Жанр: Электронное издание
Relict2t
...вовремя. Век себе не прощу! Как ты
нас вычислил?"
"По запаху, - проворчал Ставр. - Духами "Русушарм" пользуешься только ты".
"Мне это, кажется, кто-то уже говорил... неважно... Представляешь, я попалась, как
девочка!"
"Ты-то ладно, - вмешалась в разговор, не открывая глаз, Боянова. - Но мне,
старой дуре, следовало бы сообразить, в чем дело! Спасибо, Ставр, всю жизнь
молиться буду!"
"Не за что". - Панкратов медленно встал, обнаружив, что лежит в чем мать родила.
Не обращая внимания на веселый взгляд Виданы, нашел чистый уник в шкафу, оделся
и, пожелав женщинам скорейшего выздоровления, вышел в соседнее помещение
бункера, в его "гостиную", где вели беседу Левашов, Ратибор Берестов, Баренц и
Аристарх Железовский.
Все четверо замолчали и принялись внимательно разглядывать разведчика, словно он
сделал что-то предосудительное, так что Ставр даже почувствовал себя неловко.
"Извините, что нарушил ваш тэйбл-ток[95]", - сказал он.
- Садись, - гулко взломал тишину Железовский, послал по воздуху пузырь со
стаканом тоника. - Выпей, это амброзифор. В состоянии рассказать, что там
произошло?
Ставр сел рядом с Ратибором, в сфере чувств которого было гораздо больше теплых
оттенков, чем у остальных, выпил тоник и коротко рассказал историю своего
сражения с фантом-генератором.
На этот раз молчание длилось дольше. Первым его нарушил Берестов:
"Ты уверен, что встретил Шубина?"
Ставр некоторое время размышлял, восстанавливая в памяти подробности своего
рейда. Утвердительно кивнул:
"Несомненно, это был он. По-моему, я дрался и с кайманоидом, но не уверен, что
это не иллюзия".
Ратибор посмотрел на Железовского.
"Может быть, там был и кайманоид, - сказал тот, - но проверить невозможно. Шубин
сел в "голем" и ушел на орбиту, где его ждал драккар".
"В герметириуме находился "голем"?! - не поверил Ставр. - Почему же я его не
почуял?"
"Потому что Ф-террористы тоже предпочитают использовать новейшую земную технику
с А-зеркальным слоем. Вероятно, они хотели посадить Забаву с Виданой в "голем" и
перенести на свою базу, но не успели".
"Сами заигрались, что ли?"
"К-мигранты всегда недооценивали людей, к тому же они любят разного рода эффекты
и длинные разговоры".
"Но почему Забава клюнула на их удочку?" - воскликнул Ставр.
"Как было не клюнуть, если мы совершенно четко увидели, что здесь попали в
засаду Аристарх и Веселин! - ответила из-за стены Боянова".
"Это уровень-5, ребята, - добавил Железовский. - Понимаешь, о чем речь,
контрразведчик? Ф-террористы использовали массированную поддержку эгрегора, с
излучением которого наша защита не справляется. До сих пор не могу поверить, что
ты уцелел!"
"Верь, чтобы понимать, - сказал Баренц, с недавнего времени потерявший свою
энергичную деловитость. - Есть такой античный афоризм. Плохи наши дела, коллеги.
Еще не разобрались окончательно со смертью Ги Делорма, а уже новая напасть -
эгрегорное нападение, да еще вдали от ареала самого эгрегора".
"А что, известно, какой именно эгрегор был использован?" - спросил Левашов.
"Южномусанский, но с ядрами исламита и малайзийской группы".
"Значит, Шан-Эшталлан и Алсаддан?"
"Без сомнения".
"Ничего, - снова вмешалась Забава Боянова. - Вот оклемаемся с Даной и возьмемся
за эту эгрегорную задачку. Если Ф-террористы смогли решить задачу управления
эгрегорным полем, сможем и мы".
Баренц встал.
"Я пошел, меня ждет Велизар. Очень рад, что все кончилось благополучно. - Он
пожал руку Ставру. - Молодец, эрм! Так держать. Мы на тебя надеемся".
