Жанр: Драма
Моя вторая мама
...звестно, когда вернется. Теперь вечерами он частенько
оставался с детьми один. Джина вечно занята в своем Доме моделей. Клиенты,
сделки, деловые встречи, просто голова кругом идет. Филипе предпочел бы,
чтобы Джина ушла оттуда. Зачем ей работать, он вполне обеспечит семью один.
Хотя, с другой стороны, трудно представить, что стало бы с ними, окажись
Джина запертой в четырех стенах! Скорее всего, через несколько дней он уже
молил бы ее вернуться в Дом моделей. Но это были только фантазии. Джина
никогда не согласилась бы бросить работу. Они с Даниэлой принадлежали к той
разновидности женщин, которые добиваются всего в жизни сами, а не через
замужество.
А Джина тем временем сидела у Даниэлы вместе со своим ненаглядным,
вновь обретенным "Хансиком", как она ласково его называла. Нет, теперь она
его так просто не упустит. И ей было глубоко наплевать на то, что скажет или
подумает муж. Обсуждался вопрос о том, что Ханс переберется из гостиницы,
где он остановился, в дом Даниэлы и Хуана Антонио.
Даниэла чувствовала решительное настроение подруги, и оно пугало ее.
Ведь Джина, вдосталь наскучавшаяся, готова идти напролом, забыв обо всем и
всех на свете. Даниэла старалась остановить подругу от ложного шага.
Напрасно.
- Даниэла стала моей второй совестью, - игриво заметила Джина, после
того, как Даниэла напомнила ей про семью, о которой надо заботиться. - Шофер
тебе не нужен, дорогой. Ты поедешь в гостиницу за вещами на моей машине. Я
буду твоей шофершей, - и она, положив свою руку на руку Ханса, кокетливо
посмотрела на него.
Джина везла Ханса с его чемоданами к Даниэле, и ее сердце замирало от
счастья. Прочь, прочь унылое бессмысленное существование с давно надоевшим
Филипе. Началась новая жизнь, счастливая, искрящаяся яркими красками. И это
счастье было так осязаемо - вот оно сидит рядом с ней - красавец Ханс,
который смотрит на нее все теми же влюбленными глазами, что и восемь лет
назад.
...Даниэла, видя, как Джина на крыльях летает по Дому моделей,
встревожилась не на шутку. Этот безумный блеск в ее глазах... Джина способна
на все. Но ведь она замужняя женщина, мать двоих детей. Она должна помнить
об этом, а не вести себя так, как будто она совершенно свободна.
- Что такого, если я немного полюбезничаю с Хансом? - обиженно
затараторила Джина. - И что ты мне все время читаешь морали? Ты только
напоминаешь мне, что у меня на шее хомут. Лучше мне было вообще не выходить
замуж, тем более за такого человека, как Филипе. Я свободная женщина,
Даниэла!
В ответ Даниэла глубоко вздохнула. Она была совсем не уверена, что
Джина понимает разницу между свободой и распутством.
В большом доме Хуана Антонио и Даниэлы Хансу отвели комнату на втором
этаже. Конечно, в доме друзей ему будет гораздо уютнее, чем в гостинице.
Устроившись, он направился в Дом моделей - об этом просила Джина. Ханс был
бесконечно рад, что Джина не забыла его, он и не рассчитывал на это, когда
ехал в Мехико. Все эти годы он помнил о ней, и она привлекала его
по-прежнему. Но мысль о том, что она замужем, что у нее двое детей,
беспокоила Ханса. Он и сам мечтал о крепкой семье, о детях. У Джины было все
это, и тут он... И все же он не мог противиться собственным чувствам.
Ханс поднялся по широкой лестнице и сразу же увидел ее. Богиня ждала
его. Они сели. Джина коротко рассказала Хансу о своей жизни. О том, что
Филипе стал к ней равнодушен, что ему безразлично дома она или нет. А разве
такая женщина, как Джина, может смириться с тем, что к ней относятся, как к
мебели? На глаза Джины навернулись слезы.
