Жанр: Электронное издание
Tochin4
... острые обломки скал, большие и
малые каменюги, - и юбке летящего-скользящего над землей аппарата быстро бы пришел
конец...
Можно, конечно, предположить что угодно. Открывай любой НФ-роман и предполагай
вволю: неприятели (в мыслях Гамаюн стал называть их онгонами) скользят над степью в
глайдерах с гравитонной тягой. Или в скутерах - с позитронной. А бортовое оружие -
лазеры, фазеры, мазеры, скорчеры, бластеры, станнеры... Плюс старый добрый аппарат
инженера Гарина. Предположить можно все. Хотя сомнительно - для скользящих на
глайдерах и палящих из бластеров размах онгонов мелковат. Мышиная возня. Мелкое
интриганство. Можно было бы раз и навсегда прихлопнуть Девятку, будь на то силы и
средства. Значит - нет. И скутеров нет, и скорчеров...
Зато должен остаться след... Но и следа пока не обнаружилось. Гамаюн слегка изменил
курс. Направление - Сухой Ручей.
Там он надеялся получить информацию...
4
Их было трое - выехавших в степь через час после колонны.
Вовка-Череп, приятель террориста-неудачника Кешки. Марусик (не прозвище -
фамилия), сын прапорщика с девяносто пятой части. И Олег Звягинцев -
восемнадцатилетний оболтус, верховодивший в этой компании.
Выехали на охоту - со дня на день ожидался массовый проход сайгаков. Однако стада
задерживались или шли чуть стороной - троица выехала на разведку.
На КПП их пропустили за обещание поделиться добычей, яичная диета полковника
Радкевича стояла всем поперек горла. Опасений за судьбу охотников дежурные не
испытывали - даже старенький "Минск" Черепа (в просторечии - "макака") мог дать
изрядную фору скакунам степняков. А "Ява" Марусика и "Хонда" Олега - тем более. Хотя
на деле из троих мотоциклов наибольшей надежностью отличалась именно "макака" - руки
у Черепа были золотые. Жаль, сам дурак полный...
Съездили зря, сайгаков не нашли. Впустую прокатались два часа, сжигая сбереженный
зимой бензин - привезли одного зайца на троих. На КПП посетовали на неудачу, отдали
лопоухого - возиться, обдирать и потрошить никому из троицы не хотелось. Договорились с
парнями из наряда, что через несколько дней, в их смену, попытают счастья снова - те не
возражали. Риск, что кто-нибудь из начальства засечет охотников в момент въезда или
выезда - минимальный.
Ни дежурные, ни сами охотники не знали, что в следующий выезд им попадутся не
сайгаки. Совсем другая дичь...
- Ну как оно, Лизавета? Вообще?.. - спросил Гамаюн, когда все гостинцы-подарки
были вручены и все новости с Девятки рассказаны.
Вопрос прозвучал, мягко говоря, расплывчато. Неконкретно. Как еще расспросить о
семейной жизни девушку, вышедшую за мужчину, с которым ее разделяют не только века и
эпохи, но и многое другое? Язык, обычаи, весь уклад жизни, вся впитанная с младенчества
шкала ценностей... А соединяет лишь одно - то, что от века соединяет мужчину и
женщину...
- Ничего, нормально... - протянула Лиза Кремер. Гамаюн посмотрел на нее с тревогой.
Она тряхнула светлыми волосами и поспешила тревогу рассеять:
- Все в порядке. Интересно даже... Верхом научилась ездить - а раньше так все
сбивала, ой... Доить научилась - овец, верблюдиц... И еще много чему научилась.
Она сделала паузу и добавила с неожиданной гордостью:
- А мужа мыться научила - каждый вечер. Вот!
Гамаюн улыбнулся. Кремеровская кровь не водица, быть ее сыновьям ханами и
нойонами. И мужу Лизы наверняка предстоит еще учиться, учиться и учиться...