Встал и Левашов.
"Пора и мне за работу. Вот будет сюрприз Барковичу!"
Они ушли. За ними покинули бункер Железовский и Боянова, засобирался и Берестов,
с некоторым сомнением разглядывая внука.
"Баркович потребовал голову Аристарха..."
"За что?"
"За последнюю шутку. Дед Виданы отдал приказ десантировать обойму погранпатруля
в район Эгейского моря от имени командора".
Ставр засмеялся. Ратибор похлопал его по плечу.
"До связи, мальчик. Побудь здесь, поухаживай за дамой, отдохни, завтра у нас
будет трудный день".
Ушел и он. Ставр прислушался к тишине в соседней комнате, но ничего не услышал.
Обеспокоенный, он вошел в помещение медкомбайна и был встречен поцелуем слегка
ослабевшего, но - урагана по имени Видана Железовская...
К вечеру стали известны подробности происшедшего в Эгейском море. Засада не
предназначалась конкретно для Бояновой и Железовской, женщины попали в нее
случайно, однако лишь вмешательство Ставра Панкратова позволило им выйти живыми
из безнадежной ситуации и раскрыть качественно новый принцип нападений ФАГа на
интраморфов, а также высветить уровень применения поля эгрегора.
Аналитики "контр-2" имели достаточно материала, чтобы вычислить всех действующих
лиц в истории с фантоматическим генератором. Ставр выбрал два имени и поделился
соображениями с Виданой. С шефом советоваться не стал, зная, что тот не даст
разрешения на акцию. Но терпеть удары больше не хотелось. По мнению Виданы, да и
по его собственному, эмиссар Фундаментального Агрессора окончательно зарвался, и
его следовало осадить. Тем более что на следующий день предстояло штурмовать его
базу, торчащую занозой в Солнце.
Прикинув все возможные варианты развития событий, Ставр и Видана выяснили
маршруты выбранного лица, тщательно разработали план операции и еще более
тщательно подобрали экипировку. Техникам базового склада пришлось повозиться,
встраивая в костюмы поступившие на вооружение нейтрализаторы и аннигиляторы,
зато теперь контрразведчики были вооружены до зубов и могли выдержать бой с
целой эскадрильей.
"Защитников" с откорректированными по данным аналитиков параметрами готовила
лично Видана и была уверена, что после доработки они снимут процентов семьдесят
пикового пси-поля при эгрегорном нападении.
К девяти часам вечера по времени Рославля (готовились они сначала в Управлении,
патом дома у Ставра) удалось решить проблему транспортных стыковок и проводку по
каналу сопровождения в сети "спрута-2". После этого наступил момент действия.
День у президента Совета безопасности Хасана Алсаддана был расписан по минутам и
заканчивался в девять часов вечера по времени Берна. В этот последний четверг
августа у Алсаддана в плане стояли визит на Тартар и вечерняя сауна в элитном
центре здоровья в Тегеране. Не отвлекаясь на проверку обойм сопровождения,
будучи абсолютно уверенным в своей безопасности, глава Совета оставил
стандартную расстановку сил охраны и на этот вечер. Главе телохранителей Махмуду
Джафару пришлось самому ломать голову, как обеспечить безопасность ОВП в
условиях выхода за пределы Солнечной системы; но и он не ушел дальше императива
"ланспасад", все плюсы и минусы которого отлично знал Ставр Панкратов.
Переместившись на погранзаставу "Черная роза", расположенную на поверхности
Тартара, на полчаса раньше Алсаддана, Ставр и Видана "сменили" посланных туда
Джафаром телохранителей группы авангарда, загримировались под них с помощью
голографической аппаратуры динго и расположились у входа в информационноконтрольный
зал заставы, где должна была состояться встреча президента Совета с
командором погранслужбы.
Теперь у них было целых три канала связи с разными информсистемами: "контр-2",
"спрут" УАСС и СИОС[97] Алсаддана, - и ориентироваться в поступающих сообщениях
стало гораздо легче.
