Жанр: Фантастика
Охота на Белого Оленя
...усредненный потребитель?
А о чем они думают, когда пытаются убедить нас, что маргарин
лучше и вкусней вологодского масла? На экране его едят - а он во
рту не тает! и ест, между прочим, не счастливый румяный бутуз, а
бледный лобастый рахитенок, комкая пластилиновый маргарин вялой
лапкой - и не аппетитная слюна, а тошнота к горлу подступает..
А дикая реклама МММ? дурь, блажь, неприкрытый мухлеж и
надувательство - и ведь поверили! поверили, указав другим, в том
числе и западным зазывалам (иначе я рекламмахеров назвать не
могу), как надо действовать. Дурить нашего брата надо, дурить - и
чем наглее, тем веселее. Ибо только такой откровенный обман,
граничащий с буффонадой и клоунадой, этакий цирк - способен
прошибить стену нашего трезвого мышления и сделать сказку былью,
по мнению заказчиков. Но, за исключением тех случаев, когда
Ивану-Дураку обещалось омоложение и обогащение в три дня (в
соответствии с традициями народных сказок), импортные средства для
борьбы с тараканами и перхотью прочно покрываются пылью, поскольку
первая и основная загадка Русской Души - брать не то, что
рекламируют, а то, что ДЕШЕВЛЕ!
Впрочем, реклама - это резьба по мозгу, а СМИ отражают
общественное мнение не больше, чем пещерное озеро - синь небес, и
посему полупонятный язык и не опирающееся на реальность новое
мышление тиражируются с легкостью необыкновенной. Ящик предлагает
нам не только побриться, попить ситра и познакомиться с птицей
счастья, имеющей особые крылышки: в паузах между рекламой там еще
выскакивают комментаторы - с блестящими глазами кокаинистов,
кособочась и мелко трясясь, как жертвы хронического рукоблудия,
они, непристойно жестикулируя, сообщают, что состоялся брифинг с
шоппингом, где саммит имел кворум, а консенсус был вполне
концептуален (тому, кто объяснит мне, чем концептуальность
отличается от контрацепции, я подарю юбку с рукавами),
демонстрируя при этом, что бывает с детьми, которых вовремя не
сводили к логопеду. Я долго изумлялся, пока не увидел главу их
ведомства. Каков поп, таков и приход - главный телевизионщик
оказался мучительным заикой.
Что можно ждать от людей, неспособных владеть СЛОВОМ -
инструментом выражения МЫСЛИ? Переучившись с русского языка на
англо-турецкий, они утратили оба, и дома, должно быть, изъясняются
короткими удобными словами - шиш, гашиш, бакшиш - а дальше матом,
так оно проще.
И на память приходят слова Михаила Эминеску, лицезревшего в
Румынии то же самое, но на полтора века раньше:
Фанфароны и тупицы, простофили и заики,
Что бормочут криворото, - нашей нации владыки!
Но владычество криворотых вряд ли можно назвать успешным
достижением - это не заслуженный результат общественно полезной
деятельности, а воровской фарт; недаром, с оглядкой на фартовых
хватунов, мы все чаще желаем друг другу - "Удачи!", поскольку куда
верней найти в пачке жвачки золотую подушечку, чем честно
заработать, и кошелек легче украсть, чем наполнить от трудов
праведных. Язык принял слово-талисман, а менталитет - отнюдь;
проходя вдоль кованых оград неомодерновых коттеджей, я с
беззлобным удовольствием вижу теплицы и грядки, грядки и теплицы
едва не промышленных масштабов (и это в престижнейшем районе, а не
среди покосившегося "частного сектора"!) - радуясь быстрым и
горячим денежкам, покрываясь золотым жирком, Новые Русские древним
крестьянским нутром чуют, что фарт изменчив и лукав, а мать - сыра
земля прокормит и после приговора с конфискацией, и не даст семье
загинуть в пору социальных бурь. Да, не забудьте - у них еще
участок в поле есть!..
