Жанр: Любовные романы
Шопоголик и бэби
... ожидала от Люка такого энтузиазма. Продираю заспанные глаза, сажусь
и смотрю на него в упор. Люк сияет. Таким беззаботным и воодушевленным я не
виде если не месяцев.
— Я и забыл, сколько у меня общего с давними друзьями, —
продолжает он. — Не помню уже, сколько не вел таких разговоров, как
сегодня. О политике, искусстве... Мой приятель Мэтью — управляющий галереей.
Он пригласил нас на выставку. Непременно сходим!
— Ого! — Кажется, я заразилась от Люка живостью. — Потрясно!
— Оказывается, приятно на время забыть о делах. — Он пораженно
качает головой и начинает расстегивать рубашку. — Надо бы почаще
встречаться. Смотреть в перспективу, расслабляться... А как прошел твой
вечер с Джесс?
— Классно! Мы смотрели фильм и ели пиццу. Сейчас расскажу тебе, какие у
нее новости... — Меня вдруг одолевает зевота. — Или лучше
завтра. — Я откидываюсь на подушки и смотрю, как раздевается
Люк. — А пресловутый друг Венеции — какой он? Такой же скучный, как на
фотке?
— Его там не было, — отвечает Люк.
Перестаю уютно устраиваться на подушке и удивленно поднимаю голову. Венеция
была одна? А я думала, для того она и затевает вечеринку, чтобы похвастаться
своим Джастином, вундеркиндом-финансистом.
— А-а. С чего вдруг?
— Они расстались. — Люк расправляет брюки на вешалке.
— Расстались? — Сна как не бывало. — Но... я думала, она по
уши влюблена в Джастина. Вроде она говорила, что отправилась за ним на
другой конец света и теперь они — самая счастливая пара во всем мире.
— Говорила, — соглашается Люк. — Так и было. Еще три дня
назад. Она была сама не своя.
— Вот как, — после паузы произношу я. — Понятно.
Внезапно вечер приобретает совсем иной смысл. Люка пригласили не для того,
чтобы познакомить с возлюбленным Венеции. Наоборот, только что расставшаяся
с другом Венеция решила выплакаться на плече Люка.
— Значит... инициатор разрыва — Венеция? — притворяясь
равнодушной, спрашиваю я. — Или Джастин?
— Я так и не понял, кто из них. — Люк направляется в
ванную. — Похоже, он вернулся к жене.
— К жене?! — Мой голос взвивается ракетой. — То есть как? это
— к жене?
— Венеция думала, что у Джастина с женой все кончено, просто они еще не
развелись. — Люк открывает воду, его голос еле слышен. — Бедняге
Вен не везет с романтикой. Вечно ее угораздит связаться с женатым и во что-
нибудь влипнуть.
Я стараюсь сохранять спокойствие. Дышу неглубоко. Избегаю лишних эмоций.
— Влипнуть во что? — самым небрежным тоном интересуюсь я.
— Да во что угодно. — Люк выдавливает на щетку пасту. — В
бракоразводный процесс... В скандал с директором больницы, где она
работала... Да еще этот судебный запрет в Лос-Анджелесе. — Он смотрит
на тюбик с пастой и качает головой: — Паста кончается.
Бракоразводный процесс? Судебные запреты? Скандалы?
Не могу ответить. Сижу и разеваю рот, как золотая рыбка. Интуиция подает
отчаянный сигнал тревоги.
Венеция охотится за Люком.
Силюсь представить, каким видит Люка Венеция. Одетый только в пижамные
штаны, он чистит зубы. Летний загар еще не сошел, на плечах перекатываются
мышцы. Господи. Ну конечно, Венеция нацелилась на него. Он такой красавец, у
него многомиллионная компания, вдобавок они знакомы со студенческих лет.
Может, Люк был первой любовью Венеции и ее сердце навсегда отдано ему.
А может, это она — первая любовь Люка.
В желудке возникает противная тянущая пустота. Забавно: вокруг такое
творится, а я думаю о том, что у меня в желудке.
— Ясно! — Притворяюсь уверенной и беспечной. — Причины для беспокойства у меня есть?
Люк брызжет водой в лицо.
— Ты о чем?
