Жанр: Детектив
Мент поганый
...е к Садовому кольцу. Машин здесь
было мало и черную грязную "Волгу", которая выскочила из-за угла и быстренько
нырнула в переулок, не видел бы только слепой. Гуров не верил, что за ним могут
наблюдать, проверялся для перестраховки и, обнаружив слежку, удивился. Но факт
остается фактом, его "вели". Теперь следовало выяснить, сколько ведущих и каковы
их намерения. Сыщик вышел на Садовое, двинулся к площади Маяковского,
неторопливо пересек ее, прошел несколько кварталов по Брестской, зашел в
небольшое кооперативное кафе, расположенное напротив Дома кинематографистов.
"Волга" с наблюдателями припарковалась неподалеку, сыщик успел заметить, что в
машине, кроме водителя, двое мужчин.
В кафе было чистенько и уютно, Гуров заглянул в меню, увидел цены и,
прежде чем заказать, пересчитал наличность. Поскольку за свой короткий "отдых" в
загородной резиденции он не заплатил ни копейки, то денег хватало. Он съел
крохотную тарелку борща, кусочек мяса с затейливым гарниром, пригубил скверный
кофе.
Романов не мог успеть, рассуждал он, и это не его люди. Но, судя по всему,
"вели" "мерседес" от дома отдыха. Значит, либо комитет, либо родная милиция.
Контрразведка отпадает. Слишком топорно работают.
Парни, которые сидят в черной "Волге", даже не удосужились закамуфлировать
машину под частника или такси. Стало быть, они из родной конюшни Гурова. Придя к
такому печальному выводу, сыщик расстроился и заказал вторую чашку кофе.
Что означают эти игры на лужайке? Вспомнился генерал, который просил "чтонибудь"
для рапорта. Обычная ведомственная возня? Кто эти генералы, из какого
Управления? Старая площадь пристраивала своих людей на теплые местечки. Раньше
МВД было для них любимым отстойником, но сегодня милиция место не теплое, а
горячее, сгоришь без дыма и огня. Позвонить Орлову, пусть пришлет за ним машину?
Гуров взглянул на буфетную стойку, на которой стоял телефонный аппарат. Но
он не знал, какова ценность дискет, лежащих у него в кармане. Поднимет шум и
выложит на стол пустышку, а может, и кусок дерьма. Главное, почему генералы
чужого Управления знают о его задании? В конторе не принято сообщать о секретных
заданиях.
Все не так просто, думал сыщик, оглядывая кафе и прикидывая, есть ли тут
черный ход. От утренних генералов и грязной, наглой "Волги" сильно воняет. Вы,
коллеги, ничего от меня не получите, пока я не рассмотрю, что добыл и за чем вы
охотитесь.
Пока сыщик беседовал сам с собой, "охотники" вели переговоры с
руководством.
- Товарищ генерал, он болтается по городу, никому не звонит.
- Может, он вас засек? - Генерал помедлил.- Суньте ему в зубы какую-нибудь
легенду и доставьте сюда. Сошлитесь на распоряжение министра.
- Товарищ генерал, товарищ генерал,- торопливо заговорили из машины.-
Бледнолицего взяли?
- Оказал сопротивление, получил пулю,- раздраженно ответил генерал.- Какое
тебе-то дело? Выполняй!
Гуров расплатился, зашел в туалет, запасной двери не попалось. Много чести
для щенков, чтобы я от них убегал, решил сыщик.
Он вышел на улицу, улыбаясь, так как представил себе ситуацию, в которой
окажутся его преследователи. Он решил дойти до площади Белорусского вокзала и
свернуть налево, к метро, а у "Волги" будет поворот только направо. Пронзительно
сигналя, задом, нарушая правила, так как движение по Брестской было
односторонним, к тротуару подлетела знакомая "Волга" и из нее выскочил
широкоплечий парень лет тридцати.
Он улыбался так, что казалось, за ушами треснет.
- Товарищ полковник, мы ваши ангелы-телохранители, только что получили
приказ доставить вас в министерство. Вас ждет министр.
- Ну, если сам министр, лично...- Гуров, оглядывая парня, отметил, что тот
стоит плохо, непрофессионально, его легко вырубить. И рявкнул:- Ты кто такой?