- Всякий раз, когда я смотрюсь в зеркало, мне хочется плакать. Я
превратилась в ведьму, в уродку.
- Что вы, Джина! - воскликнул Ханс, который не понимал, как такая
привлекательная интересная женщина может говорить подобное. - Вы как всегда
прекрасны!
- Правда? - Джина улыбнулась сквозь слезы.
Какое счастье! Какое счастье, что есть на свете мужчина, который
восхищается тобой, для которого ты не привычная мебель и не дополнение к
кухонному столу! Тем более, если он такой красивый мужчина, как Ханс. Она
приблизилась к нему, сердце бешено стучало, как будто вот-вот выпрыгнет из
груди. Их губы встретились. Сладкое, уже полузабытое чувство поцелуя,
настоящего поцелуя страсти, а не мужниного чмоканья в щечку. Она не могла
оторваться от него, и ей было уже безразлично все на свете - посетители Дома
моделей, которые входили в холл и в смущении выходили; Роса, Даниэла...
Альберто медленно ехал по улице. Разговор с Моникой его разозлил, но не
обескуражил. Эта девчонка корчит из себя неизвестно что. Пусть. Никуда она
от него не денется - в этом Альберто был совершенно уверен. Но у него на
примете был еще один человек, который, кажется, сможет сыграть роль
очередного орудия мести. Это был Рубен, младший сын его и Каролины.
Альберто уже успел навести справки и узнал, в какой школе учится Рубен.
Мальчишке сейчас должно быть четырнадцать лет - его нетрудно будет окрутить
вокруг пальца.
Альберто подъехал к школе и попросил позвать Рубена Сауседо. Через
минуту к нему подошел симпатичный светловолосый мальчик.
- Как дела, Рубен? - спросил мужчина так, будто они расстались сегодня
утром. - Ты ничего не хочешь мне сказать? Я твой отец.
В первый момент Рубен отшатнулся. Отец? Тот самый отец, который бросил
их, который сидел в тюрьме, о котором мама и бабушка говорят всегда только с
ненавистью!
- Садись в машину, поговорим, - сказал Альберто и улыбнулся одной из
своих отрепетированных улыбок - это была улыбка дружеского расположения. -
По-моему, ты малыш с головой. Ты должен иметь свое мнение, а не слушать, что
говорят другие. Садись.
Рубен колебался. Он знал, что родителям не понравится эта встреча. Он
не должен с ним разговаривать. И в то же время... Он с интересом
рассматривал этого незнакомого мужчину, который был его отцом. Каждому
человеку любопытно увидеть того, кому он обязан жизнью, чьей частицей он
является. И этот человек не показался Рубену ни страшным, ни противным. Он
дружески смотрел на мальчика. Почему бы, действительно, не выслушать отца.
Он ведь все равно не сможет сделать ему ничего плохого. И Рубен открыл
дверцу машины.
Альберто завел мотор и они поехали. По дороге Альберто рассказывал
Рубену о своей тяжелой жизни, о том, как его изводила Аманда, эта старая
ведьма, о том, как Каролина и Даниэла, сговорившись, упекли его ни за что в
тюрьму. Восемь лет он провел в нечеловеческих условиях. А теперь Каролина
лишает его последнего - возможности видеться с детьми, с любимым сыном, о
котором Альберто не забывал ни на минуту.
Альберто прекрасно понимал, что нужно притвориться всепонимающим,
любящим, но глубоко несчастным.
- Ты правильно делаешь, что любишь его, Рубен, - нежно глядя на сына,
говорил Альберто. - Новый муж твоей мамы, видимо, порядочный человек и
относится к тебе, как к сыну. Но не забывай, что твой настоящий отец - это
я. Ты можешь любить его, я не возражаю. Но мне хочется, чтобы ты любил также
и меня. Я хочу, чтобы мы были друзьями.
