Жанр: Религия
Иисус, еврей из Галилеи
...мулированы за сто лет до рождения
Иисуса: "Благо тому, кто терпеливо ожидает спасения от Господа.
Благо человеку, когда он несет иго в юности своей...
Подставляет ланиту* свою бьющему его, пресыщается поношением".
Так что новость вовсе не нова.
Что же касается противоречия между этими двумя
положениями, то оно существует только для тех, кто плохо знает
Писание. И предшественники Иисуса, и его современники -
фарисеи, разъясняли положение "око за око" в соответствии с
устной Торой, т.е. речь шла о возмещении за причиненный ущерб
здоровью. В комментариях к этому месту Торы пишется: "этот стих
нельзя понимать буквально. Ведь если кого-либо лишили зрения на
одну треть, невозможно нанести удар, который лишил бы виновного
зрения в такой же степени. Виновный должен заплатить столько,
на сколько уменьшилась бы стоимость раба после того, как тот
лишился глаза". Таким образом, смысл заповеди "око за око" в
неизбежности расплаты за содеянное, а не в требовании кровавой
мести.
Далее Иисус поучает: "Смотрите, не творите милостыни вашей
пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам
награды от Отца вашего Небесного. Итак, когда творишь
милостыню, не труби перед собою, как делают лицемеры в
синагогах и на улицах, чтобы прославляли их люди" (Матфей,
6:1).
Лицемеры были всегда, так что в словах Иисуса ничего
нового для иудаизма нет, верующие иудеи и за тысячи лет до
Иисуса, творя милостыню, не "трубили перед собою".
Тора велит нам оказывать помощь другому человеку: "ибо
нищие всегда будут среди земли твоей, потому Я и повелеваю
тебе: раскрывай руку свою брату твоему, бедному твоему и нищему
твоему на земле твоей" (Дварим, 15:11. Второзаконие, 15:11). "И
если обеднеет брат твой и придет в упадок у тебя, то поддержи
его, пришелец ли он или поселенец, и будет он жить с тобой"
(Ваикра, 25:36. Левит, 25:36). Кто поступает иначе, нарушает
запрет Торы: "Не ожесточай сердца твоего и не сжимай руки твоей
перед братом твоим нищим" (Дварим, 15:7. Второзаконие, 15:7).
Такая помощь называется у евреев "цдака", т.е. "свершение
справедливости", а вовсе не милостыня! В слове "милостыня" есть
оттенок бахвальства - дескать, я в общем-то бедняку ничего не
должен, но я такой хороший и добрый, что оказываю ему
"милость". Слово "цдака" отражает фундаментальный принцип
иудаизма: все блага человек получает от Всевышнего, Он -
подлинный хозяин всякого достояния, и если Он предписывает
делиться с братом, то человек должен делать это с радостью.
Размер цдаки по Торе - 1/10 часть дохода, которая обычно
поступает в распоряжение общины, которая затем распределяет
средства нуждающимся. Закон специально оговаривает, что лучше
всего давать цдаку тайно, когда дающий не знает, кто ее
получает, а получающий - кто ее дает. В любом случае,
запрещается хвалиться размерами цдаки.
Далее Иисус говорит: "Не собирайте себе сокровищ на земле,
где моль и ржа истребляет и где воры подкапывают и крадут; но
собирайте себе сокровища на небе, где ни моль, ни ржа не
истребляет и где воры не подкапывают и не крадут" (Матфей,
6:19-20). Это высказывание Иисуса настолько перекликается со
всем духом Танаха, что в комментариях не нуждается. Можно
только привести слова пророка Исайи: "А вот на кого Я призрю:
на смиренного и сокрушенного духом и на трепещущего пред словом
Моим. Как утешает кого-либо мать его, так утешу Я вас, и вы
будете утешены в Иерусалиме" (Исайя 66:2-3).
