Жанр: Фантастика
Князь Тишины 1. Князь тишины
...щий свет, острый, как лезвие меча,
которым разрезали штору сверху донизу. Когда его глаза привыкнут к свету, он увидит, что за
окном - зеленая долина, а над ней радуга. И тогда он встанет с кресла, расправит плечи и
шагнет вперед.
- А может, и не шагнет, - раздался у меня в голове насмешливый голос Эзергиль.
- Не мешай, - еще не поняв, что случилось, огрызнулась я.
- Знаешь, почему не шагнет? - не обратив внимания на мою реплику, продолжала
Эзергиль.
Теперь я ее разглядела. Мы стояли друг против друга по обе стороны инвалидного кресла,
как ангелы смерти. Старик нас не видел. Его слезящиеся глаза были прикованы к полосе света
между шторами. Эзергиль улыбнулась мне, взмахнула рукой, и свет за окном начал меркнуть.
Тут до меня дошло: Эзергиль каким-то образом пролезла в мою реальность. Мало того,
она еще и пытается ею управлять! И у нее, кажется, получается...
- Знаешь, почему он останется здесь? - повторила Эзергиль. - Потому что ему некуда
идти. За окном ничего нет. Гляди.
Она отдернула штору. Полоса света исчезла. Пропала радуга, так и не появившись. Ни
солнца, ни зелени. Только голая равнина, темнота и тишина. И тихо посвистывает ветер.
- Да хватит мне мешать! - сердито крикнула я. - Как ты сюда вообще попала?
Эзергиль подошла к старику и легко подняла его за плечо. Морщинистое лицо старика
скривилось в жалобной гримасе, тусклые глаза беспомощно забегали в поисках погасшего окна.
- Что тут за мумия к креслу прилипла? - брезгливо произнесла Эзергиль и толкнула
старика. Коснувшись пола, его тело мгновенно рассыпалось и смешалось с многолетним слоем
пыли. Эзергиль растерла тапочком контуры его фигуры и присела на подлокотник инвалидной
коляски.
- Это к вопросу о том, кто кого боится, - небрежно сказала она. - Попробуй меня
отсюда выставить. Попробуй сделать мне хоть что-нибудь. Ты не думай, никаких обид. Я буду
просто здесь сидеть.
- Лучше уходи, - угрожающе сказала я. - Смотри, пожалеешь!
Эзергиль пожала плечами и принялась болтать в воздухе ногой.
- Я - единственное препятствие, стоящее между тобой и зачетом. Не получишь зачета
- вылетишь из мастерской. У тебя ведь и так хвостов предостаточно.
- Последний раз предупреждаю!
Поганка Эзергиль не соизволила отреагировать.
Я чувствовала себя злой и растерянной. Мании величия у меня все-таки не было, и я
отдавала себе отчет, что самостоятельно мне с Эзергилью не справиться. Но, после того что я
сегодня наговорила, надо было обязательно что-то предпринять, чтобы не опозориться
окончательно, - на что Эзергиль, конечно, и рассчитывала. Я начала с простого: попыталась
восстановить пейзаж за окном, а там уж видно будет. Но Эзергиль мигом отследила и пресекла
мое намерение. Меня охватил полный физический и ментальный паралич, в голову словно ваты
напихали. Поединок двух воль закончился в считанные секунды; его единственным
результатом был усилившийся снаружи ветер. Я стояла перед Эзергилью совершенно
беспомощной. Через несколько мгновений я с ужасом осознала, что она пытается пролезть в
мои мысли.
- Сотворила, говоришь, демона, - мурлыкала она. - Посмотрим, где ты его взяла на
самом деле...
Я чувствовала себя так, как будто кто-то ходит у меня в голове, пинком открывая все
встречные двери. Там было немало интересного, помимо демона, - такого, что Эзергили знать
ну никак не следовало, и, если бы она обращала внимание на все, что попадалось ей на пути,
многое бы впоследствии в моей жизни изменилось. Но ей была нужна именно информация о
происхождении демона.
- Вот и оно! - деловито произнесла она. - Гелька, повернись ко мне левым боком, а то
неудобно смотреть.
