Жанр: Триллер
Голоса в темноте
...роглотила их и запила водой из крана.
- У меня продолжаются головные боли. Но дело не в этом.
- А в чем?
Я села за стол и на секунду уронила голову на руки. Никак не могла подобрать
правильную позу, чтобы не дергало в виске. Послышалось позвякивание: Броуди
заваривал чай. Затем поставил на стол обе кружки, но сам не сел, а облокотился о
спинку стула Джо. Я глотнула горячий напиток.
- Я стала каким-то подобием Старого Морехода : зажимаю людей по углам и
рассказываю им свою историю. Только есть ли в этом какой-нибудь смысл? Полиция
мне не поверила. И чем больше я говорю, тем меньше верю сама.
Бен не ответил - просто смотрел на меня.
- Вам не надо на работу?
- Я босс, - сказал он. - Прихожу и ухожу, когда хочу.
И я сбивчиво рассказала ему укороченный вариант своей истории. О проблемах с
"Джей и Джойнер", о которых он и сам частично знал, потому что участвовал в проекте
"Лавина". О том, как ушла с работы и убежала от Терри. Затем глубоко вздохнула и
рассказала о том, как очнулась в подвале, о проведенных в темноте днях, о своем
побеге и больнице. И о том, как мне не поверили и вытолкнули в мир.
- Предвижу ваш первый вопрос и сразу отвечаю на него: единственное, в чем я
уверена, - это в том, что меня ударили по голове. - Я осторожно потрогала за ухом.
Это движение до сих пор заставляло меня вздрагивать. - Но если удар отнял у меня
какие-то фрагменты жизни, он же мог добавить другие. Знаете, я в этом еще ни разу не
признавалась вслух. Но думала, когда просыпалась среди ночи, о смерти. Видимо, со
мной произошел несчастный случай, и такие сотрясения мозга способны вызывать
галлюцинации. Ведь можно же вообразить, что сидишь в подвале и к тебе обращается
голос из темноты. Как вы считаете?
- Не знаю, - озадаченно ответил Бен. - Какой-то кошмар.
- На меня напали, или, возможно, сбила машина, и я пролежала где-то несколько
часов. Вы никогда не видели сны, будто прожили много лет, успели состариться, а на
самом деле прошла всего одна ночь?
- Я не запоминаю снов.
- Наверное, это признак душевного здоровья. Когда я была там, я тоже видела
сны и хорошо их запомнила. Озера, текущая вода, бабочка на листе. Это что-нибудь
доказывает? Можно потерять сознание и при этом видеть сон, как бы еще раз засыпать
и видеть другой сон? Такое возможно?
- Я проектирую водопроводные краны и подставки для.: ручек и имею мало
представления о психологии.
- Это неврология. Я уже знаю. Меня осматривали психотерапевт и невролог,
который мне поверил. Мой мозг лишился каких-то осколков отражения реальности, и
я, стараясь заполнить пробелы, хожу по людям, которые, вероятно, считают меня
ненормальной. И одновременно усердно прячусь от того, кто скорее всего меня не
ищет. С вами не случалось такого в детстве? Вы играете в прятки, находите
великолепное место, где можно укрыться, сидите там сто лет - сначала ликуете,
потом вам становится скучно, а в конце концов понимаете, что все давно разошлись по
домам. И вот теперь у меня такое же чувство: я бормочу, как лунатик, а вы стоите и
молчите. Я не знаю, где Джо, и не представляю, что сама здесь делаю. Поэтому можете
возвращаться в свою мастерскую.
Бен потянулся, взял мою кружку и вместе со своей понес к раковине. Обе вымыл и
поставил вверх донышками на сушилку. Поискал глазами полотенце, но не нашел и
просто стряхнул капли с рук.
- Кажется, я знаю, как вы здесь оказались, - сказал он. - По крайней мере как
познакомились с Джо.
- Как?
- Это я вас познакомил.
Глава 14
На мгновение я ощутила прилив воодушевления из-за того, что на карте теперь
будет обозначен еще один кусочек моей terra incognita . Но в следующую минуту
почувствовала, как екнуло в животе.
- О чем вы говорите? Вы же понятия об этом не имели, когда явились сюда. И,
увидев меня, были удивлены не меньше моего.
