Жанр: Электронное издание
Relict2t
...сто на патрульном птеране, схватка уже закончилась
победой "охотников", один из которых оказался вооружен карабином "дракон".
Взбешенный Герман рявкнул с высоты в мегафон-усилитель: "Всем лечь!" - догнал
стрелка, отобрал карабин и с удовольствием съездил им же по пятнистой крысиной
физиономии. Остальные попытались устроить кучу малу, дабы проучить обидчика, но
Лабовиц не стал церемониться и быстро охладил пыл "бойцов", наставив им шишек и
синяков. В эту секунду из выпуклого бока скалы с гейзером камней и дыма выполз
скалогрыз, и обеим противоборствующим сторонам пришлось спешно ретироваться.
Герман без особых угрызений совести оставил бы "охотников" на поле боя, но со
скалогрызом шутки были плохи: все могло закончиться трагедией; ибо эти звери
просто не видели людей благодаря своему гамма-радиоактивному зрению. Вместе с
подоспевшей охраной зоны Лабовиц быстро загрузил компанию в патрульный катер и
отослал с пилотом разбираться в центральное управление охраны заповедников.
Аэры улетели, пыль улеглась, скалогрыз застыл в полусотне метров блещущей
металлической колонной, не обратив внимания на возню у подножия скалы. Его
кошмарная голова, напоминающая гибрид фрез горнорудного комбайна с ушами летучих
мышей, качнулась два раза слева направо и тоже замерла. И в этот момент из
отверстия старого тоннеля в скале, располагавшегося в десятке метров от
задумавшегося Лабовица, выпрыгнул человек. Мягко, по-кошачьи приземлился и
повернулся лицом к Герману.
"Привет, стармен. Приятно видеть, что ты в форме".
Лабовиц не ответил, узнавая бывшего К-мигранта Вильяма Шебранна. С виду тот не
был вооружен, однако Герман чувствовал прицельную цепкость взгляда Шебранна, что
указывало на встроенную в его костюм спецаппаратуру и оружие. Впрочем, на самом
Лабовице был надет такой же костюм.
Не оборачиваясь, он огляделся в поле Сил и обнаружил еще двоих гостей, за спиной
и сбоку, а также куттер за скалами, серьезную машину с серьезным вооружением.
Если начнется бой, долго ему не продержаться. Но кое-какие сюрпризы эти гости на
своей шкуре испытают.
"Не рад, что ли? - продолжал Шебранн, приблизившись на несколько шагов. - Или
ждешь кого-то другого?"
"Чего надо?" - угрюмо поинтересовался Лабовиц.
"Значит, не рад. Впрочем, ты всегда предпочитал сразу брать быка за рога. Тогда
к делу. У нас к тебе предложение. Существует группа людей, которых не устраивает
нынешнее положение вещей. Они нуждаются в хороших помощниках-профессионалах, а
ты бывалый стармен, экзоморф и мастер воинских искусств. Не хотел бы поработать
на них? Оплата очень высокая".
"Не хотел бы!" - отрубил Герман, не пытаясь даже выяснить цену.
"Мы так и предполагали. Тогда у нас есть еще одно предложение: дай нам код метро
в доме Грехова. Он тебе не сват, не брат, не друг и не учитель. А мы в
благодарность не станем искать твоих родственников и друзей, могущих пострадать
ни за что".
"У меня нет родственников. - Лабовиц сделал шаг навстречу, и К-мигрант отлетел
на несколько метров, грохнувшись спиной на камни. - У меня нет друзей. А теперь
проваливай отсюда, пока цел! Повторять не буду".
К-мигрант не торопясь встал, покачал головой. Он готовился применить оружие, но
и Лабовиц был готов к стрельбе в любой момент, тем более что ему не надо было
поворачиваться в сторону выстрела. Он выстрелил за спину, как только услышал
незвуковую команду "огонь!".
