Жанр: Любовные романы
Мужчины свои и чужие
...sh;тельно родным, но в то
же время незнакомым. В сравнении со стройным Феликсом он казался крупным и
основатель—ным. Волосы с проседью зачесаны назад, глаза смотрят не—много
неуверенно, как будто он сомневается, рада ли она его видеть.
— Твоя мать мне позвонила, сказала, что неплохо было бы тебя
встретить, — пояснил он.
Ханна улыбнулась. Впервые за целый день.
— Крутая женщина твоя матушка, — заметил Дэвид.
— Еще какая! — согласилась Ханна.
Дэвид, отобрал у нее тележку и покатил ее в сторону парковочной площадки.
Двигались они молча: Ханна слишком устала, Чтобы говорить. Дэвид быстро
погрузил вещи, а Ханна села сзади, посадив Клоди на колени, так как у Дэвида
в машине не было специального сиденья для ребенка. Ма—лышка проснулась и,
увидев Дэвида, улыбнулась ему беззу—бой улыбкой.
— Какая прелестная девочка, — заметил он, пощекотав ей
шейку. — Ну что, поехали?
— Да, — ответила Ханна, — я зарезервировала себе номер в
гостинице
Джури
.
— Вообще-то тебе уже зарезервировано место у твоей по—други
Лиони, — извиняющимся тоном сказал Дэвид.
Ханна оторопела:
— Тоже маминых рук дело?
— Если твоей матери когда-нибудь потребуется работа, я всегда найду
занятие для женщины с ее организаторскими способностями, — сказал он.
Ханна невольно рассмеялась:
— Полагаю, она уже позвонила в гостиницу и отменила резервацию.
— Меня бы это не удивило, — согласился он.
Клоди была счастлива и весело курлыкала под музыку, пока машина катилась в
направлении Уиклоу. Дэвид ни о чем не спрашивал, и Ханна была благодарна ему
за это. Она то и дело искоса поглядывала на него, Профиль Дэвида не был
идеален с эстетической точки зрения, как профиль Феликса, но он был
основателен и надежен, а также неверо—ятно мужественен. Ханна даже пожалела,
что так небрежно оделась для путешествия: джинсы не первой свежести и
крас—ное шерстяное пальто не слишком ее красили.
— А ты с Лиони говорил? — спросила Ханна.
— Конечно. Она надеется, что ты ничего не ела, потому что готовит для
всех нас огромный ужин.
— Мне очень жаль, что мама тебя в это вовлекла, — ска—зала
Ханна. — Ты уже больше чем полдня потерял.
— Какая же это потеря? — возразил Дэвид.
Обернувшись, он улыбнулся ей, и Ханна сразу почувст—вовала, что
успокаивается. С Дэвидом она чувствовала себя в безопасности, вот в чем
дело. С Феликсом ей постоянно ка—залось, что она стоит на краю ледника,
готовая в любую ми—нуту сорваться. А Дэвид давал ей ощущение защищеннос—ти —
как будто сидишь у огня в деревянной хижине и при—слушиваешься к снегопаду
снаружи.
Вскоре Клоди и Ханна задремали и проснулись от беше—ного лая Пенни. Весь
клан Делани ждал их на улице у кот—теджа — Мел, очаровательная даже в
школьной форме, Эбби, худенькая, в заляпанном красками комбинезоне, Дэнни,
Дуг, Лиони и еще две собаки: очевидно, знаменитые Элфи и Джаспер.
— Ханна, дорогая, как я рада тебя видеть! — воскликнула Лиони.
Ханна тут же оказалась в теплых объятиях подруги, вдох—нула слабый запах
Опия
и немедленно почувствовала себя дома.
— Запрети собакам лаять, Дэнни, — распорядилась Лиони. — Они
напугают Клоди.
Но девочка, которую взяла на руки Эбби, не выказывала ни малейшего желания
заплакать. Наоборот, она огромными глазищами уставилась на трех зверей, а
когда Пенни попыта—лась понюхать ее свисающую ножку, залилась смехом.
— Они тебе нравятся, правда, зайчик? — спросила Эбби. После того,
как каждый по очереди обнял Ханну и выразил восторг по поводу Клоди, все
направились к дому. Из кухни доносился дивный аромат.
— Дуг готовит ужин, — с гордостью сообщила Лиони. — Он умеет
делать совершенно волшебную баранину.
