Жанр: Триллер
Хоризма
...обой решилось - вдохнул я воздуха во всю свою
длиннющую грудную клетку, она
расширилась и залипла в трубе. Я тогда брюхо с болтающимися ногами подтянул
повыше и живот что было сил вперед
выпятил. Выдохнул. Держусь на животе. Вытянулся вверх сколько мог, снова
медленно вдохнул. Повис на грудной клетке.
Живот расслабил, подтянул вверх ноги и пузо. И вот так, как червячок, быстренько
добрался до крыши. В одном месте,
правда, труба зашаталась - ну понятно, хоть ты собака, хоть червяк, а весу все
равно шестьдесят пять кило. Но ничего,
выдержала.
Добрался до крыши, вырастил лапу подлинней, ухватился за поручни
чугунные, подтянулся, вылез на крышу и
принял облик собаки. Не обошлось без приколов - я как бы мысленно себе команду
дал вернуться в нормальный облик и на
миг стал голым Лениным. - Этот эффект я уже давно заметил - стоит один раз
превратиться, тело запоминает форму и
второй раз уже без труда получается. Но Лениным стоять на крыше холодно и
неуютно, да и вообще... Поэтому я
быстренько в собаку, в собаку. И теплее, и незаметнее - мало ли чего собака на
крыше делает? Побегал я по крыше - нашел
вентиляционный короб. Ну и полез туда. Там пыль, противно, но кое-как вписался,
спускаюсь. Помогло зрение
инфракрасное - я же сам теплый, свечусь, вот так и получилось, что сам освещаю
себе дорогу. Тускло, правда.
Я когда-то представлял себе по западным фильмам, будто вентиляционные
ходы - это такие здоровенные этажи,
где хоть рота террористов проползти может. На практике оказалось - ничего
подобного. Только я и могу по ним лазить, и то
сильно модифицировавшись. В общем, дошел я до развилки, свернул и вдруг вижу -
свет вдали. Ну, я туда, ползком, а там
маленькая решетка в коридор выходит. У самого потолка. Ячейки у нее с копеечную
монету. Ну что делать? Попробовал,
просунул для начала палец и стал руку утончать. И лезу, лезу, тянусь, уже голову
сплющил в иголку почти, плечи пролезли,
конца мне и края не видно. А нижним пальцем уже в линолеум коридора уперся,
держусь, чтобы не упасть. Затем на
линолеуме стал в кольца сворачиваться. Уже голова у меня на полу, то есть не
голова даже, а так, шланг метра два. Я на нем
один глаз открыл, осматриваюсь.
Осталось мне немного, а тут пятно по коридору движется. Перевел я
взгляд на обычное зрение, чтобы черты лица
рассмотреть, а это тот самый оперативник. Что ему не сидится в кабинете? То вот
на лестницу вышел, когда меня из здания
выписывали, то теперь по коридору мотается. Идет, значит, папочка под мышкой.
Увидел меня - остолбенел. Ну и я его
понимаю - свисает из вентиляции такой провод длинный, мохнатый, на полу целая
бухта. Что за дела? Подошел он, схватил
меня за грудь - у меня как раз грудь висела на весь коридор - посмотрел вверх
озабоченно и подергал. Ну скажи, не дурак?
А у меня за вентиляционной решеткой еще оставались ноги и все такое, ну
и решетка не выдержала, она там на
двух шурупах крепилась. И вылетела. И остаток туловища ему на голову брякнулся.
Он заорал, отскочил в сторону, а я тоже
от неожиданности в собаку превратился. Вот только посреди туловища у меня
решетка зависла, получилась такая осиная
талия. И я шарахнулся по коридору что было сил, только когти по линолеуму
цокают. Неприятно, неудобно - никому не
советую такое испытать. Кажется, еще рывок - и порвусь пополам. Убежал за угол,
быстро выполз задней частью туловища
из решетки и озираюсь. Тут дверь распахивается, и выглядывает Люда та самая.
Лицо озабоченное. Увидела меня - совсем
испугалась. Ну, я гавкнул на нее для острастки и кинулся, типа укусить хочу. Она
в кабинет спряталась, а я по коридору
пролетел и на лестницу вылетел, А сзади уже крики, шум. Ну понятно, ЧП. И я
понимаю, что так просто мне не уйти. Куда
бежать?
