Жанр: Энциклопедия
Энциклопедический биографический словарь
... 1930 Л. и Закит гастролировали в
Риге в Дайлес-театре, кинотеатре "Палладиум"
и в кафе "А.Т.", принадлежавшем отцу Закит.
Это была уже целая программа на 40 минут. В
"А.Т." собиралась художественная интеллигенция,
под руководством отличного скрипача
Г.Шмидта играл оркестр, выступали русские
артисты. Здесь состоялся первый сольный концерт
Л.-вокалиста. В течение предшествующих
недель он усиленно репетировал со Шмидтом.
С репертуаром помог композитор, сыгравший
большую роль в жизни Л., - О.Строк, Воспитанник
Петербургской консерватории, рижанин,
он тоже поневоле оказался "эмигрантом".
В тот первый вечер пение Л. вначале принимали
прохладно: но когда исполнялось "Мое последнее
танго" Строка, находившийся в зале
композитор сел за рояль, его аккомпанемент
вдохновил Л" и концерт закончился триумфом
певца.
Репертуар Л. значительно расширился. Кроме
Строка, для него стал писать бывший петербуржец
М.Марьяновский (автор песен "Татьяна,
помнишь дни золотые...", "Марфуша", "Блины"
и др.). Л. продолжал петь в небольших помещениях,
попытки выступить в филармонических
залах заканчивались неудачей, в них голос
певца "терялся". Л. выступал в бухарестских
барах "Волна", "Подкова", в Риге, в том
числе в летних ресторанах на взморье, где было
много русскоязычной публики. Здесь его услышали
два деловых англичанина, уговоривших
английскую фирму пригласить Л. в Лондон
(1933) для участия в великосветском рауте,
где среди гостей был русский князь Ф.Юсупов.
Пение Л. имело такой успех, что немедленно
последовали выступления на английском радио.
Через год он получил новое приглашение в
Лондон в престижные рестораны "Трокадеро",
"Савой", "Палладиум". Пришла европейская
известность, Л. разъезжал с концертами по
разным странам, записывался на пластинки
фирмами "Columbia", "Electrecord" и др. Несмотря
на "железный занавес", напетые Л. пластинки
получали распространение в России
(песни Строка "Скажите, почему...", "Синяя
рапсодия" и др., а также песни, написанные самим
артистом - "Вернулась снова ты", "Давай
простимся", "Не уходи" и др.). Л. все чаще выступал
автором своих песен, в иных случаях -
только текстов. Так, фокстрот "Андрюша" (слова
Л" муз. Белостоцкого) с едва переделанным
текстом вошел в репертуар К.Шульженко, стал
шлягером конца 30-х. Песня с ее удалью и оптимизмом
считалась характерной для "устремленной
в будущее" советской молодежи. В то
же время сам Л. с его популярнейшим танго
"Черные глаза" (муз. Строка) именовался не
иначе как "буржуазной отрыжкой". "Черные
глаза" дали название соответствующей рубрике
в журнале "Крокодил".
Л. умел оживить банальную мелодию, вдохнуть
в примитивный текст подлинную грусть,
нежность, веселость, лукавство. Его простые,
непритязательные песни, легко запоминающиеся,
не претендовали на изысканность. Так, одной
из популярных его песен был знаменитый
"Чубчик кучерявый" (автор неизвестен); исполнял
он и частушки собственного сочинения
"Праздник в деревне", "Тпру-ты, ну-ты",
"Трынцы-брынцы". Выходец из "низов", Л. песнями,
размноженными миллионными записями,
обращался к этим "низам".
В конце 30-х, когда новая мировая война
была уже неизбежной, в Румынии русский
язык был официально под запретом. Однако Л.
продолжал петь только по-русски. В Белграде
записал на пластинку "Широка страна моя родная"
И.Дунаевского, лишь заменив в тексте
"всенародный сталинский закон" на "всенародный,
строгий всем закон". Пел украинские народные
песни "Кари очи" и др., романсы
Б.Прозоровского - "Караван", "Стаканчики
граненые", Б.Фомина - "Эй, друг, гитара",
Дм.Покрасса. Открыл собственный, прекрасно
оформленный ресторан "Петр Лещенко" в центре
Бухареста. В программе - оркестр под руководством
композитора Жоржа Ипсиланти,
русские и др. танцы в исполнении "трио Лещенко"
(две его сестры и жена), небольшой
хор и три солистки, в их числе А.Баянова, жена
Ипсиланти, После полуночи Л. пел и играл на
гитаре, в это время посетителям есть и пить
строго запрещалось.