... Нельзя сказать, что на расположившемся у Сухого Ручья кочевье их приняли
радушно. Скорее - настороженно. Хотя новоявленным родственникам Кремера хан и не
присылал дротик войны перед последней стычкой, но... Ладно, в степи гость есть гость -
даже если он Карахар. Удара в спину можно не опасаться.
И именно здесь они напали на след.
Кочевники издалека видели Дракона Земли - одинокого, отбившегося от стаи. Вчера
вечером, издалека — силуэт на вершине кургана. Судя по описанию - бортовой "Урал" или
ЗИЛ. Интересно... Две грузовые машины пропали на уничтоженном Четвертом Посту. Пять
или шесть - раньше. До того, как машины перестали надеяться на скорость и начали ходить
в конвоях и колоннах, с мощным прикрытием. В любом случае глайдерами и бластерами не
пахнет... Гипотеза: так называемых онгонов мало, раз приходиться им загребать жар чужими
руками. И техническое оснащение не блещет - раз столь активно используют трофеи. Надо
думать, странные восьмипалые парни оказались здесь так же, как и Девятка. Неожиданно.
Неподготовленными... Не повезло им... Но откуда они свалились? Из непредставимо
далекого прошлого? Из еще менее представимого будущего? Не важно. Важно одно: найти и
уничтожить... Незачем сочувствовать врагу. Врага надо уничтожать.
Направление движения засеченного кочевниками Дракона как будто укладывалось в
схему Гамаюна. Машина двигалась параллельно линии, соединявшей Девятку и район
предположительного расположения базы. Базы онгонов...
Хотя обольщаться не стоило. Сам Гамаюн, почувствуй в подобной ситуации за собой
наблюдение, - резко изменил бы курс и сбил наблюдателей с толку.
Сухой Ручей они покинули быстро.
Лиза уговаривала задержаться, переждать хотя бы самую дневную жару. Аргачи, ее
муж (в отсутствие отца он остался на кочевье за главного), к уговорам не присоединился.
Гости были из тех, уходу которых втайне радуешься.
Колонна запылила степью.
Карахар спешил.
Место оказалось отвратное.
Уже не степь - пустыня. Для большинства пустыня ассоциируется с гигантским
пляжем без моря - бескрайний желтый песок и палящее с небес солнце. На более
возвышенных и бесплодных местах прибалхашской равнины песка не имелось. Камень.
Мелкая каменная крошка, из которой кое-где торчат каменюги побольше - какие с кулак,
какие с добрый бочонок размером. Фактически, это были неимоверно древние горы -
умершие так давно, что надо быть Кювье, чтобы увидеть былые вершины в этих плоских,
чуть приподнятых над степью пустынных участках... Трупы гор. А труп - всегда мерзкое
зрелище.
Здесь почти ничего не росло. Редкие, в нескольких метрах друг от друга, низенькие
колючие кустики, умудрялись как-то извлекать влагу из камня - и все. Ни травинки, ни
былинки. Но и эти мертвые земли использовались как пастбища для неприхотливых
верблюдов. За обладание ими рассекали воздух кончары и дротики. Кровь орошала
бесплодный камень - плодороднее он не становился.
От похожих мест подсознательно ждешь какой-нибудь гнусности. Так и вышло -
накрылась рулевая тяга на одном из бензовозов. Запчастей Гамаюн захватил в достатке, но
признак настораживающий. Стары, ох как стары Драконы Земли. И перспектива на
ближайшие годы одна - придется закупать лошадок и учить ребят ездить. Организовывать
кавалерию. И осваивать производство холодного оружия. Дальнобойных арбалетов. Мечей
из хорошей стали. Доспехов, не боящихся кончаров и джеридов...
...Тягу меняли. Ткачик подошел к командирской машине.
- Старшой, разговор есть. Раз уж привал незапланированный вышел... Отойдем?