— Я... — Нет, не могу выговорить. Это же все равно что заявить:
Я тебе
не доверяю
. И я меняю курс: — Пусть попробует для разнообразия влюбляться в
одиноких мужчин. Может, и жить будет попроще! — Я смеюсь, а
обернувшийся Люк хмурится.
— Венеция просто ошиблась в выборе, но сделала это не нарочно и не со
зла. Она неисправимый романтик, вот и все.
Он ее защищает! Надо же мне было так сплоховать.
Из пиджака Люка слышится гудок. Он выскакивает из ванной, на ходу вытирая
лицо, и выхватывает телефон из кармана.
— Это от Венеции, — сообщает он с улыбкой. — Смотри, снимок
сделан сегодня вечером.
Беру у него телефон и вглядываюсь в экран. Вот Венеция, нарядившаяся для
похода в бар в широкие джинсы, кожаный пиджак и сапоги на шпильках. Смотрит
в объектив с уверенной улыбочкой и обнимает Люка, будто он ее собственность!
Разлучница!
— мелькает у меня мысль.
Ну уж нет, нас с Люком ей не разлучить. Пусть даже не мечтает. Мы с Люком
столько пережили вместе, что никакой длинногривой докторше на каблуках-
ходулях не разбить нашу дружную пару. В этом я уверена на сто десять
процентов.
Международный банковский омбудсмен
Лондон, Коммершиал-роуд, Персивал-хаус, этаж 16/18
Миссис Р. Брэндон
Квартал Мейда-Вейл, 37
Мейда-Вейл Лондон
10 сентября 2003 г.
Уважаемая миссис Брэндон,
С сожалением извещаем Вас, что Ваш запрос по поводу основания интернет-банка
Банк Бекки
отклонен комитетом.
Данное решение принято по многочисленным причинам, в том числе и ввиду
Вашего заявления, что для управления интернет-банком Вам понадобится
только
компьютер и куда складывать деньги
.
Желаем Вам успеха в других предприятиях, но рекомендуем не включать в их
число банковское дело.
С уважением,
Джон Франклин.
Комитет по интернет-бизнесу.
10.
Сто десять процентов уверенности — это я погорячилась. От силы сотня.
Или даже... девяносто пять.
Прошло несколько недель с тех пор, как Люк сходил на вечеринку к друзьям, и
моя уверенность слегка ослабла. Вообще-то ничего особенного не случилось. На
первый взгляд мы с Люком счастливы и все у нас замечательно. А на самом
деле...
Ладно, начнем по порядку. Вот мой список подозрительных фактов:
1. Люк постоянно получает СМСки, улыбается и сразу шлет ответы. И я знаю,
что эти СМСки от нее. Люк мне их не показывает.
Он виделся с ней еще три раза. Без меня. Однажды, когда я уже договорилась
встретиться со Сьюзи, Люк заявил, что тоже хочет провести вечер с
друзьями, — оказалось, он имел в виду Венецию. В другой раз вся
кембриджская компания затеяла большой званый ужин в честь преподавателя.
Само собой, без жен. В третий раз Люк с Венецией ходили обедать, потому что
ее, видите ли,
занесло по делам прямо к офису
Люка. Так я и поверила. Что
она там делала? Принимала роды в деловом квартале?
В тот раз мы даже поссорились, когда я спросила (кстати, очень деликатно),
не слишком ли много времени Люк уделяет Венеции. На что Люк ответил, что ей
сейчас нелегко, потому не обойтись без поддержки давнего друга. Тогда я
сказала:
Между прочим, мне тоже бывает нелегко — особенно когда ты
развлекаешься без меня!
А Люк сказал, что встреча с давними товарищами по
университету — лучшее событие года, единственный шанс отключиться от дел, и
если бы я была с ним, я бы это поняла. Пришлось возразить:
Меня никто не
приглашал
. Люк заявил, что он звал меня, а я...
Вот так. В общем, наговорили лишнего.
Других доказательств у меня нет. Не знаю даже, почему эти случаи вызывают у
меня подозрение, — не верю я, что между Венецией и Люком что-то
происходит. Это же просто смешно. Скорее речь о Люке. О моем муже.
— Не верится мне, что между ними что-то есть, Бекки. — Сьюзи
качает головой и мешает свой малиново-абрикосовый коктейль с мякотью.