Я начала уже поворачиваться, как под гипнозом, когда в комнате вдруг резко потемнело.
Словно тень набежала и ушла. На лице Эзергили появилось озабоченное выражение.
- Это еще что? - пробормотала она.
Ветер снаружи затих. Наступила мертвая тишина. Эзергиль медленно встала с
подлокотника, опустила голову и прикоснулась ладонями к вискам, как будто у нее заболела
голова. Хотя она все еще держала меня парализованной, в моих мыслях ее присутствия больше
не было, и я обрела способность думать самостоятельно. Эге, что-то у негодяйки не заладилось.
Судя по всему, моя музыкальная реальность уходила у нее из-под контроля. Не захотелось ли
кое-кому немного мне помочь?
На комнату снова опустилась темная пелена. Теперь она была гуще и тяжелее. Штора
колыхнулась - за окном прошелестел ветер. Фарфоровое лицо Эзергили приобрело синюшный
оттенок.
- Кто здесь? - хрипло крикнула она.
Я вздрогнула от неожиданности и, к большому удивлению, услышала, что ее голос
дрожит. Конец света - Эзергиль испугалась!
- Гелька, я спрашиваю, кто здесь?
Она спрашивает меня? Мне-то откуда знать? Я чуть так и не ответила, но вовремя
вспомнила о поддержании репутации.
- Здесь нет никого, кроме тебя и меня, - зловещим шепотом произнесла я. - И ты это
прекрасно знаешь.
Эзергиль обернулась ко мне и открыла рот, намереваясь что-то сказать. Теперь ее лицо
выглядело копией моего - злое и растерянное. Наши взгляды встретились... и в этот миг ее
глаза вспыхнули. Уж не знаю, что она увидела. Я успела заметить на ее лице выражение
изумления и испуга, которое почти сразу исчезло. За несколько секунд лицо Эзергили снова
превратилось в бесстрастную, лишенную всякий эмоций маску. Вдруг она выбросила вперед
руку и швырнула мне что-то в лицо. Я успела только заслониться локтем, но и этого не
потребовалось: кинутое вспыхнуло в воздухе роем крошечных огоньков и сгорело, не долетев
до меня.
"Да она меня убить хочет, что ли?" - ошеломленно подумала я. Эзергиль тем временем
оказалась напротив меня, и в руке у нее возник клинок, длинный, узкий и блестящий. Глядя мне
в глаза, она медленно, как будто осторожно, занесла его над головой. Я даже закрыться не
смогла - стояла и смотрела как зачарованная. То, что случилось потом, было едва ли не самым
красивым из виденного мной в жизни: в одно мгновение клинок оплело кружево тончайших
трещин, и тысячи стальных блесток с хрустальным звоном посыпались на пол. Эзергиль
осталась без оружия, к своему великому удивлению.
Все совершалось очень быстро, как будто по заранее намеченному плану. Силуэт
Эзергили вдруг стал расплывчатым. Я подумала было, что у меня заслезились глаза, сморгнула,
но не помогло. Бесстрастные черты Эзергили исказились, словно от физического усилия; она
стояла неподвижно, и ее тело медленно растворялось в воздухе. Она смыться пытается,
догадалась я. Радость-то какая! Скатертью дорожка!
Однако у того, с кем она сражалась (а у меня уже возникли определенные подозрения на
этот счет), явно были другие планы. Свет луны померк. В комнате стало совсем темно. Однако
я видела Эзергиль, как будто чужими глазами, - она стояла в черной пустоте и светилась
изнутри белым пламенем, как гнилушка. Вдруг она всхлипнула, и ее очертания из
расплывчатых снова стали четкими.
В комнате было очень тихо. По потолку изредка пробегали полосы синеватого света.
Эзергиль, тяжело дыша, опиралась на спинку кресла и светилась, как радиоактивная. Я
перевела дыхание. Все?
Эзергиль подняла голову и посмотрела сквозь меня глазами, горящими белым огнем. Вид
у нее был абсолютно нечеловеческий.
- Ты кто такой? - хрипло спросила она. - Назови свое имя. По какому праву ты сюда
проник?
