Жанр: Философия
Хищная власть
... конфирмовал смертные приговоры. Члены его делились на
три разряда:
Князья священства (Principies Sacerdotum); этот общий разряд
включал в себя не только первосвященника и его
предшественников, но также и начальников двадцати
четырех священнических семей.
Книжники (Scribae Populi) или толкователи закона; они
составляли многочисленную и могущественную корпорацию; на
их обязанности лежало главным, образом толкование закона
Моисеева. При теократическом образе правления евреев
религия и государственность были тесно между собою
связаны, посему книжники были одновременно и юристами, и
богословами. Почти все из них принадлежали к сект фарисеев
и пользовались большим доверием у народа. К синедриону
принадлежали самые замечательные из них, например
Никодим; Гамалиил, и др.
Старейшины народные (Seniores Populi), избранные среди
главнейших родоначальников. Они составляли чисто светский
элемент синедриона".
"Кроме великого синедриона, - пишет обращенный еврей
Брафман, - в Иерусалиме существовали еще два судебные учреждения,
одно - из двадцати трех членов; которое называлось малым
синедрионом; а другое (из трех членов) под названием бет-дин (суд)...
Каждая еврейская провинция получала от главного центра даиона
(судью), который назначал себе двух старейшин (зейкеним) и совместно с
ними составлял местное судилище (бет-дин). Кроме бет-дина во главе
каждой местной общины находился еще комитет (впоследствии кагал),
состоящий из семи парнесов (попечителей)".
Еврейские монеты первых двух веков до Рождества Христова и I
веке после Рождества Христова свидетельствуют о том громадном
авторитете, коим пользовался синедрион и обычный его глава -
первосвященник. На еврейских монетах времен первосвященника Иоанна
Гиркана, сына и наследника Симона Маккавея, (135-106 до Р. Х) среди
венка из маслин была надпись: "Иоанн первосвященник и совет иудеев".
Также и при сыне его, Иуде Аристовуле (106-85 г.), надпись была: "Иуда
первосвященник и совет иудеев". Также было и при брате Иуды -
Ионафане (105-78 г.). При последнем из князей Асмонейской династии
Антигоне (40-37) на монетах было написано по-гречески "ЦарьАнтигон",
а на обороте по-еврейски: "Матафия первосвященник в
великий совет иудеев" (Антигон по-гречески и Матафия по-еврейски
означали одно и то же имя).
От времен Христианства дошло до нас несколько монет, которые
относят к эпохе первого еврейского восстание против римлян (66-67 гг.);
на них надписи: "Елеазар первосвященник", "Симон князь израильский"
(Nasi Israel).
Последнее явное заседание синедриона произошло до разрушения
Иерусалима Титом. Затем евреи были рассеяны, и все решили, что,
изгнанные из своей земли, они перестали существовать как народ. т. е.
как человеческая группа, связанная единством идеала, единством
интересов и. главное, единством власти. Поэтому никому не пришло в
голову поинтересоваться, что сталось с верховным советом еврейства;
т. е. с синедрионом? Разве он не должен был естественно исчезнуть, как
и сама нация? Конечно само собою разумеется, что когда евреи были
рассеяны, синедрион мог и должен был исчезнуть, если бы исчезла
еврейская самостоятельность; но раз самостоятельность эта осталась
и еврейство не умерло, то следовательно не умер и синедрион, а
превратился лишь во что то другое; занявшее его место.
Б 1882 году аббат Шаботи писал: "после разрушения Иерусалима
Титом (в 70 г.) началось первое великое расселение евреев по миру. Второе
произошло при Адриане после поражения Бар-Кохабы (в 135 году); и с
этого времени евреи были окончательно изгнаны из Иерусалима и из всей
Палестины, и вся нация была рассеяна. Все, кто при Тите избегли меча;
пламени или плена бежали в разные страны Европы в Азии. Иные
направились в места, лежащие к югу и к западу от Иудеи, в разные части
римской империи, в Египет, Италию, Испанию. Они стали зваться
евреями западными. Их непосредственный начальник жил в Палестине, в
г. Яффе или в Тивериаде. Он носил титул патриарха Иудейского.
