Жанр: Любовные романы
Маленькая леди и принц
...явно туповата.
Я выглянула из-за столба, дождалась минуты, когда Ники чуть отвернулся от
ослепленной Софи, и взмахнула рукой. Наши взгляды на миг встретились.
Подскочить и оттащить его от греха подальше в столь людном месте я не могла.
— Прекрати! — строго произнесла я одними губами.
Софи наклонилась к сумке с билетиками, а Ники состроил недоуменную гримасу и
приставил к уху сложенную трубочкой руку.
— Прекрати! — громким шепотом произнесла я, подавая запретительные
сигналы.
Ники пожал плечами: дескать, не понимаю. Мне оставалось только снова
скрыться за колонной.
— Так я и знала! — пробормотала я, обращаясь к Нельсону в той же
степени, в какой и к себе. — Он плевать на меня хотел! Еще пять минут, и
полезет разворачивать призы!
— Но хоть капля порядочности в нем должна же быть? — пробормотал
Нельсон. — Не знаешь, как до нее достучаться?
Я скривилась.
— Он может быть порядочным, только если ему пригрозят, что не будут
выдавать деньги.
— Если отец Софи увидит, как этот придурок пялится на его дочь, Ники
лишится не только денег,— сказал Нельсон. Его лицо вдруг приняло странное
выражение. — А ведь ты сегодня в парике..
— Ну и что?
Ники уже начал претворять в жизнь свой план по проверке загара. Атласные
бретели Софи из-за весьма немаленького бюста и так были натянуты до предела.
Одно резкое движение — и неизвестно, что бы сталось с платьем.
Нельсон многозначительно кивнул.
— Ты здесь как Мелисса, или как Милочка?
Именно в это мгновение Ники воскликнул:
— Ты смотри-ка — нет!
Он медленно вернул атласную бретель на обнаженное плечо нервно хихикающей
Софи.
— Как Милочка,— ответила я.
Моя спина вдруг стала сама собой распрямляться, будто кто-то невидимый
потянул вверху за веревку, пропущенную сквозь позвоночник, а в крови
забурлила знакомая и приятная уверенность.
— По-моему, Милочка не смогла бы спокойно наблюдать за подобным
безобразием со стороны,— без зазрения совести продолжал Нельсон. — Она давно
бы подошла и...
Остального я не услышала, потому что уже стремительно приближалась к Ники,
не обращая внимания на звенящие в голове сигналы тревоги и на легкое
возбуждение, взбегающее вверх по ногам.
— Ах, вот где ты застрял! — проворковала я, хватая Ники за руку. — Мы
успели соскучиться!
Его лицо на миг исказилось недовольством, однако он тут же скрыл его, придав
себе обычный насмешливый вид.
— Рад слышать.
— Не хочешь представить меня своей знакомой? — спросила я. Не успел
Ники рта раскрыть, я протянула Софи руку. — Привет! Меня зовут Милочка.
— Она моя соседка,— добавил Нельсон, возникая у меня за спиной. —И
спутница принца Николаса на сегодняшнем вечере.
Ники бросил на него злобный взгляд. Нельсон лишь улыбнулся ему сдержанной
улыбкой священника.
— Милочка, а это Софи Бельведер,— сказал он. — Ответственная за
лотерейные билеты.
— За продажу билетов,— поправила Софи, искоса взглянув на Ники. — Принц
Николас всего лишь рассказывал мне о яхте своего деда,— смущенно добавила
она. — Очень интересно...
— Правильно,— подтвердил Ники. — И спросил, не желает ли Софи как-
нибудь на выходных съездить со мной в маленькое путешествие.
Софи снова живо захлопала ресницами.
— Да нет же, Ники! — воскликнула я, хохотнув. — Ты что-то путаешь!
— Путаю? — Ники тоже засмеялся, но куда более сухо.
— Все дело в том, Софи, что дедушка принца Николаса, принц Александр,
предложил нашим благотворителям в качестве одного из главных призов лотереи
уик-энд на своей яхте. Принц Александр очень опытный мореход, как,
собственно, и принц Николас...
Я взглянула на Ники, будто ожидая подтверждения. Он стоял с приоткрытым ртом
и явно напрягал мозг, силясь понять, что происходит.
— Подожди-ка...
Я не дала ему возможности прибавить ни слова.