Меня вдруг захлестнула ненависть. И не только ненависть - гремучий коктейль из
ярости и страха и чего-то еще жуткого, чему я не могла найти определения. Меня как будто
придавила чужая воля. Что-то похожее я ощущала, когда увидела среди грозовых туч в
Сиверской глаза Тлалока. Только теперь я смотрела этими глазами сама.
- Ах ты тварь! - свирепые слова сами срывались с моих губ. - Как ты посмела
покуситься на то, что тебе не принадлежит?
- Гелька, очнись! - выкрикнула Эзергиль. - Сделай усилие, если меня слышишь! Ты
одержима демоном!
- Здесь нет других демонов, кроме тебя. Я это всегда подозревал. Эта мастерская -
настоящее змеиное гнездо. Я чувствовал угрозу, но долго не мог определить, от кого она
исходит. Но когда я увидел это существо, которое только маскируется под человека...
"Это он о ком?" - пробилась сквозь поток чужих слов моя изумленная мысль.
- О ней, Эзергили, кого ты считала подругой, наивная. У демонов нет человеческих
эмоций, а есть только личные интересы. Или не личные.
- Гелька, не слушай его! - подала голос Эзергиль. - Ты что, не понимаешь, к чему он
клонит?
Я пожала плечами, давая понять, что еще не разобралась в происходящем. Но мои губы
ответили:
- Ты знаешь, что я говорю правду. Мне достаточно пообщаться с тобой несколько минут,
чтобы определить твою истинную сущность. С каждой секундой она становится все яснее, как
бы ты ни пыталась ее скрыть...
Эзергиль дернулась. На ее лице было написано страстное желание свинтить отсюда как
можно скорее.
- Я вижу за тобой чужую волю, - через мгновение произнесли мои губы.
- Ты ничего не перепутал? - нашла в себе силы съязвить Эзергиль.
- Кто-то направляет тебя... чтобы ты следила... Ах, черт!
Мне неожиданно стало легче. Чужое напряжение и эмоции схлынули. Ощущение
присутствия осталось. В уголках глаз замерцал синий свет.
- Может, объяснишь мне наконец, что происходит? - переведя дух, накинулась я на
Князя Тишины (разумеется, это был он).
- На подругу свою посмотри, - устало произнес он.
Эзергиль стояла в той же застывшей позе, чуть наклонившись вперед. Лицо у нее было
неподвижное и безмятежно спокойное.
- Вот тебе иллюстрация, как действует блок, - сказал синий. - Я попытался достать
запретную информацию, и пожалуйста - дверца захлопывается, работа мозга прекращается, и
мы благополучно впадаем в кому.
- Что с ней теперь будет?
- В принципе, кто ставил блок, тот и снимает. Но я этой ситуации не допущу. А ты мне
поможешь.
Меня охватило ощущение, что я должна что-то сделать. Я смотрела на Эзергиль и думала:
чего мой помощник от меня хочет? Нет, я уже догадалась, но хотела, чтобы он сказал сам.
- Шевели мозгами быстрее, - раздался раздраженный голос синего. - Время идет. Чего
доброго, кто-нибудь явится.
- Некому являться. Погодина в больнице, Антонина ушла. Иван не сумеет сюда
добраться.
- Хватит болтать. Убивай ее быстренько, и пошли отсюда.
- Ты что, рехнулся? Мне - убить Эзергиль?
- Она меня видела! Она могла меня узнать! Я не могу допустить...
- Так убей ее сам, если такой крутой! При чем тут я?!
- Смерть смерти рознь. Если ее убью я, толку от этого будет немного. Так, небольшое
нервное потрясение. Тем более, ей явно не впервой. А если ты...
- Можно спросить, зачем тебе это надо?
- Зачем?! - поразился синий. - Ты еще спрашиваешь? Ты что, ничего не поняла?
- Не-а.
- Это же заговор против тебя! Валить надо из этой мастерской, причем срочно, пока не
поздно! Тебя же хотят погубить с того момента, как ты сюда пришла. Вспомни "Рагнарек"! А
Оредеж, где тебя едва не утопили? Я уже замучился тебя выручать. Такого демона раздобыл на
халяву, и, кстати, никакой благодарности. А сейчас тебя кто спас? Смотри, будешь тянуть
время, уйду, и разбирайся с этой компанией сама. Неужели ты думаешь, что сегодняшнее тебе
оставят без последствий?
