Жанр: Эзотерика
Тигр в лабиринте
...экскурс в историю Поднебесной, впервые
упоминается маска тигра, Лу Юй видит самую неприступную крепость в мире, а в
голове у Ли Као созревает очередной хитроумный план
Хочу объяснить тем, кто не знает,- моя страна называется Чжунго, что означает
Срединный Мир, или Срединное Государство, кому как будет угодно. Причина же здесь
проста: Китай находится точно в центре мира, и это единственная страна, которая лежит
прямо под Небом. "Китаем" же наше государство назвали варвары в честь первого
императора Циня*, взошедшего на престол в год крысы 2447**, так как на их языке слово
"Китай" созвучно имени правителя.
* От фамилии Цинь произошло немецкое название страны Хина и английское Чайна,
поскольку англичане i произносят "аи", "Китай" же - от племени Киданей, которые
жили на границе с Китаем. По-китайски - цидане.
** 221 г. до н.э.
Цинь Шихуанди провел множество реформ. Обычно тираны хорошие реформаторы,
хотя реформатор не обязательно убийца.
"Мы в плену у прошлого! - кричал император Цинь.- И наша цель - начать новую
жизнь!"
Не знаю, что он имел в виду, но фактически Цинь подавил все учения, существовавшие
до него, и насадил новую политику, называемую "легизмом". Как говорит настоятель,
первая заповедь Книги легизма звучит так: "Наказание порождает силу; сила порождает
власть; власть внушает страх, а страх - добродетель; поэтому источник добродетели
лежит в наказании". Думаю, зачитывать дальше не стоит.
Правление Циня началось триумфально. В первые годы он сжег все книги в империи,
за исключением руководств по земледелию, медицине, гаданию и прочих, имеющих
практическую пользу. Ученых ждала та же участь, и огромные запасы знаний навсегда
исчезли с лица Земли. Также Цинь не признавал некоторые религии - в результате
многие храмы и священнослужители исчезли в огне. Он не терпел и народных легенд - в
итоге головы сказателей и поэтов полетели с плеч. Ведущих последователей
конфуцианства заманили в ущелье, где их задавили камнями; наказанием за хранение хотя
бы одной строчки из Канонов было немедленное четвертование. Но проблема всех казней
в том, что их воздействие на умы преходяще. И тогда император придумал ловкий ход. "Я
построю стену!" - решил он.
Не император Цинь начал строительство Великой китайской стены, равно как и не он
закончил постройку. Но именно он погубил больше всего людей на принудительных
работах. Несогласных с проектом сослали на необитаемые пустоши Севера; остальные же
гибли миллионами, возводя грандиозный памятник истории, который иногда называют
"величайшим кладбищем в мире". Еще больше людей умерло при строительстве
резиденции императора - Великого замка-лабиринта. Территория дворца занимает
семьдесят цинов земли, и на самом деле это не один замок, а тридцать шесть сооружений,
соединенных подземным лабиринтом (Цинь хотел иметь тридцать шесть спален, чтобы
его было невозможно подстеречь и убить). Замок возвели на скале, и, по поверьям, под
искусственным лабиринтом находился настоящий, где обитало жуткое чудище, которому
Цинь отдавал на съедение неугодных ему людей. Не знаю, правда ли это, но тех, кто
попадал туда, живыми больше не видел никто.
Другим хитрым трюком владыки был приказ лучшим мастерам в империи сделать ему
золотую маску тигра, которую он надевал на всяческих церемониях и вообще на людях.
Идея прижилась, и последователи императора продолжали носить ту же маску на
протяжении целых восьми веков. И это был очень ловкий ход. Слезились ли у правителя
глаза? Был ли у него слабый подбородок или какие-то дефекты кожи? Никто этого не
знал. Все видели лишь злобный оскал тигра, внушающий трепет и страх.
