Жанр: Любовные романы
Мой мужчина
...бине души Мэриан это понимала. Она слишком
усердствовала поначалу, когда уродовала себя и изводила Чада беспочвенными
нападками.
Ничего странного, что Аманда больше пришлась ему по душе - характер тот же, зато
внешность не в пример приятнее. Для того все и затевалось, чтобы он выбрал не ее, а
другую сестру. Но должен же он был опомниться позднее, когда каждая из них показала
свою истинную сущность! Но он так и остался верен Аманде, и это невозможно было ни
понять, ни простить.
Если бы Чад хоть дал ей шанс расквитаться, излить досаду в короткой, но резкой
отповеди! Он как будто чувствовал ее настроение и сделал все, чтобы злые слова не были
сказаны. И вот теперь она изводилась горькими сожалениями и ненавистью к себе за эти
сожаления, хотя следовало все забыть, безжалостно перечеркнуть, как прискорбную
ошибку, и утешаться тем, что все могло быть и хуже.
В городе выяснилось, что модистка трудилась день и ночь, чтобы поскорее закончить
заказанные платья. Увы, надобность в них отпала. В дороге больше кстати одежда
немаркая и практичная, чтобы не так были заметны пыль и пот, два неизбежных бедствия
поездок дилижансом.
Ох уж этот дилижанс! Мэриан ничуть не хотелось снова трястись по выбоинам. Скорее
бы уж добраться до поезда, единственная поездка в котором осталась в памяти как
волнующее приключение. Засмотреться на пролетающие за окном виды и наконец
развеяться.
Но на другой день вместе со Стюартом в город приехал Чад. Его желание проводить
отца было вполне понятным, только в душе снова все всколыхнулось, и к Мэриан
вернулась ужасающая неуклюжесть, от которой она избавилась, как полагала, вместе с
очками. Для начала она уронила дорожный баул, сама же об него споткнулась и чуть не
растянулась на дороге во весь рост. Потом налетела на грузчика, поднимавшего на крышу
дилижанса самый тяжелый сундук. От неожиданности он выпустил ручку, сундук упал и
раскрылся. Половина содержимого вывалилась в пыль.
К ужасу Мэриан, это бы ее сундук - тот самый, в котором ехали подальше от "Желтой
колючки" два так и не уничтоженных портрета. Хорошо хоть, они были скатаны в рулон.
Тем не менее рулон выкатился на середину улицы, и в погоне за ним Мэриан сшибла с ног
прохожего.
- Не стоило тебе избавляться от очков, - пошутил Чад, хватая ее за плечи и оттаскивая в
сторону.
Это был подходящий момент излить всю свою досаду, но Мэриан лишилась языка, так
как Чад поднял с земли злополучный рулон. Он сразу понял, что это и есть упомянутые
накануне портреты, и ту же начал теребить тесемки, словно решил принародно
развернуть холсты.
Мэриан без слов выхватила рулон и сунула поглубже в сундук. Грузчик подошел
извиниться, и пришлось с минуту уверять его, что ничего страшного не случилось.
Покончив с этим, она обнаружила, что Чад собирает разбросанные вещи и укладывает в
сундук. Мэриан оттолкнула его. Он сделал еще одну попытку помочь ей. Она испепелила
его взглядом. Тогда он развел руками и удалился, самым нахальным образом посмеиваясь.
Только-только Мэриан начала приходить в себя, как он вернулся с саквояжем, который
поставил возле вещей, еще ожидавших погрузки на крышу дилижанса. Страшная догадка
озарила ее.
- Как, ты тоже едешь?!
- Почему бы и нет? Рыжая во мне больше не нуждается, я вернулся к прежней жизни.
- А в прежней жизни ты ездил с отцом в Чикаго?
- Само собой.
- О!
Как ни старалась Мэриан скрыть свои чувства, в этом восклицании была нотка паники.
Чад ничего не заметил, потому и не задал ни единого вопроса. Он просто ушел - помогать
с разгрузкой фургона. Очевидно, она жестоко ошиблась в первый момент, когда подумала,
что он, быть может, решил присоединиться к ним из-за нее.