В период немецко-румынской оккупации
Украины Л. неожиданно приехал в Одессу.
Возможно, когда-нибудь станет известно, что
заставило его решиться на такой рискованный
поступок, в конечном счете, стоивший ему
жизни. Он приехал в мае, выступал (1942-43)
в помещении Драматического театра, клубах,
летом - в Зеленом театре, на эстраде пляжа
Ланжерон, Открыл свой ресторан-варьете
"Норд". В программе участвовали акробаты,
фокусники, небольшой хор с русскими и цыганскими
песнями, дважды в неделю 2-е отделение
занимал Л. На фортепиано и аккордеоне
ему аккомпанировали две юные выпускницы
музыкального училища. Аккордеонистка
В.Белоусова (ей посвящен вальс "Черные
косы" - "Это было в прекрасной Одессе...")
стала его второй женой. В начале концерта Л.
вынужден был петь несколько румынских песен,
затем переходил на свой репертуар,
Осенью 1943, когда советские войска приближались
к Одессе, Л. исчез из города. Через
3-4 месяца появился в форме румынского
офицера, покинув Одессу с отступающими
войсками.
Вернувшись из Одессы, Л. некоторое время
содержал загородный ресторан под Бухарестом.
С приходом советских войск ресторан
был закрыт. Тучи вокруг певца сгущались. По
свидетельству очевидцев, он сильно изменился.
В свои 50 лет выглядел старым, уставшим человеком,
перестал заботиться о своей внешности.
Изредка давал концерты для советских офицеров.
Белоусова аккомпанировала на аккордеоне.
Пронзительно звучала в их исполнении песня
Ипсиланти "Я тоскую по родине". Хлопотал
о советском паспорте и даже, как будто, получил
его. Но не мог покинуть Румынию без жены,
ей же, несмотря на все усилия, паспорт не
давали. В начале 1951 исчез прямо во время
концерта. Только через 9 месяцев жене разрешили
свидание. Румынские власти обвиняли Л.
в сотрудничестве с немцами, в создании ресторана
на оккупированной территории, где он
"веселил и веселился". Белоусову вернули под
конвоем в Россию и приговорили к расстрелу
"за измену Родине". Расстрел заменили 25 годами
Гулага. В 1954 она была освобождена, в
1958- реабилитирована. В год ее освобождения
Л. погиб в заключении в городе Брашов
(Сталин).
В 1990 фирма "Мелодия" выпустила 5 дисков
Л. Его голос нередко звучит по радио. Издана
книга "Танго и романсы Петра Лещенко"
с полной публикацией всего репертуара певца
и подробными комментариями. В Москве создан
"ретро-клуб им. Петра Лещенко", вечера,
ему посвященные, регулярно проходят в Одессе
и др. городах.
Лит.: Гридин В., Галяс А. Возвращение Лещенко //
Муз. жизнь, 1989, № 18; Савченко Б. Кумиры забытой
эстрады. М., 1992.
Е. Уварова
\ЛИПКОВСКАЯ Лидия Яковлевна (28.4.1884,
с. Бабино, Хотинского у. Бессарабской губ. -
22.3.1958, Бейрут) - артистка оперы, концертная
певица (сопрано), педагог. Л. родилась в
семье сельского учителя, обучалась в гимназии
в Каменец-Подольске. Здесь она пела в церковном
хоре, с 14 лет участвовала в любительских
концертах. Семнадцати лет, выйдя против
воли родителей замуж, уехала в Петербург. Через
год Л. (тогда под фамилией Маршнер) поступила
в Петербургскую консерваторию, в
класс профессора Н.Ирецкой (едва ли ни самый
крупный в России педагог, занимавшийся
с женскими голосами). Еще будучи студенткой,
Л. восхищала своим талантом А.Глазунова,
Э.Направника. Н.Римский-Корсаков угадал в
ней будущую идеальную исполнительницу персонажей
его опер - Снегурочки и Марфы. Дебютировала
на сцене Л., не проучившись и года,
несмотря на запрет педагога. Поддавшись
на уговоры антрепренера "русско-итальянской
оперы" А.Угетти, Л. без репетиций заменила
заболевшую певицу в "Риголетто" Дж.Верди с
участием Н.Фигнера, выдающегося тенора, любимца
петербургской публики (4.1.1904).