Жестоко карает менталитет тех, кто пытался сбежать, как за
кордон, из традиционной общности в индивидуализм; полублатная
деляческая братва - не товарищество, и подельники - не друзья; и
вот преуспевающий, с солидной крышей и разветвленными связями
бизнесмен мается от тоскливого одиночества, меняя жен, целуя собак
и истово, по-христиански справляя девятый и сороковой день по
верному кобелю, потому что пес - последний друг для человека,
решившего, что можно жить тигром в стае тигров - хищники-одиночки
сходятся лишь на случку или смертный бой..
И он возвращается к истокам и корням. Он выезжает в поле рыть
картошку. Он же ее и посадил! и сажал, приговаривая - "Чтоб
картошка в доме была СВОЯ!" Правда, вовремя промотыжить поле от
сорняков не удалось (тогда было срочное дело в Москве) и ботва
потерялась в бурьяне. Но он едет в этот бурьян - на трех
"мерседесах" едет! с семьей, бодигардами, прихлебаями, двумя
ящиками водки и закуской. И они роют вместе, а потом вместе пьют,
хором обсуждая урожай. Казалось бы - что он картошке? что ему
картошка? мог бы и не рыть, когда имеет в день два миллиона на
карманные расходы! оказалось - не мог. Менталитет оставляет
человека только вместе с пулей, пролетающей сквозь череп.
Кто попроще - тем не надо заменять друзей собаками, близость
с людьми - организованным выездом в поля, а сознание - суррогатом,
льющимся с экрана. Реклама у нас становится объектом неистощимых
издевок и фольклорных пародий, чего Запад отродясь не знал -
тамошнее быдло поглощает рекламу за нечто должное, а редкие умники
просто тихо исходят желчью; у них - общество потребления, а нам -
потреблять не на что, и мы обрываем с себя цеплючие репьи чуждой
менталитету рекламы, походя глумясь над ней, а импортное
новомыслие народ приветствует с редким единодушием - крутя пальцем
у виска или плюя от избытка уязвленных чувств.
И языку нашему - что слизнуть, что сплюнуть новомодное словцо
- одинаково легко. Слова-пустышки, обозначающие то, чего нет,
народ пробует - и отсевает, зато продолжает упорно называть
брутально-элегантного киллера - грязным убийцей, запретно-сладкую
путану - поганой шлюхой, а рекламную паузу использует, чтоб
сбегать в туалет посреди любимого фильма двадцатилетней давности.
Евровилка к нашей розетке не подходит по калибру. И вилка нас
не понимает. Она хочет расточить нас по-своему, чтобы воткнуться и
высосать энергию. Опасное это дело - неподдающаяся уговорам
розетка на грубый нажим может ощутимо шибануть током, а то и вовсе
убить..
Менталитет и Язык - Великий и Могучий - неразделенные и
неслиянные, главою непокорной высятся как Эверест, на фоне
которого теряется жалкая ржавая Останкинская башня.
Она рухнет - а мы останемся.
************
Alexandr Belash 2:5059/14.111 25 Oct 99 15:16:00
Александр Белаш (Ночной Ветер)
Доцент Чайкин
-------------
Любовница ректора - Змея-В-Шоколаде, зав.кафедрой
неорганической химии и зам. по изданию научных работ. Экзамены
через нее сдаются просто - полторы тыщи на стол или в СКВ по
курсу, и гуляй, Вася. У кого денег нет - те учат, у кого есть -
платят, будто ум можно купить, а потом они нас лечить будут. А
может, и не нас - когда я к Змее заглянул, с ней там два бритых
жвачных говорили:
- Деньги взяла, да? а пацана не зачислила, да? на счетчик
поставим, ваще. У пацана уже место забито в спецполиклинике, в
Москве, чтоб он там сидел, ясно?
Здоровья тем спецпациентам, и побольше, чтоб выжить под
опекой такого пацана. Я обошел сопящих буйволов:
- Вероника Арнольдовна, здрасьте, извините..
