Жанр: Детектив
Мент поганый
... и слегка покровительственно, дескать, не
такие залы видели, мягко стелете, но нас, умудренных, на кривой не объедешь, мы
в корень смотрим, в самую суть. Журналисты, которых профессия обязывает в любую
щель пролезть, с тем, кого не знали, здоровались с таким видом, что человек,
досадуя на свою память, начинал чувствовать себя неловко.
Орлов и Гуров сидели в полупустом зале, у прохода, над ними нависал
генерал.
- Петр Николаевич, я категорически требую отдать мне дискету. Мы планируем
показать кое-какую кинохронику, а ваш материал запустим на скорости, прочитать
его будет нельзя, но объем добытой информации произведет впечатление,- он указал
на стол президиума, рядом с которым стояли телевизор и компьютер.
- Классное решение,- Орлов одобрительно кивнул.- Зарядите компьютер любой
информацией и гоняйте, а конферанс -дело несложное...
При слове "конферанс" генерал скривился, набычился: - Я категорически
требую... Орлов резко перебил: - Вы, генерал, требуйте с подчиненных, меня вы
можете только просить. Совершенно секретный материал из моего сейфа никуда не
выйдет, тем более на эстраду.
- Ах, так? Сейчас прибудет министр...
- Хоть президент.
- Ну посмотрим,- пробормотал генерал и отошел.
Зал начал наполняться, по проходу двинулась группа товарищей, которым
полагалось сидеть в президиуме. Засверкали блицы.
Рядом с министром сыщик увидел депутата, который фигурировал в картотеке
уголовников. Прав я или не прав, думал Гуров, глядя на массивную фигуру с седой
шевелюрой. Задумана провокация, скандал с разоблачением или мне привиделось? Но
сегодня у них сорвалось. Петр дискету не отдаст, да и обнародовать такой
материал прилюдно никто не рискнет.
Товарищи солидно занимали свои места, улыбаясь, переговариваясь, галантно
уступали друг другу место. Среди вышесидящих было три генерала, но один,
недавний собеседник сыщиков, из зала смотрелся лучше всех, был подчеркнуто
статен. Он склонился к уже занявшему свое место министру, что-то быстро говорил
и поглядывал в зал.
- Я, пожалуй, пойду.- Орлов встал и направился к выходу. Микрофон щелкнул,
и спокойный, уверенный голос произнес: - Петр Николаевич, подождите,
пожалуйста.- Генерал призывно махнул рукой.
Орлов остановился, взглянул на эстраду, почесал за ухом, пошел обратно,
недовольно бормоча: - Старый дурак.
Проходя мимо Гурова, Орлов дал ему подзатыльник, одернул пиджак и зашагал
решительнее. Генерал встретил его у ступенечек, чуть не подхватил под локоток,
подвел к министру.
- Сенсационный материал раздобыли и прячете. Нехорошо, Петр Николаевич.-
Министр улыбнулся сидевшему рядом депутату.- Принесите и передайте генералу.
Орлов, понимая, что выглядит смешно и препирательство бесполезно, ответил:
- Товарищ министр, материал доставлен лишь сегодня, я его не смотрел, но он
совершенно секретный.
Министр натужно, словно жал воротничок, повернул голову и сказал: - Я вас
прошу, Петр Николаевич.
Гуров видел, как Орлов и генерал быстро вышли из зала, все понял,
философски подумал, чему быть, того не миновать, и начал разглядывать макушки
сидевших в первых рядах журналистов, пытаясь опознать затылок человека, из-за
которого не спал ночь.
Заместитель министра вышел к микрофону и сообщил, что сегодня пойдет
разговор о криминогенной обстановке в стране, работе уголовного розыска, будут
показаны несколько эпизодов из работы розыскников, снятых самими сотрудниками на
видео, после чего желающие могут задать вопросы. Окончив короткое выступление,
оратор углубился в статистику. Зарегистрировано, раскрыто, арестовано,
возвращено на сумму, изъято оружия...
Данные эти были уже обнародованы в газетах, зал слушал равнодушно,
переговаривались, все ждали, когда можно будет задавать вопросы.
