Жанр: Научная фантастика
Завет сургана
... тут доложил?
— Этого самого.
— Вот и я тебе скажу то же самое: не болтай. До поры до времени. Пока
не придет пора говорить все открыто и громко. Вы все сейчас просто исчезнете на
какое-то время — думаю, что оппоненты постепенно успокоятся. Хотя они, конечно,
люди не легковерные, и ты должен ждать от них всякого.
— Даже там?
— Там тем более.
Онго невольно покачал головой:
— Плохи наши дела, да? Ведь если...
Шеф не удивился этим словам. Однако жестом прервал солдата.
— Самый опасный противник всегда — по эту сторону границы, а не по ту.
Ладно, об этом — все. Перед тобой поставлена задача. Вот и думай в этом
формате, а в государственном — позволь уж мне.
Онго понимал: веркому прекрасно все известно или почти все, но мнение к
делу не подошьешь — нужны какие-то факты. А какие — этого и сам генерал точно
не знает. Затем и посылает его. А может, и знает, но не хочет объяснить — его
право.
— Ладно, будем собирать тебя, — пообещал Сидо. — Сейчас людей твоих
оденем, обуем, вооружим, как полагается, научим — чего не знаете.
— Спасибо, господин директор.
— Да не за что, не за что. Теперь дальше. Чтобы все было по закону —
вот приказ о присвоении тебе звания флаг-воина. Сразу! В обход рог-воинских
кнопок, о подофицерских уже не говоря. Так что имеешь все права командовать.
Выполнишь задачу — не пожалеешь. Ну, а если нет — война есть война...
Онго лишь кивнул: это и так было ясно.
— ...то родителям твоим будет за тебя офицерская пенсия, а не как за
рядового — разовое пособие. Цени, флаг-воин!
— Ценю, господин верком.
— На всю подготовку тебе сколько потребуется?
— Неделя.
— Значит, уложишься в три дня. Через тридцать минут получишь своих
разведчиков и полетишь назад в ваше расположение. Но находиться будете не в
подразделении, а отдельно — поближе к тылу. Чтобы не маячили. Сразу начинай
подбирать людей — тех специалистов, каких у тебя нет.
— Сколько?
— Чем меньше, тем лучше. Шесть-семь человек, но чтобы каждый готов был
действовать за двоих и за троих, если понадобится, а понадобится наверняка.
— За подбор отвечаю я?
— Кто же еще?
— Тогда сразу — одно условие.
— Не слишком ли ты наглеешь, а?
— Никак нет. Мне же отвечать своей шкурой.
— Не только твоей. Ну, что?
— Я возьму своих разведчиков — у них хорошо с улкасой. Но и остальные
все будут обертышами. Только так.
— М-м... Ну, в конце концов, тебе виднее. Ты их видел в деле.
— Я их видел всякими. Потому и решил.
— Хорошо. Набирай, как знаешь. Если будут какие-то сложности с людьми —
обращайся прямо ко мне.
— Разрешите прямо сейчас?
Непонятно, каким образом вдруг возникла у Онго эта лихая мысль.
Наверное, зрела исподволь, порожденная чувством одиночества, подчас
захлестывавшим его, и другим чувством, все еще жившим в памяти.
— Давай, что у тебя там.
— Разведчики, снайперы, подрывники, механик, пилот, все такое я найду
сам. Но среди моих людей нет компьютерщиков, ни одного. Помогите найти
хорошего. И чтобы мог и дальнюю связь держать. Может, и не понадобится. А вдруг
— где я его там возьму? У меня есть на примете. Только сейчас он где-то в
войсках.
— Надо — найдем. Кто таков? Онго проглотил комок.
— Сури Ом. Наверное, сейчас в подофицерском звании.
— Разыщем. Ну, а если не сможем — дадим другого, не хуже. Еще вопросы?
— Кто будет в курсе нашей задачи?
— В полном объеме — я да ты. Всякий, кто будет так или иначе
участвовать, будет знать и выполнять свою собственную задачу, и не более. А
общую картину знать больше никому не обязательно. Что еще?
— Спасибо, господин верком. Разрешите идти?
— Обожди минутку.
Звонком Директор вызвал секретаря:
— За тридцать минут — одеть по-офицерски его, и еще трое будут с ним —
тем выдать подофицерское, но первого срока.