- Вы кто?! - она шарахнулась в кресле.
- Я по поводу краснухи.. Моя статья..
Тут закурлыкал телефон, Змея цапнула трубку:
- Але? Балтимор?! Сереженька, ты!? ой, здравствуй! Хав дуй
ду? как - в тюрьму? почему? какое золото? залог тридцать тысяч? а
может, лучше сдернешь в Канаду, пока я деньги найду?..
Храм науки.. Я поклонился быкам и задним ходом вышел из
святилища. Надо ехать к Чайкину; может, он в курсе, как там
поживает моя статья. Ночью поезд, а надо еще шефу аспирантуры
коньяк поставить.
Доцент Чайкин, инфекционист, приехал в институт из какой-то
Гвинеи. Он там врачевал среди племен аткуда и аттуда (еще там были
и хирург, и терапевт - по штуке на всю страну); президент, сержант
Джу Тараканьо, ему именной АК подарил. А еще Чайкин воевал с
колдунами-ндуками, насылавшими засуху, падеж скота и женское
бесплодие; ему ядовитых змей в постель подкидывали, смертный
корень в пищу подсыпали - ничего его не брало, ни дизентерия, ни
малярия; Чайкин сам себе в бреду капельницы ставил. Колдуны
отступились и признали, что самый могучий ндука - это он, Чайкин,
а на прощанье в аэропорту вручили ему амулет - крокодилье
естество, гвоздем проткнутое, знак одоления природы разумом.
- О, привет! - светло и радостно встретил меня Чайкин в
психбольной пижаме. - А поедем на дачу, яблок дам, вина
домашнего! И помидоров завал - у тебя ведро есть?
Ведро он мне одолжил свое - и как был, в пижаме, пошел со
мной в гараж. Его ЛуАЗ по-прежнему просил пулю в ухо - даже
сильней, чем в прошлом году. Куда-то пропали стекла из дверц, а в
целости машину держали проволочные стяжки, и дно не было сплошным.
- Садись! - Чайкин сплел пальцами торчащие проводки; ЛуАЗ
затрясло. - Хорошо, что ты вовремя приехал! а то я собрался - как
картошку вырою - в Давосе лекции читать, в Швейцарии. Меня там
ждут.
До Базарной (быв.Героев Труда) площади мы говорили о
тропических глистах и язвах; мне никак не удавалось переключить
Чайкина на затерявшуюся статью. Потом он вспомнил о своей сестре:
- Она вышла замуж за хохла - с дальнего хутора, где по-русски
не знают и едят одно сало. Он выучился на офицера и развелся с
ней. А ее в виде неполной семьи в Израиль не берут! звоню ему -
сколько ты хочешь тут работать вышибалой? тут же они свелись,
въехали и разбежались. Теперь он там майор, а она выходит за
араба! Капочка пишет, что Камаль хочет окрестить ее девочку в
мусульманскую веру; вся семья в ужасе!
При повороте на узенькую Золотарскую (быв.Краснопутейскую)
ЛуАЗ раскашлялся и поехал рывками, издыхая; сзади нас грозно
замычала иномарка, похожая на глыбу черного льда.
- Твой кадиллак мне в бампер не уперся, - пропел Чайкин,
приглаживая волосы перед зеркальцем и обретая глупанутый вид. -
Это аккумулятор! я его давно не заряжал.
ЛуАЗ умер и встал; из черной глыбы вышел двоюродный брат тех,
кто стращал Змею счетчиком.
- Ты, это! - начал он, но Чайкин жалобно заблеял, а я
извинился за него:
- Он немой, ходить не может. А я не вижу ничего, - и в
доказательство, собрав глаза в кучу, начал тыкать в свои окуляры.
Чайкин от полноты счастья засмеялся как дурак.
- Кал-леки, - выдохнул бугай, руками выпихивая ЛуАЗ на
тротуар. - Дома надо сидеть!
