Жанр: Любовные романы
Мужчины свои и чужие
...на такая. Есть еще много людей, чувствующих себя
одинокими, которые не знают, как найти себе партнера. Людей, которые уже
пере—росли танцульки в пабах, но еще недостаточно стары для чае—питий и
бальных танцев. Женщина, выступавшая последней, была такой же, как
Лиони, — одинокой бабой, не верящей, что можно снова влюбиться. Она
дала два объявления в мест—ной газете Белфаста и сейчас встречалась с
порядочным и весьма привлекательным мужчиной. Они собирались поже—ниться, а
также сняться в документальном фильме о людях, нашедших свою любовь
нестандартным способом. Будь у нее мужчина, она бы так не расстраивалась из-
за Рея и Флисс или по поводу Мел, которая не радуется возвращению до—мой,
или из-за того, как снова растолстела...
Лиони твердо решила, что даст объявление в газете или обратится в службу
знакомств. У нее есть цель — найти муж—чину. И тогда она будет лучше
относиться к самой себе. Так ведь?
— Что означает ХЧЮ? — спросила Лиони, уставившись в газету на
маленькой кухне в клинике, где она умудрялась каждый день отдохнуть между
обходами и началом операций. Анджи, единственная в их клинике женщина-
ветеринар (сама Лиони была всего лишь ассистентом), подняла голову от
кроссворда, который она всякий раз без малейших усилий решала за семь минут.
— Хорошее чувство юмора, — ответила она с резким ав—стралийским
акцентом, внимательно разглядывая коллегу. — А в чем дело?
— Да ничего...
— Собираешься дать личное объявление? — спросила Анджи после
минуты молчания.
Лиони покраснела и смущенно опустила голову, зная, что обманывать Анджи
бесполезно — она была одной из самых умных женщин среди знакомых Лиони.
— Ну да, это жест отчаяния. Только здесь я никогда ни с кем не
познакомлюсь.
— Если только не захочешь сбежать с почтальоном. Кста—ти, он к тебе
явно неравнодушен. Если ты открываешь ему дверь, передача почты занимает
намного больше времени.
— Какая же ты бессовестная, Анджи! Ему уже пора на пенсию. И если он —
лучшее, на что я могу рассчитывать, то мне пора ставить на себе крест. А кто
еще? Тим женат и счастлив, Рауль помолвлен, так что, если мы с тобой не
пода—димся в лесбиянки, у нас нет никаких шансов. Может, Рауль вернется в
свою Латинскую Америку, и мы наймем нового, молодого ветеринара? Тогда наши
глаза встретятся над опе—рационным столом, на котором он будет кастрировать
бродя—чего кота, и... — Лиони вздохнула. — С другой стороны, у него
должны быть мозги набекрень, чтобы связаться с раз—веденной женщиной с тремя
детьми, верно? Кстати, неплате—жеспособной женщиной с тремя детьми. Я снова
без денег, Анджи, а Мел вся изнылась, требует новое платье...
— Личные объявления — хорошая мысль, — перебила Анджи, не дав
Лиони расплакаться от жалости к себе. — Что ты собираешься написать?
Лиони достала сложенный листок и сказала:
— Я разыскала это в
Гардиан
. И ничего не поняла. Та—кое впечатление,
что написано на монгольском. Послушай:
Ст. блд., жен., с ХЧЮ, без вр.
прив., хп с кр. муж. для соз. сем. Лдн.
.
Анджи перевела:
Стройная блондинка с хорошим чувст—вом юмора, без вредных
привычек хочет познакомиться с красивым мужчиной для создания семьи.
Проживает в Лон—доне
.
— А, понятно. — Лиони бегло просмотрела другие объяв—ления. —
Одна проблема — все женщины тут стройные, и все мужики ищут стройных женщин.
Смотри:
...хотел бы позна—комиться со стройной, привлекательной
женщиной...
Пусть хоть убийца с топором — но чтоб обязательно стройная!
— Не ной, — сказала Анджи, которая была высокой, спортивной,
привлекательной и очень-очень стройной.
— Да нет, взгляни сама.