Лазерная трасса перечеркнула напарника Шебранна, подкрадывавшегося сзади, а еще
один точный выстрел из "универсала" заставил второго помощника отступить за
валун. Конечно, на них были защитные костюмы, выдерживающие прямое попадание, к
тому же Герман не был бесшабашным задирой, уверенным в своей непременной победе,
а потому сразу после начала огневого контакта отступил к ближайшей дыре в горном
склоне, вызывая охрану и свой личный аэр.
Однако, несмотря на успешный маневр, все могло бы закончиться печально, потому
что гости кроме обычного оружия были вооружены своим, что и продемонстрировали,
выстрелив по Лабовицу из метателя "пауков". Но применить "генератор холода" они
не успели, в конфликт вмешались другие силы.
Скалогрыз, дремавший на солнышке и, казалось, не обращавший внимания на
развернувшиеся вокруг события, вдруг изогнулся и метнул в К-мигранта
десятиметровый язык огня. Высокотемпературная плазма оказалась для Шебранна не
очень приятным сюрпризом, и он, ослепленный, с визгом нырнул за камни.
Следующий плазменный выхлоп превратил второго стрелка в живой факел, а третий не
стал дожидаться решения своей участи и рванул по склону к появившемуся как изпод
земли аэру. Было видно, что это бежит не человек, но преследовать его никто
не стал.
Аэр подобрал дымящегося Вильяма Шебранна и на форсаже ушел в горы.
Лабовиц ждал появления из засады куттера, но он так и не прилетел: в заповеднике
поднялась тревога, и на помощь уже спешила машина охраны.
"Отдыхай, смотритель, - произнес скалогрыз, повернув голову к Герману. - Вечером
зайдешь, поговорим".
Животное свернулось кольцом, с силой распрямилось и вонзилось в бок скалы так,
что вздрогнула вся гора. Брызнуло во все стороны каменное крошево, дымные струи
ударили фонтанами, а когда дым рассеялся, взору представилось аккуратное
полутораметровое отверстие в скале, еще пышущее жаром.
Конечно, голос Грехова вовсе не означал, что это был он сам, но контраст
впечатлял, да и способность экзоморфа влиять на события на расстоянии тоже.
Перед тем как перенестись на погранзаставу "Стрелец", Ставр имел разговор с
отцом, выглядевшим рассеянно-озабоченным, словно обдумывающим какую-то сложную
проблему.
После неудачи с захватом эмиссара на его базе Панкратов-младший оказался как бы
не у дел. Никто не ставил ему никакой конкретной задачи: ни шеф СПП, ни
Железовский, ни даже исполнительный лидер "контр-2" Джордан Мальгрив, - и,
предоставленный самому себе, понимающий, что назревают какие-то важные события,
Ставр решил действовать самостоятельно.
Прохор был занят до предела, но зная, что Ставр нуждается в поддержке, во
встрече не отказал.
Он жил в центре Рославля, в стандартном кремнелитовом доме, возведенном еще сто
лет назад. Для Ставра, родившегося в Смоленске, на родине матери, этот дом был в
общем-то чужим, но квартиру отца он любил за уют и особый запах старины,
рожденный великолепной библиотекой.
"Завтракать будешь?" - спросил Прохор, работавший с оперативным инком в режиме
"один на один".
Ставр сел в свое любимое кресло, вытянул ноги и стал созерцать спину отца. Тот
обернулся, подняв бровь.
"Что-нибудь произошло?"
"Па, скажи честно, кто уговорил Яна Тота встретиться со мной?"
"А что, он тебя плохо встретил?"
"В том-то и дело, что слишком хорошо. Так все же кто? Баренц? Аристарх? Грехов?"
"Ты его не знаешь".
"А он меня, выходит, знает. Интересно. А ты сам давно узнал о положении дел на
Земле и вообще в космосе? Об Архитекторах, Конструкторе, Универсуме? О
проникновении ФАГа, его целях?"
"Об истинных целях ФАГа знает только он сам да еще Универсум, - уклончиво
ответил Прохор. - Скажем, взрыв Тартара и Чужой - не главная его цель, но и
прервать передачу "высших нервных сигналов" через "клетку"-домен тоже не
является основной его задачей, как утверждает Ян Тот. Хотя для нас это вопросы
жизни и смерти".