- Вот, теперь и поговорить можно! - потянулся Чайкин, - все
равно мы никуда не поедем. Ты Аллу Петровну помнишь?
Представляешь, уехала в Германию - у ее Иннокентия там муж умер и
завещал особняк двухэтажный. А кстати - вы у себя мозги на коровье
бешенство проверяете?
- Матюнич, - весь переполненный мыслями, задвигал Чайкин
через минуту-две, - утверждает, что сифилис не заразен! да-да,
прямо вот так! С другой стороны, есть мнение, что все инфекционные
болезни вызываются слизистым грибом - он видоизменяется, и..
Слушай, нам нужен аккумулятор! я сейчас.
Он подергал дверцу, потом вынул ее и ушел. Я не успел придти
в себя, когда он вернулся, а за ним какой-то двухметровый мальчик
нес черный ящик с клеммами - благоговейно, как ковчег завета.
- Дух! - взмахнул руками и пижамой Чайкин. - Здоровый дух -
здоровое тело! Оздоравливай дух, ешь растительную пищу и очищайся
от шлаков, в этом спасение. Будь праведен и правдив.
- Я бы исповедался, - виновато промямлил парень, - но час
назад циклодол принял - депресс заколебал..
- Нет никакого депресса, - Чайкин возложил руки ему на
голову, - есть только слизистый гриб. Он - зло.
- А как с ним, с грибом-то?.. - парень млел от близости
гуру.
- Очищайся. Ни водки, ни табака, ни наркотиков - только вода,
фрукты и телесные упражнения. Так победишь в себе гриб! иди, - он
поцеловал согбенного неофита и полез менять аккумулятор..
..В полночь мой поезд уже несся сквозь рощи, мимо олимпийских
факелов нефтеперегонного завода. Опустив вагонное окно, я
подставил лицо ветру и старался надышаться впрок воздухом
блаженного безумия. Завтра с утра на работу! но меня не стошнит, я
не полезу в аптечку за циклодолом и сибазоном, я не замкнусь в
холодном отупеньи чувств. Я видел Чайкина, я говорил с ним, и я
снова знаю - ТАК жить можно.
И только так.
*********
Alexandr Belash 2:5059/14.111 25 Oct 99 15:18:00
Александр Белаш (Ночной Ветер)
М е т а м о р ф о з а
---------------------
(сказка)
Кто станет жить среди людей, тому не избежать
клистира. А если он этого не хочет, ему
придется удалиться в леса и горы. И там он все
равно убедится, что жизнь - сплошной клистир.
Франсиско Гойя "Капричос", офорт 58
"Пропади все пропадом!"
Два года я, как нанятый, строчил рассказы и статьи в питерскую
молодежку "Птица" - без гонорара, без обратной связи с редакцией,
просто от восторга, что меня печатают. Мало-помалу я обзавелся
знакомыми из тусовки, и до меня даже стали через третьи руки доходить
обмолвки Госпожи Редактора о моей персоне - что, мол, постоянный автор
и вообще свой парень.
Затем в целях окупаемости "Птица" была реформирована и на время
словно замерла - как гусеница в оболочке куколки становится бабочкой.
Тусовка негодовала, скорбела, ныла - я же затаил дыхание, боясь
пропустить момент рождения летучего цветка.
Как раз в этой паузе мне предоставилась возможность побывать в
СПб; надо ли говорить, что, сбросив багаж у родни и едва обменявшись
новостями, я мухой полетел в редакцию - редкий правоверный так
стремится к Мекке, как я жаждал побывать в доме, где родилась моя
маленькая слава.
Вот эта улица, вот этот дом. Но у входа висела рельефная плита
бронзового литья, где выпуклым по гладкому значилось - "Еженедельная
газета клизмофилов "ЗАДНИЦА".
Будто я стоял на ковре - и ковер дернули! теряясь в догадках, я
сходил на угол, посмотрел еще раз номер дома - тот!.. Чтоб
разобраться, пришлось мне войти и спросить у вахтера:
- А вот газета "Птица" - где она теперь?
