Бледный всадник, черный валет

страница №13

...росло в
подлинную, убийственную ненависть к своему родителю.
Только теперь Морт снова заметил женщину, все еще стоявшую на коленях посреди
библиотеки.
- Убери ее отсюда, - брезгливо поморщившись, приказал он барону.
Тот даже не шевельнулся и разглядывал его с ироничной улыбкой.
- Ты не хочешь приютить свою сестру?
- Какого черта?.. - начал было Морт и осекся. Для одного дня новостей оказалось
многовато. Его гибкий ум мог быстро приспособиться к чему угодно, но врожденная
подозрительность требовала многократных подтверждений.
Сейчас подтверждением всего была быстрота, с которой барон Чвара прибрал его к
рукам и сделал если не своим союзником, то по крайней мере существом, разделяющим
интересы оборотней в Морморе.
- ... Если она моя сестра, то как ты смел так обращаться с ней? - спросил Морт с
безразличием, за которым угадывалась змеиная изощренность. Чвара оценил это и
продолжал играть почти забытую роль дворянина-дипломата.
- Я беспокоился о вашей безопасности, принц.
- Подними ее и посади в кресло... Когда я уйду, пусть ее приведут в порядок.
Ошейник мне нравится, только пусть он будет чуть подороже. Ты понимаешь, о чем я?
- Конечно, принц.
- Теперь ТЫ скажи мне - что делать дальше?
- Послать отряд во главе с моим человеком к святилищу Халкер. Пусть ищут этого
исчезнувшего валидийца. На всякий случай. Хотя вряд ли он еще там. Думаю, он далеко
от того места. Если святилища хоть немного похожи на некоторые наши могилы...
- О чем ты?
- У вас впереди много интересного, принц. - Как всякий опытный соблазнитель,
Чвара приоткрывал всего лишь краешек тайны. - Только на этот раз мы должны успеть...
Поэтому нужно заставить ищеек Гедалла работать на нас. Пусть он тоже заинтересуется
этим человеком с севера. Все остальное ему знать вовсе не обязательно. Кажется, у него
есть любовница...
Спустя час принц покинул апартаменты барона Чвары в почти превосходном
настроении, что случалось с ним не так уж часто. Единственным облачком, омрачавшим
его сияющие внутренние горизонты, была ненависть к человеку, которому, по-видимому,
до сих пор душой и телом принадлежала королева Тенес. Зато появилась новая
возможность оставить в дураках Гедалла.
Морт вскочил в седло и направил своего коня в сторону королевского дворца. Сзади
темной стаей неслись его телохранители. Прохожие расступались перед безумным
всадником, и встречные упряжки шарахались в стороны. Он летел, как злой западный
ветер, несущий ливни и разрушения.
Только принц Морт был более смертоносен.

