Жанр: Электронное издание
manworld
...кем? Сашка начнет злиться,
с Севкой беседа вряд ли получится... в его откровенности я сильно сомневаюсь. В
общем, я почесала ухо и сказала:
— Теперь я точно знаю, что Илья не убивал Андрея. Лерка усмехнулась:
— А кто этого не знает?
— Ты не поняла. Есть свидетель, который видел убийцу. По крайней мере, все
указывает на то, что это был убийца.
— И этот твой свидетель сможет узнать его через пять лет? — нахмурилась
Лерка.
— Почему бы и нет?
— Как-то в это не верится. — Она пожала плечами. — Они что, были знакомы,
он назвал имя и все такое?
— Нет. Он просто видел человека и смог его описать. Высокий, красивый,
темные волосы...
— Да... искать по такому описанию — замучаешься. Высоких с темными
волосами полгорода, а красивый... вкусы у всех разные. Кому красавец, а кому
задаром не нужен. Твой свидетель женщина? — вдруг спросила Лерка.
— С чего ты взяла?
— Ну... судя по данному описанию, это баба. Ладно... не важно. Ты нашла
доказательство того, что Илья не убивал. Я не знаю, как это можно
использовать... Толку от этого немного, ты как считаешь?
— Я хочу знать, почему Илья меня бросил? — начала я злиться.
— Это мне известно, — скривилась Лерка. — Не то, почему бросил, а то, что
ты хочешь знать. Может, подождешь малость и спросишь у него самого?
— А если он не захочет отвечать?
— А если не захочет, так тебе вряд ли что поможет. Если б ты была умной,
научилась бы за пять лет обходиться без него. Вот я иногда мечтаю, чтоб Сашка
меня
бросил, по-настоящему. Вот был он — и нет его. Совсем. И найти нельзя.
Может, я перестала бы валять дурака и начала жить по-человечески?
— А сейчас что тебе мешает? — удивилась я.
— Твой чертов братец. Извини. Сын за отца, а сестра за брата не в ответе.
Ты собираешься уходить?
— Уезжать, дождь на улице.
— Продолжишь следствие?
— Продолжу, — хмуро ответила я.
— Возьми меня с собой. Все лучше, чем сидеть в пустой квартире и ждать,
когда явится твой братец... если вообще явится. Домой он точно не спешит.
Я подумала и согласилась. Мотаться по городу Лерке быстро надоест, а пока
она со мной, хоть не сможет напиться.
— Поехали. Ты на чем ко мне добиралась? — спросила я, когда мы бежали
через двор к моей «девятке».
— На такси. Ты ж помнить должна: моя машина тютю, а свою Сашка не дает. Да
я и ездить боюсь. Как тогда кувыркнулась, так больше не рискую за руль садиться.
Говорят, дураков и пьяниц бог бережет, но сегодня я с утра трезвая.
Ночью кто-то свистнул у меня правое зеркало. Я покачала головой, а Лерка
зло фыркнула:
— Оборзели... Никакого уважения.
— Ладно, садись.
Центр реабилитации находился возле стадиона «Динамо», до него было
примерно минут двадцать езды, но маршрут пришлось немного изменить, потому что
Лерка жалобно сказала:
— Слушай, я есть хочу.
— А чего у меня молчала? — возмутилась я.
— А чем бы ты меня накормила? Пельменями? Они мне и дома надоели.
— И куда теперь прикажешь? Для ресторанов рановато...
— Сворачивай к речному вокзалу, там кафешка работает круглосуточно.
— О выпивке не мечтай, — предупредила я.
— С прошлым покончено, — скроив страдальческую физиономию, ответила Лерка.
Кафе называлось «Каменный цветок», рядом со входом располагалось чудовище
в виде чаши, отлитое из гипса и раскрашенное от руки человеком без чувства
юмора. Назначение данного шедевра рождало недоумение, особо
сообразительные использовали чашу в качестве урны.
— Черт-те что! — проходя мимо, заметила Лерка с обидой за искусство.
— Не очень удачная идея, — согласилась я. В кафе было от силы человек
десять, зал производил впечатление размерами, а главное — чистотой.
— Хорошо здесь, — сказала я.
— Само собой, — ответила Лерка. — Забегаловки я не уважаю.