Ирецкая "отлучила" Л. от занятий, но вскоре
простила и вернула в класс. На экзамене Л.
предложил петь Снегурочку сам Римский-Корсаков,
но Ирецкая настояла на том, чтобы профессиональная
карьера ее ученицы не форсировалась.
Все же уже через два года, окончив
консерваторию, Л. заключила контракт на три
года с Мариинским театром.
На первой оперной сцене России она фактически
стала преемницей знаменитой лирикоколоратурной
певицы Е.Мравиной. Первой
ролью в Мариинском театре была Джильда в
"Риголетто", затем она исполнила заглавную
партию в "Лакме" Л.Делиба в спектакле с участием
Ф.Шаляпина (28.11.1906). По свидетельству
очевидцев, "закончила она арию
сверхвысоким "ми". Публика наградила ее бурей
аплодисментов, а Шаляпин, обняв ее, подвел
к рампе..,". В следующем спектакле "Лакме"
ее партнером был Л.Собинов. За короткое
время Л. сформировалась в певицу мирового
уровня. Она выдерживала сравнение с любой
русской и зарубежной певицей в "Риголетто",
"Травиате" Верди, "Сказках Гофмана" Ж.Оффенбаха,
"Ромео и Джульетте" Ш.Гуно. Но
особенно прославилась артистка в партиях
Снегурочки и Марфы ("Царская невеста") - в
них она поднималась до вершины подлинной
трагедии (по воспоминаниям ветеранов Мариинского
театра, все, кто только мог из его работников,
собирались за кулисами, чтобы услышать
и увидеть потрясавшее всех исполнение
сцены таяния Снегурочки). Другая грань таланта
Л. проявилась неожиданно в оперетте - она
пела Валентину в "Веселой вдове" Ф.Легара
(постановка Мариинского театра с участием
А.Вяльцевой и А.Давыдова).
В 1909 Л. впервые отправилась за рубеж.
После недолгих занятий в Милане у известного
педагога Витторио Вандзо она выступила в "La
Scala", затем в Париже на сцене театра Шатле
исполнила партию Ольги в "Псковитянке" Римского-Корсакова
(с участием Шаляпина, В.Дамаева,
Е.Петренко, В.Касторского), пела Людмилу
в "Руслане и Людмиле" М.Глинки; позднее
в лондонском "Covent Garden" участвовала
в премьере оперы Э.Вольф-Феррари "Секрет
Сюзанны". Осенью 1909 певица отбыла в Америку.
Вместе с Г.Баклановым и Е.Бронской она
пела на открытии и в первых спектаклях оперы
в Бостоне, в Чикагской опере. Ее репертуар -
"Лючия ди Ламмермур", "Дон Паскуале", "Любовный
напиток" Г.Доницетти, "Ромео и
Джульетта" и "фауст" Гуно, "Лакме" Делиба. В
"Metropolitan Opera" в Нью-Йорке дебютировала
в "Травиате", имея партнером Энрико Карузо,
затем пела с великим итальянцем в "Риголетто".
В числе знаменитостей, с которыми Л.
пела в Нью-Йорке, - тенор Алессандро Бончи,
баритон Паскуале Амато. Из отзыва "Daily
Telegraph"; "Г-жа Липковская - самая прелестная
Лючия, какую когда-либо видели в Чикаго...".
В мае 1910 в Париже, в "Opera Comique"
пела заглавную партию в "Таис" Ж.Массне
(специально для Л. композитор изменил эту
партию, исходя из специфики ее голоса). В августе
и сентябре 1910 Л. выступала в Риме, в
Милане, в "La Scala" для нее ставили оперу
В.Беллини "Сомнамбула". Затем снова Америка,
вторые гастроли в "Metropolitan Opera".
Вместе с Д.Смирновым Л. пела в "Травиате" и
"Риголетто", выступала с концертами в различных
городах США. Пресса свидетельствовала о
"полном покорении" Америки. Директор консерватории
в Чикаго Рабинов предлагал учредить
что-то вроде синдиката для пропаганды
русского исполнительского искусства, а для начала
провести концерты Л. и Смирнова во всех
городах США.