Глава двадцать девятая

ПРИНЦ МОРТ И ГОСПОЖА ГАНГУШТИ

Официальному приему во дворце Морт предпочел частный визит и сам отправился в
особняк дамы, известной в Скел-Моргосе под именем Геллы Ганглети. Его не заставили
ждать, и служанка провела гостя к госпоже.
Та приняла принца в роскошно обставленной комнате, обшитой каштановыми
панелями, при этом она была облачена в довольно-таки легкомысленное одеяние. Гелла
поцеловала руку принца, наклонившись так, что его взгляд невольно задержался на
глубоком вырезе ее платья. Улыбка Ганглети, как всегда, была дерзкой и
многообещающей, но Морту стало не по себе, когда он посмотрел ей в глаза.
По правде говоря, ему становилось не по себе всякий раз, когда он видел эти, будто
припорошенные пеплом мертвые зрачки, двигавшиеся гораздо медленнее, чем у всех
известных принцу людей.
Интересно, что чувствует Гедалл в постели с этой ожившей мумией (не бывает ли
ему страшно?) - промелькнуло в голове у Морта, а затем он заставил себя улыбнуться.
- Мой принц! - почтительно и проникновенно заговорила госпожа Ганглети. -
Какова вина стоящей перед вами скромной особы? Должно быть, слишком велика, если
вы сами пришли, чтобы покарать ее?..
Игривый намек был достаточно прозрачен, и в другое время Морт не упустил бы
случая досадить министру и с этой стороны, но вооруженный сведениями, полученными
от барона Чвары, он решил перейти прямо к делу.
О том, что госпожа Ганглети не является человеческим существом, знали только
двое - Стервятник Люгер и его папаша, если не считать, конечно, народа мокши. По этой
причине внешность Геллы почти не изменилась за последние двадцать лет. Другими
словами, она не постарела и не утратила своей красоты. Красота в сочетании с древним
разумом мокши стала очень эффективным оружием.
Когда двенадцать лет назад Ганглети появилась в Морморе, ее здесь никто не знал.
Спустя некоторое время она стала одной из известнейших светских дам, игравшей
заметную роль на придворных подмостках. Ее любовники менялись очень часто, при этом
новый всегда занимал более высокий пост, чем предыдущий, или принадлежал к более
знатной фамилии. В конце концов она остановилась на министре Гедалле, хотя тот
искренне полагал, что нашел себе достойную пару.
Действительно, Ганглети не надоедала ему вот уже в течение пяти лет. Редчайший
случай! Сколько лет еще должно было пройти, чтобы министр задумался о причинах ее
вечной молодости? Ведь сам он был стареющим мужчиной...

Гелла даже не изменила своего имени - благодаря этому подлинная история ее тела
прослеживалась вплоть до факта рождения в Элизенваре. Люди Гедалла, конечно,
проверили это, и очень тщательно. Причина, по которой она была вынуждена покинуть
Валидию, также была ими установлена - странное исчезновение ее любовника -
высокопоставленного дворянина по имени Верчед Хоммус, клан которого так и не
примирился с этим.
Причастность Ганглети к его убийству не была доказана, однако она стала объектом
мести и сочла благоразумным скрыться, тем более что к ней стали проявлять повышенный
интерес агенты Серой Стаи.
Так сама Гелла излагала свою историю и при этом почти не грешила против правды,
опуская только два эпизода - то, что случилось на самом деле в поместье Люгера, и свое