Завтрак мы поглощали в молчании. Моя спутница отказалась даже от пива и
взяла две бутылки минеральной воды. Я усмехнулась и тоже решила перейти на
минеральную воду.
Тут в кафе вошел парень и устроился за соседним столом.
— Рожа знакомая, — заявила Лерка.
— Что? — не поняла я.
— Где-то я этого парня видела.
—А-а.
Довольно долго он сидел с бутылкой пива, потом заказал вторую, мы
расплатились и пошли к дверям. Пока устраивались в машине, парень появился на
улице.
— Рожа все-таки знакомая, — вздохнула Лерка. — Слушай, а может, за нами
следят?
— Кто, этот? — удивилась я. — Человек зашел пиво выпить...
Парень скрылся за углом кафе, а Лерка вроде бы вздохнула с облегчением:
— Ладно, поехали. Ты подумай: и на сытый желудок черные мысли одолевают.
Реабилитационный центр находился на первом этаже высотки, о нем сообщала
скромная табличка сбоку от стеклянных дверей.
— Что тебе здесь понадобилось? — удивилась Лерка.
— Главврач.
— Знакомый? У тебя что, проблемы со здоровьем?
— Сиди в машине, — заявила я и направилась к дверям. Лерка поморщилась и
закрыла глаза.
Попасть в кабинет к Сергею Львовичу оказалось делом непростым.
Чувствовалось, что персонал испытывал к главврачу нечто сродни благоговению.
Немного поприставав к людям в белых халатах, я отыскала нужную мне дверь,
постучала и сразу же вошла. Кабинет был пуст, я развернулась на пятках и нос к
носу столкнулась с мужчиной в белом халате и шапочке. Выглядел он прямо-таки
чеховским персонажем: усы, бородка клинышком, высокий лоб, умные глаза. Не
хватало только пенсне, вместо них имелись очки в золотой оправе.
— Вы ко мне? — спросил он.
— А вы Сергей Львович? — уточнила я.
— Я Сергей Львович. Проходите.
Я прошла и устроилась на стуле. Он сел за стол, сложил руки замком,
уставился на меня, ободряюще улыбнулся и сказал:
— Слушаю вас...
— Моя фамилия Верховцева, — начала я, не придумав ничего лучшего. — Зовут
Анастасия, можно Ася.
— Очень приятно, — перебил он, а я мысленно чертыхнулась. И так ничего
путного в голову не приходит, так он еще с мысли сбивает.
— Мне тоже очень приятно, — ответила я. — А будет еще приятнее, если вы
согласитесь мне помочь и ответите на пару вопросов.
— Ответить на пару вопросов? — Брови его поползли вверх. — Я правильно
понял?
— Абсолютно. .
— Кто вы? — удивился он.
— Я ведь назвала вам свою фамилию.
— Она мне что-то должна сказать?
— Думаю, да.
— Извините. Я ничего не понимаю.
— Может быть, перейдем к вопросам? — пленительно улыбаясь, предложила я.
— Что ж, попробуем. Хотя все это довольно странно. — Как видно, у
главврача был такой порок — любопытство.
— Не так давно вы работали в «Красном Кресте», — начала я. — Пять лет
назад, в июне, к вам в отделение поступил человек с огнестрельным ранением,
Егоров Дмитрий Терентьевич. На следующий день он скончался. Вы не могли бы
припомнить обстоятельства, при которых это произошло?
— А то, что я должен отвечать на подобный вопрос, объясняет ваша фамилия?
— Вы ведь не делаете секрета из обстоятельств смерти Егорова? — улыбнулась
я.
— Я вообще не люблю секретов. Однако вы только что сами сказали, что
случай этот произошел пять лет назад. К сожалению, у меня не очень хорошая
память, фамилия Егоров мне ни о чем не говорит.
— Я могла бы вам немного помочь...
— Не трудитесь. — Улыбка его была поистине ослепительной. — Я все равно
ничего не вспомню. — Он поднялся, желая показать, что разговор окончен, и
проводил меня до двери.
— Извините, — сказала я, а он ответил:
— Приятно было познакомиться.
Если у меня были какие-то сомнения в его причастности к смерти раненого
охранника, то сейчас они исчезли. Я усмехнулась и зашагала по длинному коридору
к выходу.