— Художник не только в студии, но и на кухне! — абсо—лютно
серьезно возвестил Дуг, хватая Лиони сзади за талию. Она засмеялась и на
секунду прислонилась к нему.
Ханна почувствовала огромную радость за них. Они были так счастливы вместе!
Ей даже показалось, что ее подруга лет на десять помолодела.
Лиони взяла взаймы у соседей кроватку для Клоди, и, пока они с Ханной
разбирали детские вещи, все остальные глотали слюни на кухне в ожидании
ужина.
— С Феликсом действительно все кончено, или это про—сто некий период
охлаждения? — осторожно спросила Лиони, садясь на кровать, где Ханна
меняла Клоди подгуз—ник.
— Все кончено, — сказала Ханна. — Не стоило и начи—нать. Мы
совсем разные; вообще не понимаю, почему в него влюбилась...
Она снова расплакалась, но на этот раз от облегчения. Все в прошлом. Она
оставила Феликса, вернулась домой и чувствовала себя человеком, спасшимся в
катастрофе, после того как утихли все вопли и стоны.
Лиони обняла ее и начала шептать что-то успокаивающее ей на ухо.
— Ужин готов! — объявил Дуг.
— Давно пора! — завопил Дэнни.
— Мне, наверное, не надо было устраивать этот ужин, со—бирать
всех, — заволновалась Лиони. — Ты еще не готова.
Ханна покачала головой.
— Да нет, это как раз то, что мне нужно. Я уже отвыкла общаться с
людьми. Феликс постоянно бегал на какие-ни—будь вечеринки и чаще брал с
собой Билли. Я не вписывалась в его компанию. Его друзья так и не стали
моими друзьями, * мне вообще этот образ жизни не подходил. Мне так хотелось
все время поговорить с людьми, которых я люблю!
— Прости, — сказала Лиони. — У меня такое чувство, что я тебя
подвела. Мне надо было приехать, я должна была до—гадаться, как тебе
трудно...
Завопила Клоди, обидевшись, что ее так надолго остави—ли без внимания, и Ханна взяла дочку на руки.
— Ты ничего не смогла бы сделать, Лиони, — сказала она. — Я
не была счастлива, но, наверное, я все равно оста—лась бы с Феликсом. Мне
понадобилось застать его в постели с другой женщиной, чтобы проснуться. И,
надо сказать, про—буждение было не из приятных...
Лиони пришла в ужас, и Ханна усмехнулась, видя ее смя—тение.
— Пошли, а то замечательный ужин Дуга остынет. Мне внезапно очень
захотелось есть. Все пикантные подробности расскажу потом.
Баранина была выше всяких похвал. Ханна сидела рядом с Дэвидом и с аппетитом
ела. Клоди передавали с рук на руки вокруг стола, как куклу, причем она явно
получала удо—вольствие от такого обилия внимания. Дуг следил, чтобы в
бокалах всегда было вино или минеральная вода, а Дэнни по—стоянно
подкладывал всем картофельного пюре.
— Все, больше не могу съесть ни кусочка! Наелась, как удав, —
сказала Ханна, когда он в третий раз предложил ей добавки.
— Я сам его делал, — похвастался Дэнни. — По специ—альному
рецепту.
— Вы бы посмотрели, сколько он туда масла вбухал, — заметила
Эбби. — Тут наполовину картошка, наполовину масло.
— Моя фигура вполне способна обойтись без масла, — засмеялась
Ханна, похлопывая себя по животу.
— Ерунда, — возразил Дэвид, — тебя надо подкормить. Вот
подожди, вернешься в офис, я каждый день буду пичкать тебя шоколадным
печеньем.
Ханна оторопело уставилась на него.
— О чем ты? — спросила она.
— Разве ты не собираешься возвращаться на работу?
— Я не знаю... я не думала... — начала она, заикаясь.
— Неужели ты думала, что я позволю кому-нибудь ук—расть у меня такого
работника? — громко возмутился он. Потом потише добавил: — Пожалуйста,
Ханна, ты нам нужна... А мне уж и подавно.
Она под столом нашла его руку и сжала. Он радостно от—ветил на пожатие.
— Спасибо тебе, — прошептала она.
— Не надо меня благодарить, — тихо сказал он. — Я делаю это
из эгоистических соображений.
Ханна почувствовала, что не может говорить, и в этот мо—мент Дэвиду передали
Клоди.
— Привет, котенок, — сказал он, сажая ее на колено. Клоди громко
загулькала и разулыбалась.
