Жанр: Любовные романы
Объятия смерти
...им дядей. Очевидно, у него были
нелады с профессиональной этикой — он злоупотреблял вни—манием своих юных
пациенток. Годами его поведе—ние покрывали, но это стало невозможным, когда
выяснилось, что он начал отправлять больных к праотцам, не имея на то
никаких полномочий.
— Вы вспомнили его имя?
— Нет, но я позвонила кузине. Теперь вы у меня в долгу, Даллас, так как
моя кузина Мэнди целый час расспрашивала меня о моей личной и
професси—ональной жизни, а затем прочитала мне лекцию о том, что не стоит
тратить время в клинике на отбро—сы общества.
— Имя, Луиза! Жаловаться на кузину будете по—том.
— Илай Янг. Он был старшим ординатором в Ме—мориальном центре Кеннеди,
пока не занялся част—ной практикой.
— Так я и знала! — воскликнула Ева.
— Значит, у вас уже есть данные о нем? — разо—чарованно протянула
Луиза. — Выходит, я зря ста—ралась?
— Не зря. Вы сэкономили мне время и силы, за что я вам очень
благодарна. — Ева бросила взгляд на Рорка. — Кстати, сегодня я
попросила Чарльза об одном одолжении, и теперь мне не по себе.
— Обслужить заключенную в Докпорте?
— Значит, он вам рассказал?
— Конечно. — Луиза усмехнулась. — Можете не волноваться из-за
этого. Между прочим, Пибоди выглядит чудесно. Похоже, там пахнет любовью.
— Чем-то там, безусловно, пахнет, — проворчала Ева, положив
трубку. — Почему ты ухмыляешься? — спросила она Рорка.
— Потому что, несмотря ни на что, некоторые области секса тебя смущают.
— Не смущают, а озадачивают. Хотя это меня не касается.
— Любовь вообще не поддается рациональному объяснению.
Ева посмотрела на него:
— Думаю, у меня как раз тот самый случай. — Она отодвинулась от
стола. — Я хочу нанести визит этому Илаю Янгу — посмотрю, что удастся
из него вытрясти.
— Я пойду с тобой. Только без упоминаний о правилах, лейтенант! Скажем,
мне просто хочется проехаться на автомобиле с женой. Сейчас прекрас—ный
вечер. Кроме того, — он обнял ее за плечи, на—правляясь к двери, —
если мне не изменяет память, дом, где проживает злой доктор, принадлежит
мне. Поэтому со мной тебе будет легче туда проникнуть, не так ли?
Рорк оказался прав. Когда консьержка сообщила Еве, что доктора Янга нет
дома, она оттеснила от окошка Рорка и показала свой значок.
— Его нет или он не принимает посетителей?
— Я не уполномочена сообщать подобную ин—формацию. Мы не имеем права
вторгаться в личную жизнь жильцов, поэтому могу лишь повторить, что доктор
Янг в настоящее время недоступен. Можете оставить сообщение ему или другому
жильцу. При—мите мои извинения, лейтенант, за то, что не могу выполнить ваше
требование.
— Ты должна признать, — заметил Рорк, — что в моих домах
безупречный персонал.
— Какого черта?! — Ева вышла из себя. — Вы обязаны оказывать
содействие полиции!
— Пребывание на территории посторонних не—желательно, — словно
робот, ответила консьерж—ка. — Если вы не хотите пройти к другому
жильцу или оставить сообщение, я должна просить вас ос—вободить вестибюль.
Через сорок пять секунд охрана здания будет информирована о вашем отказе.
Еще раз примите мои извинения.
— Не пора ли мне вмешаться? — осведомился Рорк. — И не
огрызайтесь, лейтенант, так как меня это только возбуждает.
— Сделай так, чтобы нас пропустили, и не вы—гляди таким самодовольным!
Рорк всего лишь наклонился к окошку.
— О, добро пожаловать, Рорк! Чем могу служить?
— Мы хотим подняться на двадцать второй этаж. Спустите лифт.
— Да, сэр. Лифт спущен. Желаю удачного визи—та. Пожалуйста, дайте мне
знать, если я смогу быть еще чем-нибудь вам полезна.
— Ты не устаешь от того, что все к тебе подлизы—ваются? — спросила
Ева.