Процент раскрытых убийств довольно высок, действительно производит
впечатление. Только кто знает, из чего данный процент складывается? Муж ударил
жену утюгом, утром протрезвел, прибежал в милицию. Раскрыто... Алкаши подрались,
один другого порешил, заснул рядом, патрульная машина подобрала. Раскрыто...
Конечно, мы разыскиваем и настоящих убийц, рассуждал сыщик, ребята пашут не за
страх, сам не последний человек, однако и наиболее удачливому такого процента не
вывести. Вроде и правда в таблицах, а приглядишься - мистификация.
Гуров увидел своего друга и начальника уже на сцене: генерал усадил
Орлова, сам подошел к компьютеру, вставил дискету, напряженно уставился на
экран, через некоторое время заулыбался, глянул в сторону Гурова победно.
- Там они, там, куда им деться,- прошептал Гуров. Значит, не померещилось.
Когда закончили считать проценты, деньги и стволы, генерал включил
телевизор, начал комментарий. Огромный телеэкран в актовом зале плохо смотрелся,
да и снято было скрытой камерой, одна мельтешня: машины, погони, пистолеты,
трупы. Генерал был лаконичен: "безжалостные, циничные бандиты и убийцы",
"безутешные матери и несчастные дети", неминуемость наказания и
беспристрастность суда",- в общем, полный джентльменский набор.
- Уважаемые гости и коллеги, как раз сегодня у нас большое событие,
сотрудниками уголовного розыска завершена сложнейшая операция, ликвидирована
группа так называемых авторитетов уголовного мира. Главарь, к сожалению, убит во
время перестрелки, но герой жив и здоров!
Гуров застонал, ноги у него ослабли, во рту пересохло, поняв, какое
испытание его ожидает, он выругался.
- Так бывает не только на экране, хотя человек, которого я вам сейчас
представлю, и похож на киногероя. Жизнь закручивает сюжеты почище драматургов.-
Генерал поднял руку, выдержал паузу и с пафосом произнес: - Полковник милиции,
старший оперуполномоченный по особо важным делам Лев Иванович Гуров! Прошу!
Пафос тона в сочетании с "оперуполномоченным" вызвал недоумение, кто-то
рассмеялся, послышалась быстрая иностранная речь. Генерал продолжал: - Полковник
Гуров, смелый, опытный, талантливый сыщик. Он сумел не только разгромить
преступную группировку, но и захватить картотеку преступников, которая содержит
имена, клички боевиков, осведомителей и полные данные на тех уродовперевертышей,
которые, чего греха таить, все еще существуют в нашей среде.
Никогда в жизни Гурову не было так стыдно, но не выйти было невозможно,
начнут искать, тыкать пальцем, подталкивать. Он шел по проходу, стараясь не
слушать заливавшегося соловьем генерала.
- По своим политическим убеждениям полковник - ярый сторонник
демократической платформы.- Генерал указал на свободный стул.- Присядьте, Лев
Иванович, а сейчас, товарищи и господа, мы постараемся ответить на ваши вопросы.
На вопросы отвечал заместитель, министр лишь подал несколько реплик и даже
сравнительно удачно пошутил.
Генерал представил залу Орлова. Узнав, что этот немолодой человек -
главный сыщик страны, журналисты, особенно иностранцы, оживились, начали
задавать более конкретные и профессиональные вопросы. Орлов отвечал нудно и
односложно, пытаясь погасить интерес к своей персоне. И он, и Гуров напряженно
ждали подвоха, ведь дискета была в компьютере.
Иностранцы о чем-то переговаривались между собой, а потом один из них на
чистом русском языке спросил: - Господин Орлов, как мы понимаем, захват
полковником списков агентуры уголовников для вас большая удача?
- Безусловно.- Орлов кивнул.- Хотя я не могу судить о степени удачи, так
как еще не успел ознакомиться с материалами.
- Мы поздравляем вас, господин Орлов. Мы не хотим вас обидеть, но не
боитесь ли вы, что среди членов мафии могут оказаться и ваши люди?
Вот оно, началось, понял Гуров.