И снова повернул голову к Онго:
— А это тебе от меня. — Из-под лежавших на столе бумаг он извлек
флаг-воинские значки на воротник. — Вот. Носи с честью.
— Служу победе, господин верком!
— Ого! Так ты через неделю и в мордастые выйдешь! Уезжал рядовым, а
вернулся — смотри-ка! Мы, честно говоря, думали, что тебя и не увидим больше:
уж больно не понравились нам те морды, что нас забирали. А вот — подержали и
выпустили, а ведь так не бывает в наших краях. Может, растолкуешь — что за
чудеса творятся?
— Растолкую, — сказал Онго. — Только не сразу. А сперва ты, Мори, мне
скажешь...
— Это смотря что, начальник.
Онго решил не обижаться на неуставное обращение. Пока, во всяком
случае, это можно было не заметить. И не делать выговора за то, что его
перебивают.
— Да ничего особенного, просто расскажи о себе. Кто, откуда, какими
дорогами пришел в армию, чем до этого занимался...
— Это зачем еще?
— Объясню. Только ответь сначала.
— Ну... непривычно как-то — о себе. Невелика птица.
— Не тряси воздух. Мори.
— Да я что же... Нужно — пожалуйста. Лет мне исполнилось двадцать
восемь, родился в городе Аштоке, это в южных предгорьях. Городок вокруг завода,
половина жителей — из освирившихся улкасов. Отец техна-рил на заводе
Демо и
Но
. И я туда же пошла работать, когда подросла. Техник четвертого разряда. В
армию завербовался сразу после оборачивания, шесть лет назад...
— Почему?
Мори усмехнулся:
— От скуки. У
Демо и Но
платили хорошо, но жизнь там была как за
решеткой. Лишнего шага не сделаешь не то что на заводской территории, но и в
городе. Великие строгости. Я всего-то один раз как следует гульнула с какими-то
веселыми парнями, так мне просто жить не стали давать: ты, мол, позоришь фирму,
люди на тебя пальцами показывают...
— Ну, это понятно: продукция такая... Ты что же, с клиентами гуляла? С
заказчиками?
— А мне плевать было, какая она там, продукция, и какие заказчики.
Кровь, как говорится, играла, а меня за это мордой об стол. Вот я и обиделась,
и пошла — сперва оборачиваться, а потом и служить.
— Не жалеешь?
— Пока вроде бы не пришлось.
— Воевать не устал?
— Когда же? Еще и войны-то настоящей не было. Только вот с тобой
порезвились немножко... Чуть отвел душу.
— А еще повеселиться хочешь?
— Да не отказался бы.
— Только дело может быть серьезное. Не просто в атаку бежать по чужим
следам.
— Без проблем. Где?
— Где-то там. В горах. Как у тебя с улкасой? Помнится, ты этим языком
владеешь?
— Пожил бы ты в Аштоке — тоже лялякал бы по-горному.
—Вот не довелось пожить Там. Значит, что же, идешь со мной?
— С тобой-то да, а еще кто будет? И много ли?
— С нами — человек семь.
— А кто?
— Пока Керо да вот ты теперь.
— Керо — это ничего. Это неплохо. Только придерживать иногда надо:
бывает озорным чересчур. От злости. Она у него с детства.
— Знаю. Так что к другим обертышам относишься нормально?
— Отношусь? Так, как они воюют. А так — их не исповедую, и сам к ним в
душу не лезу. У каждой была своя причина, разве нет? Вот и у тебя, наверное...
— Да нет, я как раз по Проекту. Меня не спросили. Но больше не жалею.
Ладно, все об этом. Еще скажи вот что: как думаешь, Соки нам подойдет?
Соки — был третий разведчик из участвовавших в атаке вместе с Онго.
— Соки? А что, нормальный солдат. Вести по следу — он лучший. Мы с Керо
тоже ничего, но Соки — лучший. Из охотников. Но ты ведь с ним еще будешь
разговаривать?
— Как же иначе?
— Вот он тебе сам и расскажет.
— Ладно. Иди, отдыхай. Соки скажи, пусть зайдет.
Мори кивнул не по-уставному и вышел — вразвалочку, мягко, бесшумно. И
почти сразу же вошел Соки. Самый старший из них. Собою не очень видный — не
выделялся он ни ростом, ни шириной плеч, но было известно, что мог превзойти
любого выносливостью и неприхотливостью.
