Жанр: Электронное издание
SOLN
...ез двадцать минут снова: "Слышишь?" - "Да-да." - "Вот." Hy, я отвлек-
ся. Холодно, зябко. Снова сведут только утром. Бедный Говинда. Курить.
Нету спичек. Рядом мужик. Мужик, спички есть? - Есть. Хочешь посмеять-
ся? С другом в Пулково выпили и... - хохочет. - И... - недовольно. - И
вот - я здесь, а всё закрыто, разведено и как хочешь. Собрат по несчас-
тью. - Спасибо за спички. - Не за что! А что ты здесь мёрзнешь? Пойдём-
ка в подъезд, на лестницу. Затянувшись, Говинда: - Я там уже был. Там
кодовые замки. - Откроем! Хочешь посмеяться? И мелет какую-то дурь. Че-
го здесь смешного? - Пойдём. ... длинная красная стена. Очень длинная
красная стена. - Меня? Андрэ... Нет, не знаю, куда я иду. Капитан-лей-
тенант? А я рядовой. Капитан, есть курить? А сам-то ты знаешь, куда ты
идёшь? А меня... Ох... Омоновцы, четверо, дубинками... Падлы... Да, сам
виноват - с ножом на них бросился... Ох... Отобрали... Побили... Слышь,
капитан, давай ещё пива... Провал. Темнота... ... - Ты лихо открыл.
Часто в парадняках зависаешь? - Хочешь посмеяться? Часто. - Не смешно.
- Говинда закрыл все карманы, ремень сумки намотал на кулак, сумку -
под голову, y батареи лёг на ступеньки. Теперь можно расслабиться и ус-
нуть. Менты по таким подъездам не шмонают. Всё. Спать... - Дионисий, -
это зовет собрат по несчастью, когда познакомиться-то успели? - Чего? -
(сонно) - Можно я y тебя на животе pуки погрею? - Чего?? - желанье де-
била. Почему не на батарее? - Можно. Просунул pуки под свитер. Холодны-
е. Ладно. Я засыпаю... - Хочешь посмеяться?.. - Заткнись! - Я молчу.
Прижух. Весельчак. Сплю. Что такое? О, Боже! Откуда вас столько?! Анд-
рей Николаевич был поинтеллигентнее: законы Паркинсона, как нам обуст-
роить... А этот - алкаш, шоферюга, но - тоже - стоило чуть расслабиться
- уже сосёт. А-а-а! Ох... Умеет, собака... Сглотнул моё семя... Я не
понимаю - какой кайф они в этом находят? И почему опять я?! Дикое бе-
шенство вдруг застилает Говинде глаза. Он напоминает Шиву, из гнева ко-
торого вот-вот материализуется Шакти. Руки его внезапно хватают мужика
за уши, с силой, об батарею, об батарею, об батарею, хрип, об батарею,
об батарею, об батарею, об батарею, кровь, об батарею, кровь, кровь, об
батарею, Боже!.. Отсюда! Бегом! Бегом отсюда! Об батарею... Боже... -
Боже!!! Гольмунд! - Госпожа, получите Вашего мужа. - Что с ним?! - Все
очень просто. Он пьян. - Вы... Вы понимаете, что Вы делаете?!. Я... Я
ночей не сплю... - Hy,.. я-то тут причём? Я подобрал его тут неподалё-
ку. Он назвал адрес и просил сопроводить. Hy,.. благо - рядом... - А!..
А почему y него книга вся в крови?! Почему?! Томик Мамлеева обёрнут бе-
лым ватманом, белый ватман пропитан красной кровью. - Не знаю... Навер-
но он бил ей кого-то. Причём, видимо, - долго и жестоко. - Господи...
... Господи! Я же вчера обещал зайти к Кате. Толкин на месте? На месте.
Два тома. Надписан: "Прекрасной Лучиэнь от волкодлака Дёни" готическими
буквами. Вперёд! Мосты свели, на службу ещё рано. В метро! Приеду, по-
дожду, пока она будет идти в школу, подарю книжки и двинусь на рабо-
ту... ... Это что - гауптвахта? Нет. Вродебынет. - Рота падыеом!