"Понятно. Значит, ты все знал... и молчал".
Панкратов-старший внимательно присмотрелся к холодно-бесстрастному лицу сына.
"Ты должен был дойти до всего сам. Что тебя не устраивает конкретно?"
Ставр не ответил, размышляя над словами отца. Потом изрек:
"А тебе не кажется, что мы раунд за раундом проигрываем ФАГу по очкам?"
Прохор наконец вышел из оперативного поля инка и буркнул ему: "...Посчитай сам,
потом сравним". Повернулся к сыну:
"Ты ошибаешься. Мы отстаем от банды ФАГа всего на полшага, а по многим вопросам
опережаем. Примеры? Сколько угодно. Видана Железовская рассчитывала
взаимодействие эгрегоров, что явилось неожиданностью для них и здорово помогло
нам и еще поможет в будущем. А подручные ФАГа не смогли помешать ей. Забава
Боянова рассчитала тупиковую ситуацию социума, ее рекомендации также оказались
нам исключительно полезными, и снова ФАГ не успел предотвратить передачу
стратегически важной информации, хотя знал о расчетах и пытался ликвидировать
Забаву. Кроме того, нападения на интраморфов перестали быть фатальными, оружие
киллеров рассекречено, тайна нагуаля, по сути, раскрыта, в принципе вычислена
реперная база ФАГа. Скоро мы соберем силы и уничтожим ее. Появился мощный
противник ФАГа и наш союзник Грехов... Как видишь, мы работаем, и результаты
говорят сами за себя. А когда станет известна стратигема Игры Универсума, ее
логика, цель и методы, мы начнем наступление".
"Но нагуали растут так быстро, что мы можем не успеть найти тех, кто способен
очистить от них Вселенную!"
"Мы работаем изо всех сил. Но торопиться не следует. ФАГ силен и просчетов не
прощает. Делай свое дело, эрм, и дай другим делать свое".
Ставр обнял отца, почувствовав прилив нежности в ответ на его чувства.
"Ты меня не успокоил, отец, но все равно спасибо".
"Может быть, позавтракаешь?"
"Нет, благодарю, я уже зарядился. Не выходи из связи, па, вдруг понадоблюсь".
Прохор только улыбнулся в ответ.
Уже на пороге Ставр оглянулся.
"Известно, как убили Ги Делорма?"
"Пока нет", - медленно ответил отец.
Видана ждала Ставра на причале транспортного терминала в Североморске, где им
была обеспечена проводка по метро на погранзаставу "Стрелец". Обычным путем
попасть в систему Чужой уже не представлялось возможным, а Панкратову были
необходимы свобода маневра и независимость от машинного парка заставы. Поэтому,
воспользовавшись картой особых полномочий СПП, он добыл "голем" и собирался по
грузовому каналу переправить его на заставу. Риск был минимален: даже если на
заставе дотошный диспетчер выяснит, кому именно предназначается "голем",
скандала особого не будет, потому что официально сектор пограничных проблем имел
право на собственный поиск в любом регионе космоса. Другое дело, что тогда о
замысле Ставра узнает Мигель де Сильва, а этого Панкратов хотел избежать.
Одетые в "бумеранги" со спецоборудованием, неотличимые от любых других
сотрудников погранслужбы, они предъявили в метро терминала личные допуск-фейсы и
через несколько минут вышли из метро погранзаставы. Пока свершалась процедура
перехода, почти не разговаривали. Лишь при выходе Видана спросила, вспомнив
визит к Тоту Мудрому:
"Что такое "шуба"? Ян говорил, что нагуаль - это в основном "шуба" из
вырожденной материи, которой окутана "яма" бесконечной глубины..."
"Почему это тебя заинтересовало?" - удивился Ставр.
"Не знаю. Вспомнилось".
"В принципе каждая известная тебе элементарная частица представляет собой
"зашнурованную" систему частиц, то есть одетую в "шубу" из других частиц.