— Понимаю, это несколько неожиданно, но оба принца изъявили большое
желание поучаствовать в этой благотворительной акции. — Я встала ближе к
Николасу и слегка подтолкнула его локтем. — Очень мило с их стороны, не
правда ли? Взять и предоставить организаторам собственное судно!
Я снова подтолкнула Ники. На сей раз он не растерялся и тоже меня толкнул.
— Плавать на яхте здорово! — протянул он. — И даже полезно. Учишься
завязывать узлы и все такое прочее...
— Ведущим уик-энда будет, конечно, Ники,— без запинки продолжала я. —
Вдобавок победителю, без сомнения, предложат поужинать в каком-нибудь
приличном месте... Там, в Монако.
— Не знал, что ты яхтсмен,— произнес Нельсон. По его тону было ясно: он
никогда в это не поверит. — Много времени проводишь в море? И на какой
плаваешь яхте?
У Ники забегали глаза.
— На такой, где есть жилые и служебные помещения для экипажа и
обслуживающего персонала. Не обязательно уметь ею управлять...
— Ха-ха-ха! — рассмеялась я, пока Софи не сообразила, о чем речь. —
Прости, Софи, что отнимаем у тебя время. Николасу чего только не взбредет в
голову! Может, вернемся в зал и ты сделаешь объявление? — предложила я,
глядя на Ники. — Тогда народ станет активнее раскупать билеты.
— Ну, спасибо! — язвительно выпалил Николас, когда Софи ускользнула от
нас и встала как можно дальше.
— Это тебе спасибо! — сказал Нельсон, с истинно британской сердечностью
пожимая руку Ники.— Надеюсь, ты в подробностях расскажешь нам о своей яхте.
Что она собой представляет? Похожа на
Дворец Джина
? Нас, морских волков,
хлебом не корми, дай поговорить о самом любимом. Ну, ты меня понимаешь...
— Хватит, Нельсон,— прошептала я. Уверенность Милочки улетучилась так
же внезапно, как явилась. И я обнаружила, что стою посреди коридора в
компании разъяренного светского льва и своего весьма довольного соседа по
квартире. Понятия не имею, откуда это во мне берется. Ощущение, будто в мою
голову внедряется мозг совсем другой женщины. А когда наваждение проходит, я
чувствую себя не в своей тарелке.
Нельсона явно так и подмывало пуститься в разглагольствования об истории
мореходства. Я отправила его к Софи за билетами, а сама повела Ники назад к
столу.
— Послушай, это ведь только вам на руку,— сказала я, стараясь не
замечать, сколь качественно пошит пиджак Ники и сколь ладно он сидит на
широких плечах. — Тут пропасть журналистов. Я видела по крайней мере двух
фотографов и одну репортершу из
Харперс
— она училась в школе вместе с
моей сестрой. Тебя сфотографируют с организаторами, ты поможешь трудным
подросткам, убедишь общественность, что способен быть щедрым и вдумчивым...
Это же замечательно!
Ники резко остановился и нахмурил брови.
— Можно было сначала посоветоваться со мной, а потом уж выкидывать
такие фокусы!
— Тогда вся моя затея утратила бы элемент неожиданности,— сказала я,
невинно глядя на него. — И вообще, твой дед позволил мне делать, что
потребуется, лишь бы это благотворно повлияло на тебя.
— А что, если победительницей окажется божественная, но замужняя
женщина? Как мне тогда быть?
— Пометаете на палубе кольца в цель, вместе с ее мужем.
— Нет уж, метать кольца будешь ты,— заявил Ники, открывая передо мной
дверь.
— Я?
— Тебе придется поехать с нами.
— Но...
— Никаких
но
,— сказал Ники, приостановившись в дверном проеме и
положив руку мне на голову. — Ты же мой пиар-менеджер по вызову!
Я сделала глубокий вдох, наполнив легкие одеколоном Ники. И вдруг поняла,
почему Софи будто опьянела.
— Ты ведь поэтому и подскочила ко мне, когда заметила, что я с ней
разговариваю? — сдовольной улыбочкой добавил Ники. — Или просто
приревновала?
Я сосредоточилась на воображаемом списке правил по перевоспитанию, снова
распрямила спину и посмотрела прямо в темные наглые глаза Ники.