Баркович возник в зале заставы в сопровождении все того же витса-андроида раньше
Алсаддана. Ставр снова подивился бесстрашию командора, появлявшегося везде всего
с одним телохранителем, да и то - нечеловеком. Но в это время из метро
выскользнули трое телохранителей Алсаддана в красивой уник-форме администраторов
Совета: серые в черную полоску костюмы, белые рубашки, строгие бордовые
галстуки, вспыхивающие красными искрами туфли, - во главе с Махмудом Джафаром,
рассредоточились по коридору. Джафар выслушал короткий кодовый доклад Ставра,
сообщившего, что "все спокойно", и прошел в зал. И сразу же в коридоре появился
Алсаддан в сопровождении еще двух человек, один из которых был явно интраморфом,
хотя и блокировал свой мыслеобмен.
Прически у телохранителей президента были совсем простыми, без всяких модных
украсов, что говорило об известном консерватизме вкусов Алсаддана. Сам же он
прибыл на погранзаставу в неизменном белом бурнусе с орнаментом на рукавах и
воротнике, но без чалмы. Впрочем, Ставр без труда вычислил, что на президенте
Совета такой же боевой спецкостюм, как и на них с Виданой.
По системе "контр-2" прошло сообщение о прибытии Алсаддана на погранзаставу
"Черная роза", и Ставр с напарницей обменялись понимающими взглядами.
Наблюдатели "контр-2" вели президента, как и всех остальных лидеров чужого
лагеря, что невольно придавало уверенности.
"Начинаем?" - глазами спросила Видана.
Ставр отрицательно качнул головой, передал короткий слоган:
"Подождем, пока точно не определится его дальнейший путь. Не хотелось бы
начинать с огневого контакта".
Разговор Алсаддана с Барковичем длился всего несколько минут, но подслушать его
не удалось: звуковая зона разговора контролировалась объемным скремблером. Затем
президент Совета с минуту разглядывал мрачный пейзаж Тартара, кучу обломков
черных пород, окружавшую отколовшийся нагуаль, кивнул Барковичу и стремительно
прошагал мимо застывших охранников в коридор. Баркович смотрел ему вслед, и
Ставр мог поклясться, что в глазах командора мерцает тщательно скрываемая
неприязнь и насмешка.
- К метро! - прошла по рации команда Джафара.
Ставр и Видана мгновенно обогнали не обращавшего на них внимания Алсаддана,
нырнули в отсек метро заставы, как бы расчищая путь. Остальная команда осталась
сзади, можно было начинать свою операцию по захвату президента и доставке его в
бункер под Тибетом, но карты спутал тот самый интраморф из обоймы прикрытия
Хасана, который, как оказалось, играл роль дублирующего центра подстраховки.
Панкратов рассчитывал, что Алсаддан возьмет их с Виданой как авангардную пару с
собой в кабину метро, он делал это уже много раз и сейчас поступил бы так, если
бы не тихая команда сзади:
- Минуту!
Ставр почувствовал, как напряглась девушка, передал ей одно пси-слово: "Рано!" -
оглянулся.
Из-за спин охранников арьергарда выступил не слишком высокий, не сильный с виду
мужчина. Ставр никогда прежде этого человека не видел, но смутное чувство
узнавания заставило его "ощетиниться", и его пси-поле натолкнулось на ответное
ощущение противника.
Алсаддан поднял брови, останавливаясь.
- Смена режима, - так же тихо сказал незнакомец, игнорируя начальника охраны,
глянувшего на него вопросительно. - Вы пойдете вторым эшелоном. - Мужчина ткнул
пальцем в Ставра и Видану, жестом подозвал шедших сзади. - Вперед!
Алсаддан в любопытством взглянул на контрразведчиков, шагнул в кабину метро, и в
тот же момент приказавший произвести смену интраморф выстрелил в Ставра из
парализатора. Нескольких мгновений, в течение которых Панкратов отражал атаку и
боролся с пси-приказом, парализующим мышцы на уровне физиологических реакций,
оказалось достаточно, чтобы Алсаддан с двумя телохранителями успел войти в
кабину.