И я растекаюсь по полу тонким слоем - по ступенькам сплошной волной и
на лестничном пролете. Как ковер. И тут
же по мне пробегают вниз три пары сапог. Или ботинок - какая, на фиг, разница.
По тебе, надеюсь, никогда сапогами не бегали? Очень неприятное
ощущение, хотя боль я, конечно, заранее
отключил. Пробежали три пары ботинок вниз, ну, я лежу, не шевелюсь. Слышу -
поднимаются вверх два человека, но, не
доходя до меня, останавливаются, и я слышу разговор.
- Семеныч, - говорит незнакомый голос, - доложи полковнику и вызови
группу. Пусть что хотят, то и делают. Я не
понимаю, что сегодня творится. То ли я с ума сошел, то ли... Не понимаю. Что ты
видел?
И ему отвечает тот самый оперативник, который меня дергал:
- Сам ничего не понимаю. Ленин исчез. Замок не поврежден, дежурный
ничего не знает, на вахте божатся, что
никто из здания не выходил. А сейчас иду по коридору - висит кабель из
вентиляции. Я к нему подошел, а кто-то на меня
сзади прыгнул и повалил. Я вскакиваю - кабеля нет, никого вокруг тоже нет.
- Уфологов надо вызывать, - говорит незнакомый.
- Кого?
- Уфологов. Или спецназ.
- А не боишься, что опозоримся? Что будут на нас пальцем показывать и
ржать?
- Не знаю.
- Что твои говорят?
- Негр с попом? Говорят, что изгоняли духов из парня.
- Что за парень?
- Они не знают. Негр его первый раз видел, а поп вообще по вызову
явился.
- Дави их. Откуда парень взялся? Кто его привел? Или он сам пришел к
негру, позвонил в дверь и попросил
изгнать духов?
- Выходит, так.
- Что ребята говорят?
- Ну, я их отпустил до завтра. Говорили, что был парень молодой,
прибитый гвоздями к полу, на животе утюг
стоял.
- Ну и где он?
- Исчез. Вместо него в квартире появился вот этот клоун, Ильич.
- Уфологов надо. Негр с попом в разных камерах?
- В одной.
- Разведи по разным до утра.
- Знаешь, сам разведи!
- Не понял?
- Я не хочу к ним подходить.
- Боишься?
- И да! И боюсь!
- А погоны потерять не боишься?
Оба помолчали.
- Ладно, - говорит незнакомый. - Пойдем вместе. Позови своих, и
пойдем.
- Подожди! А какой смысл разводить по разным камерам?
- Выполняй.
И оба отправились вниз. Я еще немного полежал и подумал. Значит, я не
успел, Габриэлыча с Амвросием уже
допросили. А собственно, чего я ожидал? Главное - Габриэлыч и Амвросий не выдали
Аришу. А раз не выдали Аришу -
значит, и меня не найдут. А хоть бы и нашли - какие ко мне претензии? В общем,
полежал я еще, подумал, ничего толком
не придумал - и потек вниз по ступенькам. Внимательно посмотрел инфракрасным
глазом сквозь этажи - шастают
несколько человек где-то под первым этажом. Подвальное помещение. Ну, я потек в
подвал.
А там вообще удобно - трубы тянутся под потолком, я щупальце выпустил,
за трубу уцепился и весь туда переполз.
Пылища там, конечно, клубами, но что делать? Ползу по трубе, как
червяк, на носу глаз один. Вижу - в дальнем
конце коридора одну дверь открыли, вывели человека. Причем осторожно так вывели
- сами отошли метров на пять,
автоматы, все такое. И завели в камеру напротив. И пошли обратно. По дороге
только один вверх посмотрел, но ничего не
увидел. Заперли решетку - там посреди коридора еще чугунная решетка была. И
ушли.
Ну, я сползаю с трубы - и прямиком к камерам. Нашел щель, просунул нос
и затем всю голову. Обернулся собой.
Смотрю - нары двухэтажные, сидит отец Амвросий на верхней наре, или как ее
назвать, глядит на меня, причитает и
крестится. Посмотрел я в его глаза - совсем безумные. Ну, протиснулся я
полностью, обернулся собакой. Сел, за ухом
почесал неторопливо. Амвросий совсем от ужаса онемел. Хотя, казалось бы, профи в
этих делах должен быть. И чего я ему
скажу, если он в таком невменяемом состоянии? Сделал я себе мысленно хриплый
голос, открыл пасть и произнес:
- Велик твой грех, Амвросий. Ушел ты в смуту и ересь от истинной
церкви. Возомнил себя в святом сане,
якшаешься с сектантами. Молись, Амвросий, и будет тебе даровано прощение.