Лерка бегала кругами вокруг машины, дождь кончился, но было все еще
пасмурно и сыро, она промочила ноги и вообще выглядела неважно.
— Чего тебе на месте не сидится? — удивилась я.
— Скучно, — поморщилась Лерка. — Хоть бы какую газетку...
— А кто говорил, что будет весело? — хмыкнула я, мы отъехали чуть в
сторону и укрылись за мусорными контейнерами, отсюда хорошо просматривался вход
в здание.
— Следить будем? — заинтересовалась Лерка.
— Наблюдать. А ты обеги эту лавочку и посмотри, нет ли где еще выхода.
Туфли у тебя все равно мокрые...
Лерка торопливо покинула машину и устремилась вперед, весело шлепая по
лужам.
Вернулась она минут через десять.
— Во двор выходит еще одна дверь, рядом стоянка с табличкой «Для
служебного транспорта», там три машины. Одна выглядит очень прилично, только я в
них ни черта не смыслю и марку назвать не могу. Но если она появится — узнаю.
Леркино сообщение очень меня заинтересовало. Перед центральным входом тоже
имелась стоянка. Ею, надо полагать, пользовались посетители, а вот главврач
наверняка ставит свою машину во дворе. Я проехала ближе к выходу со двора и
стала искать место, где укрыться.
— Сворачивай налево, — воодушевилась Лерка, игра в сыщики начала ей
нравиться. — За киоском нас не заметят, а мы его точно увидим. И эта стоянка
оттуда хорошо видна.
Я свернула и притормозила за киоском.
— Отлично. — Лерка устроилась поудобнее и принялась пялиться на здание
Центра.
— Никто не обещал, что он выйдет именно сейчас, — заметила я.
— Кто?
— Главврач.
— А зачем он тебе?
— Объяснять долго, а мне лень. Если не возражаешь, расскажу позднее.
— Ладно, не возражаю, — надулась Лерка, и мы стали ждать.
Время шло, но ничего не происходило. Мы купили газету, с намерением читать
ее вслух, ознакомились с первой заметкой, и тут Лерка радостно взвизгнула:
— Та самая тачка.
Машина притормозила на повороте, и я увидела в окне Сергея Львовича
Афонина. Хмурясь и заметно нервничая, он куда-то спешил.
— За ним поедем? — обрадовалась моя спутница.
— Само собой, — ответила я.
Путешествие было недолгим. Сергей Львович свернул к зданию цирка, проехал
еще немного и затормозил возле парка. Вышел из машины и не спеша отправился по
аллее, купив при входе мороженое. Мы проехали чуть дальше и тоже затормозили.
— Идти надо мне, — заявила Лерка, пылая энтузиазмом. — Тебя он знает и
может что-то заподозрить.
— А что ты увидишь? — усомнилась я.
— То же самое, что и ты.
— Но я могу узнать человека, с которым он встретится, а ты нет.
— Тогда сделаем так: я иду за этим дядькой, а ты по соседней аллее. Так мы
его не упустим, а ты сможешь увидеть, с кем он встретится.
— Отличная мысль, — кивнула я.
Мы тоже купили мороженое при входе и разделились. Прогулочным шагом Лерка
отправилась по аллее, где скрылся Афонин, а я торопливо рванула по соседней,
пытаясь что-то высмотреть сквозь заросли кустов. Аллеи обрывались у смотровой
площадки с видом на реку. В центре ее был фонтан, который сейчас не работал по
случаю скверной погоды. Появляться возле фонтана я не рискнула, укрылась в
кустах, вертела головой во все стороны и пыталась углядеть Лерку. Она точно
сквозь землю провалилась.
— Вот черт! — выругалась я. — Надо было самой идти.
В кустах я просидела минут пятнадцать, не меньше, потом выбралась на
соседнюю аллею и осторожно двинулась по направлению к выходу. Ни Афонина, ни
Лерки. Я обследовала оставшиеся две аллеи с тем же успехом.
— Куда они могли исчезнуть? — разозлилась я и, не придумав ничего лучшего,
вернулась в машину.
Только я заняла свое место, как появился Афонин. Он вышел из парка и
направился к своему «Форду». Главврач не оборачивался и выглядел заметно
успокоенным.