Альберто внимательно следил за лицом Рубена. У него не было ни
малейшего сомнения, что мальчишка клюнул. Еще немного, еще чуть-чуть, и он
будет его! Хорошо бы он взял деньги, которые Альберто собирался ему
предложить. Это будет преступление перед матерью, ему придется это скрывать,
и они будут повязаны одной веревкой. "Сейчас проверим, чего ты стоишь", -
злорадно подумал Альберто, когда остановив машину у дома, где жил Рубен, он
сунул руку в карман и вынул оттуда несколько бумажек.
Рубен только вздохнул от изумления. У него еще никогда в жизни не было
такой суммы! Это же хватит на все - кино, мороженое, кока-колу, да что там -
новый футбольный мяч! Но тут же ему стало страшно - разве он может взять у
этого человека деньги. Если об этом узнают мама и бабушка, разразится
чудовищный скандал. Однако искушение было слишком сильным. И пряча глаза,
Рубен взял смятые бумажки и сунул их в карман.
Это произошло очень вовремя, потому что из-за угла вдруг появилась
Каролина. Она еще издали заметила у подъезда машину. Каков же был ее ужас,
когда она узнала тех, кто сидел в машине - Рубен с подлецом Альберто!
Значит, он все-таки не хочет оставить их в покое и теперь принялся за
младшего!
Каролина подбежала к машине и с силой потянула сына за руку. Рубен
оправдывался:
- Не волнуйся, мама, ничего не случилось. Я просто сказал ему, что не
хочу с ним знаться, вот и все.
Он говорил вполне искренне, но Альберто знал, что Рубену теперь от него
никуда не деться деньги сделают свое дело.
Известие о том, что Альберто нашел Рубена и пытался говорить с ним,
всколыхнуло все семейство. Аманда в озлоблении стучала в пол своей палкой,
как будто хотела тем самым раздавить своего ненавистного бывшего зятя.
Каролина в ужасе металась по комнате, не зная, что предпринять, Херардо
решил немедленно отправиться к мерзавцу и разобраться с ним по-мужски.
Он не собирался откладывать этот разговор надолго. Пора разобраться с
этим негодяем, который терроризирует его жену, а теперь собирается впутать в
свои темные дела и сына. Херардо искренне считал Лало и Рубена своими
сыновьями и готов был защищать их во что бы то ни стало. И вот, несмотря на
отчаянные протесты Каролины, которая боялась Альберто так, будто это был сам
дьявол, он решительно вышел из дома и, сев в машину, поехал к дому Альберто.
Альберто открыл дверь и, увидев Херардо, расхохотался ему в лицо своим
издевательским смехом. Вот, значит, кто к нему пожаловал! Может быть,
Херардо не откажется стать его приятелем или познакомиться еще поближе? А на
вид такой приличный господин, ха-ха-ха!
- Я хочу выпить, - томно сказал Альберто. - Ты, надеюсь, составишь мне
компанию?
Этот человек вызывал в Херардо не просто ненависть и отвращение, а
какую-то почти физическую гадливость. Ему было неприятно даже прикасаться к
вещам в этом доме, как будто они были такими же грязными, как и их хозяин.
Альберто, казалось, не замечал этого, хотя чувства явственно отражались на
лице Херардо. Он кокетливо заломил руки и жестом пригласил адвоката в
комнату.
- Я пришел не в гости! - отрезал Херардо. - Я хочу поговорить с тобой
о своей жене и детях. Я не желаю, чтобы ты им досаждал, Альберто. Я никогда
не любил скандалов, но уверяю тебя, я сумею защитить своих близких.
В ответ на это Альберто, оскалившись, захохотал. Он повернулся к
Херардо спиной и стал демонстративно резать большую дыню, лежащую на
журнальном столике. Он обожал такие эффекты. Пусть этот чистоплюй смотрит на
него, пусть исходит злобой. Альберто развалился в кресле, держа кусок дыни в
руке.