- У нас реформы - была "Птица", стала "Задница", - сказал
невозмутимый вахтер. - А вам кого надо? из "Птицы" многие в "Заднице"
оказались..
- И редактор, Нина Викторовна?
- Она теперь зам, - вахтер, видя, что я газете не чужой, выписал
пропуск. - Пятый этаж; не доходя, упретесь.
На пятом было темно, кто-то плакал, тенями сновали бледные
изможденные люди, там и сям валялись полуобглоданные кости. Нервно
хихикая, мне показали на женщину, строгавшую в лапшу пятый карандаш.
- Это вы! - она через силу убрала в стол бритвенное лезвие. -
Очень, очень рада! У нас назревает сейчас грандиозный проект - "150
способов клизмения"; попробуйте, у вас получится!
- Нина Викторовна, - почему-то шепотом спросил я, озираясь, - а
Паша Трубицын, что вел лит.рубрику..
- Он теперь ведет "Наш клистир". Надо жить, надо
приспосабливаться!
Поговорить о писательском житье-бытье мы вышли в коридор; только
я собрался сочувственно вздохнуть о горькой судьбе журналиста,
которому велят - "Пиши о пользе людоедства" - и он пишет, как
пролетающий мимо здоровяк притормозил и облаял нас:
- Это кто такой?! Нина Викторовна, опять вы начали всякую рвань с
улицы приваживать?!!.. Чтоб этих тусовщиков духу тут не было с их
дилетантскими штучками!..
- Ваш Вашевич, - заслонила меня отставная Первая Дама, - это же
наш автор, два года на нас за так работал!
- Ах, вот как! - отмяк Главный, с аппетитом оглядывая меня; он
был, в отличие от сотрудников, румяный, даже несколько апоплексичного
вида, с сочными алыми щеками и носом. - Такие люди нам нужны.
Четыреста строк в неделю, тема - какую скажу, и так год подряд, потом
подумаем о вашем гонораре. Быстро - "да"? "нет"? - ожидая "да", он
улыбнулся, показывая хищные белые зубы.
Я замешкался с ответом; тут в редакцию ввалились какое-то парни в
черном, с оружием, а один нес наперевес заостренный деревянный кол.
- Ваша песенка спета, граф Крокодилус! - воскликнул тот, что с
колом. - Ваше богохульное существование переполнило чашу терпения
Господня! Смиритесь с неизбежным и примите смерть достойно!..
Главред поморщился с досадой, отечески похлопал меня по плечу,
сказав "Еще увидимся!", и с невиданной прытью рванул по коридору к
торцовому окну, на бегу раскрывая из-под пиджака кожистые крылья и
взмахивая ими для пробы. Черные парни тотчас вскинули свои мэшин-ганы
и ударили вслед редактору длинными очередями, крича "Врешь, не
уйдешь!"; мы с Ниной Викторовной распластались вдоль стены, прижимаясь
к плинтусу.
- Догонят! - выдохнул я.
- Навряд ли, - усомнилась Нина Викторовна. - Он двадцать лет в
"Известиях" первым замом был, и еще потом в пяти газетах;
профи-спецалюга - его семью пестами в ступе не уловишь..
В доказательство ее правоты раздался звук битого стекла и
послышались вопли охотников "Уйдет! в голову бей, в голову!.."
Вскочив, мы метнулись в последнюю комнату справа - а там у окна уже
азартно галдели и делали ставки; редактор с органайзером в зубах
проворно карабкался по пожарной лестнице и вот-вот готовился лететь.
- А если и поймают, - вздохнула Нина Викторовна, не разделяя
чаяний своих коллег, - то все равно нам клизмофилы нового пришлют.
Нынче клизма - это сила; у них даже фракция есть в парламенте..
Под дружный стон газетчиков главред обернулся средних размеров
птеродактилем, сорвался с лестницы и на бреющем увернул за угол, в
сторону Невы. Стрелявшие из коридорного окна прекратили огонь и стали
обмениваться впечатлениями:
- Вот же тварь живучая! одно слово - нежить. Лови его теперь! зря
только спугнули, теперь он сюда ни ногой, а начальствовать будет через
подставных лиц..
