Жанр: Научная фантастика
Клетка без выхода
...равно стало
приятно: наконецто
в этом трижды проклятом мире кто-то и впрямь искренне обрадовался встрече с
Проповедником!
- Привет, Арсений! - Девушка ухватила мою руку своими теплыми ладошками и
бережно, словно боясь причинить боль, пожала ее. Я тоже ответил ей улыбкой и
мягким
рукопожатием, заметив, что рука моя взволнованно подрагивает. Я удивился: с чего
бы это
вдруг - волнительная дрожь в обычной мирной обстановке? Нехарактерное проявление
эмоций для человека, хладнокровно осуществившего почти полтысячи Откровений.
- Здравствуй, - ответил я, не выпуская ладонь девушки из своих пальцев.
Впрочем,
Кассандра этой дерзости ничуть не противилась и одарила меня очередной улыбкой.
- Как ты
меня нашла?
- Отец мимоходом обмолвился, что отправил тебя вместо себя в фуэртэ
Саградо, -
призналась Анабель. - Решила пойти тебе навстречу, но с непривычки на солнце
разморило.
Присела немного передохнуть, а тут как раз ты... В Лондоне сейчас снег с дождем
- туманно,
слякотно и мерзко. Я пока из клиники домой добиралась, чуть с ума от тоски не
сошла. Отец
весь в делах, так что я, не отвлекая его, сразу сюда, к тебе...
Я вспомнил все, что рассказывал мне намедни Патрик о своей дочери, и внутри
у меня
сразу стало неуютно и грустно. Прямо как сейчас в Лондоне, за границей
симулайфа. Немая от
рождения, страдающая от тяжкой болезни и едва оклемавшаяся после мучительного
приступа
девушка торопится домой по промозглой погоде, чтобы поскорее вернуться в
иллюзорный мир,
где она вновь почувствует себя полноценным человеком... Воображения мной картина
получилась столь отчетливой, что я поневоле сник. Это не осталось незамеченным
Кассандрой.
Высвободив руку из моих пальцев, она тоже насупила брови и огорченно
поинтересовалась:
- Вот как... Значит, ты не рад меня видеть?
- О чем ты - конечно, рад! - поспешил я утешить ее, после чего усилием воли
изгнал
мрачные мысли и улыбнулся, добавив в оправдание: - Просто не надеялся встретить
тебя
здесь. Все случилось так неожиданно... Но приятно. И ты пошла в фуэртэ Саградо
только затем,
чтобы отыскать меня?
- Ну ты же вернулся за мной во дворец Фило. Вот и я решила, что было бы
верхом
неприличия поступить с тобой так, как ты сделал в башне - ушел не
попрощавшись... Шучу,
конечно. К тому же я в любом случае пообещала отыскать тебя. Обещания надо
сдерживать. В
общем, спасибо, что не бросил меня в башне - отец сказал, что не заставлял тебя
помогать
ему... А я столько всего передумала, когда ты испарился прямо из-за стола.
Сидел,
разговаривал, и вдруг - хлоп! - только пустой стул остался. Невежливо так
поступать с
дамой, хоть бы записку черкнул... Ты не против, если я пару дней с тобой
погуляю? Обещаю
сильно не докучать.
У меня не было причин отказывать Кассандре в ее просьбе. А даже если бы и
были, я все
равно не прогнал бы девушку. Да пусть докучает сколько ей влезет! В кои-то веки
судьба свела
меня с человеком, которого не пугало и не раздражало мое общество. Раньше
скитальцы
пытались затесаться ко мне в спутники только затем, чтобы уговорить примкнуть к
какомунибудь
альянсу, где позарез требовался лишний "ствол", либо использовать
кровавое
мастерство Проповедника в иных корыстных целях. Желающих разгуливать со мной
ради
удовольствия мне до сего дня еще не попадалось.
- И куда идем? - беззаботно осведомилась девушка, когда я заметил, что
вовсе не
против ее компании, и, не дожидаясь ответа, предложила: - А давай сходим в одно
любопытное местечко. Здесь недалеко, часа за два доберемся. Могу поспорить, что
в Терра
Нубладо ты такого точно не видел.
