Жанр: Триллер
Дикие карты 02. Козырные тузы
...ий напалм рдеющей пленкой растекался по воде.
Разноцветные дымные полосы сигнальных ракет расчерчивали небо.
Основные силы десанта пришельцев опустошали Трентон, а авангард уже был за рекой.
Перекрытые и взорванные мосты не остановили их: они просто-напросто плюхнулись в
ледяную воду реки и бескрайней темной волной хлынули на другой берег. Сотня летунов
окружила вертолет командующего морской пехотой, машина рухнула, и руководить
сопротивлением стало некому: остались лишь кучки стоящих насмерть людей, отчаянно
пытающихся удержать оборону и переломить всесокрушающую волну наступления
беспощадных тварей.
Тузы разделились и действовали там, где положение становилось критическим.
Модульный человек сжигал врагов, пытаясь поддержать разрозненные очаги сопротивления,
которые один за другим подвергались натиску. Задача была безнадежной с самого начала.
Откуда-то слева доносились крики Плакальщика - так он парализовывал чужаков. Здесь
его талант был куда полезней, чем все возможности андроида: микроволновой лазер был
слишком точным оружием, чтобы пытаться с его помощью сдержать настоящий вал
нападавших, тогда как ультразвуковые завывания Плакальщика косили противника целыми
группами, и притом в считанные секунды.
Из-за угла, где в гуще свалки сбивался с ног андроид, вывернул танк Национальной
гвардии и тут же врезался в здание, застрял в каменной кладке. Он был весь облеплен летунами,
которые закрыли смотровую щель. Модульный человек спикировал на танк и принялся рвать
летунов, как бумагу. Едкая жидкость забрызгала его одежду, искусственная кожа задымилась.
Танк скрежетал гусеницами по камню, пытаясь выбраться из стены.
Андроид поднялся в воздух, и на экране его радара расплылось большое пятно - великая
и могучая Черепаха, которая швыряла тварей в воздух, и они падали на землю. Летуны
бестолково бились в бронированный панцирь, их кислота не могла разъесть толстую броню.
Затрещал воздух, разорванный возбужденными фотонами: то был Импульс, чье тело
обратилось в свет. Человек-лазер рикошетом отлетел от врагов, сбил десяток и исчез. Когда
Импульс расходовал всю энергию до конца, он принимал свой человеческий облик, и это
делало его уязвимым. Андроид очень надеялся, что летуны его не найдут.
В вышине реяла Мистраль, раскрашенная в цвета боевого стяга. Она училась в
Колумбийском университете и одевалась в яркие патриотические тона, как и ее отец, Циклон.
Семнадцатилетняя девушка обрушивала на летунов тайфуны, расшвыривала их, разрывала их
на части. Подобраться к ней было невозможно.
Над ней бесцельно кружила Соколица. Она была слишком слаба, чтобы тягаться с
представителями Роя в любом их воплощении.
Но даже их объединенных усилий было недостаточно. Рой продолжал свое движение там,
где не было тузов.
Воздух огласил оглушительный вой: рваные черные тени, "Эйргард А-10", неслись по
небу, стрекоча пулеметами и вспенивая воду Делавэра. Бомбы падали из-под крыльев,
расцветали яркими лепестками напалма.
Андроид стрелял, пока не отказали генераторы. Тогда он стал сражаться с летунами
голыми руками. Его переполняло отчаяние, потом оно сменилось яростью. Все было напрасно.
Шестой морской пехотный полк перебили еще на подходе.
Между Трентоном и Левиттоном бомбы и напалм окрасили декабрьский бурый пейзаж в
черный цвет. На подходах к Филадельфии заняли позиции еще два полка морской пехоты, на
этот раз с поддержкой артиллерии и небольшой бронетанковой части.
Тузы собрались в ресторане Говарда Джонсона на обочине Пенсильванского шоссе, вот
только Импульс лежал в палатке мобильного госпиталя: он перерасходовал свою энергию и
теперь балансировал на грани полного упадка сил. Все остальные ждали сигнала к контратаке.
