Купить
 
 
Жанр: Политика

Разговор с варваром

страница №8

. Почему там не развита наркомания?

[Х-АН]Опять-таки здесь религиозный момент сильно

присутствует. Потом, даже в больших городах лю­ди не совсем потеряли связь
общинную, не окон­чательно оторваны от кровного родства.

[ПХ]Кстати, христианство тоже запрещает употребле­ние наркотиков.

[Х-АН]В исламском обществе религиозность сильнее. Среди мусульман человек,
который наркотика­ми занимается или пьет, считается как кто-то, кто не боится
Бога. То есть он как бы показыва­ет свое недостоинство. В христианском
общест­ве, если человек пьянствует, никто в этом не ви­дит ничего недостойного.
Религиозность более слабая.

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ. БОРЬБА ЗА ЧЕЧЕНСКУЮ НЕЗАВИСИМОСТЬ.

Инкогнито

[ПХ]Расскажите, как вы в конце 1991-го освободились из тюрьмы.

[Х-АН]Это был организованный побег. Я тогда находил­ся в колонии в Комсомольскена-Амуре.
За мной приехали люди. Были сделаны документы, что меня на
следственный эксперимент в другое мес­то везут. Там, в этом крае, был один очень
автори­тетный генерал. Мои друзья сумели к нему найти подход, и тот подписал
распоряжение... На меня была полоса: не перемещать без разрешения ко­менданта.
Но генерал этот настолько авторитет­ный, что его распоряжению никто не
противился. В общем, удачно получилось.

Мы знали, что из Москвы может сразу посту­пить сигнал, и тогда меня перехватят.
Самолет на Минводы - или куда-то еще в нашу сторону - надо было долго ждать. К
тому же в случае пере­хвата искать будут именно в направлении на Кав каз. А тут
на Москву уже был самолет, я полетел туда по чужому паспорту. Из Москвы меня
друзья уже переправили в Чечню.

СОТРУДНИК РУБОПа. С приходом режима Дудаева ре­шился вопрос Хожи. От Дудаева за
его личной подписью пришла бумага (в МВД. - П.Х.) о том, что Хожа Нухаев,
Рус­лан Атлангериев и Гелани Ахмадов (чеченцы были осуждены по делу лазанской
группировки) совершили преступление перед городом Грозным и их необходимо
этапировать в Гроз­ный на следствие. Их туда и этапировали согласно
постанов­лению, подписанному самим Дудаевым, и через неделю вы­пустили.

Дальше происходит следующее. Начинаются всякие за­просы в Верховный Совет
Российской Федерации, чтобы при­говор суда пересмотреть. У них же были хорошие
связи и в Верховном Совете, и в МВД... Короче, дело из Мосгорсуда от­правляют в
Верховный суд Российской Федерации на апел­ляцию - вроде незаслуженно Нухаеву и
другим восемь лет дали. Уголовное дело в отношении них прекращают за
отсут­ствием состава преступления и возвращают якобы в Москво­рецкий суд. Самое
веселое, что в Москворецкий суд дело - а оно в нескольких томах - так и не
вернулось. Где оно сей­час - одному Богу известно. Мы его как-то запрашивали,
чтобы восстановить, а москворецкий прокурор открыто за­явил: "В нашем архиве
этого документа нет". Хотя есть ис­ходящий номер в Верховном суде: значит, дело
ушло. Но оно по дороге где-то потерялось. Так что никакой судимости се­годня у
Нухаева нет.

[ПХ]Как вы познакомились с президентом Чечни Джохаром Дудаевым?

[Х-АН]Это произошло в ноябре 91-го, через несколько дней после того, как я попал
домой. Меня Яндербиев повел к Джохару. Ему рассказали, как я че­ченцам помогал,
и он меня пригласил.

[ПХ]Дудаев на вас возложил какие-то обязанности?

[Х-АН]В первую встречу нет. А потом уже Джохар дал

мне некоторые поручения и по Чечне, и по Моск­ве, в том числе по контрразведке,
по отношению того же КГБ, который орудовал по Чечне.

[ПХ]А как вы могли что-то про КГБ узнавать?