- Что за место? - спросил я.
- Пока секрет, - загадочно подмигнула Кассандра. - Но тебе оно непременно
понравится. Там так здорово, мне рассказал о нем один скиталец, который однажды
слушал мои
истории про Терра Олимпия.
- Терра Олимпия? - переспросил я. - Это симулайф, который придет на смену
Терра
Нубладо?
- Да, и мне уже не раз доводилось там бывать, - с гордостью призналась
девушка. -
Отец часто позволяет мне погулять часок-другой по Терра Олимпия, так что я слежу
за тем, как
она создается, уже почти три года. Там все будто в сказке: фантастика,
реалистичная настолько,
что дух захватывает. Ни в одном фильме, ни на одной картине не увидишь подобной
красоты.
Знаешь, там есть такой колоссальный водопад...
- ... А неподалеку от него город, сплошь состоящий из огромных дворцов? -
попробовал угадать я, живо воскресив в памяти мой единственный сон в Терра
Нубладо.
- Верно, - закивала Кассандра. - Значит, и ты там побывал?
- Выходит, что да, - ответил я. - Правда, мне так никто и не объяснил, где
я
находился, но Терра Олимпия мне определенно понравилась. Если бы только не ее
странные
катаклизмы, от которых можно запросто рехнуться... И ты рассказываешь о новом
симулайфе
всем скитальцам, кто готов слушать твои "пророчества"? Поэтому тебя и нарекли
прорицательницей?
- Поэтому и нарекли, - подтвердила Кассандра. - И куда бы я ни пришла -
нигде нет
недостатка в слушателях. Понятно, что названия "Терра Олимпия" я не произносила,
но
скитальцы легко догадывались, о чем именно идет речь. Одни полагали, что я
фантазирую,
другие мне верили, однако всем было интересно, что за мир придет на смену дикой
анархии
Терра Нубладо. Но я говорила правду. В обход Мертвой Темы, но всегда и везде
только чистую
правду: грядет светлое будущее. Такое, какое игроки видели до сей поры только в
радужных
мечтах.
- А что думал по этому поводу твой отец? Ведь ты выдавала служебные секреты
"Терра".
- Поначалу бранился, но потом махнул рукой. Главных тайн я все равно не
знала, а вот
интерес к новой разработке его фирмы подогревала. Можно сказать, на добровольной
основе
занималась промоушеном. И мне это безумно нравилось: во-первых, дубль
прорицательницы
сам по себе уникален; во-вторых, я и впрямь страсть как люблю поболтать, и втретьих,
всегда
приятно сообщать людям хорошие новости. Выслушав мои рассказы, скитальцы
расходились
довольные и окрыленные надеждами - разве это не прекрасно?
- Прекрасно, - согласился я, тут же подумав о своей "пастве", которой
Проповедник не
только не дарил надежды, но и отбирал последние. Какие мы все-таки с Кассандрой
разные. Но
тем не менее нас это ничуть не напрягало и, даже напротив, влекло друг к другу.
- Ну что, идем смотреть на чудо или нет? - в нетерпении переступила с ноги
на ногу
Кассандра. - Или серьезных и занятых скитальцев, вроде тебя и отца, чудеса не
интересуют?
- Идем, - покорился я желанию прекрасной спутницы. Почему бы действительно
не
взглянуть на второе чудо за сегодня? Хотя я и от первого еще не отошел, поэтому
сомневался,
что после неожиданной и приятной встречи с Анабель найдется нечто, способное
сейчас меня
взволновать.
Взволновать не взволновало, но впечатление произвело. До сего момента я и
не
подозревал, что где-то в Терра Нубладо можно узреть подобную красоту...
Сойдя с тракта, мы с Кассандрой сначала долго шли по лесу, затем, дойдя до
хребта
Сьерра Вальенте, почти час поднимались по лесистому пологому склону. Путешествие
оказалось утомительным, однако, когда оно подошло к концу, я убедился, что
тяготы выдались
не напрасными.
