Жанр: Любовные романы
Клуб холостяков
...сплошь и рядом случается: обещают и не держат слова.
На всякий случай надо будет все же одеться и быть готовой. Но даже если он
не приедет, все равно поговорили славно. И Мэгги заснула с улыбкой на губах.
Глава 13
Мэгги с самого утра ждала звонка Адама. День был чудесный — ясный и
солнечный. Она надела джинсовую юбку вполне приличной длины — до середины
икры, розовую футболку в обтяжку, позаимствованную у одной из соседок, и
золотистые босоножки. Сегодня она зачесала волосы назад и стянула их розовым
шарфиком, и этот длинный белокурый хвост делал ее еще моложе. Косметику
накладывать почти не стала. Ей показалось, что в тот раз Адам счел ее
внешний вид вульгарным.
Мэгги посмотрела на часы. Пять минут первого, а от Адама ни слуху ни духу.
Все ее соседки давно уже разошлись кто куда, и Мэгги уже стала волноваться,
что он и впрямь не объявится. Решила подождать до часу и, если Адам не
позвонит, пойти прогуляться в парк. Расстраиваться не станет. На этот раз
она никому из подруг ничего не сказала, так что хотя бы на смех ее не
поднимут. Она сидела и размышляла на эту тему, когда зазвонил телефон. Это
звонил Адам, и, услышав его голос, Мэгги заулыбалась. Но тут же с испугом
подумала, что он звонит, чтобы отменить встречу.
— Добрый день. Как вы сегодня? — Она старалась говорить беспечным
тоном, чтобы он не догадался, что она расстроена. — Как голова?
— Какая голова? Слушай, я забыл: у тебя какой номер квартиры?
— А вы где? — Она опешила. Значит, он все-таки приедет? Лучше
поздно, чем никогда, да и вообще, еще только десять минут первого.
— Я внизу. — Он звонил с сотового. — Спускайся. Я заказал
столик.
— Уже иду. — Мэгги повесила трубку и бегом сбежала по лестнице,
пока он не передумал. Не каждый день такое случается, обычно люди обещают, а
потом не выполняют. А он сдержал слово.
Она вышла из подъезда. Адам в своей новой красной
Феррари
смотрелся как
кинозвезда. На этой машине он вчера ездил на Лонг-Айленд, но его
родственнички ее дружно проигнорировали. Родители ездили на
Мерседесах
,
брат с женой — тоже, зять имел
БМВ
, а сестра вообще не водила машину. Она
была убеждена, что окружающие должны по первому зову бросать все дела и
везти ее, куда ей приспичит.
Феррари
же, в их представлении, просто ни в
какие ворота не лезет, эдакую вульгарность даже обсуждать неприлично. Но
Адам машину обожал.
— Бог ты мой! Вот это машина! — запрыгала от восторга Мэгги. Адам
улыбнулся и распахнул дверь.
Такую машину она только в кино видела, а теперь она сидит в ней! В голове не
укладывалось. Жаль, никто из знакомых не видит. — Это ваша? —
возбужденно спросила девушка.
— Нет, угнал. — Адам рассмеялся. — Конечно, моя. Послушай, я
же как-никак Гарвард окончил! — Теперь смеялись оба, потом Мэгги
протянула ему маленький сверточек. — А это что такое?
— Подарок. Утром сходила в магазин и купила для вас. — Она купила
ему упаковку тайленола — на случай, если опять заболит голова.
— Очень мило с твоей стороны, — улыбнулся он. — Сохраню до
следующего раза, когда к родственникам поеду.