- Был, - согласился Броуди. - Но должно быть, именно так все и вышло. - Он
помолчал. - Вы что, в самом деле не помните, как познакомились с Джо?
- Нет. Я только видела пленку, на которой снята вместе с ней. Кажется, мы ладим.
Во всяком случае, я выгляжу довольной. Я сама хотела бы все вспомнить, но, извините,
не могу. Как вы нас познакомили? Зачем?
Бен уже собирался отвечать, но внезапно осекся.
- Ну вот, - продолжала я, - вы сомневаетесь. Потрясающе! Полиция думает, что
меня не похищали. А теперь и вы не верите, что я потеряла память. А может быть, я и
не Эбби Девероу. Только играю ее роль. Перевоплотилась в нее. А на самом деле я -
Джо. Только вообразила, что я Эбби.
Бен попытался улыбнуться, но растерянно отвернулся.
- Так я познакомилась с ней в понедельник?
- Во вторник утром, - ответил он.
- Мне показалось, что вы раньше говорили, будто мы встречались с вами в
понедельник.
- Вы приходили еще раз, - туманно объяснил Броуди. - Возникли новые
вопросы.
- И Джо в это время оказалась в вашей мастерской.
- Мы пошли выпить кофе в забегаловку неподалеку отсюда. Джо часто в ней
бывала. Она спешила на какую-то встречу. Мы немного поболтали, а потом мне надо
было бежать. Если угодно, могу восстановить ваш разговор. Вы жаловались, что вам
негде остановиться. И она предложила пожить у нее. Как видите, ничего зловещего.
- Да.
- Но вы полагаете, что она пропала?
- Я сказала детективу, что просто это знаю. А он решил, что у меня здорово
поехала крыша. Хорошо коли так, а то он мог бы подумать, будто я свихнулась
окончательно. Я совсем не представляю, где искать Джо. Но чувствую за нее
ответственность. И каждый раз, когда смотрю на ее фотографию, переживаю. Когда я
была пленницей, мне казалось, что мои друзья и знакомые беспокоятся обо мне, ищут,
и это меня поддерживало. Но, вернувшись, я открыла для себя страшную вещь: за дни
отсутствия меня никто не хватился.
- Мне кажется... - Бен сделал попытку меня перебить.
- Ни один человек не заметил, что я исчезла. Это никого не тронуло. Словно я
стала невидимкой. Умерла. Только не подумайте, что это их вина. Ни в коей мере. Они
добрые друзья и, наверное, любят меня. Я бы на их месте повела себя точно так же. Не
всполошилась бы, если бы несколько дней не разговаривала с кем-нибудь из них. С
какой стати? Люди в нашей жизни появляются и исчезают - согласны? Но Джо -
совсем другое дело. Я не могу к ней относиться таким же образом, потому что сама
испытала, что такое безразличие. Только не знаю, как повлиять на эту ситуацию. И еще
мне кажется, я слишком много болтаю. Но стоит мне замолчать - и я разревусь.
Бен положил мне руку на плечо, и я инстинктивно вздрогнула и отпрянула.
- Простите, - извинился он. - Я не подумал. Посторонний мужчина в вашей
квартире. Вы наверняка нервничаете.
- Немного... хотя уверена... Знаете, я как в кромешной темноте. Тыкаюсь по
сторонам, вытянув руки, чтобы не свалиться. Иногда краем глаза замечаю просвет,
оборачиваюсь, но он тут же исчезает. Я продолжаю надеяться, что выйду туда, где
светло, но никак не получается. Без памяти я будто лишилась карты - мечусь направоналево
и только натыкаюсь на всякие предметы. Не то чтобы я не знаю, где нахожусь,
но понятия не имею, кто я такая. Что от меня осталось. Особенно когда другие... - Я
резко оборвала себя. - Опять бормочу что-то несусветное? - Бен не ответил. Он
пристально на меня смотрел, и от этого я начинала нервничать. - А какая я была,
когда мы встречались прежде?
- Какая вы были? - Он как будто не понял вопроса.
- Да.
- Ваши волосы были длиннее.