По всей видимости, Кассандра часто бывала в этой глуши - лично я даже после
третьего
посещения не запомнил бы дорогу к ее излюбленному месту для уединения. Но
девушка
уверенно вела меня сквозь непролазные дебри, ориентируясь по ей одной известным
приметам.
В лесной чаще нам не попадалось ни тропок, ни иных следов человеческой
цивилизации. То и
дело вокруг нас шумели в кустах звери, причем, судя по треску веток и рычанию,
достаточно
крупные и недружелюбные. Но атаковать невидимые хищники не решались, хотя в
туманном
мире их нападение на человека не являлось такой уж редкостью. Единственная
причина
нерешительности плотоядной фауны наверняка крылась в Анабель, чей дубль обладал
иммунитетом ко многим игровым неприятностям.
Перевалив через вершину гряды, мы начали спускаться по противоположному
склону, но
нисхождение наше длилось недолго. Не успел я перевести дух после утомительного
подъема,
как Кассандра вывела меня на неширокую террасу, ровную, но, судя по всему,
образовавшуюся
в склоне горы естественным путем (точнее, условно-естественным, поскольку жили
мы всетаки
в виртуальном мире). Едва мы вышли на террасу, как я сразу догадался, что
она и была
конечным пунктом нашей незапланированной прогулки. Открывшаяся панорама была
достойна
того, чтобы ради ее созерцания проделать это восхождение.
Кассандра, упорно хранившая цель нашего путешествия в секрете, теперь
довольно
посматривала на меня, а я, в свою очередь, был не в силах отвести взгляд от
живописного
пейзажа, что раскинулся пред нами. Спутница деликатно помалкивала, давая мне в
полной мере
насладиться ощущениями, которые были родственны тем, что я пережил во время
своей
короткой и принятой за сон экскурсии в Терра Олимпия.
С нашей наблюдательной позиции горизонт также виделся окутанным туманом, но
обозримое пространство теперь расширилось на несколько порядков, позволяя
разглядеть даже
шпили дворцов далекого фуэртэ Кабеса, лежащего от нас по правую руку. В этом и
заключалась необычность явления: привыкнув с годами к ограниченному туманом
горизонту,
сейчас я чувствовал себя графом Монте-Кристо, вырвавшимся на волю после двадцати
лет
заточения в тесной камере замка Иф. При взгляде на масштабную панораму я даже
задышал
глубже и облегченнее. Место, что показала мне Кассандра, воистину обладало
целительным
эффектом. И блаженное ощущение легкости только усилилось, когда до меня дошло,
что
сегодня я вижу не сон и потому могу продлить удовольствие столько, сколько
захочу.
- Спасибо тебе, Анабель, - негромко проговорил я. - Таких грандиозных
подарков мне
еще не дарили.
- Ага, и тебя проняло! - обрадованно воскликнула девушка. - Я пока в этой
проклятой
башне сидела, только и мечтала, что, если снова на свободе окажусь, сразу сюда
наведаюсь.
Здорово здесь, правда?
- Не то слово, - согласился я, совершая очередной глубокий и неторопливый
вдох.
- На Терра Олимпия немного похоже, - заметила Кассандра, указав на далекие
стены
фуэртэ Кабеса. - Если тебе доводилось бывать на краю того плато, с которого
водопад
низвергается, ты сразу заметишь сходство.
- Нет, мне разрешили побродить в другом месте, да и то недолго, - признался
я и
полюбопытствовал: - А что за черные цунами в Терра Олимпия по суше перемещаются?
Огромные волны, высотой километра три, не ниже. Так нарочно задумано?
- Не знаю, о чем ты говоришь, - пожала плечами прорицательница. - Никогда
не
видела в Терра Олимпия раскатывающих по суше трехкилометровых волн. Наверное,
просто
системный сбой случился - симулайф-то новый, несбалансированный.
- Да уж, такие сбои надолго запоминаются, - поежился я, вспомнив беззвучную
черную
стихию, что погребла меня под собой, словно букашку. - Будь я повпечатлительней
и не верил
бы в то, что сплю, рехнулся бы от этого зрелища.
