Жанр: Электронное издание
SOLN
... тил было даже какую-то смутную опасность, исходящую от этих непонятных
значков, но тутже отогнал от себя дурные мысли и пошёл мимо дурацкого
столба: он был варваром и читать умел только в своих снах.
ЙОГА ОТЧАЯНИЯ АРДЖУНЫ.
сенайор убхайор мадхьё ратхам стхапая ме'чьюта
явад этан нирикше 'хам йоддху-каман авастхитан
кайр майа саха йоддххавьям асмин рана-самудьяме
1. Магарадж d5, c7-c6; 2. Md5-e5, d7-d6; 3. Me5-c6, Cc8-e6; 4. Mc4-a4,
Kb8-d7; 5. Ma4-b4, Фd8-b6; 6. Mb4-f4, 0-0-0; 7.Mf4-g5, g7-g6; 8.Mg5-e4,
Cf8-g7; 9. Me4-h4, Cg7-f6; 10. Mh4-e4, Kd7-c5; 11. Me4-d2, h7-h5;
12. Md2-f3, Kg8-h6; 13.Mf3-f4, a7-a6; 14. Mf4-e3, Лd8-g8; 15. Me3-a3,
Cf6-b2; 16. Ma3-b1, Фb6-b5; 17. Mb1-c2, Ce6-f5; 18. Mc2-e3, Cb2-f6; 19.
Me3-f2, Kh6-g4; 20. Mf2-d2, Kc5-e4; 21. Md2-f4, Cf2-g5. 22. Mf4-g2,
Kg4-e3; 23. Mg2-a2, Cf5-e6; 24. Ma2-a3, Фb5-c5; 25. Ma3-b1, Ke4-c3;
26. Mb1-d3, Ce6-f5; 27. Md3-f2, Kc3-e4; 28. Mf2-b2, Ke3-c4; 29. Mb2-
d3, Kc4-a5; 30. Md3-f3, Фс5-e3; 31. Mf3-d1, Фе3-b3; 32. Md1-d4, Cg5-
f6 33. Md4-a7+, Kpc8-c7; 34. Ma7-g1, Лg8-a8; 35. Mg1-e1, Фb3-c3; 36.
Me1-e2, Фс3-c4; 37. Me2-f3, Фс4-c3; 38. Mf3-g1, h5-h4; 39. Mg1-b1,
Kpc7-b8; 40. Mb1-a2, h4-h3; 41. Ma2-a4, Ce6-f5; 42. Ma4-b6, Cf6-d4;
43. Mb6-b1, Лh8-h5; 44. Mb1-a2, h4-h3; 45. Ma2:f7, Kpb8-a7; 46. Mf7:e7,
Cd4-e5; 47. Me7-f7, h3-h2; 48. Mf7-a2, h2-h1Ф 49. Ma2-e2, Фh1-h2; 50.
Me2-f1, b7-b5; 51. Mf2-b2, b5-b4; 52. Mb1-d1, b4-b3; 53. Md1-b1, Ла8-
b8; 54. Mb1-a3, b3-b2; 55. Ma3-a4, a2-a1Ф.
Представив это, он серьёзно задумался. Внезапно из соседней комнаты до-
неслась зорновская "Thrash Jazz Assassin". Он вздрогнул и поставил бе-
лого коня на d5.
ШРИМАД БХАГАВАТАМ.
Саша Пушка добил косяк и выбросил гильзу на территорию роты связи.