- Это я знаю, поскольку сама решила их укоротить. Какой я вам показалась? В
каком была настроении?
- М-м... - замялся Броуди. - Вы были оживлены.
- О чем мы говорили? Я вам что-нибудь рассказывала?
- О работе. Какие у вас проблемы.
- И все?
- Говорили, что только что бросили своего приятеля.
- Я и об этом вам поведала?
- Объяснили, почему у вас нет постоянного адреса и телефона. И просили, если
возникнут вопросы, звонить на мобильник.
- Что-нибудь еще? Я не рассказывала вам о людях, с которыми в последнее время
встречалась?
- Специально - нет. Но мне кажется, встречались. Во всяком случае, у меня
возникло такое впечатление.
- Понимаете, я думаю, не может ли один из тех, с кем я виделась, знать его.
- Его?
- Человека, который меня захватил.
- Понятно. - Броуди поднялся. - Не пойти ли нам куда-нибудь выпить? Мне
кажется, вам будет спокойнее со мной на людях.
- Пожалуй, - согласилась я.
- Тогда вперед! - Он подхватил свое пальто со спинки стула.
- Симпатичная вещь.
Бен посмотрел почти с удивлением, словно никогда раньше не видел то, что на нем
надето.
- Новомодная.
- Мне нравятся такие свободные пальто.
- Похожи на длинные накидки, какие люди носили лет двести назад.
Я нахмурилась.
- Почему мне неприятно об этом слышать?
- Может быть, потому что вы согласны.
Паб был ободряюще полон людьми, в воздухе плавало облако сигаретного дыма.
- Я плачу, - заявила я и стала пробиваться к стойке.
Через несколько минут мы сидели за столиком с кружками пива и между нами
лежал пакет с хрустящим картофелем.
- Не знаю, с чего начать. Вы ведь приятель Джо?
- Так.
- Она часто уезжала из дома?
- По-разному. Джо выполняла несколько проектов для издательств - в основном
коммерческих журналов. Некоторые требовали исследовательской работы. Помню
один был для детской энциклопедии; она готовила краткие статьи о деревьях
Великобритании, и ей пришлось осмотреть три сотни тисов.
- Она ответственно относилась к работе?
- Как правило, очень. Редакторство было ее хлебом.
- А вас подводила часто?
Бен задумался.
- Я же сказал, она была ответственным человеком.
- Таким образом, получается, что ее сейчас нет, хотя она должна быть. Джо не в
отпуске, не в командировке. Значит, что-то случилось.
- Вполне возможно, что все нормально, - тихо проговорил Бен, глядя в кружку
пива. - Она могла куда-нибудь поехать, чтобы закончить работу. Такое уже бывало. У
ее родителей есть коттедж в Дорсете. Очень тихий, там ничто не отвлекает.
- Вы можете туда позвонить?
- Там нет телефона.
- А сотовый?
- Я уже несколько раз набирал ее номер.
- О!
- Она могла поехать и к родителям. Ее отец болеет. Рак. Может быть, ему стало
хуже. Вы не в курсе?
- Я об этом ничего не знала.
- Еще у нее есть дружок Карло, с которым она то мирится, то ругается. Насколько
я знаю, в последнее время они были в разрыве, но как знать... Вы не пробовали ему
звонить?
Я глубоко вздохнула. Спокойно, спокойно.
- Если бы она собралась к нему, то вам наверняка сказала.
Бен пожал плечами:
- Я всего лишь приятель. В таких ситуациях дружба может быть на втором плане.
- Случается.
- Джо находилась в депрессии, - нахмурившись, проговорил он, - а не просто в
плохом настроении. Я надеялся, что она начинает выходить из этого состояния. - Бен
допил пиво и вытер рот тыльной стороной ладони. - Сейчас я отправлюсь с вами в ее
квартиру, и мы попытаемся позвонить людям, которые были ей близки: Карло, ее
родителям. Попробуем выяснить, не знают ли они что-нибудь о Джо. - Бен запустил
руку в карман и выудил оттуда сотовый телефон. - Вот возьмите, Сообщите, что вы
со мной: полиции, подругам - кому хотите, А потом мы пойдем звонить.
- Это очень благородно с вашей стороны... - начала я.