Они просмотрели колонку. Себе мужчины давали самые разные характеристики —
от
солидный
(
Означает толс—тый
, — перевела Анджи) до
Сложно
описать в нескольких словах
(
Низенький, толстый, часто обзывают жирной
сви—ньей
, — пояснила Анджи). Но женщина каждому требова—лась стройная.
— Ты только послушай:
Робкий мужчина 35 лет, девст—венник, ищет такую
же для близких отношений
. Как можно быть девственником в 35 лет? Дичь какая-
то!
— Может быть, он глубоко религиозен, — предположила Анджи.
— Да, я об этом не подумала. А что означает
для возмож—ных
взаимоотношений
?
— Это означает, что он собирается оттрахать тебя от души после первого
же совместного ужина, за который вы заплатите поровну, — со знанием
дела объяснила Анджи. — Такое однажды случилось с моей подругой из
Сиднея. Она собаку съела на этих объявлениях, но тоже один раз попа—лась.
Мужчина написал, что он доктор-красавец, и это оказа—лось правдой. Она сразу
забыла, что собиралась изобразить из себя недотрогу, и отдалась при первом
же свидании. Шам—панское, шоколад,
Полароид
и так далее. И больше она его
не видела.
Лиони поежилась при мысли о своих фотографиях в го—лом виде и продолжила
чтение:
—
Ищу классную блондинку для приятного времяпро—вождения и игр
. Бред
какой-то. Почему бы ему просто не взять девочку по вызову?
— Это не те объявления, — уверенно заявила Анджи. — Тут
всяческие изыски. Тебе нужны объявления в местных га—зетах.
— Ты думаешь?
— Не сомневаюсь. Найдешь себе человека с уютным ка—мином, деньгами в
кубышке, который здорово выглядит в резиновых сапогах.
— Ну, конечно! В Уиклоу полно таких ребят, — уныло сказала
Лиони. — Пока мы тут сидим, в нашей приемной на—верняка собрались уже
десятка два парней с розами, узнав—ших, что я хочу влюбиться. И у каждого —
по больной овце, которую надо полечить.
Они еще несколько раз возвращались к теме брачных объявлений, пока Анджи
кастрировала четырех котов и двух собак. Лиони ей ассистировала, брила
животы животным и дезинфицировала их перед операцией. В ее обязанности также
входило следить за дыханием. Старым животным во время операции часто дают
кислород, а молодые обходятся без него. Но Лиони следила за цветом языка и,
если он серел, тут же подключала чистый кислород.
— В объявлении пиши все честно, — посоветовала Анд—жи, аккуратно
сшивая разрез на брюшке котенка. — Напиши
чувственная
, потому что так
оно и есть, напиши
пышная
. Ведь ты же не хочешь нарваться на мужика,
который поста—вит перед собой цель заставить тебя похудеть на несколько
фунтов.
— Приятно иметь хоть одного друга, который все говорит тебе
честно, — заметила Лиони, наблюдая за дыханием котенка. — Обычно
мои подруги из кожи вон лезут, доказывая, что я стройная. А моя мама всегда
говорит, что я хороша, какая есть, и надо забыть про диеты, потому что все
это дерьмо.
— Твоя мама замечательная женщина, но нет, это не дерьмо. Половина
женщин в стране убивают себя диетами. Но все это пустая трата времени — те,
кому удается похудеть, тут же набирают еще больше.
— А то я не знаю! — простонала Лиони, чувствуя, как пояс ее брюк
врезается в тело. — Так если я все-таки решусь, что мне писать?
— Чувственная, пышная... — начала Анджи.
— Убирайся! — закричала Лиони, хотя в душе была до—вольна. —
Чувственная... Скажешь тоже!
— Почему бы и нет? — Анджи сделала котенку укол анти—биотика и
понесла назад в клетку. — Ты такая и есть. Это ведь относится не только
к сексу, а вообще к чувствам.
— Ну, да! Употреби я это слово, и тут же появятся мужчи—ны, решившие,
что мне нужно совсем другое. Парни, кото—рые оставляют деньги на каминной
доске.
— Ладно, отменим. Как насчет
синеглазая блондинка, пышная
... любит
детей.
— Это может их отпугнуть, — возразила Анджи. — Вдруг
подумают, что тебе нужен производитель?