Но как бы быстро ни реагировал Ставр на изменение обстановки, Видана, которую
выстрел парализатора пощадил, действовала быстрей. Она не стала церемониться с
выбором оружия, колебаться и рефлексировать, а сразу выстрелила в интраморфа из
аннигилятора. И пока тот смотрел на грудь, куда пришелся выстрел, - костюм
незнакомца принял на себя большую часть антипротонного пучка, но дырка в нем
образовалась все же приличная, с кулак величиной, - Видана атаковала застывших
охранников в стиле "высекания огня".
Ставру осталось лишь добить Джафара и увернуться от выстрела из "универсала",
который успел произвести падающий "знакомый незнакомец". В последний момент лицо
его исказилось, поплыло, смазалось, и на контрразведчика глянули страшные глаза
К-мигранта Шубина.
Ставр и Видана скрылись в кабине метро и в три приема перенеслись в бункер под
Тибетом, куда собирались доставить Алсаддана.
- Осечка! - очень спокойно сказала побледневшая Видана, хотя в глазах ее горели
огонь и жажда боя. - Кого это я ликвидировала?
Ставр мягко поцеловал ее в губы, вышел первым, сказал уже из коридора:
- Это был Шубин. Но вряд ли ты его ликвидировала. К-мигранта убить непросто, они
давно перестали быть людьми из плоти и крови. Не переживай, в следующий раз мы
подготовимся получше.
- Я не переживаю. - Видана догнала Панкратова, засмеялась. - Представляешь,
какой там сейчас переполох начался?
Ставр, вслушивающийся в шептание трех каналов связи, покачал головой.
- Переполоха не будет, шум им невыгоден. Но они все учтут. Я уже жалею, что
уступил сам себе и пошел на эту авантюру. Готовить такие операции надо по
уровню-5, как готовит их ФАГ.
Бой местного значения
Система связей "контр-2" была создана всего полтора года назад, но стала
достаточно мощной, чтобы иметь свои совершенно секретные базы (замаскированные
под административно-хозяйственные центры, заводы, транспортные терминалы,
погодные комплексы), строительные тресты, станции СПАС, защищенные не хуже, чем
центр дислокации проконсулов синклита под Тибетом. Одна из таких баз
располагалась в Крыму, на территории дома отдыха "Голубой залив" под Симеизом.
В свое время руководители "контр-2" сомневались в разумности подобного
прикрытия, но время показало, что выбор был сделан правильно. Потоки людей,
желающих вкусить все прелести морского отдыха вкупе с экзотикой славянского
образа жизни, отлично маскировали почти любые передвижения сил "контр-2". А
остроумная система охраны позволяла контролировать проникновение любого
нежелательного гостя, а также выявлять попытки исследования территории базы
дистанционными методами.
Джордан Мальгрив прибыл в "дом отдыха" как рядовой курортник, привычно включился
в контур контроля базы: "Сопровождение". "Сопровождение-два включено", - был
ответ. В "окне" пси-видения замигала цифра пять, и Мальгрив прямо из метро
опустился на нижний горизонт базы, располагавшейся под центральным корпусом дома
отдыха - старинным, с колоннадой и огромными каменными чашами фонтанов у входа.
В помещении под номером пять начальника "контр-2" ждал Пауль Герцог. Говорили
они всего несколько минут, затем Герцог ушел, а через минуту в помещении,
преобразованном видеопластом в беседку на скале, обрывающейся в море, появился
Пайол Тот. Они сели в старинные кожаные кресла.
"Давайте проанализируем последние события, - сказал Пайол Тот, занимавший пост
директора Института глобалистики. - Кое-что в создавшейся ситуации мне не
нравится. С одной стороны, с философской точки зрения, все идет нормально: факты
свидетельствуют о том, что возможности, заложенные в социальной стадии эволюции,
человек исчерпал. С другой стороны, культура как игровое пространство
цивилизации далеко не использовала все свои варианты и умирать не собирается,
несмотря на стремительное падение морали и нравственных норм. Парадокс, вы не
находите?"