- Я благодарен тебе за заботу о моих детях, - с ухмылкой сказал
Альберто, делая ударение на слове "мои". - Но не забывай, они все-таки не
твои. А что касается Лало, то я и понятия не имел, что он жених Моники, -
Альберто картинно пожал плечами и откусил от дыни. - Видно, не такая уж
крепкая была у них любовь, раз она убежала ко мне.
Херардо уже едва сдерживался, чтобы не надавать как следует по этой
самодовольной мерзкой роже. Все в Альберто раздражало его, вызывало
омерзение - и эта небрежная поза, и кожаные черные брюки и дурацкая серьга в
ухе.
- Я тебя предупреждаю, - из последних сил сохраняя спокойствие, гневно
сказал Херардо. - Не смей больше приближаться к Рубену!
Альберто расплылся в улыбке. Сработало! Он совершенно правильно сделал
ставку на Рубена. То ли еще будет! Но видя, что Херардо взвинчен до предела,
Альберто решил закончить беседу. Драться ему вовсе не хотелось. Альберто
предпочитал действовать при помощи интриг и злого языка, но не пускать в ход
кулаки - это не была его сильная сторона.
- Ладно, - сказал он, вскакивая с кресла и подходя к Херардо. - Мне
надоело с тобой разговаривать. Поэтому сделай одолжение, убирайся вон. Мне
слишком дорого время, чтобы тратить его на тебя! - последние слова он уже не
произнес, а прокричал, и на его лице отразилась звериная ярость. - Убирайся!
Иди к дьяволу!
Терпение Херардо лопнуло. Он пришел сюда не с целью устраивать драку,
он хотел только поговорить, как мужчина с мужчиной. Но это кривляющееся
существо перед ним, изрыгающее злобу, угрожающее ему, нельзя было назвать
мужчиной. Им было не о чем говорить. Альберто вызывал в Херардо чувство
крайнего отвращения. И эта мразь еще смеет посылать его к дьяволу! Херардо
размахнулся и ударил Альберто по лицу. За первым ударом последовал второй.
Альберто, как мешок, повалился на пол и остался лежать там, извиваясь всем
телом. Херардо хотел уйти, но Альберто, поднявшись на ноги, набросился на
него сзади. Теперь они, сцепившись, катались по полу.
К счастью, в этот момент в дверях появился Лало. Узнав от мамы и
бабушки, что Херардо отправился говорить с Альберто, он поспешил туда, зная
коварный характер человека, который по иронии судьбы был его физическим
отцом. Их встреча убедила его в том, что говорить с этим человеком
бессмысленно! Его надо игнорировать, избегать, ак некую заразу!
К концу дня, видя, что Джина занята с Хансом, Даниэла решила съездить в
магазин. Она отправилась в большой супермаркет, и взяв тележку, стала
медленно двигаться между рядами, выбирая покупки. Повернув за витрину, она
на секунду замешкалась и столкнулась с тележкой, едущей навстречу. Даниэла
подняла глаза: перед ней стояла Ирене. Еще полгода назад она бы гордо прошла
мимо, сделав вид, что даже не заметила эту женщину, но теперь все
изменилось. Наблюдатель, которого нанял Хуан Антонио, сообщил им, что она
ходит к Альберто, возможно, он и живет за ее счет. Не нужно было долго
думать, чтобы понять: этих людей свела вместе ненависть к ней, Даниэле,
желание сломать ей жизнь.
- Послушай! Я хочу спросить, зачем тебе понадобился Альберто Сауседо?
Ты до сих пор ищешь способ отравить мне жизнь?
Ирене тоже сразу же узнала женщину, которая перебежала ей дорогу,
женщину, которую она поклялась ненавидеть всю жизнь. Она оглядела Даниэлу с
ног до головы - не стареет мерзавка, выглядит не хуже, чем в том злополучном
круизе.
- Ты просто рехнулась, - злобно ответила Ирене. - Я встречаюсь с кем
хочу, и не обязана давать тебе отчет в своих действиях. - Хотя, - она не
могла удержаться и не сказать гадости, - мне очень понравилось, как он
обошелся с этой дурочкой Моникой, - Ирене рассмеялась.
