. Помните
книгу Иова? "Был день, когда пришли сыны Божий предстать пред Господа..."
Итак, Договор, можно сказать, Завет. С римскими богами Договор заключил второй
царь Рима Нума Помпилий. Сам Нума не римлянин, он сабинянин, его затем и
пригласили, чтобы с богами договориться. Ведь ранний Рим, город Ромула, - всего
лишь поселение удалых разбойников, почти Запорожская Сечь. Вот и решили квириты
свою державу утвердить Заветом, чтобы стояла в веках. Нума Помпилий слыл
боговид-цем, с Ними знался, поэтому и позван был. Он-то и получил от Юпитера
римские Десять Заповедей. Было их, конечно, не десять, а куда больше, но
главными являлись три, которые и "связывали" Вечный город с Ними. Каждая
"высокая договаривающаяся сторона", как и полагается, обещала свое. Как говорили
сами римляне, творя молитву: "Я даю, чтобы Ты дал". Слишком прозаично, скажете?
А разве в иных религиях иначе? Римляне просто любили точные формулировки и были
по-своему правы.
Заповедь первая, само собой, жертвы. Добрые римляне обещали исправно и регулярно
подкармливать Небожителей. Все оговорено - в какой праздник что именно Им
полагается, в каком порядке и с какими обрядами. За отдельные услуги - отдельная
плата, в зависимости от сложности и трудности задачи. Все логично - если какаянибудь
мелочь требуется, можно и десятком луковиц откупиться, а вот если что
более серьезное, то без крови на алтаре не обойтись. Чьей крови? Всякой, но для
дел самых главных, понятное дело, ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ. Вот, скажем, обряд очищения
государства, один из самых важных.
Плутарх:
"Бог в гневе возвестил, что очищение надлежит произвести головами.
"Луковичными?" - подхватил Нума. "Нет, человеческими", - начал Юпитер. Желая
обойти это ужасное распоряжение, Нума быстро переспросил: "Волосами?" - "Нет,
живыми..." - "Рыбешками", - перебил Нума... Тогда Юпитер удалился, смилостивившись..."
Как вам этот торг, дорогой читатель? Интересно, Моисей на Синае о том же речи
вел? В данном случае Нума-Моисей человеческие головы выторговал, рыбешками с
луком обошелся. Но только в данном. Как мы помним, очистительные жертвы бывали
всякие.
Синезий:
"Крикс и Спартак - люди из низких гладиаторов, предназначенных быть на арене
цирка ОЧИСТИТЕЛЬНЫМИ ЖЕРТВАМИ за народ римский".
Подземные боги и души умерших, как мы уже знаем, тоже требовали крови, а не
луковиц. Отсюда и гладиаторы - те, кого этим демонам и духам посвящали. Но не
только обитатели царства Плутона людской крови жаждали. Человеческие жертвы в
Риме приносили весьма регулярно. В обычное время это делалось тайно, но в случае
большой беды стесняться переставали. Скажем, после Канн, когда судьба Вечного
города на волоске висела, людей убивали прямо средь бела дня - дабы Те побыстрее
узрели и помощь оказали.
Тит Ливии:
"Принесли необычные жертвы: между прочим галла и его соплеменницу, грека и
гречанку закопали живыми на Бычьем рынке, в месте, огороженном камнями; здесь и
прежде уже свершались человеческие жертвоприношения..."
Зря скромничает Тит Ливии! Какие же это "необычные" жертвы, если их "и прежде"
приносили? Просто раньше резали да в землю живьем закапывали без особой огласки,
а тут и крыться перестали.
Этот случай чрезвычайный, но и в повседневной жизни человеческой крови не
жалели. А вот и пример - триумф римский, о котором речь уже шла. Триумф, как мы
уже выяснили, это благодарность Юпитеру Капитолийскому за великую победу. А
благодарить Его должно от всей души. Помните, дорогой читатель, картинку в
учебнике? Процессия праздничная, легионеры торжественной колонной идут, несут
трофеи - и ведут пленников. Не простых, а царей с царевичами и королей с
королевичами. Ведут не только для того, чтобы победой похвалиться. Пока
триумфатор на алтаре храма Капитолийского быка режет, самых знатных пленных в
подвал под этим храмом отводят и душат - или как-то иначе к богам отправляют.
Если победа особенно трудной была, пленников надлежало казнить мучительно,
неспешно. Югурту, лютого врага римского, целую неделю голодом морили, пока не
умер. Чтобы он, вражина, прочувствовал - и Они, иже на Небеси, тоже ощутили.
Пролонгированное удовольствие, так сказать. Так что венки праздничные, бык с
золочеными рогами - все это мишура и суета. Иное римляне богам своим жертвовали,
другую цену платили. Люди откупались ЛЮДЬМИ...
И не думайте, дорогой читатель, что все это - только римский обычай, у греков
ничуть не лучше было. Вот, скажем, битва Саламинская. Что делают просвещенные
эллины, дабы персов победить?
Плутарх:
"Все в один голос взывают к богу и, подведя пленников к алтарю, заставили, как
приказал прорицатель, совершить жертвоприношение".
Даже у иудеев такое случалось. Помните, как с дочерью Иеффая поступили? Это лишь
в христианстве все жертвы были искуплены Его кровью. Потому и запрещал Господь у
алтарей языческих жертвы приносить. Сегодня мукой с ячменем идола порадуешь,
завтра петуха зарежешь, а послезавтра...
Итак, первая римская заповедь - жертвы, в том числе НАСТОЯЩИЕ, человеческие.
Вторая же - обычаи. Нума-Моисей все расписал - что делать можно, а что никак
нельзя. Перечислять всего не стану, просто примеры приведу. Весталки,
хранительницы священного огня, обязаны были девственность блюсти, фламин,
верховный жрец Юпитера, не имел права верхом ездить и Рим надолго покидать.
Почему? Объяснения есть, но, уверен, ненастоящие. Эти объяснения для обычных
людей придумали, для тех самых бабушек в храмах - и для любопытных иностранцев
вроде Плутарха. О подлинных причинах знающие люди молчали. Нельзя - значит
нельзя. Миц
...Поділитися у соцмережах
