Жанр: Фантастика
Колесо Времени 10. Перекрестки сумерек
...ину, она разглядела лицо Сашалле. Действительно
разглядела, возможно, впервые настолько ясно, и внезапно осознала, почему оно ее
так беспокоило. Возможно, она даже нашла ответ, почему ей было трудно прямо
смотреть на Красную Сестру. Ее лицо больше не было лицом Айз Седай, вне времени
и возраста. Большинство людей могли сомневаться, но для другой Сестры это было
видно с первого взгляда. Возможно, еще оставались какие-то следы, которые
заставляли Сашалле казаться более симпатичной, чем она была в действительности,
но каждый дал бы ей гораздо меньше лет, чем ей было на самом деле. Осознание
этого факта приморозила язык Самитзу к небу.
Все, что было известно об усмиренных женщинах, было немногим больше, чем обычные
слухи. Они убегали и скрывались от других Сестер, и, рано или поздно, они
умирали. Обычно, рано, чем поздно. Потеря саидар была большим потрясением, чем
большинство из них могло переносить долгое время. Вот более или менее, и все то
немногое, что она знала. И долгое время никто не пытался узнать ничего больше.
Редко осознаваемый страх в самом темном уголке сознания каждой Сестры, что, в
случае неосторожности, такая же судьба могла с неизбежностью постичь и ее,
препятствовал любому желанию узнать больше. Даже Айз Седай закрывали глаза,
когда они не хотели чего-то видеть. Слухи были всегда, и почти всегда
бессмысленные и неопределенные. О них никогда не возможно припомнить, где вы их
услышали впервые. Просто неясный шепот, который всегда бывает вокруг. Тот слух,
что Самитзу только что наполовину припомнила, рассказывал, что женщина, которая
была усмирена, снова становилась молодой, если оставалась жива. До настоящего
времени, это всегда казалось смехотворным. Восстановление способности направлять
не все вернуло Сашалле. Теперь ей придется работать с Силой в течение многих
лет, чтобы снова приобрести лицо, которое ясно скажет любой сестре, что перед
ней настоящая Айз Седай. Или... это тоже восстановится? Изменение облика Айз Седай
казалось неотвратимым, словно нанесенный на карту рельеф. И если ее лицо
изменилось, что еще вместе с ним могло в ней измениться? Самитзу затрясло
сильнее, чем при мысли об усмирении. Возможно, что это было одной из причин ее
затруднений в попытках узнать способ Исцеления Дамера.
Теребящая айильское ожерелье Сашалле, кажется, не понимала, что у Самитзу был
повод обидеться на ее поведение. Не заметила она и то, что Самитзу ее изучала.
- Это может быть пустышкой, и не стоить нашего внимания, - сказала она, - но
Коргайде только сообщила о том, что слышала. Если мы хотим что-нибудь узнать, то
мы должны увидеть все своими глазами. - Замолчав, она подобрала юбки и бросилась
из комнаты, оставив Самитзу на выбор последовать или остаться. Это было
невыносимо! Но оставаться было бы непростительно.
Сашалле была не выше нее, но ей пришлось поспешить, чтобы не отставать,
поскольку Красная стремительно мчалась по широким, прямым коридорам. Вопрос о
лидерстве был снят, поскольку она выбрала бежать следом. Она тихо бесилась про
себя, сдерживая зубовный скрежет. Препирательство с другой Сестрой на публике
было в лучшем случае неправильно. В худшем, без сомнения, бесполезно. Это только
углубило бы пропасть, в которую она катилась. Она почувствовала очень большое
желание кого-нибудь пнуть.