Нет противоречия между словами Иисуса "Не судите, да и не
судимы будете; ибо каким судом судите таким будете судимы; и
какою мерою мерите, такою и вам будут мерить" (Матфей, 7:1) и
духом заповедей, данным евреям на горе Синай. Мы уже достаточно
говорили об этом раньше. Нового завета не получилось. Это еще
ждет человечество в будущем. Наступят времена, когда "Господь
будет един и имя Его будет едино", и придет время для нового
завета, как предсказывал пророк Иеремия: "Вот наступают дни,
говорит Господь, когда Я заключу с домом Израиля и с домом Иуды
новый завет, - не такой завет когда взял их за руку, чтобы
вывести их из земли Египетской... Но вот завет, который я
заключу с домом Израилевым после тех дней, говорит Господь:
вложу закон Мой во внутренность их и на сердцах их напишу его,
и буду им Богом, а они будут Моим народом" (Иеремия, 31:31-33).
После смерти Иисуса его ученики не только сами соблюдали
законы Галахи*, но и проповедовали их соблюдение своим
ученикам. Так, например, в книге "Деяния святых апостолов"
говорится, что они регулярно молились в Храме: "И каждый день
единодушно пребывали в храме, и, преломляя по домам хлеб,
принимали пищу в веселии и простоте сердца" (2:46). Апостол
Петр строго соблюдал правила кашрута* (Там же, 10:14). Многие
последователи Иисуса настаивали на соблюдении обращенными в
христианство язычниками закона обрезания (Там же, 15:1), по
этому вопросу даже разгорелся спор между апостолами и
пресвитерами. Сам Павел соблюдал заповеди "Закона Моисеева".
Иерусалимские последователи Иисуса посоветовали Павлу публично
принести в Храме очистительную жертву, "и узнают все, что
слышанное о тебе несправедливо, но что и сам ты продолжаешь
соблюдать закон" (Там же, 21:24).
Нет, не Иисус был основателем христианства, еврей Иисус
чувствовал бы себя лучше в синагоге, а не в христианском храме!
Глава 9. Основные направления еврейской
религиозной жизни эпохи второго Храма
Для полного понимания картины общественно-религиозной
жизни того бурного времени просто необходимо проанализировать
расклад всех сил, составлявших еврейское общество. Без такого
анализа, довольно трудно подойти объективно к той картине
жизни, которую рисуют нам Евангелия.
Еще со времен Хасмонеев, возродивших еврейскую
государственность, еврейское общество распалось на
многочисленные группы, по-разному видевшие дальнейшие пути
своего развития. Появились различные группы, резко отличающиеся
друг от друга своими взглядами, пониманием действительности и
своими стремлениями, начиная от крайних "хасидеев" -
мечтателей, ожидавших прихода царства Божьего, фарисеев,
верящих в бессмертие души и кончая сторонниками умеренной
эллинизации из среды священнической аристократии.
В Евангелиях часто упоминаются фарисеи. Сам новый учитель
неоднократно поносит и уличает их во всех мыслимых и немыслимых
грехах: они и лицемеры, и порождения ехиднины, и лжецы - как
только не называл их Иисус, по словам евангелистов. Однако
Иосиф Флавий, прекрасно знавший современное ему еврейское
общество, высказывался о фарисеях иначе: "Влияние фарисеев на
народные массы до того велико, что к ним относятся с доверием и
тогда, когда они выступают против царя и первосвященников". Кем
же на самом деле были фарисеи и что они исповедовали?
Довольно точную картину общественной обстановки того
времени дает в "Иудейских древностях" Иосиф Флавий. Он пишет:
"У иудеев с давних пор существовали три философских школы,
основывавшиеся на толковании древних законов: школы ессеев,
саддукеев и фарисеев". Далее он приводит довольно подробную
характеристику всех этих школ:
Фарисеи
"3. Фарисеи ведут строгий образ жизни и отказываются от
всяких удовольствий. Всему тому, что разум признает за благо,
они следуют, считая разум лучшим охранителем во всех желаньях.
Они выдаются своим почтительным отношением к людям престарелым
и отнюдь не осмеливаются противоречить их предначертаниям. По
их мнению, все совершающееся происходит под влиянием судьбы.