— Почему я должен от этого уставать? — Рорк жестом пригласил ее в
кабину лифта, когда зеркаль—ные двери бесшумно открылись. — А знаешь,
Янга и в самом деле может не быть дома.
— Я хочу в этом убедиться. Есть немало шансов, что он поставщик
Джулианны или знает поставщи—ка. Я не уйду, пока не поговорю с ним.
Выйдя на двадцать втором этаже, Ева направи—лась по коридору ко второй двери
справа, нажала кнопку звонка и подняла значок, чтобы он был ви—ден через
глазок
.
Когда на второй звонок тоже никто не ответил, Ева окончательно вышла из
себя. Она молча повер—нулась и позвонила в квартиру напротив.
Дверь открыла женщина в красном халате, дер—жащая в руке бокал с какой-то
голубой жидкостью. Позади слышались звуки телевизора.
— Полиция? Что случилось?
— Ничего, мэм. Простите, что беспокою вас. Не знаете, где я сейчас могу
найти доктора Янга?
— Доктора Янга? — Женщина заморгала и обер—нулась. — Марти,
здесь полиция. Они хотят видеть доктора Янга.
— Он живет напротив, — прогудел мужской го—лос.
— Знаю, — терпеливо сказала Ева. — Но он не отвечает на
звонок. Не могли бы вы сообщить, когда видели его в последний раз?
— Кажется, несколько дней назад. — Женщина подняла бокал и сделала
глоток. Судя по ее лицу, она пила уже некоторое время. — Хотя
подождите, он уехал из города на пару недель.
— Он не упоминал, куда едет?
— Нет. Мне сказала его племянница.
— Племянница? — Ева насторожилась.
— Да, она как раз выходила из его квартиры, ког—да я вернулась из
магазина. Приятная молодая жен—щина. Она сказала, что они вместе с дядей
поедут к ее родителям в Огайо или Индиану. А может быть, в Айдахо. —
Она снова глотнула из бокала.
— Как она выглядела?
— Молодая хорошенькая брюнетка, небольшого роста, модно одетая.
Достав мини-компьютер, Ева вывела на экран изображение Джулианны в роли
Дженет Дрейк.
— Эта женщина вам знакома?
Соседка посмотрела на экран и улыбнулась:
— Конечно! Это племянница доктора Янга. Ме—ня удивила эта встреча, так
как я не подозревала, что у него есть семья.
— Спасибо. — Ева спрятала компьютер в кар—ман. — Вы когда-
нибудь смотрите новости, мэм?
— Новости? С Марти можно смотреть только спорт и триллеры. Я радуюсь,
когда могу хоть десять минут посмотреть передачу о модах.
— Советую посмотреть новости сегодня вечером. Спасибо за помощь. —
Отвернувшись от удивлен—ной женщины, Ева включила видеомагнитофон. — У
меня есть сведения, что подозреваемая Джулианна Данн контактировала с Илаем
Янгом в этом до—ме. Янг не отвечает на звонок, что позволяет опа—саться
худшего. У меня есть основания войти к нему в квартиру с целью определить,
все ли с ним в по—рядке, и не является ли он соучастником Джулианны Данн. Со
мной Рорк, владелец дома. Он согласен с этой процедурой и засвидетельствует
ее.
— Коротко и ясно, — заметил Рорк.
Подойдя к двери, Ева раскодировала замок своей отмычкой.
— Магнитофон включен, — предупредила она, вынимая оружие, на
случай, если Рорк тоже воору—жился, не уведомив ее, и открыла дверь.
Внутри было темно, но Ева не нуждалась в свете, чтобы почуять запах смерти.
— Похоже, здесь труп, — сказала она, стараясь не дышать
носом. — Оставайся в коридоре — тебе тут делать нечего.
Ева нажала кнопку выключателя, и электричест—во тут же осветило хорошо
обставленное помещение с плотно занавешенными окнами. Янг лежал на ди—ване,
обивка которого была безнадежно испорчена, как и надетый на нем халат. На
кофейном столике стояли бокал и бутылка бренди, а на ковре под сви—сающей
вниз рукой Янга с распухшими, как сосис—ки, пальцами валялась рюмка.