— Я знаю, что мы сделаем, — сказал ей Дэвид. — Ты пой—дешь ко
мне работать, и тогда твоей мамочке тоже придется прийти, чтобы
присматривать за тобой. Разумеется, боссом будешь ты и поможешь маме сдать
экзамены на старшего агента.
Клоди начала радостно пускать пузыри. Ханна рассмеялась, глядя на них.
— Обычно, когда она так делает, это означает, что она го—товиться
срыгнуть.
Дэвид прижал к себе девочку:
— А мы не станем возражать, верно?
Эмма приехала, когда все уже пили кофе.
— Простите, что опоздала к ужину, — сказала она, обни—мая Лиони, а
затем Ханну. Потом забрала Клоди у Дэвида. — До чего же ты
хороша! — восхитилась она. — Привет, Клоди. Я твоя тетя Эмма,
мамина подружка.
Клодия удивленно взглянула на нее — и тут наконец срыгнула. Эмма
расхохоталась, Клоди тоже принялась улы—баться.
— Ты просто прелесть! — восхитилась Эмма. — У нее твои дивные
волосы, Ханна.
Тут что-то происходит, о чем я не имею представле—ния
, — подумала
Ханна. Эмма обожает детей, она это знала. Но ей всегда было трудно с ними
из-за своих собственных неудач в этом плане. Но сейчас она смеется и воркует
с Клоди, и ни намека на напряжение или слезы, как раньше.
— Девочки, идите в гостиную и посплетничайте, — пред—ложил
Дуг. — А мы тут наведем порядок.
Он не смог себе отказать и нежно поцеловал Лиони, когда она выходила их
кухни.
— Прямо голубки! — поддразнила Эмма. Лиони счастливо улыбнулась.
— Ты и сама выглядишь вполне довольной, — заметила Ханна,
обращаясь к Эмме.
Пришла очередь Эммы просиять:
— У меня потрясающие новости, Ханна. Я беременна! Шесть недель! И
представь себе, я даже не обратила внима—ния на задержку. Это я-то!
Наверное, я просто потеряла вся—кую надежду. Но тут моя грудь выросла и
стала очень чувст—вительной. Выходит, для меня это главный тестер.
— Невероятно, — сказала Ханна. — Я так за тебя рада!
— Спасибо, — улыбнулась Эмма. — Я знаю, что случи—лось: я
просто перестала паниковать. Мы собирались попро—бовать искусственное
осеменение, и у меня появилась на—дежда. А оказалось, ничего такого и не
нужно. — Она взяла Клоди на руки и прижала ее к себе. — Я так
счастлива — слов нет. Жаль только, мама никогда не узнает своего первого
внука или внучку...
Все помолчали.
— Как она? — спросила Ханна, чувствуя себя виноватой за то, что не
была в курсе событий в жизни Эммы. Она толь—ко знала, что Анне-Мари
значительно хуже, и она большую часть времени находится под присмотром
сиделок.
— У нее есть хорошие дни и плохие дни, — сказала Эмма. — Она
принимает новое лекарство, оно ей помогает. Она нас всех узнает, стала
спокойнее, но все равно катится вниз. — Эмма печально помолчала. —
Постепенно начина—ешь к этому привыкать, хотя все равно сердце разрывается.
Тем важнее для меня этот ребенок. Получается, что мы мед—ленно теряем маму,
но обретаем нового человечка.
— Извини, что я редко тебе звонила, — сказала Ханна, легко касаясь
руки Эммы. — Тебе так досталось, а я ничем не помогла.
Эмма печально улыбнулась.
— Мы друзья, но мы же не срослись бедрами. И вообще, тут больше я
виновата, — призналась она. — Не могла сми—риться, что ты
беременна этой милой крошкой. — Она поце—ловала Клоди в макушку. —
Это, наверное, прозвучит ужас—но, но я теперь верю, что надо говорить все,
что думаешь. Я тогда вытолкнула тебя из своей жизни, Ханна. Гордиться нечем,
но я обязательно исправлюсь.
— Все нормально, — искренне сказала Ханна. — Кстати, я могу
тебе кое в чем помочь. У меня есть прелестные платья для беременных, я тебе
их обязательно привезу.
— Не могу дождаться, когда надо будет носить такую одежду, —
вздохнула Эмма. — Я все поворачиваюсь боком и смотрю, не вырос ли
живот. Представь себе, я тоскую о жи—воте, растяжках — всему, что
полагается. Я так долго ждала.