Историки следующим образом объясняют происхождение этих
патриархов. После победы римлян несколько левитов и простых евреев;
спасаясь от их жестокой мести, решились последовать примеру своих
братьев и бежать из отчизны. Первое время после войны они
скрывались; но затем) когда решили, что опасность миновала, набрались
смелости и появились вновь. Они стали собирать в Иудею остатки
еврейства и возобновили здесь богослужение.
"Власть естественно сосредоточилась в руках левитов; одного из
них избрали главою и дали сан патриарха. К ним скоро примкнули
духовно и политически все евреи, эмигрировавшие в Египет, Италию,
Испанию и другие части римской империи. Патриарх стал пользоваться
большой властью над ними. Он вершил дела еврейской совести и дела
политики еврейства; управлял синагогами, устанавливал налоги. Ему
подчинены были особые должностные лица, называемые апостолами,
которые разносили патриаршие приказания евреям наиболее
отдаленных провинций и собирали подать. Богатства патриархов
стали огромны. Они действовали либо явно, либо скрыто, в зависимости
от отношения римских императоров к евреем".
Обращенный еврей Вульф Шахнович (Алексеев) говорит, что
"подобно древнему синедриону патриарх назначал в каждую общину
судью (даиона), который вместе с двумя старейшинами составлял
местное судилище (Бег-Дан), и что кроме суда во главе; каждой общины
находился еще комитет, который по своим занятиям и устройству был
первообраз нынешнего кагала".
Итак, несмотря на рассеяние евреев, все осталось по-прежнему.
"В 429 году, - продолжает Шаботи, - Феодосий Младший
запретил патриархам устанавливать и взыскивать подать. С тех пор о
них в истории ничего более не слышно".
Последняя фраза объясняет нам, как правительство патриархов
сначала более или менее явное, в "зависимости от отношений римских
императоров к евреям", понемногу было принуждено превратиться в
правительство совершенно тайное.
Только необходимость порождает тайные организации. Так
случилось и с евреями. Достаточно было хотя бы одного запрета
собирать налоги: без денег, - нет правительства. Не будучи в силах
открыто сопротивляться, они могли продолжать управлять только
при условии делать это тайно.
Патриархи Иудейские происходили все из колена левитов. Их
правление длилось около трехсот пятидесяти лет. Но в
действительности, как мы это ниже увидим, они имели все это время
лишь второстепенное значение и были подчинены высшей, чем они
верховной власти.
IV
Другая бежавшая из Палестины часть еврейского народа после,
разрушения Иерусалима направилась в страны, расположенные к северу и
востоку от их родины: Сирию, Армению, Грузию, Вавилонию и
Персию. По словам раввинов сюда пошел цвет нации: большинство семей
колена Давидова, и утвердились главным образом в Вавилоне и в
окрестных провинциях. Историки Грузии и Армении подтверждают
эти сообщения еврейских раввинов, признавая, что еврейский элемент
господствовал в Грузии с первых веков после рассеяния Израиля и что
царский род Багратионов в Армении гордился своим происхождением от
царей колена Иудова и в гербе своем имеет арфу Давида. Эти евреи в
отличие от тех, которые переселились на запад от Иерусалима, стали
называться евреями восточными. Их предводители, ведущие свой род от
царского рода Давида приняли титул "князей пленения" (Реш-Голута,
Эшмалотарх или Экзилархи).
Еврейские писатели находят большую разницу между положением
патриархов иудеи и князьями пленения. Первые, до их словам, были лишь
подручными вторых. Князья пленения располагали безграничным правом
и верховной властью над всем рассеянным Израилем. По преданию
титул их был учрежден на место титула прежних царей, и они имели
право распространять свою власть над евреями всего мира.
"Они вели княжеский образ жизни, - говорит еврей Грец, -
носили великолепные одежды, ездили в царских экипажах, имели
вершников и род лейб-гвардии и получали, большое, вообще княжеское V
В XI веке восточные халифы, по словам раввинов, испугались
могущества и смелости князей пленения и объявили себя врагами евреев.
Они закрыли их многочисленные процветавшие академии, рассеяли
книжников и казнили последнего князя пленения Езекию в 1005 году. Это
гонение заставило восточных евреев покинуть почти все те страны, в
которых они до сих пор проживали; одни переселились в Аравию, другие
же в большом числе ушли на запад и дошли до Франции и Испании.