Я покосилась на Эзергиль и заметила, что она подняла голову, а ее свечение стало более
тусклым.
- А как мне ее убить? - поинтересовалась я. - Голыми руками?
- Ну, почему? - обиделся голос. - Как тебе больше нравится, так и убивай. Хочешь,
голову ей отруби, хочешь, взорви. Средства я тебе предоставлю в любой момент.
Я немного подумала.
- Думаю, ты выбрал не того человека, - сказала я. - Убивать я не умею. У меня скорее
всего не хватит духу даже на курок нажать. А ты говоришь - голову отруби. Насмешил!
Князь пробормотал какую-то невнятную грубость и надолго замолк, очевидно,
подыскивая способные убедить меня аргументы. Эзергиль уже почти перестала светиться.
- Каждому настоящему мастеру реальности надо пройти через убийство, как и через
собственную смерть, - наставительно произнес он наконец. - Человеческая жизнь - одно из
проявлений высшей реальности, на манипуляции с которой в душе у каждого человека
поставлен блок. Пока ты не снимешь этот блок, не освободишь душу от присущей всем людям
инстинктивной неприязни к убийству и не поймешь, что жизнь и смерть - одно, тебе никогда
не стать мастером, попомни мои слова. Рано или поздно это придется сделать. Так почему бы
не сейчас? И тебе полезный опыт, и меня прикроешь. Она ведь все равно тебя погубит, разве не
понимаешь? И вообще, в этой школе тебе жизни больше не будет. Они начнут тебя тормозить
всеми силами. Давать глупые бесполезные задания. Скрывать информацию. А главное, когда ты
это поймешь, они не дадут уйти. Просто не выпустят. Для таких заведений это нормально.
Хочешь навсегда остаться в чьем-нибудь ночном кошмаре и закончить жизнь в психушке? А я
мог бы найти для тебя новое учебное заведение, между прочим, гораздо приличнее этого...
- Ладно, убедил, - сказала я. - Давай подумаем, как ее лучше убить. Я думаю,
застрелить. Мне так будет проще.
- Вот и ладушки, - с огромным облегчением выдохнул голос. - Протяни руку ладонью
кверху.
Я так и поступила. В руке вскоре появился тяжеленный пистолет.
- А поменьше не мог найти? Мне ж его не поднять!
- Нормальный пистолет, - возмутился голос. - Ты посмотри, какой красивый!
"Беретта", оружие киллеров. Давай целься.
- И куда тут нажимать?
- Странный вопрос. На спусковой крючок, естественно, - язвительно ответил голос. -
Это такая маленькая железная закорючка...
- Вот эта? Так я и жму на нее, и ничего не происходит.
- Быть не может! - обиделся голос. - Ты, наверно, не сняла с предохранителя.
- Господи! - вздохнула я. - Откуда же мне знать, где тут предохранитель? Все это
слишком сложно. Честное слово, отрубить голову было бы проще.
- Я тоже так думаю, - мрачно заметил голос. - Все, хватит валять дурака. Нажми
сюда, потом прицелься и дави на спуск. Как только терпят здесь такого тугодума?
Я не без труда подняла пистолет и тут же опустила.
- Что, опять? - злобно спросил голос. Я нервно хихикнула:
- А Эзергиль-то где?
- Что?!
Комната озарилась вспышкой ядовито-синего цвета. Эзергили не было; остался только
едва заметный контур, который на глазах растаял в воздухе.
- Ты это нарочно сделала! - загремел яростный вопль у меня в ушах. - Отвлекала меня
идиотскими вопросами и тянула время, пока она не сбежала!
- А не надо варежкой хлопать, - парировала я.
- Ты за это заплатишь! Прямо сейчас!
Темнота снова сгустилась. Я стояла в полном мраке с пистолетом в руке, вообще не
понимая, в комнате я или уже нет. Вот так - повисшей в чуждой темноте, выкинутой из
реальности - должно быть, чувствовала себя Эзергиль перед тем, как ей удалось сбежать.