Не успел он отъехать, как я заметила Лерку, она торопливо возвращалась по
аллее и, судя по выражению лица, готовилась сообщить мне сведения чрезвычайной
важности. Я подъехала ближе к выходу из парка, Лерка села в машину и
усмехнулась.
— Ну? — поторопила я. — Он с кем-то встречался, и ты этого человека
знаешь?
— Конечно. Отгадай, кто это был?
— Не хочу ломать голову, давай выкладывай.
— Севка! — Надо полагать, мое лицо осталось бесстрастным, потому что Лерка
спросила: — Это не явилось для тебя неожиданностью?
— Трудно сказать, — созналась я. — По крайней мере, вопить: «Как же так?
Может, ты ошиблась?» — желания не испытываю.
— Почему бы Севке не встретиться с главврачом какого-то там Центра...
— Действительно, да еще через полчаса после моего посещения...
— Слушай, а может, этот дядька кинулся в милицию на тебя жаловаться? Ты
ему не грубила, нет?
— Кинулся жаловаться в парк? По-моему, это чересчур затейливо.
— По-моему, тоже, — кивнула Лерка и с любопытством уставилась на меня. —
Ты его подозреваешь? — спросила осторожно.
— Севку? Нет, конечно. В чем я могу его подозревать?
— В том, что он засадил твоего Илью. У него был повод: большая любовь. И
были возможности... Конечно, один бы он такое дело не потянул, но... у Ильи
много врагов.
— Здесь что-то другое, — задумчиво ответила я и поехала по направлению к
цирку.
Возле него, на стоянке, мы заметили Севкину машину, самого его по
соседству не наблюдалось.
— Хитрецы, — довольно засмеялась Лерка. — Как в кино. Штирлиц и пастор
Шлаг.
— Мы тоже хороши, — хмыкнула я.
— А мне понравилось, — засмеялась она громче. — Еще б чего-нибудь понять.
Может, поделишься информацией?
— Обязательно, только не сейчас.
Мы поехали дальше. Я пыталась соединить воедино Севку, главврача и
бандитскую лавочку, но только понапрасну напрягала извилины.
Выходит, Севка на содержании у бандитов? В конце концов, почему бы нет? Он
дружил с моим братом, дружил с Ильей, я никогда не задумывалась, как далеко
распространяется эта дружба, а надо было... Если допустить мысль о том, что на
Катинской одни бандиты разделались с другими, а Севка их прикрывал, тогда
последующие его поступки становятся более-менее понятными. Но при чем здесь
Илья? Или я все-таки ошибаюсь, и два преступления никак не связаны?
«Связаны, связаны», — зло подумала я и сама удивилась своей уверенности.
— Эй, ты меня слышишь? — позвала Лерка, и я вздрогнула. Честно говоря, я
умудрилась забыть о ней. — Куда едем?
— В один магазинчик, тут недалеко.
— Хочешь купить что-то или для нужд следствия?
— Для нужд, — кивнула я и притормозила.
Магазин в честь хозяйки назывался «Натали». Небольшой, но в два этажа,
расположенный в здании начала века, почти в самом центре города.
— Ты сюда? — вроде бы удивилась Лерка. — Я пойду с тобой, здесь косметика
хорошая...
— Сиди в машине. За косметикой отправишься вдругое время.
— Не понимаю, какие у тебя здесь могут быть дела. Ты мне просто голову
морочишь, верно?
— Хотела быть сыщиком, терпи.
Молоденькая продавщица вышла мне навстречу.
— Чем могу помочь?
Я мельком огляделась: заведение явно не для бедных.
— Я приехала к Наташе, то есть я...
— Вы к Наталье Юрьевне? — улыбнулась девушка, и тут появилась сама Наталья
Юрьевна.
Несмотря на прошедшие годы, она совершенно не изменилась. Должно быть, то
же самое она решила, глядя на меня, потому что узнала мгновенно и нахмурилась.
— Здравствуйте, — пытаясь компенсировать улыбкой нахальное вторжение в ее
жизнь, сказала я.
— Здравствуйте. — Она смотрела выжидающе, явно не испытывая ни малейшего
удовольствия от нашей встречи.
— Я бы хотела с вами поговорить. Это займет совсем немного времени.