— Ну, про детей все равно придется упомянуть.
— Может быть,
любит детей и животных
? — предложи—ла Анджи.
— Так лучше.
Когда операции закончились, Лиони отправилась чис—тить клетки животным — это
тоже входило^в ее обязанности. Иногда в лечебнице собиралось около сорока
зверей, уже прооперированных или дожидающихся операции, которые тоскливыми
глазами следили за ветеринарами. Имелся здесь даже один сокол, которому
требовался дом. Лестер был мас—так удирать; однажды он сумел вырваться из
рук Лиони и де—сять минут прятался в шкафу с лекарствами, пока его снова не
поймали.
Лиони аккуратно почистила клетку Лестера, дала ему иг—рушку и немного
понаблюдала, как он с ней играет. Она сама подумывала, не взять ли птицу
домой, так как очень жалела тех, кого никто не любит. Известно, что сокол
может уку—сить, но до сих пор Лестер никому не причинил зла. Однако,
наблюдая, как Лестер раздирает шею медвежонку, Лиони передумала.
Интересно, что бы мог написать Лестер в объявлении?
Стройный, доброжелательный самец ищет любящий дом с хозяином, который не
возражает, если его слегка покусают. Дамам могут понравиться прогулки в
парке и терпкий муж—ской запах.
Лиони мысленно усмехнулась. При такой подаче Лестер был неотразим. Надо
научиться читать между строчками. Иначе один господь ведает, что может
случиться.
10
Ханне нравилась ее новая работа — вот только если бы не приходилось
управляться с коммутатором в отсутствие сек—ретарши. А Кэролайн, девушка,
начавшая работать в фирме две недели назад, отсутствовала постоянно. Ханна
уже пожа—лела, что наняла ее. Кэролайн болела на прошлой неделе, а сегодня
позвонила в десять и заявила, что у нее грипп.
— Джиллиан, вы не могли бы сегодня посидеть в прием—ной? —
попросила Ханна.
Джиллиан до сих пор не пережила, что Ханну сделали ме—неджером. Ей нравилось
знать, где находятся агенты, зво—нить им и интересоваться, все ли в порядке.
Это давало ей ощущение власти над ними.
— Могу до ленча, — огрызнулась Джиллиан. — Я сегодня работаю
полдня.
Это означало, что Ханна не сможет заняться своей собст—венной работой, а
вынуждена будет сидеть в приемной и от—вечать на звонки, одновременно
пытаясь выяснить, куда за—пропал груз канцтоваров, который давно должны были
до—ставить.
Естественно, как только появились посетители, зазвони—ли сразу все телефоны.
Женщина, стоящая у конторки, каза—лось, совсем не обращала внимания на то,
что Ханна должна ответить на звонки по четырем телефонам, прежде чем
за—няться ею. Она дрожала от нетерпения, но Ханна дождалась, когда погас
красный огонек на коммутаторе — это означало, что Донна Нельсон повесила
трубку.
— Донна, тебе звонят по первой линии: мистер Макэль-хинни, насчет
недвижимости на Йорк-роуд.
— Спасибо, Ханна.
Ханна крутанулась в своем новом удобном кресле и наконец оказалась лицом к
лицу с нетерпеливой посетительни—цей.
— Извините, что пришлось оторваться, — сказала она мягко, —
сегодня так много дел. Что я могу для вас сделать?
— Номер 73 на Шэндаун-Террас уже продан? — спросила женщина,
причем с каждым словом ее голос звучал все выше; казалось, она вот-вот
расплачется. — Мы только что сообразили, что дом продается. Нам всегда
хотелось там по—селиться. Только не говорите мне, что дом уже продан!
— Подождите немного, — успокаивающе сказала Ханна. Она пробежала
по компьютерным файлам и нашла этот дом. Им занимался Стив Шоу — молодой, но
весьма пер—спективный сотрудник. Он дважды водил туда клиентов, но никто не
согласился заплатить запрашиваемую сумму.
— Надо в него тыщ двадцать вложить, иначе даже крысы не согласятся там
поселиться, — фыркнул Стив, вернувшись в первый раз после посещения
дома.