- Товарищ полковник, я старший...
- Не брызгай слюной, старший,- перебил Гуров,- предъяви документы.
Парень явно обиделся, вынул удостоверение, сыщик выхватил вишневую
книжечку.
- Так ты дворнику будешь представляться.- Гуров, заметив, что из машины
собирается вылезти напарник, ногой захлопнул дверцу, рявкнул: - Сидеть! - и
нагло переложил пистолет в наружный карман пиджака.
Из кафе никто не выходил, люди толкались на другой стороне улицы у Дома
кино. Спектакль проходил без зрителей, разве кто мельком глянул из проезжавшей
машины.
- Карякин, значит? - Гуров смотрел на парня, сравнивая его морду с
фотографией в удостоверении, даже помял корочки, пытаясь удостовериться в их
подлинности. Разыгрывая представление, нехотя вернул удостоверение. Постучав в
стекло "Волги, распахнул дверцу, так же тщательно проверил документы напарника,
оказавшегося Дроловым, затем упал на заднее сиденье и облегченно вздохнул: - Ну,
здравствуйте, парни. Извините, коли обидел. Береженого Бог бережет.
Оперативников предупредили, что полковник - мужик с норовом, может
заартачиться, и они обрадовались, что вопрос разрешился столь быстро.
- Мы понимаем, товарищ полковник,- сказал Дролов, сидевший на переднем
сиденье.
- Сейчас такие фармазоны встречаются,- поддержал товарища сидевший рядом с
Гуровым Карякин.- Любую ксиву изготовят.- Оперативник устроился поудобнее и
скомандовал: - Володя, домой!
Водитель свернул на Васильевскую, выехал на улицу Горького. Гуров сказал:
- У меня, парни, просьба. Сугубо мужская. Ты, Володя, ничего не слышишь.- Он
хлопнул водителя по плечу.- Надо на секунду к ЦУМу подскочить.
- Не положено, приказали...
- Парни! - Гуров всплеснул руками.- Мужики вы или нет? У меня в ЦУМе
телка,- он чуть не подавился этим словом,- работает. Она сейчас сменится, а я
вечером свободный. Телефона у нее нет. Привстанем, с капитаном,- сыщик толкнул в
спину впереди сидящего,- заскочим на минутку. У моей подруги ноги из ушей
растут... Я же мог и на пять минут дольше обедать?
Оперативники колебались, но водитель на Маяковской перестроился в левый
ряд, свернул на Садовое и поехал в сторону ЦУМа, чем и разрешил ситуацию.
Все верно, подумал Гуров, у кого руль, тот и управляет, и, не давая
оперативникам времени на размышление, быстро заговорил: - Болтают, мол, молодые
работать не умеют, а вы классно за мной проехали и "сняли" меня профессионально.
Молодцы. Сыщики. А вы что же, меня на Ленинском зацепили?
- Значительно раньше, товарищ полковник,- ответил Дролов, повернулся к
Гурову, подмигнул.
- А на Ленинском прокол,- сказал Карякин и вздохнул.- Наши товарищи к этой
бледнолицей гниде, что вас на "мерседесе" катала, заглянули, а он, падла...
Подробности, как говорится, письмом, пришили, в общем...
- Баба с возу,- пробормотал Гуров.
Романова застрелили! Как? Сопротивления он оказать не мог. Зачем же в
квартиру полезли? Его можно было у машины подождать, вежливо взять под белы
ручки. Какого агента загубили! На дискете есть что? Кто-то жжет мосты. Теперь,
парни, мне с вами не по дороге.
"Волга" прокатилась вниз по Петровке, миновала дом тридцать восемь, в
котором Гуров прослужил более пятнадцати лет, пугнув окружающих сиреной,
вильнула налево и остановилась у ЦУМа.
- Век не забуду, ребята. Пошли, капитан,- сказал Гуров и выскочил из
машины.
Сыщик горячо зашептал оперативнику в ухо: - Только ты об этом молчок. У
нас не поощряется.
- Обижаете! - От возмущения Дролов даже приостановился.
- Ладно, извини...