пребывание в Лесу Ведьм.
Свидетель Хоммус был мертв, и с этой стороны легенде Ганглети ничего не
угрожало. Судьба мокши, обитавшего в теле Стервятника, была неизвестна ей до сих пор.
Теперь Гедалл доверял ей настолько, насколько это вообще было возможно в СкелМоргосе.
Для мокши наступал удобный момент, чтобы воспользоваться этим доверием.
Госпожа Ганглети владела собой не хуже самого Морта. Когда он рассказал ей о
человеке из Валидии, появившемся в Морморе, она ничем не выдала своих чувств. Это
было нетрудно - у мокши вообще не было человеческих эмоций. Принц даже усомнился
на мгновение в правильной осведомленности барона, но, как показала дальнейшая беседа,
шпионы Стаи работали на совесть.
- Вы говорите, его след потерян? - равнодушно спросила Гелла.
- Да, потерян недалеко от Скел-Моргоса. Теперь его нужно найти здесь, пока он не
убил кого-нибудь. Например, вас.
Принц произнес это небрежно, в расчете на трезвый ум Ганглети. У него было в
запасе еще несколько козырей: Мальвиус, Хоммус и земмурский дипломат. Впрочем, на
Геллу это не произвело особого впечатления.
- Чего же вы от меня хотите? Почему вы не обратились к самому министру?
- Министр обязательно узнает об этом, - заверил ее Морт, начиная слегка
раздражаться. - Однако он не понимает, насколько велика угроза, которую представляет
собой этот человек. Для министра это всего лишь еще один беглый преступник. И только
мы с вами... - Морт сделал многозначительную паузу, - знаем, на что он способен...
- Но у меня ведь нет личной гвардии, солдат и даже телохранителей! - Ганглети
развела руками с видом невинной пастушки. - Мне придется обратиться за помощью к
министру, если, конечно, вы не возьметесь охранять меня... - Улыбка снова расцвела на
ее чувственных губах.
- Я могу спрятать вас в замке Гливрос, если угодно, - предложил Морт не без
задней мысли. Все в Скел-Моргосе слишком хорошо знали, что означает заточение в этой
обители. Поскольку принц уже отправил туда Венгу, мысль поселить в замке и Геллу
показалась ему чрезвычайно пикантной.
Ганглети отреагировала на его предложение в точности так, как он ожидал.
- Я польщена, мой принц, но не думаю, что дело зашло так далеко. Я увижу
министра сегодня вечером. Обещаю: ваш приказ будет подкреплен моей просьбой.
"Причем второе имеет для Гедалла гораздо больший вес, чем первое", - подумал
Морт, которого давно не устраивало такое положение вещей. Теперь госпожа Ганглети
выглядела обеспокоенной. Впрочем, именно выглядела. Мертвенное выражение ее глаз
совершенно не изменилось. Тонкая игра была рассчитана на Морта.
Мокши, занявший женское тело, на самом деле тоже хотел отыскать Стервятника, но
совсем по другой причине. Его затянувшаяся миссия в далеком королевстве должна была
перейти в новую фазу. Он давно ждал, когда объявится его собрат или собратья из Леса
Ведьм.
И, кажется, дождался.
Морт сказал все, что хотел, и не терял времени на отвлеченные разговоры, как того
требовала вежливость. Он думал, что оставил Ганглети наедине с ее страхом, а сам
отправился в Гливрос, чтобы вдали от городской суеты обдумать свой следующий шаг.
Однако все его приготовления оказались совершенно бесполезными.

