Жанр: Детектив
Мент поганый
...щательно. Во-первых, был чистоплюем, во-вторых, под
теплыми струями душа хорошо думалось. Предложение Каца с бриллиантами было
неожиданным, заманчивым и опасным. Получи он такое предложение в Москве, то
принял бы его без промедления. Но сейчас, здесь, когда рядом Мельник, внезапно
объявившийся сыщик, неизвестно кем и за что убитая девчонка? Борис Юдин не
выносил ситуаций, которыми не владел. Многое было непонятно, значит, опасно, в
таких случаях он от серьезных действий воздерживался. А принять товар на миллион
долларов более чем серьезно.
Ничего не предпринимать, ни с кем не ссориться, всем все обещать и тихо
уехать, решил Юдин и повеселел. Он вытерся огромным махровым полотенцем и вышел
из ванной.
Дверь в гостиную была прикрыта неплотно, и полоса света разрезала широкий
диван, словно луч прожектора, и в этом луче плавал табачный дым. Юдин застыл с
полотенцем в руках, прислушался. Он хорошо помнил, что дверь запер и ключ
оставил в замке. Юдин отбросил полотенце, быстро прошел в спальню, оделся, взял
с ночного столика тяжелую пепельницу, мягко шагнул к двери и услышал спокойный,
насмешливый голос: - Борис Андреевич, не играйте в индейцев, входите с поднятыми
руками, поговорим.
Юдин вздохнул, бросил пепельницу на кровать, распахнул дверь и шагнул в
комнату.
- А руки?- спросил Гуров, улыбаясь.
Увидев полковника милиции, Юдин облегченно вздохнул и ответил: - Шутки у
вас дурацкие...
- Если желаете, можете выпить и присаживайтесь. - Гуров кивнул на кресло
напротив.
- Не у вас в кабинете,- проворчал Юдин и подошел к бару.
- Естественно, иначе бы пили теплую воду.
- Вам налить?
- Можно.
Юдин наполнил два бокала сухим белым вином, подошел к двери, убедился, что
она заперта и ключ на месте, один бокал поставил перед гостем, второй пригубил и
опустился в кресло.
- А где Нина?
- Спит.
Хорошо. Что вам нужно?
- Вы, конечно, не знаете, кто убил Людмилу Заслонову?
- Да я и фамилии ее не знал.
- Как ее убили? Зарезали или разбили голову? Или задушили?
- А откуда вы?.. - Юдин запнулся, махнул рукой.- Зарезали.
- Рана резаная или колотая?
- Не приглядывался. Кажется, в горло, сбоку. - Юдин дотронулся до своей
шеи.
- Как вы думаете, за что? Просто так убивают крайне редко.
Я к убийству отношения не имею.
- Не хочу вас пугать, но вы невольно становитесь если не соучастником
преступления, то уж соучастником сокрытия, а это тоже наказуемо. Теперь я
спрашиваю: какое событие произошло или должно произойти, о котором узнала
Заслонова, и поэтому ее убили?
- Понятия не имею.
- Не так быстро. Подумайте.
Юдин был мужик не робкий, но от взгляда Гурова поежился. Бриллианты Каца!
Юдин удивился, что не подумал об этом сразу. Но при чем тут Авария?
- Не будем терять времени,- сказал Гуров. - Девушка что-то знала, и ее
убили. Я единственный человек, способный вас защитить.
- Сожалею, но с милицией не сотрудничаю, помочь вам не могу,- ответил
Юдин.
- Я в помощи не нуждаюсь.- Гуров поднялся, начал расхаживать по гостиной,
как бывало шагал в кабинете генерала, движение помогало думать.- Вы, видимо,
только что вспомнили факт, событие, ситуацию, которая объясняет причину
преступления... Борис Андреевич, вы серьезный, умный человек..
- Не умный,- Юдин разозлился,- а нормальный делец-бизнесмен, не путайте,
пожалуйста, с уголовниками! Я не хотел сюда ехать, черт меня побери! Идиот!
Кретин! Я ничего не знаю, а то, что знаю, не скажу! Я не могу завалить партнера!
- Стоп! - Гуров остановился и заговорил тихо: - Партнера?
Значит, Кац. Анатолий Самойлович Кац. Ни Мельник, ни тем более Губский.
Так что Кац?