Шагая плечом к плечу, они протолкались сквозь толпу гостей столицы,
которые не верили, что и тут, в самом центре Родины, тоже ничего нет. Гуров
взглянул на часы - семнадцать двадцать.
Если хотите потерять человека или оторваться от назойливого соглядатая,
приходите с ним в ЦУМ.
В круговерти обезумевших покупателей, шустрых мошенников и орущих детей
расстаться с недалеким капитаном было так же просто, как проглотить рюмку водки.
Гуров даже постеснялся элементарности трюка, который мог удивить лишь дошколят.
Пока они продирались через людскую чащобу, капитан дважды терялся, но Гуров, не
доверяя случайности, поджидал охранника, чем окончательно усыпил его
бдительность. Напротив прилавка, у которого покупатели давили друг друга из
чисто спортивного азарта, сыщик остановился. Указывая на продавщицу, блондинку,
лениво шевелившую яркими губами, Гуров прошептал: - Видишь? Это Тося, подруга
моей телки. Спроси у нее, где Роксана. Если она уже ушла, назначь им свидание
часиков на девять у телеграфа.
- Понял,- выдохнул капитан и ввинтился в толпу. Гуров проводил его
сочувственным взглядом и начал пробираться к выходу в сторону Пушечной улицы.
Сверкая лакированными боками, "вольво" стояла на условленном месте. Гуров
сел рядом с Юдиным и сказал: - Поехали! К чертовой матери! Будь все проклято!
Юдин пожал плечами и повернул ключ зажигания. Они стояли на Воробьевых горах,
смотрели на Москву, молчали. Бизнесмен подсчитывал убытки. Губский и Мельник
ушли.
Туда им и дорога. Каца жалко, ему после такого удара не оправиться.
- Кац может покончить с собой,- вздохнул Юдин.
Гуров с удивлением взглянул на него.
- Бриллианты принадлежат общине,- пояснил Юдин.- Миллион долларов! Для
кого-то это не деньги, а для Анатолия Самойловича - петля.
- А я-то все думал, чего мне не хватает... Вы с Романовым давно знакомы?
- Совсем не знакомы.- Юдин помялся.- Мне его рекомендовали...
- Кто? Борис Андреевич, это важно.
- Вы этого человека не знаете.
- Тогда мыльте для Каца петлю. Поехали, мне нужно срочно позвонить.
Гуров резко повернулся и зашагал к машине. Когда они сели в "вольво",
сыщик сказал: - К ближайшему автомату.
- Я вам не шофер, черт побери! - сорвался Юдин.- Вы что же, собираетесь
сделать из меня осведомителя? Романова мне рекомендовал крупный чиновник МИДа.
Фамилии я вам не назову.- Он включил мотор.
- Вы будете меня возить столько, сколько мне нужно... Да и фамилию
назовете,- тихо произнес Гуров.- Дайте закурить...
Юдин открыл отделение для перчаток, достал пачку "Мальборо", дал сыщику
прикурить.
- Я все думал, как определить вашу сущность. Теперь понял. Вы слабый.
- Точно.- Гуров кивнул, затянулся, понюхал сигарету,- Никакой гадости не
подмешано?
Он решил было позвонить старому приятелю, укрыться временно у него, но
вспомнил, что приятель недавно женился, и вариант отпал.
- У вас большая семья? Юдин нахмурился: - Это угроза?
- Не дуйте на воду, Борис Андреевич.- Гуров давно не курил, и у него
слегка закружилась голова.- Просто вы мне подсказали идею вербовки, и меня
заинтересовало ваше семейное положение.
- Если не считать сиамского кота, одинокий. А работать на вас не буду.
Уже работаешь, подумал сыщик, а дальше - жизнь покажет.
- Пригласите в гости, выпьем кофе. Юдин колебался, Гуров почувствовал, что
может получить отказ, и козырнул: - Из дома позвоните Кацу, пусть не торопится.
- Опасный вы человек.- Юдин рассмеялся. Включил передачу и мягко тронул
машину с места.
- У вас, как я понимаю, большие связи,- сказал Гуров.- Вы можете выяснить,
куда поступают изъятые нашим ведомством вещи?
- Наверное, вам это сделать легче.