Выйдешь - иди в церковь и покайся во всем.
А спросят тебя менты, как дело было, - не таись. Только про ангела Арину не
говори. То ангел был в видение твое и во
благо...
Не силен я в древнецерковном, честно говоря. Знаю, что коряво сказал,
но на Амвросия подействовало. Сидит он,
дрожит, на меня смотрит. В общем, собеседник из него никакой. Развернулся я и
обратно в щель под дверью просочился.
Пошел к другой камере, где Габриэлыч.
Пролез к нему - а Габриэлыч спит. Прямо в одежде, кулак под голову
положил - и спит на нарах, на матрасе. Вот
что значит гуру! Нормальные крепкие нервы. Взял я одеяло, стал самим собой и
завернулся в него. И потряс его за плечо.
- Вставай, Габриэлыч, - говорю. - Разговор есть.
Он тут же вскочил, от света щурится и на меня смотрит.
- Ты? - говорит.
- Я. Пришел и уйду. Габриэлыч, дело такое. Отец Амвросий совсем
безумен, так хоть с тобой поговорить
нормально можно?
- Конечно, - говорит Габриэлыч. - А давно тебя ко мне посадили?
- Никто меня не сажал, - говорю. - Сам ползаю всюду. Потому что я
оборотень. Увидишь еще. Так вот, Габриэлыч,
дело такое...
Я замолчал и на всякий случай огляделся, нет ли микрофонов вокруг. По
идее, должны быть, хотя зачем они, если
камера одиночная? Слушать, как арестант сам с собой разговаривает? Перевел я
глаза на инфракрасные, еще спектр немного
взад-вперед подвигал - никакой проводки не обнаружил, кроме электрической.
- Габриэлыч, - говорю. - История такая. Ты человек видный, ученый,
философ, культуролог или как там
называется. Оккультизмом интересуешься, верно? Ты решил вызвать духа. Просто
так, из ничего, ясно? Позвал приятеля
своего, священника-самоучку, ну и вызвали духов. Шумели, били в бубен. Что
дальше было - не помните. Тут и милиция
приехала. Никого с вами больше не было. Никого. Ясно? Нет жертв, нет свидетелей,
нет уголовного дела. Обещай больше не
шуметь, и все.
- Кто ты, Алексей? - спрашивает Габриэлыч тоскливо.
- Не знаю, - честно отвечаю я. - Оборотень. Но не дьявол, потому что
зла никому не хочу делать.
- Я вижу, - кивает Габриэлыч. - Ладно, не выдам тебя.
- Не так мыслишь, - говорю, - меня-то ты можешь выдать. Только
неприятности от этого будут только тебе. Я
скажу, что ничего не знаю, никто из меня духов не выгонял, Ильичем я по квартире
не ходил...
- Кем не ходил?
- Понятно. Ты не в курсе. Ну, это и лучше. В общем, неприятности только
тебе, понимаешь?
Габриэлыч кивает.
- Кто ты, Алексей?
- Да не знаю я. Как пойму - сообщу. Пока что я другое понял.
- Что?
- Что ты, Габриэлыч, никакой не гуру.
Габриэлыч молчит.
- И никаких занятий медитацией с группами учеников у тебя нет. А что
Ариша к тебе два раза в неделю бегает, а
мужу рассказывает...
- Хватит! - говорит Габриэлыч нервно. - Я не хочу это выслушивать!
И я понимаю, что попал в точку.
- Ариша, - говорю, - девушка впечатлительная, увлекающаяся. Не морочь
ей голову, хорошо?
Габриэлыч молчит.
- Габриэлыч, я не слышу! Ты согласен или нет?
- Молодой человек! - говорит Габриэлыч. - А кто вы такой, чтоб со мной
в таком тоне говорить?
Ну, чего с ним делать? Я падаю на четвереньки, накрываюсь с головой
одеялом и оборачиваюсь собакой. Делаю
клыки пострашнее и шерсть дыбом. И вылезаю из-под одеяла.