Адам тронул машину, на Третьей авеню он остановился перед рестораном, где
были столики на веранде и садик. Мэгги предоставила Адаму сделать заказ,
чтобы не попасть впросак с незнакомыми блюдами. Потом они сидели в саду и
пили вино, а после пошли прогуляться. Мэгги было безумно интересно слушать
рассказы Адама о знаменитостях, с которыми он работает. Адам рассказывал и о
себе — о своих детях, о том, как разрушился его брак и как сильно он
переживал, а потом разговор зашел о двух его лучших друзьях, Грее и Чарли. К
вечеру у Мэгги уже было ощущение, будто она знает о нем все. О себе она тоже
немного рассказала, правда, не так откровенно. Мэгги была более скрытной по
натуре и предпочитала слушать своего нового знакомого. Но все же рассказала
ему несколько занятных историй из своего детства, о своих приемных
родителях, о работе. Ее жизнь была однообразна и скучна. Еда, сон, кино да
работа — вот и все ее занятия. Друзей у нее немного, на них нет времени —
работает она до поздней ночи. А когда Адам спросил ее про свободное время,
Мэгги ответила:
У меня сплошная работа
. Адам был удивлен, насколько ему с
ней легко. Она — славная девушка, очень чуткая и далеко не такая наивная
дурочка, какой показалась в первый вечер. Для своих лет она уже многое
повидала. Выглядела Мэгги моложе своих лет, но, если судить по ее опыту, она
гораздо старше. В чем-то даже старше — вернее, опытнее — Адама.
Часов в шесть они наконец вернулись к его машине. Мэгги очень не хотелось,
чтобы этот волшебный день закончился так скоро. И Адам словно прочел ее
мысли.
— А что, если я сделаю барбекю на своей террасе? Как тебе такой план,
Мэгги?
— Лучше не бывает, — просияла она.
Дом Адама был из разряда тех, что она до сих пор видела только в кино. В
дверях их учтиво приветствовал привратник и улыбнулся Мэгги — она была
хорошенькая, на нее все оборачивались. В лифте Адам нажал кнопку с надписью
Пентхауз
, а когда открыл перед Мэгги дверь, она так и замерла. Долго
стояла и молча смотрела на раскинувшийся внизу город.
— Бог ты мой! — только и выдохнула она, точь-в-точь как при виде
его
Феррари
. Адам жил на тридцать третьем этаже, со всех сторон его жилье
окружала панорамная терраса, на которой располагались гидромассажная ванна,
шезлонги и барбекю. — Настоящее кино! — Мэгги не могла прийти в
себя. — Неужели это происходит со мной?
— Тебе просто повезло, — усмехнулся он. Теперь, когда он узнал ее
лучше, ему было жаль, что это на самом деле произошло не с ней, а с ним. А
ей после ужина придется возвращаться в свою съемную квартирку. Эта девушка
была достойна куда лучшей участи. Увы, он может подарить ей лишь приятный
вечер, вкусно накормить, провести с ней какое-то время и отправить ее назад,
в ее мир. Ему не изменить того, что есть. Но она, кажется, и не жаловалась
на жизнь. Зависть была не в ее характере, а открывшийся ей блеск его жизни
вызвал лишь радость за него.
Мэгги совсем не была похожа на тех женщин, которых Адам знал прежде. Правда,
все девушки Адама тоже были хорошенькие. А Мэгги еще и добрая, нежная,
веселая. Она — настоящая. К тому же неглупа, а его считает прямо-таки гением
или святым, что тоже приятно. Всем прежним знакомым женщинам непременно от
Адама было что-то нужно. Наряды, драгоценности, кредитки, квартиры, новые
машины, пластические операции, рекомендации на работу или роли в кино. Все
хотели всего и сразу. Мэгги же просто была рядом. В ней была очаровательная
непосредственность — большое преимущество по сравнению со всеми женщинами, с
кем судьба сводила его за последние несколько лет.
Мэгги приготовила салат, Адам достал из холодильника мясо и развел жаровню.
Стейки были огромные и удались на славу, а потом они сидели на террасе, ели
мороженое в рожках, все перепачкались и теперь покатывались со смеху. У
Мэгги даже ноги были в клубничном мороженом, но ее это нисколько не смущало.
— Вот что, — сказал Адам, — давай-ка сполосни ноги. Мы никому
не скажем. — Он открыл джакузи, вода была теплой и весело бурлила.
Здесь могли поместиться человек десять. Мэгги села на край, опустила ноги в
воду и хихикнула.
— Наверное, часто гостей принимаете? Со всякими безумствами... — В
своей скромной юбке и розовой блузке, болтая ногами в воде, она была похожа
на девчонку.
— С чего ты взяла? — буркнул Адам. Он не любил говорить о других
женщинах, а Мэгги собиралась как раз затронуть эту тему.
— Ну как же? — Она обвела взглядом террасу. — Джакузи,
барбекю, огромная квартира, потрясающий вид... Да я, если бы так жила, без
конца бы друзей принимала. — Она заговорила совсем не о том, о чем
подумал он.