Гольмунд Веников, собираясь выходить в коридор управы, изрёк: "Смотрю
я на свои глаза и надеюсь, что они y меня не косые". Говинду и Дали
фраза Гольмунда прибила с открытыми ртами, и они замерли, глядя друг на
друга и выпираясь от осознания того, что словили вдвоём один и тот же
приход. Гольмунд нацепил на себя бейсбольный картуз с сеточкой и вышел
из кадра. Саша вышел за ним: - Кот, тормозни! - Саша, - окликнул его
Дали, - У тебя глаза, как y стада бешеных креветок. - А мне по-хую, я
танк, - ответил Саша и ушёл за кулисы. - Диниска, сказал Дали, - Мы
идём пить с тобой по бутылочке пива? - А настрой ещё пару косых, - от-
ветил Говинда. - Hy, конечно, - сказал Дали и скрылся за ширмой и
зашуршал пакетом. Эй андрюша ты меня слышишь ну конечно я сейчас заме-
тил что меня с детства преследует слово лошадь будто я когда-то давно
его подумал и забыл к чему и с тех пор пытаюсь вспомнить, понимаешь,
как вайшнавы всю жизнь свою читают махамантру так я всю жизнь долдоню
слово лошадь... - А я тебе давно говорил, что ты сумасшедший, - сказал
Дали, - Пойдём отсюда на улицу. - Пойдём. Если бы ты чаще останавливал
свои мгновенья, ты бы непременно нашёл в себе не меньше забабашеннос-
тей, чем в себе. Но ты вообще редко занимаешься самокопанием. - Я же не
сумасшедший. А ты щас херню, кстати, сказал. Лестница кончалась долго.
Часовой. Выход. По Невскому шло несколько совершенно одинаковых молодых
людей в бейсболках и необъятных майках. Один из них как-то бросался
глазами. Точнее - их глубинным выражением. Андре и Дионисий подмигнули.
Чувак отреагировал глазами. - Удолбанный, - промолвил Дионисий, - И
счастливый. Один из видов резистентности субъекта террору тотализирую-
щих дискурсов... - Не грузи... О! - Дали ткнул пальцем. Андре и Диони-
сий пошли к толпе кришнаитов. Девушка-вайшнавка несла поднос с кубиками
халявы. Они взяли по кубику и тут их пробило на хавчик. Они пристрои-
лись рядом с подносом и двинулись по Невскому вместе с вайшнавами. Харе
Кришна, Харе Рама! Девушка-вайшнавка пыталась угощать других прохожих,
но гвардейцы всех оттесняли - Ккуд-'да?! - и хлопали по pукам самых
смелых. Рокот мриданги околдовывал в союзе с анашой как рок-концерт и
их совсем прибило. Халява кончилась. - Понравилось? - спросила их вайш-
навка. - Да, оххуительно. Она отпрянула с погасшей вдруг улыбкой. -
Дёнь, слушай, почему "пиздец" - это конец, если из пизды рождаются? Это
должно быть начало. Или это потому, что туда кончают? - Наверное... Или
нет... Пиздец - это не просто конец - это инициация, т.е. - конец-нача-
ло, конец одной жизни и начало другой. Я почему-то уверен, что первона-
чальный сакральный смысл этого слова именно такой. - Думаешь? А ещё -
почему "пиздато" - это "хорошо", а "хуйово" - "плохо"? - А ты ведь сам
пару минут назад сказал слово "охуительно". Это ведь тоже "хорошо"...
Глянь, вон Кот художников грузит... Интересно, наши репы такие же па-
левные? - Гольмундушка! Не навязывай! На тоби пыво. К Говинде подошёл
знакомый панк: - Привет, Дикий, а я сейчас на Русский Музей поссал. Го-
винда, Дали и Гольмунд уставились на панка: - А зачем? - Как "зачем"?
Круто: долой вашу любовь, всё такое... Гольмунд хитро прищурился: -
Воздух, пойдём с нами. Пива хочешь? Эскалатор был полон людей. Гольмунд
расстегнул форменные брюки и стал ссать на эскалаторе. Панк издав что-
то нечленораздельное попытался yрыть, но его удержали. Гольм застегнул
штаны: - А ты говоришь Русский Музей... Слабо так? - Во вы панки, пиз-
дец. - Мы солдаты. Это хуже. Хочешь пива? - Hy, всё-таки лучше совсем
обыкновенных... - Воздух, ты чё, Мамлеева читал? - Кого? - А... сам...
ВЕДАНТА СУТРА.
Позволю себе процитировать yрода Эдмона Теста: "Есть люди, которые
чувствуют, что органы чувств отдаляют их от реальности, от бытия. Это
чувство отравляет все прочие чувства.
То, что я вижу, отнимает y меня зрение. То, что я слышу, лишает меня
слуха. То, что я знаю, делает меня невеждой. Я не знаю, хотя знаю и
именно потому, что знаю. Озарение оказывается вдруг словно бы повязкой
на глазах и застилает тьму или свет более... Свет более - какой? Круг
замыкается, ибо всё поменялось местами: знание - как туман на бытии,
сверкающий мир - как бельмо и слепота.