Ниже мы увидим, при каких условиях они там поселились и жили. С XI
века в истории более не упоминается о еврейских князьях пленения. Хотя
известный путешественник Веньямин Тудельский и утверждает, что
еще видел одного князя царствовавшего в Вавилоне в его время, т. е. в XII
веке, но кроме него ни один автор о них не упоминает, и даже не вполне
достоверно, совершил ли действительно Веньямин Тудельский все те
путешествия, о которых он повествует.
Однако это молчание истории еще не доказывает, что князья
пленения действительно исчезли и что с XI века евреи не имели ни
центральной власти, ни верховного главы.
Правда, большинство так предположило, ибо все привыкли
считаться лишь с внешней историей, но аббат Шаботи пишет
следующее: "в продолжении больше чем столетия религиозные,
политические и общественные перевороты зависели по большой части
от тайных причин, которые одни лишь могут объяснить и осветить их.
Нельзя более отрицать, что под видимой историей скрывалась еще
история подпольная, скрытая. Посему, раз жизнь и действие тайных
обществ вообще; а еврейского масонства в особенности, оказались
возможными и более ста лет сохранились под внешним
благоустройством официального общества; то мы в праве логически
вывести, что еврейская нация, уже в предшествующих веках почти вся
превращенная в тайное общество до рассеяния, могла также
продолжать управляться тем же способом и после этого рассеяния".
Иначе и быть не могло, ибо раз евреи сохранили свой
национальный, свойственный лишь их народу дух, значит они были
управляемы тем или иным способом. С XI века этого способа больше не
видно: следовательно с этого времени он сделался тайным. Как бы ни
было просто это рассуждение; - в нем ключ ко всей еврейской истории
и тесно связанному с ней, как увидим далее масонскому вопросу.
Нельзя допустить, чтобы нация; связанная в течении нескольких
веков политически, религиозно и умственно вокруг своего правительства,
вдруг резко бы отказалась от этой связи только потому; что
обстоятельства ее разоряли, и она потеряла свою территорию.
После девяти веков рассеяния понятие о родине очевидно
приобрело у евреев совершенно особое значение. Обыкновенно для нас всех
это понятие неразрывно связано с землею, на которой мы живем, ибо
для большинства видимое преобладает над невидимым. Но для евреев
понятие о родине существует лишь в воспоминании; и вот
привязанность к этому воспоминанию и побуждала их теснее
держаться вокруг своих вождей, которые являлись в их глазах
представителями прежней общины, прежнего культа и традиционных
законов. В них; в этих вождях, заключалась для евреев родина, ибо в них
была ее суть, в них было то, что оставалось от нее не только живым,
но и видимым.
В момент катастрофы 1005 года центр еврейства являлся уже в
действительности тайными правительством, с которым невидно
сносились евреи, расселенные и на западе Европы среди государств,
завоеванных Христианством. Правительство это после разгрома
переносится с востока на запад где многочисленные еврейские общины
вступили в борьбу с христианством, ставшим им врагом по
экономическим, религиозным и государственным, причинам. В самом
деле, могли ли они терпеть, что миром владеет Тот; Кого их предки
распяли, а сами они не только овладеть ничем не могут; но должны еще
пресмыкаться в угнетение...
Однако очевидно, что еврейское правительство не могло
установиться среди евреев на западе иначе, как применяясь к внешним
условиям, соответствующим тайной администрации своих общин, а
также и к способностям и привычкам членов этих общин. Поэтому оно
могло быть только правительством тайным, и с этого момента
еврейская нация принуждена была всецело и окончательно обратиться в
тайное общество среди христианского мира.
Итак мы видим, что предположение о тайном правительстве
еврейского народа основано на самых точных соображениях. Оно вполне
отвечает исключительному положению этого народа и тем условиям, в
которые он был поставлен. Или тайное правительство, или смерть -
вот перед каким выбором были поставлены евреи, смерть не постигла
этот народ, так как он принял единственный возможный для него образ
правления, единственный, который допускался окружающими
условиями, единственный, о котором могли думать члены общин,
превращенных силой обстоятельств в тайные общества среди
христианского мира. Но раз окончательное превращение свершилось, мы
попятно теперь не можем найти явного проявления этого
правительства. Мы только знаем, что оно не может не существовать.