[Х-АН]Биография моя, конечно, играла большую роль. Джохар поэтому ко мне и
обратился - ведь я в Москве достаточно долго проживал и имел там неплохие
возможности... Джохар поручал мне выяснить такую-то фамилию или проверить
ин­формацию, которая к нему идет. Ему нужно бы­ло понять, на кого он может
положиться. Не­сколько раз Джохар официально предлагал мне какой-нибудь пост -
министр внутренних дел, что-то другое, - но я отказывался. Мне в Москве легче
было решать вопросы, чем в Гроз­ном.


[ПХ]Когда вы вернулись в Москву?

[Х-АН]В 92-м году.

[ПХ]Вы возобновили ваши старые связи с бандитами?

[Х-АН]Я начал совершенно в другом направлении рабо­тать. Опять лезть туда было
бессмысленно. Время прошло, новые люди выросли, поэтому нужно было бы опять
утверждаться или потеряешь лицо. Уже какой-то фундамент был сделан (для
чечен­ской мафии. - П.Х.), и на этом фундаменте нуж­но было совершенно в другом
направлении идти.

Когда я освободился, я им говорю: оставьте все эти дела. Я со всеми даже
поругался. Говорю им: уходите в горы. Южный порт - это мелочи. Что вы здесь
остановились? Москву надо брать. Некоторые занимались торговлей, контрабандой и
прочее... Почему? Тогда ведь более ценный то­вар пошел. А они держали рестораны
по Москве и считали, что имеют хорошо. Не видели, как раз­вивается рынок.

[ПХ]Видимо, для них все новое было сложновато, по­этому они и не стремились чтолибо
менять.

[Х-АН]Они вообще не видели перспективы движения. Ведь то, чем они занимались,
должно было отме­реть. Этим хорошо было заниматься, когда было запрещено. А
когда это стало официально позво­лено, появилась возможность заниматься этим по
закону, тогда нужно переходить в совершенно другую плоскость.

[ПХ]Они этому противились?

[Х-АН]Да, они этого не видели. Я настолько тогда был разозлен, что буквально
ломал их работы. У меня с ними были бесконечные конфликты, конфлик­ты с
чеченцами. Даже разговоры пошли, что я чуть не КГБ заслан. Я их предупреждал:
либо мы вместе все это делаем в городе, или вообще не бу­дет вам никакой работы.
Ну не получилось у меня ничего в этом смысле. Начались такие конфликт­ные
ситуации.

Как Нухаев "ломал" эти работы, неизвестно. Однако ясно, что он сильно поспорил с
другими членами чеченской общины в Москве.

[Х-АН]С 92-го до начала войны 94-го года я в Москве уже постоянно не проживал.
Когда приезжал, то при­езжал инкогнито. В Грозном часто бывал. Я боль­ше не
занимался прежними моими делами. Время очень быстро шло. В самом начале, в 1980е
годы, передо мной стояла задача стать сильным и бога­тым. А в 90-м меня
посадили, и когда я освобо­дился, то уже не захотел на ту же лошадку садить­ся.
У меня было имя, были определенные возмож­ности. Этого было достаточно, чтобы
туда же не лезть. Жизнь шла на совершенно другом уровне.

[ПХ]А почему инкогнито нужно было приезжать? [Х-АН]Ну, в 92-м, 93-м я особо-то
разгуливаться не мог. [ПХ]За вами охотились?

[Х-АН]Ну охота там постоянно шла, чтоб посадить. До 90-го года тоже охота шла, и
официально и не официально, в виде всех этих люберцев и воров в законе. Они все
охотились. И постоянно за мной был хвост органов, КГБ. Меня-то это даже
устра­ивало - я делал так, чтобы они постоянно за мной ходили, делал вид, что я
вот-вот что-то сей­час раскрою. Мне это было удобно, потому что это была в
какой-то степени защита.

[ПХ]А чем вы занимались в эти годы?

[Х-АН]Я полностью был занят Чечней. А то, что я в Моск­ве делал, опять же
увязывалось с этим. Я жил своей жизнью (Нухаев впервые женился в 1991 году. -
П.Х.) и в то же время максимально загружался все­ми поручениями, которые мне
давал Джохар.

[ПХ]Но почему все-таки вы бросили вашу прежнюю бандитскую деятельность?