— У меня хорошие новости, — сказала Ханна, — дом еще не
продан. Хотите поговорить с агентом, который занимается этим делом?
Через несколько минут Стив сидел в приемной рядом с клиенткой — слишком
близко к клиентке, по мнению Ханны. Такова была техника Стива по продаже
недвижимос—ти: флиртовать с клиенткой, как будто такого прелестного существа
он никогда раньше не видел.
Стив попытался применить этот прием и с Ханной, когда впервые ее увидел. Он
только что вернулся после медового месяца на Багамах, загорел и считал
себянеотразимым.
— Зачем ты поступила в эту компанию, неотразимая? Чтобы разбить мое
сердце? — воскликнул он в первый же раз, когда она отказалась с ним
пообедать. Это случилось на пятой минуте их знакомства. Даже суровый взгляд
из-под очков его не остудил.
— Когда ты так смотришь, ты очень сексуальна, — на—хально
прокомментировал он.
Все последние три недели он вел себя в том же духе, но пока Ханна
справлялась с желанием резко поставить его на место. Пока.
Со своего кресла ей было видно, как Стив положил руку на коленку клиентки.
Это никуда не годится!
— подумала Ханна. Но женщина так обрадовалась
возможности приоб—рести облюбованный ею дом, что не заметила этого наглого
жеста и продолжала с восторгом смотреть на Стива.
День выдался суматошным. Вообще в филиале все изме—нилось с тех пор, как им
занялся Дэвид. По всей округе рас—пространили рекламные листовки, наняли
двух новых агентов, за выходные отремонтировали сам офис, так что он
превра—тился в близнеца конторы на Даусон-стрит. Даже неисправ—ный
вентилятор в дамском туалете починили. Дэвид Джеймс хотел, чтобы все было
сделано на славу.
Он мало говорил, но ничего не ускользало от его внима—ния. Они с Ханной
прекрасно понимали друг друга. Два раза в неделю они устраивали совещания, и
Ханна заметила, что ждет этих дней с нетерпением. Когда они оставались
вдвоем, Дэвид менялся — становился мягким и разговорчивым. Обычно, после
обсуждения всех насущных проблем, он от—правлял Джиллиан за кофе и
шоколадным печеньем.
— Не надо бы мне его есть, — виновато говорил он, беря третье
печенье, — но я его обожаю.
— Я думала, что только женщины бывают сладкоежка—ми, — поддразнила
его Ханна. Она знала, что у Дэвида хоро—шее чувство юмора и он обожает
перепалки.
— К сожалению, не все способны быть такими стойкими боевыми машинами,
как ты, — возражал он, с удовольствием оглядывая ее подтянутую фигуру в
темно-вишневой блузке и серых брюках.
— Если бы Джиллиан не была так влюблена в тебя, не ви—дать бы тебе
этого шоколадного печенья, — ехидно заметила Ханна.
— Ничего подобного! — Он с ужасом посмотрел на нее. Ханна невольно
рассмеялась.
— Прости, Дэвид, но она и в самом деле к тебе неравно—душна.
— Ты шутишь, верно? — Он казался искренне обескура—женным, и ей не
захотелось развивать эту тему.
— Да, — соврала Ханна, — шучу. Пожалуй, я пойду и по—работаю,
Дэвид.
Она вышла из его кабинета, удивляясь в душе, как такой наблюдательный
человек, как Дэвид, мог не заметить обожа—ния Джиллиан. Он способен был
уловить малейшие нюансы деловой беседы, но оказывался слеп, когда дело
касалось людей. Когда Ханна опустилась в свое кресло, Джиллиан с ненавистью
посмотрела на нее. Она больше всех негодова—ла по поводу этих совещаний на
двоих.
Дэвид позвонил Ханне из машины перед самым концом работы.
— Ко мне должен прийти клиент, а я на двадцать минут опаздываю. Скажи
ему об этом, извинись и угости кофе, ладно? Надеюсь, ты не возражаешь
немного задержаться? Это очень важно. Он мой старый друг, его зовут Феликс
Андретти.
Надо же, как экзотично!
— подумала Ханна, записывая имя. В шесть все
служащие, которые не встречались с клиен—тами, разошлись по домам.