Глава тридцатая

ОСТРОВ ЛИГОМ

Люгер вышел из-под магической арки и оказался на маленьком клочке тверди,
окруженном раскаленным озером лавы, через которое пролегли маслянисто-черные
извивающиеся тропы. Багровое озеро пахло так, словно на этом месте с огромного тела
земли сняли лоскут кожи, обнажив внутренности.
Горизонт этого шипящего и раскаленного мира был окружен темно-синей стеной,
скрывавшей восходящее или заходящее солнце. В одной стороне стена была озарена его
лучами, и там она выглядела, как расслоившееся небо. Настоящие небеса были
изумрудно-зелеными и усыпаны бисером звезд. Люгеру никогда не приходилось видеть
более странного пейзажа...
Он стал еще более странным, когда Слот увидел тени, скользившие внутри
кольцевой стены. До него не сразу дошло, что это рыбы, а он смотрит на них со дна озера
Гайр. Воды озера, темнеющие с глубиной, окружали его, словно насекомое в стеклянной
банке, погруженной в колодец. Вот только здешние стены были сделаны не из стекла.
Люгер обернулся и посмотрел под арку. Там была только тьма, безмолвная и
засасывающая. Тогда он обошел арку и заглянул с другой стороны. С этой точки был
виден ландшафт острова, однако в прямоугольнике, очерченном плитами арки, все
казалось отдаленным и уменьшенным.