Впрочем, они нисколько не отнимают у человека свободы его воли,
но признают, что по предначертанию Божию происходит смешение
Его желания с желанием человека, идти ли ему по пути
добродетели или злобы. Фарисеи верят в бессмертие души и что за
гробом людей ожидает суд и награда за добродетель или возмездие
за преступность при жизни; грешники подвергаются вечному
заключению, а добродетельные люди имеют возможность вновь
воскреснуть. Благодаря этому они имеют чрезвычайное влияние на
народ, и все священнодействия, связанные с молитвами или
принесением жертв, происходят только с их разрешения. Таким
образом, отдельные общины засвидетельствовали их добродетель,
так как все были убеждены, что фарисеи на деле и на словах
стремятся лишь к наиболее высокому" (Иосиф Флавий. Иудейские
древности, 18:1).
Главное, о чем следует знать современному читателю:
фарисеи - духовные предки современного иудаизма. Из среды
фарисеев вышли величайшие учителя еврейского народа: Гилель,
раби Йоханан бен Закай и раби Акива (к слову, и сам Иосэф бен
Маттатьягу, ставший впоследствии историком, известным под
именем Иосиф Флавий, тоже был фарисеем), оставившие глубокий
след в мистике и воззрениях многих народов. Однако в "Новом
завете" фарисеи неизменно описываются как узколобые лицемеры.
Благодаря евангелистам слово "фарисей" стало синонимом понятия
"лицемер".
После разрушения Второго храма, когда фарисеи перестали
называться именно так, их религиозная практика стала
общееврейской нормой. Основой мировоззрения фарисеев являлась
вера в Устный Закон. Они были убеждены, что Моисей получил на
горе Синай не только Закон - Тору, но и основы ее понимания и
толкования. Фарисеи утверждали, что известное положение Торы
"око за око", давшее основание многим критикам Торы говорить о
"жестокости" еврейского Бога, не следует понимать буквально.
Бог в своем человеколюбии не мог требовать физического
возмездия за совершенное увечье, а требует лишь материальной
компенсации. В толкованиях священных книг, основной упор
делался ими на извлечение из них "вечных" формулировок и норм,
пригодных для регулирования всех отношений в условиях
современного им мира.
Термин "фарисеи" происходит скорее всего от еврейского
слова "перушим" - толкования, хотя есть мнение, что он
обозначает "отделившиеся, обособившиеся". От чего же отделились
фарисеи и как они толковали Закон? Основой, фундаментом их
учения была чистота иудаизма, они боролись против контактов с
чужеземцами, против участия евреев в каких бы то ни было
празднествах язычников, даже частных, против отрицания
саддукеями устных учений и дополнений. Они прилагали огромные
усилия к тому, чтобы изучение Торы и ее законов стало
достоянием масс и чтобы ее заветы определяли весь уклад жизни
еврейского народа. Только незначительная часть фарисеев
выступала за скрупулезное соблюдение внешних форм поведения, за
что они получили заслуженные упреки и в христианской, и в
талмудистской литературе.
Социальный состав фарисеев был очень неоднороден, в
основном это были средние слои населения: торговцы,
ремесленники, учителя в синагогах... Со временем фарисейство
превратилось в истинно народное движение, руководители которого
представляли собой самую влиятельную в народе группу. Очень
вероятно, что, разрастаясь, движение разделилось на различные
течения, в основе которых лежали расхождения в вопросе
отношения к римской власти. Самая значительная группировка
фарисеев в конце эпохи Второго Храма осталась верна руководству
дома Гилеля, во главе которого в это время стояли раббан
Гамлиель Старший и его сын раббан Шимон. Раббан Гамлиель был
вождем фарисеев, заседавших в Синедрионе, и его мнение было
решающим в судебном процессе последователей Иисуса. Всем своим
авторитетом он защищал их от преследований высшего духовенства.
У него было много учеников, и он пользовался всеобщим
признанием. Его сын Шимон был духовным и политическим вождем
фарисеев в годы, предшествовавшие разрушению Второго Храма.
В конце 1 в. до н.э. - начале 1 в. н.э. в рядах фарисеев
сформировалось крайне радикальное движение зелотов, которые
выступали за непримиримую борьбу с Римом и со своей местной
знатью. Позднее к этому движению примкнула самостоятельная
группа сикариев (кинжальщиков). Именно сикариями впоследствии
был убит первосвященник Ионатан.
