Жанр: Электронное издание
manworld
...у,
прислушиваясь и лихорадочно пытаясь решить, что делать. Кто-то поднимался на
крыльцо.
Должно быть, один человек. Но для меня и одного слишком много. Тихо, на
носках я отступала к двери в комнату и тут вспомнила про камин.
Сам по себе камин меня всегда раздражал: выглядел он как-то нелепо и даже
казался уродливым, но теперь я ему порадовалась, потому что к камину полагалась
кочерга. Она в самом деле торчала из металлической подставки, я схватила ее и
встала сбоку от входа в гостиную.
Человек к этому моменту вошел в дверь, а я сжала кочергу до ломоты в
пальцах и приподняла ее над головой.
— Серега! — громко крикнул мужчина, голос я узнала сразу и мысленно
усмехнулась. Только бы он решил заглянуть в гостиную...
Я уже чувствовала его совсем рядом... Вдруг он остановился и стал звонить
по сотовому.
— Сева, — сказал он и сделал шаг... передо мной возникли спина и затылок.
Со всей силы, на которую была способна, я обрушила кочергу на этот самый
затылок. — Черт, — промямлил Кирилл и рухнул на ковер лицом вниз.
— Что у тебя там? — донесся Севкин голос из трубки. Севкино вмешательство
сейчас было некстати, и я дала отбой.
Потом нашла на веранде моток веревки, связала Кириллу руки, подтянула все
еще бесчувственное тело к огромному резному шкафу и обмотала конец веревки
вокруг витой ножки. Если Кирилл решит покинуть дачу, придется ему прихватить с
собой шкаф.
После этого я поднялась в свою комнату и облачилась в сарафан. С обувью
дело обстояло сложнее, но, немного пошарив на веранде, я все-таки обнаружила
свои старые босоножки. Обыскала Кирилла и нашла в кармане джинсов ключи от
машины.
Кирилл постанывал и приходить в себя не спешил. Это меня беспокоило: вдруг
я ударила слишком сильно? В общем, я нашла в аптечке нашатырь и с ним
направилась к своему поверженному врагу.
Кирилл дернул головой, поморщился и открыл глаза.
— Привет, — сказала я и даже улыбнулась. Полминуты он смотрел на меня,
впрочем, вполне осмысленно и вроде бы осуждающе. — Илья жив? — спросила я.
Он криво усмехнулся и кивнул. Потом внимательно оглядел меня и задал свой
вопрос
— Где этот придурок? Сидит в подвале?
— Сидит, — ответила я, а он заявил
— Развяжи...
Это мне необыкновенно понравилось, и я лучисто улыбнулась, он поморщился и
пояснил:
— Все кончилось. Я приехал за тобой. Так что ты зря старалась.
— Никогда не скажешь заранее, — еще шире улыбнулась я и полюбопытствовала:
— А что кончилось? Кирилл поморщился.
— Не хочешь, не надо, — обиделась я. — Хитришь, значит, освобождать тебя
не стоит.
— Тебе все расскажет брат. Из меня рассказчик никудышный, у него лучше
получится.
— Ага... — задумалась я. — Пожалуй, я уже сама все знаю. Сашка решил
прибрать к рукам весь город. Так?
— Ну... более или менее...
— Это Сашка учинил расстрел на Катинской. Кирилл пожал плечами:
— Вроде бы.
— А кто стрелял? Он сам?
— Понятия не имею. Но вряд ли.
— Конечно. Ведь надо было еще избавиться от Ильи. Убить Андрея и сунуть
пистолет в машину моего мужа. За что он его так ненавидел?
В ответ Кирилл усмехнулся и даже хохотнул.
— Ясно. Ричард Третий, чтоб ему пропасть, — выругалась я и спросила зло: —
Ну и как? Все Сашкины враги повержены? Теперь он в городе хозяин?
— Слушай, в городе пока неспокойно, — заволновался Кирилл, увидев, что я
направляюсь к двери. — Я отвезу тебя в клуб, развяжи...
— Я доберусь до клуба сама, — заверила я его и вышла из дома.
Возле крыльца стоял серебристый «Фиат» Кирилла, я устроилась за рулем,
завела мотор и, лихо развернувшись, покинула дачу.
Если в городе и было неспокойно, внешне это никак не проявлялось. Я
выбрала кратчайшую дорогу к Сашкиному клубу и надеялась минут через двадцать
нанести ему визит, но тут удача от меня отвернулась.