- При чем тут это? Джо - мой друг.
- Мне не нужно никому сообщать, - отказалась я, хотя внутренний голос вопил:
"Нужно! нужно! нужно! Глупая ты женщина!"
- Поступайте, как вам угодно.
На обратном пути я рассказала ему, как мне удалось обнаружить квартиру Джо -
по счету и ключам в бардачке машины.
- Она находилась на полицейской стоянке, - объяснила я. - Пришлось
заплатить больше ста фунтов, чтобы ее забрать. А теперь на ней блокиратор. Вот, -
показала я рукой и не поверила собственным глазам. Машины на прежнем месте не
было. - Черт побери - она опять исчезла! Разве так бывает? Я считала, что весь
смысл блокиратора в том, чтобы не позволить автомобилю сдвинуться с места.
- Ее, наверное, вернули на стоянку. - Бен пытался сохранить серьезное лицо.
- Вот дерьмо!
Я открыла бутылку вина. Мои руки опять дрожали - потребовалась уйма времени,
чтобы вытащить пробку. Бен набрал номер, с кем-то переговорил - но явно не с
матерью Джо, - положил трубку и повернулся ко мне:
- Это женщина, которая осталась с их собакой. А сами они отдыхают и вернутся
только послезавтра.
Я налила ему вина, но он не притронулся к стакану, а стал листать записную
книжку.
- Карло? Привет, это Бен Броуди. Да-да, совершенно верно - приятель Джо.
Что? Нет, в последнее время с ней не виделся. Наоборот, хотел у тебя узнать... Нет-нет,
ни в коем случае - не скажу, что от тебя... - Броуди положил трубку и опять
повернулся ко мне: - Она с ним явно в разрыве. Нельзя сказать, чтобы парень был в
хорошем настроении.
- И что же нам теперь делать? - спросила я, заметила свое "нам" и глотнула как
следует вина.
- У вас есть что-нибудь в холодильнике? Есть хочется. Мы с Джо собирались
пойти поужинать.
Я открыла дверцу.
- Яйца, хлеб, сыр. Салат-латук, спагетти.
- Если хотите, я пожарю яичницу.
- Было бы неплохо.
Бен снял пальто и пиджак, достал из шкафа сковороду, а из ящика стола -
деревянную ложку. Он прекрасно знал, что где лежит. Я расслабилась и наблюдала за
ним. Броуди не спешил. Он был очень методичен. Я успела выпить второй стакан вина.
Я до смерти устала постоянно бояться и быть настороже.
- Расскажите мне о Джо. Какая она?
- Подождите. Вам один тост или два?
- Один. Но хлеба побольше.
- Ну вот и все.
Мы сели за стол на кухне и молча съели яичницу. А я выпила еще вина.
- Она кажется очень застенчивой, пока ее как следует не узнаешь, - сообщил
Броуди, дожевав последний кусок. - Полагается только на свои силы, бережливая.
Покупает лишь то, что ей требуется. Никогда не ходите с ней по магазинам. Она тратит
массу времени, чтобы купить какую-нибудь мелочевку - сравнивает цены в разных
местах. Аккуратна, ненавидит малейший беспорядок. Лучше слушает, чем
рассказывает. Что еще? Выросла в деревне. У нее есть младший брат, который живет в
Америке и работает звукооператором. Близка с родителями. У нее много подруг и
друзей. Но встречается с ними, как правило, один на один - не любит больших
компаний.
- А какие у нее отношения с Карло?
- По правде сказать, безнадежные. Он - настоящий идиот. - В голосе Бена
зазвучали пренебрежительно-резкие нотки, я посмотрела на него с удивлением, и он
тут же добавил: - Могла бы выбрать себе кого-нибудь получше. Человека, который ее
любит.
- Нам всем бы это не помешало, - легкомысленно заявила я.
- И еще, как я уже говорил, она подвержена депрессии. Бывают периоды, когда
Джо не поднимается из постели. Это меня беспокоит.
Было уже поздно. День близился к концу, как длинная, тяжелая дорога: сначала
Тодд, затем суматошный телефонный звонок, инспектор Кросс и теперь вот это. Бен
заметил, что я зеваю, встал и взял с дивана пальто.