Поскольку единственным пригодным для жизни местом выглядели темные холмы,
Стервятник направился к ним по одной из дорог, вещество которой более всего
напоминало застывшее стекло. Холмы возносили свои голые вершины выше уровня
гладкой стены, окружавшей остров. Он шел, выбирая кратчайший путь, и сверху,
наверное, был похож на муху, переползающую по паутине.
Вскоре ему стало ясно, что именно холмы, постепенно выраставшие до огромных
размеров, были центром острова, а неизвестное количество арок располагалось кольцом
вокруг них. Это было удобно - вроде конюшен, размещенных в пристройках замка.
Нечто подобное имело место и на континенте в окрестностях Скел-Моргоса.
Подножия холмов были покрыты удивительно рыхлой почвой, как будто миллионы
червей ежеминутно перепахивали ее. Люгер проваливался в нее по щиколотку. Отовсюду
доносился тихий шорох, с которым пересыпалась земля. Невидимые черви продолжали
свою работу...
С большим трудом преодолев черные сугробы, он добрался до того места, где
рыхлая почва сменилась голыми камнями. Отсюда по извилистому гребню можно было
подняться на вершину холма.
Очень редко Люгер ощущал такую потерянность, какую испытывал здесь и сейчас.
Он медленно приближался к таинственной обители магов, понимая, что нарушает
тысячелетние молчание и неприкосновенность. Это не имело ничего общего с
благоговением. Он ненавидел тех, кто собирался использовать его, но он, преемник
рыцарей Земмура, был готов к новой войне и новому проклятию.
Оказавшись почти на самой вершине, он увидел, что холмы образуют кольцо,
причем внутренние склоны были гораздо круче внешних. Внутри кольца, на дне черного
колодца его взгляду открылось нечто, показавшееся ему вначале гигантским скелетом
фантастической крылатой рыбы - твари, которая, по преданию, перенесла Спасителя
через Океан Забвения.
Белеющий остов покоился в крестообразной яме, устланной бархатом темноты; он
мог быть величественным и, отталкивающим памятником или же произведением чужого
искусства, но потом Люгер заметил, что скелет не остается неизменным. Невероятная
сложность пересечений и абсолютная симметрия деталей наводили на мысль о его
искусственном происхождении. Но создателей не было видно. Серый туман поднимался
от земли и сгущался в зыбкие мембраны, отделявшие друг от друга части скелета и какието
наросты, похожие на висящие лохмотья кожи.
Потом Стервятник заметил контуры полупрозрачного зародыша, внутри которого
переливались мерцающие струи лимфы и бледно-розовой крови.
Внезапно Люгер понял, что это такое. Ему стало смешно и жутко. Смешно оттого,
что он не догадался сразу, а жутко потому, что легенда о происхождении летающего
корабля получила какое-то ирреальное подтверждение.
Знание, неоспоримое и однозначное, пришло к Стервятнику из неведомого
источника, как будто кто-то вывел знаки на пергаменте.
Место, окруженное грядой, действительно было могилой, только очень древней и
нечеловеческой. Может быть, оно даже не хранило никаких останков; скорее, здесь была
сконцентрирована некая энергия, враждебная всему живому.
... Несомненно, Люгер видел, как создается новый летающий корабль - из
мглистого тумана, из едкой слизи, из подземных флюидов и взрыхленного перегноя...
Миллионы невидимых рук ткали крылья, похожие на перепонки летучих мышей, только
эти были в тысячу раз больше и в десятки раз тоньше. Полупрозрачные фиолетовые
пузыри, незаметно для глаза вспухавшие по обе стороны скелета, казались пока бледным
подобием парусов, призрачными прообразами материи.
Изредка зародыш корабля пронизывала дрожь, как будто жизнь безуспешно стучала
в запертые двери, и тогда студенистое творение волшебства содрогалось вместе со всеми
своими придатками - крыльями, мачтами и реями...
Внимание Стервятника было настолько поглощено этим отвратительным зрелищем,
что он не сразу заметил своих слуг. Что-то отвлекло его, и скорее всего это был запах.
Сладкий запах смерти исходил не от могилы-верфи, как он думал вначале, а от десятка
вооруженных фигур, выстроившихся полукольцом позади него.
Слот медленно повернул голову, недоумевая, откуда они могли появиться. Потом он
увидел, что из полуоткрытого рта ближайшего воина тонкой струйкой высыпается земля,
а оружие покрыто пятнами ржавчины...
В этот момент солнце наконец показалось над краем кольцевой стены. Оно было
багровым и в два раза меньше своего обычного видимого размера. В его тусклых лучах
раны воинов не слишком бросались в глаза, но Люгеру хватило одного взгляда, чтобы
понять - всем им полагалось быть мертвецами. Они не дышали, и распухшие лица
ничего не выражали. Их глаза давно превратились в узкие щели, в которых что-то
поблескивало. Позже Люгер разглядел, что это были черви.
Поскольку ожившие мертвецы не собирались нападать, Стервятник немного
расслабился. Он вспомнил, что читал о чем-то подобном в одной старой хронике, автор
которой даже не пытался отделить вымысел от реальности.
В хронике упоминалось о некротическом искусстве древних магов и воинах-глонгах,
использовавшихся ими для защиты своих уединенных жилищ. Глонги годились для этой
цели всего лишь на протяжении двух-трех суток, пока тела не разлагались до такой
степени, что мертвецы уже не могли двигаться. Насколько Люгер мог судить, у древних
не было недостатка в материале для своих жутких опытов... Сам он не испытывал ни
страха, ни отвращения. Мертвые давно стали его союзниками. Разлагающаяся плоть
ничего не значила, если в каком-то другом измерении времени все еще существовали
призрачные отпечатки этих существ.

