Жанр: Экономика
Международные экономические, валютные и финансовые отношения
...л план поэтапного создания
валютного союза с выдвижением в качестве основной задачи достижения в
течение десяти лет стабильности курсов валют стран-членов Сообщества.
Введение
Реализации этого плана помешали нефтяные кризисы. Однако с 1978 г.
строительство основанного на твердых валютных курсах денежно-валютного
единства Европы было продолжено в рамках европейской валютной системы,
несмотря на то что общим правилом всей международной валютной системы
стало "плавание валют".
С самого начала европейские страны поняли, что валютный союз невозможен
без тесной координации экономической политики. Эта координация,
предусмотренная планом 70-х гг. по поэтапному созданию экономического
и валютного союза, остается сегодня одной из главных забот руководящих
органов Сообщества.
Внутри "Группы семи" ведущие промышленно развитые страны пришли
к аналогичному заключению. Чтобы избежать разжигания протекционистских
соблазнов, они приняли решение ограничивать колебания курса доллара
на валютном рынке. Однако для того, чтобы как-то стабилизировать рынки,
им пришлось встать на путь координации экономической политики, что
делает вероятным постепенное уменьшение несбалансированности текущих
платежей в США, с одной стороны, в Японии и ФРГ - с другой. Коммюнике
"Группы семи", опубликованные как по окончании встречи в Лувре, так и
после согласований, проходивших уже после биржевого краха, подтверждают
готовность этих стран к координации в решении экономических задач и даже
определяют для каждой из стран основные направления деятельности по
урегулированию текущих платежей.
Таким образом, процесс международной экономической интеграции начался.
Его продолжение и углубление тем более вероятны, что рынки быстро
и наглядно наказывают любое существенное отклонение от выражаемой правительствами
воли.
2.4.3. Интеграция экономических структур
Эволюция структур мировой экономики происходит в направлении все более
тесной интеграции национальной экономики различных стран.
В течение последних двадцати лет экономическая политика ведущих промышленно
развитых стран была сформулирована под воздействием дисбалансов,
вызванных нефтяными шоками и международным валютным кризисом.
Борьба с инфляцией и дефицитом платежного баланса, стимулирование
экономического роста и обуздание безработицы - такие основные
задачи в разной очередности в зависимости от момента стояли перед правительствами.
Однако международные валютные неурядицы и резкие колебания цен на
нефть более или менее маскировали структурные сдвиги огромного масштаба,
которые начали потрясать даже самые основы международного разделения
труда.. В течение последних двадцати лет индустриальная экономика
как бы переходит из одной эпохи в другую, подобно тому как человек переходит
от детства к отрочеству или от отрочества к зрелости. Эта эволюций
очень глубоко затрагивает экономические структуры, сильно влияя на количество
и географическое распределение рабочих мест, суть выполняемых
МЕЖДУНАРОДНЫЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ, ВАЛЮТНЫЕ
И ФИНАНСОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ
работ, а также на соотношение сил между странами. Этот перелом осуществляется
одновременно и в технологии, и в международном разделении труда.
Вслед за специалистами СЕРП мы можем повторить, что с конца 70-х гг.
мир находится в состоянии некоей "третьей промышленной революции".
Первая зародилась в XIX в. в Великобритании и развивалась на основе
паровой машины, железных дорог, угледобывающей и текстильной промышленности.
Вторая "промышленная революция", распространявшаяся из
США в начале XX в., базировалась на нефтедобывающей, электромеханической,
химической промышленности и автомобилестроении. Третьей был дан
толчок развитием электроники, в результате чего постепенно, но кардинальным
образом изменяется организация производства и даже содержание потребления.
В качестве ее основных столпов можно выделить ядерную и другие
новые разновидности энергии, электронику и ее бессчетные приложения
(информатику, оргтехнику, телеинформатику), биотехнологию.