- А при чем тут девка?
- Девушку привел Мельник, а от него до убийства только протянуть руку. Кто
обнаружил труп?
- Мельник и Кац были здесь, в этом номере, мы беседовали около часа, пошли
к Губскому,- вспомнил Юдин.- Мельник проходил мимо своего номера, толкнул дверь.
Она была незаперта. Девушка лежала в гостиной, лицом вниз. Мне кажется, ударили
в шею, сзади, но я не приглядывался.
- Почему меня не позвали? Извините,- он махнул рукой,- заговариваюсь. Все,
время беседы истекло, пошли к Губскому.
- Ночь. Старик спит.
- Проснется. - Гуров повернул ключ и первым вышел в коридор.
Сначала он стучал тихо, затем громче, но Губский не отзывался. Гуров
присел, заглянул в замочную скважину, убедился, что она свободна, достал из
кармана ключ-универсал, который час назад взял у администратора, и открыл дверь.
Патриарх уголовного мира полулежал в кресле, вытянув худые ноги, мертво
смотрел в потолок.
Гуров жестом пригласил Юдина войти и закрыть дверь.
Сыщик поднял руку Губского, определил температуру тела. Рука оказалась
теплая. Сыщик подошел к окну, пальцем шевельнул открытую раму, посмотрел в
густую тишину ночи и вернулся к телу. Ни крови, ни внешних повреждений видно не
было, сыщик откинул полу пиджака и увидел на левой стороне груди черное пятно.
Юдин кашлянул и хрипло произнес: - Застрелили, прямо в сердце.
- Вряд ли,- возразил Гуров, вынул из кармана носовой платок, поднял
валявшуюся у ног трупа трость, прикинул на руке вес, и вытащил из полой трубки
стилет. Кровь с клинка даже не вытерли, она была свежей.
- Мы разминулись минутами.- Гуров убрал клинок, положил трость на место.-
Все ваше упрямство, Борис Андреевич. Любопытно, Анатолий Самойлович Кац еще жив?
Юдин рванулся к телефону, но Гуров остановил его: Ногами быстрее, если Кац
не откроет на первый же стук, дождитесь меня. А я вызываю прокуратуру. Сыщик
снял трубку, но она глухо молчала.
ГЛАВА ШЕСТАЯ Мальчик не собирался убивать старика, это получилось
случайно. Решив, что десять процентов его не устраивают и что бриллиантовый
миллион Каца обеспечит тихую, спокойную старость, Губский попросил гостя налить
стакан вина. Когда Мальчик отошел к бару, Губский подкрался сзади и ударил
стилетом. Но возраст, возраст! Задняя стенка бара была зеркальной, а движение
Губского медленным. Мальчик отпрыгнул в сторону и ударил патриарха по руке.
Костяная ручка повернулась в старческих пальцах, Губский потерял равновесие и
налетел грудью на стальной клинок. Падал он уже мертвым. Мальчик усадил труп в
кресло, стилет убрал в ножны-палку, обыскал покойника, забрал всю наличность и
ушел, как и появился, через окно.
Вор по кличке Мальчик выскочил на волю чуть больше месяца назад, был
ловок, дерзок, смел и характеристику от бугров зоны привез отличную. В столице
Мальчика приняли ласково, "прописали" без проволочек, одели Мальчик отдохнул
неделю и начал "работать". Он был мастер своего дела, удачлив, по-воровски
честен, чтил власть, вверх по лестнице не карабкался. И все-таки ему никогда бы
не доверили экспроприацию бриллиантов, если бы не случай. Взяли квартиру
подпольного ювелира, а кубышка оказалась пуста. Хозяина вывезли из города,
развели костер и начали беседу. Вскоре всплыло имя Анатолия Самойловича Каца,
прояснились детали, что камни зашиты в полу пиджака и вскоре уплывут. Больше
человек ничего не знал, и его закопали. В операции участвовал агент Мельника,
потому информация о камнях прошла по двум каналам. Лидеры московского
объединения знали о совещании в верхах, догадывались, что раз Кац взял
бриллианты с собой, то они в Москву не вернутся, и понимали, что у них лишь одна
ночь, а, кроме Мальчика, людей под рукой не оказалось. Парню сказали, если
провернешь дело, то получишь за нашим столом кресло, миску и ложку. Найди
старика, обещай десять процентов, он тебе поможет.