Секунду помедлив, Наталья кивнула:
— Идемте в мой кабинет.
Мы поднялись на второй этаж и вошли в белоснежную комнату с дорогой
мебелью. Кабинет был крохотный, хозяйка в нем выглядела немного странно. Высокой
крупной женщине, какой была Наталья, здесь, наверное, не совсем уютно.
Она молча кивнула мне на стул, а сама устроилась на подоконнике.
— Чем обязана? — спросила она хмуро. — Ты ведь пришла не за тем, чтобы
получить скидку в моем магазине? Да, любезности в ней заметно поубавилось.
— Шикарный магазин! — восхищенно произнесла я.
— Возможно, и что?
— Наверное, я выбрала не самое лучшее время для визита.
— Завтра будет то же самое, — заверила Наталья.
— Я запамятовала: пять лет назад мы расстались врагами? — удивленно
спросила я.
В ответ она улыбнулась вполне по-человечески.
— Ладно, что тебе надо?
— Один человек рассказал мне, что в день убийства ты была у Андрея.
— Эта чокнутая старая дева?
— Вряд ли она дева, с Андреем у нее был самый настоящий роман.
— Разумеется, она ему прохода не давала. С блеском заменяла сторожевую
собаку.
— И тебя это очень нервировало? — подсказала я.
— Вовсе нет. Андрей был мне, в сущности, безразличен. — Наталья подошла к
столу, достала из ящика пачку сигарет и закурила, подтолкнула пачку мне.
— Спасибо. — Я наблюдала за ней, пытаясь отгадать, почему мой визит так ее
встревожил.
— Я была глупой девчонкой, которая млела от внимания всякой швали,
называющей себя гениями. Гении... — Она презрительно хмыкнула.
— Ганрилов кое-чего добился, — пожала я плечами.
— Возможно. Возможно даже, что он и вправду гений, я не разбираюсь в
искусстве. Пять лет назад мне казалось, что я люблю его. У нас был бурный роман.
Бурный и быстротечный. А потом все стало обыденно и скучно, а я жаждала больших
страстей. Не знаю, что наговорила тебе эта чокнутая, но точно знаю одно:
Гаврилов Андрея не убивал, если ты это имеешь в виду.
— Почему ты так уверена?
— Потому что ему, в сущности, было наплевать на меня. Да он бы по
физиономии Андрею и то не съездил, это же неинтеллигентно. К тому же — из-за
женщины... Вот если бы речь шла о высоком искусстве, тут он, возможно, и сыпанул
бы дружку яда в стакан, но дружка он тоже не воспринимал всерьез... Он не
замечал меня целыми днями и вспоминал обо мне только ночью, когда было
неподходящее освещение и он не мог рисовать. Мне все это надоело, я сказала:
«Хватит» — и ушла, хлопнув дверью. Проблема состояла в том, что идти мне было
некуда. Ну, я и решила податься к Андрею, чтобы переждать у него какое-то время
и насолить Гаврилову, конечно. Я шла пешком, потому что денег не было даже на
троллейбус, шла и мечтала, как я устроюсь на работу, стану жить нормальной
жизнью, может, познакомлюсь с хорошим парнем, которому буду интересна я сама, а
не плавные изгибы моего тела, которые так и просятся на холст... В общем, пока я
топала до его дома, поняла: вся эта богемная жизнь не по мне, и решила:
переночую у него, не на вокзал же идти в самом деле, а завтра — прости, прощай.
Возле его дома меня уже поджидал Гаврилов. Минут пятнадцать мы скандалили, а
потом он поклялся мне в вечной любви. Я не хотела его слушать, но он выглядел
страшно несчастным, и мне сделалось интересно. Мы устроились в беседке, во
дворе, я выслушала Целую речь и позволила себя уговорить. Вот и все.
— Все? Вы сидели в беседке и не слышали выстрелы?
Наталья засмеялась:
— Считаешь себя очень умной, да? Возможно, мы слышали выстрелы, но не в
беседке, а когда направлялись к стоянке такси. Увы, нам и в голову не пришло,
что это выстрелы, мы были слишком поглощены своими проблемами. А утром, когда
узнали, что Андрей убит, отправились в милицию. Гаврилов сказал, все равно нас
вызовут, уж лучше самим. А в милиции нам устроили настоящий допрос. Эта чокнутая
стерва там уже побывала и разболтала о том, что видела нас возле дома Андрея.
