Жанр: Любовные романы
Лазурный берег
...ентом, и
голос его был совершенно незнаком Патрику.
Патрик насторожился.
— Да.
— Это говорит один ваш знакомый. Мистер Уистен О'Рурк.
О'Хара, перебрав в памяти всех своих знакомых и бывших коллег по работе, не
мог найти сред них ни одного, кто носил бы такую фамилию.
— Простите, сэр...
— Уистен О'Рурк, — повторил неизвестный абонент.
— Но мы с вами не знакомы...
— Зато я знаю вас прекрасно, — последовал ответ.
— Но откуда?
— Долго объяснять...
От внезапного волнения трубка запрыгала в руке Патрика. Уистен О'Рурк? Кто
это может быть?
И не связан ли этот звонок с тем происшествием на крыше, когда полицейский
патруль по ошибке или злому умыслу принял их за снайперов?
Немного помолчав, человек на другом конце провода произнес:
— Я хотел бы с вами встретиться.
Патрик, подумав, растерянно ответил:
— Хорошо... Но для чего?
— Это не телефонный разговор. Скажу только, что речь идет о вашей
безопасности.
— Хорошо, — со вздохом ответствовал О'Хара. — где и когда?
— Могу приехать к вам домой, — ответил Уистен, — но это было
бы нежелательно...
Боже, кто же это? Может приехать домой? Он что — знает, где он, Патрик,
живет? Наверное — а то зачем бы он стал это говорить...
Немного помолчав, О'Хара облизал пересохшие от волнения губы и произнес:
— Хорошо, назначьте встречу сами. Где и когда?
— А где было бы удобно вам?
— Не знаю.
— У вас есть какое-нибудь любимое кафе неподалеку от вашего дома?
— Я редко хожу в кафе.
— Тогда встречу назначу я.
— Да, — произнес О'Хара и сам растерялся от того, как странно
прозвучал его голос.
Незнакомец после непродолжительного размышления предложил:
— Кафе
Три каштана
, это, если я не ошибаюсь, неподалеку.
— Верно, — протянул Патрик.
— Через двадцать минут я жду вас.
— А как я вас узнаю?
— Этого не требуется, — уверенно сказал абонент, — я сам
подойду к вам...
Из трубки послышались короткие гудки, извещавшие, что разговор окончен.
Патрик, поднявшись со своего места, прошел в прихожую и принялся надевать
куртку, от неожиданно охватившего его волнения не попадая в рукава.
Странно.
И кто же это может быть?
Подсознательно Патрик чувствовал, что этот звонок и неожиданно назначенная
встреча, скорее всего, как-то связаны с тем драматическим происшествием
месячной давности — знал, но сам не хотел себе в этом признаться.
Он спустился вниз и, уже выходя на улицу, столкнулся с Молли.
Та удивленно посмотрела на отца.
— Ты куда, папа?
— Дочка, у меня неотложное дело...
— Так поздно? Но какие могут быть дела, папа? — удивилась Молли.
Патрик промолчал.
— Возможно, я не вернусь сегодня, Молли... — немного помедлив,
добавил отец, — а может быть, и завтра... На всякий случай, деньги
лежат в верхнем ящике моего письменного стола. Ключ в кармане пиджака. Ну,
всего хорошего. Привет Уолтеру.
Поцеловав девочку, Патрик поднял воротник куртки и двинулся в сторону
перекрестка, где и находилось кафе
Три каштана
.
В зале было немноголюдно — видимо, по случаю теплого майского вечера
завсегдатаи предпочитали другие развлечения.
Подойдя к стойке, О'Хара заказал у бармена стакан эля и, усевшись за
ближайший столик, принялся внимательно изучать всех входящих.
Кто же это мог быть?
По дороге сюда Патрик уже мысленно представил себе этого самого Уистена —
небольшого роста, коренастый, в надвинутом на лоб кепи.
Вскоре, однако, ему надоело изучать посетителей, и он принялся пить эль.
Неожиданно над самым его ухом послышалось:
— В последний раз я видел вас без бороды...
Патрик поднял голову — перед ним стоял пожилой мужчина, лет пятидесяти.