Оказывается, даже ей не чуждо тщеславие. Если среди них и есть магнит, который так
притягивает Чада, то никак не она.
Мэриан в очередной раз охватили тяжкие раздумья.
На что он надеется? Ах, ну конечно! Спенсер говорил как-то, что Аманда мечтает от
него избавиться. Уж не вознамерился ли Чад отвоевать ее? Тогда он, конечно, думает, что
она потребует развод, как только доберется до наследства. Но можно ли строить надежды
на одном случайном замечании? Как это глупо! Аманда не кажется
несчастливой.., правда, и счастливой тоже. Но все равно, кто знает.., не стоит отпускать
ее в такую даль и все такое...
Небольшой дилижанс компании, что обслуживала этот маршрут, ни за что не вместил
бы весь багаж, да и восьмерым пассажирам было бы в нем тесновато. Но Стюарт держал
не только личный железнодорожный вагон, он еще и имел контракт с компанией
"Конкорд" на предоставление дилижанса с кучером по первому требованию. В таком
просторном транспортном средстве могла комфортно разместиться и большая группа
людей.
Как положено крупному скотопромышленнику, Стюарт путешествовал в
сопровождении телохранителей, но тем не полагалось сидеть вместе с хозяином. Двое
делили с кучером козлы, четверо сопровождали дилижанс верхом.
Сидя напротив Чада, Мэриан угрюмо размышляла над тем, каким долгим покажется ей
обратное путешествие в Хейверхилл. Одно из двух: или она свернет себе шею, избегая
смотреть в сторону Чада, или просидит всю дорогу с закрытыми глазами, изображая
дремоту. Еще можно исхитриться и занять место на той же скамье - разумеется, не рядом
с ним, потому что это было бы еще хуже. Нет, в самом деле, путешествие покажется
бесконечным.
Глава 49
Удивительно, но на этот раз никто не слышал от Аманды ни слова жалобы на
дорожные неудобства, которых хватало, невзирая на всю предусмотрительность Стюарта.
Правда, и обстоятельства складывались не в пример более благоприятно: вместо того
чтобы действовать ей во зло, все вокруг рвались помочь (по крайней мере так она это
видела - и слава Богу!). Благодушие Аманды заметно скрасило дорогу для всех, кроме
Мэриан.
Близкое соседство Чада не только не скрашивало, но сильно омрачало ей настроение, и
большую часть времени она сидела подавленная, разочарованная во всем и вся, донельзя
раздраженная оживленной болтовней своих спутников. Когда бы ей ни случилось
украдкой взглянуть на Чада, он смотрел на Аманду, и стоило той подать голос, как он
включался в разговор.
Вообще все как будто забыли о неприятной цели путешествия и вовсю наслаждались
жизнью. Будь в характере Мэриан хоть что-нибудь от брюзгливости Аманды, она бы
жаловалась без умолку. По натуре сдержанная, она не предъявляла никаких претензий и
только молчала так упорно, что в конце концов, когда они с Чадом на минутку остались
наедине в очередном гостиничном коридоре, он стал утешать ее:
- Не стоит так горевать! Твое наследство никуда не денется, мы его отвоюем.
- С чего ты взял, что я горюю?
- Да по всему видно. Ты так погружена в какие-то тяжкие думы, что жалко смотреть. О
чем тебе еще беспокоиться, как не о наследстве?
О чем ей беспокоиться, вот как? Например, о том, как заливисто он смеялся в ответ на
глупую шутку Аманды. Найти в такой шутке что-нибудь смешное может только по уши
влюбленный дурак! О чем ей беспокоиться! Она бы могла порассказать о чем, но лучше
уж промолчать.
Весь этот день Мэриан терзала себя, вспоминая заливистый смех Чада. Если раньше
она лишь допускала возможность того, что он питает надежду отвоевать Аманду, то
теперь убедилась в этом безоговорочно. Упомянутая шутка была направлена в адрес
Спенсера, и ничего лестного в ней не было. Оставалось признать, что шансы Чада растут,
- эта пара так и не ужилась, и теперь, в момент большого потрясения, брешь углубилась.