- Мы полностью исключаем возможность сотрудничества с преступниками наших
ответственных товарищей,- вмешался в разговор министр.- Это исключено. А среди
рядовых могут быть и двурушники. Мелкие чиновники в вашей стране не продаются
мафии?
- О, сожалею, господин министр, продаются.- Иностранец всплеснул руками.-
Это наша беда!
- Петр Николаевич, разрешите вопрос.- Журналист представился, и Гуров
услышал знакомую фамилию, которая была на дискете Романова.
- Да, конечно,- ответил Орлов.
- Приятно, что наш министр такой оптимист,- сказал Кудин.- Но вы, опытный
сыщик, не исключаете, что среди осведомителей и других пособников нашей родной
мафии окажутся лица крупного калибра?
- Я уже давно ничего не исключаю,- сказал Орлов.- Наш разговор уходит в
область предположений, а я поклонник фактов.
- Простите, господин Орлов,- вмешался иностранец,- вы впервые пошли на
открытый разговор с прессой, данный факт мы приветствуем от всей души. Но если,
как заметил мой русский коллега, вы столкнетесь с людьми большого масштаба, то
не боитесь ли, что добычу у вас просто отнимут?
- Лично мне бояться поздно, отбоялся. А отнимут, не отнимут - это решать
не мне. Я не политик, я сыщик.
- Удобная позиция,- усмехнулся Кудин.- Мы не были политиками в тридцать
седьмом, сорок девятом, в застойные годы, теперь имеем то, что имеем. Может
быть, есть смысл передать добытые материалы в специальную комиссию Верховного
Совета?
Министр многозначительно взглянул на генерала, тот мигнул своим подручным,
которые неслышно спустились в зал, прошелестела команда: "Товарищи! Просьба
разойтись по рабочим местам!"
Сотрудники неохотно потянулись к выходу. Лишь группа советских и
иностранных журналистов, ощерившись микрофонами, осталась перед столом
президиума, за которым восседали руководители и депутаты. Гуров вглядывался то в
лицо Кудина, который специализировался на разоблачениях беззаконий, творимых
органами милиции, и был негласно выдвинут своими коллегами в лидеры, то
переводил взгляд на чеканный профиль депутата Черкасова, обменивавшегося с
министром короткими репликами.
Орлов бросился в бой: - Какова бы ни была заложенная в картотеку
информация, она совершенно секретная и оглашению не подлежит.
- Обожаю секреты! - воскликнул журналист.- Вы распоряжаетесь секретами по
своему усмотрению, народным избранникам знать правду не положено.
- Демагогия,- отрезал Орлов и взглянул на министра.- Спецслужбы любого,
даже самого демократического государства хранят свои секреты.
Иностранцы согласно закивали, кто-то из них произнес: - Конечно, так есть.
- Что представляет собой столь секретная картотека? - последовал очередной
вопрос.
- Дискета, заложенная в этот компьютер...- выстрелил подручный генерала и
кивнул на стоявшую на приставном столике аппаратуру.
- Прекрасно, значит, если вам что-то в тайнах мафии не понравится...
- Нет уж, теперь вы извините,- генерал задрал подбородок.- Прозвучал
недвусмысленный намек, и честь мундира обязывает.
Более раскованные иностранцы рассмеялись, захлопали.
- Генерал, вы - смельчак, а вызываете на дуэль безоружного. Знакомая
картинка! - съязвил Кудин.
- Поберегитесь! С ваших губ капает яд,- быстро отпарировал генерал.- У нас
будет одно оружие и один секундант.
Гуров все понял: он одинаково не любил ни генерала, ни журналиста, но
отдал должное первому, который был умнее и коварнее.
- Объяснитесь,- Кудин непроизвольно провел рукой по губам.- Какое оружие?
- Компьютер.
- Согласен. А секундант?
- Пресса,- генерал поклонился журналистам.- Вы же поклонник гласности.
- А каковы будут условия? - Кудин чувствовал, что его заманивают в
ловушку, но не мог понять, в чем она заключается.