Что ж, любая тирания всегда держалась на мистике и страхе. Не являлась
исключением и империя Цинь, просуществовавшая почти сорок лет*. За это время страна
превратилась в один сплошной крик отчаяния и боли, но в конце концов император
совершил ошибку. Он настолько увеличил поборы, что крестьянам ничего не оставалось,
как поднять восстание, дабы не умереть с голоду. Конечно, у них отнимали любое оружие,
но Цинь не учел одну вещь. У крестьян не отняли бамбуковые рощи. И когда по всей
стране начались волнения и вооруженная бамбуковыми копьями толпа стала сносить все
на своем пути, император поспешно покинул столицу и забаррикадировался в своем
дворце. Замок-лабиринт был неприступен, и поскольку Цинь по-прежнему имел лучшую
армию в Поднебесной, крепость стала государством в государстве.
* Цинь Шихуанди правил с 246 по 209 гг. до н. э.
Императоры других династий сменяли друг друга, но династия Цинь продолжала
существовать за стенами чудовищного города-замка, служащего оплотом власти и порока.
Сегодня от замка остались лишь руины, но громадина по-прежнему возвышается на
скале, выходящей на Желтое море. Здесь самый сильный прилив в Китае, и волны с
грохотом обрушиваются на прибрежные камни. Створки ворот поросли плющом, в тени
банановых деревьев и бамбука таятся пауки, а в трещинах стен скрываются ящерицы с
лазурными глазами и радужной кожей. Пауки, населяющие замок, большие, мохнатые, но
безобидные, чего нельзя сказать о его прежних владельцах.
Когда я впервые увидел замок-лабиринт, он предстал передо мной во всем своем
величии. Наше судно медленно плыло сквозь густой утренний туман по направлению к
дворцу, и всюду слышались резкие крики команд, лязг оружия и оглушительный топот
ног.
Когда же туман немного рассеялся, я увидел самую неприступную крепость в мире.
.Громадина возвышалась на скале, ее башни, казалось, упирались в небо; огромные ворота
блестели, как клыки зверя; а мост, перекинутый через ров, был настолько широким, что
мог вместить четыре отряда солдат, выстроенных в ряд. На стенах крепости я увидел
конных стражников и чуть не рассмеялся: снизу они походили на муравьев, сидящих на
маленьких паучках. Кони гарцевали, и их кованные железом копыта выбивали камни,
которые градом сыпались вокруг нас. Один из них попал по навесу, под которым
"здоровым" хмельным сном спал Ли Као. Он мигом проснулся и возник на палубе.
- Отвратительная архитектура, не так ли? - зевая, сказал он.- У первого
императора не было никакого чувства стиля. В чем дело, Десятый Бык, тяжелое
похмелье?
- Нет, просто слегка болит голова,- соврал я. Туман рассеивался, и тут мне
показалось, что я схожу с
ума. Впереди возвышалась мрачная громадина, но вдруг до меня стали доноситься
веселые песни рыбаков и изумительные ароматы цветов. Когда же лодка подплыла совсем
близко, я остолбенел. Передо мной лежал сказочный и невероятно красивый город.
- Удивлен? - засмеялся мастер Ли.- Это странно, но Цинь - бесспорно, самый
красивый в мире город, к тому же это самое безопасное в Китае место. А причина всему
жадность.
Старик отхлебнул вина и довольно рыгнул. - Все правители династии Цинь жили
исключительно ради наживы, и их методы были хоть и жестоки, но эффективны,-
пояснил он.- Раз в году правитель замка выбирал какую-нибудь деревню, ее сжигали
дотла, а жителей казнили. После этого наместник Неба с армией отправлялся собирать
дань. Их путь устилали трупы и нанизанные на кол головы; и крестьяне подвластных
уездов были готовы отдать последнее, лишь бы остаться в живых. Однако рано или поздно
должен был появиться хоть один умный правитель, и так и случилось. Он вошел в
историю под именем Добрый Владыка. Как-то раз он обсуждал важные планы со своими
министрами и вдруг вскочил, поднял вверх руку и громко крикнул: "Мертвые не могут
платить!" Это божественное откровение изменило весь ход событий.