- Возможно, только вам нужнее.
- Какая конкретно вещь?
- Со временем узнаете, в обмен на фамилию чиновника МИДа.
- Дался вам Романов,- раздраженно произнес Юдин. Он припарковался у
высокого дома, сложенного из светлого камня.
- С час назад Романова застрелили.- Гуров прикурил вторую сигарету.- И
меня интересует все, что с ним связано.
Светало. Сыщик сидел перед компьютером. На столе стояла "турка", несколько
чашек с кофейной гущей, лежали страницы исписанной бумаги.
Квартира у Юдина была трехкомнатная. С небольшим холлом, с маленьким
бассейном, крохотной баней, гостиной, кабинетом и спальней. Ковры и хрусталь,
как заметил Гуров, отсутствовали. Пол покрывал скромный однотонный палас. Мебель
не сверкала нахально полированными боками, была матовая, из вощеного дорогого
дерева. Каждый предмет предназначался для конкретного использования. Для форсу
были разве что картины.
Компьютер, как и следовало ожидать, нашелся. Гуров выставил хозяина за
дверь и начал работать. Выяснил, что одна дискета безнадежно испорчена, а другая
вроде бы ничего, но в то же время и ничего особенного. Не стоило и огород
городить. Имена и клички, проявившиеся на экране компьютера, были Гурову
известны. Попадалось кое-что, в основном взяточники: одни в погонах, другие при
галстуках и партбилетах. На них можно было и наплевать. Ну куда денутся?
В конце картотеки шли подробные характеристики двух человек. Один -
депутат Верховного Совета России Черкасов, из "так называемых демократов".
Второй, Кудин, журналист, выступал на страницах газет и рассуждал о плохой
работе милиции, коррумпированности и безнравственности ее сотрудников.
Оказывается, и депутат, и журналист были тесно связаны с Корпорацией, брали
взятки. Указывались даже суммы и даты: жена депутата приняла бриллиантовую
брошь, которую дарители не поленились подробно описать.
Гуров выругался, отключил компьютер и закурил. Он полностью соглашался с
доводами депутатов и даже завидовал человеку, который так легко сменил кожу.
Журналиста Гуров никогда в глаза не видел, но, читая его хлесткие, злые
материалы о безнаказанности преступников, кретинизме и бездушии работников
милиции, покрывался гусиной кожей и матерился. Пижон и краснобай играючи
расправлялся с проблемами, которые не мог разрешить Гуров два десятка лет.
Сыщик смотрел на бледный экран компьютера и бормотал: - Ах ты, бархатная
жопка, шелковые ушки, значит, мы все в дерьме, а вы в белых перчатках?
Гуров стал прикидывать, как полученной информацией можно распорядиться.
- Разрешите? - В дверях появился Юдин.- Может, перекусим, по рюмке примем?
- Он поставил перед Гуровым кофе, глянул на погасший экран.
- Может быть, может быть,- рассеянно пробормотал Гуров.
Он взял чашку и прошел на кухню. Расположился у окна, лицом к двери -
наверное, и в бане сыщик не сядет к двери спиной,- все старался и не мог хоть
ненадолго забыть о депутате и журналисте.
Юдин бесцельно слонялся по кухне, прикидывая, как подступиться к
задумчивому гостю, изловчиться, перетащить на свою сторону.
- Вы чем-то озабочены, Лев Иванович. Может быть, я смогу быть вам полезен?
- Юдин решил прервать тягостное молчание. Гуров взглянул недоуменно.
- Думаете, я от хорошей жизни связался с Губским, Мельником и компанией? -
Юдин взял полотенце, вынул из печки сковородку с яичницей, поставил на стол.
Ужинали молча, Юдин выпил, Гуров взял чашку с кофе и встал.
- Спасибо, очень вкусно, я пошел.
- Я вам постелю на диване.- Юдин прошел за Гуровым в кабинет, достал из
тумбочки белье. Взглянул на лицо сыщика, бросил все на диван и молча удалился.
Гуров включил компьютер, еще раз перечитал данные на депутата и журналиста
и почувствовал непонятное беспокойство.