- Мне пора. Будем поддерживать связь.
- И это все?
- В каком смысле?
- Но ведь она так и не нашлась. Пропала с концами. Надо что-то делать. Нельзя
же все так оставить.
- Нельзя. Попробую съездить в Дорсет. Я однажды там был - думаю, что найду.
Потом обзвоню ее друзей. Если ничего не прояснится, поеду к родителям. А потом - в
полицию.
- Я бы хотела поехать с вами в Дорсет, - брякнула я, хотя за секунду до этого не
представляла, что подобное может сорваться с моего языка. Бен удивленно на меня
посмотрел. - Когда вы готовы отправиться в путь? - спросила я.
- Сейчас.
- Вести машину ночью?
- Могу. Я не очень много выпил. А завтра после обеда у меня важная встреча. Так
что мне нельзя. А вы меня встревожили.
- Я смотрю, вы не любите мешкать.
- А ведь вам не очень хочется ехать со мной.
Я поежилась и посмотрела в окно - в холодную тьму. Большого желания не было.
Но и оставаться тоже не хотелось. Лежать в постели, купаясь в собственном поту,
слушать, как колотится сердце в груди, ощущать, как сохнет во рту, и ждать, когда
наступит рассвет и станет легче бороться с невыносимым ужасом. Засыпать и через
несколько минут просыпаться. Прислушиваться к звукам и посвисту ветра. Думать о
Джо и о себе. И о том, кто поджидал меня в темноте.
- Поеду, - сказала я. - Где ваша машина?
- У дома.
- А где ваш дом?
- У Белсайз-парка. Пара остановок на метро.
- Давайте возьмем такси. - Я не могла даже думать о том, чтобы ночью
спускаться в метро. Достаточно на сегодня натерпелась страхов.
- Хорошо, - ответил Бен.
- Пойду надену что-нибудь потеплее. И на этот раз позвоню знакомым и сообщу,
с кем я. Извините.
Насколько я могла судить в темноте, Бен Броуди жил в доме у самого парка.
Широкую улицу обрамляли качающие в свете фонарей голыми ветвями высокие
деревья.
- Подождете в машине, пока я кое-что возьму? - Он открыл дверцу, и я
забралась на пассажирское сиденье. Подмораживало, и в машине заледенели стекла.
Она казалась пустой и чистенькой. Только упаковка с салфетками и атлас
автомобильных дорог на полу. Я скукожилась в своей теплой куртке и дышала на
морозные разводы на стекле. В верхней комнате дома Броуди загорелся свет, затем
через несколько минут погас. Я посмотрела на часы на приборной панели - почти два.
И спросила себя: что я делаю среди ночи на лондонской улице? В машине человека,
которого до этого не знала? И не нашла разумного ответа. Единственным объяснением
было то, что я дошла до точки срыва.
- Можем ехать.
Бен открыл дверцу. Он был в джинсах, пестром джемпере и старой кожаной
куртке.
- И что же вы взяли?
- Фонарик, одеяло, несколько апельсинов и шоколадку в дорогу. Одеяло для вас.
Ложитесь на заднее сиденье, я вас накрою.
Я не протестовала. Перелезла через спинку, и он укутал меня толстым одеялом.
Завел мотор и включил отопитель. Мы тронулись. Я лежала с открытыми глазами и
наблюдала, как в окне мелькали уличные фонари и высокие здания. Затем увидела
звезды, деревья и пролетавший далеко-далеко самолет. И закрыла глаза.
Во время поездки я то засыпала, то просыпалась. Однажды вынырнув из дремы,
услышала, как Бен что-то мурлыкает себе под нос, но не узнала мотива. В другой раз
умудрилась сесть и выглянуть в окно. Было все еще темно и вокруг, насколько можно
было видеть, ни одного огонька. Машин на дороге тоже не наблюдалось. Броуди
ничего не сказал, только подал пару долек шоколада, от которых я стала медленно
отщипывать кусочек за кусочком. А затем снова легла на сиденье. Мне не хотелось
разговаривать.