В то же время вырисовываются глубинные изменения в международном
разделении труда. Как это обычно и происходит в рыночной экономике,
между ведущими промышленно развитыми странами разворачивается очень
жесткая конкурентная борьба за завоевание господствующих позиций в области
новых технологий, идет ли речь об электронике (с ее производными),
оборудовании для ядерной энергетики, аэронавтики, станкостроения, военной
промышленности или же о результатах будущего развития в самых
разных сферах (от космоса до биотехнологии, от использования океанов до
робототехники). Нефтяные шоки обострили конкуренцию. В самом деле,
любая промышленно развитая страна стремилась путем увеличения своей
доли на экспортных рынках как можно скорее урегулировать дисбаланс
внешней торговли, вызванный удорожанием импорта нефти. В этом отношении
возможности, порождаемые далеко зашедшей специализацией, как,
например, в некоторых областях японской промышленности, ставят сложные
проблемы перед рядом европейских стран, в экономике которых преобладают
более общие тенденции и которые не могут так быстро реорганизовать и
переориентировать свои усилия.
Кроме того, в последнее десятилетие появилась новая разновидность конкуренции
- со стороны развивающихся стран, располагающих способной и
недорогой рабочей силой (учитывая отсталость в социальной сфере) или
располагающих дешевыми природными ресурсами; или же со стороны стран
с централизованной экономикой, где в механизмах ценообразования отсутствует
рыночная рациональность. Такие страны довольно быстро развивают
весьма конкурентоспособное промышленное производство, что вызывает
стагнацию, падение производства или даже исчезновение целых отраслей,
традиционно существовавших в промышленно развитых странах: в сфере
промежуточных продуктов (бумага, удобрения, сталь, нефтепродукты и т.д.),
в сфере потребительских товаров или бытовой техники (ткани, одежда, кожаные
изделия и обувь, радиотовары и телевизоры, часы; фото- и кинотовары
и т.д.), в судостроении, строительстве сооружений общего пользования,
даже в производстве электродвигателей. Эти новые индустриальные страны
прежде всего заменяют своими товарами товары промышленно развитых
стран на собственном национальном рынке, затем начинают конкурировать
на рынках третьих стран, а потом завоевывают западный рынок. В этой
Введение
конкурентной борьбе принимает участие все больше и больше стран. К азиатским
странам, уже признанным опасными конкурентами (Гонконг, Тайвань,
Сингапур, Южная Корея), присоединяются некоторые страны Южной
(Югославия) и Восточной Европы (ГДР), все больше крупных латиноамериканских
стран (Бразилия, Мексика) и даже североафриканские страны.
Эти сдвиги имеют серьезные последствия для промышленно развитых
стран. Конкуренция новых индустриальных стран разрушает целые блоки
традиционных отраслей, создавая сложные проблемы безработицы, регионального
равновесия и вызывая необходимость использования крупных государственных
средств на социальные нужды. В то же время создание новых
отраслей промышленности в высокотехнологичных секторах будущего означало
бы гигантские исследовательские усилия и инвестиции, что потребовало
бы той же самой государственной поддержки. Необходимое на этапе жесткой
конкуренции сокращение затрат на рабочую силу сталкивается с законными
требованиями социального прогресса. Неизбежная в период промышленной
революции мобильность рабочей силы тормозится не менее законным беспокойством
о стабильности занятости и о ее географическом распределении.
Наконец, национальная экономическая политика постепенно теряет свою
эффективность в отношении экономических действующих лиц, отныне имеющих
возможность функционировать на международном уровне: транснациональные
корпорации перемещают свои производственные, финансовые, управленческие
звенья; работники перемещают свои сбережения и даже меняют
место деятельности или жительства.
Таким образом, международный экономический порядок, появившийся
на свет в результате второй мировой войны и основанный на либерализме
и сотрудничестве, полвека спустя привел к настоящей революции в международных
экономических отношениях на трех уровнях:
- Независимость национальной экономической политики представляется
все менее и менее совместимой с усилением сформировавщейся экономической,
финансовой и валютной взаимозависимости.
- Экономическая власть государства как над предприятиями, так и над
домохозяйствами начинает ослабевать: отдельные экономические агенты уже
приобрели или приобретают подлинную независимость от своих правительств.
- В международном разделении труда, появившемся на свет в результате
второй мировой войны, произошли кардинальные изменения. Сегодня под
вопрос поставлено первенство не только США, но и всей совокупности старых
промышленно развитых стран. И возрастающее влияние экономического
либерализма, как на Юге, так и на Востоке, рискует в будущем существенно
ускорить этот процесс.