В апреле 1911 Л. триумфатором возвратилась
в Петербург. "Я так рада, что очутилась
снова в Петербурге и вижу серенькое, но милое
небо моей Родины", - говорила она. Но
уже в мае она в Париже. В Театре Сары Бернар
ставили 6 русских опер, из них две - для
Л. - "Царскую невесту" и "Майскую ночь". В
"Opera Comique" Л. пела в "Богеме" (партия
Мими), в "Фаусте", в "Таис" и "Манон" Массне.
По свидетельству журнала "Театр", Массне
заявил, что "это - лучшая Манон из до сих
пор им слышанных и виденных".
В сентябре 1911 певица возвратилась в Мариинский
театр, заключила с ним контракт на
два года. Кроме прежних партий, она пела в
"Искателях жемчуга" и в "Секрете Сюзанны",
в "Севильском цирюльнике". "Биржевые ведомости"
писали о ее партии Снегурочки: "Маленькая,
субтильная, воздушная, неземная Снегурочка-Липковская
кажется прелестной снежинкой,
которая вот-вот умчится вдаль... И это
таяние - целая драма: снежинка полюбила!.. в
минуту можно выразить всю глубину чувств, и
Липковская это сделала!" В том же году она
впервые выступила на сцене Большого театра в
Москве (Джильда в "Риголетто"). Не прекращались
и ее зарубежные гастроли: в октябре
1911 вместе с Баклановым она пела в Венской
придворной опере. В декабре 1911- "Орфей
и Эвридика" К.Глюка в Мариинском театре (постановка
В.Мейерхольда) с Собиновым, в январе
1912 - участие в прощальном спектакле
М.Фигнер в Мариинском театре - Микаэла в
"Кармен" Ж.Бизе. Наконец, гастроли по России
- концерты в Москве, Киеве, Одессе,
Екатеринославе, Кишиневе, Ростове, Варшаве,
Лодзи, Риге, Вильно. Апрель 1912- спектакли
в Будапештской опере.
Осенью 1912 Л. пела на сцене Мариинского
театра - в ансамбле со Смирновым, Собиновым.
Тогда же в концерте певицы принял
участие знаменитый скрипач Л.Ауэр. С февраля
1913- гастроли по городам России, затем выступления
а Париже, в "Grand-Opera". После
возвращения на родину Л. пела в Московской
опере С.Зимина на сцене Народного дома в Петербурге
(антреприза С.Аксарина). Декабрь
1913 - вместе с Баклановым в "Гамлете"
А,Тома на сцене Гамбургской оперы. Февральмарт
1914 -Л. покорила изысканную публику
театра "Casino" в Монте-Карло. Здесь она выступила
в опере-балете Ж.Ф.Рамо "Празднество
Гебы" (заглавная роль), в премьере оперы
А.Понкьелли "Валенсианские мавры" (партия
Элемы). В мае 1914 Л. заключила контракт с
Петербургским театром музыкальной драмы
(ТМД), известным интересными сценическими
решениями оперной классики, и уехала в Милан.
Там она готовила с В.Вандзо партии в "Золотом
петушке" Римского-Корсакова и опере
Сен-Санса "Предки" для следующего сезона в
Монте-Карло. С участием Л. и Карузо в МонтеКарло
планировали также "Лючию ди Ламмермур",
"Риголетто" и "Богему", но эти планы изза
начавшейся войны остались нереализованными,
также как не состоялись намеченные в
"La Scala" на декабрь 1914 года 9 спектаклей
"Риголетто" под управлением А.Тосканини.
В октябре-ноябре 1914 Л. пела в Петербурге:
в Мариинском театре участвовала в постановке
В.Мейерхольда "Секрет Сюзанны"
Э.Вольф-Феррари, в ТМД пела в "Паяцах"
Р.Леонкавалло и в опере Ц.Кюи "Мадемуазель
фифи"; в основном же выступала на сцене Народного
дома, называемого часто "театром гастролеров",
в своих знаменитых ролях - в "Манон",
"Травиате", "Лакме" (с Шаляпиным). Певица
продолжала гастроли в лучших частных
театрах России (Киев, Тифлис, Баку). Март
1916, Московская опера С.Зимина - "Риголетто"
в ансамбле с Собиновым; тогда же с
ним и в Большом театре в "Манон" и "Травиате".
Как писала "Рампа и жизнь", "Манон" с Л.
и Собиновым - "светлый праздник искусства".