— Бывает, — сознался он. — А иногда мне, наоборот, хочется
побыть одному. Я много работаю, временами необходимо просто
расслабиться. — Мэгги кивнула. Вечером, приходя домой с работы, она
чувствовала то же самое. Адам вдруг добавил: — Мне с тобой хорошо.
— И мне с вами, — без колебаний сказала она, следя за ним
взглядом. — Почему вы все-таки не хотите жениться снова? — Вопрос
прозвучал неожиданно.
— А это ты с чего взяла? — Адам был удивлен и озадачен.
— Вы вчера сами сказали. По телефону, — объяснила Мэгги, и он
кивнул. Вчера он был такой сонный, что половины разговора и не помнил.
Помнил только, что говорить с ней ему понравилось. — Неужели вы больше
не хотите иметь детей? Вы же еще совсем молодой... — Этот вопрос ему
задавали многие женщины, но ответом они оставались недовольны. Адам их
никогда не обманывал. А там пусть верят или нет — как им будет угодно.
Обычно ему не верили. Сказав правду, он становился для них еще более
желанной добычей. Как запретный плод.
— Я люблю своих детей, рад, что они у меня есть. А жениться... Зачем? О
детях я больше не задумывался. А о браке у меня не самые лучшие
воспоминания. Мне лучше живется, когда я сам по себе, свободен и независим.
— Ну еще бы! — рассмеялась Мэгги. — С такими-то игрушками
расчудесно можно жить. — Она была первой женщиной, которая с ним
согласилась. Большинство его подруг пытались убедить его, что брак — это так
прекрасно!
— Вот и мне так кажется, — поддакнул он. — Зачем отказываться
от стольких радостей ради одной-единственной женщины, которая может тебя
разочаровать и сделать несчастным?
Мэгги кивнула. Она видела, что он даже не может представить себе женщину,
которая бы его не разочаровала, а наоборот, осчастливила. И это было
грустно.
— И много у вас подружек? — Она догадывалась, что немало, это
можно было заключить по его виду. Достаточно одной
Феррари
, чтобы понять,
что Адам большой охотник до женского пола.
— Я не скучаю, — признался он. — Но не хочу надевать хомут,
дорожу свободой. — Мэгги кивнула. Ей нравилось, что он не пытается
притворяться. Все честно и откровенно. — Бывает, что подолгу вообще ни
с кем не встречаюсь.
— А сейчас какой период? — улыбнулась Мэгги. — Много, никого
или раз-два и обчелся?
Адам улыбнулся.
— Что, анкету заполняем? — Она и накануне донимала его вопросами.
Похоже, это у нее привычка. — В данный момент ни с кем не встречаюсь.
— Проводите отбор? — поддразнила Мэгги. Сейчас она выглядела уже
не как девочка, а как женщина. Красивая молодая женщина. Сегодня он ее
хорошо разглядел, намного лучше, чем когда они познакомились.
— А ты что, хочешь заявку подать?
— Может быть, — честно объявила она. — Пока не решила.
— А как у тебя? — тихо спросил он. — Есть парень?
— Нет. Я уже год ни с кем не встречаюсь. Мой последний ухажер оказался
наркодилером и угодил в тюрьму. А поначалу производил приличное впечатление,
я с ним в
Пирсе
познакомилась.
— Чтобы ты не волновалась, наркотиками я не торгую, — заверил
Адам. — Все, что ты видишь, заработано честным трудом.
— Ну на этот счет я и не сомневалась.
Адам встал и пошел включить музыку. Вечер, кажется, принимал романтический
оборот. Когда он вернулся, Мэгги задала еще один казавшийся ей важным
вопрос:
— А что, если у нас когда-нибудь завяжется роман? Тоже будете
продолжать встречаться с другими женщинами?
— Не исключено. Но тебя подставлять не стану, если ты это имела в виду.
Я осторожен и недавно сдавал кровь на ВИЧ.
— Я тоже, — тихо сказала Мэгги. Она обследовалась, когда наркодилер отправился за решетку.