Ли Као предложил мне выпить, но я отказался. - Добрый Владыка и его преемники
не перестали убивать крестьян ради наживы или просто так, а ежегодные поборы
продолжаются и по сей день, но богатым отныне позволялось платить по своему
желанию. Добрый Владыка превратил свой мрачный город-бастион в самое прекрасное и
дорогое место развлечений на Земле. Знаешь, Лу Юй, нет ни одного увлечения или
порока, какого бы ты не смог здесь удовлетворить. Конечно, цена баснословна, но люди
довольны, поскольку в округе нет преступности. Правители обещали мир, и это весьма
удобно, поскольку теперь богачам не надо нанимать собственные армии, чтобы защитить
себя. В городе-замке, и только здесь, богатые живут без хлопот и забот. Покуда ты
платишь, тебе нечего бояться, и без преувеличения, Десятый Бык, скажу, что мы въезжаем
с тобой в самый настоящий рай на Земле.
Чуть позже я опишу сам город. Сейчас же должен напомнить, что нашей главной
целью было найти кого-нибудь, кто бы провел нас в лабиринт и вывел обратно. И спустя
час мы нашли такого человека.
Повсюду в городе во всех заведениях стояли большие железные сундуки с
изображением тигра - эмблемы правителя. Что бы в них ни происходило - торговля
или игра в кости, половина денег шла в этот сундук, половина в - карман владельца, и
кто-то должен был отсчитывать долю правителя, О, это был высокий пост, и малого,
который занимался этим, знали все. Его звали Ключник-Кролик, и вскоре я понял почему.
Это был маленький человечек с опухшими красными глазками и длинным носом,
который жил в постоянном страхе и всюду носил с собой большую связку ключей.
- Ох, батюшки, батюшки,- причитал он, заходя в бордели, кабаки и игорные
притоны.- Ох, батюшки, батюшки,- повторял он, выходя обратно.
Его сопровождал отряд солдат и две телеги, одна - для собранных монет и другая -
для массивных свитков со сводами правил, установленных во владениях правителя.
Правда, жизнь бедняга нельзя было назвать сладкой. Поговаривали, случись ему
ошибиться и не досчитать хотя бы одну монету, его бы тут же ждала мучительная казнь.
- Ох, батюшки, батюшки,-хныкал он, открывая очередную дверь и быстро подходя к
сундуку, перебирал связку ключей, находил нужный, открывал замок, считал монеты,
сверялся со свитками, расспрашивал, не утаил ли кто хотя бы монету, и, закрыв сундук,
семенил дальше.
Когда же садилось солнце, его ждали в замке, где другие подданные подсчитывали
деньги, и зачастую бедняге приходилось до самого утра опять пересчитывать их, дабы
удостовериться, что никто из слуг не взял себе ничего. Несложно догадаться, что он
сопровождал правителя на ежегодных сборах дани, и тоже был вынужден выжимать из
каждого крестьянина до последнего зернышка, ибо в противном случае не сносить бы ему
головы.
Такое положение любого бы повергло в уныние, но Ключник-Кролик не унывал.
Вместо этого он женился.
- Не поймите меня неправильно,- рассказывала нам старуха, знающая все сплетни и
слухи в городе,- Цветок Лотоса - порядочная деревенская девушка и самое доброе на
свете существо. Но она не устояла перед соблазнами города и стала жертвой алчности. Ее
муж, который сам не владеет ни единой монетой, не может расслабиться и спокойно
вздохнуть, в то время как за ней увиваются самые богатые люди на Земле. Она обдирает
их до нитки, а он считает, что, наверно, совершил что-то ужасное в прошлой жизни.
На сей раз я точно знал, что мне скажет Ли Као.
- Ключ к лабиринту - Ключник-Кролик, а ключ к нему - его жена,- сказал он,
когда мы шли по улице.- Я бы сделал это сам, будь я на десять лет моложе, но, увы,
Десятый Бык, похоже, Цветок Лотоса достанется тебе. Ты, правда, можешь успокаивать
себя мыслью, что самая богатая женщина в мире окажется и самой красивой.
- Мастер Ли, я выполню свой долг,- храбро ответил я. - В этом-то я не
сомневаюсь,- вздохнул Ли Као,-но
только ты не произведешь на нее особого впечатления с тем, что у нас осталось от
золота Скряги Шэня. Так что придется вновь испытать удачу.