- Кто я такой? - рычу. - Тебе объяснить, кто я такой? И делаю пару
шагов к Габриэлычу, сверлю его глазами. Надо
отдать должное - мужик железный. Лицо каменное, смотрит мне в глаза. Черный,
белки сверкают, нос приплюснутый, губы
толстые, развесистые. Посмотрели мы в глаза друг другу, затем он все-таки отвел
взгляд.
- Амвросий как? - спрашивает бесцветным голосом.
- Безумен, - говорю. - Что бы он ни болтал, тверди одно - занимались
оккультизмом, вызывали духов.
- Удачи, - говорит Габриэлыч.
- Удачи, - говорю ему.
Разворачиваюсь и втягиваюсь в щель под дверью.
Часть 5
МУТАНТ
(из дневника Лексы)
- А дальше? - спрашивает Аришка.
- Ну, чего дальше... Ушел оттуда.
Мы сидим у Ника, пьем кофе с Аришкой. Ника дома нет, и такое неприятное
чувство - не хочется, чтобы он
появился. Не знаю почему.
- А зачем ты вообще полез туда, к ним?
- Ну, я хотел поговорить с ними. Сказать, как им себя вести. Чтобы не
рассказывали вообще про меня как про
живого человека, потому что это статья. Наверно. А сказали бы просто, что духов
вызывали. Это ж не криминал. И сказать
им, что я в безопасности, обо мне волноваться не надо, надо о себе думать и
самим уладить этот случай, чтобы шума по
минимуму. И все. Вот это я им хотел сказать.
- Сказал?
- Сказал.
- Поняли?
- Не знаю... Габриэлыч, наверно, понял. А Амвросий, наверно, нет. Он
сейчас в таком состоянии, что его в
психушку могут упечь... Хотя, может, ему и полезно будет.
- Ну а сам? Сам ты чего теперь думаешь?
- По поводу?
- О себе. О том, что с тобой происходит.
- Не знаю. Но бесов надо изгнать по-настоящему. В церковь сходить надо
бы. Пусть проверят там как положено...
Аришка задумчиво помешивает ложкой кофе. Черная воронка бьется в чашке
и время от времени выплескивается
на скатерть. Аришка этого не замечает.
- Хочешь я покажу тебе свой крестильный крестик? - вдруг говорит она.
- Да на фиг он мне? - Я поднимаю глаза и вижу вытянутое лицо Ариши. -
Ой, извини, пожалуйста. Конечно,
покажи...
Аришка выходит из кухни и возвращается с крестиком. Я беру его в руки и
рассматриваю. Крестик маленький,
серебряный. Наверху колечко, цепочки нет. Аришка внимательно смотрит на меня.
- Нравится?
- Ну... нравится, - говорю я. - Ну... аккуратненький он такой.
Маленький. Серебряный, да?
- Да. Накрой его другой ладонью, подержи в руках.
- Ну... хороший крестик. А чего ты его не носишь?
- Не отвлекайся. Ты ничего не чувствуешь?
- Честно?
- Да.
- Ариш, не обижайся, пожалуйста. Это же твой крестик, не мой... В
общем, ничего не чувствую. Ни тепла от него
особого, ни сияния.
- Приложи его ко лбу.
- Чего?
- Приложи его ко лбу, - повторяет Ариша твердым голосом.
- Мне так идет? - Прикладываю крестик ко лбу.
- Крепче приложи. Ничего не чувствуешь?
- Ариш... - вздыхаю я и отдаю ей крестик. - Давай кофе пить?
- Давай, - вздыхает Ариша.
Я мешаю кофе ложкой, набираю, пробую - горячо.
- Обжигает? - спрашивает Ариша. - Хочешь, водички холодной добавим?
- А есть кипяченая? Давай.
Ариша открывает шкафчик, достает маленький графинчик и наливает мне в
чашку прозрачной воды.
- Странная у тебя вода, - говорю.
- А ты попробуй, - говорит Ариша таким странным голосом, будто налила
мне в чашку яд.
Почему? Да и что мне яд, если меня и пули не берут? Отхлебываю из
чашки, вкусно. Ариша внимательно смотрит
на меня. Я говорю:
- Странный у тебя вид. Мне кажется, ты меня сейчас снова спросишь -
чувствую ли я что-нибудь?
- А ты чувствуешь что-нибудь?!
- Нет. А надо?
- Не знаю... - Ариша вздохнула.
- Рассказывай, - кивнул я и положил руку на ее коленку, обтянутую
вельветовой джинсой.