Неужели Князь и впрямь думал, что я собираюсь ее убить? Мне вдруг без всякой причины
стало весело и абсолютно не страшно.
- Знаешь, чего мне сейчас больше всего хочется? - спросила я своего раздражительного
помощника. - По-честному? Выйди-ка у меня из-за спины и покажись.
- Решилась наконец? Ты догадываешься, что потом с тобой произойдет? - зловеще
спросил голос.
- Давай, я жду, - отважно заявила я.
- Ты уверена? Даже в ваших убогих версиях миров смерть остается смертью. А ведь ты
не знаешь, где сейчас находишься...
- Знаешь, в чем твоя основная проблема? Для Князя Тишины ты слишком болтливый.
Я обернулась и с огромным удовольствием выстрелила Князю в синюю физиономию. Как
давно я мечтала это сделать!
И мир развалился в грохоте и брызгах крови.
Когда пространство собралось по новой, я обнаружила, что нахожусь там же, где и
была, - на табуретке перед верстаком. Я похлопала глазами, чтобы привыкнуть к
электрическому свету. Иван сидел на своем месте, погруженный в творческий процесс. Перед
ним голубела полусфера, в которой мелькали какие-то вспышки. Похоже, он вообще ничего не
заметил. Метрах в двух от меня стояла Эзергиль, отвернувшись к окну, и водила пальцем по
стеклу. Лицо у нее было задумчивое и расстроенное.
- Прости меня, - не глядя на меня, сказала вдруг она. Выражение у нее было такое,
словно она обращается не ко мне, а к себе.
Я оторопела:
- Нет, это ты меня прости. То есть не прости... извини, что так все вышло. Меня просто
занесло - знаешь, как это бывает, когда кажется, что ты круче всех, и хочется это всем
доказать, и кажется, что сейчас самый подходящий момент? И я не знала, что он явится. А
круто я отвлекла его, когда догадалась, что ты хочешь сбежать, правда? Кстати, знаешь, я его
застрелила. Выстрелила ему в рожу так, что он отлетел шагов на пять и куда-то провалился -
наверно, к себе в ад. Смотри, у меня до сих пор его кровь на одежде...
- Прости меня, - смиренно повторила Эзергиль, как будто не услышав моей сбивчивой
оправдательной речи, и даже голову опустила, словно провинившаяся первоклассница. - Мне
нельзя было так поступать. С самого начала, как ты пришла, все было неправильно...
неестественно...
Бот теперь, глядя на Эзергиль, я конкретно испугалась.
- Если тебе так хочется, я, конечно, прощаю. Но, по-моему, это тебе надо меня прощать.
Точнее, Антонине. Давай пойдем к ней и все расскажем, - загорелась я. - Наверно, мне надо
было сразу сказать ей о синем призраке...
- Надо, - вяло ответила Эзергиль. - Как он тебе представился?
- Князь Тишины. А ты с ним что, знакома? Эзергиль истерически расхохоталась,
развернулась и выбежала из мастерской.
"Она не человек... - снова и снова думала я, ошеломленно глядя ей вслед и чувствуя, как
нарастает уверенность в том, что Князь Тишины сказал правду. - А кто?!"
ГЛАВА 6
Демон приходит ночью
У пальца был вкус пальца...
Стивен Кинг
Весь оставшийся вечер я просидела, запершись у себя в комнате, снимала стресс; с
родителями не разговаривала, Маринка позвонила - я не стала брать трубку. Не хотелось
никого ни видеть, ни слышать. Хотелось побыть наедине с собой, любимой, которую все
обижают и никто не желает оценить по достоинству. Я включила диск с какой-то сиропной
западной попсой, поставила на стол зеркало, разложила косметику и занялась украшением себя:
намазалась как минимум четырьмя разными кремами, накрасила ногти, надушилась
горьковатыми мамиными духами. Потом долго расчесывала волосы щеткой - вперед, назад,
пока не начали искрить и потрескивать. Выкопала в книжном шкафу руководство по вечернему
макияжу и принялась за работу, пытаясь нарисовать поверх своего лица
утонченно-чувственный облик девушки с иллюстрации: тональный крем, терракотовая пудра,
помада с перламутровым блеском, техника "дымчатый глаз"... А внутри, в душе, был
настоящий ералаш. Самое ужасное, я не понимала, что происходит. Почему я так оборзела
сегодня в мастерской? Как осмелилась выстрелить в Князя? За что Эзергиль просила
прощения? Похоже, я утратила всякий самоконтроль и даже не в состоянии оценить, хорошо я
поступаю или плохо.