Сегодня она заехала ко мне, чтобы опробовать набор для определения пола
ребенка, но пока мы к нему не притронулись: сидим и обсуждаем Люка. Хорошо
еще, дети заняты — жуют сандвичи в гостиной и смотрят
Телепузиков
, точно в
трансе. (Сьюзи разрешила включить им телевизор, только сначала взяла с меня
слово, что я никогда не проболтаюсь об этом Лулу.)
— И мне не верится! Но они постоянно встречаются, она забрасывает его
СМСками, а я даже не знаю, о чем они говорят...
— А ты заявила о своих правах? — Сьюзи тянется за печеньем с
шоколадными крошками. — Когда виделась с ней в прошлый раз?
— Само собой! А она и ухом не повела.
— Хм... Может, все-таки перейдешь к другому врачу?
— Уже думала. Нет, какая теперь разница. Они с Люком все равно
поддерживают связь. Венеция будет даже рада отделаться от меня.
— А Люк что говорит?
— А что Люк? — Я верчу в руках соломинку. — Твердит, что
Венеции сейчас одиноко. Что раны после расставания с любимым еще свежи.
Опекает ее, как несчастную жертву. И всегда встает на ее сторону. Однажды я
назвала ее Круэллой де Венеция, так он знаешь как взбеленился!
— Круэлла де Венеция! — прыскает Сьюзи, разметая по столу крошки
печенья. — Метко.
— А толку? Все равно мы поссорились. Я с ней не вижусь, но она будто
влезла в нашу жизнь.
— Разве ты не бываешь на приемах? — удивляется Сьюзи.
— Уже несколько недель не была. Последние два раза она уезжала
принимать роды и меня принимала ее помощница.
— Она тебя избегает. — Сьюзи понимающе кивает, хлюпает коктейлем и
сводит брови на переносице. — Бекки, я понимаю, это некрасиво, но,
может быть, стоит одним глазком взглянуть на СМСки Люка?
— Уже взглянула, — признаюсь я.
— И что? — нетерпеливо спрашивает Сьюзи.
— Они на латыни.
— На латыни?
— Люк и Венеция изучали латынь в университете, — с досадой поясняю
я. — Это их фишка. А я не понимаю ни слова. Но одну я списала. — Я
выуживаю из кармана комочек бумаги. — Смотри.
Мы молча смотрим на короткую фразу. Fac me laetam: mecum hodie bibe!
— He нравится мне это, — наконец говорит Сьюзи.
— Мне тоже.
Еще несколько минут мы вглядываемся в непонятные слова, потом Сьюзи вздыхает
и подвигает бумажку ко мне.
— Бекки, неприятно говорить тебе такое, но будь начеку. А еще лучше —
нанеси ответный удар. Если она проводит столько времени с Люком, значит, и
ты проводи с ним побольше времени. Когда вы в последний раз занимались чем-
нибудь романтичным вдвоем?
— Не помню. Давно это было.
— Тогда решено! — Сьюзи торжествующе хлопает ладонью по
столу. — Сделай Люку сюрприз: отвези ему обед в офис. Он оценит, вот
увидишь.
Неплохая мысль. Обычно я не отвлекаю Люка от работы — у него столько дел. Но
если на Венецию у него есть время, значит, найдется и на меня.
У меня поднимается настроение.
— Ладно, попробую. А потом расскажу тебе, что вышло. Спасибо,
Сьюзи. — Я допиваю коктейль и с довольным видом отставляю бокал. —
Итак...
— Итак, — Сьюзи смотрит на меня в упор, — ты готова?
— Кажется. — Опять меня начинает трясти от волнения. — Ну,
поехали!
Я выкладываю перед собой на стойку
Набор для определения пола будущего
ребенка
и дрожащими руками срываю полиэтиленовую обертку. Еще несколько
минут — и я все узнаю. Захватывающее событие, ничем не хуже родов!
Втайне я надеюсь, что будет мальчик. А может, девочка.
— Стоп, Бекки, подожди, — вдруг говорит Сьюзи. — А как ты собираешься обмануть Люка?
— Ты о чем?
— Ну, когда появится ребенок? Как ты убедишь Люка, что не знала пол
заранее?
Я оставляю обертку в покое. Хороший вопрос.
— Буду делать вид, что удивлена, — наконец решаю я. — У меня
же актерский талант. Смотри. — И я старательно изображаю удивление: —
Да это же... мальчик!
Сьюзи кривится.
— Бекки, так не пойдет.