[Х-АН]Вначале задача стояла помочь подняться чеченам. И эта задача была
выполнена. Движение уже по­шло, и мне не нужно было все время находиться в том
же положении, под прицелом.

В то же время надо было свои активы задейст­вовать на другом поприще, в
энергоресурсы или другие дела. А дальше это увязывать с Чечней, ко­торая уже
плотно стала на путь независимости.

[ПХ]Вы пополняли казну Чеченской республики?


[Х-АН]Ну я и раньше пополнял ее, и до посадки попол­нял, и после посадки, когда
вышел.

Я хочу сказать, что даже те чеченцы, которые не понимали эти политические
моменты, все-та­ки принимали участие в политической борьбе. Сам факт, что ты
чеченец, что ты имеешь возмож­ность подняться, что у тебя есть много
родствен­ников, а у тех родственников есть свои родствен­ники... Мы все повязаны
между собой кровно­родственными узами. Поэтому все друг другу по­могали. И все
чеченцы вместе очень быстро стали подниматься.

[ПХ]В начале 90-х годов дудаевская Чечня получала

большие деньги от экспортных квот на нефть, ко­торые предоставлялись в Москве.
Шла перекачка финансовых потоков из России в Чечню на осно­вании каких-то
решений, принятых на очень вы­соком уровне. Вы этим занимались?

[Х-АН] Нет, этим занимались другие. Но в самом начале, когда президент
(Дудаев. - П.Х.) обращался, что­бы люди частным образом закупали нефть и
неф­тепродукты, я это финансировал и помогал.

Затем я и чеченскую нефть продавал, и нефте­продукты, и по российской нефти я
работал. Ну и помимо этого продолжал вести дела с теми людь­ми, с кем я раньше
имел отношения, которые се­рьезно поднялись и чьи проблемы я мог решать.

[ПХ]Это русские или чеченские предприниматели?

[Х-АН]Русские, русские. Или, скажем по-другому, рос­сийские.

[ПХ]Крупные бизнесмены?

[Х-АН]Достаточно знатные фамилии. Но я не хотел бы уточнять.

[ПХ]Летом 1994 года была предпринята серьезная ата­ка на лазанскую группировку и
был убит ваш близкий компаньон Геннадий Лобжанидзе по кличке "Гена Шрам". По
данным правоохрани­тельных органов, вы числились одним из лидеров лазанской
группировки.

[Х-АН]Лазания не занималась оружием, и то, что от имени Лазании кто-то что-то
там делал, - это другой вопрос. А в тот момент у нас буквально на хвосте
постоянно сидели, и наша задача в Лаза­нии была не переступить закон, чтобы не
по­пасться. Потому что машина уже была заведена. Не было необходимости
переступать закон. Нуж­но было просто определенное время там провес­ти, чтобы
оттуда выехать. Задача была выехать из Москвы. Просто надо было некоторые
механиз­мы укрепить.

ПОЧЕМУРАЗРАЗИЛАСЬПЕРВАЯЧЕЧЕНСКАЯВОЙНА

Я не раз слышал от серьезных источников утверждение, что многие из чеченских
оргпреступных группировок 1980-х и на­чала 1990-х годов поднялись с помощью
советских и россий­ских спецслужб. На сегодняшний день я не могу это
подтвер­дить. Однако есть факт, который известен всем и не менее ва­жен:
некоторые лидеры чеченского восстания работали на спецслужбы. Аслан Масхадов -
бывший офицер ГРУ Минобо­роны СССР; Шамиль Басаев тоже якобы работал с ГРУ - в
1993 году в Абхазии. Известно также, что бандитский режим Дудаева подпитывался
Кремлем. Покидая Чечню в 1991-1992 годах, российские военные части оставили
дудаевцам большой склад оружия. Затем в продолжение трех лет Российское
государство дарило дудаевскому режиму миллиард долларов ежегодно в ви­де
необоснованных квот на экспорт российской нефти.