Рорк протянул Еве носовой платок, чтобы она могла прикрыть нос и рот.
— Это лучшее, что я могу сейчас предложить, — сказал он.
— Спасибо.
Ева прижала платок к лицу, другой рукой снимая место происшествия на видео.
Потом она вынула из кармана телефон и набрала номер.
Сначала Джулианна занималась с ним сексом. Возможно, они и раньше были
любовниками, но Ева в этом сомневалась. Джулианна просто исполь—зовала свой
самый эффективный способ отвлечь мужчину, а потом отравила его тем ядом,
которым он ее снабжал.
Все было проделано четко, логично и хладно—кровно.
Конечно, они обнаружат ее на дисках охранной системы по крайней мере дважды
— в один из дней перед убийством Петтибоуна, когда она, будучи рыжеволосой,
приобретала первую партию яда, и не—давно, когда она уже брюнеткой пришла
избавиться от свидетеля.
Вполне вероятно, что в компьютере жертвы най—дут тексты их сообщений друг
другу. Но Джулианна едва ли была настолько глупа, чтобы отправлять их из
дома, со своего личного компьютера. Конечно, они все проверят, но она явно
вела переговоры из какого-нибудь общественного места.
Янг был мертв уже четыре дня. Джулианна яви—лась к нему почти сразу же после
первого убийства.
Тело забрали, но Ева знала: запах разложения бу—дет ощущаться еще некоторое
время даже после очистки воздуха.
— Лейтенант! — к ней подошла Пибоди. — Я при—несла диски
охранной системы.
Ева рассеянно взяла их:
— Я скопирую их и просмотрю позже, хотя не ожидаю никаких сюрпризов.
Джулианна пришла сюда на следующий день после убийства Петтибоуна, сделав
новую прическу, чувствуя себя свежей и бодрой. Янг впустил ее, думая об
очередной сделке. Думаю, она рассказала ему об убийстве. С кем мо—жно лучше
поделиться своей удачей, чем с че—ловеком, который продал ей оружие, и
который ум—рет до ее ухода из квартиры? Должно быть, это ее за—бавляло.
Потом она соблазнила его. — Ева кивнула в сторону спальни. Простыни уже
отправили в лабо—раторию, но предварительное обследование показа—ло следы
спермы. — Это не составило труда.
Я так напряжена после всех этих
одиноких лет в тюрьме! Мне нужно, чтобы кто-нибудь ко мне прикоснулся. Вы
единственный, с кем я могу быть, единствен—ный, кто знает, что я сейчас
чувствую!
— Еще бы, — пробормотала Пибоди. — Уж он-то это отлично знал.
— Янг по возрасту годился ей в дедушки, а перед ним была молодая и
красивая женщина с гладким и гибким телом. Ему всегда нравились молоденькие.
Итак, Джулианна позволяет ему делать все, что он хочет. Для нее это не имеет
значения — он уже мерт—вец. Изображая оргазм, она думает о следующей жертве.
Потом она льстит его мужскому самолю—бию, зная, что сказать, чтобы он
почувствовал себя жеребцом.
— Каким же образом ей удалось его отравить? Ведь Янг знал о ядах все.
— Джулианне было известно, что Янг любит бренди. Она могла добавить яд
в бутылку, пока он был в душе или в уборной. Это не заняло много вре—мени.
Не имело значения, выпьет ли он яд сейчас или позже, но она предпочитала
наблюдать за агонией своих жертв. Джулианна садится рядом с ним на диван и
рассказывает ему о том, кого она собира—ется прикончить следующим. Нельзя ли
ей выпить немного вина и остаться еще ненадолго? Так прият—но с кем-нибудь
поболтать! Янг наливает в бокал вино и в рюмку — бренди. Это его напитки, и
он ни—чего не подозревает. Возможно, Джулианна пьет пер—вая, не переставая о
чем-то с энтузиазмом говорить. Янг думает о том, сможет ли он заняться с ней
сек—сом еще раз. Когда он чувствует действие яда, уже слишком поздно. Янг в
ужасе. Этого не может быть! Но он видит правду на лице Джулианны — она ее не
скрывает. Потом Джулианна приводит себя в поря—док, выходит из квартиры и,
столкнувшись с сосед—кой, затевает дружескую беседу.