— Это был экспромт, — возражаю я. — Сейчас попробую еще
раз. — Сосредоточившись, я вскрикиваю: — Ой, девочка!
Сьюзи качает головой и морщится.
— Переигрываешь! Бекки, в роль надо вжиться. Тебе не обойтись без надежного актерского метода.
Ну вот, приехали. Перед поступлением в университет Сьюзи целый семестр
проучилась в театральной школе и мнит себя по меньшей мере Джуди Денч.
Правда, школа была не настоящая, вроде Королевской академии, а частная. Это
когда твой отец платит, а тебе дают уроки кулинарии. Но это строго между
нами.
— Вставай, — велит мне Сьюзи. — Выполним расслабляющие
упражнения. — И она начинает вертеть головой и трясти руками. Я нехотя
делаю то же самое. — А теперь скажи, какая у тебя мотивация?
— Обмануть Люка, — напоминаю я.
Да не эта, а внутренняя! Мотивация твоего персонажа. — Сьюзи на минуту
закрывает глаза, будто устанавливает контакт с миром духов. — Ты —
молодая мать. Ты впервые видишь своего ребенка. Ты рада и вместе с тем
удивлена: ты ожидала ребенка другого пола. Ты изумлена как никогда прежде.
Прочувствуй это...
— Это же... мальчик! — Я хватаюсь за грудь.
Сьюзи вовсю машет руками, будто нагоняя ветер:
— Еще, Бекки! Больше страсти!
— Это же мальчик!" Господи, МАЛЬЧИК! — Я деру горло так, что ложка
падает со стойки на пол.
Сьюзи довольна.
— Вот! Так и действуй.
— Получилось? — отдуваюсь я.
— Да! Люк наверняка купится. А теперь займемся тестами.
Я иду к раковине за водой, а Сьюзи вскрывает упаковку и достает шприц.
— Ух ты, смотри-ка! — жизнерадостно говорит она. — Будем
делать инъекцию.
— Инъекцию? — в тревоге оборачиваюсь я.
—
Анализ крови выполняется легко и быстро, — читает Сьюзи
инструкцию. — Попросите врача, медсестру или другого квалифицированного
медицинского работника взять у вас кровь из вены...
Вот игла, —
демонстрирует она, вытаскивая из коробки пластмассовый футляр. — Врачом
буду я.
Киваю, стараясь не выдать тревоги:
— Ладно. Слушай, Сьюзи, а ты когда-нибудь шприц в руках держала?
— А как же! — уверенно заявляет она. — И даже делала уколы
овцам. Гляди! — Сьюзи насаживает иглу на шприц. — Закатывай рукав.
Овцам, значит?..
— Ну, возьмем мы кровь, а дальше что? — Я пытаюсь выиграть время.
— Отправим ее в лабораторию. — Сьюзи снова берется за
инструкцию. —
Результаты анализа будут доставлены вам в запечатанном
пакете, с соблюдением правил конфиденциальности. Срок выполнения анализа...
— она переворачивает страницу, — десять-двенадцать недель
.
Что?
— Десять-двенадцать недель? — Я отбираю у нее инструкцию. —
Ну и кому это надо? К тому времени я и так все узнаю. — Верчу туда-сюда
страницы, ищу раздел
Экспресс-анализ
, но такого в инструкции нет. Наконец
я сдаюсь и разочарованно взбираюсь на табурет у стойки. — Двенадцать
недель! Не стоит и мучиться.
Сьюзи вздыхает и садится рядом.
— Бекки, неужели ты купила этот тест, не заглянув в инструкцию? И даже
не узнала, как его делают?
— Э-э... нет, — сознаюсь я. — Я думала, это что-то вроде
теста на беременность. Только с розовой полоской или с голубенькой.
Барахло, а не тест. А дерут за него сорок фунтов. Надувательство в чистом
виде. Они что, воображают, что беременным дозарезу надо знать, кто у них
родится? Подождать месяц-другой — что может быть проще? И потом, девочка,
мальчик — какая разница? Был бы ребенок здоров, а все остальное...
— Может, еще разок попробуем с кольцом? — прерывает поток моих
мыслей Сьюзи. — Посмотрим, что получится?
— Ага! — оживляюсь я. — Давай.