Лампы на стенах давали достаточно света даже на самых темных участках, но в
строгом кайреэнском стиле было мало цветов или художественных орнаментов,
встречавшихся за пределами случайного гобелена с изображениями животных, сцен
охоты или сражений. В нескольких нишах стояли золотые изделия, либо фарфор
Морского Народа, и в некоторых коридорах карнизы были украшены узором. Но
большей частью некрашеные. И это все. Кайриэнцы скрывали свое богатство от
внешнего мира, также как и все остальное. Слуги, мужчины и женщины, снующие по
залам, словно усердные муравьи, носили ливреи угольного цвета. И только те,
которые служили дворянам, по сравнению с остальными казались яркими, благодаря
своим разноцветным лентам Домов, вышитым на груди. Один или двое даже носили
кафтаны цветов их Дома, и посреди остальных казались иноземцами. Но взгляды всех
были обращены куда-то себе под ноги, и они едва приостанавливались, чтобы
сделать быстрые поклоны или реверансы двум проходившим мимо сестрам. Дворцу
Солнца требовалась бесчисленная армия слуг, и казалось, что этим утром все они
разом вышли на работу и устремились по своим делам.
Прогуливавшаяся по коридорам знать тоже осторожно делали свои знаки внимания
проходящим Айз Седай, приветствуя их низкими голосами, далеко разносящимися по
коридорам, с тщательно взвешенной иллюзией равенства и схожих взглядов на
государственные дела. Они доказывали старую поговорку, что странные времена дают
странных спутников. Старая вражда была забыта перед лицом новых опасностей. В
одно мгновение. Здесь, двое или трое бледных кайриэнских лорда в темных шелковых
кафтанах с тонкими цветными полосами поперек груди, некоторые с обритыми и
напудренными лбами, как всегда делали солдаты, прогуливались рядом с таким же
числом темнокожих тайренцев, более рослых, в ярких кафтанах с пышными полосатыми
рукавами. Там, тайренская дворянка в аккуратной вышитой жемчугом шапочке и
красивом парчовом платье со светлым отложным воротником, шла под руку с
низенькой кайриэнкой, чьи волосы были уложены в сложную прическу в виде башни,
которая доходила почти до макушки ее компаньонки. Серые кружева под ее
подбородком, и узкие полоски с цветами ее дома, спускающиеся вниз от груди до
самого подола ее платья из темного шелка, были ее единственными украшениями. Все
выглядели закадычными друзьями и доверяли друг другу. Некоторые союзы выглядели
куда как странными по сравнению с другими. Множество женщин в последнее время
стало носить иностранную одежду, очевидно никогда прежде не задумываясь, как они
притягивают мужские взгляды, и заставив даже слуг бороться с собой, чтобы не
пялиться в их сторону. Брюки и кафтан, едва прикрывающий бедра, весьма не
подходящая одежды для женщины, независимо от того, сколько сил было вложено в
украшение его драгоценными камнями и вышивку. Ожерелья с драгоценными камнями,
браслеты и пряжки с брызгами разноцветных перьев только подчеркивали странность
одежды. И туфли ярких цветов, с каблуками такой высоты, что добавляли почти
ладонь к росту женщины, из-за которых казалось, что они готовы упасть при каждом
неверном шаге.
"Возмутительно", - пробормотала Сашалле, уставившись на одну из таких пар и от
неодобрения дернув за юбки.
"Возмутительно", - повторила Самитзу прежде, чем смогла остановиться, и с силой
захлопнула рот так, что щелкнули зубы. Она должна следить за языком. Выражать
согласие только потому, что она согласилась, было плохой привычкой, которой
можно потакать при общении с Сашалле.
Тем не менее, она не смогла сдержаться от неодобрительного оглядывания на пару.
И удивления. Еще год назад, Алайне Чулиандред и Фионнда Аннариз вцепились бы
друг другу в горло. Или, скорее всего, наняли бы кого-нибудь перерезать горло
противника. Но кто бы подумал, что увидит Бертома Сайган мирно прогуливающегося
под руку с Вейрамоном Саньяго? И никто из них не хватался за кинжалы на боку.
Странные времена и странные спутники. Несомненно, они играли в Игру Домов,
постоянно лавируя в поисках каких-нибудь преимуществ, но видимо граница, которая
казалось была высечена на камне, оказалась проведенной лишь по воде. Очень
странные времена.