Дядя Илай уедет из
города на пару недель к моим родителям. Разве это не здорово?
— И после этого уходит, — закончила Пибоди.
— Да, уходит. Я составлю рапорт и поеду домой, а ты опечатай квартиру.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Если даже виды пригородов озадачивали сугубо городскую жительницу Еву
Даллас, то зрелище плос—ких равнин Техаса было для нее таким же чуждым, как
лунный пейзаж.
А ведь в Техасе много больших, шумных и мно—голюдных городов. Почему же кто-
то предпочитает жить в прерии, где тебя могут увидеть на расстоянии
нескольких миль?
Конечно, и здесь имелись прямые, как стрела, автострады с замысловатыми
кренделями транспорт—ных развязок, ведущие к цивилизации и от нее. Ева
хорошо понимала людей, едущих в сторону городов, но была не в силах понять,
что заставляет некоторых отправляться в никуда.
— Что хорошего они здесь находят? — с недо—умением спросила она
Рорка, когда они мчались по одной из автострад. — Тут нет ничего, кроме
травы, изгородей и животных. Иногда довольно крупных, — добавила она, с
подозрением косясь на табун лоша—дей.
Рорк издал громогласный ковбойский клич, и Ева недовольно посмотрела на
него. Животные не вы—зывали у нее особого доверия.
— У этого типа процветающий бизнес в Далла—се, — продолжала она,
слегка умиротворенная жуж—жанием вертолета, кружившего над ближайшим
полем. — Но он предпочитает жить здесь. В этом есть что-то
ненормальное!
Засмеявшись, Рорк поднес к губам руку Евы.
— В мире есть разные люди.
— Да, и большинство из них чокнутые. Господи, неужели это коровы? Разве
они такие большие? По-моему, это неестественно.
— Только подумай, дорогая, сколько из них мо—жет получиться стейков.
— Даже подумать страшно! Ты уверен, что мы едем правильно? Тут же
ничего нет!
— Разве ты не видишь несколько домов?
— Вижу, но я думала, что в них живут коровы. — Ева представила
себе коровью жизнь в этих приземис—тых домиках — как они смотрят телевизор,
прини—мают гостей, занимаются любовью в огромных кро—ватях с пологом, —
и содрогнулась. — Боже, какой кошмар! Ненавижу деревню!
Рорк посмотрел на щиток с картой. На нем были джинсы, тенниска и черные
очки, но даже сейчас он выглядел горожанином.
И очень богатым
горожа—нином
, — подумала Ева.
— Мы будем на месте через несколько минут, — сказал он. —
Впереди островок цивилизации.
— Где? — Рискнув оторвать взгляд от коров, Ева посмотрела через
ветровое стекло и увидела на гори—зонте город. Настоящий город с большими
домами, заправочными станциями, магазинами, ресторана—ми. На душе у нее
полегчало. — Слава богу!
— Но мы не поедем через него. Мы повернем здесь.
Рорк свернул на узкую боковую дорогу, которая, по мнению Евы, шла слишком
близко к плоским, покрытым травой полям.
— Эти изгороди не кажутся особенно крепки—ми, — заметила она.
— Коровам за нами не угнаться.
Ева судорожно глотнула.
— По-твоему, это очень забавно?
Ее немного успокаивало лишь то, что на дороге попадались другие автомобили —
грузовики, трей—леры и джипы. Вскоре начали появляться строения, но пока еще
не фермерские дома, а конюшни, амба—ры и зернохранилища. Вместе с пасущимися
коро—вами они казались Еве изображенными на картине.
— Что делает этот парень? — осведомилась она, приподнявшись на
сиденье.
— По-моему, едет верхом на лошади.
— Вижу. Но зачем?
— Понятия не имею. Возможно, ему это нравится.
— Вот видишь? — Ева хлопнула Рорка по пле—чу. — Здесь все
чокнутые!
Она облегченно вздохнула при виде фермерско—го дома. Он был одноэтажным, но
расползшимся вширь. Некоторые его секции были выкрашены в белый цвет, другие
казались собранными из булыж—ников, а третьи — целиком стеклянными. Ева
содрогнулась, представив, как здесь коротают долгие вечера, глядя на
бескрайние поля с пасущимися на них животными.