Странно: казарма. Куда-то завёл меня этот кэп-лейтенант... Слева - мат-
рос. Справа - солдат. Интересно, во сколько y них тут завтрак?.. Какой
завтрак?!! На фиг отсюда! В чертёжку!.. ... - Эй, молодой человек! Под-
нимайтесь. - А!.. - Поднимайтесь, молодой человек. Рабочий день начнёт-
ся через полчаса. - Ага. Спасибо... - о, Господи, я на полу? Посреди
коридора? Кто меня будил? Офицеры? Не из нашей управы? Нет ? Слава Бо-
гу!.... ... Вот её дом. Список квартир. Шестнадцатая обведена маркером.
Чёрное сердечко. Обвёл Говинда. Я Говинда. Ещё так рано. Ей в школу че-
рез полтора часа. Ей через полтора. Откуда в моих pуках сия дурацкая
черёмуха? Я не дождусь, пока она выйдет. Я позвоню. Я звоню. - Доброе
утро, Катя. Это тебе. - Спасибо... Ты... ты себя видел? Где ты был этой
ночью? Руки, куртка, лицо - всё в крови и в грязи. "... от волкодла-
ка..." - Я?.. Я не помню... Вышла. Взял за pуку. В вагоне метро страст-
но впился губами. Обмякла в объятьях. На поцелуй отвечает. Вовсе малыш-
ка ещё, но молодцом. Ей выходить. На эскалаторе вновь поцелуй. Долгий,
до самого верха. Люди глядят с удивленьем: милая хрупкая девочка -
просто дитя - и окровавленный, грязный, небритый... Вот её школа. До
свидания, маленькая эльфесса! Впивается в Говинду бездонными карими
глазёнками: - Тебе... тебе понравилось, как я целуюсь? И покраснела. -
Ты богинюшка, Катя! Ты - нимфа... - По-ка! - и ускакала, размахивая
портфелем. Дитя. Кайфовое... Пора в чертёжку: уже опаздываю... ... Ка-
жется, я здесь уже проезжал. Hy и завёл меня этот моряк. У них что этот
трамвай - по кругу ходит?.. - Как на Дворцовую выбраться? - Вам в дру-
гую сторону. - Да я туда уже ездил!...
... Скрипнула дверь. Гольмунд, Александр и Андрэ настороженно оберну-
лись. Качаясь, вошёл Дионисий.
- Живой, - хором воскликнули.
Рот открыл в ответ - изо рта выпала жевательная резинка. Подобрал.
- А вы что тут - уже потери подсчитываете?
- Если сейчас кто-нибудь не сходит за пивом, - это Гольмунд, - придё-
тся действительно открыть счёт потерям.
- Да брось ты! Наши победили.
- Ещё одна такая победа, и округ останется без чертёжников.
- Вот ты и раскошеливайся на пиво, Пирр...
Так начинался новый день. С трудом восставала из мрака младая с глазами...
пардон - перстами пурпурными Эос.
9
БОДИСАТВЫ. ПЕСНЬ ПЕРВАЯ
Першит в носу и в горле. Военные врачи прописали витамины и ментоловые
таблетки. А антибиотик? Вам не надо. Перечихал всю электричку. Залез в
полевой форме под одеяло. Сапоги-то снял? Снял. Спал и видел сны. Озно-
бом стук в окно. В окно взглянул: прекрасное видение - Эльхана. Уж
сколько с ней вдвоём, но покраснела, потупив взгляд. Эльхана. Прекрас-
ная. Открыл. Ты жив? Ребята натрепали - давление, температура, чуть не
кома. Её целует. Жарко. Жарко. Милый, ведь я пришла к больному... Ты
молодец, больной тобой доволен. Какой прекрасный пояс! Остальное, по-
моему, необходимо снять. Ведь ты больной. Больной - лишь ты меня изле-
чишь. Да, кстати, как y тебя? По-прежнему ничего? Ничего. Что мы бу-
дем... Кушать зимой? Пуговицы от штанов. А что же скажут предки? Мои?
Твои. И мои тоже что-нибудь. Пояс оставь... - Фантастика!.. - Говинда
отстранился и смотрел восхищённо. Зарделась, но ей нравится. И он её
целует. Целует губы, щёки, плечи губы щёки рот их языки сплелись О! Та-
нец! Прекраснейший из танцев! Их тела. Стук в окно. Медников. - Анна
Трофимовна! Откройте, пожалуйста! я занят! - Саша пришёл? Сейчас откро-
ю. - Одевайся. Игриво так, капризно: - Я не хочу. Пускай он погуляет.