Кухни были на самом нижнем этаже Дворца Солнца, в задней части здания. Группа
каменных зданий, лучами расходящихся от центрального, лишенного окон зала,
полного железных печей, духовок из кирпича и каминов, выложенных из массивных
камней. Температура была так высока, что любого бы заставила позабыть про снег
снаружи, и даже о зиме. Обычно здесь носились по помещению в заботах о
готовности обеда вечно потные повара и поварята, одетые под белыми фартуками
столь же мрачно, как и прочие слуги. Готовили на длинных, посыпанных мукой,
столах хлеб, а на покрытых мраморными столешницами столах разделывали птицу,
которую затем насаживали на вертел очага. Сейчас картина была другая. Носились
только истекающие слюной собаки, стараясь ухватить себе какую-нибудь косточку.
Стояли корзины нечищеной и не нарезанной репы и моркови. От забытых кастрюль
исходил сладкий и пряный запах. Даже поварята, мальчики и девочки, тайно
отирающие свои лица о передники, стояли в сторонке от группы женщин, окруживших
один из столов. Из дверного проема Самитзу смогла разглядеть затылок Огир,
возвышавшийся над толпой, где он сидел за столом. Даже сидя он был бы выше
большинства стоящих мужчин, и при этом гораздо шире. Конечно, кайриэнцы все были
низкорослые, и это ей помогло. Она нащупала руку Сашалле, и к ее удивлению,
женщина "без возражений" остановилась, где была.
- ...исчез, не оставив даже намека куда собрался? - спрашивал Огир низким голосом,
похожим на землетрясение. Его длинные кисточки на ушах, которые топорщились
сквозь длинные темные волосы, свисающие до высокого воротника, тревожно
дернулись вперед и назад.
- О, перестаньте говорить о нем, Мастер Ледар, - ответил ему дрожащий голос
женщины, хорошо отрепетированным ответом. - Злой он был. Сломал, вот, половину
дворца с помощью Единой Силы, да. От одного его вида кровь застывала в жилах. Он
мог убить вас с одного только взгляда. Тысячи умерли от его собственной руки.
Десятки тысяч! О, мне не нравится об этом говорить!
- Для того, кто так сильно не любит кое о чем говорить, Элдрид Метин, - заметила
резким тоном другая женщина, - ты, конечно, говоришь немного. - Крепкая и весьма
рослая для кайриэнки, почти как сама Самитзу, с несколькими прядями седых волос,
сбегающих из-под простого белого льняного колпака, она, должно быть, была здесь
главным поваром, потому что каждый, кого могла видеть Самитзу быстро соглашаясь
кивнул, и со смехом самым льстивым образом подтвердили, - О, вы правы, Госпожа
Белдейр.
У слуг собственная иерархия, столь же строгая как в Башне.
- Но это действительно для нас не те вещи, чтобы сплетничать, Мастер Ледар, -
продолжала рослая женщина. - Это дело Айз Седай, а не ваше или мое. Расскажите
нам побольше о Пограничных королевствах. Вы действительно видели троллоков?
- Айз Седай, - где-то пробормотал мужчина. Скрытый толпой, стоявшей вокруг
стола, он должно быть был тем самым спутником Ледара. Самитзу не видела среди
поваров больше никаких мужчин. - Скажите, вы действительно считаете, что они
сделали этих мужчин, вы сказали Аша'манов, Стражами? И что слышно о том, который
умер? Вы не сказали, как это случилось.
- Почему? Это Дракон убил его, - пропищала Элдрид. - А как еще Айз Седай
подчинили бы подобных мужчин? О, они были ужасны, эти Аша'маны. Они могли
превратить вас взглядом в камень. Вы сразу поймете, когда только увидите. Сразу
же, знаете ли. У них ужасные горящие глаза.
- Замолкни, Элдрид! - твердо сказала Госпожа Белдейр. - Возможно, они были
Аша'манами, а возможно и нет, Мастер Андерхилл. Возможно, они стали Стражами, а
возможно нет. Все, что я и остальные можем сказать - они были с ним, - ударение
на последнем слове, ясно показывало, о ком она говорила. Элдрид, конечно, могла
считать Ранда ал'Тора пугающим, но эта женщина не хотела даже называть его имя
вслух, - и вскоре после того, как он уехал, Айз Седай внезапно сказали им, что
делать и они так и сделали. Конечно, любой дурак знает, надо делать то, что
приказывают Айз Седай. В любом случае, эти парни все ушли. Почему вы так ими
интересуетесь, Мастер Андерхилл? А это андорское имя?