Тонкие черты лица, тронутые проседью волосы, широкие скулы. Он уселся рядом.
— Это я вам звонил.
— Да?
— А вы что — сомневаетесь?
Стараясь придать своему голосу как можно более официальный оттенок, О'Хара
произнес:
— Простите, сэр, но я никогда не видел вас прежде. Ни тогда, когда у
меня действительно не было бороды, ни, тем более, в последнее время.
Незнакомец заулыбался.
— Это неважно.
— Почему?
— Потому, что я видел вас. И притом — неоднократно. Кстати, если вы
действительно хотели изменить внешность, то не надо было прибегать к столь
наивной уловке — отращивать бороду...
После этих слов Патрик понял, что этому Уистену известно про него все или
почти все. Растерявшись, О'Хара пробормотал:
— Я не понимаю вас, сэр...
— А что тут понимать? — насмешливо поинтересовался О'Рурк.
— Не понимаю: при чем здесь ваши слова об изменении внешности?
— Ну, — произнес собеседник, — все очень просто: вас
разыскивают английские бобби, — он сделал небольшое ударение на слове
английские
, словно сразу же давая таким образом понять, что не имеет к
этому ровным счетом никакого отношения.
Однако Патрик то ли не понял, то ли не захотел понять этого намека — скорее
всего, первое, потому что он был просто обескуражен и перепуган словами
Уистена.
— Тут какая-то ошибка, — начал оправдываться он. — Явно какая-
то ошибка... Я стал жертвой странного недоразумения...
— Никакой ошибки быть не может, — отрезал Уистен, — все очень
просто... После этих слов он извлек из кармана большой конверт и, вытащив
оттуда несколько фотоснимков, протянул их собеседнику.
На них были изображены он, Патрик, и его брат Стив — в разных ракурсах.
Они, пригибая головы, бежали из черной дыры подъезда старого дома, столь
знакомого О'Харе.
Изображение было немного размыто, потому что фотографии делались с
видеопленки, но черты лица просматривались довольно сносно.
— Кстати, и видеозапись у меня тоже есть, — медленно, очень
отчетливо выговаривая каждое слово, произнес О'Рурк, — если хотите,
могу продемонстрировать...
Патрик, откинувшись на спинку стула, принялся рассеянно рассматривать свои
ногти.
Уистен, с улыбкой глядя на него, произнес:
— Так что не следовало вам так беспокоиться — отращивать бороду, не
выходить из дому...
Медленно подняв на собеседника глаза, Патрик прищурился и спросил:
— Вы из полиции?
Уистен заулыбался.
— Если бы я был из полиции, то не стал бы звонить вас домой и
приглашать в кафе... Кстати, а что это вы пьете — эль?
Он коротко кивнул.
— Да.
— Ну, посидите, я тоже себе закажу... Только не вздумайте никуда
убегать...
Патрик был настолько напуган произошедшим — даже не столько словами своего
нового знакомого, а тем, что все случилось так внезапно — что даже не
подумал, что теперь, когда Уистен отправился к стойке бара, можно попытаться
скрыться.
Еще бы — если они знают и его адрес, и телефон, если они имеют на руках
фотографии и видеокассету полицейского досье — бежать вряд ли имеет смысл.
Уистен вернулся с кружкой эля и, поставив ее на стол, вновь уселся рядом.
— Нет, конечно же, я не из полиции, — повторил Уистен, — как
вы справедливо догадались...
Патрик выжидательно молчал.
— Тогда — кто же вы?
Склонив голову набок, О'Рурк ответил вопросом на вопрос:
— А сами вы не догадываетесь?
Патрик честно округлил глаза.
— Нет.
— Ну, подумайте... Кто мог бы заинтересоваться вами кроме полиции?
После непродолжительной паузы О'Хара несмело предположил:
— Может быть, какие-то британские службы... Контрразведка, какая-нибудь
Ми-5?
— Ну, во-первых, — перебил его Уистен, — если бы мы были из
Ми-5, хотя это подразделение и не занимается терроризмом, то я бы не стал
назначать вам свидания в кафе... К вам бы, мистер О'Хара, сразу бы приехали
— не так ли?