Они отошли. О необходимости серьезного разговора экс-мичман задумывался давно. А
после отключения, путча и переговоров с Нурали убедился в его неизбежности. Начал
Ткачик без каких-либо предисловий:
- Есть мнение, подполковник. Не у одного меня - у многих. И пришло время его
обсудить. Мнение такое: Таманцев руководить Девяткой не может. Не то и не так он делает и
кончится все плохо - для всех. Его подковерные игры были хороши там и тогда. Здесь надо
брать ответственность за все на себя. За кровь - в том числе. Мы могли пресечь весь этот
путч в зародыше - арестовав Боровца и еще двух-трех человек. И вправив мозги другим.
Таманцев дал произойти всему, что произошло, по одной-единственной причине: хотел
убрать Орлова - насовсем. И списать все на "орлят". Он и тебя мог в ходе путча - насовсем.
И списать по той же статье... Легко. Просто Милену вовремя похитили... Штабной стратег
Звягинцев ее бы в степи не разыскал - ясно каждому. А что будет по возвращении... Любого
— что с Миленой, что без... Ты уверен, что голова Карахара не послужит Таманцеву
разменной монетой в каком-нибудь торге с Нурали? Я не уверен.
- Что ты предлагаешь? - спросил Гамаюн. Хотя и без того понимал - что. Но
расставить точки над i стоило.
- Сместить Таманцева. Сразу по возвращении. Пока они со Звягинцевым сдуру не
уложили в степи лучших людей Отдела. Пока генерал не законопатил на Посты всех, кто
думает, что лучший вариант - это ты во главе Девятки.
Слово прозвучало. Ткачик ждал ответа.
- Знаешь, морпех, -медленно сказал Гамаюн, - есть такая книжечка... Называется
Устав. И выполнять его надо не потому, что иначе влепят наряд или загонят на губу. Просто
если ты решишь, что самый умный и самый сильный, и кирпич ладонью рубишь, и уставы не
для тебя писаны - это конец. Не завтра, так послезавтра появятся другие, которые решат: ему
можно, а мне нельзя? А почему? Я не дурнее, а ладонью аж три кирпича рублю... И
пошло-поехало.
Похоже, железной уверенности в голосе Гамаюна кавторанг не услышал. Потому что
не прекратил разговор:
- Значит, устав надлежит переписать. Уставы сочиняют, чтобы они учили побеждать. А
не для того, чтобы дать себя зарезать во славу параграфа...
Резкий свист прервал разговор. Лягушонок помахал рукой - поломка исправлена.
Можно ехать.
- Ладно, морпех. Поговорим еще... А вообще-то - неплохо для начала вернуться.
Худа без добра не бывает. Поломка бензовоза это подтвердила. Одна из машин,
высланных, пока стояли, во все стороны для разведки - нашла след.
Это было озеро - вытянутое, как клинок кончара. Безжизненное соленое озеро,
наливающееся талой водой только по весне. Сейчас вода высохла - белёсо-серая корка соли,
вся расколотая пересекающимися трещинами. Под коркой - изрядно нагревшаяся на солнце
жижа. Не то ил, не то просто грязь. Вполне вероятно, что это месиво обладало целебными
свойствами, и можно было открывать здесь бальнеологический курорт.
Пассажиры машины, влетевшей, судя по следам, в предательскую топь, возможностью
открытия курорта не заинтересовались. Вытянули, надо думать, на сухое место лебедкой. И
поехали в объезд.
- Ночью ехали, - сказал Ткачик. - Причем без фар. И добавил не слишком уверенно:
- Вертушек опасались...
Нестыковка, подумал Гамаюн. Едва ли похитители Милены не подозревают о
существовании иных методов засечения целей с воздуха, кроме визуальных... Судя по тому,
как грамотно разобрались с сигнализацией периметра - едва ли.
Гамаюн был прав. И не прав - одновременно. Похитители Милены - те, у кого
сохранилась хоть какая-то объективная возможность что-либо подозревать - занимались
сейчас отнюдь не этим. Совсем иным. Они извивались, пришпиленные к земле копьями с
узкими зазубренными наконечниками - а вдоль ряда их распластанных на земле фигур шел
невысокий коренастый человек и деловито разбивал головы палицей-перначем. После чего
шевеления и извивания прекращались.