Саддукеи
"4. По учению саддукеев, души людей умирают вместе с
телом; они не признают никаких других постановлений, кроме
постановлений закона. Они считают даже похвальным выступать
против учителей своей собственной философской школы. Это учение
распространено среди немногих лиц, притом принадлежащих к
особенно знатным родам. Впрочем влияние их настолько ничтожно,
что о нем и говорить не стоит. Когда они занимают
правительственные должности, что случается, впрочем, редко и
лишь по принуждению, то саддукеи примыкают к фарисеям, ибо
иначе они не были бы терпимы простонародьем". (Иосиф Флавий.
Иудейские древности, 18:1).
Термин "саддукеи" происходит скорее всего от имени
первосвященника Саддока. К этому направлению относили себя
высшие слои еврейского общества - представители аристократии и
финансовой знати. Хотя саддукеи и были в явном меньшинстве, но
все же, благодаря своему общественному положению и богатству,
они являлись самой влиятельной частью еврейского общества.
Многие представители саддукеев были священниками Храма и в силу
этого более близки к библейскому фундаментализму. Закон "око за
око" интерпретировался ими буквально, притом иное толкование
просто исключалось. Ими полностью отвергалось бессмертие души и
загробная жизнь, поскольку в Торе об этом ничего не сказано.
Религиозным средоточием саддукеев был храмовый ритуал и
жертвоприношения. Фарисеи обвиняли саддукеев в одержимости, они
заявляли, что "(Ритуальная) нечистота ножа (используемого для
жертвоприношений) была для них хуже, чем убийство" (Тосефта,
Йома, 1.10). Религиозная жизнь саддукеев была настолько
сосредоточена вокруг Храма, что после его разрушения в 70 г.
н.э. саддукеи окончательно сошли с исторической сцены.
Некоторые ученые полагают, что религиозные установки и практика
караимов (секта, которая также полностью отрицает Устный Закон
и Талмуд) частично базируются на учении саддукеев.
Ессеи
"5. Учение ессеев требует все представлять на волю Божию;
они признают бессмертие душ и считают стремление к
справедливости высшею целью. В храм они доставляют
пожертвования, но сами они не занимаются жертвоприношениями,
признавая другие способы более целесообразными. Поэтому им
запрещен доступ в общий храм и они совершают свое богослужение
отдельно. Впрочем, это наилучшие люди, которые отдаются
земледельческому труду. Достойно удивления то чувство справедливости
у них, которое они, помимо всех прочих народов, ставят
не ниже добродетели и которого не знают ни греки, ни другие
народы. Это столь в них развитое чувство укоренилось у них не
со вчерашнего дня, а издревле, и в силу его они не препятствуют
никому жить со всеми общею, равною жизнью: имущество у них
общее, и богач пользуется у них не большим, чем ничего не
имеющий бедняк. Такой образ жизни ведут эти люди, и число их
превышает четыре тысячи человек. Они не имеют ни жен , ни
рабов, полагая, что женщины ведут лишь к несправедливостям, а
вторые подают повод к недоразумениям. Живя сами по себе, они
услуживают друг другу. Для заведования доходами и плодами земли
они с помощью голосования избирают наиболее достойных лиц
изсвященнического сословия; последние и должны заботиться о
доставлении хлеба и прочих съестных припасов. Они живут все
одинаково и наиболее подходят к тем дакийским племенам, которые
носят название полистов". (Иосиф Флавий. Иудейские древности,
18:1).
Еще более обширная информация о ессеях содержится в другой
книге Иосифа Флавия - Иудейская война. Да простит меня читатель
за обилие цитат, но они просто необходимы для понимания как
общественно-полити-ческой обстановки того времени, так и
истоков христианства. В главе восьмой этой книги, Иосиф Флавий
пишет:
"2. Существуют именно у иудеев троякого рода философские
школы: одну образуют фарисеи, другую - саддукеи, третью - те,
которые, видно, преследуют особую святость, так называемые
ессеи. Последние также рожденные иудеи, но еще больше, чем
другие, связаны между собой любовью. Чувственных наслаждений
они избегают как греха и почитают величайшей добродетелью
умеренность и поборение страстей. Супружество они презирают,
зато они принимают к себе чужих детей в нежном возрасте, когда
они еще восприимчивы к учению, обходятся с ними, как со своими
собственными, и внушают им свои нравы. Этим, впрочем, они
отнюдь не хотят положить конец браку и продолжению рода
человеческого, а желают только оградить себя от распутства
женщин, полагая, что ни одна из них не сохраняет верность к
одному только мужу своему.