Глава 13.
которая полностью посвящена искусству приготовления дикобраза
Ли Као повёл меня на таможенный двор и через час нашел искомое. С любого судна,
прибывшего или отплывающего из города, взималась огромная пошлина, и сейчас
толстенный купец платил чудовищные деньги, чтобы благополучно отплыть. Его солдаты
(редкая картина в городе-замке) словно статуи стояли рядом с четырьмя большими
сундуками. Сам же купец, имея в запасе еще несколько часов, преспокойно отправился
обедать.
- Десятый Бык, проследи за этим парнем и запомни, что он ест,- сказал мастер Ли,
- Что он ест?
- Да, что он ест.
Когда я вернулся, то с трудом связывал слова.
- Мастер Ли, вы не поверите, но для начала он попросил четыре здоровые миски супа
с клецками, затем три плошки тушеного мяса, цзинь маринованной мальвы, два цзиня
устриц, три тарелки крабов, две чашки конфет, десять пирожных с медом и арбуз. Хозяин
спросил, не желает ли почтенный гость отведать еще шесть или семь шенов персиков в
горячем сиропе, на что толстяк ответил, что он на диете и обойдется лишь доу зеленого
чая с ананасом *.
* Цзинь - примерно 0,5 кг, шен - 1 л, доу - 10 л,
- Где он сейчас?
- Принимает успокаивающую ванну, после чего его ожидают массаж и другие
приятные процедуры.
- Отлично,- радостно ответил мастер Ли,- Пойдем, Десятый Бык. Нам надо
раздобыть эликсир восьмидесяти зловоний у какого-нибудь безалаберного алхимика, а
также срочно купить гроб.
Когда купец вернулся, перед его глазами предстала поистине чудовищная картина. Я,
плача и причитая, валялся у гроба, в то время как Ли Као чуть поодаль истошно вопил и
проклинал судьбу.
- О, горе! - орал я.
- Бедная невеста моего правнука! - плакал мастер Ли.
- Вернись ко мне, моя любовь! - кричал я, колошматя по крышке гроба.
- Десять миллионов проклятий тому повару, кто предложил мне приготовить на
свадьбу дикобраза! - вопил Ли Као.
Толстяк тут же подбежал к старику.
- Дикобраза? Простите, вы сказали дикобраза?
- Дикобраза.
- Но, достопочтенный господин, вы знаете, что мясом дикобраза можно отравиться,
если неправильно его приготовить?
Ли Као вскочил на ноги.
- Ты принимаешь меня за идиота? - вскипел он.- Я лично наблюдал за процессом, и
все было сделано в точности с указаниями Ли Цзэнина.
- Простите! Ли Цзэнин - известный автор искусства приготовления дикобраза.
- Зачем бы еще я воспользовался его книгой, дурак? -огрызнулся мастер Ли.
Глаза купца заблестели.
- Л это был молодой и свежий дикобраз? - робко прошептал он.
- Молодой, где-то год, и убит за день до свадьбы,- снова заплакал мастер Ли.
В животе купца громко заурчало.
- На реке Юшань? - прошептал толстяк.
- Естественно,-ответил мастер Ли.
Это было уже слишком. Толстяк подбежал к своим сундукам, открыл один из них,
достал большого маринованного сазана, быстро проглотил и вернулся к нам.
- А соус? - воскликнул он.- Соус был приготовлен за год до торжества?
- Ровно за год,- ответил мастер Ли.- Из отборных соевых бобов.
- А вы уверены, что среди них не попалось черных или коричневых? Одного боба
достаточно, чтобы отравить все блюдо!
- Все черные и коричневые бобы и даже бобы с фиолетовыми крапинками были
выброшены лично мной! -сердито сказал Ли Као.- Оставшиеся же желтые просеяны
сквозь сито пятнадцать раз. Я прекрасно осознавал опасность!
- Достопочтенный господин,-промямлил толстяк,- я ни в коем случае не обвиняю
вас. Но где-то должна быть допущена ошибка, раз бедная невеста вашего правнука... а!