— Вас подозревали?
— Вовсе нет. Им хотелось заполучить свидетелей того, что твой Илья был в
ту ночь у Андрея.
— Но вы ничего подобного подтвердить не могли.
— Конечно. Я в самом деле никого не видела.
— А Гаврилов?
Наталья посмотрела на меня, потом усмехнулась и отвела взгляд.
— Слушай, я вышла замуж, я люблю своего мужа, и мне нравится моя жизнь. И
я... не жалую гостей из прошлого, они напоминают о временах, которые мне
неприятно вспоминать.
— Я тоже люблю своего мужа, — заверила я. — И мне не нравится быть чьим-то
дурным воспоминанием.
— Как ты поможешь Илье, копаясь в этой помойке? Когда он уже отсидел
столько лет?
— Это мое дело, верно? Значит, Гаврилов кого-то видел.
— Я так думаю, — ответила Наталья, немного помолчав.
— Он дал это понять?
— Нет. Просто испугался. То есть он был очень напуган, это чувствовалось,
хотя он и молчал. Стал задумчив и вообще вел себя странно. Я хочу сказать, чтото
его мучило. По-настоящему. Но со мной он об этом даже не заговаривал.
— Может быть, его просто беспокоило происходящее: смерть Андрея, интерес
со стороны милиции... Наталья покачала головой.
— Нет, он знал, что твой Илья не убийца. Когда при нем заговаривали об
этом, он заявлял, что обвинять Илью в убийстве глупо, что все это подстроено,
при этом страшно злился, если ему возражали. А когда узнал о приговоре, сказал:
«Знаешь, кто я? Самый настоящий подлец» И напился. Я никогда не видела его в
таком состоянии. Попробовала расспросить, пока он пьян в стельку, но Сашка
только усмехался и грозил мне пальцем. Это все, — закончила она и добавила
решительно: — А теперь мне надо работать. И вот еще что, если ты снова появишься
в роли клиента, я буду рада, а если в роли детектива, выставлю тебя за дверь. Я
доходчиво объяснила?
— Более или менее, — согласилась я, поднялась и, не простившись,
направилась к двери.
Лерка дремала в машине, открыв все окна. Солнышко робко проглядывало из-за
туч, было пасмурно и душно.
— Гроза будет, — приоткрыв один глаз, заметила Лерка. — Голова
раскалывается... и дышать нечем. Странная погода: с утра вроде прохладно, сейчас
как в парной, а солнца нет.
— Странная, — кивнула я, не очень ее слушая.
— Куда теперь?
— Домой.
— А как же следствие?
— Зашло в тупик. Требуется свежая идея, пока она не появится, будем
отдыхать.
— Я не хочу домой, — скривилась Лерка. — Что мне там делать одной?
Коньяком наливаться?
— Хорошо, поедем ко мне. Вечером можем сходить в кино.
— Ты что, спятила? Кто сейчас в кино ходит?
— Создадим прецедент...
Лерка махнула рукой и стала смотреть в окно.
«Шестерку» песочного цвета я заметила, выезжая на Большую Дворянскую. Она
двигалась метрах в тридцати от меня, вроде бы ненавязчиво, но упорно. Мне стало
любопытно, и я свернула в первую подворотню.
— Ты чего? — удивилась Лерка.
— У меня сложилось впечатление, что за нами следят, — пленительно
улыбнулась я.
Лерка забралась с ногами на сиденье и уставилась в заднее стекло.
— Где? — спросила она растерянно.
— Что? — хмыкнула я.
— «Хвост», естественно.
— Спрятался. Точнее, это я спряталась, чтобы проверить, имеется ли он в
наличии.
— Нет никого, — вздохнула Лерка и вроде бы обиделась.
Выждав десять минут, я не спеша покинула чей-то гостеприимный двор и
покатила дальше по Дворянской. «Шестерки» нигде не было. Только я собралась
вздохнуть с облегчением, как снова приметила ее: она вывернула из переулка и
вновь пристроилась за нами.