3. Они презирают богатство, и достойна удивления у них
общность имущества, ибо среди них нет ни одного, который был бы
богаче другого. По существующему у них правилу, всякий,
присоединяющийся к секте, должен уступить свое состояние
общине; а потому у них нигде нельзя видеть ни крайней нужды, ни
блестящего богатства - все как братья владеют одним общим
состоянием, образующимся от соединения в одно целое отдельных
имуществ каждого из них. Употребление масла они считают
недостойным, и если кто из них помимо своей воли бывает
помазан, то он утирает свое тело, потому что в жесткой коже они
усматривают честь, точно так же и в постоянном ношении белой
одежды. Они выбирают лиц для заведования делами общины, и
каждый без различия обязан посвятить себя служению всех.
4. Они не имеют своего отдельного города, а живут везде
большими общинами. Приезжающие из других мест члены ордена
могут располагать всем, что находится у их собратьев, как своей
собственностью, и к сочленам, которых они раньше никогда не
видели в глаза, они входят, как к старым знакомым. Они поэтому
ничего решительно не берут с собою в дорогу, кроме оружия для
защиты от разбойников. В каждом городе поставлен общественный
служитель специально для того, чтобы снабжать иногородних
одеждой и всеми необходимыми припасами. Костюмом и всем своим
внешним видом они производят впечатление мальчиков, находящихся
еще под строгой дисциплиной школьных учителей. Платье и обувь
они меняют лишь тогда, когда прежнее или совершенно
разорвалось, или от долгого ношения сделалось негодным к
употреблению. Друг другу они ничего не продают и друг у друга
ничего не покупают, а каждый из своего дает другому то, что
тому нужно, равно как получает у товарища все, в чем сам
нуждается; даже без всякой взаимной услуги каждый может
требовать необходимого от кого ему угодно.
5. Своеобразен также у них обряд богослужения. До восхода
солнца они воздерживаются от всякой обыкновенной речи; они
обращаются тогда к солнцу с известными древними по
происхождению молитвами, как будто испрашивают его восхождения.
После этого они отпускаются своими старейшинами, каждый к своим
занятиям. Проработав напряженно до пятого часа, они опять
собираются в определенном месте, опоясываются холщевым платком
и умывают себе тело холодной водой. По окончании очищения они
отправляются в свое собственное жилище, куда лица, не
принадлежащие к секте, не допускаются, и, очищенные словно в
святилище, вступают в столовую. Здесь они в строжайшей тишине
усаживаются вокруг стола, после чего пекарь раздает всем по
порядку хлеб, а повар ставит каждому посуду с
одним-единственным блюдом. Священник открывает трапезу
молитвой, до которой никто не должен дотронуться к пище; после
трапезы он опять читает молитву. Как до, так и после еды они
славят Бога как дарителя пищи. Сложив с себя затем свои
одеяния, как священные, они снова отправляются на работу, где
остаются до сумерек. Тогда они опять возвращаются и едят тем же
порядком. Если случайно являются чужие, то они участвуют в
трапезе. Крик и шум никогда не оскверняют места собрания:
каждый предоставляет другому говорить по очереди. Тишина,
царящая внутри дома, производит на наблюдающего извне
впечатление страшной тайны; но причина этой тишины кроется,
собственно, в их всегдашней воздержанности, так как они едят и
пьют только до утоления голода или жажды.
6. Все действия совершаются ими не иначе как по указаниям
лиц, стоящих во главе их; только в двух случаях они пользуются
полной свободой: в оказании помощи и в делах милосердия.
Каждому предоставляется помогать людям, заслуживающим помощи,
во всех их нуждах и раздавать хлеб неимущим. Но родственникам
ничто не может быть подарено без разрешения предстоятелей. Гнев
они проявляют только там, где справедливость этого требует,
сдерживая, однако, всякие порывы его. Они сохраняют верность и
стараются распространять мир. Всякое произнесенное ими слово
имеет больше веса, чем клятва, которая ими вовсе не
употребляется, так как само произнесение ее они порицают
больше, чем ее нарушение.. Они считают потерянным человеком
того, которому верят только тогда, когда он призывает имя Бога.