Разговаривать с ним было трудно: любой ответ его состоял не более чем
из одного слова, в редких только случаях — из двух. И добиться от него связного
изложения его биографии оказалось задачей, непосильной для Онго.
— Скажи хоть, сколько лет тебе?
— Да... много.
— Тридцать? Сорок? Ну?
— А что?
— Что стесняешься? Ты ведь не женщина!
Похоже, Соки обиделся:
— А в глаз?
— Эй! Это ты — старшему в звании?
— Ты старший?
— Не видишь, что ли?
— Жестянки вижу.
Это он флаг-воинские знаки назвал так неуважительно.
—Ну, и?
— Старшего — нет.
Онго перевел дыхание. Помолчал с минуту, чтобы успокоиться. Потом начал
с другого конца:
— Ты из охотников, я слыхал? И отец твой, и дед...
Что-то вроде усмешки мелькнуло в полуприкрытых глазах Соки.
— Нет.
— Что — нет?
— Никто.
— Никто охотником не был? И ты тоже?
— Не был.
— Так кто же, сто камней тебе в почки?
— Не охотник. Браконьер.
— Как это — браконьер?
— Нормально. Горный.
Тут Онго начал что-то соображать.
— То есть... все вы промышляли в улкасских горах?
— А то нет?
— Ну — наконец-то, слава Творцу, хоть что-то сказал.
— Ты вот что, — заговорил Соки неожиданно длинно, — скажи, чего хочешь,
не пляши вокруг.
— Ты ведь обертыш?
— Мало ли кто кем раньше был. Тебе-то что? Бабу ищешь? Ищи в другом
месте. Или как раз мужика? Так я с такими не ложусь. Ты уж не взыщи.
— Я с тобой если и лягу, то лишь спиной к спине, чтобы отбиться. Ни для
чего другого. Скажи только: зачем обернулся?
— Сыновей в семье не было. А предки хотели. Иначе семья считалась как
бы ненастоящей. Неполной. Кто бы продолжил?
— Не жалеешь?
— Еще чего!
— И что же — продолжил ты семью?
— А то.
— Ладно. В горы со мной пойдешь?
— Зачем?
— Для дела.
— Против улков?
— Не против своих же.
— Пойду.
— Не любишь их?
— Отца подстрелили, — сказал Соки. — Деда тоже. И меня бы достали, но я
успел — в армию ушел.
— Вот что... Так, наверное, они в своем праве были — улки?
— Может, и в своем. А у меня — свое право. Я на крови клялся: за деда —
десять. И за отца — десять.
— А скольких набрал пока?
— Мало.
— Вот и доберешь.
— Доберу. Кто еще пойдет?
— Керо. Мори.
— Годятся. Все?
— Еще трое будут. Кто — пока не знаю. Одного пришлют сверху, для
дальней связи. Двоих надо подобрать самим. Лучше — знакомых.
— Я сам.
— Сам подберешь?
—Ну.
— Ну-ну. Попробуй. Учти только: хочу, чтобы эти двое были обертышами.
Как вот я. И ты сам.
— Хочешь, чтобы только обертыши были? Это правильно.
— Да? Ты, значит, тоже так думаешь?
— А что? Они выносливее. Цепкие. Особенно если из наших девок.
Пригорских. И стреляют, как надо.
— Девушки? Не перекантовываясь? А завет?
— Завет, да. Но жить-то надо. Верно?
Ну конечно, — подумал Онго, — как
и всякий закон, и Двенадцатый завет объезжают по кривой, выжить важнее, чем
соблюсти правило, хотя бы и самое крутое
.
— Ладно. Договариваемся: ищешь — ты, а решать буду я.
— А чего там решать? Я плохих не приведу.
— Где станешь искать?
— Искать незачем. И так знаю, кто нужен. Було и Нито.
— Из твоих краев?
— Да нет. Було — северянин, почти из этих вот мест. Нито — с запада, а
там хребты покруче.
— Тоже браконьеры?
— Тебе-то что? Теперь — солдаты. Тебе нужны люди для гор? Вот они и
есть такие.
— Откуда знаешь их?
— Год прослужили вместе. В четвертом кваде.
— Они обернулись по повестке? Или своей волей?
— Своей.
— Отчего же?