— Если ты спрашиваешь, Мэгги, буду ли я верен тебе одной, если до этого
дойдет, то, скорее всего, нет. А там — кто знает, как сложится? Я не люблю
связывать себя обязательствами. И тебе не советую, особенно учитывая твой
возраст. — Она кивнула. Его слова ее больно кольнули, но это был
честный ответ. — Я уже давно так живу, почти одиннадцать лет, и, думаю,
так будет и впредь. Я не намерен никому портить жизнь, да и своей свободой я
очень дорожу.
— А мне кажется, вы кое в чем не правы, — возразила Мэгги. —
Насчет повторного брака. Но это ваше дело. Я тоже замуж не собираюсь. Я еще
многое хочу успеть, во всяком случае, на несколько ближайших лет у меня есть
планы. Но когда-нибудь я захочу выйти замуж и нарожать детей.
— И правильно.
— Я хочу дать своим детям все, чего была лишена сама. Например, я не
знаю, что такое материнская любовь, — негромко сказала она. — Я
буду очень любить своих детей, очень!
— Я тоже ее не знал, — сказал Адам и подошел к Мэгги. Она, как
девчонка, болтала ногами в воде. — Не всем дано быть любящей матерью.
Моя точно не умела. Я у нее был нежеланный ребенок. Десять лет разницы с
сестрой. А с братом и все четырнадцать. Всю жизнь все на меня злились, не
надо было им меня рожать.
— А я рада, что меня родили, — проговорила Мэгги.
Адам с нежностью смотрел на нее.
— И я рад, что тебя родили, — отозвался Адам, нагнулся и поцеловал
ее. А потом вдруг предложил вместе забраться в ванну. У него нашелся в
запасе новый женский купальник подходящего размера. У Адама было несколько
купальников в шкафу, и он предложил Мэгги любой на выбор. Вот оно,
холостяцкое житье. Не будь он с ней так откровенен, ее бы это могло
огорчить, но между ними с самого начала не было недомолвок.
Мэгги надела купальник и погрузилась в ванну, а через минуту появился Адам в
плавках и присоединился к ней. Они долго сидели в воде, разговаривали,
целовались, а потом разделись. На Нью-Йорк уже опустилась теплая октябрьская
ночь. Они долго лежали, прильнув друг к другу, в теплых струях, а потом он
встал, завернул ее в махровое полотенце и понес в дом. Положил на кровать и
развернул, как бесценный подарок. Она была великолепна. Адам в жизни не
видел такого прекрасного тела. В Мэгги О'Мэлли не было никакой фальши.
Каждый дюйм — настоящий. Даже ее дивные волосы были натурального цвета.
Они занимались любовью, изумляясь тому, как им хорошо друг с другом, какое
бесконечное наслаждение они дарят друг другу. Они говорили какие-то милые
глупости и смеялись. Мэгги ощущала себя в раю. Потом они долго лежали рядом,
а после опять отправились в джакузи. Мэгги сказала Адаму, что сегодня самая
дивная ночь в ее жизни. Все происходящее казалось ей чем-то волшебно
нереальным, особенно когда она думала о том, как придет к себе в квартиру, а
потом на работу, и все опять вернется в прежнюю колею. Но все равно она была
счастлива, ведь с Адамом она переживала минуты, которых даже представить
себе не могла. Но она не могла себе представить и то, что ждет их обоих.
Будут ли они встречаться, сумеет ли она стать девушкой этого необыкновенного
мужчины и какие усилия ей придется для этого приложить.
Они еще раз занялись сексом. Теперь все произошло совершенно спонтанно, и
оба были застигнуты врасплох вспыхнувшей страстью.
Адам предложил ей остаться на ночь. Обычно он этого не делал, но с Мэгги все
было по-другому. Ему не хотелось отпускать девушку в ее унылый дом. Но с
этим им обоим придется сжиться — она будет уходить, а он — ее отпускать. Он
не предлагал ей ничего постоянного, всего лишь короткую передышку от той
жизни, какой она жила, и Мэгги сказала, что она дорожит и этим шансом.
Правда, сегодня она считала, что ей лучше вернуться домой.
Адам настоял на том, чтобы отвезти ее на машине. Не хотелось отпускать Мэгги
на такси, уж больно район опасный. По дороге домой Мэгги снова чувствовала
себя Золушкой, даже больше, чем в тот раз, потому что они ехали на его
Феррари
, а не на арендованном лимузине.