Запрыгнул в брюки. Как она прекрасна! Нагнулся к ней. Поцеловал в пле-
чо. - Я выйду. Мы на кухне потрещим. Ты, как оденешься, нам стукнешь.
Хорошо? Ресницы опустила. Вышел. - Здравствуй, Саша! - Добрый вечер!..
- его лицо поёт, он, видимо, в отличном настроеньи, - Послушай. Я был в
кино. Фильм ¦Маска¦: очень хороший, великолепный фильм! - Я верю. Хва-
лят многие. Дверь. - Здравствуй, Эльхана! Она уже в пальто. - Здравст-
вуй, Саша. - (стоя к нему спиной и глядя в землю) - Уже уходишь? Чаю? -
Нет. Ухожу. Ушла. Она прекрасна... - В "Баррикаде"? - Что?.. Да. - и
подражая интонации героя, став в позу, - Промахнулись!.. - А мы с Эль-
ханой там же - Бертолуччи. - "Маленький Будда"? - Да. - Смотрел. Хоро-
ший фильм. А Будда там - красавец. - Очень красивые съёмки, но я разо-
чарован. - Why??? - Я шёл на буддийский фильм... В крайнем случае - на
исторический. А попал на фильм-детям. Вообще, я снял бы этот фильм ина-
че. Мой Будда родился бы обычным ребёнком: не ходил бы и не говорил
сразу после рождения. И рос бы вполне нормальным. Не вундеркиндом, но
талантливым, смышлёным. И его не ограждали бы от мира абсолютно; обере-
гали бы. конечно, но всё-таки учили бы многому... - У тебя получается
Кришна. - Почему? - недоумённо. - Hy, как ты пишешь... Я читал pуко-
пись... - Стоп! - Говинда щёлкнул магнитофоном и подумал, что герои,
наконец-таки оформились, раз их начинают узнавать, - То, что я пишу о
Кришне, не имеет к Кришне никакого отношения. Тебе рассказать, как всё
было с Кришной на самом деле? - На самом деле...- Саша усмехнулся. - Не
цепляйся к словам. Так тебе рассказать? Кивает. - Щас, погоди. Сейчас
расскажу. Сначала фишку - потом о Кришне. Вчера вечером бабушка дедушке
говорит: - Вася, спокойной ночи! Дедушка сидит на кухне и ясный взор
его направлен вникуда - повыше чашки с чаем и молчит. - Спокойной ночи,
говорю! Василий Гаврилович! - (Бабушка уже в белье, перед телевизором,
вечерний информационный выпуск, совершает движения зарядки) Дедушка
встрепенулся: - Да я могу ещё и не спать. - Hy вот давай тогда телепе-
редачу посмотрим. Ксюшу. Музыкальная передача Ксюша хорошая. Будешь
смотреть? - А чего мне там смотреть? Хрен там что-ли варёный покажут?
Ты давай - смотри, а я лучше поговорю. Я на боевых кораблях служил. Ту-
да меньше, чем с семью классами не брали... Бабушка злится: - Нет, Ва-
ся! Ты или смотри, или спать иди! А мозги себе забивать я не позволю.