Один из глонгов показал на зародыш летающего корабля, и Люгер истолковал его
жест как приглашение. Он понимал, почему тот не произносит ни слова - его голосовые
связки уже начали разрушаться.
Стервятник стал спускаться по крутому склону, и вслед за ним с тихими
хлюпающими звуками шли глонги. Он и не ожидал того, что удостоится сомнительной
чести говорить с колдунами Лигома или хотя бы видеть их. Это было бы до смешного
просто. Он рассчитывал на чье-нибудь посредничество, но оно и не понадобилось.
Он получил все, что было нужно для нападения на Скел-Моргос. Обычное
человеческое любопытство оказалось погребенным так глубоко в его душе, что он не
чувствовал и тени разочарования. Вряд ли островные маги вообще обладали видимыми
оболочками; к остальному ему не хотелось даже прикасаться. Это было редкое для
Люгера проявление благоразумия, не имевшего ничего общего с разумом.
Багровый кружок солнца совершил свой путь по небу и скрылся за кольцевой
стеной, а Слот все еще пребывал в состоянии, которое можно было назвать
овеществленным сном. Он не чувствовал ни голода, ни усталости. Шло время, но мимо
него; остров был местом странной летаргии...
Оказавшись на адской верфи, Люгер снова испытал почти забытое чувство
погруженности в нечто чуждое и полуживое, пронизанное сотнями течений и зыбких
энергий, противоестественное и все же существующее. Но теперь он не был пленником на
летающем корабле, теперь он был почти хозяином. Обратное тоже было верно, и мысль об
этом казалась почти невыносимой, поэтому он отбросил ее и погрузился внутрь того, что
являлось бледной тенью какой-то крылатой твари, воссозданной здесь, на острове, из
наиболее доступного материала.
Внутри корабля уже сформировался лабиринт - зыбкий, словно обстановка сна, и
изменчивый, как круги на воде. Из круглого пузыря на корме создавалось оружие,
подобное тому, которое было на борту его предшественника. Распластанные на огромной
площади крылья поглощали тепло земли и последние лучи садящегося солнца. Черные
стержни, погруженные на неизвестную глубину, черпали энергию из других,
неистощенных источников. Вокруг скелета отвердевали борта, палубы и переборки;
выпрямлялись реи, торчавшие, как рыбьи кости, и растягивали фиолетовые перепонки
парусов. На бушприте и топах мачт зажглись фонари, светившие тускло, словно болотные
огни.
С наступлением ночи на палубу поднялись глонги. Теперь их стало больше - около
трех десятков; все - мужчины погибшие в расцвете лет. Некто подбирал их так, чтобы
смертельные раны не мешали им сражаться. Здесь были мертвецы с распоротыми
животами, пробитыми легкими, перерезанными глотками и проколотыми сердцами, но ни
одного безрукого или хромого. Все вместе они создавали нестерпимое зловоние, и только
потому, что его чувствительность была притуплена, Стервятник смог вынести это. Тело
корабля сразу же поглощало сырую землю, осыпавшуюся с трупов.
Наклонный коридор с пульсирующими стенами, по дну которого протекал ручей
искрящейся жидкости, вынес Люгера на верхнюю палубу, под фиолетовый балдахин
обвисших, но уже вполне сформировавшихся парусов. По вантам, похожим на натянутые
сухожилия, карабкались матросы-глонги. На корме медленно вращалась вокруг своей оси
длинная белая труба. Чудовищное оружие сейчас больше всего напоминало слепого червя
в поисках пищи. Его членистое тело изгибалось то кверху, то книзу, демонстрируя черное
воронкообразное жерло.
Холодные огни на мачтах выбелили лица глонгов и осветили всю верфь Лигома
ярче, чем луна. Люгер подошел к бортовому ограждению, покрытому какой-то слизью и
еще очень скользкому. Огромное крыло под ним уже утратило прозрачность и выглядело,
как цельный кусок натянутой кожи.
Трое глонгов тихо приблизились и выстроились за спиной Стервятника. Он понял,
что они ждут его приказа. Он все-таки получил в свои руки летающий корабль. Такого не
предсказывал ему ни один оракул, и это не могло присниться в самом фантастическом
сне...
Сейчас Слот почему-то вспомнил барона Ховела и последний бой "Бройндзага". Он
очень надеялся на то, что в мире не осталось ни одного Небесного Дракона.
В беззвездном мраке всплывал над островом сверкающий огнями призрачный
корабль. Его крылья, двигавшиеся невероятно медленно, с жутким шелестом гнали
воздух. Белый червь на корме больше не двигался и мирно вытянулся на палубе.
Когда корабль поднялся над окружавшими верфь холмами, его паруса поймали
свежий ночной ветер. Фиолетовые гроздья вспухли, словно ядовитые плоды... Бесшумно и
слаженно работала команда, состоявшая из одних только мертвецов. Единственный живой
человек уединился в каюте, которая лишь отдаленно напоминала помещение, пригодное
для жилья. Но Стервятник не собирался оставаться здесь долго.
Корабль плавно развернулся и взял курс на Скел-Моргос. Высоко над ним плыла
огромная черная тень. Она была невидима, бесплотна и надвигалась медленно, как
удушливое грозовое облако. Ее приближение мог почувствовать далеко не всякий.
Эманация Черного Лебедя распространялась на восток вместе с Люгером, который
должен был стать новым воплощением Сферга, и теперь уже поздно было что-либо
менять.