— Задерживаешься? — спросила Донна, проходя мимо нее.
— Не слишком, — ответила Ханна. — Надо выполнить поручение
Дэвида.
— Не желаешь потом что-нибудь выпить у Маккормака? Мы с Джэнис решили,
что нам требуется укрепить свои силы с помощью алкоголя. Обычно у меня нет
времени, но сегод—ня я могу слегка припоздниться.
— Я бы с удовольствием, но не могу, — с сожалением сказала
Ханна. — Я на сегодня уже договорилась.
Сегодня должно было состояться
египетское воссоеди—нение
: она договорилась
с Эммой и Лиони зайти в отель
Сакс
выпить, а затем поехать ужинать. Лиони
настаивала, чтобы после этого они отправились еще и в ночной клуб.
— Мне никогда не приходилось там бывать, — печально призналась она
по телефону.
Ханна представила себе, как они танцуют, стараясь не удаляться от своих
сумок, и ничего не пообещала. Однако она на всякий случай захватила свое
прелестное аметистовое платье, чтобы переодеться.
В половине седьмого она распустила волосы, немного подкрасилась, намазала
губы помадой под цвет платья и щедро подушилась духами
Коко
. Ей надо было
уходить через несколько минут, чтобы успеть на встречу с подругами в
гостинице, а она еще не переоделась. Черт бы побрал Дэви—да и его клиента!
Через пять минут, когда ни один из них не появился, Ханна схватила платье,
встала за шкаф так, чтобы видеть дверь, но не показываться самой, и
разделась. К счастью, она как раз натягивала платье на бедра, когда
услышала, как от—крывается тяжелая стеклянная дверь.
Ханна поправила платье и уже было сделала шаг вперед, но сообразила, что
вечернее платье в обтяжку не совсем годится для встречи любимого клиента
хозяина. Поэтому она схватила свой плащ и успела надеть его, когда увидела
Фе—ликса Андретти.
Хорошо, что рабочий день уже кончился, поскольку Ханна была не уверена, что
смогла бы одновременно зани—маться посетителями и не сводить глаз с этого
сказочного ви—дения. От его внешности дух захватывало: не смуглый, как можно
было решить по его итальянской фамилии, но весь бледно-золотой, как осенние
листья. Кожа у него была медо—вого оттенка, пшеничные волосы прядями падали
на свер—кающие карие глаза, а лицо... Красивое — не то слово! Ши—рокий
волевой подбородок, аристократический нос, высокие скулы.
Он бы с легкостью
переплюнул молодого Редфор—да, — потрясенно подумала Ханна. —
Лиони бы умерла, уви—дев его!
На Феликсе был кремовый костюм, в котором он
выглядел стройным, как ковбой. Ханна глаз не могла от него отвести.
— Прелестное платье, — сказал он, а влажные карие глаза оглядывали
ее расстегнутый плащ, очень, ну очень короткую юбку и ноги в нейлоновых
колготках, которые каким-то чудом не порвались за день.
Ханна не сразу нашлась, что сказать, и нервно рассмея—лась:
— Я собралась на встречу и должна была переодеться. Дэвид задерживается
и попросил вас дождаться.
— Не знаю, как его и благодарить, — проговорил Феликс.
Ханна не могла определить, что у него за произношение. Явно не британское и
не ирландское.
Несколько высоко—мерное
, — сказала бы ее мать. После
многих лет работы уборщицей в гостинице миссис Кэмпбелл очень не любила
высокомерных людей.
— Хотите кофе? — спросила Ханна, чтобы хоть что-то сказать. Она
твердо знала: этот человек — друг и клиент Дэ—вида, флиртовать с ним нельзя.
— А что-нибудь еще можно? — спросил он, лукаво под—няв одну
золотую бровь.
— Ну... конечно.
— Тогда я бы хотел вас. Ханна моргнула.
— Я не вхожу в меню! — отрезала она.
Феликс присел на край стола и с интересом взглянул на нее.
— Дэвид надолго задержится? — спросил он. — Впро—чем... я бы
предпочел, чтобы он вообще не появлялся.
Ханна откинула голову и хрипловато рассмеялась, удивив этим больше всего
себя.