Сегодня промышленно развитые страны, столкнувшись с этой тройственной
революцией, колеблются в выборе между двумя возможными путями:
- Первый состоит в пересмотре принципов, которые они сами выдвинули,
защищаясь от конкуренции новых индустриальных стран, и восстановлении
определенной независимости на уровне более крупных экономических
образований, отгороженных друг от друга: Европа "двенадцати", североамеМЕЖДУНАРОДНЫЕ
ЭКОНОМИЧЕСКИЕ, ВАЛЮТНЫЕ
И ФИНАНСОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ
риканский континент, зона свободной торговли Азиатско-Тихоокеанского
региона. В будущем возможны попытки усилить регламентацию деятельности
экономических субъектов в этих расширенных рамках. Очевидно, что
некоторых этот путь соблазняет. Об этом свидетельствуют подъем протекционизма
с расширением использования нетарифных барьеров, изоляционистская
концепция некоторых инициаторов создания европейского или североамериканского
сообществ, нажим в пользу усиления государственного
вмешательства. Однако подобный выбор может оказаться столь же самоубийственным
для мировой экономики, как и "священный" эгоизм 30-х гг.
- Второй путь сложнее. Он состоит в том, чтобы действительно согласиться
с последствиями либерализма, следя за соблюдением всеми его принципов;
извлечь уроки из последствий роста взаимозависимости, изменяя по
мере необходимости национальное законодательство, чтобы обеспечить равенство
условий конкуренции, и налаживать настоящую координацию экономической
и валютной политики. Да, этот путь труден, ибо он неизбежно
ведет к некоторому ослаблению национальных экономических полномочий
различных стран и, следовательно, в перспективе к сглаживанию национальной
уникальности. Но он и многообещающ: за последние полвека воплощение
в жизнь принципов либерализма и экономического сотрудничества привело
к беспрецедентному в мировой истории экономическому развитию и
повышению уровня жизни.
Литература
J.-M. SIROEN, L'iconomie mondiale, Armand Colin, Collection U.
Centre d'Etudes Prospectives et dinformations Internationales, Economic mondiale: la montee des
tensions, 1982.
Banque Mondiale, Rapport sur ie deeloppement dans ie monde 1987, "L'industrialisation et ie commerce
exUrieur.
A. BRENDER et V. KESSLER, "Les echanges courants mondiaux: quinze annecs de turbulences",
Economic et Prospectives internationales, n° 32, 4' trim. 1987 (repris dans Problemes economiques,
n° 2072 du 27 avril 1988).
"Les realites de l'interdependance economique", Finance et developpement, mars 1984.
Rapports annuels de l'lnstitut Franfais de Relations internationales, Ramses.
Le Trimstre du monde, 3° trim. 1988. "La crise du systeme commercial international".
ГЛАВА I
МЕЖДУНАРОДНАЯ ТОРГОВЛЯ
И ВНЕШНЯЯ ТОРГОВЛЯ ФРАНЦИИ
ТОВАРАМИ И УСЛУГАМИ
В экономическом анализе внешняя торговля является одной из старейших
тем для размышлений. Основы теории свободного обмена заложили еще
великие экономисты XIX в. Эта теория оказала очень сильное влияние на
правила, которые после окончания второй мировой войны были установлены
в области международной торговли и которые объясняют развитие международного
обмена и французской внешней торговли в течение последних десятилетий.
1. МЕЖДУНАРОДНАЯ ТОРГОВЛЯ В ЭКОНОМИЧЕСКОЙ
ТЕОРИИ
В области международной торговли центральным вопросом для теоретиков
является вопрос практический: что выбирать для обеспечения экономического
развития - свободу торговли или протекционизм? Возникшая в XVIII в"
идущая от Адама Смита классическая теория, обогащенная экономической
мыслью XIX и XX вв., дает четкий ответ на этот вопрос: свободный обмен
позволяет полностью использовать весь потенциал каждой страны по созданию
национального богатства. Анализ международного обмена за последние
десятилетия внес некоторые уточнения в это суждение. Однако концепция
свободы торговли и сегодня остается преобладающей в западном мире.
МЕЖДУНАРОДНЫЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ, ВАЛЮТНЫЕ
И ФИНАНСОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ
1.1. Классическая теория
Кроме Адама Смита с его теорией абсолютных преимуществ, к основателям
концепции свободной торговли относится Давид Рикардо, выводивший ее из
принципа сравнительных преимуществ. Последующие труды Стюарта Милля,
Хаберлера, Хекшера, Олина и Самуэльсона, Леонтьева и представителей
разных школ современной экономической мысли позволили лишь усовершенствовать
анализ.
I.I.I. Адам Смит: теория абсолютных преимуществ
"Правило каждого рассудительного главы семьи состоит в том, чтобы не
пытаться сделать самому вещь, которую ему будет дешевле купить, чем сделать...
То, что разумно в управлении домашним хозяйством, лишь в исключительном
случае явится безрассудством и в большом королевстве". Такова
исходная точка анализа, представленного в 1776 г. Адамом Смитом в его
"Исследовании о природе и причинах богатства наций". Итак, не нужно колебаться
в покупке за рубежом всего того, что иностранные производители
могут производить дешевле, чем национальные. Это общее правило приводит
к практическому выводу: устанавливать препятствия международному обмену
было бы не слишком "разумно". Адам Смит подкрепляет этот вывод
тремя дополнительными аргументами:
- Обмен между двумя нациями позволяет каждой из них реализовывать
излишки конкурентоспособного производства и, таким образом, придает стоимость
тому, что иначе было бы бесполезным. Расширяя рынок за пределы
национальных границ, он позволяет увеличить производство и, следовательно,
доход.
- Кроме того, внешняя торговля позволяет увеличить способность к
сбережениям и посредством этого, через процесс накопления, капитал наций.
Действительно, в то время как экспорт увеличивает национальный доход,
покупка товаров за границей сокращает затраты на национальное потребление.
Но ведь сбережение представляет собой разность между доходом и потреблением.
Если внешняя торговля действительно основывается на принципе
специализации в зависимости от уровня относительных издержек производства
в разных странах, то она действительно способствует процессу
накопления сбережений, т.е. увеличению богатства каждой нации.
- Несомненно, кто-то может отметить, что внешняя торговля вредит
малоконкурентоспособным видам деятельности. Ведь капитал нации есть
сумма его составляющих. Подвергая опасности некоторые из них, не вредит
ли внешняя торговля всей нации в целом? Адам Смит отвечает, что развитие
какого-нибудь вида деятельности ценой создания системы защитных мер от
иностранной конкуренции может оказаться неблагоприятным для возрастания
богатства всей нации в целом. Таков случай, когда протекционизм толкает
предприятие на использование большего капитала, чем потребовалось
бы для получения данной продукции при международной специализации:
Международная торговля и внешняя торговля Франции
этот сверхкапитал является в некотором роде расточительством. Разумеется,
отмена мер защиты от иностранной конкуренции может повлечь за собой
исчезновение таких предприятий и, следовательно, некоторые потери капитала.
Однако расширение производства, которое произойдет при этом в других
секторах, обеспечит рабочие места, а затем и дополнительный капитал.
Лишь отдельные предприниматели могут в некоторых случаях пострадать от
этого, а нация в целом выигрывает.
Эти доводы подкрепляют правило Адама Смита: обмен благоприятен для
каждой страны; каждая страна находит в нем абсолютное преимущество,
которое протекционизм ограничил бы или уничтожил бы полностью. Анализ
Адама Смита является исходной точкой классической теории, которая служит
основой для всех видов политики свободной торговли.
Однако если продолжать эти рассуждения до конца, то можно прийти к
парадоксальному выводу: если какая-либо страна может найти за границей
за меньшую цену и без ограничений по объему все блага, в которых она
нуждается, то в ее интересах приобретать за границей все то, что она должна
потреблять. Будет ли она сама иметь что-нибудь для продажи? Ничто этого
не гарантирует. Но тогда каким образом она будет рассчитываться за свои
покупки за границей? Теория абсолютного преимущества заводит в тупик.
1.1.2. Давид Рикардо: принцип сравнительных
преимуществ
В своих "Принципах политической экономии и налогообложения" (1817 г.)
Давид Рикардо выводит классическую теорию из этого тупика, показывая, в
каких пределах возможен и желателен обмен между двумя странами, и выделяя
критерии международной специализации. В интересах каждой страны
специализироваться на производстве, в котором она имеет наибольшее превосходство
или наименьшую слабость и для которого относительная выгода
является наибольшей.