Совершенно ясно, что материал в компьютер закладывался по мере его
поступления и не имел никакой системы. Взяточник из вневедомственной охраны,
следом боевик-убийца, после него директор магазина. И такая чересполосица от
начала и до конца. И под самый финал - депутат и журналист. Следовательно,
информацию на них получили одновременно. Почему? Дела, в которых они увязли,
различны, сроки наказания тоже разные. Депутат способствует хищениям, и в тексте
упоминается восемьдесят седьмой год. А в компьютер сведения попали в девяносто
первом. Явные нескладушки.
Можно предположить, что некто, человек дальновидный, полагает, что
картотека преступников рано или поздно может попасть в руки властей, и
закладывает в нее дезу, порочащую депутата и журналиста. Депутата и журналиста
рвут на куски, поливают помоями и все вываливают на голову Президенту России.
Сыщик начал чертить на листе бумаги геометрические фигуры и продолжал
рассуждать.
Если горячий материал является дезой, то ее инициатор должен знать, куда
заложил мину, и не зависеть от успеха или неуспеха какого-то Гурова. А Гурова
могли зарезать в лесу, он мог не выйти на Романова или не суметь его сломать.
Слишком много случайностей. Если проводится запланированная провокация, она
должна быть проста и надежна.
Кажется, я придумал ответ, решил Гуров, теперь подгоняю под него условия
задачи. А откуда появились генералы? А "Волга" с оперативниками? Главное, почему
убили Романова?
Гуров вскочил, прошелся по кабинету.
Романов не мог оказать сопротивления, его убили, потому что мертвые
молчат. А что он такого знал? Все упирается в картотеку, а может, ответ в
испорченной дискете? Хозяева не знали, что Романов стер запись? Организаторы
убийства и слежки за Гуровым не могут быть хозяевами Романова, ясно, что они
вышли на липового кагэбэшника через Гурова. Выходит, человек закладывает в
компьютер дезу и не знает, где этот компьютер находится? Не может быть...
Почему? Предположим, Некто узнает, что в преступной Корпорации региона
России имеется компьютер с картотекой. Информация могла просочиться из нашего
Управления. Через свою агентуру Некто посылает компрматериал на "так называемых
демократов".
Из того же источника Некто узнает о полковнике Гурове и его задании. Сыщик
отправляется за город, за ним приглядывают. После вызова опергруппы, прокуратуры
и "Скорой" сначала появляются генералы, а после за Гуровым устанавливают
наблюдение, которое приводит сначала к Романову, а затем к компьютеру и дискете.
- Такой грязной работы я еще никогда не делал,- вслух подвел итог Гуров.
Гуров долго сидел в кресле, курил, варил кофе, снова курил, тасовал колоду
и так, и сяк и каждый раз проигрывал. Лишь когда начало светать, сыщику удалось
"вытащить джокер".
Около десяти утра Гуров, стоя в одних трусах, гладил брюки. Юдин готовил
завтрак, поглядывал на мускулистую фигуру гостя.
- У вас фигура тридцатилетнего атлета, можете работать натурщиком, хотя
для классики, пожалуй, мышц многовато. И на груди шрамик почти не виден, а вот
спину вам конопатил халтурщик.
Гуров закончил гладить, убрал утюг и доску, принялся чистить туфли.
Рубашечка ваша никуда не годится, мог бы подарить новую, так вы наверняка
не возьмете...
- Отчего же? - удивился Гуров.- Я нормальный человек и обожаю подарки.
Юдин принес белую рубашку и строгий однотонный галстук.
Потом они завтракали, разговаривали о погоде, футболе, политике. Когда
собрались уходить, Юдин спросил: - Вам действительно нужен человек, который
подбросил мне Романова?
Гуров кивнул, и Юдин назвал фамилию и должность. Сыщик снова кивнул,
прищурился и заговорил: - Я бы на месте Каца не лез в петлю, а раздобыл бы
"мерседес", принадлежавший покойнику. При ваших возможностях - дело несложное.
"Мерседес" разобрал бы на части, до последнего винтика, размонтировал колеса.- И
весело заключил: - Разберите этот аппарат на молекулы, и если в ваших руках
ничего не останется, я брошу свою работу и наймусь к вам водителем.