Парень с осиновым колом, попросив у меня сигарету, сокрушался:
- Ушел, гад. Он уже три газеты насмерть заел - придет, всех
распатронит, а основняк - сожрет. Его нарочно главным назначают, на
погибель - стратегия такая!
- А мне-то он обещал через год про гонорар подумать.. -
обмолвился я в печали, но парень только фыркнул:
- Какой, к черту, гонорар! Ты радуйся, что жив остался!..
В сутолоке я было пристал к Нине Викторовне с расспросами - как
же вышло, что тут завелся упырь? - но она замахала руками:
- Ой, вы не принуждайте меня к даче показаний! я и так на грани
срыва..
Но потом, запив элениум корвалолом, разоткровенничалась:
- Тут, знаете, все дело в профессионализме; сначала идут тесты на
лояльность, потом - чтоб никто никакого чеснока, даже чесночного
салата не вносил в редакцию, чтоб серебряных украшений не было и чтоб
у всех была лицензия по форме "предъявитель сего является
профессиональным журналистом, согласен на все и никаких претензий не
имеет". И то, знаете, без гарантий - могут средь бела дня съесть. Так
вот и живем, так и мучаемся.. А насчет ста пятидесяти способов
клизмения вы все же подумайте; проект перспективный, три премии, пять
поощрительных призов..
Не помню, как я удрал из редакции - помню только, что в дверях
столкнулся с рабочими, несущими громадный лозунг "Зад - лицо нашей
газеты!".
Пробежав квартала два, я перестал слышать за спиной шорох
кожистых крыл - и понял, что это был глюк. Чтоб отдышаться, я свернул
в первую попавшуюся вонючую подворотню. Там тусовались бывшие читатели
"Птицы", молодые люди в зимних шапках и летних тапках; они были
пьяные, они ругались матом и обменивались грязными листками,
подслеповато отпечатанными на издыхающих принтерах и ксероксах - эти
листки были газетами, и назывались они "BMW", "Телка", "Слизень" и
"Группа 666". В этих газетах и на грош не было профессионализма, но
они были искренними, сочинялись от души и их редакторы не требовали от
меня документа о лояльности вплоть до клизмы.
Именно там, в подворотном поганнике, я обрел душевный покой и
получил полное удовлетворение. Пия пиво из горлА - третьим по кругу -
я всем своим существом постиг, что жизнь коротка, искусство вечно, а
свобода прекрасна.
**************
Alexandr Belash 2:5059/14.111 25 Oct 99 15:19:00
Александр Белаш (Ночной Ветер)
"Пятеро Смелых"
---------------
Любителям сериалов anime
посвящается
Милые дети!
Дорогие наши пупсики!
Тинэйджеры и тинэрджайзеры!
Тины и тинухи!
Мы, всемирно известная на Ближнем Востоке турецькая фирма "Ылгым
дундукыз" в сотрудничестве с компанией "Центрлесбумпром Orion Ltd",
представляем для Вас НОВЫЙ Журнал с наклейками из серии
"Стикерс-клуб".
ЭТО НАСТОЯЩИЕ PUZZLE STICKERS - ГОЛОВОЛОМНЫЕ ПРИЛИПКИ!
Минздрав России предупреждает -
тыльная сторона стикерсов не предназначена для облизывания!
Содержит токсический продукт - alfa-метилпропантиол,
губительно воздействующий на Ваш головной мозг.
Вы можете использовать лишние стикерсы для обмена с другими фэнами,
а также для умерщвления мух и тараканов!
Ваш НОВЫЙ Журнал посвящен Вашему любимому мультсериалу -
"П Я Т Е Р О С М Е Л Ы Х"!
Первый нескончаемый сериал о российских героях!