В половине шестого мы остановились, чтобы заправиться. Еще не рассвело, но
небо на горизонте сделалось дымчато-серым. Мне показалось, что стало еще холоднее,
и я заметила на вершинах холмов снег. Вернулся Бен с двумя полистироловыми
кружками кофе. Я, прихватив с собой одеяло, перебралась на переднее сиденье, и он
подал одну мне. Я обхватила кружку ладонями, согревая руки теплом горячего
напитка.
- С молоком, но без сахара, - сказал Бен.
- Как вы догадались? - удивилась я.
- Мы с вами пили кофе и раньше.
- Ах вот как... Нам еще далеко?
- Теперь не очень. Коттедж расположен примерно в миле от стоящей на
побережье деревушки Каслтон. Взгляните на карту - она у вас под ногами. Наверное,
мне понадобится ваша помощь.
- Вы думаете, она там?
Броуди пожал плечами:
- Под утро в голову всегда лезут мрачные мысли.
- Светает. Вы, видимо, устали.
- Пока не очень. Потом скажется.
- В разгар вашей деловой встречи?
- Не исключено.
- Хотите, могу повести я?
- Машина не застрахована. Разговаривайте со мной, чтобы я не заснул.
- Сделаю все, что в моих силах.
- Мы проезжали Стоунхендж . Хотел вас разбудить, но потом решил: все равно
обратно поедем тем же путем.
- Никогда его не видела.
- Неужели?
- Вы не поверите, какие вещи я никогда не видела: Стоунхендж, Стратфорд ,
Хэмптон-Корт , лондонский Тауэр. Ни разу не была в Шотландии. Даже в Озерном
крае . Вот собиралась слетать в Венецию, даже билет купила. Но вместо Италии
оказалась в подвале с кляпом во рту.
- Еще успеете.
- Надеюсь.
- А что было хуже всего? - спросил он после паузы.
Я покосилась на него: Бен не отрывал глаз от дороги и пролетающих мимо пологих
холмов. Я сделала глоток кофе. Хотела было ответить, что не могу об этом говорить,
но вспомнила, что после того, как я убежала из подвала, Броуди оказался первым
человеком, который не смотрел на меня с тревожной настороженностью. Не вел со
мной себя так, словно я свихнулась. И я постаралась объяснить:
- Трудно сказать. Слышать его сопенье и знать, что он рядом. Бояться, что не
смогу дышать, задохнусь и утону в себе. Это было... - я попыталась подобрать
правильное слово, - гнусно. Просто ждать в темноте и сознавать, что придется
умереть. Я цеплялась за какие-то вещи, чтобы не сойти с ума, - только не из
собственной жизни, потому что понимала, что это еще одна форма пытки, путь к
безумию и ужасу. Вызывала в уме просто картинки, вроде тех, о которых рассказывала
раньше. Красивые образы внешнего мира. Я до сих пор представляю их, когда
просыпаюсь по ночам. Но я знала, что капля за каплей теряю себя. В этом, видимо, был
его план. Чтобы я по крохе лишилась всего, что составляло меня, и осталась уже не
сама собой, а невесть кем - бормочущей, пристыженной, грязной. - Я внезапно
запнулась.
- Почистите-ка нам по апельсину, - попросил Бен. - Они там, в пакете.
Я почистила апельсины, и их аромат наполнил салон машины. Мои пальцы были
влажными от сока. Я давала ему дольку за долькой.
- Смотрите, - показал Бен. - Вон там море.
Оно было серебристым и спокойным. Трудно было определить, где кончалась вода
и начиналось предрассветное небо - только на востоке солнце высветило горизонт, и
он стал призрачно-серым.
- Скажите, когда сворачивать, - попросил он. - Это где-то недалеко.
Мы повернули направо, в сторону от солнца, на спускающуюся к побережью узкую
дорогу.
- По-моему, мы у цели, - проговорил Бен, всматриваясь вперед.
Перед нами возникли закрытые ворота, к которым вела колея.
Я вылезла из машины, распахнула створки, подождала, пока Броуди проедет
внутрь, и снова закрыла.
- Родители Джо сюда часто наведываются?
- Почти никогда. Ее отец слишком болен, а здесь - никаких удобств. Так что они
всегда рады, если кто-то пользуется их домиком. В нем только стены - ни отопления,
ничего. И сам он начинает разваливаться. Но из спальни видно море. Да вот и он.