VI
Аббат Шаботи приводит два документа, письма XV века, которые
были изданы сначала в XVI и XVII веке, а затем в 1880 году в "Armana
Provencau un Revue des Etudes juives", основанном в том же году под
Джемса Ротшильда. Издание XVII века было выпущено аббатам Буи
(Boui) в Арле под заглавием: "La Royalle Couronue des Roys d'Arles, dediee a
M. M. Les Coinsuls et Gouverneurs de la Ville, par J. Bouis, en Avignon"
(1640).
Письма эти были вызваны следующими обстоятельствами: во
второй половине XV века евреи были изгоняемы в Европе между прочим
из Франции, Германии, Испании и Прованса. Прованс, где в особенности
они были богаты и многочисленны, вновь подпал под власть Франции в
1457 году. Вскоре Карл VIII издал эдикт, в коем он повелевал всем
провансальским евреям либо принять христианство, либо покинуть
страну. Раввин Арля написал по этому поводу своим братья и в
Константинополь 13 января 1484 года, дабы испросить инструкций, как
отнестись им к эдикту короля. 21 ноября того же года ими был получен
ответ...
"Члены городского совета Арля, - говорит со слов Буи аббат
Шаботи, - были осаждаемы жалобами жителей на обитавших в
городе евреев по поводу их ростовщичества... В Арле произошли
беспорядки... Больших трудов стоило успокоить народ, желавший
побросать всех евреев в Рону... Король Карл, узнал об атом в желая
приобрести любовь жителей Арля, эдиктом своем изгнал проклятое
племя из города и из своих владений в 1493 году. За четыре года до этого
евреи, видя всеобщую к ним ненависть во Франции и постоянную угрозу
изгнания, напасали письмо константинопольским евреям, испрашивая
совета, что им дальше делать. Копия этого письма точно снята со
старой копии архивов одного из известнейших монастырей Прованса, и я
счел нужным поместить ее здесь по причине несомненности ее
интереса...
Письмо евреев Арля к евреям Константинополя:
"Уважаемые евреи, привить вам и почтение!
Вам должно быть известно, что король французский, который
снова стал владетелем Прованса, заставляет нас либо насильно
креститься, либо покинуть его владения. Христиане Арля, Экса и
Марселя стремятся захватить наше добро, угрожают нашей жизни,
громят наши синагоги и причиняют нам много бед. Все это повергает
нас в недоумение, что предпринять во славу закона Моисеева. Посему
просим мы вас указать нам, как поступить.
Шамор, Раввин евреев в Арле 13 Савафа, 1459 года".
Константинопольские евреи вскоре дали ответ, но не на еврейском
и не на провансальском языке, а на испанском; этот язык был весьма
распространен в то время, так как король Ренат и его предшественники
были графами барселонскими; соседями испанцев.
Ответ евреев Константинополя евреям Арля и Прованса:
"Возлюбленные братья в Монсе!
Мы получили ваше письмо, в коем вы повествуете о своих тревогах
и несчастьях. Узнав о них, мы прониклись такою же скорбью, как и вы.
Совет великих сатрапов и раввином таков: относительно того, что
король французский заставляет вас принимать крещение - принимайте
его, раз вы ее в силах поступить иначе, но при условии, чтобы закон
Моисеев сохранился бы в сердцах ваших; относительно того, что
приказано отобрать ваше добро - сделайте детей ваших купцами, дабы
они понемногу отобрали бы добро у христиан; относительно того; что
покушаются на вашу жизнь - сделайте детей ваших врачами и
аптекарями, дабы они отнимали жизнь у христиан: относительно
того, что христиане разрушают ваши синагоги - сделайте детей
ваших канониками и причетниками, дабы они разрушали церковь
христиан; относительно того, что вам причиняют многие другие
огорчения - сделайте так, чтобы дети ваши были бы адвокатами и
нотариусами и чтобы они всегда вмешивались в дела государства с целью
подчинить, христиан евреям; дабы вы могли стать господами над миром
и мстить им.
Не уклоняйтесь от сего данного вам приказания; и вы на опыте
убедитесь, как из приниженных; какими вы являетесь теперь, вы
станете на вершине могущества.
Б. С. С. В. Ф. Ф., князь евреев Константинополя. 21 касле, 1489
года".
"Revue des Etudes Juives" пишет: "объяснения Буи относительно
испанского языка, на котором написано последнее письмо, неточно.