На парковочной площадке разместили зенитную батарею, и от грохота орудий повылетала
большая часть окон в ресторане. В вышине не умолкал рев реактивных двигателей.
Мистраль сжалась в комочек в углу за столиком. Ее плечи вздрагивали при каждом новом
залпе орудий, по лицу ручьями струились слезы. До нее Рой не добрался, но у нее на глазах
погибло немало людей, и хотя она стойко держалась все сражение и вынесла, казалось,
бесконечный кошмар отступления, теперь запоздалая реакция взяла свое. Соколица сидела
рядом с ней и ласково нашептывала какие-то слова, которых андроид не мог разобрать. Между
тем Плакальщик обыскивал ресторан в поисках чего-нибудь съестного.
- Индюшачья тушенка! - обрадовался туз. - Отлично. Устроим себе День
благодарения. - Он взглянул на Модульного человека. - Ты же робот, да? Ты что-нибудь
ешь?
Андроид вставил два пальца в розетку. Сверкнула вспышка, в воздухе запахло озоном.
- Так проще, - пояснил он.
- Тебя собираются пустить в производство? Пентагон вроде проявляет интерес.
- Я передал условия моего создателя генералу Картеру. Ответа пока не получил. Думаю,
сейчас командная иерархия нарушена.
- Да уж. Мне можешь об этом не рассказывать.
Сквозь грохот орудий и рев реактивных двигателей пробивался еще какой-то звук,
похожий на треск стрелкового оружия.
В ресторан ворвался офицер со шлемом под мышкой.
- Началось... - выдохнул он.
Мистраль подняла на офицера полные слез глаза. Сейчас никто не дал бы ей даже ее
семнадцати.
- Я готова.
Рой удалось остановить на окраине Филадельфии. Два полка морской пехоты выстояли, и
вокруг их опорных пунктов высились штабеля мертвых пришельцев. Победа стала возможной
благодаря поддержке авиации и линкору "Нью-Джерси", который все это время бил
восемнадцатимиллиметровыми снарядами с Атлантического океана, а также Национальной
гвардии Картера и десантникам, которые ударили по чудовищам с тыла.
И конечно, благодаря тузам, которые сражались почти до самого рассвета, - именно
тогда Рой дрогнул и начал двигаться к западу, к далеким горам.
Всю ночь в аэропорту Филадельфии приземлялись самолеты, доставлявшие морских
пехотинцев из самой Калифорнии.
На следующее утро началось контрнаступление.
В углу зала вылетов что-то настойчиво бубнил телевизор. Модульный человек прилетел с
последними новостями о передвижении Роя. Но Картер был занят: готовясь к перемещению
своего командного пункта на запад от Аллентауна, он разговаривал по рации с командирами в
Кентукки. На экране мелькали репортажи: кадры были сняты с безопасного расстояния при
помощи увеличителя. Вот высокий юноша в солдатской одежде без каких-либо
опознавательных знаков двадцатифутовым стволом дерева крушил чужаков. Затем показали
интервью с ним: на вид молодому человеку было не больше двадцати, но глаза принадлежали
глубокому старцу. Это был Джек Браун, Золотой Мальчик сороковых и Туз-Иуда пятидесятых,
вернувшийся на сцену, когда возникла такая необходимость.
На экране мелькали и другие тузы: Циклон, отец Мистраль, сражался с Роем в Техасе
плечом к плечу со своей съемочной группой, вооруженной автоматами. Чудовища отступали по
всему фронту, теснимые бронетанковой техникой из фортов Блисс и Худ и пехотой из форта
Полк, а летуны тысячами дохли от применения опробованных в эпоху Вьетнама дефолиантов.
Мексиканцы, не успевшие вовремя провести мобилизацию, с не подготовленной к
современной крупномасштабной войне армией, не были обрадованы известием, что Рой теснят
в Чихуахуа, и протестовали против этого - впрочем, безуспешно.