— К себе не приглашаю, — сказала она, когда он ее поцеловал на
прощание.
— Так-так... У тебя там муж и семеро ребят? — прошептал Адам, и
она рассмеялась.
— Не семеро, а только пятеро.
— Мне было с тобой очень хорошо, — сказал он, прижимая к себе
девушку.
— Мне тоже, — ответила Мэгги и поцеловала его.
— Я позвоню. Завтра, — пообещал он, и она опять засмеялась.
— Да... Конечно... — Она наконец вышла из машины, добежала до
двери, помахала рукой и исчезла в подъезде, повторяя про себя его последние
слова. Она очень надеялась, что он не обманет, но кому, как не Мэгги, знать,
что в жизни ни в чем нельзя быть уверенным.
На следующей неделе Адам часто звонил Мэгги. Она перевелась в дневную смену
и могла оставаться у Адама на ночь. Им было хорошо, но они оба соблюдали
уговор. Она не задавала вопросов о будущем. А в те дни, когда она оставалась
у себя дома, ни один не спрашивал другого, с кем или чем был занят.
На самом деле Адам был ею настолько очарован, что, даже когда они не
виделись, все равно перед тем, как лечь спать, звонил Мэгги. Дважды, к его
удивлению и досаде, ее не оказывалось дома. Но он не говорил, что звонил, и
не оставлял ничего на автоответчике. А она при встрече не упоминала о том,
что где-то была. Про себя Адам признавался, что раздражается, когда узнает,
что она не сидит дома в ожидании его звонка. Но вслух ничего не высказывал.
Оба продолжали лелеять свою свободу. В начале их романа у Адама не было
других женщин, его ни к кому больше не тянуло, зато все сильнее влекло к
Мэгги. А она и вовсе сказала, что ей никто другой не нужен. Однако случаи,
когда он не заставал ее вечером дома, продолжали повторяться. И он ловил
себя на том, что его это терзает все сильнее и сильнее. Он стал подумывать о
том, чтобы начать встречаться с кем-то еще — просто для того, чтобы не
привязаться к Мэгги чересчур сильно. Но время шло, а он так и не предпринял
никаких шагов в этом направлении. Их роман длился уже месяц, а он до сих пор
хранил верность. Такого с ним уже много лет не случалось.
Адама еще тревожило, что с момента возвращения Чарли из Европы они видятся
реже обычного. Но тот в последнее время был постоянно занят. Адам понимал,
что у Чарли жизнь насыщена делами фонда и всевозможными мероприятиями, но
его огорчало, что они не могут выкроить время и пообщаться. Но зато у него
было больше времени для встреч с Мэгги. Она все больше занимала его мысли, и
он все чаще задавался вопросом, что она делает, когда они не вместе. Время
шло, а его сомнения не разрешались: в те вечера, когда у них не было
свидания, он не заставал Мэгги дома. На следующий день она появлялась, как
всегда, сияющая и радостная, и ложилась с ним в постель, даря ему всю себя
без остатка. Адам все больше терял голову. Не отдавая себе в том отчета,
Мэгги играла по его собственным правилам и уверенно побеждала. Свобода,
которую он всегда оберегал, с каждым днем теряла для него свою
привлекательность. А судя по тому, что он часто не заставал ее дома, она
пользовалась своей свободой куда активнее его.
И даже с Греем Адам теперь виделся меньше. Несколько раз они разговаривали,
Грей с восторгом живописал свой домашний уют с Сильвией в главной роли и
никуда не желал выходить. В конце концов Адам списался с приятелями по
электронной почте и договорился о холостяцкой встрече. Они уже больше месяца
не виделись. Такое случилось впервые за много лет, причем каждый винил в
этом друга.
Встреча была назначена в одном из их любимых ресторанов в центре. Адам
явился первым. Чарли и Грей вошли следом, и Адам сразу заметил, что Грей
поправился. Ненамного, но лицо округлилось. Он сообщил, что они с Сильвией
увлеклись готовкой. Вид у него был совершенно счастливый. Они уже два месяца
как вместе, а знакомы и все три. Пока, уверял Грей, они абсолютно счастливы.
Приятели за него порадовались, хотя и считали, что пока рано делать выводы.