Письмо из Константинополя написано по-испански потому, что
испанский был родным языком константинопольских евреев.
Разговорным языком евреев восточного побережья Средиземного моря как
в XV-XVI веке, так и ныне является испанский".
Аббат Шаботи добавляет, что письмо "князя евреев" было
написано по-испански еще потому, что оно одинаково предназначалось и
для еврейских общин Испании. Действительно, оба эти письма были уже
изданы в 1583 году наваррским дворянином Юлиано Медрано в сочинении
на испанском языке: "La Sylia Curiosa". Медрано предпосылает первому
письму следующую заметку: "Нижеприведенное письмо было найдено
хранителем саламанкской библиотеки в архивах Толеды при поисках
древностей испанского государства".
Это наводит на мысль, что и испанские евреи, находясь пред той
же опасностью, что провансальские, также обратились в "сатрапам и
раввинам Константинополя".
Аббат Шаботи, тщательно проверив подлинность этих писем,
(которая разумеется отрицается всеми, кому эти письма не выгодны),
говорит следующее:
"В наш век эта стародавняя переписка, несмотря на ее
многочисленные испанские рукописи, вероятно вовсе не обратила бы на
себя внимание за исключением может быть нескольких ученых. Если бы
Европа и даже можно сказать весь мир не стоял бы в данную минуту
лицом к лицу с весьма серьезным еврейским вопросом. Вследствие этого
документы эти приобретают необычное значение и неожиданно
становятся весьма современными".
"Уже не со снисходительной улыбкой к минувшему должны
христиане XIX века читать и разбирать эти старые рукописи. Нельзя
не поразиться, при виде всего, что происходить ныне, тем что
предначертания еврейского князя XV века оказываются
осуществленными до мельчайших подробностей. Эти доказывает, что
эти предначертания, высказанные в форме приказаний, были выполнены
с непреодолимой и устрашающей настойчивостью. Блестящие
результаты, к которым они привели и которые мы видим теперь,
несомненно должны убедить окончательно всех в подлинности этих
писем".
Отчего, однако, провансальские и испанские евреи обратились в
Константинополь, а не к ближайшим раввинам? Отчего из
Константинополя им пишут: "совет великих сатрапов и раввинов
таков"... "Не уклоняйтесь от сего приказания"... Приказывать могут
только власть имущие; отчего они величают себя "великими
сатрапами"? Неправда ли это наименование весьма подходить к титулу
князей пленения, веками живших в Вавилоне? Само собой является
вывод, что князья пленения, скрывшиеся после смерти Езекии в 1005 году
и очевидно продолжавшие существовать, либо прямо переселились в
Константинополь; либо сделали это позже, скрываясь где-нибудь в ином
месте и строго охраняя тайну своего местопребывания. К этому же
приходит и Шаботи:
"От времени своего рассеяния, - пишет он, - евреи постоянно
составляли от прочих народов отдельную нацию, имеющую своего
верховного главу и второстепенных управителей. Эта власть была
организована так, что могла действовать либо явно, либо тайно,
сообразно обстоятельствам. С разрушения Иерусалима и до нашего
времени евреи большею частью жили и были управляемы, как громадное
тайное общество. Они были уже приучены к этому роду тайного
управления еще до своего рассеяние, ибо секта "ревнителей", которая
была столь многочисленна в Иудее и проникла во все слои населения,
была лишь обширным политическим сообществом, тщательно
скрытым под внешним видом якобы исключительно религиозного
единения. Под предлогом вящей ревности к закону Моисееву она имела
истинной целью объединить всех евреев в общем усилии против римлян.
Восстание 60 в 70 годов были организованы этой сектой.
VII
Свидетельства, подтверждающие существование тайного
еврейского правительства, можно найти еще во многих источниках.
Немецкий писатель Кюблер, один из корифеев школы публицистовфилософов,
пишет в 1515 году:
"Евреи являются политически-религиозной сектой, находящейся
во власти строгого теократического деспотизма раввинов. Они не
только тесно соединены между собою известными религиозными
догматами, но они составляют совершенно замкнутое преемственнонаследственное
сообщество... Евреи, по своим собственным словам,
образуют по всей земли отдельную нацию; их политические и
религиозные учреждения, идеи и обычаи проникают столь глубоко и под
столькими различными видами в их общественную жизнь, что
израильские подданные христианского государства во многих
существенных отношениях составляют "государство в государстве".