кстати... не могли ли вы использовать рисовую муку?
- Не будьте ослом, молодой человек,- возмутился Ли Као.- Рисовая мука погубила
бы всех гостей. Мы использовали только чистую пшеничную муку, слегка подсоленную и
выдержанную на солнце в течение шести часов.
- И вы покрывали ее для защиты от пыли? Ведь одной соринки...
- Мы покрывали ее для защиты от пыли! Затем муку и бобы перетерли до состояния
соуса, соус залили в кувшин, который в свою очередь покрыли фарфоровой миской и
залили известью, и я не буду даже говорить, что мы использовали только чистейшую
речную воду, поскольку попади туда хотя бы капля воды из колодца, это мгновенно
привело бы к смерти.
- Не понимаю,- пролепетал купец.- Все .вроде правильно, и все же... Подождите, а
какой это был месяц?
- Ты издеваешься? Приготовить соус для дикобраза не в июне равносильно
самоубийству! - прокричал мастер Ли. Купец побледнел. До него дошло, что если он не
выяснит, в чем ошибка, то сам уже никогда не сможет безбоязненно наслаждаться одним
из самых вкусных на свете яств.
- Невероятно,- прошептал он.- Все было сделано в точности по инструкциям
великого Ли Цзэнина, но все же погиб человек. Мы должны выяснить причину!
Достопочтенный господин, умоляю вас, опишите в точности, как повар готовил
дикобраза.
Я поймал себя на мысли, что мне уже и самому стало невыносимо интересно. Но я мог
все испортить. Мне нужно было стонать и плакать.
- О, горе! - с новой силой завопил я.- Всесильное Небо, за что?..
Ли Као сочувственно похлопал меня по плечу.
- И подумать только, что такая трагедия постигла единственного из моих правнуков,
кто не дурак и имеет сердце,- всхлипнул старик.- Но ты прав, мы должны установить
причину. Сначала повар удалил глаза, вытащил желудок и внутренние органы. Пока же он
резал мясо ломтиками, мой бедный правнук собственноручно очищал их от каждого
сгустка крови. Потом мы варили мясо в чистой речной воде...
- Не снимая кожу?
- Конечно, не снимая. Затем достали и положили на разделочную доску.
- Деревянную?
- Милостивый Будда, я прекрасно знаю, что, используй мы доску из керамики или
металла, это убило бы всех нас! - сердито проворчал мастер Ли.-Дальше повар
тончайшими палочками вытащил каждую ворсинку и иголку, нарезал мясо более мелкими
ломтиками (естественно, квадратными) и поставил вариться в котел со свиным жиром. И
только потом добавил соус и обжарил мясо в масле. Мы внимательно следили, чтобы в
котел не попало ни единой пылинки. После этого повар обмакнул в соус кусочек бумага и
поднес его к пламени свечи. Лишь когда он стал легко воспламеняться, процедура была
закончена, и мы подали мясо к столу.
(Текст отсканирован, отредактирован и выложен на неПУТЬёвый сайт Вишнякова
Андрея - http://ki-moscow.narod.ru)
Ни единого изъяна. Ни одной ошибки. Мир купца трещал по швам. Он закрыл лицо
руками, и, как ни странно, сейчас он напоминал мне Яркую Звезду, когда она увидела, как
нарушили правила ее священного танца. Конечно, страсть толстяка была не столь
благородной, но такой же искренней. Ли Као подошел ко мне и, пока не видел толстяк,
поднял меня на ноги. Теперь я рыдал у него на плече, а он все так же утешительно хлопал
меня по спине.
- Сколько людей погибло? - в конце концов спросил купец.
- Только моя невеста! О, горе! - опять заорал я.
- Только она из двухсот человек гостей,- всхлипнул мастер Ли.- И ведь я сам
выбирал дикобраза! Я сам готовил соус! Правнук лично удалял все сгустки крови! И
именно от того нежнейшего кусочка, что он протянул своей любимой, она умерла! А я...
я...
- Подождите! - воскликнул купец и схватил меня за плечи.- Мой бедный мальчик,
когда ты очищал мясо, какой палочкой ты пользовался?