Этого Даниэла не могла стерпеть. Значит, все, что она подозревала -
правда. Он живет на деньги Ирене, они сговорились, чтобы растоптать ее,
Даниэлу, и всех дорогих и близких ей людей. Встреча Альберто с Моникой,
разумеется, не была случайной - это была часть хитро задуманного плана. И
что же теперь, Ирене снова хочет выйти из игры безнаказанной. Она привыкла к
тому, что Даниэла терпеливо сносит все удары судьбы.
- За эти годы я стала другой, Ирене. И за свою семью я готова драться,
как зверь.
- Не забывай, что Альберто теперь тоже стал частью твоей семьи, -
цинично улыбаясь, заметила Ирене.
Даниэла поняла, что Ирене в курсе всего, что происходит, что она
злорадствует, смотря на их несчастья. И сейчас, глядя на холеное и бездушное
лицо, Даниэла не смогла сдержаться и влепила Ирене пощечину. Ирене, едва не
свалившись на контейнер с фруктами, набросилась на Даниэлу. Даниэла с силой
оттолкнула соперницу, и Ирене, одетая в нарядный светлый костюм - угодила
прямо на кучу кресс-салата и томатов.
Вокруг начала собираться толпа. Любопытные покупатели с удивлением
смотрели на разыгрывающийся необычный спектакль - две явно богатые, очень
хорошо одетые женщины в прямом смысле слова дрались посреди зала, бросив
свои тележки с продуктами.
Чтобы прекратить безобразие, к ним через весь зал спешил разъяренный
управляющий, но не доходя до них, подскользнулся на банановой кожуре, и
растянулся на полу к еще большему удовольствию зевак.
- Слышали? - кричала собравшимся Ирене. - Все смогут подтвердить, я к
ней не цеплялась, она сама полезла в драку!
- Смотри, если ты еще хоть что-нибудь сделаешь Монике... держись, -
бросила Даниэла и направилась к выходу.
Стыд и унижение душили ее. До чего же она дошла! Чего она добилась? Что
Ирене будет ее бояться? Увы, Даниэла прекрасно понимала, что собственную
смелость и чужой страх не проверяют с помощью кулаков. И еще она знала, что
теперь всю жизнь будет обходить этот супермаркет стороной.
Глава 37
С некоторых пор Хуан Антонио не находил себе места в офисе. Когда он
возвращался домой и видел Даниэлу, он успокаивался, но стоило ему вновь
появиться на работе и увидеть за столом Летисию, - будто горячая волна
окатывала его. В этой девчонке было нечто такое, что невероятным образом
притягивало его. Он прекрасно видел, что и она неравнодушна к нему, Летисия
то и дело бросала на него такие взгляды, которые говорили красноречивее
всяких слов.
Нет, она не кокетничала с ним открыто, она действовала умело, очень
умело, ежедневно делая еще один небольшой шаг к сближению. То похвалит
приятный запах его лосьона, то заявит, что гнев ему очень даже к лицу, то
признается, что с ним ей очень интересно разговаривать, и его общество она
предпочитает компании таких мальчишек, как Федерико и Л ало. А взгляды, а
случайные прикосновения! Все это невероятно волновало Хуана Антонио.
Конечно, он любил Даниэлу и ни за что на свете не хотел бы ее потерять, но
его мучила мысль о старости. Неужели нельзя напоследок пожить немного в свое
удовольствие... Наверное, многие, чувствуя надвигающуюся старость, начинают
вести себя, как дети. Недаром говорится: "Седина в бороду, бес в ребро".
Хуан Антонио поделился своими чувствами с Мануэлем. Его старый друг и
компаньон пришел в изумление и ужас, узнав, что Хуан Антонио готов завести
интрижку и с кем? С подругой Моники, с Летисией, с этой капризной девчонкой,
которая отличалась отвратительным характером с самого детства. Кроме того,
он слишком хорошо знал, что значит терять родного человека, ведь на его
глазах угасала любимая Ракель. Как никогда Мануэль понимал, что счастье -
это мгновение, которое надо ценить. А Хуан Антонио, которого миновала такая
беда, своими руками хочет сделать больно Даниэле, хотя и говорит, что она
самая большая любовь в его жизни.