И новые кадры, новые места, новые тела, усеивавшие истерзанную землю. Репортажи с
осенних равнин северной Германии, где Рой угодил прямо в центр масштабных маневров и ему
не удалось даже сосредоточиться в одном месте. Волна катилась по Европе и уже перекинулась
за греко-турецко-болгарскую границу. Правительства никак не могли договориться друг с
другом, а простые люди страдали.
Молитвы и надежды: репортаж из Иерусалима и Вифлеема, запруженных собравшимися
на Рождество паломниками.
Говорящие сами за себя черно-белые кадры из Китая: по самым приблизительным
оценкам - пятьдесят миллионов погибших, толпы беженцев и длинные колонны войск на
марше. Африка, Ближний Восток, Южная Америка - шествие Роя по странам третьего мира,
нескончаемые сцены бойни. За исключением Австралии, ни один континент не избежал атаки
пришельцев.
Относительно того, что творилось за железным занавесом, ходили разные слухи. Хотя
официально об этом нигде не объявили, но, по всей видимости, десанты Роя высадились на юге
Польши, на Украине и как минимум в двух местах в Сибири. Была проведена мобилизация, и
вооруженные силы направлялись к месту сражения. Комментаторы уже предрекали России
массовый голод: в ходе всеобщей мобилизации были реквизированы грузовики и
железнодорожные вагоны, которые использовались для подвоза продовольствия гражданскому
населению.
И снова на экране замелькали знакомые кадры: вот Мистраль отбивается от летунов в
небе, вот удрученный Картер нехотя дает пресс-конференцию, вот мэр Филадельфии на грани
истерики... Андроид отвернулся от телевизора. Он повидал слишком много таких сцен.
Вдруг словно призрачный ветер коснулся его кибернетического сердца, а следом пришла
внезапная слабость. Телевизор зашипел, изображение пропало. С той стороны, где сидели
связисты, послышались невнятные возгласы: какое-то электронное оборудование вышло из
строя. Модульный человек встревожился: что случилось?
И снова налетел этот странный призрачный ветер, и время остановило свой бег. Опять
перебои со связью. Андроид направился к Картеру. Генерал дрожащей рукой положил
телефонную трубку; никто никогда не видел его таким испуганным.
- Это был электромагнитный импульс, - сообщил он. - Кто-то только что рванул
ядерную бомбу, и думаю, это были не мы.
Газеты до сих пор пестрели заголовками о вторжении пришельцев. По всему Среднему
Западу родителей настойчиво убеждали не поить детей молоком: сохранялась опасность
радиоактивного заражения после воздушных взрывов, которые произвели русские, чтобы
уничтожить чужаков в Сибири. Связь до сих пор была нарушена: бомбы выбросили в
ионосферу такую дозу радиации, что многие американские микросхемы не выдержали.
Было много споров о том, следует ли затемнять Нью-Йорк или нет, хотя после упорных
шестидневных боев Рой обратился в бегство.
Коулмену Хаббарду было не до того. Он шагал по Шестой авеню, скрежеща зубами;
голова у него раскалывалась: недавнее напряжение не прошло бесследно.
Какая нелепость! Один из подающих самые большие надежды членов ордена, совсем еще
молоденький Фабиан, был арестован по какому-то нелепому обвинению в изнасиловании.
Действительно, мальчишка был сам не свой до баб, даже если те были совсем не в восторге от
него, - и Хаббарда отправили поговорить с полицейским капитаном, который вел это дело. И
задача-то казалась совершенно пустяковой: с лихвой хватило бы каких-нибудь потерявшихся
бумажек или внедренного в капитанскую голову убеждения о недостатке улик... Вот только
сознание этого человека оказалось каким-то увертливым, и Коулмену не удалось завладеть им.
В конце концов капитан Макферсон разозлился и выставил его за дверь.
Властитель Амон не терпел промахов, его кара могла быть беспощадной. Хаббард еще раз
повторил про себя, как будет оправдываться.
Стройная рыжеволосая женщина в сногсшибательном деловом костюме от "Берберри"
едва не налетела на него и торопливо зашагала дальше, даже не извинившись. В руке у нее был
кожаный портфель, на ногах - кроссовки.