- Кстати, хорошая примета: если тебя подключали к новому симулайфу, значит,
твои
благодетели уже готовят твое переселение в Терра Олимпия, - обнадежила меня
Кассандра. -
Какой дубль ты хотел бы там носить?
- Пока не думал над этим, но явно что-нибудь поприличнее. - Я окинул
презрительным
взглядом свой изрядно поношенный плащ и стоптанные сапоги. Перспектива
перебраться в мир
из моего сна мне определенно понравилась. Хотелось верить, что к тому времени
"Терра"
разберется со всеми сбоями и недоработками.
- А я вот решила не менять себе дубль, - сообщила девушка. - Чем этот плох?
Мне он
всегда нравился. Как на твой взгляд?
Вопрос был задан, словно речь шла об одежде или украшениях. Что поделать:
каков мир,
такие в нем и ценности. Даже собственное тело оценивается здесь наряду с
предметами
повседневного обихода. Впрочем, у меня такое отношение к виртуальной жизни
никогда бы не
сформировалось. Дубль Проповедника - созданная неизвестным художником и выданная
мне
в долгосрочное пользование копия моего прежнего тела - являлся для Арсения
Белкина
сегодня куда ближе и родней, чем его настоящее тело, чуждое и беспомощное,
подключенное к
капельницам и нейрокомплексу.
- Ты - самая очаровательная из всех скиталиц, которых я когда-либо
встречал, - не
покривив душой, ответил я, продолжая созерцать панораму. Впервые в жизни
произнося
девушке комплимент, я испугался посмотреть ей в глаза. И не припоминал, когда в
последний
раз смущался перед девушками. Да и ответ, который я дал, тоже говорил о многом.
Речь шла об
игровом дубле, но как и в случае с моим виртуальным телом, я отказывался считать
дубль
Кассандры лишь "скафандром" для путешествий по Терра Нубладо. Собственно говоря,
я ведь
даже понятия не имел, как выглядит Анабель Мэддок в действительности.
- Клянусь, ты никогда бы не сказал такое, если бы встретил меня за
пределами Аута... -
с грустью произнесла Кассандра, но голос ее оставался уверенным. Правда, это
была мрачная
уверенность, подобная той, с какой врачи произносят жуткое слово
"неоперабельная". - Отец
рассказывал тебе, чем я больна?
Я нехотя кивнул.
- Но он вряд ли сказал тебе, как выглядит его дочь в свои двадцать с
небольшим лет, -
предположила девушка. Действительно, об этом Патрик не упоминал. - Для него
говорить на
эту тему, пожалуй, еще мучительнее, чем мне. Но я уже давно свыклась со своей
отталкивающей внешностью.
- Перестань, - запротестовал я. Несмотря на заверения Анабель, она явно
лукавила.
Говорить о себе с такой самокритичностью было что стегать себя просоленной
кожаной плетью
- занятие лишь для отпетого мазохиста, на которого моя собеседница вовсе не
походила. Да и
не в том она была возрасте, чтобы уметь полностью скрывать терзающую ее боль.
- Ну нет! - возразила Анабель. - Если отец поведал тебе о моем недуге, ты
обязан
знать всю правду... - И, немного помолчав, уточнила: - Я хочу, чтобы ты знал обо
мне все.
Это будет справедливо, раз уж мы с тобой решили...
Она не договорила о том, что мы с ней решили. Никаких общих решений, кроме
как
погулять вместе пару дней, мы вроде пока не принимали. Или я просто чего-то
недопонял?
Словесный автопортрет, в красках нарисованный Анабель несмотря на мои
протесты,
оставил у меня в сознании не слишком приятный образ, впрочем, мисс Мэддок
намеренно к
этому и стремилась. Слабенькая, почти прозрачная девушка-дистрофик с рукаминогами
спичками и непропорционально большой по отношению к телу головой; костлявые
плечи, шеяиголочка,
бледная тонкая кожа, редкие пепельные волосы и влажные, воспаленные от
хронического недосыпания глаза, в которых ничего, кроме вселенской усталости...