Любой соперник сделал бы тот же самый вывод, а что Чад соперник, было ясно как день.
Некоторое недоумение внушало то, что словесные стрелы, которые так и сыпались на
Спенсера, были хоть и остры, но не отравлены. В них недоставало желчи, а между тем
желчь у Аманды вскипала сразу, как только предмет ее неприязни оказывался на линии
огня. В тесном пространстве дилижанса она легко могла уничтожить Спенсера, а он
отделывался только царапинами. Это скорее было похоже на попытку привлечь и
удержать внимание, чем на словесную порку. Или же он научился каким-то образом
обуздывать ее натуру...
Разумеется, Мэриан не высказала всего этого в ответ на замечание Чада. Поскольку он
стоял, преграждая ей путь, надо было дать какой-то ответ, и потому она заявила
надменным тоном:
- У меня есть над чем поразмыслить и без того, чтобы оплакивать потерянные деньги.
Как-никак, приходится выбирать между четырьмя женихами!
- Да неужто?
- Представь себе. Каждому я ответила, что подумаю, и вот как раз этим занимаюсь.
- Что-то я не заметил, чтобы в дороге кто-то хлопался перед тобой на колени.
- При чем здесь "в дороге"!
- А когда же?
- Я имею в виду предложения, полученные еще в Трентоне.
- И кто они, твои женихи?
- Тебе-то что? - Тем не менее Мэриан сдвинула брови, припоминая. - Честно говоря,
имен я не запомнила.., ах да, милый доктор Уиллоби!
- Он тебе в отцы годится, - заметил Чад со смешком.
- Тем не менее он человек милый.
- Ты водишь меня за нос, вот и все.
- Твой нос мне совершенно не нужен! - огрызнулась она, постепенно распаляясь. - И
вообще, не суй его не в свои дела! Кто тебе дал право лезть в мою личную жизнь? Если
боишься, что ответ не понравится, нечего задавать вопрос!
- Плевать мне на ответ!
- Ах, простите, извините! Как глупо было даже предполагать!
Мэриан толкнула Чада в грудь, бросилась в свой номер и заперлась. Ни за ужином, ни
весь следующий день она не сказала ему ни слова, зная, что любое замечание, которое
отпустит в его адрес, будет пропитано ядом, на который обычно бывала щедра Аманда.
Очевидно, Чада устраивало ее молчание, потому что больше он не обращал на Мэриан
никакого внимания.
Но самое худшее началось, когда с дилижанса все пересели в вагон железнодорожной
ветки, что связывала Техас с восточными штатами, - худшее в том смысле, что отвлечься
было не на что: никаких попыток ограбления при таком эскорте и чересчур большая
скорость, чтобы заметить пьяную ссору или потасовку в окрестных городках.
А потом случилось нечто из ряда вон выходящее, по крайней мере в глазах Мэриан:
поднявшись особенно рано, она вышла пройтись и наткнулась на Кэтлин, выходившую из
номера Стюарта. Смущение приковало обеих к месту, причем Мэриан была смущена даже
больше своей тетки.
- Мы собираемся пожениться, - наконец произнесла Кэтлин с запинкой.
- Как это, вдруг?
- Ну.., не совсем вдруг. На той вечеринке мы.., как бы это сказать.., впервые разделили
ложе. Я так тревожилась насчет тебя, все повторяла: вдруг Чад ее не найдет.., ну и Стюарт
постарался меня.., как-то отвлечь. Тебе, наверное, показалось странным, зачем это в тот
день он заглянул в "Желтую колючку", а он.., понимаешь, он хотел знать, не буду ли я
против, если он за мной поухаживает.., и женится.
- А ты?
- Согласилась, конечно! Я влюбилась в Стюарта с первого взгляда еще при живом
муже, хотя и думала, что нет никакой надежды. Даже после смерти Фрэнка я не смела и
мечтать, чтобы этот человек мною заинтересовался.
- А собственно почему? - удивилась Мэриан. - Ты такая красивая, такая обаятельная!..