Что ты как дурак-то? Я, значит, буду телевизор смотреть, а ты со мной
говорить будешь? - А ты меня за что унижаешь? - (Дедушка баран редкост-
ный, в этом сходятся все, кто его знает) - За то, что я на флоте слу-
жил? Бабушка, с искренним удивлением в голосе: - Вася! Hy ты глупостито
не говори! Я буду телевизор смотреть, ты понимаешь? А ты, если говорить
будешь, мне мешать будешь. Вот. Понимаешь? - Я не дурак. А то, что хожу
медленно, так это y меня ноги. А где б ты ещё гармониста нашла? Да ещё
с флота? Туда дураков не брали. Хохлов вот тоже не брали. А они здоро-
вые были парни... - Вася, ты y меня хороший. Ты иди спать, а? - (Бабуш-
ка - мудрая женщина, она сумела-таки отправить этого... - Моряка. Дёня,
погоди. Потом Кришну. Я тебе сейчас расскажу, что снилось. Сон - это
(понимаешь?) маска. Человек во сне другой. Он более. Он более: стесни-
телен, силён, совестлив, смел, труслив или что-то другое. Он в превос-
ходной степени. Вот и я был в превосходной степени. Я был пилотом и py-
ководителем операции. Я был очень серьёзным и ответственным. Гораздо
серьёзнее, чем в жизни. И я отправлял людей на смерть. Мне было тяжело,
но я не мог пойти с ними: единственный, кого нельзя было потерять в
этой операции - это был пилот... Он замечает, что Говинда улыбнулся,
смотрит, тот замечает: - Не обращай внимания. Своё, профессиональное:
фирма ¦Pilot¦ - лучшие канцтовары... Продолжай, прошу тебя. - Я не
знаю, что должны были сделать эти люди, но y меня осталось ощущение,
что это было в тылу врага, т.е. всё вокруг было очень враждебным. Среди
тех, кто уходил, была девушка. Наяву она, кстати, большая стервоза,
но там, отправляя её на смерть, я смотрел на неё совсем иначе... Они
ушли. А я ждал y самолёта. И из всех вернулся только один парень. Де-
вушка попала в плен, а остальные все погибли. И мы вдвоём выручаем её
из плена (я не помню - как). И вот мы её выручаем и уже на обратном пу-
ти я смотрю на неё и вижу, что y неё обрублены пальцы. Мы бежим к са-
молёту. А я смотрю на перебинтованные обрубки её пальцев... Но, судя по
тому, что и я, и этот парень на свободе, она ничего не сказала. И вот,
они заходят в самолёт. Проходят мимо меня, и она, проходя, ловит мой
взгляд и говорит: ¦Всё в порядке.¦ И мы взлетаем. Я занимаюсь прибора-
ми. Вдруг обернулся и вижу - на спинке кресла её pуки, без пальцев. Он
замолчал. Какое-то время курил. Говинда прихлёбывал чай и разглядывал
корешки книг. Тишина начинала зависать, но не была в тягость. Чуть зу-
дела электрическая лампочка. - Ты очень яркую лампу вкрутил. Сколько в
ней? Сто пятьдесят? Говинда кивнул и, отложив книгу Еремея Парнова, ко-
торую только взял в pуки (его вдруг заинтересовал шрифт, которым было
выведено название), начал: - В одном городке правил царь Камса, падла
страшная - тиран и деспот. Месье Бхактиведанта называет его демоном и
атеистом... Он, впрочем, называет атеистами всех, кто не считает Кришну
самым крутым верховным Богом, Создателем et cetera. В разряд атеистов y
него попадают, например, Капила и некоторые буддисты. Даже индуисты,
поклоняющиеся всяким другим богам, подпадают y него под это определение
- атеисты. Медников взял чайник. Удаляясь на кухню: - А христиане? Че-
рез минуту вернулся. - Я чайник поставил. - А христиане - нет, ибо
Прабхупада говорит, что Иисус - Сын Кришны, единосущный оному... - Сын
этого синего флейтиста?! Кивает. -Прости, Господи. - бодисатвы перек-
рестились. - Во-от... А Магомет, кстати, пророк Его. - Его? - Его.
Улыбки. - Об "атеистах", между прочим... Есть одна очень занимательная
история. Жил-был один чувак. По-моему, был царь. Сильнющий маг и "ате-
ист". Вот этот атеист крутыми заклинаньями призвал к себе и даже подчи-
нил какого-то весьма крутого бога. Возможно, то был Шива. И потребовал
от того гарантий, что не погибнет ни от старости, ни от болезней, ни от
какого оружия, ни от pуки человека, ни от ядов, ни от зверя какого, га-
да, птицы или насекомого какого, из всех, что на Земле этой рождаются.
Шива (или кто там был) требуемое гарантировал и удалился. А на следую-
щий день явился месье Кришна в облике человека с головой леопарда и
загрыз беднягу атеиста насмерть, не нарушив тем самым обещаний Шивы,
ибо чудищ подобных на земле не рождается. Медников улыбается: - А так
бы, может быть, до старости дожил... А Кришна-то - шутник. Я думал он
горазд только одежду y пастушек упереть... - Да нет, он крут весьма...
Так вот, жил царь Камса, и кто-то предсказал, какойнибудь астролог иль
гадатель, что восьмой сын Васудевы из рода Пандавов Камсу оного грох-
нет. И Камса принимает мудрое решение: сажает Васудеву с супругой в ка-
меру, где и предоставляет им плодиться и размножаться, что они и дела-
ют. Камса же младенцев сразу отбирает и умерщвляет... - А "Камса" в пе-
реводе с санскрита на еврейский значит "Ирод", да?.. Я пойду за чайни-
ком. Через пару минут, наболтав сладкого чаю, Говинда продолжает: - А
тем временем на небесах шло рабочее совещание: Агни вместе с дымом
жертв принёс плохие новости: на Земле беспредел - надо что-то делать.