— Да, я, можно сказать, твой пиар-менеджер. — Ники высокомерно
усмехнулся, однако я не покраснела и не опустила глаза. — И хотела напомнить
тебе, что, раз ты явился на праздник с женщиной, других до конца вечера
замечать не должен.
— А если эта женщина всего лишь, мой пиар-менеджер? По вызову?
— Тогда тем более.
— Что ж, хорошо,— пробормотал Ники, тоже не опуская глаз. — Мой взгляд
до конца вечера будет прикован только к тебе.
Выражение его лица стало настолько бесстыд— но-многозначительным, что меня
бросило в жар, потом в холод. Желая вернуть самообладание, я пропустила Ники
вперед.
Роджер, воспользовавшись отсутствием Ники, умудрился завязать с Зарой
разговор. Когда мы подошли, они улыбались и счастливо кивали друг другу.
Роджер весь сиял. Казалось, еще немного — и он растает и стечет под стол.
— А! — воскликнула я, садясь рядом с Габи. — Вы только посмотрите на Роджера
и Зару! Подозреваю, они держатся под скатертью за ручки.
— Держатся за ручки? — Габи фыркнула. — Ты так думаешь?
— Да,— уверенно ответила я, не обращая внимания на то, как подруга
легонько толкает меня локтем в ребра. — А что им еще делать? По-моему, это
ужасно романтично!
— Ну и пусть,— проворчала Габи. — Пусть держатся, если им так хочется.
Чандер, или Сельвин — бог знает как мне следовало его называть,— трепался по
телефону, а Имоджен, не спускавшая с меня и Ники ледяного взгляда, казалось,
пыталась выжечь в моем сознании: руки прочь!
Леони тем временем рассказывала захмелевшей Габи о том, сколько денег та
могла бы экономить, если бы каждые полгода заводила новую кредитную карточку
и делала краткосрочные финансовые вложения. Аарон к этим объяснениям
проявлял куда больше интереса и, чтобы лучше слышать Леони, тянул над столом
шею.
— Сколько у тебя кредиток? — спросила Леони у Габи.
Та скривилась.
— Гм, всего пять.
Аарон взглянул на невесту с недоверием, и не без оснований. Насколько я
знала, кредитных карт у Габи было по меньшей мере восемь.
— Магазинные или обычные? — не отставала Леони.
— Послушай, Леони, вот, Мелисса вернулась... Расскажи, какой она была в
школе,— попросила Габи, мечтая сменить тему.
Имоджен наклонилась вперед, чтобы обратить на себя внимание Ники,
демонстрируя всему столу свою загорелую плоскую грудь. У нее, как и у Пэрис
Хилтон, выпирали ключицы. У меня вот ключиц как будто вовсе нет. В жизни не
видела, чтобы они обозначались.
— Дорогой,— произнесла Имоджен. — А куда мы поедем потом?
Ники стрельнул в меня глазами.
— Я — домой,— равнодушно сказал он.
— Как это домой? — в ужасе воскликнула Имоджен. — Почему?
— Что ты имеешь в виду? — громко спросил Чандер, захлопывая телефон. — Какой-нибудь новый бар?
— Нет, я имею в виду дом,— сказал Ники. —Место, где я живу.
— И думать забудь! — отрезала Имоджен. Габи, Аарон, Нельсон, Леони и
Роджер старались делать вид, будто ничего не замечают. Зара улыбалась, мало
что понимая.
Ники не удостоил Имоджен ответа, лишь повел бровью, точь-в-точь как молодой
Роджер Мур. Я все раздумывала, стоит ли отучать его от этой привычки.
— Ты же сам сказал: потерпим скукотищу, зато потом поедем куда-нибудь
еще,— процедила сквозь зубы Имоджен. Она старалась говорить тихо, однако
смысла в этом не было, ведь мы сидели довольно близко друг к другу и в любом
случае все слышали. — Зачем я тогда надела
Миссони
? Ты обещал, что мы
побудем среди этих благодетелей час-другой, а потом отправимся в более
интересное место...
Она обвела стол взглядом. Мы все притворились, что нам до нее нет дела,
однако я заметила, как у Габи слегка подергивается губа. Моя подруга терпеть
не могла, когда с ней высокомерничали богатеи. Клиентам
Керл и Поуп
из
престижных лондонских районов, которые полагали, что за вонь в их
собственных ванных комнатах несет ответственность кто-то посторонний, Габи
была готова расцарапать физиономии.