Видимо, я очень спешила, была поглощена своими мыслями и потому не
заметила инспектора ГАИ. А вот он меня заметил. Неожиданно возник в поле моего
зрения, необычайно деятельный и хмурый, и махнул жезлом. А я с опозданием
вспомнила, что у меня нет документов на машину, так же, впрочем, как и любых
других, и денег тоже нет. Чертыхнувшись, я полетела вперед, заметив в зеркале,
как страж порядка кинулся к рации.
Машину придется бросить, с тоской поняла я, сворачивая в ближайшую
подворотню. Играть в догоняшки с автоинспекцией мне явно не по силам, а в клуб я
хочу попасть как можно скорее.
Я въехала во двор, приткнула машину поближе к сараям, заперла ее и,
прихватив ключи, зашагала к арке между домами, с намерением выбраться на
соседнюю улицу и взять такси. Надеюсь, мой любимый старший брат не откажется
заплатить...
Я как раз выходила из арки, когда раздалась автоматная очередь. Отчаянно
закричала женщина, скрипнули тормоза, я взвизгнула от неожиданности, а потом
замерла, глядя во все глаза на белый «Мерседес». Его занесло на тротуар, дверцы
были открыты, и возле них на асфальте лежали трое мужчин. Из открытых окон
огромного джипа, стоявшего метрах в двадцати, по «Мерседесу» сразу несколько
человек стреляли из автоматов.
Где-то рядом звякнули стекла, завыли сирены, а я увидела Мирона, он тяжело
выбрался из машины, упал на асфальт и тут, должно быть, заметил меня. Вскочил
сначала на четвереньки, а потом в полный рост и бросился ко мне.
Улица точно вымерла, даже в окнах не было видно ни одного лица, только я
стояла на тротуаре, навстречу мне бежал Мирон, его расстрелянная охрана лежала
на асфальте, а автоматная очередь вновь ударила, тяжело и страшно.
Мирон точно поскользнулся, взмахнул руками, лицо его перекосило от боли,
он сделал еще несколько шагов, протянул руки и рухнул на асфальт, увлекая меня
за собой.
Я закричала, пытаясь высвободиться, и кричала очень долго. Джип исчез за
поворотом, стало тихо, и только мой крик рвался сквозь эту тишину.
Кто-то рывком приподнял тело Мирона, и я увидела человека в милицейской
форме. Лицо у него было бледным и испуганным, и это, как ни странно, привело
меня в чувство.
Я попыталась встать, милиционер протянул руку и спросил:
— Живая?
А я вроде бы кивнула, приподнялась и упала вновь, поскользнувшись в луже
крови.
С ужасом посмотрела вокруг: асфальт, стена дома, я сама — все было грязнокрасного
цвета. А еще запах, он сводил с ума. Я повисла на плечах милиционера,
он попытался отстраниться, потому что мои руки были в крови, точно у мясника на
бойне. Как видно, ему стало неловко, он помог мне подняться на ноги, но я не
удержалась, поскользнулась на бурой жиже и опять упала, и он вместе со мной, а я
лежала, смотрела в небо и думала о том, что не хочу сейчас жить. Вот эти минуты,
этот час — не хочу.
Потом появилась «Скорая», еще несколько машин: две милицейские и две без
опознавательных знаков, кто-то вызвал пожарную, парень с брандспойтом недовольно
кричал:
— Скоро вы там?
Вокруг беспокойно сновали люди, собралась толпа, ее держали за
ограждением, люди жадно заглядывали за плечи впереди стоящих и спрашивали:
— Что случилось?
А я сидела на асфальте, поджав ноги, кровь на сарафане подсохла и стала
похожа на корку, кажется, ее можно было ломать руками.
Я сидела и плакала. Женщина-врач подошла ко мне и спросила:
— Вам плохо? Давайте я отведу вас к машине. Я покачала головой. Следом за
ней подошел мужчина в сером костюме.
— Вы видели, что произошло? Кто стрелял? Я опять покачала головой.
— Я просто шла, вот отсюда, а он упал на меня, — и попросила: — Можно я
посижу во дворе? Там скамейка.
— С вами захотят поговорить.
— Я буду в трех шагах, вот там, видите? Мне здесь тяжело.
Он кивнул, и я вошла во двор. Нащупала ключ, потрясла головой, словно
отгоняя наваждение, и бросилась к машине Кирилла.
Клуб был закрыт, что неудивительно: часы показывали половину четвертого,
слишком рано для ночных заведений.
Я постучала в дверь, открыли сразу, высокий парень с ярко-рыжими волосами
вытаращил глаза и молча пропустил меня в коридор.
Из Сашкиного кабинета доносились голоса, я подошла и распахнула дверь.
Илья, Сашка и Севка стояли возле стола и пили шампанское.
Я перевела дыхание, посмотрела на всех по очереди, пытаясь вспомнить
заготовленные слова, но они застряли в горле.