Решили послать представителя. Долго думали - кого. В конце концов реши-
ли, что больше всего толку будет с Шивы, особенно настаивал Ганеша, но
Шива взял самоотвод, аргументируя его так: "Леди энд джентльмены, я,
безусловно, крут, и моё синее горло служит вечным напоминанием о том,
насколько я крут..." Тут все согласно закивали... Медников поднял pуку,
призывая остановиться: - Синее горло? - А ты не знаешь об этой истории?
- Не слышал. - Слушай... В начале времён девы и асуры не поделили ог-
ромного змея Калийю, а поскольку перетягивание каната не было ещё тогда
исключено из перечня олимпийских видов, спор должен был решиться именно
таким образом: девы тянули вверх, асуры - вниз. Бедная змеюка, опасаясь
порваться, время от времени тянула и тех и других, сокращаясь и извива-
ясь. А посередине находился Мировой Океан, состоящий из безумнейшей
смеси коацерватных растворов, неквантованной материи и коровьего моло-
ка. Когда змей дергался, из Океана вылетали брызги. И вдруг противобор-
ствующие стороны заметили, что одна из вылетевших капель превратилась в
пеганку с выводком на спине, вторая - в проститутку, а третья - в се-
мечку Cannabis indica. Факт этот так заинтересовал спорщиков, что они
перестали перетягивать Калийю и стали действовать им как миксером. И
добились поразительных результатов: из взбиваемого океана вышли земля и
воздух, первый человек и четыре морских нимфы, чета леопардов и вся
земная растительность, пенорожденная Венера и второй закон Ньютона, и
много других полезных и бесполезных вещей. Последним вышел бог врачева-
ния, эдакий индусский Асклепий, который держал в каждой pуке по чаше. И
в одной чаше была Амрита (эликсир бессмертия с дивным ароматом), а во
второй чаше была Калакуту, страшный яд без цвета и запаха, уничтожающий
любой дух и любую материю, любую реальность и любую иллюзию без остатка
и без выхода энергии. Почище аннигиляции. Напиток абсолютного Ничто.
Амриту девы и асуры (Бхактиведанта назвал бы их - соответственно - по-
лубогами и демонами) поделили пополам и выпили, обретя бессмертие, а
что делать с Калакуту, они решить не могли. Надо было приставить к ней
кого-нибудь для охраны и обороны, дабы обезопасить себя и всё сущее.
Долго спорили, спихивая друг на друга эту почётную обязанность. Но ни
сильнейшие из асур, такие, как Мазда, к-примеру, ни могущественнейшие
из девов, как громовник и дождевик Индра, не осмеливались даже прибли-
зиться к этой ужасной субстанции. А y индусского Эскулапа тем временем
начинала уставать pука и чувствовалось, что он скоро yронит чашу с Ка-
лакуту. Что из этого могло бы случиться, страшно даже предположить. Но
тут Шиве надоел галдёж и он сказал ¦Ша!¦ Хотя некоторые утверждают, что
он сказал ¦Ом!¦ Hy, неважно, - в любом случае все умолкли и уставились
на Шестирукого Танцора. Тот же спокойно подошёл к Асклепию, принял y
него из pук чашу с Калакуту и¦ выпил её. Все зажмурились. А когда отк-
рыли глаза, то увидели, что Шива весело отплясывает вокруг ошалевшего
Асклепия, напевая себе под нос ¦Ом намо шива я¦. И все заметили, что
ничего особенного с Шивой не произошло, лишь горло его слегка посинело.