— Пит тоже счастлив? — спросила Ханна.
— Он уже отделал детскую, — улыбнулась Эмма. — Нет, конечно,
шучу. Но он купил краску, обои и картинки из мультиков Диснея.
Все рассмеялись.
— Если пожелаешь иметь в детской египетские мотивы, не стесняйся,
обращайся ко мне, — сказала Лиони.
— Обязательно, — улыбнулась Эмма. — Только — нико—му,
девочки! — добавила она. — Никто еще не знает, кроме вас и
Кирстен. До трех месяцев мы решили хранить тайну.
— Раз уж мы собрались здесь жить, Клоди потребуются друзья, —
сказала Ханна, забирая ребенка у Эммы. — Она сможет дружить с твоим
малышом.
— Особенно если это будет девочка, — охотно поддержа—ла ее
Эмма. — Господи, где бы я была без своих подруг?
— Гнила бы в египетской тюрьме за убийство своего па—паши, —
пошутила Лиони.
— И не напоминай! — попросила Эмма. — Хотя сейчас он со мной
очень мил. Правда, Кирстен говорит, что он про—сто .хочет, чтобы я снова
начала на него стирать. Но это все-таки большой сдвиг.
— А хорошо бы нам снова вместе поехать в отпуск, — за—думчиво
произнесла Лиони. — Дуг очень хочет куда-нибудь смотаться.
— В Италию, — предложила Эмма. — Мы можем снять дом на лето.
На всех получится не очень дорого. Боюсь, нам с Питом теперь придется
экономить.
— Мне тоже, — поддержала ее Ханна. — Сомневаюсь, что на
Феликса можно надеяться в смысле алиментов.
— Но ведь Дэвид богат, — удивилась Эмма. Ханна нахмурилась.
— Я только что оставила мужа, — сказала она. — Не надо меня
сразу пристраивать.
Эмма с Лиони переглянулись.
— Пожалуй, спрошу-ка я этого милого Дэвида, не хочет ли он этим летом
съездить в Италию, — сказала Эмма. — Чем больше народу поедет, тем
дешевле нам это обойдется. Уверена, что кто-нибудь пустит его в свою
спальню.
Ханна швырнула в нее подушкой.
— Клянусь, я с вами больше ни в какой отпуск не поеду! — заявила
она.
Следующее утро выдалось солнечным, но на траве лежал иней. Клоди мирно спала
в специальном креслице, которое Дэвид приобрел накануне.
— Мне не надо было соглашаться, — сказала Ханна. — Коннемара
у черта на рогах. Ты пропустишь еще пару рабо—чих дней.
— Самое большее — четыре часа, — ответил Дэвид, следя за
дорогой. — Сейчас всего половина восьмого, как раз к обеду подъедем.
— Это в одну сторону. Мне ужасно стыдно. Я могла бы поехать
поездом, — сказала Ханна. — Клоди обожает поез—да, — соврала
она.
— Мне хотелось тебя отвезти, — сказал он.
— Но ты не должен!
— Ханна, как ты думаешь, почему я это делаю? — спро—сил он. —
Почему приехал в аэропорт, почему сейчас везу тебя повидать родителей?
Потому что я от тебя без ума, вот почему!
— Останови машину, — потребовала она.
Дэвид удивился, но послушно съехал на обочину и стано—вился.
Клоди проснулась и захныкала.
— К этому привыкаешь, — заметила Ханна, когда дочь прибавила
децибелов. Потом наклонилась и крепко поцело—вала Дэвида в губы. Он
немедленно схватил ее в объятия и тоже принялся целовать. Он был просто
замечательным — и на вкус, и на ощупь. А еще надежным, уютным... —
челове—ком, созданным для нее?! Впрочем, она знала, что именно таким он и
окажется. Она таяла от его страстных поцелуев.
Наконец Ханна неохотно отстранилась и взглянула на него.
— Нам потребуется время, — предупредила она.
Я ушла от Феликса, но он еще не ушел от меня — если ты по—нимаешь, что я
хочу сказать. Я не могу забыть о нем в одну секунду.
— Пусть все будет постепенно, — согласился он, с любо—вью глядя на
нее. — Медленно. Вот так...
Дэвид привлек ее к себе и снова принялся целовать. Клоди зашлась в крике.
— Ты права, — удивленно сказал он, на мгновение отры—ваясь от
Ханны, — к этому действительно привыкаешь.
Закладка в соц.сетях