"Нет, - ответил Мальгрив бесстрастно. - Столь глубокий анализ основ социума мне
неподвластен. Для меня сейчас важнее более конкретные проблемы. Скажем,
недостаток профессиональных воинов класса Ставра Панкратова".
"Кстати, о Панкратове. Мы просили не использовать его по мелочам. Зачем вы
натравили его на Алсаддана?"
Начальник "контр-2" поморщился, он не любил, когда в отношении его сотрудников
употребляли термин "использовать".
"Попытка захвата Алсаддана - личная инициатива Ставра. Анализ показал, что он
был близок к успеху, но его план оказался недостаточно сумасшедшим".
"Подробности мне ни к чему. Поговорите с ним. Он способен решать более
масштабные задачи. Для чего он собирался захватить президента Совета
безопасности?"
"Он профессионал..."
"Я о глубинах расчета, а не о профессиональной подготовленности".
"Думаю, Ставр догадывается об истинном предназначении "контр-2" и решил, образно
выражаясь, пошевелить проволоку с навешанными на ней жестянками".
"Не понимаю".
"Это из глубокой истории. Триста с лишним лет назад, во время Второй мировой
войны, линию фронта фашисты иногда ограждали изгородью из колючей проволоки с
банками и бутылками. Стоило ее задеть..."
"А вы откуда это знаете?"
"Генная память. Что касается Ставра, то я говорил с ним. Он уже прошел Дпрививку
и готов к штурму базы эмиссара. Правда, гарантий успеха дерево прогноза
нам не дает. Я не уверен, что мы сможем проникнуть в центр эмиссара".
"К сожалению, я тоже не уверен. Мы слишком поздно поняли, что главный выход в
космос для человека - в нем самом, его психике, способной проникать, как теперь
выясняется, внутрь элементарных частиц, внутрь кварков. Если бы наши ученые, в
частности мой сын, начали изучать этот путь раньше, проблем с проникновением на
базу эмиссара ФАГа не было бы".
"Однако и ФАГ, похоже, не овладел подобным способом преодоления пространства".
"На наше счастье. Но к делу. Итак, ФАГ начинает "просачиваться" внутрь "контр2",
как мы и предполагали. Его агенты появились на базе Упсаала и на Меркурии, а
также в синклите старейшин Всевеча. Контроль обеспечен?"
"Проконсулов синклита надо выводить из игры, они слишком близко подошли к ФАГу и
находятся на острие его первого удара".
"Хорошо, я соберу думу. Как вы считаете, стоит ли нам завтра штурмовать базу
ФАГа?"
Мальгрив откинулся на спинку кресла, глянул с сомнением на твердое лицо Пайола
Тота, ответил не сразу:
"Не знаю. Но если мы уничтожим базу... вместе с эмиссаром... то в Системе вполне
может появиться его заместитель".
Тот кивнул.
"Нужен совет Грехова. У вас есть связь с ним?"
"Он появляется только тогда, когда отчаянно необходим, и там, где без него
ничего сделать нельзя".
"Инфекция чужих законов начинает преобразовывать локальные объемы пространства.
Возле Тартара обнаружен нестабильный элемент под номером пять, который
изначально отсутствовал в домене. То есть изменились наши законы! Это
несомненная удача ФАГа, и пришла пора воевать всерьез, на пределе сил. Пружина
сжимается. Если мы не найдем союзников, а помочь может только Грехов, мы Войну
проиграем".
Мальгрив покачал головой.
"Вы так не думаете".
Пайол Тот встал.
"Я не думаю, я знаю".
Он ушел, а Джордан Мальгрив, руководитель и организатор "контр-2", остался
размышлять над словами глобалиста.
К удивлению Ставра, Мальгрив не устроил ему разнос и не стал читать нотаций. Он
лишь вздохнул и сказал:
"Снова начнут чесаться кулаки - предупреди заранее, может быть, я найду им
достойное применение".