Мы проводим пять сеансов гадания .на кольце и заканчиваем их со счетом 3:2 в
пользу мальчика. Затем составляем список мальчишеских имен — нарочно
побольше, с запасом, а Сьюзи убеждает меня дать сыну имя Таркин Уилфрид
Сьюзан. М-да. Вряд ли.
К тому времени как Сьюзи замотала в одежки всех детей, скормила им капсулы с
рыбьим жиром в противовес отупляющему влиянию телевидения и уехала, мне
заметно полегчало. Она права, нам с Люком надо просто почаще бывать вместе.
Вот я и придумала кое-что получше, чем вызывать Люка из офиса, чтобы
перекусить вместе. Ему же, наверное, бизнес-ланчи до чертиков надоели. А
значит, разнообразие не помешает. Какое-нибудь романтичное.
На следующий день звоню с работы в супермаркет
Снедь-холл
и заказываю
корзину для пикников со всей самой любимой едой Люка. Я заранее выяснила у
Мел, помощницы Люка, что никаких встреч на обеденное время сегодня не
намечается. (Зачем мне это надо, я не объяснила: Мел обязательно
проболталась бы.) А задумала я вот что: устроить Люку сюрприз — нагрянуть к
нему в кабинет с корзинкой для пикников и отлично пообедать вместе, в узком
семейном кругу! Я даже попросила положить в корзину бутылку шампанского,
клетчатую скатерть и пластмассовый подсвечник специально для пикников из
Домашнего уюта
— для пущей достоверности.
Обеденное время приближается, я отбываю к Люку в офис в приподнятом
настроении. Как давно у нас не было ничего такого необычного, спонтанного! И
вообще в
Брэндон Коммьюникейшнс
я уже несколько недель не заезжала и
теперь хочу повидаться со всеми сразу. Жизнь в офисе так и кипит с тех пор,
как у нас появился новый крупный клиент.
Аркодас Груп
— настоящая империя,
таких у Люка еще не бывало. Это самая серьезная задача для всех сотрудников
компании с момента ее основания (я знаю, ведь я помогала Люку писать
мотивационные речи).
С другой стороны, что это за жизнь без новых приключений и мечтаний?
Брэндон Коммьюникейшнс
— лучшая компания в своей отрасли, с каждым годом
она крепнет и развивается все более динамично, новые предприятия идут ей на
пользу. Сплотившись, ее сотрудники выдержат любые испытания, все преодолеют
и всех превзойдут. Как одна команда. Как семья. (Этот кусок я написала
сама.)
В офис я прибываю без нескольких минут час и через мраморный вестибюль
направляюсь к стойке администратора Карен. Она приглушенно переговаривается
с коллегой Дон. Странно, Карен такая взволнованная, и щеки у нее
раскраснелись. Надеюсь, ничего плохого не стряслось.
— Так не делают, — слышу я ее сдержанный голос, подходя
поближе. — Это неправильно. Никому не позволено так себя вести, даже
начальству. Да, у меня устарелые взгляды...
— Вовсе нет, — перебивает Дон. — Это нормальная порядочность
по отношению к своим ближним.
— Да, порядочность, — энергично кивает Карен. — Представь
только, каково ей сейчас, бедняжке...
— А ты ее видела? С тех пор как... — Дон многозначительно умолкает.
Карен качает головой.
— И никто не видел.
Я слегка настораживаюсь. О чем вообще речь? Кто такая
она
?
— Привет! — здороваюсь я, и обе вздрагивают.
— Господи, Бекки! — Карен вспыхивает. — Что ты здесь... ты
предупреждала, что приедешь? — И она судорожно роется в бумагах на
столе. — Дон, где у нас тетрадь записи посещений?
Тетрадь записи посещений? С каких это пор мне надо заранее записываться на
прием к мужу?
— А я думала сделать Люку сюрприз. В обеденный перерыв он свободен, я
проверяла. Вот я и решила устроить пикник — прямо у него в кабинете! —
И киваю на корзинку, которая висит у меня на локте.
Я жду, что обе воскликнут:
Ах, чудесно!
Но Карен и Дон явно нервничают.
— Хорошо, — наконец выдавливает Карен. — Так... сейчас
посмотрим, может быть... — Она жмет кнопки на пульте. — Алло, Мел! Это
Карен снизу. Здесь Бекки. Бекки Брэндон. Пришла... сделать сюрприз
Люку. — И Карен надолго замолкает, внимательно слушая ответ. — Да.