- Такая малоимущая по сравнению со Стюартом Кинкейдом! Это же крупнейший
скотопромышленник Техаса. Обладая таким богатством, мужчина может заполучить
любую женщину, которая только ему приглянется. Зачем ему такая, у которой нет за
душой ничего, кроме личных достоинств?
- Ах вот как! - Мэриан сделала большие глаза. - Недавно кто-то уверял меня, что
мужчины в Техасе не гонятся за приданым. Ну, не важно. Все обернулось к лучшему.
- В самом деле. Иногда дело не в размерах угодий и не в количестве голов скота, а в
мастерстве кухарки. Стюарт честно признался, что только так может ее заполучить.
С минуту Мэриан ошеломленно смотрела на тетку, не зная, как на это реагировать,
потом опомнилась и возмутилась. Ее благородный гнев развеселил Кэтлин. Смеяться
пришлось в ладошку, чтобы не перебудить спящих постояльцев.
- Это шутка, - успокоила она и повлекла девушку за собой по коридору. - Ты что, шуток
не понимаешь?
- А ты уверена, что?..
- Абсолютно. И вот что - давай оставим эту новость при себе, ладно? По возвращении
Стюарт хочет устроить пышную свадьбу, в его стиле - такую, чтобы запомнилась на
долгие годы. Пригласить всю округу и прочее. Но пока лучше об этом помалкивать. Както
неловко демонстрировать личное счастье, когда у других неприятности!
И с такой племянницей, как Аманда, мысленно добавила Мэриан, зная, что сестра не
постесняется омрачить чужое счастье именно потому, что оно чужое.
Сама она до сих пор удивлялась тому, как неожиданно все произошло. Возможно, не
так уж и неожиданно, просто она слишком углубилась в свои переживания и не замечала,
что происходит вокруг. Да и вообще, молодежь не замечает, когда люди постарше
обмениваются нежными взглядами или назначают тайные рандеву. Она бы так и осталась
в полном неведении, если бы не этот ранний подъем.
Выйдя на утреннюю прохладу, Мэриан то улыбалась от радости за тетку, то хмурилась,
размышляя о своей дальнейшей судьбе. В свете предстоящей свадьбы возвращение в Техас
означало жизнь на ранчо Стюарта, под одной крышей с Чадом - по крайней мере до
замужества. При одной мысли об этом она приходила в смятение.
Ей во что бы то ни стало надо найти себе мужа до того, как решится вопрос с
наследством. И вполне вероятно, что это ей удастся. Она возвращалась в родной город, в
привычный круг, и, хотя в прошлом сумела отвадить от себя всех, кто ею интересовался,
можно было перевернуть страницу и начать новую главу. Ведь возвращалась не прежняя
Мэриан, а совсем иная женщина.
Самым неприятным было то, что времени оставалось так мало. Их поездка носила
деловой характер, и времени на светские визиты могло не оказаться.
Что ж, угрюмо решила Мэриан, придется довольствоваться тем, что подвернется. Она
согласна на все, лишь бы не испытывать мучительных страданий неразделенной любви.
Личный вагон был верхом роскоши и выделялся даже среди подобных ему. При виде
круглых глаз своих спутниц Стюарт с некоторым смущением пробормотал, что такая
пышность чрезмерна, но добавил, что не так часто им пользуется, чтобы тратиться на
переделку внутреннего убранства. Хотя в вагоне и не было восьми отдельных спален, в
нем нашлось достаточно мягких диванов для всех. К тому же ночевать предстояло лишь
однажды, когда поезд остановится в депо (это давало возможность всем желающим
поужинать в приличном ресторане).
Можно было не бояться дорожной скуки: в вагоне имелся бар и даже рояль.
- Эта штука к нему прилагалась с самого начала, - объяснил Стюарт. - Все думаю от
нее избавиться, да руки не доходят.
Оказалось, что Рыжая неплохо музицирует, и дело кончилось вечером легкой музыки,
которой Чад насладился больше, чем партией в покер с отцом и его людьми. Он не
столько играл, сколько делал вид просто потому, что не хотелось сидеть сложа руки.