Голову человека украшал шлем - грубо выкованный стальной шишак с опушкой из
меха степной куницы.
IV. Версия
- Сдается мне, Макс, — это не все, что ты хотел мне предъявить... - Таманцев кивнул
на разложенный по широкому лабораторному столу натюрморт.
Зрелище было малоаппетитное. Центральное место занимала емкость с заспиртованной
восьмипалой рукой. Конечность эта, и без того скорее функциональная, чем эстетичная,
вследствие опытов Кремера приобрела окончательно сюрреалистические формы. Остальные
экспонаты, размером поменьше, майор извлек из тела покойного прапорщика Рюханова. В
основном из разнесенной выстрелом в упор головы.
При всем несовершенстве, чтоб не сказать убогости, оснащения лаборатории Девятки -
Таманцев в выводах Кремера не сомневался. Мертвый Рюханов лишь внешне походил на
известного многим прапорщика шестнадцатой части. Внутри же трупа обнаружилось много
интересного. Отталкивающего - но интересного.
По сути, прапорщик был симбионтом - хотя это определение достаточно условно. И
расплывчато. Симбиоз предполагает более-менее равноправное партнерство живых
организмов, не способных к раздельному существованию. Хотя, конечно, граница между
симбиозом и паразитизмом весьма неопределенна и размыта...
Но ясно одно - раньше прапорщик Рюханов великолепно обходился без поселившегося
у него в мозгу существа (?) размером с кулак ребенка, давшего метастазы в другие органы.
Прапорщик ходил на службу, а после службы употреблял спиртные напитки, а после
употребления заваливался спать, а проспавшись... Короче говоря, в конце концов
прапорщик отправился на Третий Пост, на месячное дежурство. Где погиб от удара острого
предмета в область сердца и обзавелся загадочным симбионтом - если, вопреки греческому
корню слова, возможен симбиоз с мертвыми. Или паразитом - если можно паразитировать
на трупах.
Кремер не имел понятия, как это загадочное существо сумело замедлить темпы
разложения и заставило работать органы мертвого тела - пусть и весьма отличным от
нормального способом. Майор даже не был уверен, что это именно существо, а не созданное
по невиданной технологии устройство. Но в одном он не сомневался - и разнесенный
девятимиллиметровой пулей симбионт прапорщика, и оторванная гранатой чья-то
конечность имеют единую природу. Естественную или искусственную - другой вопрос. Хотя
руки у тела Рюханова имели предписанное семейству гоминид отряда приматов количество
пальцев.
Таманцева очередная непонятность не озадачила. Ну стала реальностью легенда о
гаитянских зомби. Ну и что? После Прогона небывалых вещей для генерала не существовало
в принципе. Они, совместно со скептицизмом и рационализмом, остались там - в машинном
зале, где между устройств компьютера-призрака бродили призраки людей.
Таманцева интересовало другое. У Кремера было на уме и еще что-то. И, насколько он
знал майора, - что-то важное. Что-то более важное, чем ходячие трупы прапорщиков и
восьмипалые конечности.
- С чего ты решил? - слегка наиграно удивился Кремер.
- Элементарно, Ватсон. Во-первых, ты раза три поглядывал вон на те бумажные
рулоны в углу, с темой восьмипалых зомби никак вроде не связанные. Горделиво
поглядывал, как курица на собственнозадно снесенное яйцо. Во-вторых, судя по
доносящемуся порой абмре, в соседнем помещении пребывает некий господин Панкратов -
никто другой с такой силой "Русским лесом" пахнуть не может. Он, когда подшофе - то есть
всегда, - предпочитает держаться от меня подальше. А сейчас терпеливо ждет. Вывод:
накопали вы с ним что-то важное. И мертвого прапорщика не касающееся - в медицине и
патологоанатомии Панкратов ни уха ни рыла. Может, товарищи-ученые, просветите? Что тут
ваш коллективный разум породил?