- Не знаю... - повторила Ариша. - Но ты не одержим бесами.
- Почему-у-у? - Я продолжаю беседу, задумчиво поглаживая коленку.
- Потому что тебя не жжет серебряный крест. И не пугает святая вода.
- Это была святая вода? Вот эта, из пробирки?
- Да. Святая.
- Может, она была некачественная? Просроченная?
- Прекрати! - Ариша сердито мотнула головой и даже хотела сбросить мою
руку с коленки, но в последний момент
передумала и только накрыла ее своей ладошкой. - Ты не боишься креста. Ты не
боишься святой воды. Ты можешь
спокойно смотреть на иконы! Заходить в церковь! Читать молитвы! Ты не одержим
бесами.
Я задумался и убрал руку.
- Может быть, я одержим какими-то другими бесами? Может, я одержим
бесами мусульманскими или этими... как
их... ну, которых шестирукий... Будда, что ли?
- Шива, - серьезно поправила Ариша.
- Во, точно, вшивый.
Ариша поморщилась. Я помолчал еще немного, затем все-таки сказал:
- В общем, мне и самому давно кажется, что не в бесах дело... Вот
только если это не бесы и не болезнь, тогда я уже
вообще не знаю, что это может быть.
- Все очень просто. Это мутация, - сказала Ариша. - А ты - мутант.
- Вот спасибо! - хохотнул я. - Вот не было печали! Два десятка лет был
нормальным человеком, а тут вдруг
мутировал. От постоянного сидения за компьютером!
- Я не говорила про компьютер!
- А чего? Скажи. Юноша мутировал в инете! Компьютерный вирус поражает
людей! Прекрасный заголовок на
первую полосу газеты...
- Я в этом не разбираюсь, - сказала Ариша. - Спроси у Никиты.
- Что спросить? - опешил я.
- Ну... Может ли компьютерный вирус передаваться людям...
- Ариша, ты с ума сошла? Ты всерьез считаешь, что у меня компьютерный
вирус?
- Ну, я не знаю, возможно, это на самом деле или...
- Так вот я тебе говорю: невозможно.
- А откуда ты знаешь? - вскидывается Ариша.
- Я в общем-то специалист в этом деле... - скромно говорю ей, но она не
обращает внимания.
- Есть очень много неизученного!
- Ну вот, начинается... Прямо как моя матушка.
- При чем тут матушка? Все явления всегда отрицались, даже учеными! А
потом приходило подтверждение! Когдато
не верили, что Земля вертится! Не верили, что люди научатся переговариваться
за тысячи километров и летать по
воздуху! Когда-то критиковали кибернетику и генетику! А оказалось, что они есть!
- Ну, - говорю, - Ариш, не надо так волноваться. Раз на раз не
приходится. Вот философский камень искалиискали,
а все-таки не нашли.
- Может, еще найдут! - говорит Ариша.
- Отмазка гнилая. Пойми, есть вещи, которых реально не существует.
- Есть вещи, о которых мы пока не догадываемся. Только мудрецы знают
все.
- Какие такие мудрецы?
- Настоящие. Йоги, например.
- Ариш, откуда у тебя такой бред в голове?
- Почему бред? Есть мудрецы в мире. Это даже Никита говорит всегда:
настоящий мудрец по капле воды может
сделать вывод о существовании океанов...
- Слышал я такую формулировку, - морщусь я. - Это не Ник первый
сказал... Не верю я в существование мудрецов.
И не нравится мне эта формулировка. По капле воды можно сделать вывод только о
существовании воды. Это уже немало,
подавляющее большинство и этого не умеет.
- Ты ничего не понимаешь.
- Ну, как тебе сказать... Жаль, что я не умею рисовать на компьютере,
не знаю, как "Фотошопом" пользоваться, и
все такое. А то я бы нарисовал планету с такими океанами, о которых можно
сделать вывод по одной капле воды...
- Ты ничего не понимаешь. Есть такая вещь, как мудрость! Прозорливость!
Логика!
- Ну да, расскажи мне про логику... Логика такого мудреца хорошо
работает только на воде. Когда в следующий раз
этому мудрецу подсунут каплю пива, он мигом сделает привычный вывод о
существовании планеты с океанами пива...