- Мы спросим у компьютера о вас.- Генерал обвел взглядом присутствующих,
остановился на депутате Черкасове, улыбнулся.- И о вас. Согласны? Чтобы вам
проверка не показалась обидной, мы сначала зададим вопрос, что известно мафии о
генерале Орлове и обо мне. Согласны?
- Конечно, нет! - взорвался Кудин.- Это ваш компьютер, в нем заложена ваша
информация... Я категорически протестую, это чистой воды провокация!
- Проверьте, пожалуйста, меня, товарищ генерал,- сказал иностранный
журналист.- Эрнест Гартнер. Пожалуйста. Иностранцы захлопали. Генерал кивнул
возмущенному Кудину.
- Я вас понимаю, знает кошка, чье мясо съела. Вынудить не могу, давайте
взглянем, чем мафия располагает на генералов милиции.- Он подошел к компьютеру,
журналисты поднялись на сцену, сгрудились у небольшого экрана.
Генерал набрал свою фамилию, имя и отчество, на экране появилась надпись:
"Сведениями не располагаем".
- Видно, я недостаточно знаменит. Теперь Орлов, Петр Николаевич. Не
возражаете?
Орлов махнул рукой: мол, отстань и делай, что хочешь. Генерал потыкал
пальцем в клавиши, появился текст: "Орлов Петр Николаевич, 1928 г. р., работает
в Угро более сорока лет, генерал, среди своих пользуется авторитетом, фанатик,
подходов не имеем".
- Ясно, какие компрометирующие материалы могут быть на генерала милиции,-
саркастически улыбнулся Кудин.- Да еще в стенах этого здания.
- Дискета доставлена сегодня полковником Гуровым, кстати, вашим
единомышленником.
Присутствующие невольно посмотрели на Гурова. Так вот зачем ты расхваливал
меня, понял сыщик, глядя на лощеного генерала, у которого от напряжения на лбу
выступили капельки пота. А ты не дурак, генерал, мерзавец, конечно, но не дурак.
- А мне даже любопытно,- неожиданно произнес депутат Черкасов,- удостоили
меня уголовнички своим вниманием или нет? Валяйте, генерал!
Тот глубоко вздохнул, промакнул платком лоб, бросил на министра словно
случайный взгляд, скомкав платок, вытер руки, будто готовился к прыжку и боялся
промахнуться. И хотя генерал старался держаться спокойно, его напряжение
почувствовали все. Журналисты придвинулись плотнее, разговоры смолкли.
- А отчего вы так нервничаете, товарищ генерал? - срывающимся голосом
воскликнул Кудин.- Давайте вытаскивайте на Божий свет заготовленную гадость!
- А может, не стоит? - генерал оглядел присутствующих.- Господа, я прошу
извинения, все это несерьезно и достаточно грязно. Уголовники! Ведь о любом
человеке могут написать что угодно. Правда, свои записи они прячут, а не
тиражируют миллионными экземплярами. Товарищ Черкасов - депутат парламента,
лучше не надо.
Генерал выжимал из ситуации максимум, накалял обстановку до предела.
- Господин депутат согласился,- сказал иностранец,- я уверен, наш депутат
никогда бы не согласился.
Народный избранник не был абсолютным дураком, почувствовал недоброе, решил
отступиться, взять свои слова назад, но на сомнительный комплимент иностранца
попался, словно мальчишка, и четко произнес: - Депутат, как жена Цезаря, должен
быть выше всяких подозрений, прошу, генерал.
- Ну, если желаете.- Генерал начал выстукивать буквы. На экране появилась
надпись: "Сведениями не располагаем".
- Не удостоили,- облегченно вздохнул Черкасов.- Значит, плохо работаю.
Журналисты начали фотографировать, чиркать в блокнотах, о своем коллеге
Кудине забыли.