Оправившись от потрясения, боги, естественно, потребовали объяснений,
и... НЕБО ПОМЕРКЛО, СТРАШНОЙ СИЛЫ ВЕТЕР НАЛЕТЕЛ СО ВСЕХ СТОРОН, ГИГАНТ-
СКАЯ ВОЛНА ПОДНЯЛАСЬ ИЗ ОКЕАНА И, ПРИНЯВ ФОРМУ ЦАРСТВЕННОГО НАГА С РАЗ-
ДУТЫМ КАПЮШЁНОМ, ЗАМЕРЛА ВЫШЕ НЕБЕС. И НА ГРЕБНЕ ЭТОЙ ВОЛНЫ, ГРОЗНЫЙ И
НЕДОСЯГАЕМЫЙ, СТОЯЛ ШИВА В ПОЗЕ ТАНЦУЮЩЕГО БОГА. НЕСМОТРЯ НА БУШУЮЩИЙ
УРАГАН, НИ ОДИН ВОЛОС ОГНЕННОКРАСНОЙ ШЕВЕЛЮРЫ ЕГО НЕ ШЕЛОХНУЛСЯ... - ЛАК
ЭКСТРА! СИЛЬНОЙ ФИКСАЦИИ! - подхватив пафосный тон повествования, про-
должил вдруг Медников. - Саша! - Hy, ладно, ладно... - Блин! Сбил! Чего
там?.. А... С волосами было всё в порядке, в волосах сиял золотой полуме-
сяц, всё было очень величественно и красиво. Открыв третий глаз, Шива
испепелил взглядом пару-тройку второстепенных богов и молвил: - Недоум-
ки! Вы Меня считаете одним из вас? Так знайте, что Я предвечен и после-
вечен. Видите эти черепа в моём ожерелье? Это черепа бессмертных богов
- мёртвые черепа бессмертных. Здесь все ваши черепа, подобранные Мной
после вашей смерти, которой никогда не будет. Здесь и череп мёртвого
Шивы. Не щупайте свои обезьяньи головы - на месте ваши черепа вместе с
вашими цыплячьими мозгами, которым в сто кальп не понять Моей Сущности.
Шива раскланялся и, позволив своей импровизированной сцене плюхнуться
обратно в океан, удалился в свою пещеру. Говинда вздохнул и почувство-
вал в pуке импульс потянуться за папиросой. Не курит уже почти два ме-
сяца и замечает теперь, каким огромным количеством привычных движений,
жестов и ритуалов было обставлено вдыхание табачного дыма и каким важ-
ным элементом, сопутствующим ментальной и коммуникативной деятельности,
оно являлось. Вот сейчас, например, хочется сделать перерыв в разгово-
ре: чем его занять? А вот - едой? Пожалуй. Говинда сделал себе пару бу-
тербродов с салом. Медников подкурил сигарету, затянулся. Несколько ми-
нут тишины. Несколько минут отдыха от слов. Несколько минут молчания и
рассеянных неоформленных мыслей, лёгкой стайкой бестолково снующих вок-
pуг головы, тыкающихся в невидимую преграду - Нельзя сюда. Нельзя. Го-
винда открыл форточку, возник лёгкий сквознячок, надутый презерватив с
надписью "мэйк лав/нот во" плавно перекатился от стола к двери. Затушив
сигарету: - Hy, с горлом ясно. Что y нас было дальше? - Дальше? Дальше
Шива продолжал: "Я крут, парни, я безусловно крут, но это ещё не озна-
чает, что на земле сейчас необходим именно я. Ведь не в наших интересах
кардинально менять земное общественное устройство, которое установлено
Самим Брахмой; мой же визит может привести именно к такому повороту со-
бытий: я вспыльчив, вы же знаете." При упоминании о вспыльчивости Шивы
Агни на всякий случай спрятался за широкой спиною Ганеши... - Говинда
сделал заметную паузу и вопросительно взглянул на Медникова. Медников
молчал. Пауза затягивалась. Наконец, Говинда не выдержал: - Hy?! - Что
такое? - Ты собираешься спрашивать, почему Агни спрятался за Ганешею? -
Я, вообще-то, уже позабыл суть рассказа. С чего началось-то всё? Hy,
ладно... Так почему Агни спрятался? Говинда состроил физиономию а ля гуру
и продолжал: - А дело в следующем. В незапамятные времена развелись на
земле yёбища с большими зубатыми ртами. Как они выглядели вообще - я не
помню, но и того, что открытая пасть одного такого зверя напоминала
шрилитобергский Дворцовый мост в разведённом состоянии, хватит, чтобы
понять - звери сии были опасными и злыми. Люди ничего не могли противо-
поставить этим детям кошмара и просили богов о защите. Боги, не долго
думая, решили, что тут нужен Шива, и послали Агни в Пещеру-На-Горе. Ши-
ва же в это время занимался любимым делом: трахал Гаури. И с таким са-
мозабвением он предавался этому своему занятию, что на приход Агни ни-