- Ловлю на слове, Лев Иванович,- сказал Юдин, отпирая массивные запоры
входной двери.
- А пока не я вас вожу, а вы меня, подбросьте, пожалуйста, на Октябрьскую
площадь, к министерству,- попросил Гуров, переступая порог.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ И ПОСЛЕДНЯЯ Шеф Гурова, начальник Управления Петр Николаевич
Орлов, как обычно, в цивильном скромном костюме, с плохо повязанным галстуком,
сидел в своем кабинете за столом, вертел в руках дискету и, казалось, не
интересовался проходившим здесь разговором.
Моложавый генерал, которого Гуров впервые увидел у загородной резиденции,
в отличие от хозяина кабинета был активен и суетлив. Он пытался расхаживать
перед столом Орлова, но кабинет был невелик, и генерал натыкался то на книжный
шкаф, то налетал на сейф. Гуров сидел сбоку от стола начальника, спиной к окну,
терпеливо ждал, когда кончится игра в слова и начнется дело.
Сыщик не понимал роли генерала, широты его полномочий, хотя по лицу шефа
догадывался, что генерал является персоной, приближенной к императору.
- Мы люди военные и дисциплинированные! А вы, Лев Иванович,- полковник
милиции, а не анархист с маузером за поясом и бомбой в кармане! - Генерал в
очередной раз наткнулся на сейф.- Черт побери, может, перейдем ко мне, все-таки
просторнее, и хоть кофе дадут...
Шеф нажал на кнопку и тихо сказал: - Света, кофе, пожалуйста...
- Петр Николаевич, вы своим молчанием поддерживаете полковника, будто
одобряете его безобразное поведение, которое граничит со служебным
преступлением.- Генерал неловко присел на краешек стула.- Мало того, в
прокуратуре решают вопрос о возбуждении против полковника уголовного дела за
превышение пределов необходимой самообороны, нанесение тяжких телесных
повреждений с расстройством здоровья.
- Тяжких без расстройств не бывает, генерал,- флегматично заметил Орлов.-
А никакого дела не слепится, нет потерпевших.
- Не понял! - Генерал вскочил.
Орлов заглянул в лежавшую на столе папку.
- Сегодня, около шести утра, содержавшиеся в санчасти Прохоров и Семин
убили постового милиционера и скрылись.
- Прекрасно! Великолепно! - Генерал вновь начал тыркаться по кабинету.-
Просто гора с плеч! Но сейчас главное - полковник.- Он ткнул пальцем в Гурова,
словно хотел пригвоздить его к стулу.- Он должен быть без единого пятнышка. Надо
не только, как вы выражаетесь, пахать, но и подать результат. Сегодня в
семнадцать - пресс-конференция, будут наши писаки, депутаты, сами понимаете,
иностранцы. Мы им такой товар подаем, а главный герой - в грязи, увечит людей...
Ну, слава Богу, хоть с этим пронесло! Генерал поднял руку, хотел, видно,
перекреститься, но сдержался, помахал ладошкой.
Так... Ларчик просто открывался, подумал Гуров. Пресс-конференция,
иностранцы, потому-то ты не спишь. И гоняешься ты не за мной, грешным, а за
сенсацией.
- Я выполняю приказ министра! - Произнеся эту фразу, генерал, словно
прикоснувшийся к земле Антей, ринулся в бой с новыми силами.- Я вас подам на всю
страну и дальше, за пределы! Я должен быть уверен в вас, полковник! А я не
уверен! Где вы болтались почти сутки? Почему вы скрылись от своих товарищей?
- Разберемся.- Орлов разглядывал свои ладони.- Полковник Гуров напишет
рапорт. Мы разберемся.
- Нет у меня времени! Мы боремся с бюрократией, а вы все вопросы хотите
свести к бумажке! Почему сейчас нельзя простыми русскими словами объяснить?
Орлов перестал любоваться ладонями, взглянул на Гурова и кивнул.
- Товарищ генерал, я выполнял специальное задание, о котором в принципе
никто не должен был знать. Неожиданно меня остановили незнакомые люди,
представились как мои телохранители. У меня тело одно, я не могу доверить его
охрану чужим людям.