И Кремер с присоединившимся Панкратовым просветили.
Кремер разложил на столе большой лист. Карта. Карта Девятки и прилегающих
окрестностей, крупномасштабная. Не план и не схема - именно карта.
- Мы допустили большую ошибку, - сказал майор. - Тогда, осенью, после Прогона.
Поспешили. Когда два события - в нашем случае Прогон и хроносдвиг - расположены так
близко по времени, то самая простая гипотеза - объявить одно из них причиной, а другое
следствием. А стоит найти хоть одно тому доказательство - и версия превращается в
постулат. В аксиому. И других причин искать уже не хочется...
- Ты нашел другую причину? - спросил Таманцев.
Кремер был прав, поиском иных объяснений, кроме нештатного срабатывания
"двойки", генерал не озабочивался. Когда следствия наседают со всех сторон и мечтают
нашпиговать тебя дротиками - как-то не до поиска причин.
- Я предлагаю поискать, - сказал Кремер. - Поискать в физическом смысле. И в
конкретном месте. Как мы осенью определили эпицентр хроносдвига? Очень просто -
посчитали зону переноса за окружность, взяли за граничные точки места обрыва ЛЭП и двух
дорог. И по трем точкам вычислили центр окружности - задачка из геометрии для шестого
класса. Причем подсознательно подгоняли задачку под ответ, под местоположение "двойки".
Однако не сошлось - линии пересеклись от нее чуть в стороне. Эту погрешность мы отнесли
на схематичность плана Девятки, по которому проводили привязку нашей геометрии к
местности. Версия: упомянутая схематичность привела не к погрешности, а к кардинальной
ошибке. Те, кто вычерчивал в свое время план, не предполагали, что по нему будут
проводить подобные изыскания. И внесли намеренные искажения - уменьшили размер бухт
озера и увеличили размер суши - она, собственно, только и интересовала картографов...
- И ты произвел точную съемку... - догадался Таманцев (Кремер кивнул). - И
эпицентром оказалась квартира какого-нибудь прапорщика Задрищенко, как раз
проводившего испытание новейшего самогонного аппарата из свинченных на "двойке"
деталей...
Если эти слова произносились как шутка, то она не удалась - тон у генерала был
слишком мрачный.
- Нет, - сказал Кремер. - Посмотрите сами...
И развернул второй лист - прозрачную кальку. Совместил с картой. Сережа Панкратов
исполнял в этой сцене роль дружелюбного и бессловесного привидения. Молча стоял у
стола, придерживая край норовящего свернуться обратно рулона.
И тактично дышал в сторону...
Вычисленный с точностью до десятков метров эпицентр пришелся не на "двойку". И
не на "единичку". И не на другие технические сооружения - локаторы прежнего поколения,
частично демонтированные. И не на жилой городок.
Эпицентр угодил в озеро. Ровно посередине бухты, разделявшей водозабор и "двойку".
- Ну и как это понимать? - спросил Таманцев. Почему-то генералы обожают задавать
именно такой вопрос подчиненным.
Кремер укрепил края кальки кнопками и потянулся за следующим рулоном.
- Ответ стоит искать на стыке наук, - сказал он. - С геометрией покончили, пустим в
ход гидрологию...
Сережа по-прежнему безмолвствовал. К гидрологии, как и к геометрии, он отношения
не имел.
Новая калька изобиловала цифрами и кривыми линиями - нанесенными разными
цветами.
- Это промеры глубин, - сказал майор. - Синие - до Прогона. Красные - после.
Приглядитесь внимательно, товарищ генерал-майор...
(При свидетелях он именовал Таманцева на "вы" и по званию.)
Озеро стало значительно глубже - это Таманцев знал. Но...
Самая глубокая точка прилегающей акватории сохранила неизменную глубину. И -
полностью совпадала с обозначенным на предыдущей схеме эпицентром хроносдвига.
- Та-а-к... - протянул генерал и невольно бросил взгляд на последний рулон кальки. -
Ну и что там за туз у вас в рукаве заготовлен? Из какой на этот раз области?