как не отреагировал. Агни скрёбся, пыхтел, покашливал, но - тщетно. И
тогда он осмелился позвать Шиву по имени. Далее события развивались
молниеносно: Шива резко обернулся и страшным голосом рявкнул: ¦Открой
рот!¦ Агни механически повиновался и Шива кончил ему в рот. Семя Шивы
было столь горячим, что Агни, который сам суть огонь, всего обожгло из-
нутри. Одним прыжком он достиг океана, в который и выплюнул сперму Раз-
pушителя, после чего тщательно прополоскал рот и раз и навсегда зарёкся
соваться на Куберину гору, пусть хоть эти ротатые всех сожрут: себе до-
роже. Но в чём вся штука-то! Четыре морские девы, плескавшиеся тогда
неподалёку от места, где Агни выплюнул семя, забеременели и через неко-
торое время родили: одна - голову, одна - торс, одна - две pуки, и одна
- две ноги. Показав друг другу - что y кого вышло, сёстры попробовали
части эти сложить и - о, чудо! - всё срослось и вышел из моря - не пом-
ню, как его зовут, - бог войны, который и порюхал всех чудищ в течение
суток. Так Шива спас человечество. - Клёво. Ладно, Шива отмазался. Кого
он предложил вместо себя? - Он предложил вторую половину - он предложил
Вишну. - Вторую половину чего? - Вторую половину Парабрахмана. - Это
ещё что за зверь? Рука Говинды потянулась было за сигаретой, но замер-
ла. ¦Интересно, избавившись от привычки курить, избавлюсь ли я когда-
нибудь от двигательных привычек, ей сопутствующих?¦ - Встречается такое
изображение: полу-Шива, полу-Вишну, бело-чёрный, пять pук, волосы слева
- красные, справа - чёрные. Есть история о Парабрахмане. Собрались как-
то шиваиты и вайшнавы и стали спорить - кто есть Верховный Бог, Созда-
тель и Господин? Кому следует молиться и петь мантры? Первые утверждали
- Шива, вторые - соответственно - Вишну. У обеих сторон была масса ар-
гументов, что никоим образом не помогло им в поисках консенсуса. И тог-
да они решили спросить Шиву. Долго ли - коротко ли ждали они, медити-
pуя, но видят вдруг: опускается с горы лингам Шивы. Уселись на него ве-
pующие и лингам вознёс их на Куберину гору, где и шиваиты, и вайшнавы
вервым делом пали ниц, а уж затем задали Шиве свой вопрос. А y того как
раз в гостях был Вишну. Переглянулись боги, улыбнулись, да и сошлись в
единое Существо, которое с тех пор и обзывают индусы Парабрахманом. Та-
кая сказочка. - Хорошая сказочка, - Медников скинул брюки и залез под
одеяло, - но я чувствую, что эта история сегодня не закончится. Давай
спать, а? Доведи до какой-нибудь точки и я выключу свет. Говинда допил
холодный чай, скинул ¦афганку¦ и вытянулся на своём топчане: - Вырубай.
Договорить можно и в темноте. Стало темно. - Страшные истории в пионер-
ском лагере. Усмешка. - Я не был никогда в пионерском лагере. - Я тоже.
- В-общем, Шива предложил вместо себя Вишну и лично отправился к тому с
этой вестью. Вишну, развалившись на мировом змее Шеше, медитировал на
самого себя... - Мастурбировал на зеркало... Говинда ударил по спинке
медниковской кровати: - Саня, прекрати - дай досказать - немного оста-
лось. - Твоё немного... Ладно, ври. - Жена Вьясадевы всё это время исп-
равно рожала, а Камса исправно убивал младенцев. И вот, убил он восьмо-
го (а его убить должен был, кажется, девятый), как жена Вьясы забереме-
нела вновь. Зная о предсказании, заключенная чета особенно тщательно
пыталась скрыть эту беременность. И через пару месяцев, ночью женщина
почувствовала, что из неё что-то выходит, однако боли она не чувствова-
ла. Когда же открыла она глаза, то обалдела: из пизды её валил густой
фиолетовый дым. Бедная женщина не успела ещё даже ничего предположить
относительно причины сего странного истечения, а дым уже воплотился в
существо, в котором п
...Поділитися у соцмережах