Хуан Антонио все понимал, но ничего не мог с собой поделать. Ему
казалось, что какая-то волна безумия накатывает на него и вот-вот захлестнет
его с головой. "Это рано или поздно случается со многими", - размышлял Хуан
Антонио. Он с сочувствием смотрел на Ханса, который, как ему казалось, был
во власти таких же чувств. Надо же, влюбился в Джину! Да с таким же успехом
тот мог бы влюбиться в дурочку из сумасшедшего дома!
Вечером Ханса опять не было до поздней ночи. Ничего удивительного. Весь
вечер они с Джиной просидели в кафе, воркуя, как голубки. После этого Ханс
хотел проводить Джину домой, понимая, что ее ждут муж и дети, но та не
хотела и слушать об этом. Ей было безразлично все - что подумают об ее
поведении Даниэла, Филипе, Хуан Антонио. Она, впрочем, надеялась, что Хуан
Антонио сможет ее понять, а Филипе скорее всего ничего не узнает. Он так
занят своей газетой, что вряд ли заметит ее отсутствие. Джина совершенно
потеряла голову и была готова абсолютно на все. Кстати, Ханс продолжал
держать за собой номер в гостинице... Так что им было, где устроить интимное
свидание. Когда они вышли из гостиницы, стояла уже глубокая ночь. Ханс
настаивал на том, чтобы Джина немедленно ехала домой, но ей не хотелось с
ним расставаться. Хотелось побыть вместе еще минуту, минуточку. И она снова
отвезла Ханса в дом Хуана Антонио и Даниэлы, и только потом поехала домой к
опостылевшему мужу.
Филипе же, вопреки мнению Джины, вовсе не был занят газетой. Напротив,
он как зверь в клетке, метался по квартире, ожидая возвращения жены. Дети
весь вечер плакали, дожидаясь, когда придет мама. Потом Густавито все-таки
уснул, но Бебес никак не хотела засыпать, хотя Филипе целый час просидел у
кроватки, успокаивая дочь сказками.
А Джина тем временем целовалась с ненаглядным Хансом.
Наконец, Бебес заснула. Второй час ночи! Он уже не знал, что думать.
Наконец, хлопнула входная дверь. Явилась.
- Ты хоть знаешь, сколько сейчас времени! - Филипе не закричал только
потому, что боялся разбудить детей.
- Мне было некогда смотреть на часы, - спокойно заявила Джина.
- Два часа ночи. Почему ты пришла так поздно?
- У меня были дела, - холодно ответила Джина, а затем, усмехнувшись,
спросила: - Может быть, тебе взбрело в голову, что я проводила время с
мужчиной?
- Конечно, нет, - покорно ответил Филипе.
А на следующий день все пошло как всегда. Даже лучше, потому что Джина
больше не ругалась и не дулась. Наоборот, она была очень ласкова с детьми,
улыбалась и сама отвезла их в школу.
Ирене, разумеется, немедленно рассказала Альберто обо всем, что
произошло в супермаркете. Она постаралась приукрасить свой рассказ так, что
получилось, будто Даниэла внезапно, ни с того, ни с сего набросилась на нее
с кулаками на глазах у покупателей. Это очень разозлило Альберто. Он хотел,
чтобы Даниэла боялась его и Ирене, но внушить ей страх никак не удавалось. С
Каролиной все оказалось куда проще. Он видел в ее глазах панический ужас
всякий раз, когда она встречала его. С этой стороны вообще все шло хорошо он
не поддался этому идиоту, ее новому муженьку, и, главное, никто из ее семьи
еще не догадывался о том, что он приготовил им хорошую бомбу замедленного
действия в лице Рубена. Мальчишка оказался, что надо - получив первую порцию
денег, он скоро почувствовал смак и стал регулярно являться к нему за новыми
подачками. Что ж, с Рубеном им придется пролить немало слез, - парень явно
катился по наклонной плоскости.