Мальчик спустился со второго этажа, пересек влажный газон и укрылся за
стволами деревьев. Вор отлично понимал, что преступил черту, но был уверен -
если принесет добычу, то старика простят. Остался пустяк, забрать у еврея камни
и свалить. Из-за густой листвы Мальчик разглядывал окна второго этажа. Прямо под
ними вдоль всего дома тянулся широченный карниз, словно строители работали по
заказу скокарей. Именно по нему Мальчик пробрался к Губскому. Какое окно ведет к
Кацу? Снова рисковать? А если налетишь на Мельника? Мальчик вытер лицо ладонью и
длинно сплюнул. Надо заготовить легенду, решил он; ударил костяшками пальцев по
стриженой голове, довольно хмыкнул и вновь направился к зданию.
Юдин и Гуров стояли у номера, который занимал Кац.
- Борис Андреевич, я уже лег спать, отложим разговор на утро,- произнес
из-за двери Кац.
- Я не на чашку чая пришел, Анатолий Самойлович.- Юдин сердился, даже
ударил ногой в дверь.- Рядом со мной полковник милиции. Нам необходимо
поговорить, поверьте, ради вашей же безопасности, Щелкнул замок, дверь
приоткрылась, Гуров вошел первым. Банкир стоял в глубине номера, опустив правую
руку в просторный карман махрового халата. Юдин вошел следом, прикрыл за собой
дверь, увидев напряженную фигуру Каца, его руку в кармане халата, зло сказал:
- Ты, конечно, молодец, но театр кончай. Губского закололи.
Лев Иванович, вы беспокоились о здоровье уважаемого Анатолия Самойловича.
- Юдин театрально взмахнул рукой.- Вот!
Они здравствуют!
Кацу надоело изображать запуганного неврастеника,. Он вы- - нул руку из
кармана, в котором, конечно, ничего не было, 1 - Закололи? - удивился он. - За
что?
Сыщик осматривал окна, проверял запоры.
- Мне кажется, - продолжал Кац, - нам следует собраться и быстренько
покинуть это жилище. Два покойника в одном доме - слишком. Нас режут два
тысячелетия, а мы еще не привыкли. Извините.
- Правда, в этот раз зарезали русских, - усмехнулся Юдин.
По ошибке, - возразил Кац. - Они пришли по мою душу.
- Ну, твоя душа, положим, никому не нужна. Но я согласен, по ошибке быть
зарезанным не желаю.
Гуров возился с заевшими шпингалетами и на препирательства в номере не
реагировал.
- Лев Иванович, я считаю предложение Анатолия Самойловича разумным, нам
следует уехать. Вы профессионал, вооружены, получаете зарплату, и не
маленькую...
Несмотря на напряженную ситуацию, Кац фыркнул: - Извините, зарплата тут ни
при чем, давайте решать.
Согласен.- Гуров спрыгнул с подоконника.
Анатолий Самойлович, позвоните администратору.
Кац снял трубку, дунул, постучал по рычажку, вновь дунул.
- У меня аппарат сломался.
- А он вообще-то работал? - Гуров покрутил пальцем у виска. - Как
выражаются ваши друзья, а мои клиенты, "голуби вы сизокрылые, фраера голубые,
кто же вас сейчас отсюда отпустит?"
Что-то я не понимаю... - Юдин нахмурился. - Что за шутки, началась война?
- Выпейте-ка, сядьте и расслабьтесь! Ну, кому говорят? Признанные
авторитеты уголовного мира устроились у журнального столика, послушно налили
бокалы.
- Уютно, комфортабельно? Вам хорошо? - Гуров подошел к окну, глянул в
ночь, задернул портьеры.- Вы же собрались отдохнуть? Так отдыхайте! Согласен,
вам не дают работать нормально. С одной стороны, я вам сочувствую, с другойпошли
вы к чертовой матери? Я вот сейчас уеду! Меня тронуть никто не посмеет, да
и сам я себя в обиду не дам.
Кац смотрел на Гурова грустными мудрыми глазами и решал: открыться этому
человеку или попытаться выскочить из ловушки самостоятельно.
- Не дури, Анатолий Самойлович,- сказал Юдин.- Началась война между
Губским и Мельником, нас тут проглотят, не пережевывая. И что старика
прихлопнули, значения не имеет. Сдавайся.