Я был тронут до глубины души.
- Какой палочкой? О Небо, я не помню,- ответил я.
- Ты должен вспомнить! - настаивал толстяк.- Была ли это серебряная палочка?
- Да, была,- задумчиво произнес я.- Теперь я вспомнил. Это была палочка из
чистейшего серебра, хотя когда остался последний кусочек, она упала, и я взял другую.
- Серебряную? - Толстяк затаил дыхание.
Я сдвинул брови, и мне показалось, что за эти секунды прошла вечность. Пора было
заканчивать спектакль,
- Золотую,- наконец ответил я.
Настоятель всегда учил меня не судить о людях по их внешности, и купец оказался
наилучшим тому примером.
Весь его грузный облик говорил о том, что этот человек ставит собственные интересы
превыше всего на свете. Однако он не стал радоваться спасению своего мира. Толстяк
зарыдал вместе со мной, и слезы потекли по его щекам.
- Бедный мальчик,- запричитал он,- мясо дикобраза не переносит золота. Это
вызывает мгновенную смерть. И будто по наваждению именно золотой палочкой ты взял
последний кусочек. Именно его ты и положил на тарелку своей любимой, и теперь...
- Теперь она умерла! Я убил ее! - заорал я пуще прежнего.- По моей глупости
погибла моя невеста!
Я упал в обморок. Лежа на крышке гроба, я незаметно для всех открыл флакончик с
эликсиром восьмидесяти зловоний, прикрепленный с другой стороны, и комнату стала
наполнять жуткая вонь.
- Только подумать, мой правнук стал причиной такой ужасной трагедии! -
сокрушался мастер Ли.
- Я слышал об отравлении мясом дикобраза, но, признаться, никогда не видел, как
это происходит,- еле слышно произнес толстяк.- Это очень ужасно?
Солдаты и все, кто были в комнате, подошли поближе, с тревогой глядя на гроб.
- О да,- прошипел Ли Као.- Сначала она покрылась красными пятнами. Затем эти
пятна позеленели.
Эликсир действовал безотказно, и ужасный смрад распространялся повсюду.
- Брррр! - Главный стражник закрыл рукой нос.
- Дальше отвратительный зеленый цвет стал черным,- не умолкал мастер Ли.
- Черным? - боязливо прошептал купец и отвернулся.
- Ну, говоря точнее, черным с зеленовато-фиолетово-желтыми пятнами по краям,-
объяснил Ли Као,- а потом появился запах.
- Запах? - закашлялся главный стражник.
- Я не могу подобрать слов, чтобы описать этот отвратительный смрад,- с дрожью в
голосе ответил мастер Ли. - Гости бросились врассыпную, мой же правнук набрался
смелости и прикоснулся к телу невесты. О, ужас! Его пальцы вошли в ее тело, потому что
ее гладкая и некогда столь прекрасная кожа превратилась в желе, из которого сочился
зеленый гной. И запах... от этой жуткой вони собаки бились в агонии и даже птицы
падали на землю!
Почему-то в следующую секунду таможенный двор опустел.
Вскоре мы тоже выбежали на улицу, шатаясь и закрывая руками нос.
Все остальные были здесь. Эликсир восьмидесяти зловоний вызывает дикую тошноту,
и всех просто выворачивало наизнанку. В конце концов люди понемногу пришли в себя и
решили выбросить нас в море вместе с гробом. Но, к счастью, Ли Као убедил их этого не
делать, взывая к патриотизму, дескать, окажись этот фоб в воде, рыбу в Китае можно
будет не ловить еще три тысячи лет. В итоге они согласились со стариком и, дав нам
телегу, пару лопат и перепуганного до смерти монаха-слугу, наказали идти на кладбище,
где хоронят прокаженных. Монах шел впереди, стуча в гонг и постоянно повторяя:
"Нечистая!", и при первой же возможности сбежал. Что, надо сказать, сделал и наш
купец. Он схватил сундуки и поспешно отплыл подальше от страшного места, где люди не
умеют правильно готовить дикобраза. Правда, один из его сундуков оказался нашим
гробом, с которого чья-та шаловливая рука вовремя убрала траурное покрывало.