Постепенно стало ясно, что и Стюарт не способен как следует сосредоточиться на
игре. Чаду не пришлось долго гадать о причине - она была для него совершенно
очевидной, но он счел за лучшее воздержаться от вопросов до тех пор, пока отец сам не
начнет разговор. У него не было никаких возражений против Рыжей. Эти двое должны
были составить хорошую пару. Чад пришел к этому выводу задолго до того, как Стюарт
всерьез заинтересовался соседкой. Надо бы радоваться тому, что после многих лет
одинокой жизни отец снова обретет личное счастье, но мешали печальные мысли о своей
судьбе.
Он совершил ошибку, когда пустился в дорогу вместе с остальными. Регулярные
поездки с отцом в Чикаго были выдумкой чистой воды - Чад никогда не бывал в этом
городе. Он поехал только потому, что не желал сдаваться без борьбы, не мог безропотно
смириться с тем, что любимая женщина исчезнет из его жизни. Как нелепо все вышло!
Мэриан понятия не имела о том, как нужна ему, и не нуждалась в нем, казалось, она не
оставляла ему никакой надежды. Он чувствовал себя несчастным.
Сначала он немного отвлекся от мрачных мыслей, завороженный странными
взаимоотношениями Спенсера и Аманды. Занятно было слушать их перепалки. Но время
шло, Мэриан не обращала на него никакого внимания, и постепенно Чад становился все
мрачнее.
Чтобы понять, как она к нему относится, не нужно было слов. Если прежде у нее и
были какие-то чувства к нему, они развеялись. Он упустил свой шанс. Подступись он к
Мэриан теперь, она бы оскорбилась - и была бы права. В ночь после похищения, когда она
все не могла успокоиться, он и в самом деле не собирался пользоваться ее состоянием, но
так сильно желал ее, что зашел дальше, чем намеревался. Быть может, надо было так
прямо и сказать, но Мэриан самым очевидным образом раскаивалась, и он не стал
смущать ее. В крайнем случае Мэриан могла извинить его вольности, но принять
ухаживания не могла - между ними стеной стоял случай на конюшне. Разумнее всего было
отказаться от надежд и забыть ее.
Наступила ночь. Поезд стоял на проверке в депо, пассажиры или спали, или ужинали в
ресторане гостиницы. Там Чад и наткнулся на Спенсера. Тот сидел один за столом.
Чад вышел в ресторан так поздно, потому что надеялся избежать встречи. О Чикаго
больше не было речи. Стюарт объявил, что поставщики подождут и что первейший долг
джентльмена - помочь дамам в беде. Чад ожидал чего-то подобного и совсем не удивился.
Оставалось решить, составить отцу компанию или повернуть назад.
Отправиться со всеми в Хейверхилл означало продлить страдания.., если только
Мэриан не вернется потом в Техас вместе с Рыжей и с ней же переберется к ним на ранчо.
Тогда страдания затянутся и того дольше, например, пока она не выйдет замуж. Если уж
уезжать, то в другом направлении. Он может отправиться в Чикаго вместо отца и остаться
там, пока Мэриан не исчезнет из его жизни.
Погруженный в свои мысли, Чад уселся за стол Спенсера, не спросив разрешения. В
последнее время они ладили (если "ладить" - это не месить друг друга кулаками при
первой возможности). Было бы кстати выяснить подоплеку странной позиции давнего
недруга. Порой тот казался раздраженным, но чаще всего его смешили нападки женушки.
Спенсер был так увлечен бифштексом, что едва удостоил Чада взглядом. В другое
время это было бы удачей, но не на этот раз. Чад был сыт по горло тем, что его не
замечают.
- Что это ты один?
- Аманда слегла с головной болью, - усмехнулся Спенсер. - У нее это хроническое
недомогание.
- А ты и рад, - осторожно заметил Чад. - Вовсю пользуешься возможностью выйти на
люди один.
В первый момент Спенсер только улыбнулся - знающей улыбкой, которая Чаду совсем
не понравилась. Но потом он снизошел до ответа:
- Здесь неплохо кормят, а я обожаю вкусно поесть. Вот думаю заказать еще порцию.