Первым отреагировал Илья. Он поставил свой бокал и торопливо шагнул ко
мне.
— Ася... Господи, что случилось? Ты вся в крови...
— Это не моя кровь, — ответила я.
— А где Кирилл?
— На даче.
Тут дверь открылась, и я увидела Кирилла, он выглядел молодцом, заметив
меня, нахмурился и спросил вроде бы испуганно:
— Ты ведь не ранена, нет?
— Я в порядке, — заверила я.
— Ты вся в крови, — повторил Илья и попытался меня обнять, я торопливо
отстранилась.
— Испачкаешься. — Он посмотрел внимательно, а я решила пояснить: — Это
кровь Мирона. Полчаса назад его расстреляли.
— Как тебя туда занесло? — проворчал Сашка.
— Куда? — хмыкнула я.
— Вот что, маленькая, — сказал Илья, его голос звучал ласково, и он всетаки
обнял меня. — Иди, прими душ, ребята привезут одежду, а потом мы...
— Я ехала предупредить тебя, — хохотнула я. — Спасти... сказать, что не
знала о твоих письмах.
— Ася...
— Заткнись, пожалуйста, — попросила я.
— У нее истерика, — торопливо влез Сашка, налил воды в стакан и пошел ко
мне.
— Стой, где стоишь, — предупредила я. Севка был самым мудрым, голос не
подавал, отошел к окну и замер, спиной ко мне. — Ладно, — вздохнула я. —
Празднуйте победу, а я пойду в душ.
И пошла. Включила горячую воду и яростно терла себя мочалкой, а потом
стояла, просто задрав голову, вздрагивая всем телом и облизывая губы. Вышла из
кабинки, растерлась заботливо приготовленным полотенцем и увидела большой пакет
с одеждой.
Еще минут пятнадцать я потратила на свой туалет, потом просто сидела,
уставившись в одну точку и вроде бы собираясь с силами.
В дверь осторожно постучали, и Сашка позвал:
— Ася...
— Иду, — бодро ответила я и через минуту появилась в кабинете.
— Расскажи, что произошло и почему ты вся была в крови? — попросил Сашка.
Я устроилась в кресле, вздохнула и прояснила ситуацию:
— На Преображенской я оказалась случайно. Выходила со двора, когда
услышала выстрелы. К этому моменту в живых остался один Мирон, его охрана лежала
на асфальте. Он увидел меня и побежал навстречу. Должно быть, решил, что они не
рискнут стрелять, когда я рядом, а может, надеялся взять меня в заложники... — Я
усмехнулась, Севка повернулся ко мне, но под моим взглядом торопливо отвел
глаза.
— Я отправил тебя на дачу, чтобы избавить от подобных переживаний, —
заметил Сашка, изо всех сил желая выглядеть заботливым братом. — Какого черта ты
на меня так смотришь? — через минуту не выдержал он.
— Илья, пистолет в твою машину подложил Сашка, — сказала я со вздохом, он
кивнул и ответил:
— Конечно. А я засмеялась:
— Только не говори, что ты нарочно сел в тюрьму...
— Ася...
— Илья, расскажи ей все, — нахмурился мой брат. — Теперь можно.
— Кажется, мне и так все ясно. — Я внимательно посмотрела на мужа и
покачала головой- — Ты наступал старичкам на пятки, и они предложили
встретиться, так? Только одним из охранников оказался Сашкин армейский дружок,
поэтому тебе удалось пройти с оружием. Ты перестрелял всех, в том числе и
дружка...
— Нет, — вмешался Сашка и даже вроде бы разозлился, так ему стало обидно.
— Его ранил другой охранник, но мы справились с ситуацией.
— Добили его в больнице, — усмехнулась я. Мужчины весело переглянулись, а
потом уставились на Кирилла. Тот лучезарно улыбнулся.
— С ума сойти! — подивилась я. — Ловко вы все обстряпали. А что с твоей
физиономией? Кирилл пожал плечами.
— Были бы деньги, а смена физиономии не проблема.
— Это точно, — согласилась я. — Не так давно я была в Чебоксарах, живет
там одна женщина, совершенно одинокая, пять лет назад у нее убили сына...
впрочем, о таких пустяках даже говорить совестно... Как, например, и об Андрее.
Парню не повезло, он оказался идеальной фигурой на роль жертвы. Жил в трех шагах
от Катинской, при необходимости все можно было свалить на ревность, ведь мы
часто встречались...
— Послушай... Ты не понимаешь, — начал Илья. — Все очень серьезно...
— Еще бы, — согласилась я. — Расстрел авторитетов был исключительно
дерзким поступком, и шансов остаться в живых у задумавших такое практически не
было. Не знаю, кого из вас озарило с подобным алиби, но он, безусловно, гений.