Все еще ломая голову над словом "достойное", Ставр прибыл на Меркурий, где его
ждали отец и почти все проконсулы синклита, готовые поучаствовать в операции по
розыску и штурму базы эмиссара в Солнце. Однако операцию полностью взяла под
контроль "контр-2", и экспертам ничего не оставалось, кроме как стать простыми
наблюдателями.
В зале базы Ставр снова встретил Анну Ковальчук, что его насторожило: по его
мнению, физику-фридманологу из группы Вивекананды, изучающему Тартар, нечего
было делать на секретной базе контрразведки. Уже первая мимолетная встреча с
Анной здесь оказалась для Ставра полнейшей неожиданностью, но тогда он был занят
другими делами и не придал этому факту особого значения. Теперь же, после
намеков Мальгрива и собственных наблюдений, эта встреча выглядела в ином свете.
Если бы Анна работала на "контр-2", Джордан наверняка предупредил бы Панкратова.
Пока шла подготовка команды спейсера "Флокс" к походу в Солнце, Ставр отозвал в
сторонку отца и поделился с ним своими сомнениями.
"Не ломай голову, - ответил Прохор. - Здесь есть кому заниматься этими делами.
Ты что, плохо знаешь эту даму?"
"Я с ней проработал в одной команде больше года, но... - Ставр замялся. - Не
скажу, что знаю ее хорошо".
"Ну и успокойся. Тот, кто пригласил Анну сюда, вероятно, знает ее лучше. Что у
тебя с той девочкой, Виданой? Кстати, я ее почему-то не вижу здесь".
"Она получила какое-то задание от своего шефа в "погран-2". - Ставр вдруг отвел
взгляд. - Она становится мне необходимой, па..."
"Ну, это еще не трагедия. - Прохор сжал плечо сына, улыбнулся. - Вот когда ты
скажешь: жить без нее не могу! - тогда нам с мамой придется поволноваться.
Надеюсь, волнения наши будут радостными?"
Об ощущениях Ставра, прошедшего Д-прививку, они не говорили, хотя Прохору очень
хотелось узнать, что чувствует сын. Ставр же пока ничего особенного не
испытывал, лишь легкое жжение кожи под мышками и в паху да редкие покалывания в
нервных узлах. Уже на следующее утро он испытал прочность кожи, воткнув в палец
иглу и сломав ее. Но по большому счету к настоящим испытаниям он еще готов не
был.
- Внимание! Прошло сообщение Голоса Пустоты, - ожила рация "спрута-2". -
Дословно: "Болезнь голубизны и левого поворота к счастью осыпающихся хризантем
лечится отсечением головы Вселенной в третьей фазе затмения. Спешите с
курьером".
Отец и сын переглянулись.
"Звучит двусмысленно, - покачал головой Ставр, - особенно о "болезни голубизны".
Прохор помрачнел:
"Голос что-то все время пытается сообщить нам, но смысл его посланий становится
все темней. Хотя насчет "отсечения головы" он прав, рубить ее надо. Я имею в
виду голову эмиссара".
"Но о курьере он все-таки сказал напрямую. Не намекает ли он на отправку посла к
Сеятелям? Или к самому Конструктору?"
Прохор не успел ответить. Началась активная фаза операции "Разведка-2", и ему
как командиру десанта пора было собирать свою обойму, в которую входил и
Панкратов-младший.
Надев и опробовав "бумеранги", оба вместе с группой десанта из тридцати двух
человек поднялись на борт спейсера и расположились в специальном отсеке,
прислушиваясь к переговорам пилотов и диспетчера системы целенаведения.
Последним появился Пауль Герцог, занял место "крайнего нападающего", помахал
рукой Панкратовым.
То, что бывший комиссар безопасности идет с ними в поход, повысило настроение
Ставра, но в это время спейсер приготовился к старту, и отвлекаться на
посторонние мысли стало недосуг.