Подумав, тот согласился.
— Ну да...
Уистен продолжал:
— Нам известно даже больше, чем вы можете предположить: мы знаем, что
вы — никакие не террористы, не снайперы, что вы с братом никогда не
открывали огонь по полицейскому патрулю.
Уставившись на странного незнакомца, Патрик поинтересовался:
— Кто вы?
— Ну, допустим... — недоговорив, Уистен извлек из кармана пачку
сигарет и закурил, — допустим, ваши друзья... Ирландцы.
— Я не понимаю...
— А разве этого недостаточно?
Он отрицательно покачал головой.
— Нет.
— Ну, хорошо, — ответил Уистен, — тогда скажу больше: я — из
ИРА.
Патрик резко отпрянул — не потому, что его так поразило неожиданное
признание собеседника, а, наверное, потому, что он впервые видел перед собой
настоящего человека ИРА.
— Не удивляйтесь, мистер О'Хара, — продолжал Уистен, — как
видите, мы — нормальные люди, из плоти и крови, а не кровожадные звери,
какими рисует нас британская пропаганда...
— Что вам надо? Улыбнувшись, Уистен промолвил:
— Ну, это уже совсем другой разговор... Кстати, мистер О'Хара, я даже
не боюсь того, что вы донесете на меня в полицию...
— Почему же?
— Потому что у вас куда больше оснований бояться полицейских, чем у
меня — не так ли? — спросил Уистен и тут же сам и ответил на свой
вопрос: — так... — он глубоко затянулся и, положив тлеющую сигарету в
круглую плоскую пепельницу, которую предупредительно пододвинул ему Патрик,
продолжил: — короче, скажу честно: мне нравится ваш ход мыслей. Вы
совершенно правильно догадались, что нам от вас что-то нужно... Ну, если и
нужно, то очень немногое: пассивная помощь...
— Моя помощь? — воскликнул Патрик, вскакивая со стула.
О'Рурк кивнул.
— Ну да... А почему это вас так удивляет?
— Ну, — замялся Патрик, — ваше предложение достаточно
неожиданно...
— Тем не менее, я хотел бы знать: могу ли я рассчитывать на вас?
Подумав, Патрик ответил:
— Даже не знаю...
— Почему?
— Я же говорю — когда вы позвонили мне по телефону и назначили эту
встречу, я просто не был готов к подобному разговору... А теперь, после
вашего предложения...
Уистен быстро перебил его:
— Все правильно, мистер О'Хара, я прекрасно понимаю вас... Более того,
будь я на вашем месте, то повел бы себя совершенно таким же образом...
Патрик молчал.
Затушив тлеющий окурок, Уистен с минуту помедлил, а затем продолжил:
— Мистер О'Хара, у вас просто нет другого выхода.
— Это почему?
— А потому, что для полиции вы давно уже террорист, — ответил
он, — вы снайпер, который стрелял по полицейскому патрулю, и вам, и
вашему брату вряд ли удастся доказать обратное... После этих слов у Патрика
невольно вырвалось:
— А Стив?
— Ваш брат?
О'Хара кивнул.
— Да.
— И что же?
— Вы говорили с ним?
Мягко улыбнувшись, О'Рурк ответил:
— Нет.
— Почему?
— Мистер О'Хара, — пояснил тот, — вы, наверное, думаете, что
я какой-то вербовщик... Вроде тех, что зазывают молодых ребят из
пролетарских районов в британскую армию? Нет, это вовсе не так... Прежде чем
решиться на этот разговор с вами, мне пришлось собрать немало информации...
Я и мои друзья расспрашивали о вас и о Стиве ваших многочисленных знакомых,
коллег по прежнему месту работы, притом — очень осторожно, чтобы те не
догадались... Я собрал множество фактов. Так вот, мистер О'Хара, честно
говоря, я давно не слышал, чтобы о человеке отзывались с такой искренней
доброжелательностью, как о вас... Многие ваши приятели, даже не знакомые
между собой, говорили, что вы — своего рода воплощение честности и
порядочности... чего нельзя сказать о Стиве. Кроме того, у вашего брата, уж
простите меня, есть два качества, которые мне лично очень несимпатичны: во-
первых, он слишком любит деньги, а во-вторых — Стив весьма не сдержан на
язык — особенно, когда выпьет. Впрочем, не мне это объяснять — вам это и
самому хорошо известно. Патрик вздохнул.