Например, "шуба" кварка состоит из трех глюонов и трех хиггсонов. Фотон -
суперпозиция из нескольких нейтральных состояний глюонов, по сути весь - "шуба".
Ну и так далее".
"Спасибо, я поняла".
Ставр продолжал поглядывать на девушку с недоумением, и та терпеливо добавила:
"Что такое "шуба", я поняла, непонятно другое: почему ядро нагуаля, "яма", не
засасывает в себя эту "шубу"? Ведь остальное вещество оно поглощает, не так ли?"
Ставр не нашелся что ответить, и дальнейший путь до транспортного отсека заставы
они проделали молча.
С момента исчезновения начальника погранотряда Левашова режим охраны станции был
ужесточен, поэтому их останавливали дважды: при переходе из отсека в отсек и во
время пересечения зоны контроля транспортного отсека. Инк охраны их пропустил,
но патруль, состоящий из трех человек, вежливо оттеснил от входа.
- Извините, коллеги, но вас в списках допуска в этот бункер нет.
"Это всего лишь нормал, - проговорила Видана. - Три удара, и мы внутри. А иначе
твой план провалится".
Ставр несколько мгновений решал, что делать, и неизвестно, чем бы все это
закончилось, если бы у отсека не появился Баркович.
- В чем дело?
"Этого нам только не хватало!" - подумал Ставр, внутренне сжимаясь, пока
охранник докладывал начальству причину конфликта. Куда ни пойдешь, везде торчит
командор! Теперь конец поиску и свободной работе вообще.
Но, к удивлению безопасника, командор погранслужбы не стал выпытывать, что
делает на заставе штатный сотрудник СПП Ставр Панкратов и куда он собрался
лететь "на ночь глядя" вместе с членом патрульной группы Виданой Железовской.
Баркович, занятый своими мыслями, сказал всего два слова:
- Внести и пропустить!
И ушел по коридору, не оглядываясь, в сопровождении витса-андроида. Видана,
глядя ему вслед, передала Ставру слоган, переводимый как изумленный присвист.
Охранник, человек дела, ничем не выразил своих чувств, козырнул, отступил в
сторону. Ставр кивнул и направился в тот угол отсека, где их уже ждал
персонифицированный "голем".
Стартовали вне всяких очередей и расписаний. Диспетчер-инк заставы даже не
запросил их имен, и это обстоятельство еще более озадачило Панкратова. Однако
своими подозрениями делиться с Виданой он не стал, о чем впоследствии пожалел.
Бездна пространства распахнулась сразу со всех сторон, но невесомость длилась
недолго - инк "голема" включил системы обеспечения, и пилоты почувствовали себя
сидящими в креслах, хотя на самом деле были "запакованы" в коконе. Мир вокруг
разделился на "верх" и "низ", "далеко" и "близко". Чужая - звезда, например,
была далеко, а Чужая - планета, рой чужан, казалась близкой. На разной стадии
удаления высветились другие объекты: "динозавролеты" чужан, кисейно-льдистостеклянные
"этажерки" орилоунов, спейс-машины космического флота землян. Нагуаль
в форме объемной кляксы со множеством нитей излучал голубой свет в сорока
тысячах километров от Чужой, но это было лишь его синтезированное инком
изображение, сам он виден не был ни в одном из диапазонов электромагнитного
спектра. Чужане, убедившись в том, что их решетка из "абсолютного зеркала" не
послужила препятствием для роста нагуаля, убрали "зеркало" и ограничить рост
"шубы" больше не пытались.
В ушах проклюнулся шум эфира в интервале пси - в радиоинтервалах люди давно не
вели переговоры, и лишь грохочущие молнии связи чужан и орилоунов вспарывали
эфир в этих диапазонах. И снова Ставра неприятно поразило отсутствие эфирного
сопровождения их "единицы контроля". Будто никто не заметил, что "голем" покинул
станцию и ушел в свободный полет.
- Не нравится мне все это, - сказал он вслух сквозь зубы.
"Что именно?" - поинтересовалась Видана.