— Голод не тетка. Люди уходили в города. Мужики. У нас такие обычаи,
старые: мужики могут уходить, искать заработок. Но не женщины. А у них в семьях
парней не было. Как и у моих предков.
— Неужели люди голодали? У нас, в Свире?
— Ох ты. Не знаешь, в каком мире живешь? Этого Онго и в самом деле не
знал. В городах такого не было. Была великая свирская цивилизация — рядом с
горской дикостью и виндорским средневековьем. Но, конечно, страна большая.
Очень большая страна. Одна на весь материк — не считая гор, понятно. Тысячи
выстрелов в любую сторону. Народу — большие дюжины миллионов. Конечно, при
таких числах где-то все может быть и не так, как полагалось бы, а как раз
наоборот.
— Они молодые?
— По двадцати пяти вроде.
— В армии давно?
— По пятому году.
— И как воюют?
— Ну — как. В четвертом кваде по-прежнему, почти что рядом. Значит —
воюют, как мы. Понятно — как. Не хуже.
— Ладно. Как вернемся в наши места — приведешь их ко мне.
— И ты сможешь их перетащить к нам?
— Как два пальца обмочить.
— Хорошо. Они подойдут для крутого дела.
...Вечером того же дня их агралетом доставили туда, где они должны были
находиться до самого выступления: все на тот же клин Ком Сот.
Оглядевшись как следует, Онго только покрутил головой в недоумении.
Что-то непонятное тут творилось. Войск подходило немало и всяких, но они
оставались у самого основания выступа. Туннель был закрыт, и вход в него
охраняли все те же десантники ОСС. Новые войска окапывались, словно собирались
держать тут оборону, а вовсе не наступать. Горы молчали. Онго представился
старшему флаг-воину Зено. Тот поздравил со званием. На вопросы только пожал
плечами:
— Нам, как понимаешь, не докладывают. Но по солдатской связи идет такой
слух: наверху шьют план кампании, и пока всего не додумают — так и будем здесь
играть лопатами, чтобы личный состав не томился от безделья.
Ладно, — подумал Онго, — у начальства свои заботы, у нас—свои
собственные
,
В тот же день Соки привел двух разведчиков, о которых говорил, и Онго
остался доволен. Так закончилось формирование группы; не хватало только
связиста-компьютерщика. Но его искать не приходилось: верком Сидо обещал, и
кого-нибудь да пришлет. Хорошо бы, конечно, он не забыл о просьбе Онго. Но в
это верилось все меньше. Пришлют сверху, и придется брать такого, какого дадут.
Надежда была на то, что верком лучше всех понимает: не прогулка на природу
предстоит, а крутая игра. И не подсунет кого попало.
— Директор ГПК, Совещание готово выслушать ваш доклад о результатах
разработки и введения программы
Туннель
!
Прозвучало это, возможно, слишком торжественно; обычно на Высоком
Совещании разговаривали проще, по-деловому. Однако сейчас и случай был из ряда
вон выходящий: речь ведь шла о новой военной программе; старая,
просуществовавшая, с мелкими дополнениями и коррективами, самое малое четыре
войны уже, уходила в отставку.
— Имею честь доложить Высокому Совещанию, — не менее торжественно начал
профессор Мало, — что его задание выполнено: программа разработана,
рассмотрена, одобрена и введена в Стратегический блок. Предварительный доклад
об этом был сделан, как вам известно, Главным контролером Стратегического блока
на заседании Специальной комиссии Совещания. Программа была представлена
Комиссии, детально рассмотрена и получила одобрение. И вот сегодня мы можем с
гордостью сообщить, что ожидаемый результат получен: как начальная операция
Туннель
, так и последующая всеобщая, получившая кодовое название
Хребет
,
полностью разработаны, расписаны по соединениям, частям и подразделениям вплоть
до уровня
Квадрат
и местами даже
Трип
, так что доведение задач до
исполнителей может быть начато в любой миг.
— И при этом вы, насколько можно судить, уложились в намеченные
Совещанием сроки, — уточнил Вершитель.
Директор ГПК скромно улыбнулся:
— Вынужден поправить вас: мы не только уложились — нам удалось
завершить всю работу на два дня раньше указанного.
Совещание одобрительно помычало.