В маленьких загонах стояли лошади, но Еву не—сколько успокоило присутствие
людей — пусть даже в ковбойских шляпах. Стало еще легче, когда она увидела
вертолетную площадку и несколько машин, которые не смогла опознать.
Очевидно, они предна—значались для сельских работ.
Автомобиль подъехал к каменным колоннам, увенчанным фигурами вставших на
дыбы лошадей.
— Паркер знает о нашем приезде и не в восторге от него, — начала
Ева. — Он настроен враждебно и не склонен к сотрудничеству. Но ему
понятно, что я могу усложнить его жизнь, копаясь в прошлом и на—травив на
него местных копов. Он не хочет, чтобы соседи обо всем узнали, и, надеюсь,
будет стараться сдерживаться, чувствуя себя на своей территории более
уверенно.
— И как долго ты позволишь ему это чувствовать?
— Посмотрим.
Ева вышла из машины — и едва не задохнулась от жары. Палящий зной совсем не
походил на нью-йоркское лето. Она ощущала запах травы и чего-то еще, куда
менее приятного. Очевидно, это был запах навоза.
— Что это за кудахтанье? — спросила Ева у Рорка.
— Я не уверен, но думаю, что это куры.
— Господи, я теперь, наверное, больше никогда не смогу посмотреть на
яичницу!
Рорк молча шел по дорожке рядом с Евой. Он достаточно хорошо знал свою жену,
чтобы пони—мать: сосредоточенность на местном колорите по—могает ей
отвлечься от тревог и страхов. Она еще не готова к поездке в Даллас и к
тому, что ее там ожи—дает.
Над дверями высотой в десять футов красова—лись покрытые белой краской рога
какого-то жи—вотного. Покуда Ева звонила в дверь, Рорк размыш—лял о
характере человека, наслаждавшегося подоб—ными украшениями.
Через несколько секунд дверь открылась, и пе—ред ними предстало воплощение
старого американ—ского Запада. Мужчина был смуглым, высоким, как гора, и
широким, как река. На нем были грязные са—поги с острыми носами, жесткие темно-
фиолетовые джинсы и рубашка в выцветшую красно-белую клет—ку. Тусклые
седеющие волосы были зачесаны назад, а хмурое багровое лицо пересекали
морщины.
— Вы копы из Нью-Йорка? — заговорил он го—лосом, напоминающим
тарахтение гравия в глубо—ком ведре.
— Лейтенант Даллас. — Ева показала значок. — А это мой
помощник...
— Я вас знаю. — Мужчина указал на Рорка толстым, как сарделька,
пальцем. — Вы Рорк, а никакой не коп.
— Верно, — признал Рорк. — Зато я женат на копе.
— Да. — Мужчина хмуро посмотрел на Еву. — Теперь я узнаю и
вас. — Казалось, он с трудом сдер—живается, чтобы не плюнуть. —
Меня зовут Джейк Т. Паркер, и я не обязан с вами разговаривать. Кста—ти, мои
адвокаты советовали мне этого не делать.
— Сейчас закон действительно не обязывает вас говорить со мной, мистер
Паркер. Но все может из—мениться, и тогда адвокаты посоветуют вам совсем
другое.
Паркер подцепил широкими пальцами петли на джинсах, и покрытый царапинами
ремень громко скрипнул.
— Чтобы этого добиться, вам понадобится много времени.
— Боюсь, что так, сэр. А вы задумывались о том, скольких еще людей
может за это время убить Джулианна?
— Я уже больше двенадцати лет не имею с ней ничего общего. Здесь я
обрел покой и не желаю, что—бы нью-йоркский коп, да еще женщина, являлся
сюда и кидал мне грязь в лицо.
— Я здесь не для того, чтобы кидать грязь, мис—тер Паркер. Не для того,
чтобы судить вас. Я при—ехала получить сведения, которые могут помочь мне
остановить Джулианну. Она вполне способна за—брать еще несколько жизней.
Думаю, одна из них может оказаться вашей.
— Грош цена тому, что вы думаете. Эта девушка для меня всего лишь
призрак, а я для нее — и того меньше.
Ева достала из сумки фотографии.