Теперь была очередь Даниэлы. Нужно, чтобы она не забывала о своем
бывшем муже, горячо любимым ею когда-то. Альберто дико захохотал и, прыгнув
в машину, помчался к Дому моделей.
За столом сидела все та же секретарша Роса.
- Привет! - радостно закричал ей Альберто. - Я вижу, ты постарела.
Годы не прошли для тебя даром!
Роса поджала губы. Она и сама прекрасно знала, что с каждым годом
выглядит все хуже, и у нее практически не осталось шансов создать семью. Но
как жестоко бросать ей это в лицо!
Не обращая больше на нее внимания, Альберто рывком открыл дверь в
кабинет Даниэлы. Ба, какой приятный сюрприз! Даниэла оказалась в кабинете не
одна. Рядом с ней стояла Каролина. Такая удача окрылила Альберто.
- Да здесь сразу две мои жены! Не хватает только Моники! - закричал
Альберто, извиваясь всем телом. Он громко и наигранно захохотал. - Моника -
моя самая любимая!
Даниэлу буквально передернуло от отвращения, когда она увидела эту
наглую рожу. Этот человек пришел сюда издеваться над ее несчастьем. Даже,
если бы у нее были сомнения относительно его истинных чувств к Монике,
теперь они пропали навсегда. Каролина смотрела на Альберто с невыразимым
ужасом. Каждое появление, даже просто упоминание о нем, заставляло ее
сжиматься от страха за свою семью, за детей, за себя.
Даниэла попросила Росу немедленно вызвать полицию.
Нахально усевшись перед женщинами прямо на стол, Альберто объявил им,
что это он должен был бы обратиться в полицию, поскольку Каролина натравила
на него своего супруга, а Даниэла избила Ирене в супермаркете. И он пришел
специально для того, чтобы предупредить их обеих - они должны оставить его в
покое. Если они попробуют еще хоть раз ударить его самого или Ирену, они об
этом пожалеют. Выкрикивая угрозы, Альберто выкатил в ярости глаза и
заскрежетал зубами. В этот момент он больше всего был похож на буйно
помешанного.
Даниэла в негодовании указала Альберто на дверь.
- Вон отсюда! Понял? Тебя никто не боится!
- Хорошо, - скорчив ей прямо в лицо отвратительную гримасу, прошипел
Альберто. - Но мы еще посмотрим, кто кого. Там будет видно, кто у кого
попросит прощения.
И с этими словами, еще раз бросив на женщин полный ненависти взгляд,
Альберто вышел из кабинета, столкнувшись в дверях с Джиной. Ее он тоже
ненавидел, считая, что это именно она вместе со своим дружком, адвокатом
Филипе, сделала все, чтобы засадить его за решетку.
Когда Альберто ушел, все они еще долгое время находились под крайне
неприятным впечатлением, как будто увидели какое-то отвратительное животное.
Даниэла постаралась развеять общее подавленное настроение. Чтобы перевести
разговор на другую, более приятную тему она стала рассказывать Каролине о
том, что в Мехико снова приехал Ханс, тот самый немец, который когда-то
ухаживал за Джиной.
- Он, он приезжал совсем ненадолго и уже уехал! - сделав подруге
страшные глаза, вдруг выпалила Джина.
Ничего себе, в какое положение ставит ее Даниэла! Ведь Каролина
непременно сообщит эту новость Херардо, и он сразу же поделится всем с
Филипе, а тогда... Тогда будет не так просто объяснить ему, какими именно
делами она занималась до двух часов ночи.
Когда Каролина ушла, Даниэла только пожала плечами: она не намерена
скрывать ото всех, что у них в доме поселился гость. Даниэла и так
чувствовала себя неловко перед Филипе, словно участвует в каком-то заговоре
против
...Закладка в соц.сетях