Напрашивается вопрос: не была ли российская политика по чеченскому вопросу
провокацией грандиозного масштаба? Следовало способствовать разгулу чеченского
бандитизма, как в Грозном, так и в Москве, чтобы затем его беспощадно пода­вить
и тем самым дать поучительный пример любому другому народу, мечтающему о
независимости. Если это так, то спец службы окончательно запутались в
собственной игре, ибо бан­диты, особенно чеченские бандиты, играют по своим
правилам. Вся чеченская эпопея в продолжение более 10 лет обернулась для России
ужасной бедой. Сперва разгул бандитизма в рос­сийских городах, затем две
разрушительные войны с десятками тысяч смертей - и русских и чеченцев, ущерб
имиджу России за рубежом, бесконечное расходование финансовых средств, времени и
энергии на исправление положения в Чечне.

Все же поверить, что чеченская политика Кремля явля­лась лишь крупномасштабной
провокацией, трудно. Это было бы уж слишком глупо. Вероятнее всего, имели место
мелкие провокации, но вот основную вину за все можно возложить на ельцинских
чиновников, бездарных и неспособных проду­мать до конца политику в отношении
Чечни.


[Х-АН]В ноябре 1994 года я попал, по поручению Дуда­ева, в Москву на переговоры.
Тогда Лобов такой был... (Олег Лобов, секретарь Совета безопасно­сти в 1994
году. - П.Х.). К Лобову на переговоры поехала группа чеченских представителей, а
я с ними вместе ехал, как бы контролировать груп­пу, обеспечивать безопасность,
если что-то не получится. Второе задание от Джохара было тай­ным: встретиться с
Коржаковым, потому что бы­ла возможность устроить переговоры Дудаев - Ельцин, Но
переговоры не получились.

[ПХ]Почему?

[Х-АН]Я думаю, что в какой-то степени повлияли чисто психологические моменты,
амбиции того же Ель­цина и других. Естественно, момент бизнеса тоже был -
бизнеса, который заинтересован, который подталкивал это все.

Более того, там сидели военные - бедные, го­лодные... Любая война им позволила
бы на поли­тический уровень выйти. Они считали, что легко победят. Потому что не
командирам умирать надо, да? А там, где победа, ставят лавры - слава, герои,
деньги...

[ПХ]Вы в российской политике видите лишь безнравст­венность и цинизм. Но ведь
русские войска вошли в Чечню из-за того бардака, который сами же че­ченцы и
натворили. Весь этот разгул насилия и бандитизма в Чечне, все эти фальшивые
авизовки и другие чеченские аферы - это уже всем надоело.

[Х-АН]Да, были и государственные моменты. Чечня - головная боль для Москвы.
Государство должно наводить везде порядок, а в Чечне государство не могло играть
главную роль... И эти центробежные силы начинают работать по всей России.
Поэтому они и решили все свои вопросы на Чечне решить.

[ПХ]Они хотели пример показать?

[Х-АН]Пример, да. Чеченцы действительно надоели в

Москве, чеченцы действительно устроили бардак в Грозном, и в Москве решили, что
они все вопросы в Чечне быстро решат. И пошли на это. Ну осечка по­лучилась. А
задача была, чтобы все центробежные силы остановить и в то же время показать:
если Бо­рис (Ельцин. - П.Х.), как царь уже, сказал свое сло­во, остальные все,
региональные, должны трястись...

ЗАРУБЕЖОМ

[Х-АН]При Яндербиеве, после гибели Джохара Дудаева, я был назначен первым вицепремьером
Чечни. Я на­чал заниматься проектом "Кавказский общий ры­нок". Я
понимал, что Россия, проигравшая воору­женную борьбу, дальше поведет
экономическую войну, чтобы подмять нас под себя. Я понимал: что-бы Чечне стать
действительно независимой, нужно создать общий экономический регион - Кавказ.
Значит, для сохранения своей независимости нам необходимо было освободить весь
Кавказ. Поэтому свою задачу на том этапе я видел в создании едино­го
экономического пространства на Кавказе, как за­лог политического освобождения
кавказских наро­дов. С этой целью и был создан "Кавказский общий рынок"
(КавкОР), в котором удалось задействовать серьезные экономические структуры и
капиталы.