Спейсер "Флокс" представлял собой машину пространства последнего поколения,
превосходящую все современные космические аппараты текучестью форм, защитой и
энерговооруженностью. Но по сравнению с гигантами предыдущих моделей он
показался бы маленьким и неказистым, тем более что для маскировки принимал форму
грузового галеона. В данный момент он тоже представлял собой галеон службы
Солнца, контролирующий состояние дневного светила. По официальной версии, такие
корабли находились еще в стадии разработки, но "контр-2" уже имела несколько
машин. На одной из них Прохор Панкратов ходил в глубокий поиск за пределы
Галактики.
"Ни пуха ни пера!" - донесся до команды спейсера пси-голос Джордана Мальгрива,
одного из "углов" квалитета ответственности. Вторым "углом" был Пайол Тот,
третьим - Ратибор Берестов, оставшийся начальником стратегического сектора ОБ,
несмотря на давление Еранцева.
"К черту!" - ответил командир спейсера интраморф Джон Дэвил. Он был африканец,
работал где-то на родном континенте, и Ставр его не знал, но, по отзывам, Дэвил
был отличным парнем, весельчаком и балагуром. Но главное - он был эрмом.
"Команде - готовность ноль! - предупредил пилот десантную обойму".
"Ныряй, - коротко ответил Прохор Панкратов, назначенный командиром десанта".
И спейсер, не отрываясь от слоистых скал Меркурианского плоскогорья, метнулся по
"струне" в фотосферу Солнца, к одной из двух "дыр", где, как предполагалось,
находился центр эмиссара ФАГа.
Благодаря ухищрениям ультраоптики десантники спейсера видели то же, что и пилоты
- все объекты сложнейшего "энергетического хозяйства" Солнца.
"Прошли корону", - доложил инк спейсера.
И все увидели колоссальный эруптивный протуберанец, похожий на сияющую
прозрачно-золотую медузу, поднявшуюся над краем Солнца на триста тысяч
километров. Его изображение было синтезировано для человеческого глаза из
доброго десятка электромагнитных диапазонов, от инфракрасного до рентгеновского,
но наибольшую яркость давал диапазон кислорода-6[98] при температуре триста
тысяч градусов.
Кроме протуберанца, наблюдатели могли видеть и активную петлю из ионизованного
газа, являющуюся частью внутренней короны и упиравшуюся в активную область рядом
с "ямой", но петля не так впечатляла, как протуберанец, хотя и ее радиус - сто
двадцать тысяч километров - давал хорошее представление о масштабах процессов на
поверхности Солнца.
"Прошли хромосферу".
"Целеуказание снимаю", - прилетел голос диспетчера с базы Меркурия.
Отсек десанта затопил бестеневой ослепительно желтый свет, в котором трудно было
что-либо различить. Прохор выключил видеостены, и в отсеке стало темно, однако
изображение солнечной поверхности продолжало передаваться непосредственно в
глаза каждому десантнику, так что яркость и диапазон видимости можно было
регулировать.
"Прошли обращающий слой".
Корабль приобрел форму чечевицы и оделся в слой "абсолютного зеркала",
позволяющий ему находиться не только в атмосфере Солнца, но и в его недрах с
температурой в миллионы градусов и с гигантской плотностью. База ФАГа наверняка
тоже скрывалась под "абсолютным зеркалом", поэтому Ставр не понимал, каким
образом ее надеялся обнаружить командир спейсера, но Прохор уловил его мысль и
ответил:
"Мы подготовили для эмиссара бо-ольшой сюрприз! Дело в том, что "абсолютное
зеркало", то есть собственно поляризованный вакуум, очень хитрым образом
взаимодействует сам с собой, "перетекает" из объема в объем, обмениваясь
хроноквантовыми потоками, искривляющими время. В качестве иллюстрации можно
предложить движение лемоидов".
"Разве лемоиды используют искривление времени?"
"Задело, физик? Может быть, и не используют. Если бы ты продолжал работать на
Тартаре, сам дошел бы до этого открытия. Так вот, лемоиды генерируют трехмерный
поток времени и живут то "параллельно" нашему пространственно-временному
континууму, то "под углом" к нему. А процесс преобразования сопровождается
сбросом пузырей "поляризован
...Закладка в соц.сетях