— Думаю, ваша ревность к работе достойна всяческого одобрения, — в свою
очередь улыбнулся Вершитель Мору. — Что касается Совещания, то не сомневаюсь,
что оно одобрит полученный нами план и введет его в действие. Впрочем, перед
голосованием вы могли бы, профессор Мало, еще раз напомнить нам основные
положения документа.
— С радостью. Начну с операции
Туннель
. Благодаря своевременным и
умелым действиям руководства Секретной Службы и ее войск удалось сохранить
занятый ими туннель в целости и сохранности. Он может быть открыт в сторону
противника в любой момент для немедленного вторжения наших войсковых масс на
территорию враждебного государства. Воздушной разведкой установлено, что наши
войска, миновав туннель, окажутся внутри Кольцевого хребта и выйдут на
плацдарм, позволяющий развернуть усиленный ромб и начать движение вверх по
склону по единственной имеющейся тропе, ведущей к перевалу Ур-Обор, за которым
начинаются не просто населенные районы, но основная продовольственная база
улкасов: плато Ич-Майрат. Поставив таким образом под угрозу снабжение их
вооруженных сил, мы вынудим улкасское командование снять с ущелий и бросить на
защиту Плоскогорья их основные ударные силы, до сих пор в войну не вступавшие.
Задачей нашего головного ромба будет: форсировать перевал Ур-Обор и занять
плацдарм на плоскогорье, обеспечивая подход и последующие действия основной
части той группы войск Свиры, на которую и возложено проведение операции
Туннель
. Завязав серьезные бои на плоскогорье, наши войска отвлекают основные
силы улкасов и делают возможным ввод в действие плана
Хребет
, то есть
одновременный удар по всем четырем ущельям, для защиты которых противник
вынужден будет оставить лишь малочисленные отряды. На этом собственно операция
Туннель
как таковая закончится, а точнее — будет развиваться дальше уже в
рамках плана
Хребет
. Следует ли мне, Вершитель, сейчас останавливаться на
деталях этой операции?
— Они ведь заложены в Стратегический блок?
— До последнего байта.
— В таком случае, полагаю, такой нужды нет. Как думают члены Высокого
Совещания?
Оказалось, что члены Совещания думают точно так же — что, впрочем,
никого не удивило.
— Очень хорошо. Что же, проголосуем за принятие планов и доведение их
до исполнителей?
— Если позволите, Вершитель, одно замечание.
— Да, что у вас, верком Гумо?
— Я благодарен директору ГПК за добрый отзыв о войсках Службы, которую
я имею честь возглавлять. Но хочу заметить, что на этом наша роль не
заканчивается. Мы и дальше останемся с армией, будем идти плечом к плечу с нею
— а где-то, может, даже и впереди. Надеюсь поэтому, когда пользование туннелем
перейдет в руки армии, ОСС тем не менее во всех случаях будет оказывать должное
и полное содействие. Поскольку до сих пор иногда...
— Мы вас поняли, верком. Не сомневаюсь, что такое содействие будет
оказано вам во всех случаях. Верком Сидо?
— Уж коли мы перешли на замечания, прошу позволить и мне высказать
одно-другое соображение.
— Если вы будете достаточно кратки. Ведь теперь мы уже тратим время,
принадлежащее армии.
— Кратко у Сидо не получится, — не удержался от шпильки Гумо. — Он
наверняка станет доказывать, что нельзя начинать никаких операций, пока
досконально не установлено происхождение туннеля и все такое прочее.
— Думаю, — сказал Вершитель, — что Директор Сидо не хуже любого из нас
знает цену времени.
— Благодарю вас за защиту, Вершитель. Я хотел лишь сказать, что
отсутствие движения улкасов в горах вчера и сегодня вовсе не значит, что его не
будет и завтра. Насколько могу судить, начаться операция сможет не ранее чем
через сутки после отправки приказов в войска. Поскольку наши силы пока
укрываются в основании клина, им нужно время для выхода на исходные. Не
сомневаюсь, что это движение будет замечено противником с господствующих высот,
и он примет необходимые меры, чтобы...
— Движение войск будет происходить ночью, — перебил его Полевой
Военачальник. — Они ничего не успеют сделать. Вот если бы они уже сейчас были в
курсе наших разработок — тогда...
Уверен, что они в курсе
.
Это верком Сидо подумал. Однако вслух произносить не стал.
— У меня все, — сказал он вместо этого.
— Голосуем, — провозгласил Вершитель. — Единогласно. Хотя — Сидо, вы
что — против?