— Что? — с вызовом воскликнула Имоджен.
— Ты, случайно, не снималась в
Истэнде— рах
? — невинным голосом
спросила Габи. — Я определенно где-то видела твое лицо.
Имоджен злобно хмыкнула.
— Естественно, нет!
— А, я поняла. Дело в платье,— сказала Габи. — Я не лицо твое видела, а
платье. На ком-то из
Истэндеров
.
Имоджен было собралась ответить ударом на удар, но тут стали разносить
десерт, и все переключили внимание на кораблики из коньячного хрустящего
печенья с парусами из сахарной ваты, нагруженные клубникой со сливками и
плывущие по красному желейному морю.
— Повнимательнее рассмотрите эти штуковины,— посоветовал Нельсон. —
Полюбуйтесь ими. Вы представить себе не можете, сколько стоит такой вот
кораблик. Об этом не знает и сама Араминта.
— Даже есть жалко — слишком они хорошенькие,— пробормотала я, с ужасом
наблюдая, как Роджер беспощадно ломает кулинарное чудо и отправляет в рот
сразу половину.
Тут он вспомнил про Зару и остатки кораблика съел гораздо более культурно.
— Клубники со сливками было бы более чем достаточно,— сказала Леони. —
Наверняка большинство гостей наелись и даже не притронутся к этой красоте.
— Полностью с тобой согласен,— подтвердил Нельсон. Мы с Габи весьма
охотно приступили к десерту. — Натуральная отечественная клубника и хорошо
сбитые сливки...
— Нельсон — чудо-кулинар,— воскликнула я, зная, что расхваливать самого
себя Нельсон не станет. — И предпочитает только здоровую пищу.
— Вот тебе раз, а, Свин? — пробормотал Ники. — Оказывается, он только с
виду такой зануда.
Нельсон бросил на него убийственный взгляд.
— Мужчины, которые умеют готовить,— просто мечта! Верно, Леони? —
воскликнула я. — До чего приятно есть, когда приготовлено с душой,
специально для тебя!
— И обходится такая еда куда дешевле ресторанной! — воодушевленно
поддакнула Леони. — Я вообще не понимаю, почему большинство людей ужинают не
дома.
— Потому что в ресторане ты на виду, прилично выглядишь,— сказала Габи.
— И посуду мыть не надо.
— Да, плюсов много,— торопливо сказала я. — Но ужинать дома тоже
хорошо. Особенно когда поздно возвращаешься с работы.
В глазах Имоджен вспыхнул зловещий огонь. Она подалась вперед и прошипела,
обжигая меня взглядом:
— Только не говори, что собираешься домой с нею!
— А если и так? — с оскорбительной небрежностью спросил Ники.
— Домой она поедет со мной,— сказал Нельсон.
Ники, Имоджен и Леони в ужасе округлили глаза.
Послышался шум и постукивание в колонках. Начинался розыгрыш лотереи.
— Достаем билетики! — весело скомандовал Нельсон. — Да, Мел, вот твои,—
добавил он, протягивая мне два билета. — И твои. Спасибо, очень щедрый жест.
Нельсон передал несколько штук Ники.
Я заметила, что по имени мой сосед его не называет. Все, за исключением
меня, говорили Николасу просто
ты
. Странно. Ведь он не только носил титул,
но еще и был вхож в высшие круги английского общества, где вращались такие
аристократы, каких ни я, ни Нельсон в жизни не видели. А среди наших
знакомых, скажу по секрету, есть люди весьма и весьма знатные.
— Добрый вечер, друзья. Я Араминта Бельведер,— прогремел, заглушая
всеобщую болтовню, женский голос со сцены. Гости еще больше оживились и
зазвенели бокалами. — Прежде чем перейти к розыгрышу, позвольте мне в двух
словах рассказать о нашей благотворительной организации...
Мы с Габи и Леони слушали Араминту. Чандер снова достал сотовый, а Имоджен
нависла над столом и, не трудясь понижать голос, обратилась к Николасу:
— В конце Дейвис-стрит открылся новый бар. Не желаешь съездить?
Почувствовав на себе мой строгий взгляд, она перестала игриво поводить
бровью.