Ледар закинул назад голову и засмеялся, громкий звук быстро заполнил комнату.
Его уши яростно дергались.
- О, мы хотим знать все о местах, которые посещаем, Госпожа Белдейр. Пограничные
королевства, вы спрашивали? Вы можете считать, что здесь холодно, но в
Пограничных областях мы видели, как деревья раскалываются от холода, словно
скорлупа ореха в огне. Вы видите льдины в реке, плывущие вниз по течению, но мы
видели реки шириной с Алгуенью, находившиеся полностью подо льдом, по которому
торговцы могут проехать с нагруженными фургонами словно по дороге, и мужчин,
которые ловят рыбу сквозь отверстия, прорубленные во льду толщиной в целый спан.
Ночью вспыхивают искры света в небе, которое, кажется, треснуло. Достаточно
яркие, чтобы потускнели сами звезды, и...
Даже Госпожа Белдейр наклонилась к Огир, чтобы лучше слышать, но один из
поварят, слишком маленький, чтобы что-то разглядеть поверх голов взрослых,
оглянулся, и когда увидел Самитзу и Сашалле, его глаза стали квадратными. Его
пристальный взгляд приклеился к ним, словно попал в ловушку, но одной рукой он
дернул за рукав Госпожу Белдейр. В первый раз, она, не оглядываясь, отмахнулась
от него. Со второго рывка, она повернулась с грозным видом, который моментально
пропал, когда она тоже заметила Айз Седай.
- Рады видеть вас, Айз Седай, - сказала она, торопливо поправляя выбившиеся
волосы назад под колпак, и делая реверанс. - Чем могу служить?
Ледар замер посередине фразы, и его уши на мгновение напрягались. Он не
оглянулся к дверям.
- Мы желаем побеседовать с вашими посетителями, - сказала Сашалле, входя на
кухню. - Мы не помешаем вам работать.
- Конечно, Айз Седай, - Если даже женщина и почувствовала какое-либо удивление
от желания Сестер побеседовать с посетителями кухни, она не подала вида.
Оглядевшись по сторонам, чтобы видеть всех, она хлопнула в пухлые ладоши и
начала извергать распоряжения. - Элдрид, те репы никогда сами не смогут
почиститься. Кто видел фиги для соуса? Сушеные фиги трудно достать! Где твоя
ложка, Казандил? Быстро ищи! - Повара и поварята брызнули каждый в свою сторону,
и кухню быстро заполнил грохот ложек и горшков, хотя каждый явно предпринимал
отчаянные усилия, чтобы работать как можно тише, чтобы не мешать Айз Седай. Они
даже старались не смотреть в их сторону, хотя из-за этого многие стояли
скособочившись.
Огир мягко поднялся на ноги, его голова взметнулась под потолок. Его одежда была
такой же, какой Самитзу помнила по прошлым встречам с Огир, длинный темный
кафтан, доходивший почти до сапог. Пятна на его кафтане говорили о том, что он
много путешествовал. Обычно Огир были опрятными. Он развернулся к ним
вполоборота, чтобы взглянуть на нее и Сашалле, и делая поклон потер широкий нос,
словно тот вдруг зачесался, частично скрыв широкое лицо, но она заметила, что
для Огир, он казался слишком молодым.
- Простите нас, Айз Седай, - пробормотал он, - но мы действительно должны идти
дальше. - Нагнувшись, чтобы подобрать огромный кожаный сверток, который был
похож на скатку большого одеяла, обвязанного поверх чего-то, похожего на
несколько квадратных рам. Он повесил широкий ремень на одно плечо. Его
просторные карманы тоже оттопыривались угловатыми формами. - До темноты на нужно
проделать долгий путь.
Его компаньон оставался сидеть, положив руки на стол. Это был светловолосый
молодой человек с недельной щетиной, превратившейся в бороду, который, кажется,
не один раз спал, не снимая мятого коричневого кафтана. Темными глазами он
настороженно наблюдал за Айз Седай, похожий на загнанного в угол лиса.