— Я воздерживаюсь, — был ответ.
— Итак, решение принято. Полевой Военачальник, немедленно доставить
приказы адресатам. Заседание окончено.
Заскрипели стулья. Начались разговоры, хотя и впол голоса. Только Гумо
не счел нужным убавить громкость:
— Воистину, старость — не радость, — заявил он, ни к кому в частности
не обращаясь. . Кое-кто усмехнулся, кто-то сделал вид, что не услышал. Но
большинство покосилось в сторону Сидо — кто с усмешкой, а кто и с грустью.
Еще два дня им дали отдохнуть, прийти в себя. Потом началась
подготовка. Прежде всего снабжение и вооружение; никому из разведчиков даже и
не снилось, что такие вещи имеются в армии, в особенности это касалось оружия.
Целый день разбирались с ним под руководством специально прибывшего
инструктора. В конце концов стали понимать, хотя и не все.
— Слушай, а это еще что за штука? Вот этот флажок как у предохранителя,
но предохранитель слева, это ясно, а справа — зачем?
— Это я хотел вам оставить напоследок, чтобы запомнилось лучше всего.
Но если хотите — могу и сейчас объяснить.
— Да уж потрудись.
— Сейчас можете его поднимать и опускать, пока это еще неопасно. Но
перед тем, как вам выходить, я настрою все, что нужно; и тогда — запомните раз
и навсегда: в любом случае изменения состояния оружия — скажем, перед тем, как
открыть огонь или начать разборку для чистки — вы этот флажок опустите.
Не-пре-мен-но!
— А если нет — стрелять не будет? И не разберется?
— Разберется. Еще как. И тебя заодно расчленит на мелкие дребезги.
— Ого!
— Будешь пытаться с ним химичить — результат тот же самый.
— Лучше его и в руки не брать, если так.
— Брать-то придется. Звездник — оружие прекрасное: и скорострельность,
и кучность, отдачи практически нет, и в магазине — триста шестьдесят звездочек.
То есть хватит на целый квадрат, если, конечно, направить ствол в сторону
противника. И еще достоинство: работает тихо. Недостаток: это оружие ближнего
боя. В пределах двухсот двойных шагов. Для снайпера не годится. Поэтому —
никакой оптики. Но зато есть инфраискатель: находит цель по излучаемому теплу и
указывает на нее. Ну, а там уж — твое дело, открывать огонь или воздержаться.
— Стой, стой. Ты сказал — никакой оптики. А это что?
— Узнаешь скоро.
Разведчик взвесил автомат на ладони:
— Вес устраивает. Раза в полтора легче нашего. Слушай-ка, а можно
надеяться, что улки пока таким не располагают?
— Можно. Но чтобы они и впредь таких не получили, эта штука и устроена.
Тут внутри, — инструктор постучал ногтем по затыльнику, — заложен заряд.
Небольшой, но, чтобы уничтожить оружие вместе со стрелком, его хватит с
избытком. Если кто-то, кто не знает, захочет выстрелить или разобрать...
Разведчик покачал головой:
— Не убеждает. Допустим, я ранен или, скажем, убит. Противник подходит,
подбирает автомат, из которого я только что стрелял, и продолжает вести огонь —
уже по нам. Сможет он?
— Сейчас смог бы.
— А что потом изменится?
— Я же сказал: я его настрою. На тебя. Это — личное оружие в полном
смысле слова. После настройки из него сможешь стрелять только ты. — Снова взяв
оружие, инструктор проговорил: — Вот эта, как ты решил, оптика — это не прицел.
А идентификатор, или, как мы говорим — узнайка номер первый. Кроме него, их
есть еще четыре. Все они будут настроены: на твои глаза, на запах, биотоки,
голос... ну, все вам знать необязательно. Вот этим флажком я их после настройки
запущу — а потом его сниму, так что в деле он тебе мешать не будет.
— Интересно. Где же тут остальные четыре?
— Тебе это ни к чему. Прими добрый совет: разбирай его только для
чистки, то есть неполной разборкой, вынешь только вот это — блок подачи. И ни в
коем случае не больше. Не то он тебя примет за врага. Со всеми последствиями.
Кому неясно?
Ответили хором: всем действительно было ясно. Инструкции были и по
взрывным устройствам, и п
...Закладка в соц.сетях