— Значит, вы не виделись с ним?
Уистен отрицательно покачал головой.
— Нет, и не собираюсь... По моему мнению, Стив — человек ненадежный.
— Но чего же вы хотите от меня?
— Пока — немногого... Не угодно ли пройти со мной? — предложил
Уистен, поднимаясь.
Патрик насторожился.
— Куда?
Тот, улыбнувшись, ответил:
— О, не беспокойтесь... Вам никто не сделает ничего дурного. Просто мы
съездим в одно место, пробудем там максимум — он посмотрел на часы — ну,
максимум три четверти часа, а затем вас отвезут к вашему дому... Кстати, за
Уолтера и Молли можете не беспокоиться — я думаю, что они уже спят.
Значит, ему известно даже о детях? Значит, да... Но откуда?
Во всяком случае, эти ребята из ИРА знают о нем куда больше, чем можно было
ожидать...
А потому — спокойствие, спокойствие.
Главное, побольше молчать и поменьше задавать вопросов; больше слушать.
Вряд ли этот самый Уистен О'Рурк причинит ему вред — ведь если бы он хотел
это сделать, возможностей у него было более чем достаточно.
И потому Патрик, молча поднявшись вслед за О'Рурком, пошел к выходу...
Спустя минут десять такси, в котором они ехали, остановилось у мрачноватого
здания в одном из окраинных районов города — здание это одновременно
напоминало и пакгауз, и тюрьму, и фабрику, и авиационный ангар — если бы не
ровный ряд тускло освещенных окон по всему фасаду, Патрик бы подумал, что
так оно и есть.
Они вышли из машины, и, Уистен, глядя себе под ноги, чтобы не зацепиться за
строительный мусор (которого тут было достаточно) и не упасть, кивнул
Патрику:
— Прошу...
Спустя несколько минут они поднялись по слабоосвещенной лестнице на
последний этаж.
Уистен, посмотрев несколько раз по сторонам, подошел к двери и позвонил.
Ждать пришлось недолго — спустя несколько секунд с той стороны послышалось:
— Кто там?
— Это я, — ответил О'Рурк.
— Ты один?
— Нет...
Дверь открылось, и Патрик увидел перед собой довольно молодого человека —
лет на пять моложе его, светловолосого, коротко стриженного, с маленькими,
глубоко посаженными глазами, одетого в толстый свитер ручной вязки и
протертые джинсы.
Приветливо улыбнувшись, он поздоровался за руку сперва с Уистеном, затем — с
Патриком.
— Прошу...
— Спасибо.
Патрик со своим спутником прошли в комнату — небогатое убранство ее
свидетельствовало, что молодой человек, хозяин квартиры, обосновался тут
недавно и, судя по всему — ненадолго.
— Итак, — произнес молодой человек, усаживаясь и жестом Патрику
предлагая сесть напротив, — итак, ваше имя — Патрик О'Хара?
— Да, сэр.
— Меня зовут Крис О'Коннер... Кристофер О'Коннер... А Мистер О'Рурк —
мой друг... Это я попросил его встретиться с вами.
— Слушаю вас...
— Надеюсь, мой друг Уистен уже объяснил вам, кто мы такие и с какой
целью хотели с вами познакомиться... Так ведь?
— Да, он сказал, что вы, — Патрик, осторожно обернувшись,
осмотрелся по сторонам, будто бы в комнате мог быть кто-нибудь посторонний,
произнес шепотом: — вы из ИРА...
Крис улыбнулся.
— Можете не озираться, — успокоил он гостя, — тут все
свои... — он подвинул сигареты и пепельницу. — Курите?
— Очень редко, но сейчас не хочу, спасибо, — ответил Патрик.
— Может быть, хотите выпить?
— Я уже пил сегодня эль, — сказал тот, — и больше мне не
хочется.