Более приличествующие ее виду туфли торчали из рюкзака на плече.
Коулмен разозлился, так как терпеть не мог грубости. Уголки его губ дрогнули в кривой
улыбке. Он потянулся своим сознанием к ее разуму, ее мыслям и нащупал уязвимое место,
брешь в ее защите. Затем, собрав всю свою силу, ударил. Женщина пошатнулась, когда он
перехватил контроль над ее сознанием. Портфель упал на землю. Подобрав его, Хаббард взял
свою жертву под локоть.
- Вот так, - проговорил он. - Вы, кажется, немного нездоровы.
Она захлопала глазами.
- Что такое?
- Я живу совсем рядом. На Пятьдесят седьмой улице. Думаю, вам стоит зайти ко мне и
немного отдохнуть.
- Зайти? Куда?
Он осторожно завладел ее разумом и, как марионетку, повел по улице. Надо же, какой
податливый материал! Его охватило ликование.
Когда-то давным-давно Коулмен Хаббард использовал свою силу для того, чтобы
подтолкнуть жену к измене, еще пару раз для того, чтобы получить повышение по службе.
Потом он встретил властителя Амона и узнал, зачем ему дана эта сила. Коулмен ушел с работы
и с тех пор жил на иждивении ордена.
Пожалуй, стоит задержаться в ее сознании, узнать, кто она такая, какие тайные страхи ее
терзают. А потом Хаббард воплотит их, один за другим, и насладится результатом, будет
тешиться ее покорностью и отвращением к себе самой. Он будет ласкать ее разум и упиваться
ее безумием, в то время как женщина станет вымаливать у него каждое унижение.
Это была лишь малая часть того, что Коулмен Хаббард вынес из наблюдений за
властителем Амоном. На несколько часов он сможет полностью погрузиться в чужой страх и
забыть о своем.
Уолтер Джон Уильямс
До шестого колена
Часть II
"Unto the Sixth Generation: Part Two"
Ледяной ветер, прилетевший прямо из Сибири, свирепствовал над городом, разнося по
улицам радиоактивную пыль. Он залетал в просветы между домами, рвал рождественские
украшения, которые хотя и без радости, но все-таки развесили горожане. Такой лютой зимы в
Нью-Йорке не помнили уже давно. Рой, высадившийся в Нью-Джерси и Пенсильвании, два дня
назад официально объявили уничтоженным, и в честь этого по Пятой авеню торжественно
промаршировали герои недавних сражений. Через несколько дней американским войскам и тем
тузам, которых удалось убедить присоединиться к ним, предстояло вылететь на юг и на север
- разделаться с теми чужаками, что наводнили Африку, Канаду и Южную Америку.
Андроид вставил заново обтянутый кожей палец в прорезь таксофона и почувствовал, как
внутри что-то щелкнуло. Всего-то и нужно было - разобраться, как действуют подобные
устройства. Он набрал номер.
- Привет, Синди. Ну, как продвигаются поиски работы?
- Модульный человек? Слушай... Я хотела тебе сказать... Вчера все было чудесно. Я и не
мечтала о том, что когда-нибудь буду участвовать в параде вместе с героем войны.
- Прости, что не смог позвонить раньше.
- Думаю, остановить Рой было важнее. Не переживай, ты себя полностью
реабилитировал. - Она засмеялась. - Ночка удалась на славу!
- Нет, только не это! - Андроид прислушался к очередному вызову на полицейской
волне. - Боюсь, мне пора.
- Что, опять вторжение?
- Нет. Не думаю. Я перезвоню, ладно?
- Буду ждать.
Какая-то слизистая, похожая на зеленый студень масса хлынула из канализационного
люка на улицы Джокертауна - зародыш, которому удалось избежать уничтожения на
противоположном берегу Гудзона. Он успел сожрать двоих зазевавшихся покупателей,
рыскавших по магазинам в поисках подарков к Рождеству, и торговца горячими кренделями,
прежде чем объявили тревогу и начались лихорадочные переговоры на полицейской частоте.