— Ага, — сказала я, а Лерка принялась вертеться, точно у нее в сиденье
гвоздь торчал, таращилась во все окна и приставала ко мне:
— Есть, да? Где?
— «Шестерку» видишь? Песочного цвета?
— Нет... то есть вижу. А с чего ты взяла, что они за нами следят?
— С того, что эти ребята такие же сыщики, как мы с тобой.
— А мне кажется, им до нас нет никакого дела.
— Если кажется, перекрестись и сядь как следует, потому что впереди
гаишник стоит.
Миновав инспектора ГАИ, мы на светофоре свернули к универмагу и
остановились возле кафе.
— Куда? — насторожилась Лерка.
— Мороженое есть.
Я заперла машину и, подхватив Лерку под руку, направилась к разноцветным
столикам.
Мы устроились за крайним слева, откуда была прекрасно видна вся улица и
проезжая часть.
— А ведь точно, следят, — хихикнула Лерка, неизвестно чему радуясь.
— Точно-точно, — закивала я.
Мальчики (было их двое) пристроили машину возле цветочного магазина, один
остался сидеть в кабине, а другой бодро направился к кафе. Взял банку пива и сел
возле входа, принципиально не обращая на нас внимания.
— Что будем делать? — наклонясь ко мне, зашептала Лерка. Глаза ее горели,
чувствовалось, что в данный момент любой подвиг ей по плечу.
— Дождемся темноты и будем брать, — в ответ шепнула я.
—Что?
—А?
— Что брать будем?
— Не что, а кого. Этих типов, разумеется. Устроим им допрос с
пристрастием...
Она фыркнула, а потом, прикрыв рот рукой, начала хохотать. Я не выдержала
и тоже рассмеялась, хотя весельем тут и не пахло.
Итак, кого-то явно растревожили мои попытки разобраться в той давней
истории. А что, если это удружил мой любимый старший брат? Проявляя заботу о
моей безопасности, послал за мной придурков на «Жигулях»? А если они из милиции,
то не зря Афонин встречался с Севкой? Хотя вряд ли профессионалы способны вести
себя так бездарно. Как-то не верится. С Сашкой придется поговорить и с Севкой
тоже. А если... Ладно, с выводами спешить не будем. Пристроились они к нам после
того, как я покинула «Натали», при мне Наташа никому не звонила, а появиться так
быстро, если звонок имел место после моего ухода, парни, пожалуй, не могли.
Значит, Афонин? Он поехал на встречу с Севкой, и, если их встреча состоялась, по
логике вещей выходит, что в парке они нас не заметили. Хотя... Севка вполне мог
засечь мою машину, позвонить своим ребятам и... Мог, только зачем? Какой смысл
Севке следить за мной? А какой вообще смысл в событиях последних шести дней? Я
не могу ответить на этот вопрос, зато знаю причину всего, что происходит,
точнее, стало происходить. Причина проста: через несколько дней возвращается
Илья. Так что я на правильном пути. Че-м больше суеты и движения вокруг, тем
больше шансов докопаться до истины.
Поздравив себя с этим, я попыталась решить, что делать с ребятами на
«шестерке». Мне бы очень хотелось отправиться к Гаврилову и еще раз поговорить с
ним. Что-то он, безусловно, знает. Прозрачные намеки в его разговоре со мной,
домыслы Татьяны и откровения Натальи почти убедили меня в этом.
Но с «хвостом» ехать к Гаврилову, пожалуй, было бы неразумно. Я
расплатилась за мороженое и поднялась.
— Куда? — всполошилась Лерка.
— К Сашке, — взглянув на часы, ответила я.
— В клуб или домой? Дома его застать — как весну в июле. Я много раз
пробовала, выходит хреново.
— Свои проблемы решайте без меня, чужая головная боль мне без надобности.
И прекрати наконец жаловаться. Или принимай все, как есть, или пошли его к
чертовой матери.
— Тебе легко говорить, — обиделась Лерка и побрела за мной. Парень зч
столиком лениво огляделся и зашагал следом.
На первом же светофоре я с некоторым удивлением обнаружила, что «шестерки»
позади нас нет. Притормозила, хмуро оглядываясь. Вокруг мелькало множество
машин, а вот песочные «Жигули» куда-т
...Закладка в соц.сетях