Нухаев в своемпроекте ссылается на теории старого
американскогоидеологаЗбигневаБжезинского(Великаяшахматная доска) и
распространяется о законах геострате­гии. Кавказ, по словам Нухаева, находится
на перекрестке двух ключевых линий мирового влияния: Москва-Тегеран и КитайЕвропа.
Но это абстрактные представления, на них коммерческий проект не
построишь. Нухаев рассказывает о какой-то единоразовой сделке - партия
ставропольского зерна менялась на нефтепродукты из Баку, - на которой, повидимому,
проект "Кавказский общий рынок" и закон­чился.

[ПХ]Когда вы вернулись в Чечню после смерти Дудае­ва, что вы там нашли?

[х-ан]Вернулся в конце декабря 1996 года. Я помогал Яндербиеву на выборах. Здесь
я прозрел. Пока сам не столкнулся непосредственно с этими вы­борами, я не
понимал, насколько это все ненор­мально. Каждый кандидат показывал, что он
луч­ше, каждый должен был себя рекламировать, уни­жать достоинство противника.
Это измельчило отношения между людьми. Они начинали гово­рить такие вещи! Потом
друг перед другом объяс­нялись: "Это политика, не обижайся". Но для че­ченца
каждое слово должно играть. У нас очень сильно сохранились родовые отношения, и
они в себе несут развитую дипломатию между родами. Каждое слово играет роль. Не
может быть просто брошенного слова.

Эти выборы настолько сломали людей, на­столько отравили всех, они разрушали
нацию из­нутри. Я понял, что в Чечне не должно быть та­кой политики, чеченцам не
нужны такие выборы.

Такая демократия, все эти партии, эта многопар­тийная система - это ненормально.

Сегодня в Чечне нарушены многие обычаи, традиции, нравы, в том числе и почитание
стар­ших. И этого не исправить, пока не будет восста­новлена традиционная
структура чеченского об­щества, которая позволит воспитывать нашу мо­лодежь в
духе национального кодекса чести.

ТОРГОВЛЯЗАЛОЖНИКАМИ

СОТРУДНИК РУБОПа. Что такое заложник? Это - раб, которого можно выкупить. А
чеченцы давно торгуют рабами. И у себя в Чечне брали рабов, и на границе с
Чечней брали. Я знаю несколько случаев из последней войны... Вот чеченский
боевик в окопе полгода находится, и чисто физиологически он все рав­но должен
как-то удовлетворять себя, правильно? А тут - в Ста­вропольском крае - женщины.
Почему не забрать? Ему понра­вится одна, он с ней переспит, а потом другому
передаст, и так начинается ее рабство. Подумаешь, это же не человек - это
русская. Чеченцы и богатых чеченцев брали в заложники, но с русскими обращались
более жестоко. Они на рынке в Грозном, на Минутке, продавали рабов. Все это
знали,

[пх]Мне Аслан Масхадов в сентябре 1999 года говорил, что последняя война была
навязана Кремлем: "Они уже нас не только душили блокадой, весь этот бандитизм в
Чечне, вся эта торговля заложни­ками были подпитаны чиновниками из Кремля, и
олигархами в том числе". Ваша точка зрения?

[Х-АН]Я согласен с ним. В 1996 году Россия проиграла и ушла. Но ушла не для
того, чтобы больше не воз­вращаться. Она знала, что вернется. В принципе подругому
не могло быть, пока есть эта империя. Естественно, нужно войну начать.
Итак, войну Россия спровоцировала.

[ПХ]Однако военные действия в 1999 году в Дагестане начали не русские, а
чеченцы. Тысячи разных за­ложников тоже брали не русские, а чеченцы. И
английским заложникам в 1998 году отсекли го­ловы не русские, а чеченцы...

[Х-АН]Конечно.

[ПХ]Как же тогда это можно считать делом Кремля? Ведь чеченцы тем и знамениты,
что нелегко подчиняются приказам кремлевских чиновни­ков.

[Х-АН]Во-первых, заказы делали. Вот, допустим, хорошо знакомые мне политики в
России говорили: "Нель­зя ли организовать, чтобы хотя бы пару человек
ос­вободили? У вас же там в Чечне много заложни­ков..." Они знали, что я этим не
буду заниматься, но они ко мне обращались. А я им говорю: "У ме­ня-то есть
деньги, мне ничего не надо. Вы к кому-нибудь другому обращайтесь, к тому, кто
хочет по­жрать. Его вы сможете уговорить, и он поищет, где своровать людей,
которых вы потом освободите". В Чечне не было рабочих мест, есть было не­чего,
тяжелое положение, и вдруг приходил такой заказ, вдруг кто-то чеченцу говорил:
"Слушай, хо­чешь заработать?" Если чеченец говорит: "А где мне взять заложников?
У меня же их нет". Сейчас же шанс заработать уходит. Таким образом бра­лись
заложники. Если есть спрос... есть рынок!