А генерал все играл на компьютере, вновь набрал фамилию депутата, затем
фамилию журналиста, на экране вновь появилась надпись: "Сведениями не
располагаем". Журналисты народ дошлый, манипуляции генерала заметили, кто-то
ехидно спросил: - Что-нибудь не так? Может, машинка испортилась? Генерал не
ответил, посмотрел на Гурова, сыщик отлично знал, что взглядом встречаться
нельзя, он выдаст себя, но поднял голову, ответил спокойной улыбкой. Эту опасную
игру заметил Орлов, сказал министру, что вынужден вернуться в кабинет, подошел к
компьютеру, забрал дискету, взял Гурова под ручку и быстро поволок к выходу. За
спинами сыщиков звучал уверенный голос министра: - Мы еще не достигли
абсолютного консенсуса, но в наших взаимоотношениях, безусловно, произошли
подвижки...
Гуров перешагнул порог, привалился к двери, отгородился от зала.
- Подвижки-херишки! Когда генсек "хакал", так вся рать букву увечила, если
следующий будет материться, свита запоет на фене...
Орлов шел по коридору так быстро, что длинноногий Гуров еле поспевал.
Начальник влетел в свою приемную и закричал: - Меня нет! Нет меня! Ни для кого!
Ясно? - И распахнул дверь кабинета.
Секретарша взглянула обиженно, Орлов втолкнул сыщика в кабинет, вбежал
сам, путаясь с ключами, открыл сейф, запер в него дискету, упал в кресло,
рявкнул: - Ну?
Гуров опустился на стул и миролюбиво сказал: - Не серчай, Петр Николаевич.
Раз пуля просвистела, значит, не твоя.
- Они там были? - Орлов не пояснил, кто "они" и где "там".
- Оба,- ответил сыщик.- И представляешь, в каком виде!
- Ты как посмел?
- Но ты же сам видел, я угадал. Их замазали и подставляли.
- А если бы не угадал? Ты же уничтожил вещественные доказательства!
- Обижаешь.- Гуров достал из кармана дискету, положил перед начальником.-
Вот она, оригинал, так сказать, а генерал баловался копией моего изготовления.
Орлов откинулся на спинку кресла, прикрыл глаза. Прав Лева или не прав, он
совершил Поступок, на который я уже не способен, рассудил Орлов. И при этой
власти нам обоим теперь жизни не будет.
- У меня выслуги сто лет и генеральская пенсия. На что ты рассчитываешь? -
Орлов вызвал секретаршу и заискивающе сказал: - Девочка, где наш кофе?
- Минуточку, Петр Николаевич,- ответила девушка.
- Мне эти мужики несимпатичны, но они из команды Президента России. И
какой бы он ни был, мы его выбрали и должны защищать.
- А тебя кто защитит?
Секретарша принесла кофе, оставила поднос, снисходительно кивнула шефу и
величаво удалилась. Орлов взглянул на закрывшуюся дверь, состроил гримасу,
достал из нижнего ящика стола початую бутылку коньяка и стаканы.
- Если просвистела, значит, не твоя?
- Так точно, Петр, наши еще не отлили. Орлов знал, что друг ошибается, но
ничего не сказал. Они молча выпили.
Депутат Черкасов был высок и грузен, журналист Кудин наоборот - мелковат.
Положение Черкасова в обществе было весомее и солиднее, но в личных отношениях
верховодил, порой тиранствовал Кудин. Выйдя из министерства, приятели
остановились у машины, журналист тыкал пальцем в грудь депутата и выговаривал:
- Смелость и глупость суть вещи разные, я ментов знаю как облупленных. Сто
против рубля, нас хотели спалить, но, как обычно, у них что-то не сработало.
Черкасов благодушно улыбался, смотрел поверх головы приятеля, увидел
вышедшего из подъезда Гурова и сказал: - А мы сейчас спросим. Вон их
знаменитость. Как его?.. Одевается, будто проездом из Парижа...
Журналист повернулся, взглянул на проходившего мимо Гурова и возразил: -
Да он в жизни правду не скажет. А костюмчик на нем действительно отличный.
Однако, как сыскаря ни одевай, суть одна - мент поганый.
ЭПИЛОГ Из трудовой книжки Льва Ивановича Гурова: "... служил в органах МВД
СССР девятнадцать лет, восемь месяцев и двадцать шесть дней... Уволен в связи с
утерей доверия..."
Гуров не дослужил до пенсии три месяца и четыре дня.
Закладка в соц.сетях