- Куда вы направляетесь, чтобы успеть добраться до сумерек? - Сашалле, не
останавливаясь, оказалась прямо перед молодым Огир, встав так близко, что
пришлось вытянуть шею, хотя она постаралась сделать это изящно, а не неуклюже. -
Собираетесь ли вы на встречу в стеддинге Шангтай, о которой мы слышали, Мастер...
Ледар, не так ли?
Его длинные уши яростно задергались, затем замерли, и его глаза, размером с
чайное блюдце, прищурились, словно у осторожного человека, пока свисающие
кончики бровей не опустились на щеки. - Ледар, сын Шандина сына Коймал, Айз
Седай, - неохотно ответил он. - Но, конечно, я не собираюсь к Великому Пню.
Потому что Старейшины не позволят мне приблизиться настолько, чтобы услышать то,
о чем они говорят. - Он захихикал басом, что прозвучало неубедительно. - Мы не
сможем сегодня добраться туда, куда собираемся, Айз Седай, но каждая лига,
которую мы пройдем - это лига, которую мы не должны будем преодолевать завтра.
Мы должны собираться в путь.
Небритый молодой человек встал, нервно поправляя рукой рукоять длинного меча,
пристегнутого к поясу, но не сделал ни малейшей попытки подобрать свой тюк,
лежащий в ногах, и последовать за Огир, который направился к двери, ведущей на
улицу, даже когда Огир бросил ему через плечо, - Карлдин, нам нужно идти!
Сашалле мгновенно оказалась на пути у Огир, хотя ей пришлось сделать три шага
против его одного.
- Вы узнавали о работе для каменщиков, Мастер Ледар, - сказала она тоном,
отвергающим всякую чепуху, - но ваши руки никогда не видели работы каменщика.
Для вас будет лучше ответить на мои вопросы.
Подавляя торжествующую улыбку, Самитзу встала около Красной сестры. Сашалле
правда думала, что она может так просто ее отодвинуть и выведать, что здесь
происходит? Ее ждет сюрприз.
- Вам действительно придется задержаться, - сказала она Огир тихим голосом. Шум
в кухне должен помешать остальным расслышать что-либо, но не было смысла
рисковать. - Когда я только появилась во Дворце Солнца, я слышала о молодом
Огир, друге Ранда ал'Тора. Он покинул Кайриэн несколько месяцев назад в компании
с молодым человеком по имени Карлдин. Не так ли, Лойал?
Уши Огир поникли. Молодой человек грубо выругался, ему следовало бы знать, что
при сестрах лучше не выражаться.
- Я ухожу тогда, когда я хочу, Айз Седай, - сказал он резко, но тихим голосом.
Он делил свой пристальный взгляд между нею и Сашалле, но все же старался следить
за всеми, работающими на кухне, которые могли бы приблизиться. Он тоже не хотел,
чтобы их подслушали. - И прежде, чем я уйду, я хочу услышать некоторые ответы.
Что случилось с... моими друзьями? И с ним. Он сошел с ума?
Лойал тяжело вдохнул воздух, и успокаивающе двинул огромной рукой.
- Полегче, Карлдин, - пробормотал он. - Ранд не хотел бы, чтобы у тебя были
неприятности с Айз Седай. Полегче. - Угрюмость Карлдина только усилилась.
Внезапно Самитзу пришло в голову, что она была слишком легкомысленна, и ей
следовало бы обращаться с ним осторожнее. Это были глаза не загнанного в угол
лиса, а волка. Она слишком привыкла к Дамеру, Джахару и Эбену, связанным узами и
прирученных. Возможно, это было легким преувеличением, хотя Мериза предпринимала
такие попытки с Джахаром. Тем способом, что всегда применяла, и, казалось, что
вчерашний ужас, после тщательного возделывания, мог бы сегодня превратиться в
большое удовольствие. Карлдин Манфор был Аша'маном, и не был ни связан узами, ни
приручен. Удерживает ли он в данный момент мужскую половину Силы? Ей стало
смешно. Умеют ли птицы летать? Сашалле смотрела на молодого человека изучающим
хмурым взглядом, ее руки все еще сжимали юбку, но Самитзу был довольна, что не
видит вокруг нее свечение саидар. Аша'маны могут чувствовать, когда женщина
касается Источника, и это могло бы заставить его действовать... слишком поспешно.