ЧАСТЬ ШЕСТАЯ
ВЕСНА 3017

Глава тридцать первая

СОВЕТ В ЗАМКЕ ДОРКАН

Гедалл поднял глаза от изъеденной червями крышки стола и с тоской обвел взглядом
свое последнее убежище. Огромный, холодный и полуосвещенный зал. Под потолком на
потемневших от старости балках о чем-то невнятно переговаривались птицы -
дрессированные голуби Морта, приносившие сведения о неумолимом преследователе.
Теперь голуби стали единственной настоящей ценностью. Хотя стоило ли цепляться за
дни и часы, отдаляя неизбежное? Гедалл сильно сомневался в этом.
Взгляд министра скользил по фигурам его спутников, сидящих за столом Совета (так
высокопарно назвал кто-то это разношерстное сборище). За два месяца непрерывного
бегства они все успели смертельно надоесть друг другу...
Дрова с треском сгорали в очаге, но сквозняки тут же выгоняли тепло. Возле огня
сушились четверо оставшихся в живых телохранителя Морта и двое слуг барона Чвары.
Тут же лениво возились собаки хозяина замка Доркан.
Снаружи доносился монотонный шум дождя, лившего без перерыва уже третий
день. Всем укрывшимся в замке следовало бы радоваться этому. Дождь затруднял полет
летающего корабля и давал беглецам небольшую передышку. Потом все начнется снова,
пока испепеляющий луч наконец не настигнет их всех. Единственное, что позволяло
надеяться на другой исход, - присутствие королевы Тенес, которую Морт возил с собой
повсюду в качестве живого щита. Но все это ничего не значило, если они имели дело с
безумцем.
Замок Доркан действительно был последним убежищем на территории Морморы.
Восточнее, всего в нескольких часах пути, проходила граница с Круах-Ан-Сиуром. И
Гедалл не был уверен, что пересечет ее.
Его настроение тут же уловил Морт, обладавший прекрасным чутьем. Этого
звереныша ничто не сломит, подумал министр и посмотрел прямо в холодные злые глаза
принца. Все могло быть иначе, останься в живых хоть один из его верных Ястребов.
- ... Мы должны разделиться, - настаивал Морт. - Рано или поздно за нами
начнут охоту власти Круах-Ан-Сиура. Они предпочтут выдать нас и сохранить свою
армию. Надо затеряться в Вормарге...
"Теперь ты заговорил иначе, щенок", - с ненавистью подумал Гедалл.
Когда цель летающего корабля еще не была так пугающе ясна, Морт предложил
министру союз против новой угрозы с Лигома. Прятаться в замке Гливрос было ошибкой,
хотя, конечно, принц не мог предвидеть нападения. Врагу ничего не стоило захватить
двух приближенных Гедалла, уничтожив перед тем несколько кораблей королевского
флота.
Спустя некоторое время Люгер знал все, что хотел. Морт со своими пленницами и
остатками свиты воспользовался подземным ходом и успел скрыться за два часа до того,
как в замке появились воины-глонги - воплощенный кошмар, в который Гедалл
отказывался верить, пока не увидел их собственными глазами...
Барон Чвара кивнул с благодушным видом, соглашаясь со словами Морта. Министр
не сомневался, что совет разделиться дал принцу сам Чвара. С недавних пор земмурский
шпион, называвший себя дипломатом, и Морт сильно сблизились; вполне возможно, у них
появилась некая общая цель. Сейчас, например, они собирались принести в жертву
Гедалла, и тот прекрасно понимал это.
Министр улыбнулся и понял, что его улыбка взбесила бы Морта, если бы тот чуть
хуже владел собой. Кто, как не Гедалл, знал лучше всех, что Стервятнику он нужен только
для сущего пустяка. Так, один старый должок, напоминанием о котором служил
отрезанный палец. Как много изменилось с тех пор!..
Гедалл снова прислушался к тихому, но полному напряжения разговору за столом
совета. Гелла, его верная Гелла, которая, конечно, не была той, за кого себя выдавала,
позволяла себе спорить с принцем. Морт действительно обнаглел. Без прикрытия в лице
королевы Тенес и незаконнорожденной дочери Люгера отделившиеся от принца стали бы
легкой добычей. Даже не добычей, а бессмысленными жертвами на пути маньяка.
Пока Ганглети с неженским спокойствием и неотразимой логикой доказывала это
принцу и барону, Гедалл смотрел на безмолвных участников драмы - королеву и
бывшую проститутку. Тенес ненавидела всех собравшихся, и ее можно было понять.
Однако Морт все-таки был ее сыном. Это делало ситуацию двусмысленной и
непредсказуемой. Известие о том, что Люгер жив и владеет теперь летающим кораблем,
она приняла внешне очень спокойно. Никто не знал, что происходит в ее душе.
Пятнадцать лет безнадежности могли сделать с нею все что угодно. Она подчинялась
Морту, но не мешала и охотнику. Она никогда не говорила ни о чем, кроме самых
насущных вещей. Ее лицо, все еще красивое, уже утратило прелесть и свежесть
молодости...
В отличие от Тенес Венга имела несколько отрешенный вид, как будто ей была
доступна мистическая сторона происходящего. Она безучастно относилась ко всему, даже
к домогательствам Чвары. Неизвестный вид пытки, примененной земмурским бароном,
возможно, необратимо изменил ее психическое состояние. Нельзя было предсказать,
когда и в каком случае про...

Список страниц

• #
• 1
• 2
• 3
• ...
• 6
• 7
• 8
• 9
• 10
• 11
• 12
• 13
• 14
• 15

Закладка в соц.сетях