Да, сейчас. — Она поднимает голову и улыбается мне: — Присаживайся,
Бекки. Сейчас кто-нибудь спустится за тобой.
Присаживайся
?
Кто-нибудь спустится за тобой?
Что еще за новости?
— А может, я лучше сама поднимусь?
— Мы не знаем точно, где сейчас Люк. — Карен определенно что-то
скрывает. — Так что лучше будет, если ты... Э-э... Адам скоро подойдет.
Ушам не верю. Адам Фарр — глава отдела по связям с общественностью. В
щекотливых ситуациях всегда зовут его. Люк говорит, что Адам — мастер-
виртуоз: никто так профессионально не умеет
обрабатывать
людей.
Меня собираются обрабатывать... Но зачем? Что происходит?
— Да ты садись, Бекки, — повторяет Карен, но я не двигаюсь с
места.
— Я тут услышала краем уха ваш разговор, — небрежным тоном
произношу я. — Что-то случилось?
— Ну что ты! — слишком поспешно отвечает Карен, будто ждала этого
вопроса. — Мы просто обсуждали... одну вчерашнюю передачу. Правда, Дон?
Дон согласно кивает, но взгляд у нее бегающий.
— А ты как? — спрашивает Карен. — Все хорошо, Бекки?
— Скоро уже, да? — подхватывает Дон.
Пытаюсь придумать что-нибудь непринужденное и веселое, но до того ли мне?
Весь разговор — сплошное притворство. В этот момент двери лифта
разъезжаются, из него выходит Адам Фарр.
— Ребекка! — Он расплывается в бизнес-улыбке и сует коммуникатор в
карман. — Как я рад тебя видеть!
Может, он и гонит пургу лучше всех в компании, но меня ему не надуть.
— Привет, Адам, — почти резко отзываюсь я. — А Люк здесь?
— Как раз заканчивает совещание, — не моргнув глазом сообщает
Адам. — Пойдем пока к нам, выпьешь кофе. Знаешь, как все обрадуются...
— Какое совещание? — перебиваю я. Чем угодно поручусь: Адам
дрогнул.
— Финансовое. — Хоть микроскопическую паузу, да сделал. — Длинное и нудное. Ну, идем?
Адам ведет меня к лифту, некоторое время мы едем вверх молча. Я прекрасно
вижу, до чего Адам взвинченный, хотя держится уверенно, по-деловому. Под
глазами тени, пальцы барабанят по стенке лифта — очень напоминает нервный
тик.
— Как жизнь? — спрашиваю я. — Наверное, дел по горло с этой
экспансией?
— Даже выше, — кивает он.
— Зато здорово работать над проектами
Аркодаса
, верно?
Молчание. Только барабанная дробь учащается.
— Конечно, — наконец говорит Адам.
Двери лифта раздвигаются, Адам жестом предлагает мне выходить. Ничего
добавить я не успеваю.
Лифт ждут несколько сотрудников
Брэндон Коммьюникейшнс
. Заметив знакомые
лица, я улыбаюсь и здороваюсь, но никто не улыбается в ответ. Точнее,
пытается, но улыбки какие-то натянутые. Будто меня здесь не ждали. Правда,
кое-кто вроде бы бормочет
Привет, Бекки
, но выходит у них неуклюже. Ни
один не останавливается поболтать. Тем более спросить про ребенка.
У них тут что, массовое помешательство? Вижу возле кулера двух девушек:
переговариваются, понизив голос, косятся в мою сторону — думают, я не
замечаю.
Меня даже подташнивать начинает с перепугу. Господи, может, я совсем
наивная? Что такого они знают, а я нет? Что они видели? Передо мной вдруг
всплывает отчетливая картинка: Люк ведет Венецию в свой кабинет и перед тем,
как закрыть дверь, предупреждает секретаршу:
В течение часа не беспокойте
нас
.
— Бекки! — От звучного голоса Люка я чуть не подпрыгиваю. -. Как
ты?.. Что ты здесь делаешь? — Широкими шагами он спешит ко мне по
коридору, а Гэри, его правая рука, и какой-то незнакомый парень будто
конвоируют его. Следом движется целая делегация. Вид у всех замученный.
— У меня все прекрасно! — изображаю жизнерадостнос
...Закладка в соц.сетях