Как только
девушка сжалилась надо мной и прекратила рассказ, я немедленно изгнал из памяти
нарисованный ею образ. Уж лучше оставлю на этом месте прежний, пусть не такой
детализированный, зато привычный и светлый. Какой мне прок от откровенной
правды? Моя
родная реальность здесь, и Анабель Мэддок являлась ее неотъемлемой частью.
Именно такая
Анабель - в образе прекрасной Кассандры, - какой я привык ее видеть.
- Ну что, не проникся еще ко мне отвращением? - мрачно сыронизировала
девушка,
ожидая, какова будет моя реакция на ее откровения.
- С какой это стати? - Я даже немного обиделся. - Почему же ты не
испытываешь
отвращения к старику-инвалиду, чье тело покрыто пролежнями и давно превратилось
в
студень?
- Для меня не имеет значения, кто ты вне симулайфа, - ответила Анабель. - И
никогда
не имело. Важно, каков ты здесь, и этого вполне достаточно. Общество привыкло
обвинять
наши игры во всяческих грехах, и больше половины этих упреков, к сожалению,
справедливы.
Но обвинители почему-то забывают об одном: симулайф - он ведь как зеркало. Дубль
не
станет хуже или лучше своего хозяина. Если твой персонаж в Терра Нубладо
обманывает,
предает, убивает исподтишка, нарушает клятвы и прочее, сомнительно, что за его
спиной стоит
человек высоких моральных принципов. И пусть в реальной жизни он - сущий ангел,
все
равно рано или поздно настанет момент, когда его подлая натура вылезет нарушу.
Здесь же
этого момента ждать не надо. Ты можешь открыто исповедовать свои жизненные
принципы,
лелеять или губить собственную репутацию - твое право. Ты затем сюда и
пожаловал, чтобы
сбежать от реальности и делать то, что тебе заблагорассудится. Хочешь предать и
посмотреть,
что из этого выйдет, - пожалуйста. Убивать в спину тоже не возбраняется.
Естественно, тебя
осудят, но пережить осуждение в обличье дубля по силам даже самому совестливому
человеку
в мире. В Терра Нубладо мы прячем наши лица под масками, однако свои сущности
при этом
выставляем напоказ - в этом и заключается для меня главная положительная черта
симулайфа.
Если ты не вызываешь у меня неприязни здесь, вряд ли вызовешь ее в реальности. И
совершенно неважно, кто ты при этом - старик-инвалид или осужденный на
пожизненный
срок преступник.
- Я всю свою сознательную жизнь был преступником, - признался я. Кассандра
кивнула, давая понять, что отец ей тоже кое-что обо мне поведал. - Убивать,
правда, не
приходилось, но людей от моих поступков все равно пострадало достаточно. Мало
того,
признаюсь, что даже сейчас я не испытываю раскаяния за свои грехи. Возможно, лет
через
десять или двадцать раскаяние все-таки наступит, но не сегодня и не завтра - это
точно.
- Но ты допускаешь, что исключать этого не стоит! - подчеркнула девушка. -
Так что,
отпирайся, не отпирайся, но одной ногой на путь раскаяния ты уже ступил. И я
наверняка не
ошибусь, если предположу, в каком направлении ты двинешься дальше.
- Не исключено, что ты окажешься права, - не стал спорить я. - Но есть у
меня за
душой и грехи, о которых я горько сожалею уже давно и за которые мне придется
расплачиваться независимо от того, покаюсь я в них нет...
И я рассказал Анабель о том, каким отвратительным сыном и братом мне
довелось быть.
Во всех подробностях, не исключая и те, о которых узнал накануне от Патрика
Мэддока. Это
было нелегко, но я выдержал и довел свой рассказ до конца. Девушка слушала не
перебивая -
явно чувствовала, с каким трудом мне приходится подбирать слова. Я не занимался
самобичеванием и вообще моя история мало чем напоминала покаяние. Просто бывший
бандит,
проживший молодость исключительно в свое удовольствие, с сожалением говорил о
том, чего
бы он никогда не совершил, появись у него шанс начать жизнь заново. Прожил бы
Арсений
Белкин новую жизнь как обещал или опять скатился бы во все тяжкие, не знал
никто, даже он
сам. Поэтому ожидать от судьбы столь щедрого подарка не приходилось. Она и без
того уже
наградила меня второй жизнью, и требовать для себя третью было бы немыслимой
дерзостью.