— Ну и правильно. Для серьезного разговора надо сохранять трезвость
суждений, — согласился Крис. — А разговор у нас будет очень
серьезный... Короче говоря, я давно уже хотел встретиться с вами...
— Откуда вы меня знаете?
Крис заулыбался.
— Это не важно. Главное другое... — он помолчал и совершенно
неожиданно для собеседника спросил: — скажите, вы ирландец?
Патрик наклонил голову.
— Да. Мои предки переехали в Белфаст в конце прошлого века из
Колрейна...
— Хорошо, — произнес Крис, закуривая. — Тогда ответьте: что
вы можете сказать по поводу жизни ирландцев в Белфасте и вообще — в
Ольстере? Кстати, я даже и не спрашиваю, католик ли вы, — и Кристофер
кивнул на шею собеседника, где на серебряной цепочке висел небольшой
католический крестик.
— Я действительно католик...
— Не сомневался. Мы — католики, они — протестанты. Они пришли к нам в
дом и принялись устанавливать свои порядки, — продолжал Крис, под
ними
, конечно же, подразумевая англичан. — Мы не хозяева в своем
доме... В ирландском доме. Ну, скорее, на положении квартирантов, которых в
любой момент могут выставить за дверь... Мы квартиранты в своей собственной
квартире! Разве не так?
Патрик согласно кивнул.
— Так.
— Я не буду рассказывать вам, что такое Ирландская Республиканская
Армия и для чего мы существуем... Мы хотим восстановить справедливость. Да,
я предвижу ваши возражения — методы, к которым мы вынуждены зачастую
прибегать, многим в наш цивилизованный век кажутся дикими и варварскими — но
террор, пожалуй, единственное, что мы можем противопоставить власти
англичан.
Патрик молчал.
После непродолжительной паузы Крис, внимательно посмотрев на собеседника,
произнес:
— Ну, так что вы можете обо всем этом сказать? Такое положение дел, на ваш взгляд — нормальное?
Патрик вздохнул.
— Вряд ли...
— Что ж, — произнес Крис, улыбнувшись, — я рад, что вижу
перед собой единомышленника... Вы согласны помогать нам?
— В чем?
— Ну, во всяком случае, я, понимая, что имею дело с очень совестливым
человеком, никогда не заставлю... то есть, не предложу сделать вам что-
нибудь, что потом будет способно вызвать у вас угрызения совести...
— Например?
— Ваши руки не будут обагрены кровью, — заверил его Кристофер.
Патрик не мигая смотрел на молодого человека и ничего не отвечал.
— Стало быть, вы согласны помогать нам?
— Чем именно?
— Успокойтесь — стрелять, взрывать поезда, захватывать заложников и все
такое прочее... этого от вас не потребуется...
— Тогда — чего же вы от меня хотите?
— Пока, — Крис сделал ударение на этом слове, — пока, мистер
О'Хара, я хотел бы заручиться от вас исключительно пассивной поддержкой...
— Ну, пассивную помощь вы можете ожидать от любого ирландца, — с
облегчением ответил Патрик и по выражению глаз собеседника понял, что не
ошибся.
— Действительно... Но от вас мне надо будет чуть больше помощи, чем я
могу рассчитывать получить от рядового жителя Белфаста... Так вы обещаете
помогать нам?
Немного подумав, Патрик твердо взглянул на Криса и произнес:
— Да.
— Вы должны дать слово...
— Даю честное слово делать все зависящее от меня для освобождения
Родины, — немного торжественно произнес О'Хара, затем перейдя на шепот,
словно немного конфузясь своих слов, добавил. — Даю слово помогать
Ирландской Республиканской Армии...
О'Коннер поднялся и, пройдя к двери, ведущей в соседнюю комнату, жестом
пригласил гостя последовать за ним.
— Прошу...
Когда Патрик вошел в комнату, Кристофер закрыл дверь и произнес:
— Я не прошу вас, чтобы вы непременно приносили клятву, расписывались
кровью и все такое прочее... Оставим эту бутафорию средневековью... Мне
достаточно будет просто вашего честного слова... Я ведь знаю, сколь далеко
простирается ваша порядочность, — очень серьезно добавил Кристофер.