У себя в студии Грей больше не жил, он все время был с Сильвией. Но, как он
специально подчеркнул, официально он там пока не живет, только
бывает
, как
он выразился. Для Адама с Чарли разница была невелика, но, по-видимому, Грею
больше нравилась такая формулировка.
— А что у тебя? — обратился Адам к Чарли ворчливо. — Ты-то
где весь месяц пропадал?
— Я тоже дома не сидел, — загадочно проговорил Чарли, и Грей
усмехнулся. На днях Чарли признался ему, что последовал его совету и стал
встречаться с Кэрол Паркер. Пока ничего радикально нового в их жизни не
произошло, но они часто ужинают вместе и понемногу узнают друг друга. Они
виделись часто — по несколько раз в неделю, но Чарли до сих пор ее даже не
поцеловал. Отношения развивались медленно, Чарли соглашался, что каждый из
них боится остаться у разбитого корыта.
Адам заметил выразительный взгляд Грея и заставил Чарли все рассказать.
— Господи, да что с вами такое? Не узнаю! Грей фактически живет у
Сильвии, точнее — живет, но не хочет этого признать. И ты, похоже, туда же
метишь? Это называется предательством холостяцкого дела. — Он корил их
беззлобно и на самом деле был рад за обоих друзей. Оба мечтали встретить
подходящую женщину, причем уже давно. На свой счет Адам пока был не уверен.
Отношения с Мэгги на сегодняшний день были приятной реальностью, но они были
бесперспективны. Они просто встречаются, а живут каждый сам по себе и, когда
не видятся, делают что хотят и проводят время, кому с кем нравится. Но когда
они вместе, Мэгги горит страстью, а Адам будто не может насытиться ею. Его
все больше злила ее независимость. Раньше с ним такого никогда не случалось.
Независимым всегда был он, но Мэгги его в этом обошла. Она закрыла от него
какую-то часть своей жизни, то есть сделала то, что обычно делал Адам,
вступая в связь с женщиной.
— У тебя-то как? — спросил его Чарли за десертом. — Что-то ты
примолк, не рассказываешь, с кем ты и что. Завел кого-нибудь? Или, как
всегда, их несколько — твоих счастливых избранных? — Даже Чарли не
удавалось сосчитать, сколько у Адама в данный момент подружек.
— Почти месяц встречаюсь с одной девушкой, — небрежно ответил
Адам. — Ничего особенного. Сразу договорились до серьезного не
доводить. Она знает, что жениться я не собираюсь.
— А она? Она незамужняя? Не хочет тебя заполучить? — с
любопытством спросил Чарли.
Адам покачал головой.
— Она еще молода и никуда не спешит. В этом преимущество молоденьких.
— О боже! — закатил глаза Грей. — Надеюсь, ей не
четырнадцать? Ты там поосторожнее, так и до тюрьмы недалеко.
Друзья обожали подтрунивать над Адамом и его пристрастием к юным девицам.
Адам на это отвечал, что друзья ему просто завидуют.
— Спокойно, ребята, ей двадцать шесть. Она хорошенькая, умненькая, а
фигурка — закачаешься. — Он не стал говорить, насколько увлекся
сам, — решат еще, что он совсем потерял голову, чего он на самом деле и
сам уже начинал опасаться. Адам хорошо знал, что если женщина покоряет тебя
не только грудью или ножками, но и умом — пиши пропало.
Вообще-то, все трое уже были влюблены по уши, только не хотели этого
признавать — ни перед друзьями, ни перед собой. Правда, у всех романы еще
только начинались и не прошли испытания временем. Не было еще ни первых
размолвок, ни разочарований, какие случаются у всех. Пока была лишь новизна
и радость общения. Что будет дальше — покажет время.
Друзья незаметно засиделись за полночь за разговором и выпивкой. Они сами не
подозревали, насколько им друг друга не хватало весь этот месяц.
Они были так поглощены другими делами и своими увлечениями, что даже не
отдавали себе отчета в том, как нужны они друг другу и как им не хватает
дружеского общения. Решили, что не будут допускать таких перерывов. А пока
обсудили все, что только можно, — политику, финансы, акции, дела. У
Адама за этот месяц появились два новых клиента, у Чарли успешно шла работа
в фонде. Ресторан они покинули последними.
— Давайте пообещ
...Закладка в соц.сетях