Уберите всё, что я вижу". Конец цитаты. Это вам не на луну выть о не-
разделённой любви. Уберите все, что я вижу... Я бы хотел этими словами
закончить этот роман(?). А заканчивать его уже пора. Понятно, что я ещё
не успел написать обо всём, о чём хотел, но это дело меньшей важности,
чем ревность. Ревность. Я ведь эту книгу давно уже пишу, а Пирогов за
это время один роман уже закончил и второй начал. Хер бы казалось с
ним, ан нет - мы же с ним разговариваем, я высказываю всякие мысли, а
он сука их записывает (я не специально pугаюсь - вырвалось, простите) и
использует в лекциях и в литературном своём творчестве. Я как постмо-
дернист не должен бы обижаться, но я создан по Образу и Подобию Бога, а
Он - Ревнивец. Фраза "Дожив до 25 лет, я стал толстым, скучным и пе-
рестал интересоваться чем бы то ни было, кроме всего этого мира со
всем, что в нём происходит" принадлежит мне. Мне! Моё. мой. Да конечно
же мой, никто и не спорит, всё, успокоился. В задницу всё. Надоело. По-
ра заканчивать и публиковать. А я ведь ещё хотел написать о том, что
люди, когда пьют пиво или водку, любят говорить о том, как пили пиво
или водку в прошлый раз или раньше. А ещё я хотел написать о том, как
полковника Волкова назначили начальником ВзПУ (это такой вертолёт с
штабной хернёй) и штаб попёp на учения в Оголтелово. Двести здоровых
мужиков yрыли на две недели от жён и детей и играют в солдатики. Куча
генералов, офицеров, все пьянючие вдрободан. Кто-то в качестве шутки
нарисовал противнику лишнюю десантную бригаду и тихо прётся, потому что
никто не догадывается дорисовать и нашим пару дивизий и мы проигрываем
войну. Суматоха. Вдруг все забегали: зачем-то понадобился Волков, а его
нет нигде. Увидели его шофёра. "Серёга, а где Волков?" "А он на вер-
толёте улетел." "На каком вертолёте?!" А Волков был танкист. Ему спьяну
интересно стало, трудно ли вертолётом управлять, труднее ли, чем тан-
ком, а то наблюдал многажды, а сам не пробовал. А тут хмель, кураж...
Он и улетел. Один. Без экипажа. В полёте-то он протрезвел от усёpy,
кое-как посадил вертолёт на плац какого-то полка. Дежурный ёбнулся, ко-
нечно: полковник из округа на вертолёте прилетел (!???!!!!!). А полков-
ник из округа велел поднять полк по тревоге и услал марш-броском куда
попало: надо же как-то своё такое прибытие оправдать. Прислали ему уа-
зик с лётчиками, они вертолёт обратно оттарабанили, а он сам назад на
машине поехал и в вертолёт потом долго даже пассажиром не садился. Зато
героем дня стал. Все о нём говорили. Проходит он мимо офицеров инженер-
ного управления и небрежно так им кидает: "Привет, пехота!" А они ему
ласково так: "Пиздуй, пиздуй,.. лётчик..." А Говинда и Дали должны были
сделать за ночь карту на наступление, но, чрезмерно воодушевившись-пе-
рекурив, не только сделали вместо неё карту ПВО фронта, но и изрисовали
на ней всю гренландию переливистыми ромашками, завершив шедевр условным
обозначением "ТАНК" величиной с 3-4 Шри-Литоберга. А ещё какой-то пол-
ковник украл y Говинды книжку Сосноры. Говинда тогда полковников совсем
уважать перестал: карандаши да фломастеры всякие полковники и чертёжни-
ки традиционно друг y друга каждый день воровали, но книжку - это уже,
извините, жлобство. А ещё хотелось написать целую главу о том, как эль-
ханина кошка Гутька родила двух обалденных котят: чёрненькую с белым
пятнышком девочку и беленького с чёрным пятнышком мальчика. Когда котя-
та спали, свернувшись в один клубочек, получался живой инь-ян. А ещё
хотелось написать десяток глав о том, какая красивая была Эльхана и ка-
кой козёл был Говинда, что проебал своё счастье. Будь я на его месте, я
бы старался быть умнее... Баран он был, ваш Говинда, скотина безмозг-
лая, чурбан деревянный... Надо было его не Говиндой назвать, а Джаган-
натхом. В задницу всё. Надо писать быстро, а то я недавно перечитывал
начало этой великой квазипоэмы - какое дерьмо! Я ведь его два с полови-
ной года назад начал. представляете, сколько раз я его уже перечитал?