Как большинство экономистов своей эпохи, Давид Рикардо отталкивается
в развитии своей концепции от конкретного примера: торговля вином и
сукном между двумя странами, Англией и Португалией. Как и другие экономисты,
Рикардо оценивает стоимость этих товаров, используя в качестве
единицы измерения количество труда, необходимого для их производства
(принцип трудовой стоимости). Производство вина и сукна требует различного
количества труда в Англии и в Португалии: 120 трудовых единиц на
единицу вина и 100 трудовых единиц на единицу сукна в Англии; 80 трудовых
единиц на единицу вина и 90 трудовых единиц на единицу сукна в
Португалии. Если придерживаться концепции Адама Смита, то Португалия
одна должна обеспечивать производство вина и сукна, необходимого этим
двум странам. Если потребность каждой из двух стран равняется единице
каждого из двух продуктов, то необходимое производство (две единицы каждого
продукта) требует в целом затрат 340 трудовых единиц в Португалии:
2 х (80+ 90).
Если распространить эти гипотезы и эти рассуждения на совокупность
производства и потребления двух стран, приходим к выводу, что Португалия
МЕЖДУНАРОДНЫЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ, ВАЛЮТНЫЕ
И ФИНАНСОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ
должна была бы производить все товары, необходимые этим двум странам,
Англия же при этом стала бы страной чистых потребителей. Это невозможно.
Или, точнее, это привело бы в перспективе к трансферту всего английского
капитала в Португалию, что совершенно нереально.
Исходя из принципа, что каждая страна сохранит свой капитал, Рикардо
считает, что обе страны будут стараться разделить работу, соответствующую
их потребностям. Это разделение произойдет в зависимости от относительных
издержек производства.
-Если экономика Португалии представляет собой автаркическую систему
и обмен там осуществляется в соответствии с трудовой стоимостью
товаров, то единица вина будет там обмениваться на 80/90 = 8/9 единицы
сукна; при тех же самых условиях в Англии единица вина обменивается на
120/100 = 12/10 единицы сукна.
- Если Португалия решит изготавливать сама две единицы вина и продавать
одну из них в Англии за сукно, то она получит на английском рынке
12/10 единицы сукна, т.е. такое его количество, которое потребовало бы 108
трудовых единиц, если бы было произведено в Португалии (12/10 х 90).
Затрачивая 80 трудовых единиц на производство единицы вина, предназначенной
для Англии, Португалия приобретает таким образом способность
купить на английском рынке товар, который обошелся бы ей в 108 трудовых
единиц, если бы она произвела его сама. Итак, полностью в интересах Португалии
покупать сукно в Англии при условии, что она может продать ей
свое вино.
- Аналогичным образом, если Англия решит производить две единицы
сукна и обменивать одну из них на вино в Португалии, то она получит на
португальском рынке 9/8 единицы вина - количество, на которое ей потребовалось
бы 135 единиц труда, если бы она произвела его сама (9/8 х 120).
Затрачивая 100 единиц труда на производство единицы сукна, предназначенной
для Португалии, Англия приобретает таким образом способность
купить на португальском рынке товар, который обошелся бы ей в 135 единиц
труда, если бы она произвела его сама. Обмен в ее интересах.
-Любой обмен, осуществляющийся по паритету в пределах от 8/9 =
0,88 до 12/10 = 1,2 единицы сукна за единицу вина, является благоприятным
одновременно для каждой из двух стран. Пока национальные пропорции
обмена между сукном и вином не уравняются, международный обмен
выгоден для этих двух стран.
Специализация Англии на производстве сукна и Португалии на производстве
вина позволяет получить две единицы каждого из этих двух продуктов,
необходимых для их общего потребления, за 2 х 80+2 х 100 = 360
трудовых единиц. Если бы каждая из этих стран выбрала систему автаркии, то
для получения того же самого результата потребовалось бы (120 +
100) +(80 + 90) = 390 трудовых единиц. Следовательно, международный
обмен эффективен с коллективной точки зрения. Однако он осуществляется
не на основе абсолютной выгоды, которая привела бы к его практической
неосуществимости, а в зависимости от сравнительной выгоды. Разница в
эффективности между Португалией и Англией больше для вина, чем для
Международная торговля и внешняя торговля Франции
"укна: следовательно, с точки зрения каждой из стран и с глобальной точки
зрения рациональна специализация Португалии на производстве вина, а
Англии - на производстве сукна.