"Тишина. То, что нас никто не сопровождает. Что мы встретили Барковича. Давай
разделим функции: я возьму на себя управление, связь и поиск, а ты включайся в
боевую оперсистему "голема".
"С удовольствием!"
Инк машины включил шпуг, и расстояние от заставы до псевдопланеты чужан, похожей
на Фаэтон-2, "голем" преодолел за четверть часа. И снова никто не окликнул их,
не передал предупреждение, не выдал пакет разрешенных траекторий, хотя
неподалеку дрейфовал спейсер пограничников "Кром". Переговоры экипажей земных
машин и дежурных заставы остались буднично спокойными, неторопливыми и
функционально специфичными. На рейд "голема" не обратил внимания даже Умник
базы, контролирующий перемещение всех объектов в системе Чужой.
Планета роидов заняла весь объем переднего обзора, и Ставр перестал отвлекаться.
Для выполнения задуманного необходимо было вывести машину точно по вектору
движения когга Левашова и найти точку входа в верхний слой гигантского шара
роидов. Конечно, Артура уже искали земные корабли, но они не знали того, что
знал Панкратов, и поиски закончились безрезультатно.
Инк "голема", имевший запись сопровождения аппарата Левашова, справился с
задачей быстро, они вышли в точку входа в Чужую роида с коггом Артура внутри, и
тогда Ставр начал свой поиск. Если Левашову удалось повторить опыт Погорилого и
проникнуть внутрь роида, возле этого "обломка горы" должен был дежурить
"дредноут" чужан, несомненно заинтересованный исчезновением земного аппарата.
Видана не знала замысла напарника, но вопросов не задавала, увлекшись
созерцанием планеты роидов и совместной с инком работой по защите "голема". В
отличие от земных наблюдателей, чулане обратили внимание на пришельца, но
сопровождали его на расстоянии, держа "на поводке" локации. С момента конфликта,
спровоцированного эмиссаром ФАГа, в результате которого чужане напали на
погранзаставу и земных исследователей, роиды больше не контактировали с людьми и
вели себя сдержанно, будто кто-то помог им разобраться с ситуацией и
реабилитировать землян, и все же они явно начинали нервничать, когда земные
спейс-машины приближались к их владениям, а больше всего - к нагуалю. Понять их
было несложно: роиды боялись, что чужие исследователи случайно дестабилизируют
нагуаль, и тот взорвется, уничтожив ближайший район космоса со звездой и
планетой.
Полчаса прошло в молчании. Если бы не напряжение, охватившее Ставра, он тоже мог
бы залюбоваться "ландшафтом" внизу - гигантским полем медленно движущихся черных
камней разного размера. Вверху их плотность была мала, но чем глубже в недра роя
проникал взор; тем скопление становилось плотней, пока не превращалось в
сплошной "снежный ком". Но самым удивительным было то, что роиды при этом не
касались друг друга, какая-то сила удерживала их на расстоянии сотен метров, и
между ними можно было пробраться даже в центр Чужой, в ее ядро. Много лет назад
отец Ставра проделал такой эксперимент...
Панкратов уловил какой-то пси-шорох в общей каше звуков пространства, омывающих
мозг, повернул "голем", и через несколько минут погружения в россыпь роидов они
увидели целую группу объектов искусственного происхождения. Здесь мирно ужились
чужанский спейсер, два горыныча и орилоунский. "хрустально-дырчатый" корабль. И
все они кружили вокруг трехсотметровой глыбы роида.
"Здесь! - воскликнул Ставр. - Артур здесь, внутри!"
"Почему ты так уверен?"
"Потому что горынычам и орилоунам внутри Чужой делать нечего, это машины чьих-то
исследовательских или тревожных служб. Может быть, тех разумных, что появились
одновременно с "серыми призраками".
"Если уверен, продолжай в том же духе. Что будем делать?"
"Дадим знать Артуру, что мы здесь, пусть вылезает".
"Каким образом?"
Вместо ответа Ставр повел "голем" на сближение с горой чужанина. Горыныч и
орилоунский спейсер на это не прореагировали никак, а чужанский "дредноут",
действительно чем-то похожий на древний военный корабль, тотчас же пристроился
рядом, разглядывая новый объект во все "глаза".