Отыскав похожую на дно каньона улицу, андроид увидел нечто смахивавшее на
тридцатифутовую миску с желе, которое передержали в холодильнике. В желе колыхались
темные изюмины - жертвы, которых оно неторопливо переваривало. Ринувшись вниз,
Модульный человек завис в воздухе над существом и принялся расстреливать его из лазера,
стараясь не задеть изюмины в надежде на то, что их еще можно вернуть к жизни. Там, куда
вонзался бесшумный невидимый луч, желе вскипало. Зародыш попытался дотянуться до своего
мучителя ложноножкой, но не достал. Тогда существо попыталось спастись бегством и
покатилось в сторону переулка. Бросить добычу и скрыться в канализации оно не догадалось -
не то от голода, не то по глупости.
Студенистая тварь протиснулась в переулок и хлынула по нему. Андроид продолжал
стрелять. Ошметки желе с шипением разлетались во все стороны, и тварь, похоже,
стремительно теряла энергию. Модульный человек взглянул перед собой и увидел в конце
переулка сгорбленную фигурку.
Это была белая женщина, закутанная в кучу тряпья - изрядно поношенного и грязного.
На голове у нее красовалась обвислая шляпа с полями, натянутая поверх плотной вязаной
шапочки флотского образца. Спутанные седые волосы падали на лицо. Она рылась в мусорном
бачке и швыряла смятые газеты за спину, изредка опуская что-то в привязанный к поясу
объемистый мешок. Модульный человек увеличил скорость и понесся сквозь холодную морось
вперед, стреляя через плечо, а затем приземлился на мостовую перед бачком - колени
самортизировали удар.
- Ну вот, а я Максине и говорю... - донеслось до него бормотание женщины.
- Прошу прощения, - произнес андроид.
Он подхватил женщину и вместе с ней взмыл в воздух. На земле, извиваясь под
ураганным напором когерентных микроволн, испарялся зародыш Роя.
- А Максина и говорит: моя мамаша сегодня утром сломала себе бедро, и ты не
поверишь...
Старуха замахала на него руками, ни на секунду не прерывая своего безумного монолога.
Андроид безмолвно вытерпел удар локтем, нацеленный ему в челюсть, и плавно приземлился
на ближайшей крыше. Едва он отпустил свою пассажирку, как та накинулась на него, словно
разъяренная кошка.
- Ах вот ты какой, приятель! - верещала она. - Сейчас я покажу тебе, что у Хильди в
мешке.
- Я спущу вас вниз чуть позже, - пообещал Модульный человек.
Он уже почти бросился в погоню за слизкой тварью, когда уголком глаза заметил, что
бродяжка открыла свой пакет.
Внутри что-то чернело. И эта черная штуковина увеличивалась прямо на глазах.
Андроид попытался сдвинуться с места, улететь прочь. Но странная сила цепко держала
его, не давая шевельнуться.
Странная штука в пакете полоумной старухи продолжала расти, увеличиваясь очень
быстро, и тянула его к себе.
- Стоп, - просто приказал он.
Притяжение не прекратилось. Андроид пытался воспротивиться, но стрельба из лазера
израсходовала много энергии, и у него совсем не оставалось сил.
Чернота разрасталась и разрасталась, пока не поглотила его. Он ощутил, что падает
куда-то. Потом все чувства погасли.
Нью-йоркские тузы, отозвавшиеся на призыв, наконец-то разделались с зародышем Роя.
Все, что от него осталось - мерзкие темно-зеленые сгустки, - смерзалось в грязные ледышки.
Его жертвы, частично переваренные, были опознаны по несъедобным кредитным картам и
запаянным в пленку удостоверениям личности, которые нашлись при них.
Обитатели Джокертауна и не такое видали, так что просто обозвали существо "гигантской
соплей". Никто из них не обратил внимания на растрепанную старуху, которая спустилась с
крыши по пожарной лестнице и пошла бродить по обледенелым улицам.