Кроме того, данный анализ выявляет основную характеристику международного
обмена. Если капитал неподвижен, то на международном рынке
возможно обменять определенное количество единиц национального труда
на отличное от него количество единиц иностранного труда. Такой обмен
невозможен внутри национального пространства, где, согласно гипотезе и в
классическом подходе, труд рассматривается как инструмент измерения стоимости
каждого товара.
На основе этих рассуждений Рикардо приходит к выводу о необходимости
свободной торговли, которая оптимизирует использование труда: "единственным
результатом субсидий и налогов является отвлечение капитала от
той сферы применения, куда он был бы обращен в нормальном случае".
1.1.3. Джон Стюарт Милль: теория международной
стоимости
Рикардо показал, что международный обмен возможен и желателен в интересах
всех сторон. Он определил ту ценовую зону, внутри которой обмен
выгоден для каждого. В своих "Принципах политической экономии"
(1848 г.) Стюарт Милль показал, при какой цене осуществится обмен.
Согласно Стюарту Миллю, цена обмена устанавливаются по закону
спроса и предложения на таком уровне, что совокупность экспорта каждой
страны позволяет оплачивать совокупность ее импорта. Этот закон международной
стоимости, который непосредственно основывается на принципах
функционирования рынка в национальной экономике, позволяет Стюарту
Миллю иерархизировать интерес, который может представлять международная
торговля для различных стран. В трех цитатах и графике довольно
хорошо вкратце изложены его рассуждения.
"Когда две страны обменивают свои товары, меновая стоимость этих
товаров установится сама по себе в соответствии со склонностями и ресурсами
потребителей обеих стран таким образом, чтобы требуемого каждой
страной количества товаров, которые она импортирует от своего соседа, в
точности хватало для оплаты одних другими".
"Стоимость, по которой одна страна обменивается своим продуктом с
зарубежными странами, зависит от величины и растяжимости" (т.е. от
эластичности) "их спроса на ее товары, в сравнении с ее спросом на их
товары... Чем больше иностранный спрос на ее товары превышает ее спрос
на зарубежные товары... тем выгоднее для нее будут условия обмена, т.е.
она получит больше иностранных товаров в обмен на определенное количество
своих".
"Страны, которые получают наибольшую выгоду от внешней торговли, -
это те страны, чьи продукты пользуются наибольшим спросом за границей
и которые предъявляют наименьший спрос на .иностранные товары".
Альфред Маршалл дал графическое выражение этой теории международной
стоимости (см. график 1.1.).
МЕЖДУНАРОДНЫЕ ЭКОНОМИЧЕСКИЕ, ВАЛЮТНЫЕ
И ФИНАНСОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ
График 1Л
TElpix ийттцмнАлыш CTHMICTI
Сукно (А)
о^Р^^^^А) для страны 1
Спрос на В 1
Q
" ^_ Предложение В )
02 ^ для страны 2
Спрос на А и
Вино (В)
На этом графике С1 и С2- это графики сравнительных издержек (количество
сукна, полученное за определенное количество вина в Англии, -
С2, в Португалии - С1). Угол (ОС1-ОС2) определяет зону относительных
цен сукна и вина, в которой международный обмен является возможным в
соответствии с принципом сравнительных преимуществ. D2 и DI - это
кривые безразличия для товаров А и В, или кривые взаимного спроса для
каждой из двух стран: они устанавливают границы зон, за пределами которых
международный обмен теряет свою привлекательность для той или другой
из этих стран. Точка пересечения двух кривых является единственной
точкой устойчивого равновесия: если переместиться в любую другую точку,
то в конце концов международной торговлей будет навязано решение, более
благоприятное для той или другой страны.
Итак, теория международной стоимости показывает, что существует цена,
которая оптимизирует обмен товарами между странами. Это рыночная
цена, которая зависит от спроса и предложения.
1.1.4. Готфрид Хаберлер: теор
...Закладка в соц.сетях