- Когда вы, Борис Андреевич, рекомендуете мне сдаться, я не очень понимаю,
что вы имеете в виду.
- Слушай, не валяй дурака, объясни полковнику, из-за чего сыр-бор
разгорелся, и Лев Иванович поможет нам выбраться из полымя,- сказал раздраженно
Юдин.- Ну я кретин, ну надо мне все это?
Гуров наблюдал за происходящим и решал, что может выжать из этой ситуации.
- Анатолий Самойлович, извини, ты умница.- Юдин говорил ласково.- Я не
трус, но обидно, черт побери! Столько сделано! И пропасть не за понюх табаку.
Какие-то дебилы разобьют наши умные головы! Я ведь и сам могу изложить суть
дела, но ты это сделаешь лучше. Я тебя прошу...
Кац покачал головой и вздохнул: - Хорошо, попробую. Уважаемый Лев
Иванович, я предлагаю вам сделку.
Юдин схватился за голову, застонал.
- Спокойно. У каждого человека есть цена, существует она и у полковника.-
Кац замолчал, причмокнул, скосил глаза на кончик носа.- Я вас понимаю, Лев
Иванович, и потому денег не предлагаю. Но ведь у вас есть свой профит в этом
деле? Конечно, есть. Мы можем помочь в решении ваших проблем?
Гуров кивнул, предлагая продолжать.
- Вы поможете нам,- подвел итог Кац, - мы - вам, как говорится, нет
проблем. Итак, вы поможете нам доехать до Москвы?
И, словно откликнувшись на сделанное предложение, под окнами взревели
автомобильные моторы, через несколько секунд заурчали миролюбиво и, удаляясь,
умолкли.
"Двое уехали, сколько осталось? - подумал Гуров. - Мою машину они,
конечно, вырубили. Остался "мерседес" в гараже. Мельник решил устроить
перестрелку? Он хитрый и осторожный, сам оружие в руки не возьмет, значит, к
нему прибыло подкрепление. Если Мельник решится на открытое столкновение, я
теряю свой дипломатический иммунитет. Один-то я отсюда уйду, но здесь останутся
трупы. Мельник исчезнет, и все плохо. Вся работа насмарку. Романов?.. У него
должна существовать автономная связь. Романов? Чушь, надо решать иначе ".
Гуров нервно зевнул: - Полагаю, приступом брать они нас не будут, потому
время у нас пока есть. Анатолий Самойлович, изложите популярно, каковы причины
происходящего.
- Я точно не знаю, догадываюсь.
- Борис Андреевич, вы пересядьте и поглядывайте за окнами.- Гуров указал
Юдину на кресло, подошел к бару, переставил бутылку, налил себе боржоми. -
Почему я хочу выпить в самый неподходящий момент? - Он кивнул Кацу. - Ну, чего
молчите? Догадывайтесь! Естественно, вслух.
Кац поднял на Гурова грустные черные глаза, обрамленные длинными,
казалось, крашеными ресницами, смущенно улыбнулся и сказал: - Люди любят деньги.
Гуров умел слушать, но тут не выдержал: - Свежая, интересная мысль.
Анатолий Самойлович покраснел.
- Видите ли, любая истина, произнесенная вслух, звучит Кац снова
вздохнул.- Странно, но факт, я впервые разговариваю с сотрудником милиции и
чувствую себя прескверно.
Юдин глянул на окна, легко поднялся из кресла, взял бутылку и стакан,
вернулся на место и раздраженно сказал: - Выкладывай! Куда ты денешься с
подводной лодки?
А у меня здесь больше миллиона золотом. Как об этом узнали преступники,
мне неизвестно.- Кац говорил быстро, чуть заикаясь, торопился, как человек,
переходящий вброд очень холодную быструю речку. - Этот миллион не добыт
преступным путем, не принадлежит мне, я - лишь посредник. Миллион - серьезная
сумма, умру, но не отдам чужой собственности. Все.
Камни. И вы их спрятали,- после некоторой паузы сказал Гуров.- Как же вы
храните свои секреты, если две бандитские группировки узнали о них? Значит, идет
охота за вами. А так как здесь присутствует и Борис Андреевич, то Мельник,
естественно, захватит и его, ибо нет гарантии, что вы не передали камни ему.