- Из той, где все карты на руках у Сергея - я в радиоэлектронике не спец. Речь идет о
"боковых лепестках"...
Скулы Таманцева закаменели. Информацией о "боковых лепестках" частотного
спектра, используемых "соседями" в своих играх с мозгами, владели три человека. Он сам,
Камизов и ушедший в степь Гамаюн. Майору Кремеру знать об этом не полагалось.
И уж тем более - спившемуся интеллигенту Сереже Панкратову.
Генерал встревожился зря.
Речь шла о других "боковых лепестках" - тем же термином именовались ненужные,
направленные вбок и даже назад выбросы диаграммы направленности радарной антенны
"двойки". Побочный продукт.
Пресловутые "лепестки" стали вечной головной болью проектировщиков "двойки" -
наводимые ими помехи сбивали работу как военной, так и бытовой аппаратуры в
окрестностях. Доходило до смешного - порой по экранам телевизоров в городке - быстро, не
прочитать - пробегали числовые матрицы в шестнадцатеричном коде. Кончилось тем, что
все приборы связи и слежения были оборудованы синхронизаторами, завязанными на
рабочую частоту "двойки" - и переставали работать на прием в краткий миг излучения
импульса суперлокатором. На беды телезрителей внимания решили не обращать - не так уж
часто случались пробные включения.
Но работы по искоренению "лепестков" продолжались - и программной их частью
занимался как раз Сережа Панкратов.
Третья калька, вычерченная по его данным, представляла собой как раз диаграмму
направленности "двойки" в режиме 3-2-0 Прогона. Генерал не удивился, увидев, что
эпицентр хронокатаклизма лежит в узком заштрихованном секторе наложения двух самых
больших "лепестков"...
Сережа мямлил и запинался, излагая свои соображения о том, что могла породить
интерференция двух паразитарных сигналов. Генерал почти не слушал, затем спросил:
- Как связаны "боковые лепестки" частотного спектра и диаграммы направленности?
- Ну... это... - замялся Сережа. - Исследованиями никто не занимался, просто
старались подавить... Но в паразитарном сигнале идет наложение нескольких частот...
Можно попробовать составить график... Я ведь специализировался не...
Таманцев отключился от его лепета. Камизов... Его якобы не проводившиеся при
Прогоне опыты... Якобы демонтированные приборы... Как они с Гамаюном могли купиться
на такое? Испугается соседушка глаз больших шишек, как же... Много эти шишки чего
понимают... Смотрят тупо на мигание светодиодов, слушают вполуха объяснения и ждут не
дождутся банкета - произнести речи перед камерами да нажраться водочки, когда камеры
отключат...
- Спасибо за информацию, Сергей, - сказал генерал. - Ты свободен.
Панкратов с видимым облегчением юркнул в дверь.
- А теперь скажи мне, Макс - что ты думаешь найти? Там, на дне?
Кремер помолчал и ответил одним словом:
- Аппаратуру.
- По всем расчетам - не получается из "двойки" машины времени, - сказал Кремер. - С
другой стороны - путешествия во времени вполне осуществимы. Наше здесь присутствие -
самое веское доказательство. Вывод: кто-то рано или поздно овладеет этим искусством.
Даже если допустить, что имел место некий катаклизм природного происхождения. Уже в
двадцатом веке люди были способны вызвать ядерным взрывом искусственное
землетрясение или цунами. А что будет в тридцатом? Раз путешествие во времени возможно
- управляемый процесс, прости за каламбур, - вопрос времени. Овладеют... Или овладели -
при подобном подходе к хронологии времена глаголов путаются. Овладели и начали
путешествовать по временам с неясными нам целями. Однако: на протяжении нескольких
тысяч лет в писанной истории человечества никаких встреч с хронопутешественниками не
зафиксировано. Надо понимать, маскируются. Конспирируются... Вопрос: а как бы ты,
Саша, не выдал своего присутствия при таких вводных?