В октябре 1916 "Биржевые ведомости" в Петербурге
рассказали читателям о намерении Л.
создать свой театр, где "она будет ставить оперы
на французском и русском языках". Как и
почти все проекты тех дней, этот остался неосуществленным.
Можно лишь сожалеть, что
выдающаяся актриса не смогла испытать свои
силы в качестве режиссера.
После выступлений в Мариинском театре в
декабре 1916 Л. вместе со Смирновым и басом
А.Мозжухиным пела в Киеве, и затем отправилась
за рубеж. Началась беспокойная
жизнь "вечного гастролера" - Париж и Монте-Карло,
Рим и Лондон, Прага и Вена, Берлин
и Стокгольм, Варшава. Русская певица исколесила
Северную и Южную Америку, посетила
Сингапур, Японию, Китай, Новую Зеландию. В
1925 поселилась в Кишиневе, начала сотрудничество
с оперой в Бухаресте. Бухарестская
"Рампа" писала о Л. в роли Виолетты: "Она законченная
трагедийная актриса. Патетическая
игра, сильная выразительность и скульптурная
жестикуляция делают Липковскую одной из
самых выдающихся артистических фигур эпохи".
В 1927, после блистательных концертов в
Париже и выступлений в Бухарестской опере с
выдающимся итальянским баритоном Умберто
Урбано, великая певица приехала на родину.
Первое выступление состоялось 13 ноября в
Большом зале Ленинградской филармонии,
"Жизнь искусства" дала такой отзыв: "Большая,
подлинная артистка, с голосом, по-прежнему
свежим и певучим, с неисчерпаемыми ресурсами
вокальной виртуозности и с властвующим
над всем этим вокальным богатством огромным
и глубоко индивидуальным артистическим
темпераментом - такова Липковская,
вновь представшая после десятилетнего отсутствия
перед аудиторией филармонии". После
трех концертов певица выступила в бывшем
Мариинском театре в "Травиате" и в "Севильском
цирюльнике". Затем она отправилась в путешествие
по стране (Москва, Киев, Ростов-наДону,
Одесса, Баку, Тбилиси, Днепропетровск).
Из откликов "Известий" на выступление Л.:
"Ее колоратура - не виртуозное украшение, а
музыкально-оформленные интонации взволнованной
речи, легко переходящие в живую разговорную
речь, в смех, в слезы, ее декламация
- средство создания художественного образа
и даже маленькой драмы, звук выразителен,
красочен и в то же время не отрывается от музыкально-драматического
целого". Свое турне
Л. закончила в Ленинграде в апреле-мае 1928,
исполнив главные партии в "Мадам Баттерфлай",
"Лакме", "Манон", "Севильском цирюльнике",
"Риголетто", "Травиате". В это время в
Ленинграде гастролировала студия К.Станиславского,
и Л. выступила в ее спектаклях -
"Царской невесте" и "Богеме". Зимой 1928-29
она совершила еще одно длительное турне -
Ленинград, Москва, Харьков, Киев, Ростов-наДону,
Тбилиси, Баку, выступила в бывшей Мариинке
в пяти операх. В Ленинграде Л. дала 22
концерта, в Москве - 18, в них принимали
участие такие прославленные артисты как В.Качалов,
Ю.Юрьев, пианист из Франции Ив Нат,
молодой Д.Шостакович. Деятели искусства оценивали
ее последние выступления на родине
как нечто исключительное: "Липковская была
очаровательной женщиной и превосходной артисткой
...ее мимика, жесты поражали чарующей
свободой. Все обнаруживало истинный талант
- не только певицы, но и драматической
и комедийной актрисы".
В Париже, куда Л. прибыла из СССР, она
попала в автокатастрофу. Это заставило ее нарушить
обязательства перед концертными организациями
и театрами. Артистическая репутация
ее в это время была необычайно высока: в
США пресса считала, что лишь одна певица -
легендарная ныне Амелита Галли-Курчи - может
состязаться с Л. в совершенстве вокальной
техники; в Париже был выпущен альбом "Липковская
на сцене и в жизни", чего не удостоились
даже ее великие предшественницы. Находясь
на вершине славы, певица сократила (очевидно
вынужденно) свои выступления. Последний
раз она дала концерты в Кишиневе в 1936.