- Вы не бросите нас?! - Кац хотел встать, но ноги подкосились.
- Вы устраиваете совещания, убиваете людей. Да-да! - Гуров жестом
остановил пытавшегося вмешаться Юдина.- Убиваете! Я не знаю вашей действительной
роли здесь. Два трупа - реальность, а ваши объяснения - только слова. Если бы я
имел возможность, то задержал бы вас всех и передал следствию. Там бы и
выяснили, кто убивал и почему, какие у вас миллионы и каково их происхождение.
- Я вам не верю, вы блефуете! - Кац комкал носовой платок потными
ладонями.- Вы ведь офицер. Вы не можете...
- Могу, могу,- перебил Гуров.- Я сегодня на такое способен, что вчера и в
мыслях не держал.
- Не верю,- упрямо повторил Кац, глядя сыщику в глаза.- Я разбираюсь в
людях, вы не отдадите человека на смерть.
Гуров театрально зевнул, подошел к письменному столу, раскрыл лежавшую на
нем папку, убедился, что бумага есть.
- Мельник что-то задумал, но брать нас приступом не решится, знает, что я
вооружен. Мне надо часа два поспать, а вы оба садитесь и пишете объяснения.
Зачем сюда приехали, как обнаружили труп Людмилы Заслоновой, какие с собой
бриллианты и каково их происхождение. Вы, Борис Андреевич,- он повернулся к
Юдину,- напишите, как мы с вами обнаружили труп Губского.
- Правду и только правду? - улыбнулся Юдин.
- Не важно. Мне нужна бумага, чтобы начальство поняло, что я здесь не
бездельничал и не ворон считал, когда рядом людей убивали.
Сыщик задержался на пороге спальни, глянул через плечо.
- Вы меня охраняйте и будьте бдительны, я ваша последняя надежда.
- Не сомневайтесь,- ответил Юдин.
Гуров лег навзничь, прикрыл глаза. Нужна ему эта бриллиантовая вакханалия.
Вязнет в ней, к цели практически не продвинулся. Чего Мельник хочет, на что
может рассчитывать? Почему ушли две машины? Одна увезла труп Губского, понятно.
А вторая? Неясно, оставим на потом. В семь часов дом проснется, появятся
администратор, горничные, повара. Значит, у Мельника времени примерно до
четырех, а сейчас два. Лезть в окна, ломать двери? Не рискнет.
Он их перестреляет, словно в тире. Мельник это прекрасно понимает. Значит,
просто интеллигентно постучит в дверь и начнет переговоры. Его задача?
Изолировать Гурова и захватить Каца. Юдина он убьет сразу.
Нет, первым он попытается убить меня, решил сыщик. Юдин может и подождать.
Из двери гостиной наползла тень, Гуров открыл глаза, поднял пистолет.
- Это я, Юдин,- выдохнул финансист, понимая, что может получить пулю,
прежде чем сделает второй шаг. - У меня есть предложение. Разрешите?
- Знаю я ваше предложение...
- И тем не менее выслушайте.- Юдин аккуратно присел на пуфик, стоявший
рядом с кроватью.- Сказать "нет" вы всегда успеете.
- Нет,- устало ответил Гуров.
- Вы человек бедный,- упрямо начал Юдин,- а вскоре станете нищим. Я вам
предлагаю вперед, из рук в руки, один на один, сумму, которой хватит на многие
годы. Что вас удерживает: партия? Россия? Бог?
Гуров потянулся, вздохнул: - Ну что вы, право, словно банный лист. Я очень
себя люблю. Я эгоист, так что извините и выйдите вон.
Как только Мальчик закончил говорить, его удавили. В третьем окне Мальчик
наткнулся на пистолет Толика, который находился в номере своего шефа Георгия
Акимовича Мельника. Степан с Толиком, отчаянно привирая, излагали Мельнику
кошмарную историю захоронения трупа Аварии, получали новые инструкции, и Толик
подошел к окну, чтобы выбросить окурок. И на тебе, за подоконником - гость.
Толик ткнул гостя пистолетом в лоб и предложил зайти. Мальчик был ребенком
сообразительным, спорить не стал, впрыгнул в комнату и предстал пред светлые очи
начальника контрразведки Мельника. Мальчик никогда не видел его, но слышал
предостаточно, узнал сразу.