Эта часть моей биографии также заинтересовала Кассандру. Девушка не стала
выражать
ни сочувствия, ни осуждения - первое мне не требовалось, а второе хоть и явилось
бы
справедливым, но оно безнадежно запоздало. Моя собеседница предпочла
воздержаться от
комментариев, вместо них она достала блокнотик и внесла в него какие-то пометки.
После чего
подошла к краю террасы и в молчании уселась на нагретый солнцем камень. Мне не
хотелось
беспокоить уклонившуюся от дальнейшего разговора прорицательницу, однако
любопытство
все же пересилило, и я спросил, над чем она задумалась.
- Отец сказал тебе, что ты лежишь в лондонской клинике профессора Элиота
Эберта, -
пояснила девушка. - Довольно странно. Я и не предполагала, что после всех
скандалов вокруг
имени Эберта ему разрешено продолжать медицинскую практику. Даже просто находись
он у
руководства клиники, его заведение сразу бы обанкротилось. Во всем мире не
нашлось бы
дурака, который вверил бы свою жизнь "Маньяку" Эберту, как его в свое время
пресса
окрестила.
- Врач-маньяк?
- Утрировано, конечно, но то, чем профессор занимался до своего громкого
разоблачения, слабо подпадало под девиз "не навреди". Страшно подумать, что Госс
и Эберт
когда-то вместе стажировались.
- Добрый и злой гении?
- Да нет... Первый-то и впрямь гений, а вот второй... Увенчайся варварские
эксперименты Эберта над человеческим мозгом успехом, профессора и впрямь назвали
бы
гением. Но его жуткие опыты дали ему только прозвище "Маньяк" и репутацию
второго
Франкенштейна. Элиот Эберт зазывал для своих якобы научных экспериментов
добровольцев
из безработных и нищих, подписывал с ними заманчивые контракты, а после этого у
себя в
лаборатории превращал подопытных в безмозглых идиотов. Люди на всю жизнь
оставались не
просто инвалидами, а натуральными "овощами". Говорят, многие из них и пищу не
могли
потом самостоятельно принимать, не то чтобы мыслить или двигаться.
- Что за опыты проводил "Маньяк" Эберт? - Мне стало не по себе от мысли,
что это
животное в человеческом обличье имеет доступ к моему беззащитному, лежащему в
коме телу.
И не эксперименты ли кровавого профессора послужили причиной моей комы? Может
быть, я
зря обвиняю в этом злосчастную пулю?
- Эберт был помешан на теории, согласно которой наш мозг является не чем
иным, как
даром человечеству от некоего инопланетного разума, и, следовательно, носит в
себе ответы на
многие загадки Вселенной. В то время как Госс занимался исследованием ВМВ, Эберт
выяснял,
почему мы так слабо используем тот огромный потенциал, что заложен внутри нашей
черепной
коробки, и не позволит ли его раскрытие вывести человечество на новый уровень
развития. Вот
такие возвышенные цели преследовал Элиот Эберт. Только вся его помощь
человечеству
осуществлялась слишком нечеловеческими методами. Нацистские эксперименты по
чистоте
расы и те меркнут на фоне манипуляций Эберта на открытом мозге живого человека.
Я видела
несколько телепередач про этого живодера. Тщедушный старикашка, культурный и
вежливый
- и не скажешь, что за душой у него скрывается легион демонов. В общем, когда
правда об
антинаучной деятельности Маньяка всплыла на поверхность, такой шум поднялся, что
эхо его
долго по миру носилось... Да ты вроде должен помнить тот скандал - ведь он в две
тысячи
шестом или седьмом году разразился.
- Никаких ассоциаций, - помотал я головой после тщетной попытки припомнить
нечто
подобное. - Да и не особо я в те годы политикой интересовался. И что, надолго
засадили этого
Маньяка?