[ПХ] Масхадов конкретно упомянул Березовского, ко­торый, по его словам, вел эту
торговлю заложни­ками, платил деньги, налаживал рынок.

[х-АН]Все эти общественные деятели побежали в Чечню, и каждый показывал, как он
освобождает людей. Они освобождали людей и кому-то за это платили здесь. Раньше
не было столько заложников (до 1996 года. - П.Х.). Но появился спрос. Тех же
че­ченцев научили, как этот спрос удовлетворять.

[ПХ]Спрос был на освобождение.

[Х-АН]А чтобы освободить кого-то, сначала требуется за­ложник. По-разному могло
быть. Кого-то захвати­ли... Иногда это просто шло, как арест - нормаль­ное
чеченское государство арестовывает человека. Но в Чечне государства, как
такового, не было, не было сильной власти, которая могла бы управлять этими
арестованными. Поэтому кто-то мог за деньги их оттуда взять и выдать, кто-то мог
орга­низовать побег. А те, которые освободили, себе на этом имидж делали... И
другие то же самое захоте­ли. И обращались к чеченцам: "Слушайте, там для нас
тоже не найдется пара человек освободить?" Таким образом они и порождали всю эту
грязь.

Если бы Россия не выкупала заложников, никого бы и не воровали. Правильно?

[ПХ]Правильно. А почему Березовский этим занимал­ся?

[Х-АН]Государство же не может выкупом заниматься, а кто-то должен это делать.
Березовский и Рушай­ло (в то время заместитель министра внутренних дел. - П.Х.)
вместе это все делали. Тому же Бере­зовскому или другим олигархам сказали:
органи­зуйте. Им что-то отдавали, предоставляли преиму­щество в каких-нибудь
коммерческих играх... А потом им говорили: сделайте то-то... Естественно,
Березовский собственный имидж хотел создать, хотел стать более сильным. Но в то
же время он этого не мог делать, если бы не было заказа того же государства.
Вместе с ним это делал Рушайло, что показало, что и государство свой имидж
созда­ет. Здесь всегда находятся общие интересы.

[ПХ]А почему в этой торговле участвовал такой чечен­ский "патриот", как Мовлади
Удугов? Он, несо­мненно, понимал, какой огромный вред торговля заложниками
наносит имиджу независимой Чечни?

[Х-АН]Я не отношусь к Удугову, как к ангелу. Я не слы­шал нигде, чтобы Удугов
опроверг эту его запись с Березовским (телефонные разговоры между Уду­говым и
Березовским, которые торгуются о чем-то и обсуждают конкретные суммы денег, были
опубликованы в газете "Московский комсомо лец" в сентябре 1999 года. - П.Х.).
Поэтому допу­скаю, что с Березовским все эти моменты обсуж­дались, и лояльность
между ними была, и какие-то отношения поддерживались... Все это могло быть. Я
считаю, что Удугов, чтобы заработать деньги, мог бы на такие вещи пойти.

[ПХ]Как вы оцениваете роль Березовского во всем этом?

[Х-АН] Не секрет, что он играл серьезную роль в полити­ке. А в Чечне он играл
ядовитую роль. Такую же ядовитую роль там многие играли. Только он, как более
инициативный человек, лучше проявился... Он всегда в себе несет и организатора и
исполни­теля одновременно. Поэтому он всегда засвечива­ется больше других.

Тем временем работает государство. А госу­дарство - это неживой механизм. У него
нет нравственности - есть только интересы. Интерес должен выполняться. Только
если народ нравст­венные требования выставляет, государство должно считаться с
народом. Но если нравствен­ность в народе на низком уровне, государство этим
будет пользоваться и тоже будет на таком же уровне идти.

[ПХ]Вы думаете, Березовский действовал с позволе­ния государства?