Ариша помолчала. Я откашлялся и продолжил:
- Вообще, возвращаясь к теме, человек не может заболеть компьютерным
вирусом. Устройство совсем другое. Это
очень просто, и я тебе сейчас докажу. Вот эта кастрюля, - я киваю на пустую
кастрюлю, стоящую на плите, - вот эта
кастрюля - она может заболеть человеческим гриппом - чихать, кашлять и
сморкаться?
- Неудачный пример, - говорит Ариша.
- Почему? Очень даже удачный. Скажи, может?
- Кастрюля здесь ни при чем.
- Нет, ты скажи - да или нет?
- Не знаю, - говорит Ариша.
- Погоди! - говорю я, понимаю, что начал горячиться, но сделать уже
ничего не могу. - Погоди! Я задал простой
вопрос, может ли кастрюля заболеть гриппом! Можешь ты на него ответить "да" или
"нет"?
- Глупый вопрос, - говорит Ариша.
- Ну так да или нет?!!
- Какая разница?
- Ну что тебе, трудно, что ли! - возмущаюсь я. - Ну ответь ты - да или
нет? И я закончу мысль!!!
- Чего ты ко мне пристал?
- Ну скажи "нет"!!!
- А если не скажу?
- Я очень обижусь.
- Ну, нет...
- Вот! Нет! Кастрюля не может заболеть человеческим вирусом. Вот так же
и человек не может заболеть вирусом
компьютерным!
- С тобой тяжело и неинтересно разговаривать, - говорит Ариша.
- Ну извини.
Некоторое время мы молчим.
- Леша... - вдруг произносит Ариша и губу кусает. - Я с тобой о другом
хотела поговорить. Не знаю, как начать, но...
Вот мы тогда, помнишь, вчера вечером у Габлиэловича мы остались вдвоем... Так
получилось, что у меня был очень
опасный день...
- А у тебя-то чего? - говорю. - Это ж из меня бесов выгоняли...
- Нет... - кусает губу Ариша. - Я не про это... Совсем в другом
смысле...
- Это в каком же?
- В смысле, когда мы... одни остались... В общем... если теперь вдруг
окажется, что я... У меня... То есть у нас с
тобой... Если вдруг окажется, что у нас с тобой...
Так я и не понял, что она имела в виду, потому что в двери послышалось
скрежетание ключа, и Ариша заметно
расслабилась.
- Никита пришел! - обрадовалась она.
А мне почему-то захотелось куда-нибудь исчезнуть. Я моментально
трансформировался в коврик на полу и заполз
под стол. Глаза: я оставил, они моргали в дальнем углу коврика.
- Алекс! - сказала Ариша звенящим шепотом, заглядывая под стол. -
Алекс! Ты с ума сошел?! Прекрати
немедленно!
Я хотел ей ответить, что мне неудобно встречаться с Ником, что я не
готов с ним сейчас общаться, но у меня не
было рта. Я быстро вырастил рот поблизости от глаз, и у меня даже получилось
пошевелить губами - правда, почему-то при
этом весь коврик вокруг рта тоже изгибался, но говорить не получалось. Если я
что-то понимаю в анатомии, для разговора
нужна гортань и легкие. Ключ в замке все скрежетал.
- Алекс! - зашипела Ариша. - Вернись обратно немедленно! Что за глупые
шутки! Ты меня подставляешь! Как я
буду Никите объяснять, почему на кухне валяется твоя одежда?
Вот так. Про одежду я и забыл. Пришлось быстро прийти в свой нормальный
вид. Мне даже удалось это сделать
виртуозно - буквально втянувшись внутрь одежды. Правда, вышла заминка с джинсами
- я заметил, что они оказались
надеты задом наперед. Но я быстро перерастил ноги внутри штанин, это оказалось
гораздо легче, чем переодевать джинсы.
Вроде как бы скрутился вокруг позвоночника, и левая нога стала правой, и все
остальное тоже стало где нужно. Очень
удобно. Я решил, что теперь так и буду по утрам одеваться. Вообще я заметил, что
чем дальше, тем легче мне удаются
превращения.
В коридоре тем временем появился Ник.
- О, привет, Лекса! - сказал он, изогнув бровь. - Ну как ты?
- Привет, Ник, - сказал я, встал из-за кухонного стола и вышел к нему.
- Ты знаешь, все прояснилось! Оказывается,
это не бесы и не дьявол в меня вселился!
- А кто? - удивился Ник.
- Вот об этом надо думать, - сказал я.