— Я не слышу Араминту,— вежливо прошептала я. — Не могли бы вы
поговорить чуть позже?
— Я тут на одном ужине! — пробасил Чандер. — Нет! Через полчаса! Угу.
— Тсс! — шикнул Нельсон.
Имоджен прищурилась.
— Эй! Мы, кажется, не в школе! И кто вы вообще такие? — Она с мольбой
взглянула на Ники. — Я серьезно, Нике?..
Николас открыл было рот, но я поспешила прошептать:
— О! Ники! С минуты на минуту Араминта упомянет о тебе и принце
Александре.
Николас тут же сосредоточил внимание на сцене, а Имоджен злобно нахмурилась.
Араминта объявила первых победителей. Кому-то достался ящик шампанского, кому-
то куртка яхтсмена, кому-то возможность целый день кататься на
астоне
мартине
, кому-то замечательный тостер (наверное, я внесу такой же в список
свадебных подарков), кому-то бесплатный визит (на двоих) в салон красоты в
Белгравии, куда ездит моя мама.
— И главный приз! О нем я уже упоминала. — Араминта по-девичьи
хихикнула. — Уик-энд на фамильной яхте
Китти Кэт
опытного морехода принца
Николаса фон Хелсинг-Александрос Холленбергского!
По залу покатилось восторженное
о-о-о
. Николас привстал и сдержанно
взмахнул рукой.
— Точнее, опытного вояжера,— съязвил Нельсон.
— Заткнись, Нелли,— почти не раскрывая рта, произнес Николас.
— У нас есть предложение! Сопровождать их, чтобы освятить это событие в
журнале
Хеллоу!
на целом развороте! — послышалось с противоположного конца
зала.
Гости вновь зашумели и зааплодировали.
— Номер выигрышного синего билета... семь девять семь!
Мы все уткнулись в билетики. Габи разложила свои частично на коленях, частично в три ряда на столе.
— Мой! — закричала Леони, вскидывая руку со своим единственным
билетиком.
— Шутишь? — спросила Габи, раскладывая перед собой новую шеренгу
бумажек.
— Надо же, как повезло! — воскликнула я, поворачиваясь к Леони. — У
тебя что, в самом деле только один билет?
— Да. Просто мне нередко улыбается удача,— сказала Леони. — А не
знаешь, когда устраивают это путешествие? У меня море работы, но парочку
выходных дней я приберегла — чтобы разобраться с выплатами по закладной.
— Только не надо про закладные,— взмолилась я.
— Может, ты и Мел растолкуешь, как вести расчеты,— вставил Нельсон.
У Леони уже разгорелись глаза, однако не успела она пуститься в
разглагольствования о закладных, как к нашему столу подошла Софи. Теперь ее
лямки были надежно укреплены брошками.
Приблизившись к Ники, она залилась краской стыда.
— Добрый вечер, гм, ваше высочество. Не могли бы вы подняться на сцену
и представить публике победительницу? И сфотографироваться, если не
возражаете?
— Он не возражает, будет даже рад,— уверенно произнесла я, вставая из-
за стола.
— Ты что, тоже пойдешь? — спросил Ники. — Ах да! Чтобы я смотрел на
одну тебя.
— А с какой это стати и ты намылилась? — рявкнула Имоджен. — Если кто и
должен его сопровождать, так это я!
— А при чем здесь ты, Свинка?
— Да при том, что я твоя... а вообще-то катись ты знаешь куда! —
выпалила она.
— Не беспокойся, Имоджен,— сказала я, улыбаясь возможно более милой
улыбкой. — Я всего лишь прослежу за тем, чтобы Николаса сфотографировали в
самых выигрышных ракурсах.
Мы с Нельсоном, Леони и Ники пошли между столов к сцене.
Когда Ники вручал Леони миниатюрный деревянный кораблик, выкрашенный в
фирменные цвета благотворительной организации, и набор симпатичных
органайзеров, должна признаться, я мысленно праздновала первую победу.
Ники не особенно рисовался. По-видимому, хотел, чтобы все поскорее
закончилось. Впрочем, я желала того же. Еще месяцев пять подобных
упражнений, подумала я, и,глядишь, его кинутся умолять: займи место принца
Уильяма!
Тут я почувствовала, что кто-то щиплет меня за задницу. Нельсон ничего
подобного себе не позволял. Я взяла и, не поворачивая головы, наступила
обидчику на ногу тонким каблучком.