Преимущественно они посвящают себя изучению древней
письменности, изучая главным образом то, что целебно для тела и
души; по тем же источникам они знакомятся с кореньями, годными
для исцеления недугов, и изучают свойства минералов.
7. Желающий присоединиться к этой секте не так скоро
получает доступ туда: он должен, прежде чем быть принятым,
подвергнуть себя в течение года тому же образу жизни, как и
члены ее, и получает предварительно маленький топорик,
упомянутый выше передник и белое облачение. Если он этот год
выдерживает испытание воздержанности, то он допускается ближе к
общине: он уже участвует в очищающем водоосвящении, но еще не
допускается к общим трапезам. После того как он выказал также и
силу самообладания, испытывается и два дальнейших года его
характер. И лишь тогда, когда он и в этом отношении оказывается
достойным, его принимают в братство. Однако, прежде чем он
начинает участвовать в общих трапезах, он дает своим собратьям
страшную клятву в том, что он будет почитать Бога, исполнять
свои обязанности по отношению к людям, никому ни по
собственному побуждению, ни по приказанию не причинит зла,
ненавидеть всегда несправедливых и защищать правых; затем, что
он должен хранить верность к каждому человеку, и в особенности
к правительству, так как всякая власть исходит от Бога. Дальше
он должен клясться, что если он сам будет пользоваться властью,
то никогда не будет превышать ее, не будет стремиться затмевать
своих подчиненных ни одеждой, ни блеском украшений. Дальше он
вменяет себе в обязанность говорить всегда правду, разоблачать
лжецов, содержать в чистоте руки от воровства и совесть от
нечестной наживы, ничего не скрывать перед сочленами; другим
же, напротив, ничего не открывать, даже если пришлось бы
умереть за это под пыткой. Наконец, догматы братства не
представлять в другом виде, чем он их сам изучил, удержаться от
разбоя и одинаково хранить и чтить книги секты и имена ангелов.
Такими клятвами они обеспечивают себя со стороны
новопоступающего в члены.
8. Кто уличается в тяжких грехах, того исключают из
ордена; но исключенный часто погибает самым несчастным образом.
Связанный присягой и привычкой, такой человек не может принять
пищу от несобрата - он принужден поэтому питаться одной
зеленью, истощается таким образом и умирает от голода.
Вследствие этого они часто принимали обратно таких, которые
лежали уже при последнем издыхании, считая мучения, доводившие
провинившегося близко к смерти, достаточной карой за его
прегрешения.
9. Очень добросовестно и справедливо они совершают
правосудие. Для судебного заседания требуется по меньшей мере
сто членов. Приговор их неотменим. После Бога они больше всего
благоговеют перед именем законодателя: кто хулит его, тот
наказывается смертью. Повиноваться старшинству и большинству
они считают за долг и обязанность, так что если десять сидят
вместе, то никто не позволит себе возражать против мнения
девяти. Строже, нежели все другие иудеи, они избегают
дотронуться до какой-либо работы в субботу. Они не только
заготовляют пищу с кануна для того, чтобы не разжигать огня в
субботу, но не осмеливаются даже трогать посуду с места и даже
не отправляют естественных нужд. В другие же дни они
киркообразным топором, который выдается каждому
новопоступающему, выкапывают яму глубиной в фут, окружают ее
своим плащом, чтобы не оскорбить лучей божьих, испражняются
туда и вырытой землей засыпают опять отверстие; к тому же еще
они отыскивают для этого процесса отдаленнейшие места. И хотя
выделение телесных нечистот составляет нечто весьма
естественное, тем не менее они имеют обыкновение купаться после
этого, как будто они осквернились.
10. По времени вступления в братство они делятся на четыре
класса; причем младшие члены так далеко отстоят от старших, что
последние, при прикосновении к ним первых, умывают свое тело,
точно их осквернил чужеземец. Они живут очень долго. Многие
переживают
...Закладка в соц.сетях