"Может быть, ты все-таки скажешь, что собираешься делать?" - холодно
осведомилась Видана.
"Расстреливать эту глыбу, - ответил Ставр. - Я заготовил около сотни капсул с
записью обращения к Артуру. Их надо вогнать в роида, а там уже, если Артур жив,
он как-нибудь прочитает послание".
"Ну и что?"
"Думаю, ему помогут выбраться обратно".
Видана видала слоган, полный скептицизма и сомнений, но Ставр на него не
ответил.
Стрелять пришлось наугад, потому что "голем" не имел аппаратуры, определяющей
"слепые" пятна на поверхности роида. Однако им повезло: из сотни капсул удалось
вонзить в чужанина около двух десятков, после чего оставалось только ждать.
Чужанский корабль подплыл ближе, подозрительно разглядывая "мечущий икру" земной
аппарат, но Ставр пока не включал "саван" полной защиты, существенно
ограничивающий маневренность "голема".
В ожидании прошел час, другой, потом Видана не выдержала:
"Кажется, твоя идея не сработала, эрм. Может, лучше нам самим пролезть в роид?
Определим точку, где проникла капсула, и на разгоне на таран..."
Идея была, что называется, "с сумасшедшинкой", и Ставр, наверное, рискнул бы ее
апробировать, но в это время случилось то, на что он втайне не надеялся: из горы
чужанина вылетел гигантский светящийся фантом, очертаниями похожий на человека в
"бумеранге". Поплыл в сторону, корчась, оплывая, превращаясь в шар, в облако, в
струю дыма. Растаял.
Горынычи на его появление ответили вдруг "атакой" чужанина и исчезли в том
месте, откуда выплыл фантом, а орилоун перестал рыскать вокруг и застыл,
повернувшись к горе роида остроконечной головой.
Ставр не успел ничего ни предпринять, ни решить - ответ ли это Левашова или он
сам, вернее, его "тень", сумевшая пробиться наружу из пространства роида, как
появился еще один призрак, только поменьше. Отплыл, уменьшился, испарился. Затем
еще один и еще, пока размеры фантомов не приблизились к размерам человеческого
тела. И, наконец, с фонтаном черных обломков вылетел тускло мерцающий
натуральный "бумеранг" с человеком внутри.
Сомнений не оставалось - это был Артур Левашов. Почему он появился "голым", в то
время как уходил на специально оборудованном когте, было неизвестно, однако
Ставр не стал медлить, блестяще решив задачу поимки кувыркающегося человека.
Чужанский "дредноут" не успел даже развернуться, чтобы принять летящий прямо на
него предмет, когда "голем", ведомый Панкратовым "заглотнул" его и дал деру,
увертываясь от плавающих вокруг роидов.
Через несколько минут они вылетели за пределы "атмосферы" планеты, но Ставр
вдруг притормозил и спрятал "голем" за стометровой тушей одинокого роида,
последнего из тех, что образовывали редкий верхний слой. Видана, порывавшаяся
вылезти из кокона рубки и пройти в хвостовой "карман" аппарата, где был
запакован Артур Левашов, не подававший признаков жизни, замерла от жесткого
возгласа Ставра:
"Не время! На место!"
Девушку неприятно задел его тон, но она повиновалась, а когда огляделась в псиполе,
то поняла, что их ждут. И почти простила напарнику резкость.
Их сторожили по крайней мере три группы спейс-машин, образующие каждая свой псифон
ожидания. Одна, несомненно, принадлежала погранслужбе, две другие -
неизвестным формированиям, в пси-фоне которых просматривалось больше негативных
линий и отрицательных эмоций. Был еще один объект, наблюдавший за местным
районом космоса, но он почему-то идентифицировался с планетой чужан или же
прятался в ее глубине.
"Оружие к бою! - сказал Ставр с неожиданным хладнокровием - специально для
Виданы: инку, управляющему оружием, эта команда была не нужна. - Пойдем
"мотыльком", поэтому будь готова к перегрузкам".