Мы же спокойно сорвали это покрывало с сундука, и я с нетерпением открыл крышку.
Внутри на холстине лежала небольшая сумочка, я высыпал ее содержимое на ладонь и в
недоумении уставился на нее.
- Булавки? Мастер Ли, толстяк нанял целую армию солдат, чтобы сторожить
дешевые железные булавки?
- Великий Будда, да этот малый работал не один! Он, наверное, представлял гильдию
самых богатых людей Китая! - воскликнул Ли Као.
Я не понимал ничего. Старик отдернул холстину, достал оттуда странный предмет
(каковых тут, как выяснилось позже, оказалось двести семьдесят штук) и начал осторожно
прикреплять к нему булавки. Они в свою очередь каким-то чудодейственным образом
легко прикреплялись друг к дружке: каждая следующая к концу предыдущей.
- Десять,- молил мастер Ли,- только бы десять. Если он выдержит десять булавок!
Семь... восемь... девять... десять... одиннадцать... двенадцать... тринадцать...
четырнадцать!., пятнадцать!., шестнадцать!., семнадцать!!!
Восемнадцатая булавка упала на землю, и Ли Као обернулся ко мне, улыбаясь во весь
рот и сияя, как звезда.
- Десятый Бык, заморские торговцы готовы продать душу ради китайских компасов,
которые являются таким чистейшим магнитом, что выдерживают по десять дюймовых
булавок. Здесь же сотни компасов, выдерживающих семнадцать булавок! Мой мальчик, в
течение жизни мне, конечно, не раз удавалось отхватить немалый куш, но по сравнению с
этим!.. Лу Юй, мы только что стали самыми богатыми людьми во всей Поднебесной! - с
гордостью сказал он.
в которой наши герои подтверждают, что у богатых свои причуды, Десятый Бык
влюбляется в самую дорогую женщину в мире, а колесо кармы продолжает свое
неотвратимое движение
Первым делом следовало зарекомендовать себя людьми богатыми и знатными, и чего
мы только ни делали, чтобы это доказать. Я лишь смутно припоминаю цветы, музыку,
благовония и серебряные пояса, лодочные гонки и игры в кости, споры, званые обеды и
мелькание легких женских ног. Мы плавали под парусом по лазурным озерам, видели
странные пагоды, причаливали к загадочным островам, где бледные монахи в черных
балахонах продавали какие-то таинственные магические предметы. Мы были богачами,
да такими, что наш паланкин несли шестьдесят преданных слуг. Обнаженные
танцовщицы вились вокруг нас, а мы брали пригоршни серебряных монет и бросали их
толпам людей, всюду следующих за нами.
- Купите чистую одежду! - кричали мы.- И хорошего вина! Избавьтесь от этих
ужасных вшей! Примите ванну!
- Долгой жизни господину Ли Као! - гудела толпа.- Долгой жизни господину Лу
Юю!
Возможно, вы подумаете, что я совсем забыл об истинной цели нашего путешествия.
Нет, это не так. Каждую ночь мне снились кошмары. Я видел бедных детей, они лежали
все так же неподвижно, и смерть кружилась над ними. Меня жутко мучила совесть, и как
я был рад, когда Ли Као наконец сказал, что мы уже достаточно зарекомендовали себя, и
пора делать решающий ход. Старик решил, что лучшим способом привлечь внимание
Ключника-Кролика будет сжечь дотла наш дворец. Здание, разумеется, принадлежало
правителю, и я как раз жарил на пепелище гуся, когда главный счетовод, учуяв неладное,
заспешил к нам.
- Ох, батюшки, батюшки,- начал он, как обычно.- Правило 226, параграф Д, раздел
Б: за непреднамеренное разрушение дворцов правителя...
- Преднамеренное, мне наскучил этот унылый вид из окна,- зевая, сказал мастер Ли.
- Раздел В: преднамеренное разрушение дворцов правителя. Возмещение полной
стоимости дворца плюс 50%, расходы за тушение пожар
...Поділитися у соцмережах