- Давайте поедим и будем думать вместе, - сказала Ариша. - Никита,
есть хочешь?
- Лекса, а что это у тебя такое? - подозрительно спросил Ник.
- Что? - дернулся я.
- Ну-ка повернись спиной...
Я повернулся, внутренне холодея.
- У-У-У - сказал Ник.
- О господи! - сказала Ариша.
- Что там?! - закричал я, вытянул шею как можно длиннее, повернул
голову на сто восемьдесят градусов и оглядел
свою спину. На спине были пуговицы.
- Ты что тут, одевался впопыхах? - спросил Ник. - Рубашка задом
наперед, и кроссовки левая на правой...
- Ой, - сказал я и почувствовал, что действительно ногам неудобно,
воротник рубашки жмет горло, а вдоль
позвоночника гуляет прохладный ветерок. - Это я так, демонстрировал...
Я быстро обернул тело вокруг своей оси и перерастил руки ладонями в
другую сторону.
- Теперь нормально? - спросил я.
- Теперь ширинка на заднице, - сказал Ник.
- Тогда так...
Я оперся рукой о край стола, втянул одну ногу внутрь туловища и
повернул джинсы вокруг оставшейся ноги. Затем
вырастил ногу в пустую штанину. Втянул оставшуюся и вырастил ее снова - уже как
следует. Нашарил кроссовки и надел
их.
- Теперь порядок? - ухмыльнулся я.
- Что-то как-то... - пробормотала Ариша.
- Пошевели плечами, - сказал Ник. - Чувствуешь?
Я пошевелил плечами. Вроде нормально.
- Грудь колесом, - сказала Ариша.
- Согнись, - сказал Ник. - Ну, в смысле - сгорбься...
- Как? - растерялся я и пригнул подбородок к груди. - Так?
- Сильнее, - сказал Ник.
- Не могу! - Я вдруг почувствовал, что не могу сгорбиться.
- У тебя позвоночник спереди, - охнула Ариша.
- А руки и голова где надо.
- О черт... - пробормотал я. - Сейчас... Как бы это лучше...
Позвоночник убрать назад, руки развернуть, а внутренние
органы...
- Лекса, ты замучил всех! Хватит тут нам дурака валять. Цирк какой-то.
Иди в комнату и просто переоденься.
- И правда, - сказала Ариша. - А то еще пара оборотов - и узлом
завяжешь себе все внутренности.
Я кивнул и пошел в комнату, чувствуя, что меня немного пошатывает -
идти было неудобно и непривычно, тело
болталось, норовило согнуться назад и потерять равновесие.
Я зашел в комнату, быстро растекся ковриком по полу и почувствовал себя
легко и свободно. Затем снова поднялся
человеком, вручную оделся и вернулся на кухню.
Пока Ариша колдовала у плиты, я поделился с Ником своими мыслями по
поводу бесов.
- Да, - сказал Ник, помолчав. - На бесов действительно не похоже. И на
болезнь не похоже.
- Компьютерный вирус, - сказала Ариша. - Я думаю, он это в Интернете
подхватил. Помнишь, Никита, ты
рассказывал про вирусы-полиморфы...
- Не... - поморщился Ник и потер ладонями лицо. - Бред... Бред-бредбред...
Лекса, ты вот чего скажи - а в детстве
ты за собой ничего странного не замечал?
- Да нет вроде...
- И еще, .. - Ник помолчал, подбирая слова. - Ты меня извини,
конечно... Но... Ты уверен, что ты - это ты?
- А кто же? - удивился я.
- Не возражаешь, я тебе задам пару вопросов?
- Давай.
- Как назывался сервер, на который ты пытался залезть, когда мы с тобой
познакомились?
Я назвал.
- Следующий вопрос - ты у меня просил дать тебе красивый емайл на неком
сайте, я сказал, что он уже занят, и ты
жутко обиделся. Что это был за емайл?
Я назвал.
- Хм... - сказал Ник. - Последний вопрос. Какой пароль у твоей личной
странички www.rinet.ru/leksa?
- Ага, щас, разбежался!!! - возмутился я. - Хитрый какой, да? Пароль
тебе секретный скажи - так, между делом, да?
Чтобы ты туда залез и там похозяйничал, да?
- Да зачем мне туда лезть? - удивился Ник. - Чего я там не видел?
- А кто тебя зна
...Поділитися у соцмережах