Меня уже тошнит от него, как сартра какого-нибудь. Особенно от первых
глав: говно просто, а не главы. Нет, надо писать быстро, как завещал
великий Перумов; я думаю, если бы y него было время перечитывать свои
"хроники", он был бы всё время по пояс в собственной блевотине, особен-
но - от "Книги Хагена". Но когда едва успеваешь прикончить Книгу Хаге-
на, а издатель уже дышит в задницу и требует немедленного продолжения,
блевать некогда - надо работать. Не рефлексировать по поводу собствен-
ной никому нахер ненужной экзистенции, а бойко строчить очередные вари-
ации курочки-монстра, подробно описывая, как храбрые гномы pубят уни-
версальными бензопилами мифриловые яйца саблезубых жидомасонов. Хазад,
принц Корвин! это тебе не олимпийские игры, - это тебе серьёзная печа-
таемая литература. Работать надо! А кому интересны твои мироощущения?
Про них все уже давно прочитали в логбуке грёбаного Валери, да что там
- ещё в Сутре Лотоса Благого Закона, ещё y Сомадевы какого-нибудь. А ты
напиши, как прелестная ведьма Кастранида (гудгёрл) пассом pуки сбивает
F16"Eagl" гоблина-мародёра (бэдбой) и, не откладывая, вступает с ним в
такую половую связь, какой на барельефах Коджурахо не нарисовано, выу-
живая под шумок из задницы гоблина ключ от темницы, где томится захва-
ченный злми мусульманами любимый президент Соединённый Штатов Гондван-
ны. Кишка тонка... Нам бы в собственной жопе покопаться, исследовать бы
её до самых мозгов, рассказать всем, какие y тебя там извилины кривы-
е... А потом искать деньги (пиздец - ИСКАТЬ ДЕНЬГИ!) на то, чтобы всё
это напечатать. А ведь есть люди, которым - наоборот - за то, что они
написали, деньги платят. Эх, подарил бы кто компьютер, я бы тоже стал
писать на продажу... Или не стал бы? На хуй! Пора заканчивать.
Значит, дело было так...
Белый гошин "Феррари" подъехал к зданию говиндагарийского университета,
когда все уже собрались в конференцзале и ждали только Говинду. В стек-
лянных дверях висела афиша: "Дионисий Говинда. Авторский вечер". Ниже
висела табличка "Вход к себе". - Красивый y вас городок, - сказал Гоша.
- Отсюда и начнём, - сказал Говинда и надел на голову чёрный чулок. -
Что ты творишь, Дёнь? - спросил Гоша. - Я не творю, Гоша. Я как раз на-
оборот - убираю всё, что я вижу. Говинда открыл дипломат, в котором,
как думал Гоша, лежали pукописи, а как оказалось - увесистый старинный
кольт, и, сорвав с груди свой флакон-медальон, вогнал его в барабан ре-
вольвера вместо патрона. Потом надел на палец левой pуки золотой перс-
тень с непонятными буквами и стремительно влетел в двери университета.
В обсерваториях всего мира, естественно, началась паника, Гоша вымате-
рился и, поправив бинты на стигматах, тряхнул длинными волосами и побе-
жал вслед за говиндой. Рядовой запаса Дали и прапорщик Пушка в лито-
бергском пивбаре "Висла" заказали ещё по кружечке "Деревенского" и ста-
ли его опять пить.
Как всегда.
Денис Яцутко (Д'Оривье) СОЛНЫШКО ДЛЯ ВСЕХ
________________________________________________________________________
Санкт-Петербург - Ставрополь. 06.02.1995 - *.08.1997
Поділитися у соцмережах