[Х-АН]Конечно. Коррумпированного, безнравственного государства.

[ПХ]Но в то же время он опирался на конкретных че­ченских бандитов и полевых
командиров?

[Х-АН] Естественно, опирался. Он же всегда выставлял себя как друг чеченцев. И
при этом он чеченцев не понимает абсолютно. Ведь он думает, что все продается,
что все можно купить!

[ПХ]Даже если допустить, что вторая чеченская война была спровоцирована либо
Кремлем, либо Бере­зовским в союзе с Хаттабом и Басаевым, факт ос­тается фактом:
именно из Чечни шла вся эта вол­на насилия и бандитизма, на нее в конце концов и
ответила Россия. Ведь после 1996 года Чечня фактически обрела независимость. И
что получи­лось? Водоснабжение не работало. Городской транспорт не работал.
Электричество постоянно прерывалось. Экономика пришла в полный упа­док.
Государственных служащих отстреливали, взрывали. Людей брали в заложники,
возобнови­лось рабовладение. Постоянные грабежи и воору­женные разборки...
Короче, стоило российским войскам уйти, и в Чечне все принялись друг другу
глотки резать. Почему все это началось именно после того, как Чечня получила
независимость?

[Х-АН]Потому что была разрушена родоплеменная сис­тема, а новой,
государственной, системы не было. Образ жизни и структура государства должны
со­ответствовать друг другу. Если они не соответст­вуют, то революционные
моменты будут. Здесь же была форма кровно-родственная, родоплеменная. Кровное
родство и закон возмездия - они живут. А как на этом можно построить
государство? Это же антиподы. И другую, государственную, орга­низацию
внедрить, - это значит, надо сломать родственные отношения. Чтобы построить
госу­дарство, нужно огнем и мечом выжечь все, что противостоит государственному
аппарату. Потому что эти две системы жить вместе не могут.

[ПХ]Но хотя бы монополию на оружие должно иметь государство?

[Х-АН]Нет. Здесь парламент, президент, МВД, армия - все институты могут быть. Но
монополию госу­дарство будет иметь только тогда, когда оно имеет согласие
народа, когда весь народ сказал: да, мы хотим государство, мы хотим жить под
государст­венным законом, в государственном порядке. Го­сударственная система
может сработать, если лю­ди одиноки, если у них нет кровно-родственных связей.

Тогда любого, кто закон нарушил, выдер­гивай и сажай, и за него никто плакать не
будет. Любого расстреляй, и никто не придет и не ска­жет: ты почему нашего
человека расстрелял? Но если действует закон кровной мести, родственни­ки придут
завтра к президенту и убьют его. Для того чтобы сработала государственная
система, надо несколько веков, чтобы уничтожать, уничто­жать, уничтожать кровнородственные
связи, рас­селять всех родственников, чтобы вместе не жи­ли, ничего
общего не имели.

ЧАСТЬ ПЯТАЯ.РЕЛИГИЯ.

РОССИЯ ОПРЕДЕЛИТ СУДЬБУ МИРА

Даже в таком виде, в каком она сегодня существует - утомленная, оскорбленная и
ограбленная, - Россия все-таки остается решающим полем боя для тех сил, которые
стремятся покорить мир. Уже тысячу лет Русь находится на рубеже разных
цивилизаций - между Западной Европой и Азией, между исламом и христианством.
Одна шестая зем­ной суши. Уникальный перекресток мира. И не в первый раз жадные
завоеватели косятся на Россию, она для них ре­шающий плацдарм к мировому
господству. Сможет ли Русь отстоять грядущее нашествие? В каком лагере она
очутит­ся? В американском? В исламском? В западно-европей­ском? В китайском?
Если кто-то сможет покорить Россию, он получит решительный перевес в борьбе за
мировое гос­подство.

А что случится, если Россия не поддастся никому и про­бьет какой-

Список страниц

Закладка в соц.сетях

Купить

☏ Заказ рекламы: +380504468872

© Ассоциация электронных библиотек Украины

☝ Все материалы сайта (включая статьи, изображения, рекламные объявления и пр.) предназначены только для предварительного ознакомления. Все права на публикации, представленные на сайте принадлежат их законным владельцам. Просим Вас не сохранять копии информации.