В 1937 возглавила кафедру сольного пения
Кишиневской консерватории. В 1941, в начале
войны, Л. пыталась эвакуироваться с консерваторией.
Ее ученица, известная молдавская певица
Т.Чебан, вспоминала: "На вокзале я увидела
Липковскую. Как и все мы, она хотела попасть
на поезд. Неожиданно на вокзал налетели
самолеты и начала его бомбить. Все мы разбежались,
и я больше не видела Липковскую".
Ей все же удалось добраться до Одессы, но оттуда
пришлось перебираться в Бухарест. Там
она сначала довольствовалась частными уроками,
затем начала преподавать в консерватории.
Как педагог Л. проявила себя в высшей степени
незаурядно: среди ее учеников ряд видных певцов
Молдавии и Румынии - Т.Чебан, Л.Боксан,
Л.БабичХанку, А.Стырча, известный солист
оперы в Бухаресте тенор Г.Зобиан, сопрано
ВирджиниЯ Зани (Дзани), выступавшая на лучших
сценах Италии и др. В 1952 Л. уехала в
Париж, где рассчитывала преподавать в Русской
консерватории. Когда и при каких обстоятельствах
она оказалась в Бейруте (где скончалась
в крайней бедности), неизвестно.
Л. обладала уникальной суммой дарований:
в удивительной гармонии сочетались легкий голос
прозрачного, серебристого тембра, феноменальная
вокальная техника, высочайшая музыкальная
и артистическая культура, огромное
сценическое дарование и обаятельная внешность.
Во времена Л. в России, в Европе и Америке
было несколько певиц-сопрано, обладавших
исключительной техникой колоратуры:
Альма Фострем, А.Нежданова, Луиза Тетраццини,
АТалли-Курчи, Зельма Курц и некоторые
др. Все они, однако, не могут сравниться с Л.
как трагедийной, лирической и комедийной актрисой,
а чисто технический шедевр Л. в записи
- ария из "Семирамиды" Дж.Россини - позволяет
считать и ее вокальную технику выше,
чем у любой из современниц,
Звуковое наследие певицы сравнительно невелико.
Все записи сделаны еще до 1 -и мировой
войны, и все же они дают достаточное представление
об искусстве певицы. В сезоне 1909/10
в Петербурге были записаны 3 двусторонние
пластинки под маркой "Odeon" - на них 4 арии:
Виолетты, Снегурочки, две - Марфы из "Царской
невесты". Это самые редкие записи Л. В
19 II в США голос великой певицы записывала
компания "Columbia". На этих пластинках арии
из "Риголетто", "Ромео и Джульетты", "Лючии
ди Ламмермур", две арии из "Манон", три дуэта
(из моцартовского "Дон Жуана", "Травиаты",
"Севильского цирюльника") с испанским баритоном
Рамоном Бланшаром, дуэт из "Риголетто"
с Баклановым и посвященный певице "Липковская
вальс". Все произведения исполнены на
языке оригинала. Крупнейшая европейская компания
"Gramophone" записывала Л. в 1912-14в
Петербурге - всего 1 7 произведений. Пластинки
этой компании имели распространение не
только в России, но и в Европе, где они включались
в категорию "экстра". Среди этих записей
выделяются два изумительных фрагмента из
"Снегурочки", в том числе знаменитая сцена таяния,
две арии из "Царской невесты", ария из
"Иоланты" П.Чайковского. Шедевры искусства
bel canto - арии из "Риголетто", "Ромео и
Джульетты", "Богемы", транскрипции (специально
для Л.?) фрагментов из балетов Л.Делиба
дают представление о певице в "международном"
репертуаре. Совсем незначительно в грамзаписи
представлено искусство Л.-камерной певицы:
"Шестнадцать лет" А.Даргомыжского, две
песни Р.Шумана, в исполнении которых артистка
проявила себя редкостным мастером психологически
достоверной интерпретации. Все записи
"Gramophone" реконструированы и изданы
в середине 1980-х фирмой "Мелодия" - одна
монографическая пластинка и диск совместно с
записями Бакланова.
Лит.: Kutsch J., Riemens L. Unvergangliche
Stimmen. Sangerlexicon. Bern, Munchen, 1975; Арабаджиу
P. "Очарованная песней" (Страницы жизни и
творчества Л.Я.Липковской). Кишинев. 1977; Его же.