Андроид очнулся в мусорном бачке в каком-то из переулков за 52-й улицей. Проверка
всех систем обнаружила повреждения: микроволновой лазер переключился на синусоидальную
волну, измеритель магнитного потока вышел из строя, полетный модуль был искорежен, как
будто побывал в руках какого-то великана. Модульный человек с грохотом откинул крышку
бачка. Потом осторожно оглядел переулок.
Никого не было видно.
Бог Амон пламенел в мозгу Хаббарда. Глаза горели гневом, руки яростно сжимали анк и
посох.
- Тиамат, - возвестил он, - была разгромлена. Машину Шакти не приготовили
вовремя.
Хаббард пожал плечами.
- Это временное поражение, - сказал он. - Темная сестра вернется. Она может
находиться где угодно в пределах Солнечной системы - военным не под силу ни найти, ни
узнать ее. Не для того мы скрывались все эти столетия, чтобы сейчас потерпеть поражение.
По сравнению с недавним хаосом теперь в мансарде царил почти идеальный порядок.
Заметки были разложены и рассортированы по темам, и теперь Травничек пытался разобраться
в них. Нельзя сказать, чтобы это была легкая задача.
- Интересно, - проговорил Травничек. От его дыхания шел пар, оседая на очках, и
Максим стащил их с переносицы. - Значит, ты утверждаешь, что тебя переместили на
расстояние в приблизительно пятьдесят городских кварталов в пространстве и на один час
вперед во времени, так?
- По всей видимости. Когда я выбрался из бачка, то обнаружил, что сражение в
Джокертауне уже почти час как закончилось. Сравнение с моим внутренним часовым
механизмом выявило расхождение в семьдесят две минуты пятнадцать целых и тридцать три
сотых секунды.
Андроид раскрыл грудь и заменил кое-какие узлы. С лазером можно было попрощаться,
зато теперь он снова мог летать и сумел кое-как наладить измеритель магнитного потока.
- Любопытно. Ты говоришь, та бродяжка не была заодно с этой зеленой дрянью?
- Вероятнее всего, они случайно оказались на одной улице. Ее монолог произвел на меня
впечатление не вполне разумного. По моему мнению, женщина психически нездорова.
Травничек проверил регулировку обогрева своего комбинезона. За два часа температура
упала на двенадцать градусов, и на световом люке в потолке уже начала нарастать изморозь. Он
закурил папиросу, включил плитку, чтобы вскипятить себе воды для кофе, потом спрятал руки
в теплые карманы комбинезона.
- Я хочу заглянуть в твою память, - сказал он. - Открой грудь.
Модульный человек повиновался. Максим отсоединил от погребенного под кучей
видеооборудования микрокомпьютера пучок кабелей и воткнул их в разъемы в груди андроида
рядом с его экранированным электронным мозгом.
- Перепиши свою память на компьютер, а потом застегнись, - велел он, и спустя
несколько секунд процессор запищал, подавая сигнал о том, что запись завершена.
Андроид отсоединил кабели и закрыл грудь, а Травничек включил видеомагнитофон,
подрегулировал настройки. На экране в обратном порядке замелькали видеокадры.
Он нашел то место, где появилась старуха, и несколько раз просмотрел пленку. Потом
подошел к компьютеру, и после ввода нескольких команд на экране возникло увеличенное лицо
бродяжки. Морщинистое, чумазое лицо взлохмаченные волосы, изношенная неопрятная
одежда, во рту нет нескольких зубов. Травничек поднялся, сходил к себе в спальню, которая
размещалась тут же за лабораторией, и вернулся со стареньким "Поляроидом". Он отснял три
оставшихся кадра и одну фотографию отдал своему детищу.
- Держи. Будешь показывать ее людям. Спрашивай, не видели ли они ее.
- Слушаюсь, сэр.
Две оставшиеся фотографии Травничек кнопками приколол к балкам на потолке.
- Я хочу, чтобы ты нашел эту старуху и забрал то, что у нее в мешке. И еще я хочу,
чтобы ты выяснил, где она взяла эту штуковину. - Он покачал головой, роняя табачный пепел
на пол, и пробормотал: - Вряд ли она сам изобрела ее. Скорее, просто где-то нашла.