Мельник вора тоже никогда не видел, только глянул, понял, кто перед ним, и
тут же просчитал, кто этого человека послал.
- Эдуарда Федоровича ищете? - Мельник улыбнулся.- Обмишурились. Ну, раз
зашел, присаживайся. Степа, поднеси гостю. Человеку говорить следует, а у него в
горле першит.
Степан налил стакан, от широты души подвинул бутылку пепси. Мальчик
благодарно кивнул, выпил, утерся ладонью и, не ожидая вопросов, рассказал свою
повесть от "а" до "я".
Толик и Степан, довольные, что лишились внимания шефа, слушали с интересом
и криво усмехались, не веря ни одному слову. Мельник же, зная Каца и его
возможности, понял, что в окно залетела золотая птица, которую он разыскивал всю
жизнь.
- Значит, Эдуард Федорович Губский погиб на боевом посту? Почтим память
товарища.- Мельник встал.
Воры вскочили, Мельник перекрестился, сел и сказал укоризненно: - Значит,
ты, сученок, Патриарха Всея Руси порешил?
- Да не хотел я, старик сам наткнулся, непонятно как...
- Умолкни,- перебил Мельник и бросил на Степана, сидевшего за спиной
Мальчика, долгий взгляд.
Степан взгляд хозяина понял и вынул из кармана шелковый шнур. Мельник
согласно прикрыл глаза и, упреждающе подняв палец, спросил: - А девку мою за
что? Она тебе чем помешала?
- Какую девку? Не знаю ничего, мне чужого не надо, у меня своего! -
Мальчик шлепнул по макушке.
- Верю, верю.- Мельник поднял руку, утвердительно кивнул, удерживая
Степана, который уже поднялся, торопился услужить, так как знал. что жизнь
ночного гостя ничего не стоит и ответа за нее никто не потребует.
- Сопляки, вы и есть сопляки. У вас что больше тыщи, то сразу миллион.-
Мельник взглянул на Степана, затем на Толика, подмигнул и рассмеялся, призывая
сотоварищей повеселиться.
Охранники довольно заржали. Мельник вытянул руку, пальцем выстрелил в
Мальчика.
Значит, коричневая замшевая куртка?
- Точно! Мальчик икнул.- Ношеная, подкладка сеченая, чтобы не заподозрили.
Мельник кивнул Степану и убрал со стола бутылку , зная, как ни быстро
удавить человека, он все равно успеет взбрыкнуть и может стол опрокинуть.
Двух покойников уложили в одну машину, Мельник велел ждать, вышел в холл,
решил позвонить, вызвать еще людей, но телефон не работал. Он бросил трубку и
решил: что Бог ни делает, все к лучшему. С Толиком и Степаном совладать
несложно, а прибудут новые люди, прознают о бриллиантах, сговорятся за спиной...
Он вернулся к машинам.
Конечно, никаких миллионов у еврея нет, но могут быть деньги серьезные,-
сказал Мельник, оглядывая охранников.- Будете слушаться, все нарисуем в лучшем
виде, я вам грехи отпущу и долей не обижу.
- Не сомневайся,- ответил Толик, Степан молча кивнул.
- Ты, говорун,- Мельник ткнул Толика в лоб,- вывезешь жмуриков, свернешь
направо, там овраг, сбросишь, прятать уже ни к чему. Ты Степан, выгони вторую
машину за ворота, оставь на стоянке у леса и быстро возвращайся. Все, двигайте.
Когда машины уехали, Мельник обошел здание - горели лишь окна в номере
Каца. Мельник спрятался за деревьями, рассматривал освещенные окна. Собрались в
кучу, договариваются.
"Мента придется замочить, иначе не завладеть. Так он же клейменый,
крученый, в десяти водах стиранный, соображает и до утра из номера не выйдет. А
поутру ложкомои, холуи, как клопы, поползут, народу, как на распродаже тряпок по
талонам. Нет, утра ждать нельзя, мента решить затемно и вывезти".
Мельник достал из кармана газовый баллончик, закамуфлированный под
зажигалку, повернул на пальце массивный перстень.
"Сколько у меня времени? Людишки появляются после шести, сейчас два,
следует поторопиться".