- Не паясничайте, полковник! Вам предъявили документы, сослались на
министра!
- Документы я могу такие предъявить, что вы, товарищ генерал, в моем
присутствии сидеть не посмеете.
Генерал покраснел, затем пошел белыми пятнами, Орлов довольно заурчал,
сказал миролюбиво: - Ну, ладно, ладно, Лев Иванович, давай по существу.
- А по существу, товарищ генерал,- сыщик взглянул на начальника обиженно,-
ни о какой охране не договаривались. Парни наглые, и что им нужно, неизвестно.
Министр, говорите? Так я могу сослаться на Президента или на Господа Бога...
Слова - они все выдержат.
- Допустим, допустим,- неожиданно миролюбиво сказал генерал.- Ну, не
понравились вам мои парни... А ушли вы, надо сказать, мастерски, провели моих
вислоухих.
Генерал улыбнулся, призывая заключить перемирие. Гуров еле сдерживал смех,
Орлов вновь вызвал секретаря: - Светок, как дела с кофе?
- Петр Николаевич, чайник перегорел, я ребятам позвонила, не несут,
черти,- радостно сообщила секретарша, которая отлично знала, когда нужен кофе, а
когда чайник должен "перегореть".
- Хорошо, хорошо, отставить,- сказал Орлов и развел руками.
- Ну, великие сыщики, вы и даете! - Генерал вымучил еще одну улыбку,
повернулся к Гурову и посерьезнел.- Так куда вы пропали, почему не явились к
начальству? Где вы ночевали?
Сыщик знал, что такие вопросы зададут. Гуров рассчитывал переговорить с
Орловым один на один и вместе сочинить легенду. Но когда сыщик переступил порог
министерства, его уже ждали и повели к чужому генералу. Гуров еле отбился и
сумел проскочить в этот кабинет.
Орлов покусывал губу, взгляда на Гурова не поднимал. Он понял: никакой
защиты, только нападение.
- Может, вы хотите знать, с кем я ночевал и как именно? От меня жена
ушла... как раз вчера, такая незадача. Сто лет прожили дружно, любили...
- Все! - Орлов хлопнул ладонью по столу, поднялся.- Объявляется перерыв.
Генерал растерянно оглянулся, не зная, что предпринять, хотел взять со
стола дискету, Орлов отрицательно качнул головой, указал взглядом на дверь.
Генерал возмущенно фыркнул и вышел.
- Ты, Лева, свой талант закопал,- сказал Орлов, с искренним удивлением
глядя на Гурова.- Семнадцать лет с тобой бок о бок, и не подозревал даже.
Дверь открылась, секретарша принесла кофе, заговорщицки подмигнула и
удалилась.
- Что здесь? - Орлов постучал пальцем по дискете.
- Разное,- ответил сыщик.- Откуда явился сей муж? И почему ты разрешаешь с
собой так разговаривать?
- Потому, Лева, все потому же.- Орлов убрал дискету в сейф.- Если меня не
будет, кто останется? Ты, гений, куда служить пойдешь? Почему не звонил?
- Статью за соучастие не отменили, Петр Николаевич. Что позволено
оперативнику, не позволено генералу.
- Я твой друг.
- Сейчас ты начальник.
- Я волновался.- Орлов сунул ладонь под пиджак, потер грудь.- Бог тебе
судья. Ну, Лев Иванович, как будем жить дальше?
К семнадцати часам перед конференц-залом начали собираться сотрудники
министерства и постепенно прибывавшие гости. Атмосфера ожидания была, как в фойе
театра перед началом премьеры,- нервная и одновременно праздничная.
Молодым сотрудникам было поручено встречать и рассаживать гостей.
Милиционеры со стажем, кто в форме и при орденах, кто в штатском, поглядывали на
происходящее снисходительно: мол, чего только нынче не придумают. Вот и в святая
святых неизвестно кого пустили, скоро и кооператорам разрешат здесь шляться.
Иностранцы, привычно улыбаясь, не скрывали любопытства, оглядывались, один даже
подошел к стене, колупнул пальцем облицовку. Несколько депутатов, как и надлежит
народным избранникам, держались солидно
...Закладка в соц.сетях