("Союзмультфильм" по компьютерной технологии "Бамбуко Кирасина")
(автор сценария Бакси Профит, режиссер и продюссер Какао Макао,
художник и дизайнер Фигли Напрягацца,
штукатур-маляр Константин Оболенский)
Вы сможете составить ПОЛНУЮ ПОДБОРКУ Своих любимых героев
и их ужасных противников!
Они были никем - а стали Борцами за Добро и Справедливость!
Теперь они зовут себя гордо и независимо - Братва!
Любимейший из них - Вася Корягин. Он начинал с простых
беспризорников, потом вырос в настоящего бомжа. Богатые свалки, сытные
помойки были его стихией; сбор посуды и подработка грузчиком на рынке
были его надежным бизнесом. Судьба сулила ему перспективную карьеру
алкоголика и завидную смерть от опоя, но Высшие Силы решили иначе -
однажды Вася услышал Голос. Вначале он подумал, что это опять
прискакал Белый Конь, и надо срочно ложиться в дурилку, пока по тебе
черти не запрыгали. Но засверкали молнии! грянул гром! закоротило
проводку! в дыму и пламени из горящего мусора восстал новый,
преображенный Вася - российский супермен по имени Братан-Воронеж!
Сверкающий прикид, орлиный взор, плечи шириной с русскую душу -
вот каким он стал из ничего! Стихия, которой повелевает Братан-Воронеж
- огонь, а боевой девиз его - "Гори все синим огнем!". Он самый крутой
из Братвы, на нем обломились все враги, и даже если его удавалось
свалить, он вновь и вновь поднимался из пламени, чтоб всех
заколбасить.
Подстать Воронежу - Братан-Тамбов. До вступления на путь Борьбы с
Мировым Злом его звали Коля, а был он двоечник и наркоман, и шастал по
чужим карманам, чтобы набрать на шмаль. Голос Свыше накрыл его с
поличным, с косяком в зубах - поэтому теперь, после перерождения,
оружие Тамбова - Дымарь; он душит врагов отравным дымом, ставит
дымовые завесы, когда Братва в очередной раз идет на штурм Цитадели
Зла. Больше всего на свете Тамбов любит слушать попсу, и в свободное
от битв время пускает дым по сцене для эффекта; оба они с Воронежем
тайно влюблены в певицу Машу Растрепухину - и вообще эти Братишки
всегда вместе, ведь не бывает дыма без огня! Ну, и если надо стырить у
врагов какой-нибудь Талисман Непобедимости или Кристалл Гибели - лучше
Тамбова не найти.
Братан-Саратов выглядит сурово, никогда не улыбнется. В прошлой
жизни он был ментом - и это до сих пор его гнетет; он вымогал взятки,
гонял с базара бабок без лицензии, обшаривал пьяных и лупил дубиной
неформалов (станешь угрюмым от таких воспоминаний!), как вдруг, ни с
того ни с сего, на фоне полного благополучия Голос Свыше призвал его
служить Добру и ободрил:"Сашок, держи дубину крепче - сим победишь!".
Саня прозрел - и никакой нечисти нет теперь спасения от его
чудодейственной резиновой палки, а любимая поговорка Саратова:"Палка
от двух концах - либо ты меня, либо я тебя!" - а кто кого, Вы знаете!
Трудней всего был путь в Братву у Братана-Калуги - Серега был не
бомж и не карманник, а предприниматель. Вот кого жизнь ломала и
крутила на разрыв! Три инвестиционных фонда основал Серега, пять фирм
и семь компаний - и везде горел, как швед под Полтавой; сидел он, весь
в долгах, на счетчике, отписывал за так свою квартиру мафиозному
авторитету и подумывал - "А не хлебнуть ли дуплет из ружья, пока с
утюгом и паяльником не пришли?", и тут ему раздался Голос - "Нет,
Сережка, ты у меня в списке Братанов - становись-ка в их ряды!". Долго
упрямился Сергей, то водкой от Голоса лечился, то в крейзятник
...Поділитися у соцмережах