— Ммм,— промычал Ники.
Честное слово, лучше бы он вскрикнул.
ГЛАВА 9
На следующее утро, когда я приплелась на кухню, мечтая взбодриться чашкой
чая, Нельсон, с виду бодрый и свежий, был уже на ногах. Он готовил завтрак и
негромко, однако жизнерадостно напевал себе под нос. Из последнего
обстоятельства я заключила, что после подсчета и сортировки лотерейных денег
Нельсон спал, как младенец. На его волосы падали лучи недавно взошедшего
солнца, и казалось, что у него появился нимб. Место обходительного Дэниела
Крейга со вчерашнего торжества занял гораздо лучше мне знакомый святой
Нельсон.
— Выглядишь неважно,— заметил он. — Тебе нужно хорошенько позавтракать,
тогда и щеки порозовеют. Сейчас приготовлю омлет. Сколько будешь яиц?
— Одно,— ответила я и приложилась к заварочному чайнику. — Вечером в
Париже поедем с Джонатаном в один отличный ресторан. Надо, чтобы в желудке
было побольше места.
— Ага,— протянул Нельсон, искусно разбивая яйцо одной рукой. —
Наверное, мечтаешь скорее там очутиться, чтобы отделаться от последствий
вчерашнего
веселья
?
— Что ты имеешь в виду? — спросила я. — Выпила я вчера не много.
— Знаю. Я не о выпивке. А об этом человеке— вирусе, которого ты без
устали пасла. Наверняка чувствуешь себя морально опустошенной?
— Надо понимать, вы с Ники так и не нашли общий язык? — с невинным
видом поинтересовалась я.
— Его счастье, что я не нашел времени начистить ему физиономию,—
проворчал Нельсон. — Ничего. Еще не вечер.
— Нельсон! — запротестовала я, опуская в тостер два хлебных ломтика. —
А я-то думала, твое мнение о Ники изменилось. Когда зашла речь о том, что он
любит поплавать в море, и обо всем прочем...
— Как же! — По-видимому, приподнятое настроение Нельсона как рукой
сняло. — Что он действительно любит, так это повыпендриваться! Слушать
противно!
Наша миланская квартира
...
катаемся на лыжах
. До того...
Его передернуло.
Нельсон родился и вырос в семье коренных англичан. У них не принято хвастать
даже рождественскими подарками.
— И должен заметить, Мелисса... — Он окинул меня укоризненным взглядом.
— Этот смазливый придурок пялился на тебя так, что еще немного — и я бы не
выдержал и что-нибудь сказал. Такие типы... Эх!
Он снова не договорил и накинулся с ножом на бекон.
— Такие типы — что?
— Ты все прекрасно поняла.
— Нет.
Нельсон всегда был таким — пекся обо мне где надо и где не надо. Меня это
трогало, хотя порой он перегибал палку.
— Мне очень не понравилось, как этот грубиян с тобой обращается.
Слишком часто
случайно
к тебе прикасался. А как улыбался Заре, ты видела?
— Да,— сказала я. — Я даже посоветовала Роджеру быть потверже и
поактивнее.
— И потом, он всю дорогу дерзил. Особенно тебе. Неужто ему не понятно,
что ты оказываешь им большую услугу?
— Да ладно, не суди его слишком строго! — воскликнула я, доставая один
из подпрыгнувших тостов. — Временами мне даже нравилось перебрасываться с
ним двусмысленными репликами. Мы с Джонатаном, когда только-только
познакомились, общались примерно так же. Чудесные были деньки! Я способна на
подобное только в обличье Милочки. А она немного колдунья!
Нельсон повернулся ко мне, пестря перед глазами полосатым передником. На его
лице застыла маска ужаса.
— О нет, Мелисса! Нет!
— Что — нет?
— Только не говори, что эта дрянь тебе нравится!
— Ха! Естественно, не нравится!
Я принялась намазывать тост маслом.
— Дзинь! — саркастически воскликнул Нельсон.
— Да серьезно! Я просто... работаю.
— С Джонатаном поначалу ты тоже работала,— напомнил Нельсон. — И чем
все закончилось?
— Чем-чем? — Я откусила кусок тоста. &
...Закладка в соц.сетях