- Сэр? А как же Рой? Мы условились, что через два дня я вылечу в Перу.
- Вояк - к черту, - отрезал Максим. - Они пока что нам ни цента за наши услуги не
заплатили. Устроили какой-то вшивый парад, да и то не армия раскошелилась, а город. Пускай
попробуют повоевать с чудовищами без тебя. Тогда, может быть, сообразят, что к чему.
Но правда заключалась в том, что Травничек и близко не подошел к тому, чтобы
воспроизвести свое творение. На это требовались многие недели, а возможно, даже месяцы.
Армия хотела гарантий, чертежей, настаивала на том, чтобы он открыл свое имя. Да и вообще,
странная бродяжка сейчас интересовала его куда больше. Он начал лениво проглядывать
содержимое памяти андроида.
Модульный человек в глубине своей электронной души содрогнулся. И торопливо
заговорил, надеясь отвлечь своего создателя от происходящего на экране.
- Я мог бы попытаться отыскать эту женщину в центрах для беженцев, но на это уйдет
какое-то время. Судя по моим данным, в Нью-Йорке около двадцати тысяч бездомных, но
теперь к ним прибавились еще бесчисленные толпы беженцев из Джерси...
Неожиданно Травничек выругался по-немецки и громко захохотал, тыкая пальцем в
экран:
- Так ты, значит, вовсю объезжаешь эту актрисульку! Синди... как бишь ее?
Андроид приготовился к тому, что неминуемо должно было за этим последовать.
- Это так, - произнес он.
- Ты же всего-навсего железяка, что-то вроде тостера, - продолжал его создатель. - С
чего это ты вдруг вообразил, что можешь развлекаться с бабами?
- Вы же снабдили меня необходимым оборудованием. И дали способность испытывать
эмоции. А в довершение всего еще и наделили привлекательной внешностью.
- Ха. - Травничек перевел взгляд с Модульного человека на экран и обратно. -
Оборудованием я тебя снабдил для того, чтобы ты при необходимости мог сойти за человека. А
способность испытывать эмоции дал затем, чтобы ты мог разобраться, кто враг общества, а кто
нет. Даже не думал, что ты станешь заниматься такими вещами. - Он бросил окурок на пол и
плотоядно осклабился. - Ну и как, понравилось?
- Да, это было приятно.
- Гляди-ка, а твоя блондинистая потаскушка, похоже, получает удовольствие. -
Травничек потянулся к видеомагнитофону. - Пожалуй, стоит взглянуть на это еще разок с
самого начала.
- А на ту старуху вы еще раз посмотреть не хотите?
- Я предпочитаю молоденьких. Принеси-ка мне пива. Кстати, у нас есть попкорн?
- Нет! - отрывисто бросил андроид через плечо.
Он принес Травничеку бутылку "Урквелла" и не сводил с него глаз, пока тот не сделал
первый глоток. Чех раздраженно фыркнул:
- Мне не нравится, как ты на меня смотришь.
- Вы предпочли бы, чтобы я смотрел на вас как-нибудь по-другому? - осведомился он.
Максим побагровел.
- А ну марш в угол, примус похотливый! - заорал он. - И чтобы не смел на меня
морду поворачивать, утюг блудливый!
Весь остаток дня его детище простояло в углу, а Травничек просматривал видеозапись, то
и дело заливаясь хриплым хохотом. Мало-помалу смеяться ему расхотелось, а под ложечкой
похолодело от смутного предчувствия. Он отключил видеоаппаратуру, засунул окурок
сигареты в бутылку из-под пива и тут же закурил следующую.
Андроид начинал вести себя слишком независимо. Травничек перебирал в памяти строчки
собственноручно написанных программ, раз за разом возвращаясь к файлу "Всякая всячина".
Свою подборку сведений о человеческих эмоциях он составил из самых разных, но несомненно
заслуживающих доверия источников - от докт
...Поділитися у соцмережах