— Это Уолтер Петтибоун и Генри Мутон. Они тоже для нее ничего не
значили. У них были семьи, мистер Паркер. У них были жизни. Она уничтожила
все.
Он посмотрел на снимки и отвел взгляд.
— Ее не следовало выпускать из тюрьмы.
— В этом я с вами согласна. Один раз я уже от—правила Джулианну за
решетку и прошу вас помочь мне сделать это снова.
Паркер снял с крючка на внутренней стороне двери грязную широкополую шляпу,
нахлобучил ее на голову, потом шагнул через порог и закрыл за со—бой дверь.
— Простите мое негостеприимство, но я не же—лаю говорить о ней в моем
доме. Поговорим снару—жи. Все равно я хотел взглянуть на стадо.
Ева достала темные очки — яркое солнце слепи—ло ей глаза.
— Джулианна никак с вами не контактировала все эти годы?
— Я ничего не слышал о ней с тех пор, как она ушла из дому, когда ей
стукнуло восемнадцать. В тот день Джулианна рассказала матери о том, что
было между нами, и рассмеялась мне в лицо.
— А вы не знаете, поддерживала она связь с ма—терью?
— Не знаю. Я и сам не получал никаких извес—тий от Кары после того, как
она оставила меня. Слы—шал, что она работает на какой-то ферме. Решила
устроиться как можно дальше от меня.
Ева кивнула. Ей было известно местопребыва—ние Кары Данн Паркер Роуэн.
Четыре года назад Кара снова вышла замуж и отказалась говорить с Евой о
своей дочери, заявив, что Джулианна для нее мертва. Ева догадывалась, что
Джулианна испыты—вает к матери такие же чувства.
— Вы изнасиловали Джулианну, мистер Паркер?
Его лицо напряглось, словно старая кожа, натя—нутая на барабан.
— Нет. То, что я сделал, и так достаточно сквер—но, лейтенант. —
Он задержался у загона, поставив ногу на нижнюю перекладину изгороди. —
Было время, когда я возлагал всю вину на нее. Лишь по—том я понял, что сам
во многом виноват. Мужчина пятидесяти с лишним лет не имеет права касаться
пятнадцатилетней девчонки. Этому нет оправданий.
— Значит, вы ее коснулись?
— Да. — Паркер расправил массивные плечи, словно сбрасывая
груз. — Я расскажу вам, как все было. Джулианна любила расхаживать по
дому поч—ти голышом, забиралась ко мне на колени и называ—ла папочкой, хотя
произносила это слово вовсе не по-детски. — Он стиснул зубы и
отвернулся. — Ее собственный отец был человеком суровым, но, по словам
Кары, обожал эту девочку. Во всех проступках Джулианны он винил мать. Я
любил мою жену. — Он снова посмотрел на Еву. — Она была хорошей
женщиной — честной, доброй и богобоязненной. Единственной ее слабостью была
дочь. Джулианна умела пускать пыль в глаза.
— Она вас провоцировала?
— Еще как! В пятнадцать лет она уже знала, как обвести человека вокруг
пальца и получить то, что ей нужно. Я не должен был этого допускать, не
дол—жен был так смотреть на нее и думать о ней! Я знал, что это ведет
прямиком в ад, но не мог остановить—ся. А может, тогда и не хотел... Однажды
вечером, когда жена была на собрании женского клуба, Джу—лианна вошла в
кабинет и устроилась у меня на коленях. Не стану вдаваться в подробности —
скажу лишь то, что я ни к чему ее не принуждал. Но я пе—решел черту, которую
мужчина не должен пересту—пать.
— Вы были с ней в интимных отношениях?
— Да. В тот вечер и в течение почти трех лет пос—ле этого. Джулианна
очень ловко все устраивала. Она уговаривала мать пойти с подругами на
вос—кресную распродажу, а я ложился в супружескую постель со своей
падчерицей. Бог свидетель, я был безумно влюблен в нее, и верил, что она
чувствует то же самое. — Он покачал головой, словно удивляясь
собственной глупости. — За эти три года она вытя—нула у меня кучу
денег, я купил ей машину — и во—обще покупал все, что она просила. Я говорил
себе, что, когда Джулианна подрастет, я оставлю ее мать и уеду
...Закладка в соц.сетях