Генерал думал недолго:
- Смешался бы с местным населением. Одежда, язык, обычаи... Сеть постоянных
резидентов с железными легендами. И хорошо подготовленные агенты-челноки.
- В этом способе есть большой минус. Передвигаться придется на лошадях,
пользоваться местным оружием... А это чревато. Заболев местной болезнью - или подыхать,
или лечиться неизобретенными методами - с риском засветиться. А как замаскировать
хроноаппаратуру, если она достаточно больших размеров?
-А какие альтернативы? - генерал заинтересовался. Почувствовал, что дискуссия не
умозрительная - Кремер ведет разговор к окружающим Девятку странностям.
- Я долго думал над этим вопросом... А на ответ меня натолкнуло прозвище, которым
местные наградили Лешу: Черная птица, повелевающая Драконами Земли... Драконы Земли!
Степняки не разбегаются в панике от БТР - для них это Драконы Земли, твари
огнедышащие, смертельно опасные - но вполне реальные. Никакой мистики и
потусторонщины... В этом, мне кажется, и спрятан ответ. Изучить местные мифы - и
маскировать людей и технику под их персонажей... Для каждой эпохи и каждого места -
свой имидж. Ангелы на огненной колеснице, или парящий в небе Дракон, или ладья бога
Ра...
- Так-так. Тогда я знаю, как маскировались иновременные пришельцы в двадцатом
веке: снежные человеки и барабашки. А техника - Несси и летающие тарелочки...
- Зря иронизируешь. НЛО - идеальное прикрытие. А Несси... Тебе она, часом, не
напоминает одну живущую в окрестностях зверюшку? В уменьшенном масштабе - один к
сотне. Вплоть до горбов, которые наблюдали у Лох-Несского дива... Если допустить, что ВВ
кто-то, где-то и когда-то построил, или еще построит - то проводить испытания на модели
вполне естественно. На модели, способной погружаться не только под воду, но и в
прошлое...
- Насколько я помню, Несси не то действительно всплывала, не то просто мерещилась
чуть ли не два столетия. Не многовато для испытаний?
- Да, но в промежутках между всплытиями ее никто не мог найти. Как ни прочесывали
Лох-Несское озеро сонарами и эхолотами. Пробные броски в прошлое на разную
удаленность вполне могли занять год или два абсолютного времени. И вся туристская
индустрия, что лихо наживается на монстре, все спекуляции в желтой прессе, все
наукообразные труды - лишь отклики на эти опыты...
- Вот оно, значит, что... Несси, значит - пробная модель. Айдахар - подлодка-малютка.
А ВВ - крейсер класса "Петр Великий"? Ерунда. Верблюд - животное. Если его ранить -
кровь течет... После наших снарядов - текла. Да и ведет он себя больно тупо для
управляемой людьми машины. А убитых айдахаров ты вскрывал... Где там экипажу
разместиться? В желудке? В кишечнике? Давай лучше вернемся к этой дыре на дне. Что ты
там найти рассчитываешь?
- Хорошо, - сказал майор Кремер. - Оставим пока мифических животных в покое.
Излагаю версию. В двадцатом веке в глубоком месте невдалеке от Девятки пребывала некая
аппаратура для перемещений во времени. Стационарная. Скорее всего - законсервированная.
По крайней мере активно не работающая. Возможно, по причине строительства Девятки -
наши радары мигом бы засекли выныривающие из озера НЛО. А лет сто назад тут была
глушь, медвежий угол, условия для использования идеальные. При Прогоне "боковые
лепестки" наложились как раз в нужном месте. И каким-то образом активировали эту чужую
технику. Сработала она совершенно нештатно - и вот результат... По сути, произошла
катастрофа - и для нас, и для владельцев аппаратуры... Такой расклад объясняет все, что
сейчас вокруг творится.
- Так уж и все... Ладно. Пошли по порядку. Восьмипалые?
- Сомнений нет - это и есть владе
...Закладка в соц.сетях