- Рад слышать, потому что от голода едва держусь на ногах.
Чад подозвал официантку, заказал бифштекс с кровью и заговорил небрежно, словно
продолжая уже затронутую тему:
- Значит, собираетесь развестись? В смысле, как только уладим дела с наследством?
От удивления Спенсер поперхнулся бифштексом.
- Я только начал входить во вкус семейной жизни!
- Тогда зачем так тщательно это скрывать?
- Кому-то свойственно выставлять напоказ свои чувства, кому-то нравится таить про
себя.
- И ты не жалеешь о своем выборе?
- Это насчет Мэриан? - уточнил сообразительный Спенсер. - Черта с два! Мэриан
чересчур.., как бы это сказать поделикатнее.., чересчур хороша для меня.
- Да уж, - буркнул Чад.
- А ты, я вижу, так ничего и не добился, - заметил Спенсер, поднимая и пригубливая
бокал. - Ну и дурак же ты, приятель!
- Дурак не дурак, а повалялся в сене с ее сестрой, - угрюмо возразил Чад. - Такого
женщины не прощают.
- Когда это ты стал знатоком женского пола? - ехидно осведомился его недруг. - Пока
не попробуешь, не узнаешь, а если дуться на весь свет, останешься с носом. Поверь, я знаю
женщин.
- Не потому ли твоя жена симулирует головную боль, стоит тебе подойти к постели?
Спенсер расхохотался. Чад скрипнул зубами - ему никогда не удавалось всерьез задеть
его. Принесли заказ, и очень кстати, потому что руки уже сжимались в кулаки.
Поразительно, однако. Чтобы этот хвастун так долго хранил загадочный вид.., у него
что-то на уме. Что-то, что его ужасно забавляет. Наверняка имеет отношение к нему.., или
нет? В любом случае это раздражает - когда тебе паршиво, а другому весело.
Вдоволь повеселившись, Спенсер удивил Чада, вдавшись в объяснения:
- Ты попал пальцем в небо, приятель. Аманда симулирует головную боль не для того,
чтобы избегать меня, а чтобы заманить! Надеется, что ее вид в неглиже заставит меня
улечься в постель.
- Просто тебе нравится так думать.
- Не веришь - не надо, мне-то что? Аманда - женщина пылкая. Ее хлебом не корми,
только займись с ней любовью.
- Ты ее ублажаешь, потому она тебя и терпит?
- Терпит? - Спенсер не удержался от смешка. - Это слово далеко не отражает сути того,
что она ко мне чувствует.
- Ненависть?
- Не суди по тому, как работает ее хлесткий язычок. Она и в самом деле частенько
злится, потому что не получает всего, что требует. Я вовсе не намерен баловать ее, как
раньше папаша. Но дело даже не в этом. Капелька сварливости женщину не портит,
только придает ей шарма.
- Кто это сказал? Что-то не припомню. Может, ты один на всем свете так и думаешь. А
впрочем, каждому свое.
- Вот именно. Кстати, больше всего Аманду раздражает то, что мне нравится в ней все
худшее. Но что я могу поделать? В жизни не встречал такой испорченной девчонки! Ее
выходки заводят получше любого кокетства.
- Я бы повесился!
- Ни минуты не сомневаюсь. Но я - не ты, и моя благодарность за это безгранична.
- Сукин ты сын! - в сердцах высказался Чад. - Ты мечтал на ней жениться с самого
начала! А возражал только для потехи!
- Я рад, что до тебя наконец дошло.
- Ты ей об этом уже сказал? Или приберегаешь для торжественного случая?
- Не сказал и не скажу. - Спенсер передернул плечами. - Говорят тебе, я не намерен ее
баловать. Не дурак.
- Это с какой стороны посмотреть, - буркнул Чад, но исключительно по старой
привычке.
Спенсер пропустил его замечание мимо ушей.