Конечно, они вместе с Самитзу могли бы с ним справиться... смогли бы, если он уже
удерживает Силу? Конечно, они смогли бы. Конечно! Но было бы намного лучше, если
им не придется пробовать.
Теперь Сашалле конечно не пыталась перехватить инициативу, поэтому Самитзу
слегка коснулась его левой руки. Сквозь рукав она почувствовала, что она тверда
словно кусок железа. Так что он был столь же упрям, как и она. Такой же упрямый?
Свет, Дамер и те другие испортили все ее инстинкты!
- В последний раз, когда я его видела, он казался таким же нормальным, как и
большинство мужчин, - сказала она мягко, с таким же легким ударением. Никого из
кухарок не было поблизости, но некоторые уже начинали подкрадываться к их столу.
Лойал громко с облегчением выдохнул, словно ветер пронесся изо рта пещеры, но
все ее внимание было сосредоточено на Карлдине. - Я не знаю, где он, но он был
жив несколько дней назад.
Аланна был молчалива как мидия, да еще и командовала, зажав в руке приказы
Кадсуане. - Федвин Морр, боюсь, умер от яда, но я понятия не имею, кто его ему
дал. - К ее удивлению, Карлдин просто кивнул, с жалкой гримасой, и пробормотал
что-то непонятное себе под нос о вине. - Что касается других, они стали Стражами
по собственной воле. Настолько, насколько каждый мужчина способен что-то сделать
по доброй воле. Ее Рошан тоже не хотел быть Стражем, пока она не решила это за
него. Любая женщина, даже не будучи Айз Седай, обычно может заставить мужчину
сделать то, что она хочет. - Они решили, что это лучший выбор, более безопасный,
чем возвращение к... остальным вашим. Повреждения, что ты здесь видел были сделаны
с помощью саидин. Ты понимаешь, кто должен стоять за этим? Это была попытка
убить того, за чье здравомыслие вы беспокоитесь.
Кажется, это его также не удивило. Кто был теми Аша'манами? Действительно ли их
так называемая Черная Башня была логовом убийц? Напряжение покинуло его руки, и
внезапно он оказался просто утомленным дорогой молодым человеком, которому нужно
побриться.
- Свет! - выдохнул он. - Что нам теперь делать, Лойал? Куда мы пойдем?
- Я... не знаю, - ответил Лойал, его плечи устало поникли и длинные уши
опустились. - Я... Мы должны найти его, Карлдин. Любым способом. Мы не можем все
бросить теперь. Мы должны дать ему знать, что мы сделали то, что он просил.
Настолько, насколько мы смогли.
"Что это было такое, о чем их просил ал'Тор", - задалась вопросом Самитзу. При
небольшой удаче, она сможет многое узнать у этих двоих. Измотанный мужчина и
Огир, чувствующий себя потерянным и одиноким, были почти готовы ответить на ее
вопросы.
Карлдин подскочил, его рука сжалась на эфесе, а чуть позже она разразилась
проклятиями, поскольку в комнату влетела вопящая служанка, с юбкой, подобранной
почти до колен.
- Лорда Добрэйна убили! Нас всех убьют прямо в кроватях! Я видела ходячих
мертвецов: старого Марингила, и моя мама мне говорила, что духи убьют вас, если
было совершено убийство! Они... - Ее рот остался открытым, когда она заметила Айз
Седай, и она застыла, все еще сжимая в руках поднятую юбку. Народ на кухне
казалось застыл на месте, тоже наблюдая за Айз Седай краешком глаз, чтобы видеть
то, что они сделают.
- Только не Добрэйн, - простонал Лойал, уши повисли вдоль головы. - Только не
он.
Он выглядел одновременно сердитым и опечаленным. Его лицо окаменело. Самитзу
вспомнила, что никогда прежде не видела рассерженных Огир.