"Instructio de arbore" висело, пришпиленное к обоям, у меня над столом. Я мрачно
посмотрела на картинку. Девушка лежала себе на травке; хотя вид у нее с деревом на макушке
был довольно-таки идиотский, выражение лица было спокойное и самоуверенное, я бы даже
сказала, нахальное.
"Да при чем тут душа мастера, очищение от зла и прочая фигня! - ожесточенно
подумала я, вспомнив поучения Антонины. - Если нет таланта, то никакое очищение не
поможет. И вообще, нет в природе никакого зла. И добра тоже нет. Все это относительно. Что
одному хорошо, то другому плохо, и наоборот. Единственное, что имеет значение, - это сила.
Кто сильнее, тот и прав".
В дверь постучалась мама. Я позволила ей принести чай с горячим бутербродом и
выставила из комнаты, зная, что она все спишет на переходный возраст.
- Макс звонил весь вечер, - сообщила она из-за двери.
- Пошли его подальше.
- Гелечка, ну так же нельзя... Он хороший мальчик. Людей надо жалеть...
- А меня кто пожалеет? - с надрывом спросила я. - Все только о себе и думают. Что я
им, кукла на веревочках? Подергали, и она танцует. Надоело, всех ненавижу, а себя в первую
очередь. Все, я сплю.
Вздохнув, мама ушла, а я прямо в вечернем макияже, хоть сейчас на дискотеку, залезла в
кровать. Спать, как всегда, не хотелось. На душе было тяжело и муторно. Угнетала
неопределенность. Душу назойливо точила мысль: "А не выгонят ли меня теперь из
мастерской?" Логика подсказывала, что могут, и даже более того, просто должны, после того
что я там натворила. Я утешала себя единственным соображением, что обычной логикой там
никто не руководствуется. Мне уже многое сходило с рук, но рано или поздно должен
наступить конец. "Я же спасла Эзергиль!" - "А кто ее спровоцировал? Кто нарывался?" -
возражал внутренний голос. Но самой неприятной была запоздалая догадка, что окаянный
Князь Тишины намеренно втравил меня во что-то запретное, опасное и, что хуже всего,
имеющее целью нанести вред нашей мастерской. "Ну, так он и получил по заслугам!" -
довольно подумала я, чувствуя, что тот выстрел был моим единственным правильным
поступком с самого начала нашего знакомства.
Ощущая припадок какой-то злобной активности, я взяла наугад из шкафа одну из
Сашиных книг и погрузилась в чтение. Девушка купалась в ночном море, ее пьяный парень
остался спать на пляже. Она плыла и вдруг почувствовала резкую боль в ноге. Наверно,
наткнулась на камень, подумала она, потянулась ощупать ногу... а ноги нет. Мне вспомнился
один знакомый парень, которого угораздило сняться в эпизоде фильма про Чечню в роли
малолетнего ваххабита. Его роль заключалась в одной реплике. Когда его спрашивали: "А с
глазом-то у тебя что, пацан?", - он снимал с лица повязку и загробным голосом говорил:
"Нету глаза". Прочитав, как акула-людоед рвет девушку на части, я отложила книгу. Припадок
активности иссяк, сменившись депрессией и непонятной тревогой. Я выключила свет,
вытянулась на кровати, полежала минут пять, и мне стало все понятно с моим взвинченным
настроением. Мастерская, Эзергиль, странности характера - да черт с ними.
Просто я боялась, что Князь Тишины вернется из своего ада, чтобы мне отомстить.
В соседней комнате тикали часы. В окно сквозь прозрачную листву ивы светил фонарь.
"Убила я его или нет? - размышляла я, лежа в постели и глядя, как по потолку пробегают
световые полоски от фар проезжающих автомобилей. - Скорее всего, нет, к сожалению.