- Это была бы роковая ошибка. Да и ни к чему оно, полное попустительство. В
сущности, Аманде и самой от него мало радости. Стервой надо родиться, чтобы находить
в этом подлинный вкус. Она учится быть просто взбалмошной девчонкой - понемногу, с
трудом, но учится. Только то и сладко, чего приходится добиваться, а что само валится в
руки, у того всегда кислый привкус. - Спенсер удовлетворенно вздохнул. - Не знал я, до
чего это приятно - воспитывать.
- Странный ты все-таки человек, - заметил Чад. - Откуда вдруг столько терпения?
- При чем тут терпение? Ничего сложного в этом нет. Аманда всю жизнь вертела
другими, понятия не имея, как легко вертеть ею самой.
- Что-то мне становится ее жаль.
- За что ее жалеть? Ей полезно немного поплясать под чужую дудку.
- Однажды ей надоест...
- Надоест? - Спенсер смеялся так долго, что даже прослезился. - Ты все-таки
непроходимо туп, Чад. Да ведь ей никогда так интересно не жилось, как теперь!
Путешествие длилось достаточно долго, чтобы можно было в подробностях обсудить
план действий. После долгих споров решили, что сестрам лучше не появляться на людях
до тех пор, пока не выяснится главное: где теперь Альберт Бриджес. Надежда на то, что
он все еще не убежал слишком далеко, была невелика, но, если каким-то чудом он
задержался в Хейверхилле, их появление могло спугнуть его: обратить в бегство или,
наоборот, загнать в укрытие. До момента встречи следовало соблюдать предельную
осторожность.
Необходимость прятаться от людей неприятно напоминала Мэриан уже пройденный
этап жизни. Еще никто таким манером не находил себе мужа. Ей бы, наоборот, обновить
старые знакомства, поощрить поклонников, которых она когда-то отпугнула. Тем не
менее приходилось коротать время в обществе Аманды, которая, как ни странно, не
стремилась в мужскую компанию. Ее занимало только украденное наследство. Если для
того, чтобы его вернуть, приходилось сидеть взаперти, она готова была сидеть хоть целый
год.
Стюарт предоставил в распоряжение сестер свой вагон, где они оставались до
полуночи с задернутыми шторками на окнах. Кэтлин тем временем сняла в отеле по
номеру для каждой. В условленный час Мэриан и Аманда покинули вагон и под покровом
темноты проскользнули в отель.
Наедине с собой можно было не притворяться, и Мэриан впала в меланхолию.
Чад не отделился от остальных по дороге, как она ожидала, и теперь вместе с другими
находился в Хейверхилле. Можно было спросить почему, но при всем своем любопытстве
Мэриан не решилась. Даже видеть его было испытанием, а уж говорить.., невозможно
предугадать, чем кончится такой разговор.
Наступивший день принес новости - как хорошие, так и плохие. Чтобы обменяться
ими, все сошлись в номере Кэтлин за ленчем. Поскольку Спенсер не привык рано
вставать, он не внес в поиски никакой лепты, но отец и сын Кинкейды проделали
основательную работу.
- Наш адвокат пока еще не покинул город, - с порога сообщил Чад.
- Что ж, это главное, - облегченно вздохнула Кэтлин.
- Или полный болван, или законченный наглец, - заметил Стюарт. - Надо же быть
настолько уверенным в своей безнаказанности!
- Я не сразу это выяснил, - продолжал Чад. - В конторе Альберта Бриджеса не
оказалось - помещение уже сдано какому-то архивариусу. Я было решил, что мошенник
смылся.
- Но это не так? - спросил Спенсер, когда он помедлил.
- Нет, не так. Мы с отцом начали опрашивать служащих на случай, если кто помнит
Альберта Бриджеса. Они были все новые, так что это имя ничего им не говорило. Мы уже
собирались уходить, когда появился некто, кто давно работал в этом здании. Вот он-то
знал, куда перебрался его бывший наниматель. Оказалось, что у него зуб на Альберта
Бриджеса: тот не пожелал взять его с собой на новое место. Что он нам наговорил! Если
бы Бриджес слышал, его бы хватил кондрашка.
Стюарт предложил немедленно обратиться в полицию, чтобы мошенни
...Закладка в соц.сетях