- Как тебя зовут? - потребовала Сашалле от нее прежде, чем Самитзу сумела
открыть рот. - Как ты узнала, что он был убит? Откуда ты знаешь, что он мертв?
Женщина сглотнула, ее взгляд примерз к пристальному взгляду Сашалле.
- Кера, Айз Седай? - сказала она нерешительно, согнув колени в реверансе, и
только затем поняв, что все еще держит в руках край юбки. Торопливо расправив
ее, и только увеличив собственное волнение, она продолжила: - Кера Дофнал? Они
говорят... Все говорят, что Лорд Добрэйн... Я имею в виду, он был... Я думаю... - Она
снова с трудом сглотнула. - Они все говорят, что его комнаты залиты кровью. Он
был найден, лежащим в огромной луже крови. С отрубленной головой, как говорят...
- Они говорят очень много, - мрачно сказала Сашалле, - и обычно неправду.
Самитзу, ты идешь со мной. Если Лорд Добрэйн ранен, может быть, ты кое-что
сможешь сделать для него. Лойал, Карлдин, вы тоже идете! Я не хочу терять вас из
вида до того, как появится шанс задать несколько вопросов.
- Чтоб ваши вопросы сгорели! - Прорычал молодой Аша'ман, хватая свои вещи. - Я
убираюсь отсюда!
- Нет, Карлдин. - мягко сказал Лойал, дотронувшись до руки своего спутника. - Мы
не можем уйти прежде, чем узнаем, что с Добрэйном. Он - друг. Друг Ранда, и мой.
Мы не можем. Все равно, куда нам спешить?
Карлдин смотрел куда-то вдаль. Он не ответил.
Самитзу сдавила закрытые веки, и глубоко вздохнула, но это не помогло. Она снова
спешила за Сашалле, стараясь не отставать от быстрого, широкого скользящего шага
другой женщины. Фактически она почти бежала. Сашалле задала темп быстрее, чем
прежде.
Едва они вышли из двери, как за спиной раздался гул голосов. Вероятно, кухарки
выжимали из служанки все подробности, которые она, по всей видимости, выдумает,
если не сможет припомнить. Скоро из кухни разойдется с десяток различных версий
событий, если не столько же, сколько в кухне было людей. Хуже всего, что эти
слухи добавятся к тем, которые, несомненно, уже распустила Коргайде. Вряд ли она
смогла бы припомнить еще один такой же ужасный день, похожий на выскальзывающую
из-под ног скользкую дорожку, которая превращается в следующую ледяную дорожку,
затем в следующую и так далее. Кадсуане найдет ее, чтобы сделать из ее шкуры
перчатки, где бы она ни спряталась! По крайней мере, Лойал и Карлдин тоже шли за
Сашалле. Чтобы она не узнала от них, возможно, еще остается надежда что-то
спасти. Несясь вперед рядом с Сашалле, она с помощью коротких взглядов назад
старалась их рассмотреть повнимательнее. Стараясь шагать не слишком широко,
чтобы не наступать Айз Седай на пятки, Огир беспокойно хмурился. Вероятно, из-за
Добрэйна, но, возможно, из-за завершения таинственной миссии "на столько, на
сколько смог". Которая была той тайной, которую она намеревалась открыть.
Молодой Аша'ман без труда поспевал за их приличным темпом, хотя на его лице
застыло упрямое выражение нежелания. Его рука ласкала эфес меча. Однако,
опасность таилась не в мече. Он с подозрением поглядывал на спины Айз Седай,
идущих впереди, встретив мимолетный взгляд Самитзу с черным негодованием.
Похоже, он старался держать рот на замке. Она должна найти способ заставить
открыть его не только для рычания.
Сашалле ни разу не оглянулась, проверить, что парочка следовала за ними, но,
возможно, она слышала глухой стук сапог Огир по плиткам пола. Она выглядела
задумчивой, и Самитзу много бы дала, чтобы узнать то, о чем она думала. Сашалле
могла клясться Ранду ал'Тору, но
...Закладка в соц.сетях