"Судьба примадонны" (Воспоминания и документы о
жизни и творчестве Л.Я.Липковской). Кишинев, 1989;
Перепелкин Ю.Б. Аннотация к пластинке фирмы "Мелодия"
М10 46831004 "Лидия Липковская, сопрано" в
серии "Музыкальное наследие. Исполнительское искусство".
1986; Пружанский А.М. Отечественные певцы
1750-1917. М.. 1991,
П.Н.
\ЛИПШИЦ Жак (30.8.1891, г. Друскеники,
Гродненской губ. - 27.5.1973, о. Капри, Италия)
- скульптор. Сын подрядчика. Учился в
хедере, с 1899 в коммерческом училище в Белостоке
и в Вильно, затем в Виленской рисовальной
школе, готовясь стать архитектором. В
1909 отправился в Париж. Увлекшись скульптурой,
поступил в Академию изящных искусств,
где его мэтром стал Ж.А.Инжальбер;
посещал также сеансы рисунка и лепки в академии
Жюльена, академии Коларосси, муниципальном
колледже на бульваре Монпарнас.
В 1912 уехал в Россию для прохождения военной
службы. Вернувшись во Францию в
1913, снял мастерскую в "La ruche" ("Улей"),
охотно общался с земляками {М.Шагалом, О.Штеренбергом,
О.Цадкиным, Х.Сутшшм и др.), но наиболее
близок ему оказался А.Модильяни, написавший
двойной портрет "Жак Липшиц с женой"
(1916-17). Решающее влияние на художественное
мировоззрение Л. оказал кубизм Пикассо и
Брака; ранние произведения Л. (из камня) - своеобразные
кубистические полотна, вышедшие в
третье измерение, обладающие устойчивостью,
монолитностью, утяжеленной компактностью
("Голова", 1915-16; "Гитарист", 1915: "Арлекин
с аккордеоном", 1918 и др.). В рельефы и барельефы
Л. вводил полихромную раскраску ("Натюрморт
с гитарой", 1919; "Музыкальные инструменты",
1924). В 1920 состоялась первая персональная
выставка Л. в галерее Эффор Модерн. В
1924 принял французское гражданство. Международное
признание принесла ему выставка в галерее
Бюше (1930).
В середине 1920-х пластический язык Л. решительно
изменился - сильное лирическое начало
смягчило строгость и четкость линий, жесткую
огранку условных обобщенных изображений.
На смену стереометрическим объемам,
группировавшимся в монолитную центрическую
композицию, пришли динамика, пространственная
свобода, прихотливость линий и силуэтов.
Камень уступил место бронзе, лепка вытеснила
ваяние. Проемы и "дыры" в плотной вещественности
были самой заметной, бросавшейся в глаза
пластической особенностью бронзовых вещей
Л.: они породили общее определение новых
работ - "транспарантная" ("ажурная") скульптура.
Излюбленными ее темами стали сюжеты,
связанные с Арлекином ("Арлекин с мандолиной",
1925: "Арлекин с банджо", 1926: "Арлекин
с гитарой", 1926 и др.)
В 1928 участвовал в русском разделе выставки
"Современное французское искусство"
в залах Музея нового западного искусства. В
1935 приехал в СССР, впервые побывал в Ленинграде,
в Эрмитаже. В Москве получил заказ
на портрет Ф.Дзержинского (1935, бронза):
подарил Музею изобразительных искусств им.
А.Пушкина один из вариантов бронзовой
скульптуры "Радость жизни". Почувствовав
враждебную настороженность, отказался от
мысли вернуться в СССР, но вынес из поездки
сильные впечатления, особенно от размаха
строительства, значимости пластики в архитектуре,
т.к. считал чрезвычайно важным одухотворение
архитектурных сооружений. Л. был
близок со многими архитекторами группы
"Esprit Nouveau", с ее организатором Ле Корбюзье,
который спроектировал виллу Л. - одно
из выдающихся сооружений XX в,
Свои представления о роли скульптуры в
создании современного пластического синтеза
Л. воплотил в монументально-декоративной
композиции "Прометей", украсившей "Дворец
открытий и изобретений" на международной
выставке в Париже в 1937. Тема трагической
битвы титана с хищным орлом стала сквозной в
его творчестве: одну из лучших композиций создал
в 1942-44 для здания бразильского министерства
национального образования и здравоохранения
в Рио-де-Жанейро.
После ок
...Поділитися у соцмережах