Видана кивнула, сглатывая комок в горле. Она никогда не водила машины в режиме
"мотылек" - с танцующим центром тяжести, когда его траекторию просчитать было
невозможно, а ускорение при этом раскладывалось на три вектора, то есть как бы
"раздирало" человека изнутри, - но слышать об этом слышала.
"Готова?"
Видана снова кивнула, и хотя видеть этого Ставр не мог, он тут же выдернул
"голем" из-за роида и включил форсаж, молясь в душе, чтобы им повезло и чтобы
Левашов остался жив.
Тибет - Меркурий
Левашов был слаб, но в сознании. Улыбаясь глазами, он оглядел примолкшую
аудиторию: Герцога, Железовского, Велизара, Видану и Ставра. Все они по-своему
оценили и пережили его рассказ, но главным в их чувствах было удивление. Артур
выжил там, где человек не должен был выжить, и благодарить за это нужно было
чужан, сумевших разобраться, кто к ним прибыл и с какой целью.
Конечно, Левашов мало что успел сделать, прорвавшись внутрь "обломка" чужанского
пространства. Время там текло иначе, как бы колеблясь вокруг вектора времени
снаружи, и по его часам прошло всего минут двадцать, как вдруг чужаке сообщили,
что его вызывают домой, да и вообще пора возвращаться, так как они не могут
долго удерживать от распада континуум чужого пространства внутри своей
"колонии".
Уходил Левашов с большим сожалением, хотя и понимал, что нельзя злоупотреблять
гостеприимством. Но энергоресурсы когга таяли на глазах, защита не справлялась с
просачиванием внутрь законов чужого мира, пришлось катапультироваться в
"бумеранге", когда чужане подали сигнал готовности.
Самым поразительным в контакте оказалось то, что собственно "люди" роида
изменялись при общении! А ведь живыми существами в понятии землян они не были.
Вся их жизнь, по сути, представляла собой процесс математического преобразования
при получении новой информации, ибо были они всего-навсего "пакетами формул". И
тем не менее каждый из них имел личностные черты, обладая сугубо индивидуальной
организацией и программой.
А самое главное, теперь окончательно можно было считать подтвержденной гипотезу,
что тартариане, чужане и орилоуны - родственники, вернее, одни и те же существа,
но на разных стадиях эволюции выхода в континуум местной метавселенной. И еще:
Артур не был уверен до конца, но понял так, что "пространство" внутри роида -
вовсе не трехмерная Евклидова пустота космоса, к какой привыкли люди. Его и
пространством-то назвать было нельзя, а скорее скоплением удивительных
геометрических фигур, изменяющихся в соответствии с "движением" чужан-"формул".
По сути, это был процесс не передвижения, а изменения фигур, быстрый или
медленный, в зависимости от желаемой чужанину скорости. Но увидеть это или
ощутить Левашов не смог, все его органы чувств отказали, и мозг регистрировал
лишь хаотическое метание пятен, бликов и призрачных фигур, отзываясь на
поступление информации, которую он не мог ни оценить, ни выразить образами,
словами или символами. Чужане сами нашли способ сообщить гостю о себе, через
аппаратуру когга, потому что они начали изучать жизнь людей раньше и
продвинулись в этом направлении дальше.
"Спасибо, что вытащили, - сказал Левашов Ставру и Видане. - Я мог остаться там
навсегда".
"Молодцы, молодцы, - проворчал Железовский, вставая; все четверо сидели вокруг
кровати, на которой лежал Артур и которая находилась в знакомом бункере под
Тибетом. - Одного не пойму: как вы догадались, куда именно ушел Артур?"
Ставр встретил понимающий взгляд Левашова, который подмигнул и ответил вместо
Панкратова:
"Мы с ним одинаково думаем и долгое время работали над одной и той же проблемой.
Зато теперь чужане знают, что к ним могут просочиться нежелательные гости,
способные разрушить их мир изнутри или с
...Закладка в соц.сетях