Она, женщина, одним стальным взглядом усмиряющая атакующих викингов,
флиртует как сумасшедшая с этим по—трясающим мужчиной. Поверить невозможно!
Но чертовски приятно. Кто знает, может, тот мускулистый инструктор из
гостиницы открыл какие-то шлюзы и вернул ей веру в муж—чин. Почему бы и нет?
Она достаточно долго была одна. Она заслуживает мужчину в своей жизни!
— Полагаю, на вашей визитке написано
профессиональ—ный
обольститель
? — улыбнулась Ханна и позволила плащу упасть с ее плеч. И
сразу она будто изменилась физически — лицо стало спокойным, поза более
естественной.
— Кстати, там написано
актер
, — ответил он.
— Вот как?
— Вы разочарованы?
Ханна покачала головой. При этом движении волосы свободно рассыпались по
плечам. Она знала, что ей так идет, и хотела, чтобы он это заметил.
— Никогда не встречалась с актерами. Во всяком случае, должным образом.
— Вы хотите сказать, что встречались с ними недолжным образом? —
усмехнулся он.
Она укоризненно покачала головой.
— Таким умным в жизни приходится тяжело.
— Не нахожу, — сказал он, подвигаясь к ней поближе. — До сих
пор я неплохо справлялся. Хотя все стало значительно лучше, стоило мне с
вами познакомиться.
— Мы незнакомы, — заметила она. — Именно это я и имела в виду
под
должным образом
. Нас друг другу не представили, следовательно, мы не
познакомились должным образом. Других тоже никто не представлял.
— Наверное, они были слепы, если не захотели быть
представленными. — Он протянул ей руку официальным жестом. —
Счастлив с вами познакомиться, мадам. Феликс Андретти к вашим услугам.
Она взяла его руку, ощутила теплоту его кожи и почувст—вовала, как что-то
сжалось внутри.
— Ханна Кэмпбелл, тоже рада с вами познакомиться.
— Теперь, когда мы должным образом знакомы, нельзя ли перейти к
недолжным образом
? — спросил он. Его темные глаза смеялись. — Вы
сказали, что сегодня встречаетесь с друзьями. Нельзя ли отменить вашу
встречу и пойти вместо этого со мной?
— Нет, — улыбнулась она. — Не могу. Это особая встре—ча. Я не
должна подводить друзей.
— Мужчин или женщин? — поинтересовался он.
— Женщин.
— Прекрасно! В таком случае я пойду с вами.
— Нельзя.
Феликс сделал вид, что призадумался.
— Что-то не узнаю я этого слова. Что значит
нельзя
?
— Полагаю, слова
нет
вы тоже не знаете? — поддразни—ла Ханна.
Он усмехнулся, но тут зазвонил телефон, и Ханна быстро схватила трубку.
Звонил Дэвид, хотел поговорить с Фелик—сом. Она передала трубку и услышала,
что они договарива—ются встретиться где-то в другом месте, поскольку Дэвид
все еще задерживался.
— Мне пора, — мягко сказала Ханна.
— Мы сможем снова увидеться? — спросил Феликс.
Он наклонился через стол и оказался так близко от нее, что она ощутила запах
его лосьона для бритья. У нее закру—жилась голова.
— Да. Пока.
— Хотите, я вас подвезу? — предложил он. Его улыбка просто валила
с ног. — По дороге мы поговорим. Я хочу знать о вас все.
Ханна подумала о Гарри, от которого сегодня утром по—лучила второе письмо.
Он умолял ее ответить. Пожалуйста, согласись встретиться со мной. Это очень
важно.
Пошел он, этот Гарри! Ей хотелось немного пожить.
Лиони, облаченная в светло-вишневое развевающееся платье, ногти и губы того
же яркого цвета, вплыла в бар гос—тиницы, стараясь держаться уверенно.
Сегодня она накраси—лась очень умеренно и чувствовала себя полуголой. Но
ведь никто в баре об этом не знал! В глазах людей она выглядела спокойной и
уверенной в себе женщиной, которая пришла встретиться с друзьями и поведать
им интересные новости.
Она почти сразу заметила Эмму. Забившись
...Закладка в соц.сетях