— Обещаю помогать вам, — повторил Патрик каким-то чужим,
деревянным голосом.
Крис улыбнулся.
— Иного я не ожидал...
И они вернулись в ту комнату, в которой только что беседовали.
— И что же я должен буду делать конкретно? — поинтересовался
Патрик.
— Я же говорю — помогать...
— Я не могу понять, в чем же именно будет заключаться моя помощь?
— Ну, об этом мы еще поговорим, — туманно ответил собеседник.
Однако О'Хара, сам пораженный тем, как быстро Крису удалось впутать его,
такого порядочного и законопослушного человека в ряды пусть патриотической,
но запрещенной террористической организации, продолжал настаивать:
— И все-таки...
— Ну, глядя на вас, мистер О'Хара, — улыбнулся Кристофер, — я
могу сказать определенно: оружия вам доверять нельзя...
Тот усмехнулся.
— Я, собственно, и не настаиваю... Кроме того, вы, мистер О'Коннер,
сами только что сказали, что мои руки никогда не будут обагрены кровью...
Крис утвердительно закивал.
— А я и не отказываюсь от своих слов... — он закурил, и, выпустив
через нос две струйки сизоватого дыма, добавил: — Ну, если вы так
настаиваете...
— Да, — упрямо добивался своего Патрик, — я действительно
должен знать...
— Помощь, которая требуется от вас, незначительна... То есть, —
спохватился он, — помощь эта может показаться незначительной только с
первого взгляда... На самом же деле она будет неоценима... Что конкретно
делать? — спросил он, поудобней устроившись в кресле, — Ну, в
основном мелочи... Надо будет кого-нибудь спрятать, какого-нибудь человека,
который попадет в неприятную ситуацию... Или — что-нибудь...
Патрик прищурился.
— Оружие?
Махнув рукой, Кристофер успокоил его:
— Какая разница? В любом случае, вас это не должно будет... — он
немного помолчал, а затем, устремив в собеседника свой цепкий взгляд,
поинтересовался. — А для чего вам это знать?
Вздохнув, Патрик ответил:
— У меня все-таки двое детей...
— Я знаю... Кстати, — спохватился Крис, — я прекрасно знаю,
что после смерти жены вы потеряли работу и оказались в довольно незавидном
положении...
— Да, к сожалению... Нот это не моя вина, — мрачно произнес
О'Хара, скорее — беда...
Кристофер поднялся со своего места и прошел к комоду, стоявшему у стены.
— Вас никто не обвиняет. Вы честный человек, и грех было бы сваливать
на вас вину за то, что вы лишены возможности честно зарабатывать себе и
своим детям кусок хлеба... — он едва заметно усмехнулся и добавил: — я
ведь не Антония...
После этих слов Патрик от удивления едва не свалился со стула. Боже!
Откуда им это известно?
Ну, допустим, о его делах можно было узнать от знакомых и бывших коллег по
работе, с которыми Патрик продолжал поддерживать ровные дружеские
отношения...
О том, чем они занимались со Стивом, можно было узнать от перекупщика цинка;
может быть, кто-нибудь из людей ИРА обратил внимание на двух воришек,
которые с раннего утра копошились на крышах старых домов.
О его характере — тоже могли рассказать приятели или коллеги.
Но откуда Крис мог знать об Антонии?
Наверняка, он знает и то, что Антония хочет забрать у него Уолтера и
Молли...
Патрик растерянно смотрел перед собой — что бы теперь ни рассказал Кристофер
о нем, его бы уже не удивило...
А Крис, открыв ключом верхний ящик комода, извлек оттуда шкатулку.
— Обстоятельства таковы, — произнес он, — что честный
ирландец из-за проклятого экономического спада вынужден бедствовать...
С этими словами он извлек из шкатулки пачку банкнот — Патрик краем глаза
успел заметить, что все они были довольно крупного достоинства.
— Прошу...
С этими словами Кристофер протянул пачку денег своему собеседнику.
— Что это? Крис заулыбался.
— Прошу, прошу...
— Но я не просил у вас денег! —
...Закладка в соц.сетях