Нечисть так просто не убьешь, особенно из призрачного оружия. Как и мастера иллюзий,
кстати. К тому же он сам сказал, что смерть в одном из собственных миров - это всего лишь
нервное потрясение. Но если он захочет отомстить - а он непременно захочет, я его характер
знаю уже неплохо..."
"Хочешь, я приду к тебе в образе демона?" - вспомнился мне вкрадчивый шепот синего.
И ведь придет, собака...
"Кстати - Тлалок требует человеческих жертв", - услышала я Маринкин
жизнерадостный голос.
Первое предупреждение: "Обернешься - погибнешь". Сегодня я обернулась. А его кровь
на моей одежде исчезла еще в мастерской...
С час я ворочалась в кровати, пытаясь выбросить из головы девушку с откушенной ногой
из книги и прочие мрачные мысли. Но страхи являлись сами, быстрее, чем я с ними
расправлялась. Я взглянула наверх и покрылась холодным потом - показалось, будто у меня
над головой сидит огромный паук. Но это была просто тень на потолке.
Часы тикали и тикали. "Вот что мешает мне спать!" - догадалась я, встала, сняла их со
стены и унесла на кухню. Вернувшись в постель, я поняла, что сделала ошибку: в комнате стало
тихо, как в могиле, только в соседней комнате иногда подозрительно поскрипывал пол. Я
лежала, как в засаде, поглядывая на потолок. Тень уж слишком походила на паука, это явно не
было случайным сходством. Я шевельнулась, раздумывая, не перебраться ли спать на диван в
другую комнату, но тут дверь приоткрылась и снова захлопнулась с глухим стуком. "Я
попала", - в ужасе подумала я. "Обычный сквозняк!" - возразил рассудительный внутренний
голос. Но до него ли мне было, когда вот-вот явится кровожадный демон?
"Что же делать?" - в отчаянии подумала я. Собравшись с духом, я снова отправилась в
кухню, нашла в аптечке по запаху настойку валерьянки, наугад накапала в стакан, залпом
выпила и вернулась в кровать. Довольно скоро настойка ударила по мозгам, мысли стали
мешаться. Я почувствовала, что наконец засыпаю. В воображении возник демон-разрушитель в
первоначальном фольклорном варианте, но мои эмоции как-будто отключились. "И
пожалуйста, - лениво думала я. - Милости просим. Снись мне хоть всю ночь, все равно
утром я проснусь и все забуду".
В темноте морда демона казалась подсвеченной и была видна во всех деталях. Один глаз и
половина лба у него отсутствовали; на их месте зияла кровавая, обожженная по краям дыра.
Другой глаз, живой, ярко-зеленый, не отрываясь, смотрел на меня. Я вдруг поняла, что демон
меня видит. Он поймал мой взгляд и чуть приоткрыл пасть, что, вероятно, означало
приветственную улыбку. Хоть я и находилась в некотором ступоре после ударной дозы
валерьянки, но опасность ощутила. "Это неестественно, когда твой сон на тебя смотрит, - вяло
подумала я. - Все, раз-два, просыпаюсь, открываю глаза". Я открыла глаза и увидела демона.
Он стоял посреди комнаты, смотря на меня единственным глазом. Вид у него был угрожающий.
Я мигом подскочила в кровати и забилась в дальний угол, закутавшись в одеяло.
- Здравствуй, - знакомым голосом сказал демон. - Хотя нет, неправильно. Здоровья ты
скоро лишишься.
- Сгинь, нечистый, - рефлекторно сказала я.
- Я долго терпел. - Демон сделал шаг в мою сторону. - Твое упрямство, своеволие,
постоянное хамство и трусость. Но предательство и покушение на жизнь - это уже перебор.
Пришло время провести воспитательную работу...
- Князь Тишины! - прошипела я. - В облике демона, как и обещал...
- А кто тебе сказал, что это облик, а не моя сущность? - попытался с ходу запугать
меня Князь. - Что бы ты там ни утверждала, ты ведь не знаешь, кто я на самом деле.
- Знаешь, мне пофиг, - гордо ответила я. - А к демонам я уже привыкла. К тому же я
смотрю на тебя и не умираю - знач
...Закладка в соц.сетях