- Как же, засадишь его!.. - раздраженно бросила Кассандра. - Эберт свой зад
заблаговременно прикрыл. Добровольцы по контракту сполна получили, включая
солидные
страховки за риск и негативные последствия от экспериментов. Правда, проку
беднягам от тех
компенсаций ноль, все равно все деньги на лекарства ушли. Наказание за нарушение
медицинской этики Маньяк, конечно же, понес, но свободы его никто не лишал. А
когда
скандал улегся, об Элиоте Эберте вроде бы как позабыли... Вот я и засомневалась,
откуда вдруг
в Лондоне взялась клиника профессора Эберта. Хотя, окажись это правдой, значит,
Маньяка
реабилитировали, а если он оправдан, значит, было за что его прощать. Только за
что? Какихлибо
эпохальных открытий Эберт так и не совершил... Короче, ты меня
заинтриговал, респетадо
Белкин. Если такая клиника существует, я непременно ее отыщу
- И навестишь бедную жертву чокнутого профессора с букетом цветов?
- Постараюсь, - Кассандра и не подумала воспринимать мои слова как шутку. -
Надеюсь, ты будешь мне рад.
- Непременно буду, - подтвердил я, после чего слегка смущенно попросил: -
Если всетаки
попадешь ко мне в палату, сделай одолжение - ущипни меня за руку. Только
крепко
ущипни, изо всех сил, чтоб обязательно синяк остался - хочу почувствовать это и
убедиться,
что еще жив.
- О, можешь быть уверен, я заставлю тебя помучиться, - улыбнулась девушка.
-
Причинять людям страдания я умею...
Подтвердить или опровергнуть это признание мне еще только предстояло. Но
гораздо
раньше я убедился в том, что помимо страданий Анабель Мэддок может дарить и
счастье.
Простое человеческое счастье, которое способна дать прекрасная женщина
понравившемуся ей
мужчине. После этого Анабель не нужно было даже щипать меня в реальности - она
убедительно доказала мне, что я жив иным, более приятным способом...
Эту ночь мы с Кассандрой провели на горной террасе под одним плащом. Наше
лишенное
церемонностей сближение лишний раз подтвердило высказывание девушки о спрятанных
под
маской лицах и выставленных напоказ сущностях. Все вышло просто и естественно.
Кассандра
не требовала от меня обязательного букета из комплиментов и ухаживаний, я не
требовал от
нее потакать моим желаниям. Проповедника влекло к прорицательнице, и ее тоже не
оставил
равнодушной угрюмый бродяга с загадочной биографией. В конце концов здесь, в
Терра
Нубладо, мы с Кассандрой были молоды, нам обоим хотелось любви, которую мы при
обоюдной симпатии могли легко друг другу подарить. Что мы и сделали уже через
несколько
часов, пролетевших с момента нашей встречи.
Между нами не возникло той всепоглощающей страсти, что сумела разбудить во
мне
лекарь Анна при помощи своего хваленого "Провокатора". И тем не менее в память
об этой
ночи я готов был забыть все остальные, что не оставили меня равнодушным как в
симулайфе,
так и за его пределами. Возможно, все дело было в искренности чувств, возможно,
в чем-то
еще. Собственно говоря какая разница, из-за чего мы были счастливы? Главным было
само
счастье обладания друг другом, ощущения духовного и физического тепла, которое в
искусственном мире было почему-то вдвойне приятней и никоим образом не походило
на
симуляцию.
И все-таки должна же была иметься разгадка у любви в симулайфе - мире, у
обитателей
которого попросту отсутствуют соответствующие гормоны. Любопытно, проводила ли
"Терра"
на сей счет какие-нибудь исследования. И как вообще объяснялось то, что
находившиеся на
расстоянии друг от друга мужчина и женщина ощущали в симулайфе столь
реалистичную
физическую близость? Объяснять это лишь привлекательностью виртуальных дублей и
воздействием нейрокомплекса на нужные участки головного мозга игрока было както...
неромантично, что ли? Здесь явно крылось нечто таинственное и возвышенное. По
крайней
мере, я бы долго оспаривал теории, основанные на
...Закладка в соц.сетях