Коттедж оказался маленьким, выложенным из серого камня домиком. Толстые
стены, маленькие окна. Перед входом съехавшие с крыши и разбившиеся черепичины.
Он выглядел унылым и покинутым.
- Машины нет, - заметил Бен. - Сюда никто не приезжал.
- Все равно надо выйти и посмотреть, - предложила я.
- Разумеется. - Он был явно удручен.
Я открыла дверцу и вылезла из машины. Он последовал за мной. Ноги хрустели по
замерзшей траве. Приблизившись к окну, я прижалась лицом к стеклу, но мало что
могла разглядеть. Подергала дверь, но она, как и следовало ожидать, оказалась
закрытой.
- Надо как-то проникнуть внутрь.
- Какой смысл? Вы же видите, здесь никого нет.
- Чтобы попасть сюда, вы четыре часа сидели за рулем. Какие будут
предложения? Разбить стекло?
- Я могу попробовать дотянуться до верхнего окна, - с сомнением проговорил
Бен.
- Как? И зачем? Оно, судя по всему, тоже закрыто. Давайте разобьем вон то,
треснутое. А потом починим.
Прежде чем он успел возразить, я сняла с себя шарф, обмотала кулак, резко и
сильно ударила по треснутому стеклу и, почувствовав, что оно подается, быстро, чтобы
не порезаться, отдернула руку. И даже возгордилась собой: я сделала все именно так,
как показывают в кино. Потом вынула осколки из рамы, стопкой сложила на траву и
открыла окно изнутри.
- Если я встану вам на спину, то сумею забраться внутрь, - предложила я
Броуди.
Но он поступил иначе: обхватил мою талию своими сильными руками и подсадил в
окно. Воспоминания о том, как в подвале меня снимали и вновь поднимали на уступ
оказались настолько живыми, что несколько мгновений мне казалось, что я вот-вот
задохнусь или истерически разревусь. Но все-таки я протиснулась в раму и оказалась
на кухне. Включила свет и заметила в камине много мокрой золы. Открыла дверь и
впустила Бена.
Вдвоем мы молча осмотрели дом. Это не заняло много времени: наверху были
спальня и кладовая, внизу - кухня-гостиная, туалет и душ. Кровать нетронута,
водонагреватель не включен. В доме холодно и безлюдно.
- Глупая была затея, - мрачно буркнул Бен.
- Мы должны были это сделать.
- Наверное. - Он шевельнул золу носком ботинка. - Надеюсь, что с Джо все в
порядке.
- Я угощу вас завтраком, - предложила я. - На побережье, возможно, есть
места, где готовят горячую пищу. Вам надо поесть и отдохнуть, прежде чем ехать
обратно.
Мы сели в машину и, миновав Каслтон, где были только почта и паб, попали в
соседний маленький городок. Нашли маленькое кафе, где в сезон наверняка полно
туристов, но теперь было пусто. Там подавали английский завтрак. Я заказала для нас
обоих "особый" - сосиски, яйца, бекон, грибы, помидоры с гриля, поджаренный хлеб.
И большой кофейник.
Мы молча ели жирную еду.
- Надо двигаться, если вы хотите успеть на свою встречу, - напомнила я,
прожевав последний кусок.
По дороге обратно мы почти не разговаривали. По мере приближения к Лондону
движение становилось плотнее, и мы едва тащились в потоке машин. Я то и дело с
тревогой смотрела на часы и предложила:
- Вы можете выбросить меня у станции метро.
Но он довез меня до самого дома и даже вылез из машины и проводил до двери.
- Пока, - смущенно попрощалась я. Наше ночное путешествие казалось мне чемто
нереальным. - Дайте знать, если вам что-нибудь станет известно.
- Непременно, - ответил Бен. Он выглядел усталым и подавленным. -
Переговорю с ее родителями, как только они вернутся после отдыха. А что еще я могу
сделать? Не исключено, что она с ними.
- Успешной вам встречи.
Бен посмотрел на свой костюм и попытался улыбнуться.
- Я, кажется, не очень комильфо. Ну да не важно... - Он замялся. М
...Закладка в соц.сетях