Пока Илья разделывался с врагами, Сашка застрелил Андрея, подбросил в машину
Ильи пистолет и вызвал милицию. Громкое дело об убийстве на почве ревности. Кому
придет в голову, что на Катинской стрелял Илья? А тут еще верный друг Севка,
большой специалист по заметанию следов. Поздравляю, ребята, у вас классная
команда. Думаю, вы добились, чего хотели.
К этому моменту веселья в них поубавилось, все молчали, что дало мне
возможность продолжить:
— Когда речь идет о том, кто будет хозяином в городе, такие пустяки, как
смерть Андрея, не в счет. Не в счет бывший соратник Володя, который оставался
верен тебе, Илья, все пять лет, не в счет Лерка...
— Прекрати! — рявкнул Сашка. — Она была истеричкой, каждый день грозилась,
что перережет вены...
— Дай ей выговориться, — перебил Илья.
— Да я, собственно, уже закончила. Нет смысла перечислять всех... Что они
могут значить? Эти люди и те пять лет, что я ждала тебя и пыталась понять, за
что ты меня бросил...
— Прости, но это была единственная возможность обезопасить тебя. Тогда все
было гораздо сложнее, чем ты думаешь. Я не имел шансов вернуться живым с этой
встречи. Выбирать не приходилось. Ты понимаешь? Все-было очень непросто, вплоть
до сегодняшнего дня. Все могло сорваться, даже несколько часов назад... Я мог
рисковать своей жизнью, но только не твоей. Если бы какой-нибудь умник
заподозрил... Я не мог рисковать тобой, — повторил Илья, а я подумала: «Может,
мне прослезиться?» — Ася, я люблю тебя, — сказал он. — И я верил, что ты любишь
меня, по-настоящему. И справишься.
— Наверное, ты меня переоценил. — заметила я, поднимаясь. — Что ж, мой
бывший муж, бывший друг, любимый старший брат и ты... Кирилл, или Дима, уж и не
знаю... Примите мои поздравления. — Я пошла к двери, Илья торопливо поднялся.
— Прекрати все это. Мы сейчас поедем домой, спокойно все обсудим...
— Видишь ли, — сказала я и неожиданно засмеялась, потом вздохнула и
продолжила: — Я в самом деле очень любила тебя. И многое могла бы простить.
Почти все. Наверное, я плохой человек, и с моралью у меня проблемы, я бы смогла.
Все, кроме одного: ты меня бросил. Ты оставил меня на пять лет подыхать каждую
ночь в холодной постели... из-за паршивых денег, или не менее паршивой власти,
или... черт с ним, не важно... Ты сделал свой выбор.
— В тебе говорит обида, — с грустью заметил он
— Точно. Еще какая. Не стоило тебе оставлять меня. Знаешь, это опасная
штука. Я привыкла и... научилась обходиться без тебя.
Я взялась за ручку двери, а он позвал:
— Ася...
— Ей надо успокоиться, — влез Сашка.
— Хорошо, — нахмурился Илья. — Отправляйся домой, я сейчас приеду. А я
кивнула:
— Лучше позвони мне... лет через пять.
Я шла по улице и улыбалась, должно быть, спятила. Я думала об Илье, о
своем брате и Севке и честно пыталась их понять. И не могла Потом вспомнила, что
ничего не знаю о Гаврилове, и забеспокоилась: как он там?
Через дорогу была стоянка такси, и я туда заспешила, все еще пребывая в
задумчивости и игнорируя пешеходный переход.
Дико скрипнули тормоза, я вздрогнула и в трех шагах от себя увидела
машину. Дверь открылась, оттуда высунулся парень и матерно обругал меня.
— Извините, — пролепетала я, пятясь к тротуару.
— Чертовы самоубийцы! — крикнул он.
— Извините, — еще раз повторила я. — Просто я хотела попасть на стоянку
такси и немного задумалась.
Я торопливо зашагала по тротуару, а парень меня окликнул:
— Эй, ты же такси хотела! Стоянка вон там.
— Спасибо, — опомнилась я и с опаской поглядела на дорогу.
Парень вышел из машины и пожаловался:
— Напугала до смерти. — Голос его звучал миролюбиво.
— Извините, — дожидаясь, когда загорится зеленый свет, повторила я.
— Тебе в какую сторону? — вдруг спросил он. А я задумалась: куда я
собиралась?..
— Не знаю, — ответила я честно.
— Так может, я тебя отвезу? — улыбнулся он.
— Почему бы и нет? — в ответ улыбнулась я.
Закладка в соц.сетях