Когда Юдин, закончив неудачные переговоры с Гуровым, вернулся в гостиную,
Кац лишь взглянул на него, ничего не спросил, покачал головой и тихо произнес: -
Ты сошел с ума.
- Все в этой стране шиворот-навыворот!
Юдин допил свой бокал, плюхнулся в кресло.
- Нам повезло,- произнес Кац, однако радости в его голосе не слышалось.-
Лев Иванович человек жестокий, но порядочный, и не отдаст нас...
- Заткнись ты ради Бога! - перебил Юдин.- Лучше скажи, мудрец, почему у
нас все не как у людей?
Кац ответить не успел, в коридоре послышались шаги, дверь дернули, затем
уверенно постучали, и раздался голос Мельника: - Бессонница замучила? Лев
Иванович, вы что, арестовали моих приятелей?
Юдин и Кац переглянулись и одновременно повернулись в сторону спальни, как
прилежные ученики поворачиваются к двери, увидев классного руководителя.
Гуров вышел неторопливо, поправил галстук, одернул пиджак, зевнул. Когда
он нервничал, всегда зевал.
- Иду, Георгий Акимович. - Он подошел к двери, но на случай шального
выстрела встал сбоку, у стены. - Я не прокурор и арестовать никого не могу. Я
лишь временно задержал ваших друзей. Желаете присоединиться?
- Лев Иванович, разговор имеется. Гуров переложил пистолет из наплечной
кобуры в боковой карман.
- А нельзя подождать до утра?.
Наступила пауза, затем, чуть понизив голос, Мельник сказал: - Я знаю, где
находится нужная вам дискета. Сейчас помню, а к утру могу и забыть.
Гуров жестом позвал Юдина: - Если мне не понравится выражение вашего лица,
стреляю. Сейчас дверь откроется, вы сделаете шаг и остановитесь.
Кац ушел в спальню, Юдин повернул ключ, открыл дверь, Мельник вошел,
улыбаясь, держа руки перед собой, демонстрируя, что они пусты. Юдин дверь тут же
захлопнул и вновь запер.
Мельник и Гуров смотрели друг на друга.
- Снимайте пиджак, бросьте на кресло.
- Хороший пиджак, дорогой.- Мельник выполнил приказ.
- Брюки!
- Что? - не понял Мельник.
- Штаны сними!
- Что ты такой пугливый? - Мельник снял ботинки, начал стаскивать брюки,
неловко запрыгал на одной ноге.
- Для смелых оперативников скоро специализированный крематорий откроют.
Мельник наконец выбрался из штанов, бросил их на пиджак, повернулся лицом
к Гурову, подхватил ладонями обвислый животик.
- Ну, герой-оперативник, доволен?
Гуров толкнул Мельника в кресло, начал обыскивать одежду, вытащил
зажигалку, спросил: - А это к чему, вы же не курите?
- Необходимая самооборона, бандиты кругом шастают,- быстро ответил
Мельник.- Осторожнее, отравишься.- Он повернулся к стоящему в стороне Юдину.-
Принеси мне халат, исчезни и закрой за собой дверь.
Получив халат, Мельник плотно подпоясался, налил изрядную порцию коньяку,
хитро глянул на продолжавшего стоять Гурова и сказал: - Присаживайтесь, Лев
Иванович, торговаться будем.
забирает бриллианты, после чего они с Гуровым едут в Москву и расстаются у
квартиры, за дверью которой находится необходимая сыщику /дискета с картотекой
преступной организации и ее агентуры.
Какая гарантия, что я получу картотеку?
- Лев Иванович, если я обману, вы шепнете, сами знаете кому, и Георгия
Акимовича похоронят без оркестра. Это я должен требовать гарантии, что, получив
желаемое, вы опять же не обмолвитесь ненароком, но я в подлости вас не
подозреваю Я ставлю жизнь, а вы? Свои паршивые погоны?
Гуров лишь изображал заинтересованность, торг велся несерьезный, программа
противника была слишком уязвимой. Мельник не мог отдать картотеку и оставить за
спиной подручных, плюс Каца и Юдина. Бандит был человек широкий, но даже для его
размаха кладбище становилось великовато. Да и чисто технически исполнить такое
захоронение
никаких рук не хватит. Значит, Мельник блефует, тянет время, которого у
него становится все
...Закладка в соц.сетях