"В 1868 году, - пишет Шаботи, - тридцать членов
законодательной палаты Румынии, с председателем во главе,
представили правительству проект закона, отнимающего гражданское
и политическое равноправие у евреев, которые, между прочим, очень
многочисленны в Румынии. Вот что говорилось в этом проекте:
"Румынское население наводнено чуждым враждебным ему
племенем, создавшим рядом с румынскою нацией особую национальность,
интересы которой противоположны интересам румынским. Хотя под
давлением необходимости евреи внешним образом подчиняются
нееврейской государственной власти, но они никогда не согласятся
стать нераздельною частью этого государства. Из памяти их не может
изгладиться еврейское царство, и при всяком удобном случае это живо
проявляется во всех их выступлениях. Они представляют собою не
только религиозную секту, но главным образом являются выразителями
известных неизгладимых племенных особенностей и известных упорных
национальных чаяний. Вот почему еврей из Испании, Англии, Франции,
Польши не будет ни испанцем, ни англичанином, ни французом, ни
поляком, а останется всегда таким евреем, каким были его предки
библейских времен. У евреев религиозный закон является в то же время
гражданским и наоборот... Где бы еврейство ни находилось, оно всюду
образует "государство в государстве".
Девять дет спустя Достоевский еще подробнее развивает эту
мысль:
"Чтоб существовать сорок веков на земле, то есть во весь почти
исторический период человечества, да еще в таком плотном и
нерушимом единении; чтоб терять столько раз свою территорию, свою
политическую независимость, законы, почти даже веру, - терять и
всякий раз опять соединяться, опять возрождаться в прежней идее,
хоть и в другом виде, опять создавать себе и законы и почти веру -
нет, такой живучий народ, такой необыкновенно сильный и
энергический народ, такой беспримерный в мире народ, не мог
существовать без "государства в государстве", который он сохранял
всегда и везде во время самых страшных, тысячелетних рассеяний и
гонений своих".
"Не вникая в суть и в глубину предмета, можно разобрать хотя
некоторые признаки этого "государства в государстве", по крайней мере,
хоть наружно. Признаки эти: отчужденность и отчудимость на
степени религиозного догмата, неслиянность, вера в то, что
существует в мире лишь одна народная личность - еврей, а другие хоть
есть, но все равно, надо считать, что как бы их и не существовало.
"Выйди из народов и составь свою особь и знай, что с сих пор ты един у
Бога, остальных истреби, или в рабов обрати, или эксплуатируй. Верь в
победу над всем миром, верь, что все покорится тебе. Строго всем
гнушайся и ни с кем в быту своем не сообщайся. И даже когда лишишься
земли своей, политической личности своей, даже когда рассеян будешь
по лицу всей земли, между всеми народами - все равно, - верь всему
тому, что тебе обещано, раз навсегда, верь тому, что все сбудется, а
пока живи, гнушайся, единись и эксплуатируй и - ожидай, ожидай"...
Вот суть идеи этого "государства в государстве", а затем конечно, есть
внутренние, а может быть и таинственные законы, ограждающие эту
идею".
"Приписывать это "государство в государстве" одним лишь
гонениям и чувству самосохранения - недостаточно".
"Сильнейшие цивилизации в мире не достигали и до половины
сорока веков и теряли политическую силу и племенной облик. Тут не
одно самосохранение стоит главной причиной, а некая идея, движущая и
влекущая, нечто такое, мировое и глубокое, о чем, может быть,
человечество еще не в силах произнести своего последнего слова".
Кроме этих свидетельств германского философа, румынских
депутатов в русского писателя, пришедших к одному и тому же выводу,
публицист Герман Кун в 1881 году находит, что политическое и
общественное положение евреев в Германии совершенно такое же.
"Положение евреев, - пишет он, - очень выгодно: рядом с
правами, присущими всем гражданам, они сохранили свои "исконные"
льготы, свои права на корпорацию и автономию. Каждая еврейская
община управляется самопроизвольно, устанавливает свои налоги,
назначает себе своих собственных чиновников и раввинов, заведует
своими школами без вмешательства государственных властей.
Многочисленные богатые еврейские общины пользуются абсолютным
и
...Закладка в соц.сетях
